Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

В головном мозге человека за одну секунду происходит 100 000 химических реакций.

Еще   [X]

 0 

Гитлер vs Сталин. Тайна двух режимов (Крючков Алексей)

В этой книге приведены данные о противостоянии двух сильнейших держав первой половины XX в. – гитлеровской Германии и сталинского Советского Союза. Вы узнаете, благодаря чему в данных странах установились эти режимы, как они развивались и боролись друг с другом. Помимо прочего, в книге содержатся подробные и достоверные сведения об абсолютных диктаторах этих государств – Адольфе Гитлере и Иосифе Сталине.

Год издания: 2010

Цена: 45 руб.



С книгой «Гитлер vs Сталин. Тайна двух режимов» также читают:

Предпросмотр книги «Гитлер vs Сталин. Тайна двух режимов»

Гитлер vs Сталин. Тайна двух режимов

   В этой книге приведены данные о противостоянии двух сильнейших держав первой половины XX в. – гитлеровской Германии и сталинского Советского Союза. Вы узнаете, благодаря чему в данных странах установились эти режимы, как они развивались и боролись друг с другом. Помимо прочего, в книге содержатся подробные и достоверные сведения об абсолютных диктаторах этих государств – Адольфе Гитлере и Иосифе Сталине.


Алексей Владимирович Крючков Гитлер vs Сталин. Тайна двух режимов

Часть I
Рождение диктатуры

Глава 1
НОВЫЙ МИРОВОЙ ПОРЯДОК

Русская революция и выход России из войны

Международная обстановка летом 1914 г.
   Летом 1914 г. противоречивые и соперничающие между собой интересы могущественных мировых держав – Германии, Великобритании, Австро-Венгрии и России – привели к началу Первой мировой войны. В преддверии военных действий, начало которых было столь же неотвратимо, сколь и неопределенно, европейские державы составили сложную сеть военных союзов. Россия подписала договоры о военном сотрудничестве и поддержке с Великобританией и Францией. Германия, в свою очередь, заключила союз с Австро-Венгрией и Италией. В июне 1914 г. в Сараево убили кронпринца Австро-Венгерской империи Франца Фердинанда, что и послужило формальным поводом для начала военных действий сначала со стороны Австро-Венгрии, предъявившей Сербии жесткий ультиматум, а за ней и Германии, поддержавшей свою союзницу по военному блоку.
   В конце июля, уже после того как Австро-Венгрия объявила войну Сербии, Россия, защищая свои интересы на Балканах, начала всеобщую мобилизацию, на что Германия отреагировала жестким ультиматумом. Принимать подобного рода условия Николай II посчитал недостойным, и Германия объявила войну России. Третьего августа Германия, объявив войну и Франции, ввела свои войска на территорию нейтральной Бельгии, что привело к вступлению в войну Великобритании. А через несколько дней в войну вступила и Япония. Таким образом война из европейской переросла в мировую. Европейские державы не один год готовились к мировому сражению. Передел сфер влияния в колониях и на Балканском полуострове после ослабления некогда могущественной Османской империи, с одной стороны, и в связи с интенсивным ростом объединенной Германии – с другой, был неизбежен. Это понимали лидеры всех ведущих мировых держав Европы, каждая из которых мечтала упрочить свое положение и расширить сфер влияния. Но при этом ни точной, ни примерной даты начала вооруженного конфликта не было известно ни одному генеральному штабу будущих стран-участниц военного противостояния. Начало Первой мировой летом 1914 г. для большинства союзников и потенциальных противников оказалось неприятной неожиданностью.
   Новая война оказалась схваткой на выживание, к которой ни одна из воюющих сторон не была готова ни морально, ни материально.
   Тем не менее на первом этапе схватки оба военных блока рассчитывали на быстрое и победоносное разрешение вооруженного конфликта. Генеральный штаб Германии, выработавший оперативный план Шлиффена, надеялся на повторение удачного похода 1870 г., согласно которому молниеносный марш-бросок немецких войск должен был завершиться оккупацией Парижа и последующей капитуляцией всей Франции. Сразу после разгрома своего юго-западного соседа германский штаб планировал быструю переброску всей армии на восточное направление для войны с Россией. Таким образом, германское военное руководство избегало войны на два фронта. Высший генералитет страны не допускал и мысли, что страна не успеет справиться с одним противником прежде, чем вечно нерасторопная Россия успеет мобилизовать свою армию. Не менее амбициозными были планы и второго военного союза – Антанты, рассчитывавшей в считанные месяцы покончить с крепнущей Германией и слабеющей Австро-Венгрией – двумя крупными и крайне «неудобными» державами.
   Но уже первые месяцы войны воочию продемонстрировали, что силы двух группировок были примерно равны и ни одна из противоборствующих сторон не могла быстро и безоговорочно победить противника. Сначала военная удача была на стороне Антанты: Англия и Россия вступили в войну раньше, чем рассчитывал противник, и провели ряд успешных боевых операций. Совместные усилия союзников вынудили Германию вести войну на два фронта, и это, безусловно, спасло Францию от разгрома, однако чтобы переломить ход войны и нанести существенное поражение объединенным силам Германии и Австро-Венгрии, не хватило ни сил, ни вооружения, ни финансов. Уже к концу 1914 г. стало понятно, что война принимает затяжной окопный характер, а победа достанется той стороне, чьи людские и производственные ресурсы выдержат не один месяц военных действий.
Внутрироссийская ситуация
   Вполне вероятно, что Россия оказалась не готова к продолжительной войне немного больше, чем все остальные. В стране не были завершены начатые политические и хозяйственные реформы, наблюдались сложности с сельским хозяйством, промышленность не была перестроена на производство военной техники и товаров для фронта. В результате в первые месяцы войны в русской армии существовала острая нехватка военной техники и боеприпасов. Между тем фронт по законам затяжной войны требовал все нового и нового «пушечного мяса» – свежих людских ресурсов. В связи с этим количество дееспособного мужского населения страны, занятого в промышленности и сельском хозяйстве, стало резко сокращаться, что привело к негативным последствиям в отечественной экономике и стало одной из основных причин резкого снижения уровня жизни в России. Общественное мнение, полное ура-патриотических настроений в середине 1914 г., стало стремительно меняться. Война потеряла в глазах народа свой казавшийся поначалу праведным характер.
   Новый 1915-й год принес России первые серьезные военные поражения. После серии проигранных сражений российская армия отступила далеко на восток, оставив объединенным силам противника большую часть Польши, Литву, часть белорусских и украинских территорий, а ее потери составили более двух миллионов человек. Внутриэкономическая ситуация в стране продолжала ухудшаться, значительное число мелких и средних предприятий, не связанных с выпуском товаров для нужд фронта, были вынуждены закрыться. Запертые границы, невозможность ввоза иностранного сырья для производства продукции, падение спроса на европейском рынке и внутри страны – все это неблагоприятно сказалось на развитии торговых отношений и стало причиной банкротства целого ряда промышленных предприятий.
   Развитие этих негативных тенденций не могло не вызвать обеспокоенности крупного и среднего капитала, представители которого были крайне заинтересованы в скорейшем выходе России из войны. Падение общего уровня жизни, перебои с поставками продовольствия и транспортным обеспечением привели к усилению антивоенных настроений среди остальной части населения. Рост социальной напряженности в обществе способствовал усилению политической активности ведущих партий страны, преследовавших каждая свои интересы. Все политические силы России к этому моменту распределились по трем крупным лагерям, находившимся в состоянии открытого противостояния.
Расстановка сил на российской политической арене
   Промонархический лагерь правительства стремился в первую очередь победить в войне, откладывая решение внутренних проблем России, в том числе проведение социальных и политических реформ, на послевоенное время. Второй политический лагерь, сформированный либеральной оппозицией, поддерживал военные устремления России, но мечтал о демократических свободах и полновесном парламенте при ограниченной монархии. Этот лагерь, представленный партиями кадетов и октябристов, составлял большинство Государственной думы IV созыва, сформированной 15 августа 1915 г., и вел себя крайне активно и подчас агрессивно по отношению к правительству. Парламент не имел рычага влияния на назначаемое императором правительство, а соответственно – и на развитие ситуации в стране. Поэтому парламентарии сразу же заняли не проправительственную, а оппозиционную позицию и ратовали за скорейшее проведение в стране политических реформ, результатом которых должно было стать подконтрольное Думе правительство. Преследование этой цели заставляло Государственную думу идти на обострение отношений с правительственным лагерем и требовать отставки каждого премьер-министра, будь то Б. В. Штюрмер, обвиненный в измене в пользу Германии, или генерал Трепнев, которого, казалось бы, сложно заподозрить в антироссийских намерениях.
   Император, вынужденный под давлением оппозиции отправлять в отставку одного премьер-министра за другим, не видел иного выхода, как распустить оппозиционный парламент. К январю 1917 г. им был подготовлен указ соответствующего содержания. Правда, Николай II так и не проставил на нем даты, что давало третьему за последние 2 месяца министру, князю Н. Д. Голицыну, возможность последний раз попробовать договориться с парламентариями.
   Так как за такой короткий срок не удалось урегулировать проблему, Николай II перенес начало заседания Думы на середину февраля, надеясь, что политический кризис к тому времени будет преодолен. По вопросу о продолжении войны либералы не расходились во взглядах с монархическим лагерем и ратовали только за полную и окончательную победу над Германией, каких бы сил и жертв это не стоило стране, но путь к победе им представлялся иным.
   Наконец третий политический лагерь составляли партии эсеров, большевиков и меньшевиков. Военные годы лишений и ухудшение экономической ситуации в стране только добавляли популярности этому лагерю, неоднократно призывавшему к проведению скорейших преобразований в стране, а главное, ставившему своей политической целью скорейшее прекращение войны. По мнению социал-демократов, война, объявленная «освободительной», привела к закрепощению людей внутри страны, потере независимости малыми народами, носила откровенно империалистический характер и поэтому была по сути антинародной. Эти диаметрально противоположные взгляды на характер войны и ее завершение привели к открытой конфронтации парламентского большинства и левых партий, объединившихся с эсерами.
   В обстановке крайней политической нестабильности, отягощенной реальной угрозой голода, любое обострение политической ситуации в стране могло привести к революционным последствиям.
   Таким образом, к началу 1917 г. в России сложилась весьма неблагоприятная политическая ситуация: парламент находился в оппозиции к правительству, а наиболее активная часть народа была готова поддержать не парламентское большинство, а представителей левых партий.
   Между тем 14 февраля 1917 г. после более чем двухмесячного отдыха снова начала работу Государственная дума страны. В условиях сильнейшего социального напряжения парламентарии пошли на компромисс с лагерем монархистов и согласились на формирование доверенного правительства из числа представленных императором кандидатур. Казалось бы, конфликт был исчерпан, но упущенное в политической полемике и борьбе за власть время привело к полной дискредитации власти в глазах общественности, что способствовало зарождению в обществе сил, способных оказать этой власти достойное сопротивление ради собственных целей.
Февральская революция. Двоевластие
   В январе, пока новое правительство более или менее успешно договаривалось с либералами, в столице и других крупнейших городах России усилилось рабочее движение. Всю страну охватила волна стачек и забастовок, в ходе которых наряду с социальными требованиями все чаще стали звучать и политические, прежде всего требование о выходе страны из войны. К середине февраля в столице началась продовольственная паника, в народе возник слух о скором введении карточной системы, и уже через несколько часов в Петербурге у всех хлебных лавок выстроились громадные очереди. Народное недовольство, а вместе с ним и общественное напряжение стремительно нарастали.
   18 февраля началась очередная забастовка в одном из цехов крупнейшего завода столицы – Путиловского. Рабочие настаивали на значительном увеличении заработной платы. Администрация, готовая пойти на ряд уступок, не сумев договориться о главном – немедленном начале работы, предпочла полностью закрыть цех, оставив бастующих без работы и остановив весь завод на неопределенное время. Предпринятые администрацией завода действия привели к тому, что все рабочие, около 36 000 человек, оказались на улице без средств к существованию, зато с реальным шансом попасть на ненавистный фронт.
   Уже на следующий день все уволенные вышли на улицы, организовывая стихийные митинги и демонстрации. В числе лозунгов первыми звучали требования о хлебе и мире. Парламент предпринял попытку вмешаться в урегулирование конфликта, но уже на следующий день к бастующим присоединились еще несколько заводов и ситуация окончательно вышла из-под контроля. Всю столицу заполнили митингующие рабочие, численность которых доходила до 90 000 человек. Общегородская стачка рабочих парализовала привычную жизнь в столице. Недовольство и агрессия униженных рабочих, оставшихся без заработка, переросли в открытые уличные бои с правоохранительными органами. Радикальные политические партии также не остались в стороне. Они стремительно раздували костер праведного гнева столичных жителей. На стихийно организованных митингах все чаще стали появляться фразы, призывавшие к свержению самодержавия.
   Правительство, не обладавшее достаточной полнотой власти для принятия силовых решений против демонстрантов, поспешило направить телеграмму уехавшему в ставку императору. Тот, в свою очередь, отдал распоряжение подавить выступления силой. События стали разворачиваться по нарастающей. Большая часть солдат столичного гарнизона отказались стрелять в демонстрантов, предпочитая примкнуть к восставшим рабочим. К 1 марта на сторону митингующих перешел весь петербургский гарнизон, а разграбленный арсенал позволил вооружить винтовками всех желающих. Попутно толпа освободила всех арестантов столичных «Крестов», в числе которых было немало политзаключенных, которые помогли направить вооруженную толпу на захват важнейших государственных объектов.
   Рабочее выступление обретало реальную силу, тогда как парламент и правительство продолжали осмысливать происходящее. Когда 27 февраля Таврический дворец (рис. 1), в котором проходило заседание Государственной думы, оказался заполнен вооруженной толпой, напуганные политики предпочли примкнуть к ней.
   Рис. 1. Таврический дворец

   Формально Дума, ссылаясь на указ императора, объявила о собственном роспуске. Но, прекратив свою депутатскую деятельность, ведущие политические партии парламента собрались на неформальное заседание, в ходе которого избрали Временный комитет.
   Новому политическому органу предстояло сформировать переходное правительство, которому полагалось выполнять функцию исполнительной власти до созыва Учредительного собрания. Именно новое Учредительное собрание, по мнению либералов, и должно было решить судьбу дальнейшего политического устройства страны.
   Одновременно с либералами левые радикалы провели свое собственное заседание в том же Таврическом дворце и сформировали Временный исполком Петроградского Совета рабочих депутатов. Вечером того же дня прошло первое заседание рабочих депутатов, в ходе которого был создан первый Совет рабочих депутатов во главе с председателем Ч. В. Чхеидзе, лидером меньшевиков. В Совет вошли представители левых партий, в том числе большевики и меньшевики, эсеры, а также представители рабочих профсоюзов, рабочие и солдаты. Совет рабочих депутатов принял решение Временного комитета сформировать переходное правительство, но своих кандидатов предлагать не стал. Пока Временный комитет договаривался с генералитетом о признании армией нового правительства, а также занимался вопросами отречения императора, Совет рабочих депутатов (к тому моменту переименованный в Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов) начал формирование солдатских комитетов, фактически переподчиняя себе весь столичный гарнизон, т. е. лишая будущее Временное правительство реальной власти.
   В итоге 2 марта император подписал отречение от престола, а 3 марта отказался от престола и его брат, который предпочел не брать ответственность за судьбу страны без одобрения Учредительного собрания. Таким образом, на начало марта 1917 г. вопрос о дальнейшем политическом устройстве страны оставался открытым. В результате возникше го в ходе Февральской революции фактического двоевластия политическая обстановка в стране продолжала оставаться крайне неустойчивой. Первый правительственный кризис разразился в апреле 1917 г. и был вызван намерением нового правительства, сформированного из либералов, продолжать войну против Германии. Жители столицы ответили на правительственную ноту многотысячной политической демонстрацией, что вызвало отставку министра иностранных дел и ряда военных министров.
   Созданное в результате кризиса новое коалиционное правительство, в которое вошли представители социалистических партий, стало первой попыткой устранить двоевластие. Поддержанное решением Первого съезда Советов Временное правительство начало осуществлять новое наступление российской армии на фронте, закончившееся провалом и гибелью 60 000 российских солдат.
   Поражение на фронте, ухудшающееся экономическое положение в столице вызвали новую волну общественного возмущения, умело подогреваемого лозунгами радикальных большевиков, призывавших к свержению Временного правительства и передаче всей власти Советам.
   В результате нового политического кризиса власти было сформировано третье правительство, видевшее выход из кризиса в принятии решительных мер по борьбе с возрастающим революционным движением, а именно, в вооруженном подавлении демонстраций, запрещении радикальных печатных органов, аресте лидеров большевиков, возвращении военно-полевых судов.
   В ответ на решение правительства большевики на очередном съезде приняли решение о вооруженном восстании с целью захвата политической власти.
Напряженность нарастает. Октябрьская революция
   Тем временем реальная угроза голода вынудила правительство ввести карточную систему на основные продовольственные товары. Ситуация обострялась массовой безработицей и галопирующей инфляцией. В ответ на бессильные попытки правительства стабилизировать ситуацию рабочие организовали фабричные комитеты, контролировавшие все важные моменты производственного процесса, от найма новых рабочих до распределения готовой продукции. В сельской местности нерешенный аграрный вопрос привел к стихийному самозахвату земель разоренным крестьянством, поджогам помещичьих усадеб, выжиганию поместий. Все это многократно усугубляло кризис в стране, а попытка государственного переворота и установление военной диктатуры в лице генерала Л. Г. Корнилова, предпринятая партией кадетов, привела к полной дискредитации власти в глазах народа.
   Любые ухудшения в социальной сфере способствовали росту авторитета большевиков в Советах и укреплению их влияния в сознании народных масс.
   В ночь с 24 на 25 октября большевикам удалось захватить стратегически важные объекты столицы, а утром 25 октября созданный большевиками военно-революционный комитет Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов объявляет о переходе всей власти к Советам. В тот же день съезд Советов принял декреты, касающиеся двух главных национальных вопросов страны – земли и мира, первый из которых провозглашал отмену частной собственности на землю, второй – немедленное начало переговоров о мире со всеми воюющими сторонами. На съезде также решались важные вопросы об учреждении органов власти на местах – местных Советов, на которые возлагалась ответственность за обеспечение революционного порядка в стране. В числе первоочередных решался и вопрос о формировании нового правительства во главе с Владимиром Ильичом Лениным (рис. 2), получившего название Временного Совета народных комиссаров. Не все социалистические партии, в том числе меньшевики и правые эсеры, считали октябрьский переворот легитимным. Представители этой части социалистов по-прежнему настаивали на созыве Учредительного собрания, которое и должно было сформировать однородное социалистическое правительство. В то же время часть левых эсеров приняла предложение большевиков и вошла в состав Совнаркома и ВЧК. Таким образом, левому крылу социалистов удалось добиться консолидации своих сил и составить политическую группировку с общими целями и задачами, единой линией поведения.
   Рис. 2. В. И. Ленин

   5 января 1918 г. начало работу созванное Учредительное собрание, к которому левое крыло социалистов тщательно подготовилось. На первом же заседании пробольшевистская часть левых эсеров и сами большевики в ответ на отказ собрания признать советскую власть демонстративно покинули зал заседания, в результате чего делегаты лишались возможности собрать кворум, но все же решили продолжить работу и провозгласили Россию демократической республикой. А уже 10 января начал свою работу III Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов, несколькими днями позже объединившийся со Всероссийским съездом крестьянских депутатов. Новый съезд объявил страну Российской Советской Федеративной Республикой.
   Принятый съездом Декрет о мире предполагал скорейший выход Советской России из мировой войны, несмотря на то что состояние российской армии не было безнадежным и позволяло продолжить борьбу до полной победы. Обращение Совнаркома и народного комиссариата по иностранным делам (НКИД) к блоку союзников России по Антанте и остальным странам-участницам антигерманской коалиции с предложением прекратить военные действия и перейти к выработке мирных соглашений не встретило поддержки у лидеров Великобритании и Франции. Более того, они не признали и легитимность новой власти Советов. Германия же, увидев в сепаратных мирных переговорах возможность ликвидации второго фронта, ответила согласием на мирное предложение советских дипломатов.
Объявленное перемирие
   3 января 1918 г. стороны приступили к обсуждению договора о перемирии. 15 января 1918 г. Советская Россия, с одной стороны, и прогерманская коалиция в составе Германии, Австро-Венгрии, Турции и Болгарии – с другой, подписали договор, объявлявший перемирие сроком до 14 января будущего года. В отведенное до середины января время стороны должны были определиться с условиями заключения мирного договора, которые следовало выработать и согласовать впоследствии на мирной конференции. Она начала свою работу в Брест-Литовска, и уже 3 марта был подписан мирный договор, который стал именоваться Брестским. Пользуясь слабостью молодой Советской Республики, в чьих жизненных интересах было скорейшее заключение мира, австро-германская сторона в лице председателя делегации Рихард фон Кюльмана выдвинула свои условия прекращения войны, крайне жесткие для советской стороны. Согласно заявленным требованиям, Россия утрачивала значительные территории Эстляндии и Лифляндии, передавала Германии Литву и Курляндию, а также находившиеся в составе Российской империи польские территории. Позднее, 18 января 1915 г., Германия добавила к своим требованиям присоединение значительной части белорусских земель. С учетом новых требований Россия лишалась более 150 000 км2 своих территорий, что не могло не вызвать протеста у советской делегации. Острые дебаты относительно мирного договора возникли и в новом правительстве. В. И. Ленин продолжал настаивать на подписании мирного договора, аргументируя это тем, что разложившаяся в результате большевистской пропаганды российская армия была не в состоянии завершить войну, а сам договор после грядущей германской революции утратит свой смысл. Но левые эсеры не давали своего согласия на подписание крайне невыгодного для России договора. Третья влиятельная группировка во главе с наркомом иностранных дел Львом Давидовичем Троцким (рис. 3) предлагала завершить войну и распустить армию без подписания мирного договора, так как аннексионистский мир с прогерманской коалицией был фактической изменой принципам всеобщего демократического мира, заявленным в Декрете о мире. В личной беседе с В. И. Лениным Л. Д. Троцкий, возглавлявший переговоры с германской стороной, уточнил их стратегию: затягивать до ультиматума, после чего подписать. Переговоры продолжились в крайне напряженной и нервной атмосфере. На отказ Троцкого от подписания мира Германия ответила возобновлением военных действий. 23 февраля, заняв Псков и Нарву, Германия предъявила новый ультиматум, по которому Россия теряла в несколько раз больше – около 1 млн. км2 своей территории. В состав аннексируемых земель, помимо ранее перечисленных вошли: Украина, вся Эстляндия и Лифляндия. Советскому правительству давалось ровно 2 суток на принятие решения, после чего Германия возобновляла свое наступление на Петроград. В тот же день на заседании ЦК РСДРП (б) Ленин под угрозой собственной отставки потребовал немедленного удовлетворения всех германских требований, в результате чего все условия германской стороны были приняты Всероссийским Центральным исполнительным комитетом (ВЦИК) и Совнаркомом и 3 марта 1918 г. советская сторона подписала Брестский мирный договор на германских условиях. Россия, выдержав почти 4 года войны, ушла с поля боя за полгода до капитуляции Германии. Но и она вслед за Россией оказалась охваченной революционной бурей, которая, однако, завершилась не победой мирового пролетариата, а образованием буржуазной демократической республики. В итоге, надеждам Ленина на кратковременный характер Брестского договора суждено было сбыться, но совершенно иным образом. После победы революции в Германии новое правительство поспешило расторгнуть Брестский договор; с небольшим перерывом о том же самом заявила и советская сторона.
   Рис. 3. Л. Д. Троцкий

Германия и Первая мировая: революция 1918—1919 гг.

Накануне
   По расчетам германского генералитета, новая война, стремительная и успешная, должна была повторить, а то и превзойти результаты франко-прусской войны конца XIX в. В результате впечатляющих побед объединенная Германия могла составить серьезную конкуренцию остальным странам Европы. Тактические цели предстоящей войны виделись ей в захвате богатых промышленных районов северо-восточной Франции. Стратегические цели преследовали объединение бельгийских, французских и польских территорий с созданием мощного экономического и таможенного союза во главе с Германией.
   К 1914 г. Германия представляла собой одну из самых стабильных держав Европы, в политике страны господствовало поразительное единодушие, остальное население Германии, почувствовавшее себя после объединения земель единой великой нацией, было охвачено патриотическим порывом. Как результат всенародной поддержки кайзера страны рейхстаг единодушно проголосовал за увеличение расходов бюджета на военные нужды Германии. К 1913 г. Германская империя обладала развитой экономикой, самой сильной армией в Европе, ее военно-морской флот уступал только английскому – все это позволяло рассчитывать на быструю и успешную военную кампанию. Но уже первые месяцы войны и прежде всего провалившаяся кампания по молниеносному захвату Парижа обнаружили серьезные просчеты германских военных. Война затянулась на несколько лет, потери в людских ресурсах исчислялись миллионами. Блокирование мощного германского флота в портах Балтики вызвало в стране продовольственный и сырьевой кризис. Последовавшее вслед за этим резкое падение уровня жизни населения вместе с неменяющимся в течение ряда лет положением на фронтах стало причиной дестабилизации политической системы страны, а неурожайный 1917 г. и революционная ситуация в России еще больше усугубили ситуацию.
   Несмотря на подписанный на крайне выгодных для немцев условиях Брестский мир, германская армия не смогла развить успешного наступления на западном фронте. Более того, именно Брестский мир стал катализатором быстро прогрессирующего разложения хваленой прусской дисциплины. Переброшенные с восточного фронта солдаты нередко братались со своими противниками, сотнями и тысячами сдавались в плен, дезертировали с поля боя. В условиях резкого падения военной дисциплины и общего нежелания народа продолжать кровопролитную войну решение немецкого высшего военного руководства развязать подводную войну стало началом конца имперской Германии, так как повлекло за собой вступление в войну нового сильного противника – США. Под угрозой высадки американских частей на европейском континенте ситуация в стране и за ее пределами серьезно обострилась. В конце сентября из войны вышел важный стратегический союзник Германии – Болгария, лишив страну доступа к сырьевой базе для военной промышленности. После ряда серьезных поражений во Франции германские войска были вынуждены отступить, в секретных донесениях в генеральный штаб страны все чаще упоминалось о падении морального духа солдат и разложении их дисциплины.
   Рис. 4. Э. Людендорф

   В сложившихся обстоятельствах начальник Генштаба генерал Эрих Людендорф (рис. 4) настойчиво советовал кайзеру Вильгельму II заключить перемирие с Антантой, а все высвободившиеся ресурсы направить на срочное реформирование внутриполитической структуры и объявить о формировании нового парламентского правительства.
   Имперское правительство предприняло попытку договориться с оппозиционными политическими партиями страны, в первую очередь с социал-демократами. В новом правительстве во главе с Максом Баденским (рис. 5) они получили ряд министерских портфелей.
   Это не сняло напряженности, но перевело политическую борьбу в легитимное русло. Сформированное правительство начало мирные переговоры с США и приостановило ведение подводной войны, но тем не менее полностью стабилизировать обстановку в стране не смогло.
Революционный вихрь
   Рис. 5. М. Баденский

   Недовольство сложившейся в стране ситуацией охватило рабочих, трудившихся преимущественно на военных заводах страны, что затрудняло контроль дисциплины и проведение идеологической работы профсоюзами и представителями правых социал-демократических партий. Недовольны были сложившимся положением и представители мелкой торговли, терпевшие убытки из-за высокого уровня инфляции, закрытия важнейших сырьевых рынков страны, увеличения налогового бремени. Крестьяне, меньше других страдавшие от нехватки продуктов, были недовольны снижением закупочных цен на продовольствие и ростом спекуляции.
   В обществе все чаще слышались требования об отречении кайзера – главного виновника, по мнению большинства, затянувшейся и бессмысленной войны, и созыве Национального собрания, которое и решило бы вопрос о подписании мирного договора на приемлемых для страны условиях.
   Даже чиновники и служащие, ощутив на себе тяготы войны, утратили привычную лояльность к правящему режиму; негативные настроения германского народа продолжали расти. Помимо политических требований по окончанию войны, рабочие добивались равных имущественных прав, передела земли. Но на фоне вопросов о мире и политическом устройстве страны социальные требования воспринимались властями как второстепенные.
   К середине октября 1918 г. на улицах Берлина начали проходить массовые демонстрации рабочих, подкрепляемые усиленной агитационной деятельностью революционно настроенных политических группировок «Союз Спартака» и Бременских левых радикалов, призывавших народ к свержению существующего строя и провозглашению демократической республики. В стране сложилась предреволюционная ситуация, в общих чертах напоминавшая российскую годовой давности. Усилившиеся с конца октября волнения среди моряков в Киле привели 3 ноября 1918 г. к вооруженному восстанию матросов и солдат военного гарнизона, отказавшихся подчиниться приказу Моргенштаба принять бой с английским флотом. В результате саботажа моряков, попытавшихся силой расправиться с офицерским составом, корабли возвратились в порт, зачинщики мятежа были арестованы, что привело к новой волне протестов среди оставшихся на свободе моряков. На следующий день, 4 ноября 1918 г., к восставшим присоединилась пехота, и объединенные силы, разбив правительственные войска, захватили Киль в свои руки. В мятежный город срочно выехал депутат рейхстага, социал-демократ Густав Носке (рис. 6), но все предпринятые правительством меры по разрешению конфликта мирными переговорами оказались напрасными, а бунт и мятеж переросли в революцию.
   Рис. 6. Г. Носке

   Восстание началось стихийно, под воздействием чрезмерной усталости народа от войны. Мятеж моряков, отказавшихся идти в бой и поднявших руку на своих офицеров, подхватили народные массы, и с Киля волнения перекинулись на другие крупнейшие города страны. Разумеется, в своих действиях мятежники ориентировались на октябрьские события в России, поэтому сразу после вооруженного захвата власти повстанцами были созданы первые рабочие и солдатские Советы.
   Революция получила свое продолжение в столице Баварии, где объединившиеся социал-демократы во главе с радикальными представителями Независимой социал-демократической партии Германии в ночь на 8 ноября провозгласили социалистическую республику. Затем революционные волнения охватили практически все крупные города страны, включая Гамбург, Лейпциг и Дрезден.
   Рис. 7. Ф. Шейдеман

   К 9 ноября революционная волна достигла столицы Германии. Промышленные предприятия были охвачены забастовками, рабочие и солдаты заполнили улицы Берлина, многотысячные демонстрации во главе с лидерами социал-демократов требовали немедленного отречения Вильгельма II. Под давлением общественности рейхсканцлер Германии М. Баденский передал власть лидеру Социал-демократической партии Германии Мюллеру Герману и объявил об отречении Вильгельма II, к этому моменту уже покинувшему не только столицу, но и пределы самой Германии. Однако и после отречения кайзера в стране сохранялась напряженная ситуация. Во второй половине дня представитель Социал-демократической партии Филипп Шейдеман (рис. 7) по собственной инициативе провозгласил в стране федеративную республику, тогда как лидер радикальной группы «Союз Спартака» Карл Либкнехт в то же время заявил о создании социалистической республики.
   Объединенные усилия двух умеренных социалистических партий Германии позволили уже к 10 ноября сформировать в стране новое правительство – Совет народных уполномоченных, в который вошли по три представителя от Социал-демократической партии Германии (СДПГ) (в том числе и Ф. Эберт) и Независимой социал-демократической партии Германии (НСДПГ). Перед новой властью, пользовавшейся поддержкой народа, встала сложная задача – решить основные проблемы страны: прекращение войны и борьба с анархией, вызванной массовыми выступлениями и демонстрациями, угрожавшими целостности объединенной Германии. Начинать же, по мнению Эберта, следовало с ликвидации большевистской опасности. Поэтому уже на следующий день новое республиканское правительство подписало акт о капитуляции, означавший признание поражения Германии в Первой мировой войне, и попросило у союзников поддержки для решения проблемы большевизма в стране, которая и была предоставлена. Между тем новое правительство провело в стране ряд социальных преобразований, рабочий день был сокращен до 8 ч., все работники получали обязательное медицинское страхование, демобилизованным солдатам гарантировалось трудоустройство, безработные обеспечивались социальными пособиями. Все граждане страны с 20-летнего возраста вне зависимости от социального положения и половой принадлежности получали равные избирательные и политические права и свободы. Но частная собственность осталась в неприкосновенности, сохранила за собой посты и большая часть старого административного аппарата. Все это стало источником новых политических конфликтов.
   Несмотря на поддержку народа, республиканское правительство рассматривало себя исключительно как временный орган исполнительной власти, окончательное решение вопроса о власти и форме государства должно было принять избранное затем Национальное собрание. Выборы в новое собрание были назначены на январь будущего года, но к этому моменту в политической системе страны разразился новый кризис, и коалицию ведущих социал-демократический партий страны сменила конфронтация социал-демократов, усугубленная расколом внутри самих партий и переменой общественного мнения.
   Сложившаяся в стране ситуация не устраивала левых социал-демократов, в первую очередь радикально настроенных спартаковцев. Не обладая реальной поддержкой масс для разгона легитимно созданного в ходе демократических выборов Народного собрания (по примеру большевиков в Советской России, разогнавших избранное Учредительное собрание), радикалы стремились переломить ход политической борьбы до проведения самих выборов и тем самым сорвать избрание нового органа власти.
   Воспользовавшись просчетами нового правительства, стремившегося предотвратить развитие хаоса и анархии в стране вооруженным подавлением манифестаций и стачек, радикалы продолжили свою агитационную деятельность антиправительственной направленности, призывали к стачкам и вооруженному восстанию. Выйдя из состава социал-демократической партии, спартаковцы 30 декабря 1918 г. образовали свою Коммунистическую партию Германии (КПГ).
   Между тем в правительстве разразился кризис, в результате которого несколько министров из числа левых социал-демократов оставили свои посты, вслед за ними ушли и их сторонники, а некоторая их часть, в том числе начальник берлинской полиции Э. Эйхгорн, были смещены реформированным правительством. Это позволило спартаковцам составить коалицию с левыми социал-демократами и революционными старостами и создать Революционный совет, поставивший своей целью недопущение выборов в Национальное собрание и смещение правительства. В ответ на вооруженные выступления сформированной коалицией Красной гвардии и демонстрации рабочих правительство обратилось за военной поддержкой к добровольческим корпусам бывших фронтовиков, так называемым фрейкорам, созданным из отвыкших от мирной жизни военных сразу после подписания перемирия.
   10 января 1919 г. на улицах Берлина начались бои между сторонниками созданного революционного Совета и призванными правительством военными силами. К концу дня повстанцы были разгромлены, а лидеры Коммунистической партии, Карл Либкнехт и Роза Люксембург, после их ареста – расстреляны. За подавлением восстания последовали аресты его активных участников и военно-полевые суды.
Веймарская республика
   В результате проведенных акций выборы в Народное собрание были проведены, но первый законодательный орган провозглашенной им Веймарской республики начал свою работу только через 2 недели, 6 февраля 1919 г., и не в подавленной разгромом восставших столице, а в относительно спокойном Веймаре – столице Тюрингии. Новому органу законодательной власти страны удалось назначить ее президента в лице Ф. Эберта и сформировать новое законное правительство во главе с Ф. Шейдеманом. Они продолжили борьбу с коммунистами при полном одобрении всех остальных партий страны.
   В короткие сроки правительственными войсками были подавлены выступления рабочих в Бремене, Вильгельмсхафене и ряде других крупных городов страны. Отдельные выступления рабочих продолжались до мая 1919 г., последнее массовое вооруженное столкновение в столице произошло 3 марта 1919 г. и закончилось гибелью 1500 рабочих. В апреле-мае были подавлены очаги сопротивления в Брауншвайге, Магдебурге, Дрездене и Лейпциге. Под властью Коммунистической партии Германии оставалась только Бавария, где 13 апреля коалиция КПГ и НСДПГ провозгласил социалистическую республику и сформировал собственное правительство. По примеру Советской России новое правительство национализировало банки и приступило к формированию собственной Красной армии. Но «красный террор» и анархические настроения некоторых министров нового правительства привели к провалу самопровозглашенной республики, а в мае силы Красной армии были разгромлены.
   Таким образом, мечты Ленина о победе мировой социалистической революции так и не были осуществлены. 31 июля 1919 г. в Германии была утверждена первая демократическая конституция, провозглашавшая страну федеративной парламентской республикой во главе с рейхспрезидентом. Согласно принятой конституции президент страны избирался сроком на семь лет и обладал широкими полномочиями, в том числе правом формировать правительство и назначать его главу, но с одобрения парламента. Органы законодательной власти были представлены рейхсратом – советом представителей земельных правительств – и рейхстагом, состоявшим из выбранных народом депутатов. Так как первое заседание Народного собрания проходило не в столице страны, охваченной революционными волнениями, а в Веймаре, республика вошла в историю под названием Веймарской.
   Провозглашение Германской Республики стало последним шагом, окончательно разрушившим старую политическую систему мира. Четыре великие державы – Германия, Австро-Венгрия, Османская и Российская империи – прекратили свое существование. Начавшаяся после подписания германской стороной перемирия Версальская мирная конференция дала начало новому политическому устройству.

Версальская система

Подписание мирного договора
   28 июня 1919 г. в Зеркальном зале Версаля был подписан окончательный вариант мирного договора стран Антанты с Германией, названный Версальской системой, – первый и основной из серии международных договоров, положивших начало формированию нового политического устройства мира. Помимо Германии, признанной главной виновной стороной в развязывании Первой мировой войны, договоры были заключены с ее союзниками – Австрией, Болгарией, Венгрией и Турцией. Несмотря на то что основной задачей формирования иной системы мирового устройства являлось предотвращение новых военных конфликтов подобного масштаба, Версальская система изначально оказалась нестабильной и через 20 лет доказала свою полную несостоятельность: мир оказался на пороге Второй мировой войны, еще более кровопролитной и жестокой.
   Причин нестабильности нового политического устройства мира было несколько, но основными стали сами договоры и условия их подготовки.
   Мирная конференция, начавшая свою работу 18 января 1919 г., продолжалась чуть более года – до 21 января 1920 г. В ней приняли участие 27 стран-союзниц по антигерманскому блоку – все, за исключением Советской России. Германия и ее союзники, признававшиеся побежденной стороной, к участию в переговорах также не были допущены.
   Основные пункты Версальского договора вырабатывались в напряженной и остроконфликтной обстановке столкновения интересов пяти ведущих держав Европы и Америки. Каждая из сторон преследовала, прежде всего свои цели, нередко вступавшие в противоречие с интересами союзников.
   Франция, потерявшая в 1871 г. большую часть своих восточных территорий, стремилась на будущее обезопасить себя от любых военных притязаний Германии и настаивала на заключении гарантийных договоров с Англией и Америкой на случай вооруженного нападения. В то же время французские представители, желая сломить поверженного врага (сказывалось унизительное поражение французов в войне 1870—1871 гг.), добивались отделения от территории бывшей Германской империи ряда исторических областей, в том числе Баварии и Рейнской области. По их предложениям, Германию как страну, развязавшую мировой военный конфликт, следовало обложить непосильными репарациями, которые надолго, если не навсегда, могли бы лишить страну возможности развивать свою военную и гражданскую промышленность. В числе дополнительных мер защиты Франция предусматривала создание в восточной части Центральной Европы ряда независимых государств с профранцузским политическим устройством, которые стали бы своего рода «санитарным кордоном» от большевистского влияния и имперских устремлений Германии.
   Великобритания, разделявшая с Францией власть, дарованную победой, в свою очередь была совершенно не заинтересована в ослаблении мощной, обладавшей огромным потенциалом Германии, так как серьезный противник на востоке, по мнению английских политиков, помогал сдерживать непомерный рост амбиций самой Франции, бывшей основным политическим противником Англии как на европейском континенте, так и в колониях. В то же время интересы Британской империи настойчиво требовали ликвидации германского военного флота и передачи Великобритании большей части колониальных владений Германии.
   Рис. 8. В. Вильсон

   Америка, также обладавшая сильным влиянием в стане победителей, в лице своего президента Видро Вильсона (рис. 8) настаивала на идее коллективной безопасности и несомненном праве германских колоний на самоопределение. Американский президент предложил четырнадцать первоначальных пунктов мирного договора, подвергнутых значительной корректировке в ходе парижской конференции. В первых пунктах американской программы декларировались принципы открытой дипломатии, подчеркивалось право на свободное мореплавание, говорилось о необходимости всеобщего разоружения. Пункты содержали в себе положения о неограниченном развитии мировой торговли, праве наций на самоопределение (в том числе и России), на правовое разрешение колониальных споров. Последние пункты касались возвращения Франции ее земель, предоставления народам в составе Австро-Венгерской и Османской империй широкой автономии, воссоздания независимого Польского государства и национализации черноморских проливов, принадлежащих Турции.
   Полностью пренебречь интересами страны, которая к тому времени стала одним из основных кредиторов и Англии, и Франции, союзники не могли, но и принять идеалистические идеи В. Вильсона не имели желания. В ходе длительных переговоров был выработан некий компромиссный вариант, учитывавший и американский принцип самоопределения, и империалистические интересы европейских союзников.
   С того момента все колонии определялись как «подмандатные территории», управление которыми на переходный период отдавалось колониальным державам на основе мандатов. При этом сами мандаты предоставляли колониальным державам достаточно широкие полномочия вплоть до управления подмандатными территориями на основе своих национальных законов. В то же время мандатная система рассматривалась Европой исключительно как новый способ управления колониальным миром и не способствовала развитию форм его местного самоуправления, а коллективное руководство международной политикой в лице Лиги Наций предполагало распределение в ней ключевых фигур исключительно между представителями «европейской двойки».
   В результате достигнутых доверенностей вопросами безопасности и обеспечения мира стала заниматься новая международная организация – Лига Наций, а для управления колониями была разработана мандатная система.
   Послевоенные проблемы самой Америки привели к ее нежеланию участвовать в делах международной организации, и созданная по предложению США Лига Наций с первого момента своего существования утратила подобающий ей универсальный характер. Республиканская партия США, не поддержавшая инициативу своего президента, больше интересовалась вопросами Дальневосточного региона, в частности свободным доступом на рынок Китая, а также правом обладать равным с Великобританией военно-морским флотом. Решению этих двух важных вопросов и было посвящена следующая, Вашингтонская конференция 1920 г.
   Таким образом, еще в период обсуждения и согласования нового политического устройства мира обнаружился неразрешимый конфликт интересов сильнейших держав мира, ставший одной из причин неустойчивости созданной мировой системы. Дополнительным источником нестабильности были внутренние разногласия законодательной и исполнительной власти США, которые привели к провалу политики президента у себя в стране и смене правящей партии. Но не менее значимая причина крылась и в тексте самих договоров.
Мина замедленного действия
   По Версальскому договору Германия признавалась стороной, потерпевшей поражение, что и определяло все остальное содержание документа, согласно которому Германия возвращала завоеванные в 1871 г. французские исторические области Эльзас и Лотарингию. Бельгии отходили территории округов Мальмеди и Эйпен, Польша получала входившие в состав Пруссии Познань и Поморию, а также часть Верхней Силезии, Дания – территорию Шлезвига. По настоянию французской стороны земли Саар на 15 лет переходили под управление международной Лиги Наций, а угольные шахты Саара на тот же период времени передавались в собственность французской стороны. Левый берег Рейна подлежал пятнадцатилетней оккупации войсками союзников, на правом берегу создавалась шестидесятикилометровая демилитаризованная зона.
   По тому же договору Германия лишалась большей части военно-морского флота, отходившего преимущественно Англии, сухопутные войска страны не могли превышать 100 000 солдат, армия могла набираться только по принципу добровольной вербовки, всеобщая воинская повинность отменялась. Ограничения и запреты касались развития военной авиации, подводного флота, наземного вооружения. Генеральный штаб и Военная академия страны подлежали роспуску. Кроме этого, Германия была обязана возместить союзникам понесенные в ходе войны экономические убытки. Первый взнос в 20 млрд золотых марок она была обязана уплатить до 1921 г., но сумма все время менялась. Вынужденная подписать унизительный для нее договор Германия, не допущенная к обсуждению его основных пунктов и положений, так никогда и не смогла признать его справедливым, тем более что к моменту подписания мирного договора страна из монархии стала республикой, фактически не виновной в развязывании Первой мировой войны. Чрезвычайная жесткость договора стала, в свою очередь, питательной средой для зарождения идей национал-социализма и способствовала приходу к власти фашистов.
   В то же время Версальский договор имел ряд положений антироссийской направленности, в частности ряд украинских и белорусских земель были переданы Польше, а Бессарабия аннексирована Румынией. По тому же договору Германия признавала независимость всех территорий бывшей Российской империи; все договоры, подписанные с не признаваемым союзниками Советским правительством, отменялись.
   Версальский договор и новая система политического устройства обманула ожидания большинства союзников Антанты, которые не получали при разделе колониальных владений Германии значительных территорий, так как большая часть мандатов была отдана Франции и Англии.
   Недопущение к участию в Парижской конференции одной из основных участниц Первой мировой войны – России стало еще одной миной замедленного действия. Вслед за Германией Россия, понесшая наибольшие потери в ходе четырехлетней войны, не могла не почувствовать себя оскорбленной. Россия не приняла условий и положений Версальского договора и уже с 1922 г. стала искать пути сближения со столь же униженной Германией. Ряд заключенных дружественных договоров позволил Германии получить доступ к российской стали и в короткий срок возродить и поднять на новый уровень свою военную промышленность.
   Особенно недовольна результатами переговоров была Италия. Бывшая в свое время союзницей Германии по Тройственному союзу, Италия сначала объявила нейтралитет, а затем в 1915 г. выступила на стороне Антанты, рассчитывая получить за свою лояльность область Фоуме. Получив отказ на свои территориальные претензии, итальянцы смертельно обиделись на бывших союзников. Карту их ущемленного самолюбия с успехом разыграли националисты, сформировавшие в самом центре юга Европы профашистский режим Б. Муссолини.
   США в лице своего Сената также были настолько недовольны подписанным В. Вильсоном договором, что отказались его ратифицировать, в результате подписав с Германией свой собственный вариант договора, в котором о Лиге Наций не говорилось ни слова. Заключенный после Версальского ряд договоров с бывшими союзниками Германии также нес в себе зерна нестабильности в силу нанесенного государствам материального и морального урона. Так, по условиям Сен-Жерменского договора с Австрией, подписанного 10 сентября 1919 г., бывшая Австро-Венгерская империя лишалась Чехии, ставшей частью независимого государства, Южного Тироля и полуострова Истрии, отошедшего Италии, Галиции, вошедшей в состав Польши, а также южнославянских земель, образовавших Королевство сербов, хорватов и словенцев. По условиям договора Австрии было запрещено объединяться с Германией, иметь армию численностью больше 30 000 человек.
   Не менее существенны были и ограничения, касавшиеся производства военного вооружения. Кроме этого, Австрия облагалась репарациями в пользу победивших стран.
   По Трианонскому договору, подписанному 4 июня 1920 г. премьер-министром Франции Э. А. Мильераном и венгерским генералом М. Хорти, Венгрия передавала Трансильванию Румынии, Хорватию – Королевству сербов, хорватов и словенцев, а Словакию и Западную Украину – Чехословакии. Венгрии, как и Австрии, коснулись ограничения и запреты в сфере военной промышленности и армии. Кроме того, страна облагалась репарациями.
   Болгария, воевавшая на стороне Германии, по Нейискому договору утрачивала территорию Западной Фракии, часть Македонии и Добруджи.
   Все заключенные договоры, обеспечившие Лиге Наций лояльность ряда небольших вновь образованных государств, в то же время вызвали неудовольствие стран, лишенных своих территорий, что стало толчком к новому росту недовольства сложившейся политической системой в Австрии, Болгарии и Венгрии.
   Но самые серьезные ограничения касались Турции. Согласно Севрскому договору 1920 г. Османская империя утрачивала все свои арабские владения, а также большую часть европейских территорий за исключением Стамбула. Проливы в Черное море приобретали международный статус, подлежали разоружению. По условиям договора реальное управление проливами передавалось Лиге Наций. Подписанный договор в силу утраты подписавшим его правительством реальной власти в стране так и не был признан Турцией. Только после переговоров 1923 г. западные державы предложили Турции гораздо более мягкий договор, не ограничивавший ее суверенитета. Подписанный мирный договор с Турцией и организованная международная Лига Наций обманули основные ожидания арабских государств, рассчитывавших получить за свою помощь в войне с Турцией часть арабских территорий. Открывшийся им обман стал очередной миной, заложенной под непрочное основание Версальской системы. Арабский мир с негодованием и непониманием отнесся к нарушению прямых обещаний английской стороны содействовать созданию единого арабского государства, в состав которого должен был войти и ряд бывших колоний Османской империи, теперь оказавшихся под управлением самих европейских союзников.
   Таким образом, в ходе нового политического устройства мира основные преференции получили две европейские державы – Великобритания и Франция. Тогда как остальные страны лагеря победителей были серьезно недовольны новой политической системой. В то же время ряд противоречий между Францией и Англией явился причиной попустительского отношения к нарушению сначала самими союзниками, а затем и Германией ряда пунктов заключенного договора, что и привело к созданию боеспособной армии в Германии и началу Второй мировой войны.

Глава 2
ГЕРМАНИЯ МОГЛА БЫТЬ ДРУГОЙ. ВЕЙМАРСКАЯ РЕСПУБЛИКА

Веймарская Германия в системе международных отношений в 1920-е гг.

Версальский мир
   28 июня 1919 г. Германия подписала Версальский договор. В то же время она твердо знала, что никогда не сможет признать его справедливым. Страна, ставшая к тому моменту демократической республикой, была готова лишиться части своих территорий и выплатить значительные суммы контрибуций, но не предполагала, что предложенный ей договор будет настолько жестким. По условиям договора она теряла около 73 500 км2 своих территорий, на которых проживали более 3,5 млн немцев, мощный военный флот и все колониальные владения. На отторгаемых территориях немцы добывали около пятой части всего каменного угля и более 70 % железной руды. Около 10 % всех производственных мощностей, в том числе четвертая часть выплавляемого чугуна, также оказались на отходивших союзникам территориях. Все крупнейшие реки – Одер, Рейн и Эльба – переходили под контроль союзников, как и внешняя экономика страны.
   Помимо этого, из-за передачи ряда областей Германской империи Польше часть прусских территорий оказалась оторванной от центральных районов страны, что было воспринято немцами как новая попытка раздробить с трудом восстановленную Германию.
   Глава германского правительства социал-демократ Ф. Шейдеман отказался подписывать договор и в знак протеста подал в отставку, вслед за ним с занимаемых постов ушли и некоторые представители Немецкой демократической партии. Новое правительство возглавил министр труда Г. Бауэр. Новоиспеченный законодательный орган республики – Народное собрание – согласился ратифицировать мирный договор только под жестким давлением союзников, угрожавших в противном случае вторжением в страну. От лица Веймарской республики договор подписали министр иностранных дел социал-демократ Г. Мюллер и министр почты и транспорта центрист И. Белль. 9 июля 1919 г. договор прошел ратификацию и с 10 января 1920 г. вступил в силу.
   Но фактически Версальский вердикт союзников, который в Германии именовали не иначе как «диктат», не приняли ни политические партии, ни народ, помнивший Великую Германию, воссозданную Бисмарком. В массовом сознании немцев договор стал ассоциироваться с иноземным порядком, навязанным Германии союзниками. В ответ на подписание унизительного, по мнению народа, договора правые политические силы страны, возглавляемые военной элитой Германии, быстро нашли виновников произошедших несчастий в лице коммунистов и социалистов и стали готовиться к реваншу. Подписанный договор требовал от Германии массового разоружения и сокращения армии. В результате этого военные, мужественно сражавшиеся до объявления перемирия на отторгаемых по договору территориях, почувствовали себя преданными собственным правительством.
Капповский путч
   В марте 1920 г. бывшие офицеры расформированного Генштаба Германии под руководством боевого генерала В. Лютвица и экс-главы берлинской полиции Т. Яговы попытались совершить государственный переворот, в результате которого во главе правительства должен был встать В. Капп – крупный землевладелец из Восточной Пруссии, убежденный сторонник политики реванша. Неофициально Капповский путч поддерживали и другие крупные бизнесмены Рейнско-Вестфальского региона, а также герой войны генерал Э. Любндердорф. 10 марта путчисты ввели в Берлин войска и Лютвиц в ультимативной форме потребовал у президента республики роспуска Национального собрания и переизбрания президента, но главное – отказа от выполнения мирного договора в части, касающейся армии.
   Первая мировая война привела все человечество к плачевным итогам. Именно она явилась причиной двух революций: в России и Германии, – а также привела к распаду четырех империй: Австро-Венгерской, Германской, Российской и Османской.
   По убеждению В. Лютвица, армия была необходима Германии для решения внутриполитических проблем, и в первую очередь – для борьбы с ростками большевизма. Ф. Эберт не принял выдвинутые требования, а после того как Лютвиц отказался добровольно подать в отставку, отдал распоряжение по аресту путчистов, но военные отказались сражаться со своими собратьями. Правительство вынуждено было покинуть столицу и перебраться в Дрезден, а затем – в Штутгарт.
   13 марта 1919 г. заговорщики объявили Каппа новым рейхсканцлером Германии. Одним из первых законов нового правительства стал запрет всех оппозиционных изданий. Легитимное правительство, находясь на безопасном расстоянии от путчистов, призвало свой народ к актам гражданского неповиновения захватившим столицу военным. В ответ на правительственное обращение 12 млн. рабочих, поддержанных чиновничьим аппаратом и коммунистическими лидерами, объявили забастовку. Через 4 дня открытого гражданского неповиновения новый рейхсканцлер, опасаясь заговора, бежал в Швецию. Лидер заговорщиков Лютвиц, в свою очередь, тоже спешно покинул страну и перебрался в соседнюю Венгрию.
   Ситуацию в столице удалось быстро стабилизировать, но вслед за Берлином новый крупный очаг сопротивления демократическому правлению вспыхнул в главном сырьевом регионе страны – металлургическом Руре, где коммунистам на борьбу с путчистами удалось мобилизовать и вооружить около 80 000 рабочих. На этот раз большевики решили использовать выпавший шанс на новый государственный переворот в пользу Советов. Правительство воспользовалось силами капповских фрейкоров, оставшихся без своего идейного руководителя, чтобы уже к апрелю полностью разгромить армию рабочих. Но, не дожидаясь окончания боев с остатками Красной армии, президент Эберт, стремясь утихомирить политические и общественные страсти, произвел ряд кардинальных изменений в кабинете министров.
   Новым рейхсканцлером страны стал Г. Мюллер. Доверие к старым веймарским партиям было подорвано, что с очевидностью продемонстрировали выборы в рейхстаг, прошедшие 6 июня 1920 г. Прежде всего проиграла партия власти – Народно-демократическая партия (НДП), набравшая всего 36 мест из 452, т. е. менее 10 %. Центристы смогли выиграть почти в 2 раза больше – у представителей этой партии оказались 64 депутатских мандата. Сокрушительные потери в избирательском электорате понесла и самая влиятельная республиканская партия – СДПГ, которая ровно в 2 раза снизила свое представительство в рейхстаге и теперь владела 102 депутатскими голосами. Большинство сторонников партии сменили свои предпочтения в пользу НСДПГ, получившей 84 мандата. Коммунистам удалось завоевать всего 4 мандата. Наконец в рейхстаг прошли три правые партии, в том числе Баварская народная партия (БНП), Немецкая народная партия (ННП) и Немецкая национальная народная партия (НННП), набравшие 157 депутатских мест, причем 71 из них было отдано представителям последней, националистической партии. Новое правительство возглавил лидер центристской партии К. Ференбах, в кабинет министров вошли представители от ННП и НННП.
Тем временем в экономике
   Экономическая ситуация в Германии продолжала оставаться крайне тяжелой. 1 марта 1921 г. обострились и внешнеполитические отношения с союзниками по Антанте, требовавшими новых репарационных выплат. При этом сами участники Версальской конференции так и не смогли за прошедшие с момента подписания договора долгих 2 года прийти к общему мнению об окончательной сумме контрибуций. Германия, загнанная в экономические тиски, просила закрепить репарационные выплаты на сумме в 30 млрд, признав из них выплаченным 21 млрд. Оставшиеся 8 млрд, по предложению Веймарской республики, должны быть погашены страной в течение 30 лет. Для подъема своей промышленности Германия настаивала на предоставлении ей международных кредитов, снижении налогов на занимаемых оккупационными войсками территориях и возвращении ей Верхней Силезии.
   Запад не пошел ни на одну из этих уступок, и когда истек срок предъявленного Германии ультиматума, союзники ввели войска в немецкие прибрежные города Дуйсбург, Дюссельдорф и Рурорт и обложили весь германский экспорт новой 50%-ной пошлиной. Эта ситуация, устраивавшая Францию, никак не вязалась с интересами Америки и Великобритании. Именно с их подачи западным союзникам удалось договориться об окончательной сумме контрибуции в 132 млрд золотых марок и максимальном сроке выплаты в 37 лет с условием погашения первого миллиарда в ближайшие 3 недели. В случае отказа Германии Франция была готова оккупировать Рур. Правительство К. Ференбаха не видело иного выхода, как подать в отставку. Кабинет министров возглавил центрист Й. Вирт, в состав кабинета снова вернулись демократы, в том числе и В. Ратенау из НДП.
   Первый контрибуционный взнос в 20 млрд золотых марок Германия выплачивала сырьем, продовольствием и фармацевтическими препаратами, что негативно сказывалось на развитии собственной экономики и .значительно ухудшало условия жизни населения.
   Чтобы выполнить все договоренности, стране пришлось запустить «печатный станок», что неминуемо вызвало резкое падение национальной валюты. Новое правительство, уверенное в сознательной политике Запада по подрыву национальной экономики Германии и не видевшее возможности договориться с союзниками, стало искать иной выход из политической и экономической изоляции страны и обратило внимание на Советскую Россию, оказавшуюся в такой же ситуации. В 1922 г. был подписан новый мирный договор между двумя странами, положивший конец взаимным претензиям сторон по итогам Первой мировой войны и предполагавший развитие дипломатических и экономических взаимоотношений. Подобный договор сильно обеспокоил Запад и заставил его пересмотреть свое отношение к Германии.
   Успехи нового правительства по нормализации ситуации вызывали резко негативное отношение среди правых националистских партий, особенно негодовавших после назначения на пост министра МИД еврея В. Ратенау.
   Неприятие политики нового правительства заставило правых экстремистов перейти к политике террора: в Германии была сформирована экстремистская организация «Консул», организовавшая серию политических убийств, в том числе и министра В. Ратенау.
   В ответ на действия террористов глава правительства обратился к депутатам с обращением, в котором указывал на опасность усиления влияния правых экстремистов. Правительству удалось добиться проведения через рейхстаг нового закона, вводившего смертную казнь за организацию политических убийств. Это была новая победа демократии над правыми националистами, но добиться новой коалиции демократических сил рейхсканцлеру так и не удалось – социал-демократы и националисты не видели точек сближения. В результате многочисленных нападок с обеих сторон глава кабинета министров вынужден был 14 ноября 1922 г. сложить свои полномочия и уйти в отставку.
   В условиях сложившейся политической обстановки президент страны не нашел иного выхода, как предложить пост рейхсканцлера беспартийному талантливому администратору В. Куно, возглавлявшему крупную судоходную компанию. Назначая главой правительства крупного предпринимателя, президент надеялся, что новому правительству удастся заручиться поддержкой крупного капитала и найти общий язык с банкирами и бизнесменами. Но в ответ на свою помощь и поддержку промышленники требовали отмены всех социальных завоеваний Ноябрьской революции. К тому же талантливый администратор оказался некомпетентным политиком, не умевшим достигать компромиссов как внутри страны, так и с внешними ее партнерами. Во время пребывания Куно на посту рейхсканцлера Германии экономическая ситуация в стране продолжала ухудшаться.
   Версальский договор требовал все новых и новых репарационных выплат, что при отсутствии внешних займов приводило внутреннюю экономику страны в упадок и сказывалось на жизни каждого ее жителя. Огромная инфляция, обесценивание сбережений, разорение страховых компаний, банкротство промышленных предприятий, недостаток продовольствия – все это создавало мощный социальный фундамент для недовольства, что могло привести к успеху любой политической силы, готовой взять ситуацию в твердые руки и вернуть стране прежнее уважение и процветание. Компартия Германии дискредитировала себя поражением в Ноябрьской революции и последующим выступлением в Руре, поэтому надежды народа все чаще возлагались на политические силы правого толка, открыто обвинявшие в поражении Германии коммунистов, евреев, союзников и слабых правящих демократов.
Вторжение
   Между тем ситуация обострялась не только внутри страны, где политические силы продолжали свою борьбу, но и за ее пределами. Франция, в очередной раз вовремя не получив репарационных выплат, объявила мобилизацию и собиралась при поддержке Бельгии оккупировать Рурскую область. В этих сложных обстоятельствах Куно не удалось достичь компромисса, и Франция, успешно пролоббировав свои интересы в лагере союзников, в начале 1923 г. ввела свои войска в металлургический центр Германии, обеспечивавший всю промышленность страны углем. Правительство Германии было совершенно не готово к такому беспрецедентному шагу союзников.
   13 января на парламентском заседании глава правительства отреагировал на вторжение в страну заявлением о том, что Германия приостанавливает выплату контрибуций, и обратился к населению Рура с просьбой бойкотировать любые распоряжения оккупационных властей, не выплачивать налоги, не выходить на работу, не отгружать уголь. Тактика пассивного сопротивления возымела свое действие: добыча и отгрузка угля сократилась более чем в пять раз. На пассивное сопротивление и рост забастовок оккупационные власти ответили ростом репрессий, арестами членов администрации предприятий и высылкой рабочих семей в другие районы.
   Ситуация выходила из-под контроля германских властей, так как в ответ на ужесточение политики оккупантов местное население стало переходить к активным действиям вплоть до подрыва составов, демонтажа рельсов, сознательного вывода из строя оборудования. Кроме того, длительная забастовка в Руре привела к дальнейшему ухудшению экономического положения страны: инфляция переросла в гиперинфляцию, бумажные деньги стоили не дороже бумаги, на которой они печатались. Длительная оккупация несла разрушительные политические последствия и стала угрожать целостности государства. При поддержке западных союзников на оккупированных территориях были провозглашены Рейнская и Пфальцская республики, а к осени 1923 г. между ними и остальной частью Германии союзными войсками была организована таможенная граница.

Коммунистическое восстание в Гамбурге

Обострение обстановки внутри страны
   Вторжение французских войск на германскую территорию привело к резкому обострению и так чрезвычайно нестабильной внутриполитической обстановки. Коммунисты обрели прежнюю популярность в народе и, пользуясь этим, призывали к открытому неповиновению властям. Началась подготовка вооруженных восстаний в Саксонии, Гамбурге и других регионах страны. В ответ на призывы и лозунги коммунистов правые силы, стремившиеся не допустить новой революции, потребовали от правительства силового подавления мятежа. В условиях угрозы выхода ситуации из-под контроля властей депутаты от СДПГ призвали рейхстаг выразить вотум недоверия правительству, после чего Куно покинул пост рейхсканцлера и вернулся на прежнюю должность.
   Крайне сложная внутриполитическая обстановка в стране вынудила президента Германии ввести в государстве чрезвычайное положение. 13 августа 1923 г. кабинет министров возглавил Густав Штреземан (рис. 9), долгое время остававшийся убежденным реваншистом.
   Рис. 9. Г. Штреземан

   Но политическое убийство В. Ратенау заставило его пересмотреть свои взгляды и сменить монархические убеждения на республиканские. На следующий день, 26 сентября, вновь избранный рейхсканцлер объявил о начале выплат союзникам и прекращении политики пассивного сопротивления в Руре. Для организации выхода из политического и экономического кризиса коалиционное правительство потребовало для себя чрезвычайных полномочий, которые и были ему предоставлены в самый короткий срок – уже 13 октября 1923 г.
   К этому времени экономическая ситуация в стране стала близка к катастрофической: курс марки падал не только каждый день, а каждый час; рабочие стали получать зарплату дважды в день, чтобы в обеденный перерыв успеть потратить полученную сумму. Гиперинфляция способствовала расцвету спекуляции и росту преступности, обесцениванию моральных ценностей, развитию в обществе циничных настроений, что, в свою очередь, создавало благоприятную почву для роста социальной напряженности массах. Правительство предпринимало меры по стабилизации обстановки, в том числе был введен контроль розничных цен. Это привело к возрастанию классового расслоения общества: мелкие и средние предприниматели полностью разорились, тогда как крупные бизнесмены, имевшие доступ к кредитам, смогли значительно увеличить свои состояния.
   Осенью 1923 г. инфляция с новой силой ударила по рабочему классу, лишившемуся всех социальных завоеваний Ноябрьской революции, в том числе права на 8—часовой рабочий день и медицинское страхование. В условиях галопирующей безработицы профсоюзы утратили свой авторитет. Резкое падение общего уровня жизни привело к эпидемиям и росту числа сезонных заболеваний, дети страдали рахитом и туберкулезом. Немецкая нация столкнулась с реальной угрозой вымирания, и, по мнению большинства граждан страны, вина за это лежала на республиканцах, которые за четыре года правления ввергли большинство населения в нищету и хаос.
   Лишь только когда союзники прочно обосновались на территории Германии, власть призвала своих граждан оказывать оккупантам пассивное сопротивление. Правда, к этому моменту гражданское неповиновение было отлично организовано силами самого местного населения, так что призывы правительства оказались слишком запоздалыми.
   Первые меры, предпринятые новым главой правительства, касались непосредственно инфляции. Уже 15 ноября 1923 г. в условиях продолжающейся изоляции Германии от источников внешнего финансирования Г. Штреземан сумел только за счет внутренних резервов страны провести денежную реформу и ввести новую национальную валюту, обеспеченную ВВП Германии.
   После получения чрезвычайных полномочий правительство обложило ипотекой все промышленные и торговые предприятия, инвестиционные компании и банки. Новое налоговое бремя не пощадило и крупных землевладельцев, благодаря чему экономике страны удалось преодолеть инфляционный кризис. Но оставались и другие, не менее сложные проблемы, требовавшие жесткого и своевременного решения. К моменту прихода правительства Г. Штреземана в Веймарской республике сложилась взрывоопасная политическая ситуация, угрожавшая самому существованию демократии. Одна из самых значительных угроз исходила от крайне правых, подготавливавших новый военный переворот и захват власти.
   К осени трудовые команды Германии (рабочие, объединенные национальной идеей) превратились в грозную силу, численность подготовленных солдат доходила до 80 000 человек. Большая часть резервистов располагалась в нескольких километрах от столицы, в Кюстрине, в подчинении майора Б. Бухрукера. В ночь с 30 сентября на 1 октября 1923 г. он решил воплотить в жизнь свой план захвата столицы, надеясь, что рейхсвер примкнет к путчистам. Вместо ожидаемой поддержки регулярная армия окружила резервистов и заставила их сложить оружие. Но угроза государственного переворота сохранялась. В Саксонии и Тюрингии после проведенных в 1922 г. парламентских выборов усилили свои позиции коммунисты, видевшие в нестабильной ситуации внутри страны прямые предпосылки для социалистической революции. К тому же значительное число социал-демократов, потерпевших сокрушительное поражение в ходе последних выборов и недовольных действиями правительственных войск, поспешили заключить политический союз с набирающими популярность коммунистами. В Саксонии возник такой же политический альянс СДПГ с КПГ и началось формирование вооруженных пролетарских сотен. После отставки главы правительства Куно левые настроения только усилились. В начале сентября в столице Саксонии – Дрездене прошел парад пролетарских сотен, на котором лидеры Компартии призвали народ к борьбе за диктатуру пролетариата.
Ситуация в Баварии
   Еще большая политическая нестабильность наблюдалась в Баварии, где со времени подписания Версальского договора сильно возросли сепаратистские настроения.
   В ответ на усиление центральной власти Баварский кабинет министров объявил о введении на территории Баварии своего режима чрезвычайного положения. При этом генеральный комиссар Баварии Г. Кар был наделен неограниченными полномочиями. Монархист Кар, в свою очередь, заключил тесный политический союз с командующим рейхсвером генералом О. Лоссовом и главой баварской полиции X. Зайссером. Созданная тройка лидеров Баварии открыто отказалась повиноваться центральной власти и призвала все военные части принять присягу на верность новому баварскому правительству, что фактически означало начало военного мятежа. В ответ на вызов баварских правых рейхсканцлер Германии, не уверенный в поддержке и лояльности немецкой регулярной армии в случае выступления против правых монархистов, решил не обострять сложную ситуацию и переключил все свое внимание на коммунистические Саксонию и Тюрингию, которые к сентябрю уже успели заручиться поддержкой Москвы. К середине осени лидеры саксонских коммунистов завоевали доверие народа и заняли некоторые ключевые министерские посты, было объявлено о создании рабочего правительства единого фронта.
   Для стабилизации обстановки и предотвращения возможного выступления рабочих командующий Саксонским военным округом, сохранявший свою лояльность республиканскому правительству, отдал распоряжение о введении в Дрезден частей регулярной армии и потребовал роспуска пролетарских сотен. Угроза лидеров коммунистов ответить на военное вторжение активными действиями не встретила народной поддержки. По настоянию рейхсканцлера Германии Г. Штреземана коммунисты покинули правительственные посты в саксонском кабинете министров, а премьер-министр саксонского правительства ушел в отставку. Ситуация в Тюрингии разрешилась по тому же мирному сценарию. Но 23 октября 1921 г. вспыхнуло восстание, организованное коммунистической партией Германии (КПГ), в Гамбурге, на подавление которого потребовались три дня. Лидеры Коммунистической партии отводили гамбургскому восстанию роль «забойщика» общегерманской забастовки, которая, по планам Компартии, должна была перерасти во всеобщее восстание. Расформирование в Саксонии и Тюрингии прокоммунистических правительств, а также отсутствие поддержки со стороны рабочего класса этих двух областей стали причиной провала общегерманской забастовки, о чем Гамбург забыли известить. Восстание, не поддержанное другими областями страны, было быстро подавлено, всю ответственность за провал акции коммунисты возложили на партийного лидера Г. Брандлера. В результате тот был смещен со своего поста, новым лидером коммунистов стал Р. Фишер, а через два года – Э. Тельман. После подавления коммунистического мятежа республиканское правительство запретило деятельность Компартии на территории всей страны.
   Теперь, когда угроза государственному устройству со стороны левых была полностью ликвидирована, у правительства Г. Штреземана оставалась только одна серьезная проблема – сепаратистки настроенная Бавария. Действовать на территории этой исторической области теми же методами, что и в Саксонии, было, по мнению рейхсканцлера, крайне опасно, но социал-демократы, недовольные бесцеремонной и излишне грубой политикой рейхсканцлера в Саксонии, настаивали на введении в Баварию правительственных войск. Конфронтация социал-демократов с рейхсканцлером закончилась выходом первых из правительства Германии. Это неминуемо привело к усилению оппозиционной критики в адрес правительства и со стороны социал-демократов, сдружившихся с коммунистами. Позиция правительства оказалась непонятой и собственной партией, продолжавшей настаивать на заключении политического союза с правыми националистическими партиями. Стоит отметить, что хладнокровие и здоровые политические амбиции Г. Штреземана помогли ему и в этой сложной двойственной ситуации удержать пост рейхсканцлера. Между тем тройственный союз баварских лидеров после обострения политической ситуации в столице и правительственных акций против коммунистов в Саксонии и Тюрингии также перестал обострять конфронтацию с кабинетом министров. Правда, смена курса неповиновения на диалог с центральной властью привела к политическому кризису в самой Баварии. Радикально настроенные националисты стали готовить государственный переворот, вошедший в историю страны как «Пивной путч».
В кипящем котле внутренней политики. «Пивной путч» 1923 г. Будущий фюрер
   8 ноября 1923 г. большая толпа сторонников националистов собралась в одном из самых популярных пивных залов столицы Баварии – «Бюргербраукеллере», где вечером должны были выступить идейные лидеры Баварии: входивший в состав правительства Г. Кар, военный генерал О. Лоссов и шеф баварской полиции Х. Шайссер. Во время выступления Кара более полутысячи вооруженных сторонников Немецкой национал-социалистической рабочей партии по периметру оцепили зал. На улице напротив входа установили несколько пулеметов. Когда в зале неожиданно потух свет, лидер партии Адольф Шикльгрубер, впоследствии ставший знаменитым под фамилией своего отчима как Гитлер (рис. 10), выстрелив в воздух, прокричал, что страна провозглашается национальной республикой.
   В своей короткой речи он заявил, что зал окружен вооруженными людьми, поэтому все собравшиеся должны оставаться на своих местах. Баварское и республиканское правительства вместе с президентом Эбертом низлагались, а новым рейхсканцлером страны становился сам А. Гитлер. В то же время Кар, находившийся в этот момент на сцене, волей А. Гитлера прямо на месте назначался баварским наместником. Были произведены и другие громкие назначения. Так, Э. Пенер, служивший в должности столичного полицей-президента, получал пост министр-президента, а главный соратник А. Гитлера по партии Э. Людендорф – министра рейхсвера.
   После этого А. Гитлер велел находившимся на сцене лидерам Баварии проследовать в другую комнату. Все за исключением Кара были арестованы, но почти сразу же отпущены Э. Людендорфом. Кар и остальные лидеры Баварии формально признали победу национальной революции.
   Рис. 10. А. Гитлер

   В это время в зале воцарилась суматоха: с одной стороны, зрители с оживлением ждали, чем закончится разворачивавшееся на их глазах действо, с другой – А. Гитлер, переходя на крик, потребовал признать его победу. В этих обстоятельствах лидеры Баварии поспешили покинуть место происшествия. Уже через несколько часов поздно ночью Кар вместе с «арестованным» Лоссовым добрались до военных казарм баварского пехотного полка.
   Несколько часов спустя во втором обращении Кар осудил выступления нацистов, объявил дальнейшую деятельность Национал-социалистической немецкой рабочей партии, а также поддерживавших ее боевых союзов националистов «Оберланд» и «Имперский флаг» вне закона. Утром новость облетела все мюнхенские газеты, но националистов не арестовали.
Первое шествие
   Тогда буквально через несколько часов, еще до полудня, они решились выступить колонной к мюнхенской площади Одеонплац.
   Военизированную демонстрацию возглавляли лидеры националистов, в числе которых были А. Гитлер с Герингом и Э. Людендорф. На подступах к площади националистов встретили полицейские отряды, попытавшиеся преградить путь вооруженной толпе, размахивавшей знаменами со свастикой и военными штандартами. В ответ на обращение А. Гитлера, предлагавшего полицейским сдаться, те открыли огонь. В результате перестрелки погибли 19 человек, 3 из которых были полицейскими, остальные – националистами. Соратники А. Гитлера затолкали своего лидера в сопровождавшую колонну машину и скрылись в неизвестном направлении, торопясь к австрийской границе. Не привыкший отступать Э. Людендорф прошел сквозь ряды полицейских, не посмевших оказать вооруженное сопротивление уважаемому участнику войны. Через несколько дней убежище А. Гитлера близ границы с Австрией было раскрыто и его арестовали. Э. Людендорфа за его боевые заслуги арестовывать не стали, но обвинение предъявили.
   Весной 1924 г. в Мюнхене состоялся процесс по делу о вооруженном перевороте. На скамье подсудимых вместе с А. Гитлером оказались его ближайшие соратники – Рем, Парнет, близкий родственник генерал-фельдмаршала Э. Людендорфа, и сам герой войны. Процесс протекал миролюбиво, судьи были снисходительны, памятуя о заслугах Э. Людендорфа и националистических идеях самих путчистов. А. Гитлер, единственный из всех, был осужден на 5 лет заключения в крепости Ландсберг. При этом судьи смягчили приговор: часть времени осужденный проведет в изоляции, а при благопристойном поведении остальная часть наказания будет считаться условной. Руководитель штурмовиков Рем, как и остальные менее значительные участники путча, был приговорен к 3-месячному заключению, герой войны генерал-фельдмаршал Э. Людендорф, пользовавшийся всенародным уважением и непререкаемым авторитетом среди военных, был и вовсе оправдан, а его действия классифицировались судом как совершенные в состоянии аффекта. Таким образом, баварский путч, так до конца и не завершившись, логически закончился роспуском националистической партии и осуждением ее лидеров, но вне зависимости от своего итога имел огромные политические последствия. Во-первых, А. Гитлер в считанные дни получил широкую известность, а во-вторых, вынес из него важные уроки о методах и способах прихода к власти. Отныне его путь к вершинам политики пролегал через всенародные выборы в установленных законом рамках, а не в ходе открытых столкновений с легитимной властью.
   Ситуация в Мюнхене стабилизировалась, было сформировано новое баварское правительство, отказавшееся от сепаратистских настроений, сам Кар удержался у руля, даже стал более лоялен к республиканской власти. Однако социал-демократы, недовольные действиями правительства относительно Саксонии, не прекратили своих нападок на Г. Штреземана и, объединившись с националистами, возмущенными событиями в Баварии, смогли собрать нужное количество голосов для отставки правительства.
   30 декабря 1923 г. было сформировано новое правительство Германии во главе с главой партии «Центр» В. Марксом. Г. Штреземан, несмотря на активное политическое сопротивление, успешно стабилизировавший ситуацию в стране и покончивший с инфляцией, остался в составе нового правительства на посту министра иностранных дел.
Экономический подъем и кризис конца 1920-х – начала 1930-х гг. Стабилизация ситуации в стране
   С 1923 г. ситуация в стране да и в мире начала резко улучшаться. Мировому сообществу стало казаться, что послевоенный кризис миновал и наступило время экономического процветания, мира и спокойствия. Те же настроения охватили и Германию. После запрещения Компартии радикальные левые перестали быть значимой и опасной силой, деятельность правых радикалов тоже была запрещена.
   Национал-социалистическая партия А. Гитлера, на год оставшаяся без руководителя, понемногу начала исчезать с политической арены страны. На выборах в мае 1924 г. объединенному блоку Народно-немецкой партии свободы и национал-социалистов по инерции еще удалось получить 32 парламентских мандата, но уже к концу года внутренние противоречия и утрата поддержки населения привели к провальным для политического блока итогам. На декабрьских выборах в парламент им пришлось довольствоваться только 14 мандатами, тогда как правым националистам во главе с Э. Людендорфом удалось получить 100 парламентских мест. Выиграли же выборы с уверенным преимуществом социал-демократы. Они снова стали самой большой парламентской фракцией, завоевав 120 депутатских мандатов.
   В рядах крайних правых по-прежнему сохраняется раскол на отдельные небольшие группы и партии, закончившийся окончательным разрывом между национал-социалистами и Народно-немецкой партией свободы. Социал-демократы, объединившиеся с умеренными правыми, отстаивали в парламенте социалистические достижения Ноябрьской революции 1918 г. В начале 1925 г. правительство Германии возглавил представитель националистической партии.
   Через 3 месяца, в апреле 1925 г., в связи со смертью первого президента Веймарской республики Эберта на пост президента был выдвинут представитель военной элиты генерал-фельдмаршал фон Гинденбург, поддержанный как социал-демократами, так и правыми партиями, в том числе и национал-социалистами. Новый президент, уважаемый герой войны, придерживался прежних имперских взглядов, но и время, и выровненная экономическая обстановка страны, и даже интересы союзников были в этот момент на его стороне.
   К середине 1920-х гг. значительно изменилась и внешняя ситуация. Союзники, в первую очередь американцы и англичане, все чаще возвращались к решению если и не вернуть Германию в число ведущих европейских держав, то прекратить ее изоляцию и способствовать восстановлению страны. Разумеется, значительные усилия по нормализации внешнеполитической обстановки были предприняты правительством Веймарской республики.
   Оказавшись на безопасном удалении от вооруженных нацистов, Кар по радио обратился к своему народу и, отказавшись признать военный переворот А. Гитлера, объявил данное им на митинге согласие вынужденным.
   За 6 лет министру иностранных дел Густаву Штрезе Ману удалось сделать немало, чтобы побежденная Германия снова оказалась в числе равноправных государств, в том числе добиться успеха в переговорах о сокращении репарационных выплат до приемлемых размеров.
   По новому плану американского предпринимателя и экономиста Ч. Дауэса, разработанному американцами и утвержденному европейскими союзниками, стране с 1924 г. были предоставлены внешние займы на подъем экономики и восстановление промышленности. После возобновления Германией выплат Франция вывела свои войска из Рура. В 1925 г. Германия на правах равного участника присутствовала на Локарской конференции в Швейцарии, по итогам работы которой подписала Рейнский пакт, провозглашавший незыблемость западных границ страны. Согласно достигнутым договоренностям Германия обязывалась не вступать в войну с Францией и Бельгией, а все возникающие проблемы и конфликты решать в арбитражном суде. В сентябре 1926 г. Германия была окончательно признана мировым сообществом как равноправный партнер и вступила в Лигу Наций.
   Политическая стабильность и нормализация взаимоотношений с бывшими противниками привели к подъему экономики страны. Проведенная правительством денежная реформа и обеспечение новой рейхсмарки золотовалютными резервами страны помогли стабилизировать национальную валюту; по темпу роста отдельных отраслей промышленности Германия догнала остальные европейские страны. На выборах в парламент 1928 г. снова уверенно победили сторонники республиканского правления, тогда как нацистская партия А. Гитлера не набрала и 3 %.
   За 6 лет, с 1923 по 1929 г., Веймарская республика превратилась в культурную Мекку Европы.
   В Берлине развивались литература, кинематография, архитектура и живопись. Впечатляющими бъли и открытия в фундаментальных науках. К началу 1930-х гг. Германия лидировала среди европейских стран по количеству полученных нобелевских наград по физике.
   К 1929 г. мир казался устойчивым, политические потрясения и угроза большевизма остались в прошлом, экономика успешно развивалась, с каждым годом увеличивая благосостояние каждого гражданина Европы и Америки, а все международные конфликты разрешались мирными переговорами.
Здание, построенное на песке
   Но, как показало время, идеальный мир был воздвигнут на зыбком фундаменте. К лету 1929 г. в Америке появились первые признаки кризиса перепроизводства. Выпущенные в огромных количествах унифицированные товары не находили своего покупателя и лежали на складах. Реальный спрос был в несколько раз ниже предложения, но промышленные предприятия не стремились переориентировать свое производство на изменившиеся потребности людей, а продолжали наращивать количественное присутствие своих товаров на рынке.
   В то же время спекулятивные игры на Нью-Йоркской бирже продолжали увеличивать стоимость ничем не подкрепленных акций промышленных предприятий Америки. Таким образом, разрыв между биржевой стоимостью реального сектора экономики и его фактической ценой продолжал увеличиваться. Вечно так продолжаться не могло. К середине осени биржевые игроки решили избавиться от части акций и начали их активную продажу. Цены на акции вследствие их массовой продажи стали резко падать. К концу октября неутешительные новости о реальном состоянии экономики обрушили биржевой рынок.
   29 октября, когда было продано 16,4 млн акций, вошло в историю Америки как «черный вторник». Крах Нью-Йоркской биржи стал толчком для экономического кризиса всей мировой экономики. Экономический коллапс первым поразил всю Америку. Разоренные предприятия становились банкротами, что, в свою очередь, приводило к новому витку паники. Страну охватила массовая безработица, большая часть населения потеряла все свои сбережения, резко снизился общий уровень жизни. За короткий срок кризис поразил оба американских континента и достиг Европы, в результате общее мировое производство сократилось более чем на треть, отбросив экономики большинства стран на довоенный уровень.
   Экономическая система Великобритании оказалась достаточно устойчивой. Ее стабильное развитие без резких подъемов избавило и от крутого падения. Франция пострадала не столько от самого кризиса, сколько от прекращения поступления в государственную казну германских отчислений, но со всей силой ощутила падение производства уже после окончания Великой депрессии в середине 1930-х гг.
   Германия, напрямую зависевшая от американских инвесторов, принимавших активное участие в подъеме экономики страны, и внешней торговли, пострадала от кризиса сильнее своих европейских соседей. Первые предвестники экономического кризиса появились в германской промышленности уже за несколько месяцев до обрушения акций на Нью-Йоркской бирже. Еще летом в немецкой промышленности наметился спад, германские толстосумы стали увольнять лишние рабочие кадры. В последующие месяцы ситуация продолжала ухудшаться. Отсутствие внешних кредитов привело к невозможности рассчитываться по старым выплатам, катастрофически быстро нарастал общий внешний государственный долг. Сокращение экспорта привело к резкому уменьшению импорта, необходимого для развития собственной промышленности; в результате снижения закупок сырья предприятия продолжали разоряться, а рабочие оказывались на улице.
Нарастание финансового кризиса
   К осени ситуация вышла из-под контроля. Уже в первые дни после «черного вторника» более 50 предприятий Германии объявили себя банкротами. К концу ноября ситуация еще более обострилась, так как в страну полностью перестали поступать американские деньги, выдававшиеся малому и среднему немецкому бизнесу на развитие производства. Снизившийся в несколько раз экспорт товаров ударил и по крупным промышленным предприятиям. К зиме все большее их число или закрывалось или переходило работать на неполный рабочий день. Безработица стала расти стремительными темпами, суды заполняли заявки по имущественным претензиям и взысканию долгов с неплательщиков. В новом 1930 г. кризис затронул металлургическую и угольную промышленность, за счет которой пополнялся бюджет и погашались репарационные выплаты.
   Политическая ситуация в Германии середины 1920-х гг. характеризовалась относительной стабилизацией политической обстановки в стране.
   В мае 1931 г. финансовый кризис привел к закрытию крупнейшего банка соседней Австрии, а уже через 2 месяца к тому же итогу пришел и один из ведущих банков Германии «Дармштадтер унд Национальбанк». Чтобы не допустить разрушения всей банковской системы, правительство в срочном порядке закрыло все остальные финансовые учреждения. Ситуацию не спасло даже временное замораживание репарационных выплат, предложенное американской стороной.
   Кризис в финансовой сфере привел к массовому разорению и закрытию кредитных организаций и предприятий, что отразилось и на сельском хозяйстве, которое развивалось на предоставленных кредитах. Особо сильно кризис затронул восточные регионы Германии, где сконцентрировались крупнейшие сельскохозяйственные поместья страны. Для спасения важной отрасли правительство осуществило проект аграрной реформы, включавший как вопросы поддержки сельскохозяйственного производителя, так и ряд протекционистских мер по повышению таможенных барьеров для ввозимого продовольствия. Несмотря на предпринятые правительством меры, в стране продолжала расти безработица, численность которой в 1932 г. достигла 26 млн человек, остальная часть рабочих и служащих была переведены на неполную рабочую неделю.
   Резкое снижение уровня жизни городского и сельского населения привело к уменьшению спроса на промышленные товары, что способствовало новому витку кризиса производства. Для ликвидации массовой безработицы правительство предоставило крупным промышленникам определенные налоговые льготы при условии организации ими дополнительных рабочих мест. Со своей стороны кабинет министров предложил предпринимателям освоение широкомасштабной программы ремонтных и восстановительных работ, требовавших привлечения новых трудовых ресурсов, а также внес предложение о снижении заработной платы вместо сокращения части сотрудников.
   Для преодоления экономического кризиса и общего спада производства к осени 1932 г. правительством страны был разработан и опубликован новый экономический декрет, в котором существенное внимание уделялось протекционистской политике, помогавшей защитить отечественные предприятия от иностранной конкуренции. Кроме этого, рассматривался вопрос о возможном разделе разорившихся поместий на ряд более мелких земельных наделов в том случае, когда поместья оказывались убыточными даже после значительных вливаний государственных средств. По расчетам правительства, новый законопроект позволил бы обеспечить землей, а значит, и средствами к существованию, более 600 000 граждан республики и создать новый класс – фермеров, но это решение не прошло через парламент, так как затрагивало интересы крупных землевладельцев.
Еще один печальный итог
   Кризис отразился и на торговых взаимоотношениях бывших международных партнеров. Ослабевшие национальные экономики ряда стран требовали введения протекционистских мер. Это положило начало таможенной войне и нарушению одного из основных пунктов Устава Лиги Наций о свободной торговле.
   Слабая экономика Германии была не в силах соблюдать план Дауэса. По предложению американского банкира комитетом финансовых экспертов союзников был разработан новый план выплат репарационных сумм. Согласно новому документу, утвержденному на Гаагской конференции в 1930 г., снизился объем ежегодно выплачиваемых репарационных платежей, был значительно сокращен налог на немецкий транспорт, а налог на промышленность отменен полностью. Принятый план вернул Германии Рурскую область, оккупируемую франко-бельгийскими войсками с 1923 г., а также ликвидировал иностранный контроль над промышленностью страны.
   Помимо экономических, кризис имел далеко идущие социальные последствия. Рабочие, лишившиеся основного источника заработка, средний класс, утративший все свои сбережения, полуразорившиеся крестьяне, разочарованная интеллигенция и огромное количество бездомных сформировали новую огромную массу людей, настроенных негативно.
   К лету 1930 г. выплавка стали и чугуна в Германии снизилась более чем на треть, добыча каменного угля упала почти на 20 %.
   В сложившейся ситуации старые политические силы полностью дискредитировали себя неумением и нежеланием противостоять кризису. Сменяющие друг друга правительства ограничивали свои попытки повлиять на ситуацию протекционистской политикой и предпочитали не вмешиваться в свободную экономику внутри страны. Правда, в стремлении сэкономить бюджетные деньги они планомерно увольняли государственных служащих, тем самым увеличивая армию безработных и недовольных проводимым курсом граждан. Но чтобы не предпринимало правительство по урегулированию внутренней обстановки в стране, общество воспринимало эти потуги как слабые, недостаточные и безрезультатные.
   Стоит отметить, что не только в Германии, но и в других охваченных кризисом странах государственная власть пыталась найти внутренние резервы для преодоления последствий кризиса, иногда это удавалось сделать в рамках демократии, как, например, в Америке, одной из первых вышедшей из затянувшегося кризиса. Слабые или небольшие государства предпочитали идти путем установления государственного контроля над экономикой, как произошло в Италии. Иногда не удавалось выбрать ни тот, ни другой путь; и внутренние противоречия приводили к повышению напряженности и даже к гражданской войне, как это случилось в Испании. В Германии бесплодные попытки правительства преодолеть последствия экономического кризиса стали главной причиной прихода к власти нацистов.

Республика становится рейхом: А. Гитлер приходит к власти

Задача – объединение националистических партий
   После подавления Баварского путча в 1923 г. лидер НСДАП (Национал-социалистическая немецкая рабочая партия) был арестован и осужден на 5 лет заключения, а деятельность партии запретили на всей территории страны. Правда, А. Гитлера освободили уже через 13 месяцев отсидки, в декабре 1924 г., но к этому моменту в партии от 55 000 осталось всего около полутысячи человек. Большая часть бывших членов партии, будучи верными сторонниками нацизма, перешли в легальную Немецкую народную партию свободы, созданную в 1922 г. после раскола Немецкой национальной народной партии. После запрещения деятельности НСДАП лидером Немецкой народной партии свободы стал один из вожаков националистского движения фельдмаршал Э. Людендорф. Вместе с ним в партию перешли Г. Штрассер и А. Розенберг.
   Лозунги и программа партии пользовались поддержкой в народе, и на майских выборах в рейхстаг 1924 г. партия смогла набрать 6,5 % голосов, что позволило ей получить 32 депутатских мандата. Но партия не смогла удержать своего успеха. Уже через полгода, к декабрю 1924 г., в ней наметился раскол между националистами и национал-социалистами, в результате чего на новых парламентских выборах ей удалось получить всего 14 мест в парламенте. Другие националистические партии были представлены Великогерманским народным сообществом во главе с Ю. Штрайхером, Народным блоком, Национал-социалистическим освободительным движением и др.
   В ходе сложных переговоров Э. Людендорфу удалось объединить партийные подразделения Ю. Штрейхера и Г. Штрассера. Последнего он уговорил вернуться в НСДАП, заверив в личной дружбе и пообещав высокие партийные посты.
   После сложного объединения и возвращения легализации деятельности партии в феврале 1925 г. перед НСДАП встала новая сложная задача: завоевать большинство в парламенте и окончательно победить республиканцев. Возможность насильственного прихода к власти на этот раз не рассматривалась. Для победы партия нуждалась в жесткой централизации, строгой иерархичности структуры, железной дисциплине с беспрекословным подчинением всех личных интересов общепартийным, но самое главное – требовались большие финансовые вложения, помощь капитала. Поэтому в скором времени в партии все антикапиталистические лозунги были заменены антисемитскими.
   Германский народ ждал появления нового лидера, который бы ясно указал на виновника произошедших несчастий и вернул в жизнь людей порядок и справедливость.
   А. Гитлеру и Г. Штрассеру удалось найти новых друзей партии в лице крупных промышленников и банкиров, опасавшихся усиления влияния коммунистов и социал-демократов. Достижению альянса между крупным немецким капиталом и национал-социалистами способствовал плебисцит 1926 г. по волновавшему коммунистов и социал-демократов вопросу – экспроприации собственности бывших владетельных князей кайзеровской Германии. В решении этого вопроса партия А. Гитлера посчитала выгодным объединиться с националистами и буржуазными демократами, объявив, что лишение князей собственности, доставшейся им по закону, будет ничем иным, как кражей. Партией было отклонено и предложение коммунистов прекратить выплачивать ренту бежавшему кайзеру и его ближайшему окружению. В благодарность за оказанную политическую поддержку А. Гитлер и его партия получили столь необходимое им финансирование.
   В числе благодетелей НСДАП числились и принц из династии Гогенцоллернов, и герцог из семейства Саксен-Кобург-Готского, и принц из рода Шаумбург-Липе. Определенные суммы поступали даже от низложенного кайзера, любившего по-императорски поощрять ненавидевшие коммунистов штурмовые отряды партии. Объединение НСДАП в один блок с остальными буржуазными партиями центристской и правой ориентации позволило А. Гитлеру завоевать симпатии крупной буржуазии. Для покорения сердец главных промышленников страны А. Гитлер лично прочитал ряд докладов в Рурской области на встречах с крупными капиталистами, владевшими угольными шахтами и металлургическими предприятиями. Заручившись их поддержкой, как моральной, так и более ощутимой материальной, А. Гитлер отправился в Эссен, где также нашел понимание со стороны крупных промышленников и банкиров. Большая часть влиятельных бизнесменов Германии ограничивалась значительными финансовыми пожертвованиями, но некоторые не останавливались на неофициальной поддержке и вступали в ряды партии: к 1930-ым гг. в НСДАП вступили крупные предприниматели Вильгельм Капплер и Эмиль Кирдорф, бывший банкир Ялмар Шахт.
   Каждая сторона в этом политико-финансовом альянсе получала свою выгоду: партия – финансовую поддержку, бизнесмены – голоса против коммунистов и уверенность в определенном лоббировании их интересов пришедшими к власти нацистами.
   Между тем А. Гитлеру предстояло не только завоевать сердца богатых мира сего, но и преодолеть внутренние разногласия в партии по вопросам национализма и социализма, ставшими причиной наметившегося раскола партии на левое и правое крылья. Так 22 мая 1926 г. он был выбран на общем съезде НСДАП, проходившем в Веймаре, А. Гитлеру удалось стать признанным единоличным руководителем НСДАП.
   К 1927 г. партия была полностью реформирована и стала строго централизованным политическим образованием с четко обозначенным партийным ядром, в которое, помимо самого фюрера, вошли Р. Гесс, Г. Штрассер, П. Геббельс и Г. Геринг. С момента легализации работы партии печатным органом НСДАП стала партийная газета «Фелькишер беобахтер», развернувшая со своих страниц нацистскую пропаганду. Агитационные лозунги и призывы обновленной и реформированной партии, в которую вошли талантливые агитаторы и пропагандисты, звучали по-молодежному агрессивно, эмоционально, неожиданно и поэтому затрагивали народные сердца. К концу 1920-х гг. германский народ уже несколько лет слышал одни и те же лозунги либералов, ратовавших за свободные рыночные отношения и самоорганизацию экономики страны, но при этом общий уровень жизни все еще заметно отставал от довоенного. Коммунисты из года в год призывали к интернациональному единству с братскими народами и классовой борьбе, что несколько противоречило жившим в душах немцев воспоминаниям о великой нации довоенной Германии. Националисты также теряли свою популярность, так как призывали вернуться к старой кайзеровской Германии, а именно Вильгельм II (рис. 11), по мнению многих немцев, и был одной из причин бесславного завершения войны. Социал-демократы предложили новую идеологию, построенную на расовом превосходстве арийцев, нации господ, попавшей под руководством демократов в иностранную зависимость от союзников. Агитационные прокламации нацистов популярно объясняли, кто виноват в резком падении уровня жизни немцев, и что нужно делать, чтобы эта жизнь стала иной. Нацисты не скрывали своей агрессивности, силы, напора, и это тоже импонировало населению на фоне колебаний, сомнений и метаний демократических партий.
Популярность нацистов растет
   Рис. 11. Кайзер Вильгельм II

   Уже на парламентских выборах в мае 1928 г. возрожденная партия НСДАП сумела завоевать в нем 12 мест, так же уверено НСДАП чувствовала себя и в провинции, где ей удалось пройти в городской совет Гамбурга и в земельный парламент Брауншвейга. И все же нацисты считали такие незначительные успехи, скорее, провалом, и сделали выводы из своей предвыборной агитации и тактики. В 1929 г. партия была более успешной, завоевав около 5 % голосов на выборах в парламент Саксонии, около 7 % – в парламент Бадена и более 8 % – на выборах в городской совет Любека.
   С каждым годом народная поддержка идей нацизма увеличилась, но после начала Великой депрессии она стала расти в геометрической прогрессии. По сути именно разразившийся во всем мире экономический кризис и создал политический трамплин, впоследствии позволивший нацистам из партии правых стать партией правящих.
   В то же время, пока НСДАП завоевывала себе новых сторонников, правительство и рейхстаг Веймарской республики никак не могли договориться между собой. Парламент отправлял в отставку одно правительство за другим, канцлеры распускали парламент. Каждые новые выборы, а они теперь стали происходить гораздо чаще, чем было положено по конституции, приближали нацистов к власти.
   В марте 1 930 г. ушло в отставку коалиционное правительство Веймарской республики во главе с социал-демократом Германом Мюллером, управлявшее Германией немногим менее двух лет. Не в силах справиться с решением сложных вопросов страхования безработных последнее демократическое правительство сложило с себя полномочия. Но социал-демократы продолжали представлять собой крупную политическую силу, оставаясь самой значительной парламентской фракцией. Канцлером Германии был назначен Генрих Брюнинг (рис. 12), член консервативной католической партии «Центр», пользовавшийся доверием и уважением в военных кругах как честный и самоотверженный человек.
   К этому моменту парламент давно уже утратил интерес к национальным проблемам страны и занимался межпартийными войнами, стремясь выиграть те или иные привилегии для своего электората. Любая программа – не важно, кем именно, правыми, левыми или центристскими силами она была разработана – отклонялась той или иной группировкой. Ни одна из партий не обладала абсолютным большинством для проведения нужных решений, а договариваться и объединяться в политические коалиции депутаты не собирались. Поэтому не удивительно, что и новому канцлеру Г. Брюнингу, как и его предшественнику, не удалось провести через парламент свою финансовую программу стабилизации положения в стране.
   Рис. 12. Г. Брюнинг

   Между тем катастрофическая экономическая ситуация требовала быстрого принятия мер. Единственный выход, видевшийся Г. Брюнингу в сложившихся обстоятельствах, заключался в 48-й статье Конституции Веймарской республики, позволявшей обойти парламент и в чрезвычайных обстоятельствах управлять страной не при согласии рейхстага, а посредством прямых президентских декретов. К помощи таких декретов и прибегнул Г. Брюнинг для проведения в жизнь своей финансовой программы. Для выхода из кризиса он вынужден был принять целый ряд крайне непопулярных решений, в том числе издал декрет о снижении заработной платы, встреченный волной недовольства как в народе, так и в парламенте.
   Противостояние законодательной и исполнительной властей вынудило президента в конечном итоге распустить парламент и назначить на 14 сентября 1 930 г. новые выборы в рейхстаг в надежде, что новый парламент будет политически менее раздробленным и оппозиционным.
   Совершенно неожиданно для политических партий страны, и прежде всего, для представительных и влиятельных социал-демократов эти выборы выиграли совсем не консервативные и демократические партии, а радикалы, т. е. национал-социалисты и коммунисты.
   Если на предыдущих выборах в рейхстаг в 1928 г. коммунисты завоевали 54 депутатских мандата, то теперь количество представителей этого леворадикального крыла увеличилось до 77. Еще более убедительной была победа национал-социалистов. На сентябрьских выборах в парламент страны они получили голоса 18,3 % избирателей, что дало им 107 депутатских мест. Это были уже не 12 голосов в парламенте, которые они получили в ходе выборов 1928 г., это была реальная политическая власть, заставлявшая считаться с собою. Партия «Центр», ориентировавшаяся на среднее сословие страны, тоже увеличила свое представительство в парламенте. Все остальные партии так или иначе проиграли. Фракия социал-демократов уменьшилась незначительно – на 9 представителей. Но все же это было сигналом существенного падения популярности среди населения и перехода части электората на сторону других политических сил. В результате выборов в парламенте сконцентрировались силы, с которыми новому канцлеру договориться стало еще сложнее, так как каждая партия преследовала свои цели и уступать друг другу, а тем более поддерживать правительство не была намерена.
   Общественное сознание немцев в результате экономического кризиса сильно качнулось в сторону радикальных партий. Неожиданный успех НСДАП был ошеломительным для демократов, но не для самих нацистов и народа.
   В условиях массового обнищания населения и безудержного роста безработицы демократические партии пытались предпринять те или иные действия, по большей части не приводившие к заметным переломным результатам.
   Перед А. Гитлером встала новая задача: собрать сильнейшие националистические партии страны в единую силу.
   Помимо всего этого, А. Гитлер декларировал новое возрождение Великой Германии, которая сможет разорвать позорный Версальский мир и будет готова дать каждому своему гражданину необходимое ему жизненное пространство. Более того, это не было просто лозунгами: за словами нацистских агитаторов стояла программа действий, и народ не мог не почувствовать полновесности их политических заявлений. От месяца к месяцу, от выборов к выборам общественное мнение все больше склонялось в пользу НСДАП. В 1930 г. на выборах в парламент Саксонии НСДАП получила около 15 % голосов, что вывело их на второе место после социал-демократов. Это был качественный прорыв национал-социалистов, позволивший им надеяться на победу и на всеобщих парламентских выборах. Новые выборы показали, что партия действительно набирает вес: ей за 2 года удалось пройти путь от десятого места до второго.
Последние шаги к победе национал-социалистов
   В то же время итоги парламентских выборов поставили перед лидером национал-социалистов две ближайшие задачи, решить которые было необходимо для окончательной победы партии: завоевать доверие и поддержку самых влиятельных в республике сил – военных и крупных капиталистов. А. Гитлер прекрасно осознавал, что и военные, и промышленники крайне недовольны демократическими завоеваниями революции. И если вторые относились к националистам более или менее терпимо, то в военной среде партия не пользовалась популярностью. Еще в 1927 г. в армии действовали строгие правила, запрещающие вербовать членов НСДАП на службу в любые рода войск или нанимать для охраны складов с оружием. И даже в начале 1930 г., после многочисленных заверений фюрера об истинных намерениях партии вернуть Германии воинскую доблесть и великую армию, генералы по-прежнему продолжали не доверять фюреру, искренне полагая, что А. Гитлер – друг армии только до той поры, пока ему это выгодно в политической борьбе. По мнению генералитета, пути политической партии и военных сил, призванных служить в первую очередь государству, не должны пересекаться. Наибольшие опасения военных вызывали военизированные штурмовики СА, которые, не стесняясь, распространяли слухи о конечной победе националистической революции путем вооруженного восстания и захвата власти.
   

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →