Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Jentacular — прил., завтраковый, завтрачный; нечто, относящееся к завтраку.

Еще   [X]

 0 

Побеждаем диабет. Эффективные методы лечения (Осипова Алла)

автор: Осипова Алла категория: Здоровье

Диабет – один из самых распространенных и коварных недугов XXI века. Из этой книги вы узнаете, как развивается предрасположенность к диабету и почему врачи говорят об эпидемии этой незаразной болезни. Автор дает рекомендации по профилактике, диагностике и лечению диабета, обсуждает возможности традиционных и новых методов лечения и излагает свой подход к решению этой проблемы.

Год издания: 2010

Цена: 59.9 руб.



С книгой «Побеждаем диабет. Эффективные методы лечения» также читают:

Предпросмотр книги «Побеждаем диабет. Эффективные методы лечения»

Побеждаем диабет. Эффективные методы лечения

   Диабет – один из самых распространенных и коварных недугов XXI века. Из этой книги вы узнаете, как развивается предрасположенность к диабету и почему врачи говорят об эпидемии этой незаразной болезни. Автор дает рекомендации по профилактике, диагностике и лечению диабета, обсуждает возможности традиционных и новых методов лечения и излагает свой подход к решению этой проблемы.


Алла Осипова Побеждаем диабет. Эффективные методы лечения

   Посвящаю эту книгу моим любимым Учителям – Ю.В. Готовскому и А.В. Самохину. Они всегда в моем сердце.

Благодарности

   Благодарю Е.С. Вельховера, Г.А. Мельниченко, В.Г. Спесивцеву, И.С. Ролика, С.В. Алешина, Т.Д. Попову, А.В. Попова, Л. Лурье, В.Г. Кукеса, В. Прозорову, фирмы «Арнебия», «ОТИ», «Имедис».
   Спасибо моим пациентам за их искренность и доверие, за способность бороться за здоровье и счастье и побеждать обстоятельства.
   Я прошу прощения: для упрощения текста больных сахарным диабетом называю «диабетики». Но в этом кратком определении нет слова «больные»…

Предисловие

   Что между ними общего?
   Все они страдали или страдают сахарным диабетом. Недуг не щадит ни звезд, ни мудрецов, ни спортсменов, ни певцов. И все эти люди очень талантливы, эмоциональны, склонны к перепадам настроения, к взлетам и падениям…
   Сахарный диабет и его осложнения все еще остаются раной и болью всей медицины, и эндокринологии в частности. Одной из самых острых проблем здравоохранения всех цивилизованных стран является ожирение, приводящее к возникновению сахарного диабета 2-го типа. Из-за избыточного веса и возникновения диабета серьезно страдают и здоровье граждан, и бюджет страны. Так, губернатор штата Калифорния в США в 2000 году издал постановление, согласно которому жители штата за год должны были похудеть в целом на 100 000 тонн. Ожирение и сахарный диабет 2-го типа очень часто шагают рука об руку.
   В мире объявлена неинфекционная эпидемия диабета. По предварительным расчетам, к 2025 году на нашей планете будет более 380 млн человек с этим недугом, 90% из которых – с диабетом 2-го типа (ИНЗСД – инсулиннезависимый диабет).
   Эта книга посвящена в основном именно этим 90% – то есть речь пойдет в большей степени о диабете 2-го типа. Это не означает, что данная книга окажется бесполезной для людей, страдающих ИЗСД (инсулинзависимый диабет). Они также могут почерпнуть многие полезные сведения для борьбы со своей болезнью.
   О сахарном диабете написано множество разнообразных и очень хороших книг. Считаю замечательными пособиями для диабетиков книгу Питера Дж. Уоткинса, Х. Астамировой и М. Ахманова, Алана Л. Рубина. В этих книгах можно найти полезные советы по выбору глюкометров, схемы инсулинотерапии и прочие вещи, о которых порой нет времени рассказывать лечащему эндокринологу.
   Зачем же нужна еще одна книга, та, которую вы держите в руках? Она отличается от написанных ранее тем, что содержит методы лечения с использованием гомотоксикологии и гомеопатии, а также психотерапии. Я на протяжении многих лет вижу замечательные результаты лечения сахарного диабета, и мы с моими пациентами успешно избегаем развития тяжелых осложнений. Наилучшие результаты достигнуты при лечении сахарного диабета 2-го типа (ИНЗСД).
   Кроме того, на мой взгляд практически все эндокринологи подходят к сахарному диабету 2-го типа «не с того конца». Я глубоко убеждена, что проблема этого вида диабета находится в центре эмоций – лимбической системе головного мозга, а также в провоцируемой ею патологической булимии, с помощью которой эмоционально неустойчивые люди «заедают» свой стресс и депрессию, повышая исходно сниженный уровень серотонина. Можно изобретать самые совершенные умные таблетки, снижающие сахара крови, но пока проблема эмоций и психики не решена – все бесполезно!
   Я не могла не написать книгу о сахарном диабете, потому что уже двадцать лет каждый день встречаюсь на приеме с больными этим непростым недугом. Течение болезни у всех разное, ведь все люди – разные. Именно это обстоятельство (необходимость строго индивидуального подхода к терапии каждого пациента с использованием гомеопатических и гомотоксикологических средств и психотерапии!) и заставило меня написать эту книгу. Можно сформулировать эту мысль немного по-другому: нет стандартных схем в лечении сахарного диабета, каждый раз нужно искать свой «целительный путь», который может оказаться благотворным для измученного организма. А может – и не оказаться. Все зависит от того, насколько человек хочет контролировать состояние своего здоровья, насколько он готов встать на путь настоящей борьбы с недугом и с самим собой, вернее – с теневыми сторонами своей личности: обжорством, ленью, депрессией, гордыней…
   У каждого пациента – свой, неповторимый диабет! Для одного пациента улучшение состояния достигается при назначении дренажных гомеопатических препаратов, для кого-то благотворны препараты, влияющие на пищевое поведение, для другого… противотуберкулезные лекарства, а некоторым нужно просто научиться расслабляться или переводить свой гнев и страх в «мирные формы», овладев приемами релаксации или используя натуральные транквилизаторы. А есть и такие пациенты, которые просто ликвидируют свою скуку булимией (то есть фактически пищевым алкоголизмом), и им необходимо пройти сеансы у психотерапевта.
   И конечно, очень помогает использование классической гомеопатии – строго индивидуально подобранных средств.
   К сожалению, в нашей стране не хватает квалифицированных эндокринологов, к ним трудно попасть на прием, или у них слишком мало времени для того, чтобы все подробно растолковать больному человеку. Врачом-эндокринологом работать очень тяжело, особенно в наше время, при безумной загруженности отчетами, писаниной и прочей околоврачебной суетой. Поэтому люди, стараясь помочь себе сами, хватаются за непроверенные рецепты и разные методы, которые далеко не всегда им помогают, а некоторые могут быть просто опасны. (Например, вспомним недавнюю моду лечиться токсичным, неизвестно где собранным морозником.) При диабете нужна помощь профессионала!
   Итак, диабет – загадочный, грозный, многогранный. Вы узнаете о нем много нового и удивительного.
   Но вначале – одна история, в которой отражаются некоторые проблемы, характерные для диабетика. У этой истории будет хороший конец, нас ждет настоящая победа не только над заболеванием, но и победа над своими пороками. Итак…

История одного заболевания

   Нелли Федоровна стояла перед окном и вглядывалась в даль, силясь разглядеть хоть что-нибудь дающее надежду, но перед глазами сиротливо качалась только тоненькая ветка яблони, беззащитная и одинокая.
   – Одинокая ветка, совсем как я… – задумчиво прошептала Нелли, автоматически тяжело вздохнув.
   Сумерки сгущались с каждой минутой, и две верные подруги, как обычно в последнее время, встали по бокам у Нелли Федоровны, сжав ее в своих крепких объятиях. Одну подругу звали Тоска, а другую – Безнадежность.
   Нелли Федоровна страдала от одиночества после переезда в новый загородный дом в Подмосковье. Они с мужем прожили вместе больше тридцати лет, жили вполне дружно, их окружали друзья, сослуживцы, веселые соседи по большому дому, жизнь кипела, клубилась, не успеешь оглянуться. Работы у того и другого было всегда очень много – оба архитекторы. Не успели оглянуться – вырастили и выучили сына Максима. Взрослый, умный и красивый сыночек решил учиться дальше, несколько лет назад уехал получать ученую степень в Европу, встретил там настоящую любовь и теперь живет и работает в Амстердаме со своей женой-француженкой и трехлетним сыном Лукасом, совсем редко наведываясь к родителям. Некогда! Максим завоевывает своим интеллектом Европу, работая 24 часа в сутки. Нелли Федоровна гордится сыном, но… Так его не хватает, так болит о нем душа. И внук так далеко, плохо понимает по-русски. Видела она его всего лишь несколько раз, увы.
   После отъезда сына Нелли Федоровна почувствовала себя очень одинокой, заскучала. Только длительное и мучительное строительство загородного дома, покупка мебели и создание внутреннего убранства немного притупило ее тоску и вовлекло в новые заботы. Скорее всего, муж специально ввязался в это строительство, чтобы как-то переключить и занять жену.
   Нелли Федоровна до перестройки считалась неплохим архитектором, успешно работала в конструкторском бюро. В девяностых все конструкторское бюро приказало долго жить за ненадобностью. Тогда Нелли Федоровна даже немножко обрадовалась: можно было полностью посвятить себя воспитанию сына-подростка, подготовить его к поступлению в университет. Муж в то время начал разворачивать бурную деятельность в строительном бизнесе, поэтому материально все было в порядке, но иногда, во сне, она строила необыкновенные, волшебные дома, чем-то отдаленно напоминающие творения великого Гауди в Барселоне, подбирала строительные материалы, отстаивала перед оппонентами свои идеи конструкций и проектов. Так что идея построить загородный дом после мучительного отъезда сына оказалась спасительной шлюпкой для ее души и заняла Нелли Федоровну на целых четыре года.
   Год назад они полностью переехали, бурно отметили новоселье, собрав множество своих институтских и школьных друзей и сослуживцев всех времен. Все восхищались домом и модным ландшафтным дизайном, охали, ахали, славно поели-попили, попели бардовские песни под гитару, как в добрые старые времена. Так же дружно друзья-приятели пообещали часто наведываться в гости, в этакую красоту, правда, далековато, около 100 километров от Москвы, но воздух, экология, простор… Казалось, начинается новая жизнь.
   А потом… Нелли Федоровна осталась в одиночестве. Сергей Иванович приезжал из Москвы ближе к полуночи, измотанный долгим стоянием в пробках, наскоро молча ужинал и падал замертво в постель, чтобы утром вскочить в пять часов и умчаться, наскоро глотая яичницу, бутерброды и прихлебывая свой любимый растворимый кофе. В выходные муж отсыпался, ездил в магазин и дремал перед телевизором, не в силах поддерживать даже разговор с женой. С соседями Нелли Федоровна общего языка не нашла, а старые, менее удачливые в жизни подруги только и знали, что ныть и жаловаться на безденежье, болячки и правительство, или были полностью погружены в жизнь своих внуков. Даже по телефону разговаривать с ними стало скучно и изнурительно.
   Нелли Федоровна постоянно приглашала всех в гости, но уж слишком далеко она забралась, а у всех – страшный цейтнот. А может быть, и не хотели подруги выглядеть бедными родственниками в богатом доме. Кто знает, гордые все пошли.
   И вот еще что… Нелли Федоровна где-то в уголке своей души чувствовала, что у мужа кто-то появился. Возможно. Какие-то чужие парфюмерные запахи, какая-то рассеянность в его взгляде. Она решила молчать, не будоража эту тему. Ведь муж возвращается домой каждый день? И слава богу! Значит, надо терпеть, молчать и ждать. Но как же одиноко и тоскливо!
   Нелли Федоровна отпускала молоденькую помощницу по хозяйству Раю в пять часов и слонялась, неприкаянная и непричесанная, по своему огромному дому, выискивая мнимые недостатки в уборке. Как правило, особенно и придраться было не к чему, такая тоска… Потом она усаживалась в необыкновенно удобное, мягкое кресло у журнального столика напротив огромного плазменного телевизора, тупо вглядываясь в мелькающие на экране картинки. Рука ее автоматически тянулась к бару Сергея Ивановича, нащупывая целительную бутылку с джином или коньяком, там же он хранил хорошие конфеты и шоколад. Нелли Федоровна щедро наливала себе коньяк и чокалась с телевизионным изображением.
   – Чин-чин, Жирик! Чин-чин, Настена Заворотнюк! – горько усмехалась в телевизор Нелли Федоровна, щедро закусывая свое одиночество шоколадными конфетами.
   Последнее время доза спиртного становилась все больше и больше, она даже не в состоянии была дождаться Сергея Ивановича и разогреть ему ужин.
   Вес у нее очень сильно прибавился, начали выпадать волосы, лицо выглядело одутловатым и постаревшим. Все время хотелось пить, она пила воду литрами. Нелли Федоровна вглядывалась в свое отражение в зеркале и не узнавала себя.
   – А, гори все синим пламенем! Для чего быть красивой… Быстрее сдохну. Отмучаюсь… Зачем все это нужно? – разговаривала она сама с собой, посылая Раю немедленно сгонять в соседний магазин за тортом. Она могла съесть его целиком, отрезав «для близиру» два тоненьких кусочка для мужа и угостив Раю.
   Последнее время добавилась новая неприятность: начала чесаться кожа. Зуд становился все более нестерпимым, ужасным, и только тогда она обратилась к Сергею Ивановичу:
   – Сережа, знаешь, кажется, я заболела… У тебя же есть хороший кожник, отвези меня к нему.
   Тут Сергей Иванович, обычно постоянно сонный и мечтающий только поспать, вдруг открыл глаза и обратил на жену внимание. Он увидел перед собой толстую, одутловатую женщину с потухшими глазами и неопрятной прической, она так разительно отличалась от его красотки – огонечка-жены Нелюшки, что ему на миг стало страшно.
   – Боже мой! Что ж ты мне раньше ничего не сказала! В понедельник срочно едем в Москву, на все обследования. Можешь не переживать, душу вытрясу из эскулапов, но вылечу тебя. По-моему, ты пьешь слишком много, вдруг у тебя диабет? – внезапно озарила Сергея Петровича догадка.
   – С какой это стати? – возмутилась Нелли Федоровна, но в глубине души она уже знала, что муж абсолютно прав. – У моей бабки был диабет, но она была толще меня в два раза, под сто килограммов. А у родителей никакого диабета не было.
   – Нелюшка, а ты сама сейчас сколько весишь? – поинтересовался Сергей Иванович.
   – Не знаю, давно тебя прошу: купи весы, а ты все забываешь. Тебе на меня наплевать! И на все мои просьбы! – вдруг сорвалась Нелли Федоровна и горько заплакала.
   Муж обнял ее и стал нежно гладить, успокаивая:
   – Все будет хорошо, все вылечим. Если здесь не помогут, попросим Максима найти лучших специалистов в Европе, все для тебя сделаю… Только не рассусоливайся, ведь знаешь, что я не могу видеть твои слезы…
   Сергей Иванович очень любил свою жену. Ему казалось, что они вросли друг в друга, как деревья врастают стволами за долгое время тесной близости, он любил ее и… немного побаивался. Этой любви совершенно не мешало то обстоятельство, что у Сергея Ивановича давно в Москве была вторая семья и росла очаровательная пятилетняя дочка, которую родила его бывшая секретарша. Нелюшка никогда не должна узнать об этом, никогда! Ведь Сергей Иванович не собирается ничего менять в своей жизни, ребенка он признал, вторую молодую жену полностью обеспечивает, бывает у них не реже трех-четырех раз в неделю, поэтому так поздно возвращается в дом, к Нелли Федоровне. Но возвращается всегда, к подруге молодости своей. Слава богу, его молоденькая Сонечка, приехавшая из города Сумы завоевывать Москву, никогда ничего не требует. Он сам, по своей инициативе, купил ей неплохую квартирку в зеленом районе, маленькую машинку «ниссан-микро» и даже съездил с девочками несколько раз в Дубаи и Турцию. (Для Нелли была подготовлена хорошо проработанная легенда, что он ездил лечить простатит в мужской санаторий.) Соня никогда не давила на него в плане оформления отношений, а благодарно и даже как-то отстраненно принимала его дары. Будущее они не обсуждали, про жену он никогда ничего не рассказывал. Сергей Иванович существовал как бы в двух параллельных реальностях, которые ни в чем не пересекались. Нелли никаких вопросов не задавала, не шпионила, Соня не давила. А Сергей Иванович так уставал, что мечтал только поспать, поэтому ни о чем не задумывался. Пусть все идет себе как идет.
   Дочку Маришку Сергей Иванович обожал, она оказалась его копией. Он так и мечтал дождаться того момента, когда дочурка выбежит к нему со счастливым криком: «Папочка! Папочка приехал!» – и обнимет его за шею своими трогательными, тоненькими ручками… Не мог он ей ни в чем отказать. Каждую неделю привозил новые подарки. Сто пятую куклу Барби, сапожки со стразами, «Лего», особенные конфетки…
   Да, о Нелли он подзабыл в последнее время. Ему даже стало страшно, что с ней может что-то случиться. Ведь Нелли – все равно как часть его тела – рука или нога. Ей плохо – и ему плохо, ей больно – и ему также больно.
   В понедельник Сергей Иванович повез Нелли Федоровну в одну из самых модных клиник, расположенных в районе Тверской.
   В ярко освещенном, сияющем чистотой и помпезной роскошью вестибюле клиники играла лютня. Приветливые, вышколенные и улыбающиеся гардеробщики помогали посетителям раздеться и выдавали голубые бахилы. Все окружающее пространство больше напоминало хороший отель, а не клинику: не было ужасающих больничных запахов и атмосферы страдания и страха, поэтому Нелли Федоровна успокоилась и даже слегка улыбнулась взволнованному мужу. Они сели в зеркальный лифт и поднялись на третий этаж к эндокринологу.
   Эндокринолог назначил массу экспресс-анализов, всевозможных обследований: у окулиста, кардиолога, невропатолога… Нелли Федоровна провела в клинике почти целый день. Через два дня все результаты анализов были готовы, и Нелли Федоровна снова вошла в кабинет врача за окончательным «вердиктом». Врачу-эндокринологу на вид было около сорока лет, Нелли Федоровна почему-то неотрывно смотрела на ее невероятно длинные, наращенные ногти со сложнейшим дизайнерским маникюром. Пока докторица молча листала бумаги и что-то просматривала на компьютере, Нелли Федоровна разглядывала ее со стороны и думала про себя: «Интересно, сколько надо было провести времени за этаким диковинным маникюром? Наверное, часа четыре, если не больше… А еще говорят, что у врачей времени нет. Как же она пациентов с такими когтями щупает? Я ей не дамся! Еще оцарапает, а ранки на мне заживают плохо… Сразу откажусь!» Но доктор и не думала щупать или трогать Нелли Федоровну. Она даже не попросила ее раздеться. Зачем? И так все было ясно. Доктор наконец подняла глаза, слегка улыбнулась уголками губ:
   – Нелли Федоровна, к сожалению, у вас сахарный диабет. В вашем возрасте это закономерное явление. Не расстраивайтесь, я дам вам хорошие таблеточки, а если они не помогут, то перейдем на инсулин.
   Нелли Федоровна онемела.
   – Как на инсулин?! Это же приговор! – хрипло пробормотала она.
   – Ну что вы так волнуетесь? Тысячи людей живут на инсулине – и ничего, – попыталась успокоить ее докторица.
   – Я не хочу жить на инсулине, не собираюсь! Я подозревала, что у меня диабет, и даже знаю почему! Последнее время растолстела, опустилась, депрессировала… Я сама создала себе эту болячку, значит – смогу сама от нее избавиться, – внезапно для себя разразилась монологом Нелли Федоровна.
   – Я так не думаю, – холодно отрезала доктор.
   – А поспорим? – азартно и ехидно спросила Нелли Федоровна.
   – Я с вами спорить не собираюсь. У вас сахара скачут, поэтому вы неадекватны. Начнете лечиться – будете гораздо спокойней, – отчеканила эндокринолог раздраженно.
   – Ладно, доктор. Я думала, что вы мне подскажете какую-то диету, посоветуете, как изменить образ жизни, а не станете мне прочить «счастливую» жизнь на таблетках и грядущем инсулине. Мне это совсем не нравится.
   – Простите, но у меня нет времени обсуждать с вами диету. Об этом можно прочитать в любой доступной литературе. Главное – пить таблетки, не забывать. Вот вам назначения.
   Доктор протянула Нелли Федоровне стопку рецептов и рекомендаций.
   – Что?! – вскричала возмущенная Нелли Федоровна. – Столько таблеток?!
   Зокор, тромбоасс, диротон, сиофор, глюкобай, эссенциале, тиогамма!! Да разве нормальный организм может это выдержать?!
   – К сожалению, другого выхода нет. Я лечу вас по соответствующим протоколам. У вас не только повышена глюкоза в крови и моче, но также и уровень холестерина, а еще есть диабетическая нейропатия. Эти препараты вам помогут. – Доктор старалась не раздражаться, хотя раздражение было где-то совсем близко. – Через три месяца проверим анализы снова. Если не будет положительных сдвигов – назначим инсулин. К сожалению.
   – Сами себе назначайте свой инсулин. Я к сыну поеду, в Европу! К лучшим врачам, – разозлилась Нелли Федоровна.
   – Боюсь, там назначения будут точно такие же. Мы используем общеевропейские подходы к терапии сахарного диабета, – усмехнулась доктор и встала из-за стола, давая понять, что визит завершен. – Ваше право лечиться в другом месте, но это совершенно бесполезно. Сахарный диабет – он везде сахарный диабет. С ним не шутят.
   – А я как раз собираюсь много шутить. Представьте себе! Я была последнее время слишком печальной и угрюмой, поэтому все так и случилось.
   – Давайте, давайте, успехов вам. Шутите! Я вас жду через три месяца, повторим анализы. До свидания, – поставила точку в разговоре докторица.
   – До свидания, доктор. Через три месяца я лучше вас буду знать, как лечить диабет, уверяю вас, – самонадеянно заявила Нелли Федоровна и вышла из кабинета решительным шагом, постаравшись хлопнуть дверью на грани вежливости и хулиганства.
   Сергей Иванович дремал рядом с кабинетом эндокринолога, притулившись на банкеточке.
   – Ну что, как? – участливо поинтересовался он, вскочив с насиженного места и нежно обняв жену.
   – У меня сахарный диабет! Ха! Но я не сдамся! – отрапортовала Нелли Федоровна и, высоко подняв голову, поспешила прошествовать к роскошному лифтовому холлу, завешенному огромными зеркалами и отделанному панелями из красного дерева. Она мельком поймала в огромном зеркале свое отражение и в очередной раз пришла в ужас.
   «У, корова жирная… Ничего, ничего… я вам всем еще покажу инсулин! Вы меня все скоро не узнаете, я возьму себя в руки. Вот так!» – мелькали калейдоскопом мысли у Нелли Федоровны в голове. Ей почему-то хотелось немедленно начать действовать, ни на секунду не задерживаясь в стенах этого пафосного медицинского центра. Как действовать, правда, она не знала.
   Нелли Федоровна и Сергей Иванович сели в свой заслуженный «лексус» и двинулись по направлению к дому. Нелли Федоровна сидела красная как рак и пыхала возмущением, поэтому он быстренько переключил приемник на «Релакс-ФМ», но это не слишком сильно помогло успокоить возбужденную жену. Сергей Иванович, как всегда, рассказал анекдот на актуальную тему, после того как Нелли перестала бурно возмущаться назначением огромного количества препаратов и подходом к лечению со стороны эндокринолога.
   – Нелюшка, каждую беду надо вначале обхихикать. Знаешь, вот анекдотик на тему: Мойша захворал и пошел к доктору, тот выписал несколько рецептов и убедительный счет. «Что ж, доктору нужно как-то жить», – вздохнул Мойша. С рецептом от доктора он пошел к аптекарю, тот дал ему множество таблеток, которые стоили кучу денег. «Что ж, и аптекарю надо как-то жить», – философски подумал Мойша. Он пришел домой и сказал себе строго: «И Мойше тоже надо как-то жить» – и решительно спустил все таблетки в унитаз. Ха-ха!
   – Ах, как смешно! – сердито сказала Нелли Федоровна. Ее всегда почему-то раздражали его безобидные «бородатые» анекдоты. – Я решила, что немедленно позвоню Максиму. Пусть сын спасает мать! Наверняка там у него есть какие-то продвинутые клиники для лечения сахарного диабета.
   – Что ж, попробуй, конечно, – робко согласился Сергей Иванович, ловко обгоняя какого-то чайника, ползущего на бордовой «киа-спектре», – Россия, конечно, великая страна, но лечиться лучше у немцев.
   – Почему именно у немцев? Я согласна лечиться у японцев и у китайцев, да хоть у чукчей, если они лечат сахарный диабет.
   – Не знаю про чукчей. Знаю только, что мы ракеты в космос запускаем, а хотя бы одну нормальную машину для жизни выпустить не можем, – раздраженно сказал Сергей Иванович, увернувшись от наглой раздолбанной «шестерки». – Ракеты – можем, а машины – не можем! Почему? Не хотим и не у-ме-ем… Думаю, что лекарства у немцев отличаются от наших так же, как «мерседес» от «Волги». Эх, хочется стать патриотом, но не получается… Звони Максиму, не мешкай.
   Говоровы еще не скоро доехали до своего загородного дома, Нелли Федоровна успела за долгий путь немного успокоиться и поплакать от жалости к себе, а вернувшись домой, развила бурную деятельность по спасению себя и своего тела, так напугала ее перспектива «сесть на инсулиновую иглу». Она дозвонилась до сына и потребовала, чтобы он немедленно нашел ей самую лучшую клинику, где занимаются эндокринологическими проблемами, сама засела в Интернете и стала искать всевозможную информацию о лечении сахарного диабета. Все обещали всё: стволовые клетки, пищевые добавки, лечение рыданиями, иголками, травами, пиявками и так далее. Ей попадались в огромном количестве объявления о чудодейственных панацеях, якобы полностью ликвидирующих любые формы сахарного диабета на много лет. Названия этих чудодейственных средств ласкали слух – «Тутти», «Нони» и др. На поверку они оказывались пищевыми добавками сомнительного производства, поэтому Нелли Федоровна сразу отметала эту информацию. Вторым направлением в Интернете оказались рецепты приготовления каких-то омерзительных блюд. Во всех сайтах все обещали немедленное избавление с помощью разнообразных дорогостоящих процедур и препаратов «натурального характера». Энтузиазма все это у Нелли Федоровны не вызвало. Тем временем сын и муж, очень обеспокоенные состоянием Нелли Федоровны, общими усилиями отыскали превосходную клинику в горах Швейцарии, связались с русскоговорящим переводчиком и организовали туда поездку на две недели. Нелли Федоровне прислали несколько огромных анкет, которые нужно было заполнить и переслать в клинику, – только после этого главный врач клиники доктор Юрген принимал решение о возможном лечении пациента. Нелли Федоровну очень удивили вопросы анкеты, например: «Как часто вы ощущаете себя счастливой? Какие вам снятся сны? О чем вы мечтаете перед сном? Какие черты характера не дают вам испытать полноту жизни? Сколько раз в день вы себя ругаете или порицаете? Как часто вы слышите слова любви и сами их произносите?» И еще множество других, весьма странных.
   Нелли Федоровна старательно заполнила все пункты огромной анкеты, ее перевели на немецкий язык и переслали в Швейцарию. Через месяц пришло приглашение из клиники. Лечиться она там должна не менее трех недель, и сам доктор Юрген будет контролировать весь лечебный процесс.
   …Итак, Нелли Федоровна оказалась в Швейцарии. Она очень надеялась, что Максим сможет приехать и устроить ее в клинике (заодно и повидаются!), но именно в это время он был вынужден по работе вместе в семьей уехать в Силиконовую долину в Америку, увы… Заветное свидание с сыном и внуком не состоялось. Сергей тоже по делам своего аврального строительного бизнеса завяз в Москве, поэтому Нелли Федоровна вновь осталась одна. В клинику она ехала вместе с русскоговорящей переводчицей Галей. Они долго ехали по горному серпантину на забавном дизельном «мерседесе», все вокруг дышало каким-то особенным умиротворением и покоем: маленькие ухоженные деревни с игрушечными домиками и красными крышами, нереально яркое голубое небо, оттененное чистотой белого снега, неожиданно синие елки, повсюду сновали загорелые лыжники в пестрых костюмах, сияя приветливыми улыбками.
   Нелли Федоровна смотрела по сторонам, механически отмечая красоту окружающей природы, но ее душу это никак не затрагивало, точно она смотрела на обложку швейцарской шоколадки. «Молочный шоколад «Милка» вокруг, и я внутри шоколада», – придумала она какую-то странную ассоциацию и почему-то успокоилась. Казалось, что ее отделяет от внешнего мира некий барьер, и она смотрит, видит, но не чувствует, слышит, но не верит, как будто ее тело подавало в мозг совершенно неверные сигналы.
   Нелли Федоровна сидела в машине и сквозь свои мысли постепенно начала улавливать смысл того, что происходит вокруг.
   Переводчица Галя щебетала всю дорогу, рассказывая про доктора Юргена.
   – Я точно знаю несколько случаев излечения рака, а чего уж говорить про сахарный диабет! Ему это – раз фыркнуть! – рассмеялась Галина. – Вам просто повезло – он очень редко бывает свободен: все время в поездках, то в Японии, то в Америке, отловить его очень сложно. Он сам изучает по анкетам случай и подбирает специальную программу, причем далеко не всех приглашает в клинику. – Галя наклонилась вплотную к уху Нелли Федоровны и таинственно зашептала: – Даже многим русским денежным мешкам отказывал, и даже этой нашей мадам с диабетом – ну, вы понимаете, о ком я говорю. – И Галя причудливо пошевелила своими аккуратно выщипанными и подведенными бровями вверх-вниз, а Нелли Федоровна растерянно пожала плечами. – Мне самой доктор Юрген очень помог, у меня тоже были серьезные проблемы со здоровьем после травмы. Я его обожаю!
   – А он хоть симпатичный? – вяло поинтересовалась Нелли Федоровна. В роли доктора Юргена она представляла себе белокурого пожилого толстячка-арийца с румяными щеками и полными губами. Или бородача с трубкой в зубах на манер доктора Зигмунда Фрейда.
   – О да! Очень симпатичный, но вы должны сами увидеть, что я вам буду заранее все рассказывать, – вдруг стала серьезной и таинственной Галя, а потом, вновь оживившись, снова защебетала: – А какие же ваши мужчины оказались молодцы, особенно сынуля, так за вас волнуется, все у меня разузнал до мелочей о докторе, о клинике, я ему даже меню высылала, вот какой заботливый! Ваш Максим все-все досконально разузнал, с доктором разговаривал несколько раз и только после этого решил выбрать именно эту клинику. Вам здесь точно понравится. Вся жизнь изменится, как в сказке.
   – Сказок не бывает, мне не пять лет, – угрюмо пробурчала Нелли Федоровна. При напоминании о сыне вновь закололо сердце.
   – А будете себя чувствовать как будто в пять! Я просто хорошо помню свои ощущения после встречи с доктором Юргеном и его методом, – засмеялась Галина.
   Галина была в прошлом балериной, танцевала в Мариинке, потом получила серьезную травму, и балет пришлось оставить. Вышла замуж за пожилого немца, найденного после полугода упорного поиска по Интернету, помучилась с ним три годика, но потом решила, что вполне может жить самостоятельно, развелась и стала работать гидом-переводчиком, а потом перешла в сферу медицинского туризма. Галя очень располагала к себе искренностью и теплотой. Нелли Федоровна почувствовала себя расслабленной и защищенной. Ей даже захотелось на несколько минут, чтобы Галя потом стала ее подругой. Такие чувства у Нелли Федоровны в последние несколько лет возникали очень редко.
   …Клиника выглядела очень убедительно, но внутри все оказалось просто и непомпезно. Оформление происходило в красивом шале: девушка в национальной одежде проводила Нелли Федоровну с Галиной в уютную гостиную, где потрескивали поленья в камине и стояли кресла-качалки с пледами. Там они заполнили все документы, получили ключи от номера и выпили с Галиной по маленькой чашечке невероятно ароматного и вкусного чая с корицей. Нелли Федоровна должна была сразу же отправиться на консультацию к самому доктору Юргену.
   «Даже в номер не дали зайти с дороги, тоже мне сервис», – ворчала про себя Нелли Федоровна недовольно. По привычке она все время искала, к чему придраться.
   В небольшом кабинетике, до верха заставленном стеклянными шкафами с книгами и отделанном дубовыми панелями, за огромным письменным столом сидел невысокий мужчина, внешне похожий на японца. Он просиял белозубой улыбкой, увидев вошедших с медсестрой женщин.
   Нелли Федоровна была поражена внешностью доктора Юргена. Облик доктора совершенно не совпадал с представлением, которое уже сформировал мозг Нелли Федоровны. Она ожидала увидеть кого угодно, но никак не худенького и довольно молодого азиата.
   – Это что – доктор Юрген? – изумленно спросила у Гали Нелли Федоровна.
   Галя только покивала и улыбнулась, задорно подмигнув.
   Доктор Юрген ловко вынырнул из-за своего стола и направился к Нелли Федоровне. Он пожал своей сухой горячей ладонью расслабленную и чуть влажную руку растерянной Нелли Федоровны.
   – Я очень ждал вас, Нелли. Вы – необыкновенная, сильная и прекрасная женщина. Настоящая русская женщина! Я горжусь тем, что вы приехали ко мне в клинику, – сказал доктор, а Галя перевела.
   И тут доктор Юрген сделал нечто совершенно неожиданное. Он подошел к Нелли Федоровне вплотную, широко распахнул руки и крепко обнял ее со всей силой своей сухой, маленькой фигурки. Обнял так, как обнимают долгожданного друга после долгой разлуки. Нелли Федоровна буквально оцепенела, внутренне возмутившись, но вдруг… Невидимая пружина где-то в груди разжалась, и от сердца как будто пошла какая-то блаженная, почти болезненная волна: в этой волне переплелись боль, томление, одиночество – и одномоментно слияние и освобождение, расширение, вселенский покой и невероятная открытость и уязвимость… В неожиданных объятиях этого незнакомого человека она на несколько минут стала тем самым маленьким ребенком, который мечтал о счастье, любви и еще о чем-то прекрасном, что не опишешь так просто словами… Она внезапно расплакалась. Слезы освобождения текли у нее по щекам сплошным потоком, и на душе вдруг стало легче, и одновременно ей было немножко стыдно этого чужого мужчины, этой чужой женщины, но она не могла сдержать странного и неожиданного проявления своих чувств.
   …Они стояли обнявшись долго, не в силах прервать какой-то непонятный и волнующий процесс обмена энергиями. Доктор Юрген по-прежнему обнимал Нелли Федоровну и потихоньку покачивал ее в своих объятиях, как качают ребенка. Галя осторожненько подсунула Нелли Федоровне пачку одноразовых носовых платочков.
   – Все хорошо, все будет хорошо, – ласково улыбаясь, приговаривал доктор Юрген.
   – Я… Со мной… О! – всхлипывала Нелли и не могла остановиться. – Я… я так боюсь смерти!!
   Доктор Юрген засмеялся:
   – Вот придумала, чего бояться! Вам совершенно нечего бояться, надо думать о сегодняшнем моменте, вы должны начать жить лучше сейчас, по-настоящему, а не умирать. Думающий о будущих неприятностях упускает прекрасное настоящее.
   Наконец Нелли Федоровна смогла немножко прийти в себя, освободившись от объятий странного доктора. Она извинилась, поправила одежду и подошла к раковине с зеркалом, чтобы привести себя в порядок.
   Галя тактично, молча протянула Нелли Федоровне расческу и посмотрела на нее ласково и ободряюще, как будто ассистировала на хирургической операции и оперативное вмешательство закончилось благополучно для пациентки.
   «Господи, что это со мной? Вот позорище-то! Как я офоршмачилась перед фирмачами! – с запозданием лихорадочно пыталась разозлиться Нелли. – Тоже мне кудесник, что устроил… Зачем этот цирк?» Но ей почему-то сразу расхотелось развивать эти мысли, и они улетели темным облачком сами собой, без следа. Она уже полностью владела собой, немножко смущалась, но почему-то ей стало значительно легче дышать, как будто растворился какой-то тяжелый груз внутри. Нелли Федоровна деловито достала губную помаду и неторопливо привела себя в порядок, не обращая больше внимания на доктора Юргена и Галю, которые молча ждали, когда она закончит процесс. Потом она грузно уселась в кресло и с некоторой опаской посмотрела на доктора. А он почему-то снова весело рассмеялся.
   – Да, фрау Нелли, возможно, только что вы пережили катарсис – очищение. Обычно так быстро катарсис у пациентов не наступает, вы просто были готовы к нему. Не пугайтесь, я – не гипнотизер и не факир. Понимаю, что напугал и удивил вас. Я изучил ваши документы, которые прислали мне несколько недель назад, и очень хорошо понял, почему возникли ваши проблемы.
   – Как сильно я больна? – спросила Нелли Федоровна осторожно.
   – Вы не больны, вы просто неправильно живете, – уверенно сказал доктор, доставая ее документы из файловой папки. – В нашей клинике вы научитесь нескольким важным вещам. Искать радость во всем окружающем. Игнорировать неприятные мелочи. Сознательно контролировать ненужные мысли. Мы научим вас этому. Это – самое главное. Двигаться… Когда вы последний раз делали какие-нибудь физические упражнения?
   – О! Лет тридцать назад. Терпеть не могу физкультуру и все, что с этим связано. Коллективное потение, – тяжело вздохнула Нелли Федоровна.
   – Вы скоро измените свое мнение по этому вопросу, – строго сказал доктор Юрген, – надеюсь, что в условиях нашей клиники у нас это получится. Следующий вопрос: правильное и адекватное питание. Никакой доктор не в силах проконтролировать то, что вы будете есть. Всю ответственность за это вы должны взять на себя. Чем вы обычно питаетесь?
   – Всем, я ни в чем себя не ограничиваю, – честно ответила Нелли Федоровна. – Даже слишком не ограничиваю… – Она вспомнила свои печальные вечера с коньяком и конфетами. Иногда она могла съесть целый торт в одиночестве.
   – И наконец, самое важное и трудное для вас, – добавил торжественно доктор с некоторой патетикой в голосе и замолчал.
   – Что же это? – пробормотала заинтригованная Нелли Федоровна.
   – Самое главное для вас – полюбить себя, полюбить свое тело и начать о нем заботиться. Полюбить себя. Не сына, не мужа, не работу и не Родину-мать, так у вас там говорится в России? Себя! Для вас это самое тяжелое. Именно этого вы не умеете. Вам придется поработать с психотерапевтом и научиться. Этот вопрос – изменить мышление и полюбить себя – самый сложный, но без него все будет бесполезно. Судя по вашим анализам, вы сильно злоупотребляли… алкоголем. Это так?
   – Я?! Вы считаете меня алкоголичкой?! – возмутилась Нелли Федоровна, а потом вдруг сдулась, как воздушный шарик, густо покраснела от стыда, покосилась на Галю, которая по-прежнему переводила все это время и ласково улыбалась, и неожиданно для себя призналась: – Да, последнее время я много пила. Коньяк, виски, водку, джин, что попадалось под руку. И ела! Шоколад и конфеты в огромных количествах. Мне было плохо, а это спасало меня. Я жрала! Иначе бы сдохла от тоски.
   – Не переживайте. Я понимаю, что вас сейчас грызет чувство вины, что вы довели свое тело до такого состояния, но если вы смогли создать это состояние, то вы сможете от него и избавиться, – улыбнулся по-отечески доктор Юрген. – Сейчас располагайтесь в своем номере, получите желтые очки, погуляйте, ужин у нас очень ранний, а вечером – медитация перед сном. Спасибо за сотрудничество! Ничему не удивляйтесь, а поудивляться вам придется. Если будут вопросы – к вашим услугам весь наш медицинский персонал. Но на три недели вы становитесь нашей добровольной узницей, которая должна выполнять все необходимое, даже если это совсем не нравится.
   Нелли Федоровна вышла с Галей из кабинета.
   – Он – гипнотизер? – только и смогла выдохнуть из себя Нелли Федоровна.
   – Нет, он просто хороший доктор, – засмеялась Галя. – Он для всех подбирает свой подход, в зависимости от нужной энергии. Наверное, вам нужны были такие объятия, на некоторых он просто орет во весь голос.
   – А тебя он обнимал? – спросила Нелли Федоровна ревниво.
   – Нет. Он просто сидел со мной рядом, и мы вместе слушали Вагнера. Я тоже тогда плакала. Я знаю, что с некоторыми пациентами он ходит при первом знакомстве в ресторан, а на других орет как сумасшедший.
   – Как странно… А кто он по национальности? Так, любопытно…
   – Швейцарец. Просто его мать – японка, а отец – француз. Синтез Востока и Запада, он это и использует для лечения пациентов. Ну, мы пришли. Это ваш номер. Да, вот вам очки. Все три недели вы будете смотреть на мир через желтые стекла, и номер у вас тоже желтого цвета.
   – Желтый дом какой-то! – неуклюже пошутила Нелли Федоровна и нацепила на нос элегантную оправу с желтыми стеклами.
   Нелли Федоровна вошла в номер. Он оказался просторным, чистым и сочетал в мебели и элементах декора все оттенки желтого цвета – от пронзительного лимонного до канареечного. Элегантным украшением высилась изящная ваза желтого стекла на один цветок и ярко-рыжая гербера, гордо несущая свою свежую головку. На стене висела репродукция картины Ван Гога «Подсолнухи». На кровати с удобным ортопедическим матрасом ярко-желтым цветом сияло атласное покрывало. Даже вся сантехника в педантично убранной ванной была желтого цвета! Нелли Федоровна повалялась на кровати, приняла душ и, закутавшись в лимонного цвета банный халат, принялась раскладывать по шкафчикам свои вещи. Потом она позвонила мужу и отчиталась. Сказала, что еще ничего не поняла про клинику, а доктор оказался азиатом, но все пока неплохо, даже очень неплохо. Ее голос мужу понравился, и Сергей Иванович успокоился. Целых три недели он будет жить с дочкой Маришкой! Сам будет возить ее в детский садик, они с ней запланировали посещение детского развлекательного центра с настоящими буржуйскими ценами «О-го-го-города» и цирка на Цветном. Еще он обязательно научит ее за эти три недели играть в шахматы… Пусть Нелли Федоровна лечится спокойно, не торопится домой.
   Тем временем Нелли Федоровна отодвинула плотные канареечного цвета шторы, и… ее буквально захлестнуло красотой открывшегося пейзажа. На фоне кристально чистого синего неба сияли величественные горы, заросшие могучими хвойными деревьями, покрытые сверкающим белым снегом, и эта необыкновенная, запредельная для глаза красота вдруг ворвалась внутрь ее души, растревоженной странным доктором. Она охнула и прослезилась, глубоко вздохнула. Пелена, отделявшая ее от окружающего мира все это время, исчезла, и реальность существования единственного настоящего момента внезапно ворвалась в сознание.
   – Я буду жить! Жить счастливо! Здесь и сейчас. Каждый миг, – вдруг решительно сказала она и, постояв еще минутку, вглядываясь в даль, стала устраиваться в номере, пока что избегая смотреть на себя в большое зеркало в желтой раме.
   …Нелли Федоровна провела в клинике три необыкновенные недели.
   Просыпалась в шесть часов утра, пила особую магниевую воду, потом сдавала анализы или делала нужные медицинские обследования. В семь часов ее ждал тренер, и до восьми утра она делала всевозможные индивидуально подобранные для нее упражнения – пилатес, цигун, что-то из йоги. Эти упражнения для нее подбирались в соответствии с ее проблемами, энергиями и возрастом.
   В восемь часов начинался завтрак. Он состоял из свежайших натуральных молочных продуктов, фруктов, неочищенных зерен и овощей. Раньше она никогда не ела такие вкусные и изысканные блюда, приготовленные из фасоли, сельдерея, люцерны, топинамбура, цикория, шпината, льняного семени и многих других вещей, которые оказались приятными на вкус и очень легкими. Настроение после такой еды повышалось, но в сон не тянуло, напротив – хотелось делать больше и больше.
   После завтрака Нелли Федоровна шла гулять. На горе желающие катались на лыжах, а она, будучи «горнопляжницей», была обязана пройти в быстром темпе определенный маршрут. Этот маршрут пролегал по необыкновенно живописной местности: заснеженным тропинкам, по холмам, поросшим деревьями. Она упорно выполняла всю намеченную программу, но сильно уставала, возвратившись в клинику-отель. Такое наслаждение выпить после зимней прогулки чашечку горячего глинтвейна или пунша, сидя у камина в холле! Она была уверена, что ей запретят алкогольные напитки, но этого не произошло. Нелли Федоровна сама не хотела больше пить – только так, глинтвейн «для сугрева».
   В 12 часов Нелли Федоровна шла на массаж, потом следовало иглоукалывание и всевозможные другие медицинские мероприятия. Иногда в это время проводилась лекция или сеанс релакс-медитации, потом в 14 часов Нелли Федоровна обедала (на обед также подавались необычно приготовленные диетические блюда, часто из разных национальных кухонь), далее следовал очень короткий дневной сон, потом – сеанс психотерапии с русскоговорящим психотерапевтом. Для Нелли Федоровны именно встречи с психотерапевтом вначале оказались настоящей пыткой, несколько сеансов она просто безостановочно плакала от жалости к себе, не в силах выполнить никакие техники психотерапевта, но постепенно, пласт за пластом, боль, накопленная годами и десятилетиями, растворялась и таяла, а душа становилась чистой и легкой, как будто промытой слезами очищения, словно утренней росой.
   После психотерапии наставало время раннего легкого ужина с бокалом вина, а потом вся публика делилась «по интересам». Кто-то шел на танцы, кто-то смотрел специально подобранные фильмы. Русских лечилось всего четверо, но они не чувствовали себя обделенными, потому что все в отеле было устроено так, чтобы рядом с ними находился переводчик или немецкий-французский язык переводился синхронно.
   Спать они ложились в десять часов, выпивая на ночь элегантно поданный коктейль из йогурта с фруктами и злаками, и принимали специальные препараты, улучшающие качество сна, – из цветочных эссенций доктора Баха.
   Нелли Федоровна засыпала моментально, только ее голова касалась подушки. Сны ей снились какие-то легкие, красочные и волшебные, которые она видела только в детстве… Сны и ощущения в них надлежало записывать в отдельный блокнот, лежащий у изголовья кровати, а потом обсуждать на сеансе с психотерапевтом.
   Так незаметно пролетели три недели лечения. Результатом стало следующее.
   Нелли Федоровна похудела на десять килограммов, ушла лишняя жидкость, лицо ее помолодело и приобрело прекрасный цвет. Глаза открылись, в них появились свет и надежда. В предпоследний день Нелли Федоровна рискнула пойти в косметический салон, где попросила полностью изменить ее имидж. Над ней колдовала целая интернациональная команда: парикмахер – француз Жюль, косметолог – китаянка Ли и визажистка – итальянка Лола. В результате их трудов, которые длились целых пять часов, Нелли Федоровна стала платиновой блондинкой с задорным выражением посвежевшего, чуть загорелого лица. В довершение к этому в маленьком бутике рядом с клиникой-отелем Нелли Федоровна впервые в жизни купила забавную мютце (шляпку). Она удачно ее надела и, увидев себя в зеркале, замерла от восторга. Она помолодела лет на двадцать и несказанно похорошела!
   – Вот это чудо! Неужели это я? – только и смогла восторженно воскликнуть Нелли Федоровна, ловя одобрительную улыбку Галины, которая, как фея, помогала Нелли Федоровне все эти три недели, удивительно тактично появляясь и исчезая в нужные моменты.
   …В последний вечер перед отъездом очередной группы пациентов доктор Юрген обычно устраивал торжественный вечер. Они вошли в элегантно украшенный просторный зал, где стояли накрытые для пиршества столы, сияла изысканная посуда, отражавшая множество разноцветных огней. На столе высились композиции из овощей и фруктов, украшенных с использованием лучших мастеров карвинга, но не было ничего жирного или слишком сладкого. Овощи разных цветов, рыба, оливковое масло, легкие салаты, фрукты, зелень, но все это выглядело так красиво, что просто захватывало дух.
   Доктор Юрген, одетый в изящный смокинг, вручал каждому по очередности памятные дипломы «За отличные результаты лечения» и специальные «лечебные» конверты, где лежала история болезни, перечислялись процедуры и анализы, сделанные в клинике, а также назначения и диета на ближайшее время.
   Доктор вручал диплом, говорил в микрофон несколько теплых слов о каждом из пациентов и прощался, энергично пожав руку.
   Когда дошел черед до Нелли Федоровна то она буквально взлетела со своего места и парящей походкой направилась к доктору Юргену.
   – Эта женщина из России сделала за три маленькие недели огромную работу. Эта женщина вспомнила, как она прекрасна! – сказал доктор, вручая диплом и конверт.
   Весь зал зааплодировал, и все согласно закивали. Она действительно была прекрасна: крепкая, статная, с высоко поднятой головой. Нелли Федоровна сияла, радуясь победе над собой. Доктор Юрген хотел пожать Нелли Федоровне руку, но она неожиданно для себя крепко обняла его и, наклонившись, три раза поцеловала.
   Доктор Юрген рассмеялся.
   – О, рашшен традишн! Фри кисес! Фрау Нелли, иди вперед в жизни, не оглядывайся и не думай о плохом. Помни, что ты – архитектор! Стань архитектором своей жизни и проектируй жизнь для других. Фрау Нелли спроектировала, находясь здесь, дом и сад. Теперь она вернется в Россию и построит дом по этому проекту, где будет крепкий фундамент – ответственность за свое счастье и здоровье, у нее будут в доме прочные балки – любовь, связь со своей душой и духом, растопленный камин – тепло сердца, крыша – это цель в жизни. Вокруг дома она разобьет прекрасный сад – она будет развивать благотворные отношения с окружающими людьми, выкорчевывая сорняки мелких обид, и упорно ухаживать за любыми ростками позитивных отношений. Потом фрау Нелли станет расширять прекрасный сад все дальше вокруг своего крепкого, красивого дома. Фрау Нелли, помогай другим людям, научи их тому, что узнала здесь сама, приглашай их в свой крепкий дом посидеть у камина, – серьезно добавил доктор Юрген, а Галина тихонечко перевела. – Ты можешь многим помочь.
   – Я? Помочь? Но я же не врач… – растерянно пробормотала Нелли Федоровна.
   – Но вы узнали здесь много нового, на себе испытали все наши методы и получили отличный результат, – убедительно сказал Юрген, – и… спасибо вам за все!
   И доктор вновь на прощание обнял ее, но теперь для Нелли Федоровны это были объятия родного и близкого человека, которому она очень доверяла.
   …В Шереметьево-2 Нелли Федоровна увидела мужа издалека, еще стоя за заграждением. Он как-то постарел за эти три недели, скукожился, стоял бледненький, с оторванной прямо посередине куртки пуговицей и, вытягивая шею из серого шарфа, вглядывался в толпу. Нелли Федоровне почему-то стало болезненно жаль его – своего старого, родного мужа. Как будто она прожила в Швейцарии какую-то большую, совершенно новую жизнь, ушла куда-то вперед, а он вынырнул из той, старой жизни, где существовала толстая, одутловатая тетка, глушившая коньяк от скуки и депрессии. Той женщины больше не существовало. Нелли Федоровна шла прямо к Сергею Ивановичу, но он напряженно смотрел куда-то вдаль, не узнавая. Он действительно не узнал свою жену, с которой прожил столько лет, а когда понял, что эта помолодевшая и похорошевшая женщина в забавной шляпке «а-ля фик-фок на один бок» и есть его Нелли, то на мгновение просто остолбенел от удивления и не мог вымолвить ни слова, буквально разинув рот. Но это была его Нелли, и выглядела она просто великолепно! Молодо, свежо, даже как-то по-европейски.
   – Да я это, я! Закрой рот, галка влетит! – немного грубовато, но вполне любовно сказала Нелли Федоровна, чмокнув его в щеку.
   Они протолкнулись сквозь шумную, разноликую толпу встречающих и сели в машину.
   – Ну, рассказывай, как тебе удалось так измениться? – поинтересовался Сергей Иванович.
   – Да всего и не расскажешь, честно скажу тебе, – ответила бодро Нелли Федоровна.
   – Выглядишь ты вполне здоровой, – констатировал Сергей Иванович.
   – А я такой себя и чувствую. Теперь ты меня не узнаешь, – убедительно сказала Нелли Федоровна.
   – А я и так тебя не узнал, – рассмеялся он.
   – Знаешь, мне даже смешно вспоминать, какая я была дурочка – депрессировала, переживала, мучилась от одиночества. Ведь так много надо сделать в этой жизни – и для себя, и для других! Я просто переполнена новыми знаниями и умениями! Придется организовывать какую-нибудь специальную оздоровительную группу и поделиться этими знаниями с другими людьми, которые хотят быть здоровыми и не собираются горстями пить таблетки. Думаешь, у меня получится?
   – Конечно! Я в тебя верю – ты такой прекрасный организатор, Нелюшка!
   – Учти, Сережа, твое питание мы тоже изменим.
   – В каком смысле? Чем мне это грозит? – шуточно испугался Сергей Иванович.
   – Здоровое питание! Прекращай пить кока-колу и всю остальную гадость. Никакой жирной свинины, ребрышек и жареной картошки. Больше овощей, фруктов, рыбы. Ты – тоже не мальчик, тебе тоже нужно проверить свое здоровье.
   – Да я вроде бы и ничего… – испуганно сжался Сергей Иванович, цепляясь за руль.
   – Куришь как паровоз, ничего! Будем бросать курить, – жестко скомандовала Нелли Федоровна.
   – Э нет! Не покушайся на мою единственную любовь – сигарету, – опасливо возразил Сергей Иванович.
   – Если бумажная палочка, набитая сухой травой и мусором, которая портит твои сосуды и легкие, – твоя единственная любовь, то я тебя от души поздравляю. Не стыдно такую любовь иметь? – строго отчеканила Нелли Федоровна. – Хватит шутить. Называй вещи своими именами. Я ела как свинья и пила, оправдывая свою слабость тем, что жить незачем, конец-то все равно один. А ты то же самое делаешь и думаешь, засовывая многократно за день сигарету в рот, и отравляешь себя и окружающих. Это называется – программа саморазрушения. Только ты отвечаешь за свою жизнь и здоровье, если хочешь разрушаться – кури себе. Один. Все, как хочешь, но в моем присутствии не куришь! И в доме – тоже.
   – Слушай, я тебя не узнаю. Ты, может, какую-то секту посещала в Швейцарии, а не врача? Набросилась с дороги! Прямо моралисткой стала, – озадаченно пробормотал Сергей Иванович. В его мозгу мелькнула мысль, что он должен беречь свое здоровье ради маленькой дочери и действительно нужно бросить курить. Со временем. – А я к твоему приезду тортик купил. Киевский, с цветами, как ты любишь.
   – Ты? Мне? Тортик? – возмутилась Нелли Федоровна и даже слегка подпрыгнула на сиденье машины. – Хочешь меня убить? Это ты можешь сигаретами убивать себя сколько влезет, а я теперь буду жить по-настоящему.
   Сергей Иванович с легким ужасом взирал на «обновленную» жену, столь решительно настроенную по отношению к переустройству своей и, скорее всего, его жизни. Он быстренько прокручивал в голове все возможные варианты дальнейшего развития события. Ведь теперь достанет с курением, это точно! Раньше как: «Не кури, это вредно!», а ты ей можешь нежненько этак бросить: «Кто бы говорил мне про курение? Не тот ли человек, который на прошлой неделе съел три килограмма «Мишек косолапых» и практически единолично умял два батона сырокопченой колбасы и целый торт?» Неужели теперь в его колоде не будет этих козырей? Не может быть. Не продержится она долго, сорвется. Столько лет ела и пила, не ограничиваясь, что ж ей там этот доктор – гипноз какой-то применил, что ли?
   – Что насупился, Сережа? – мягко вывела его из задумчивости Нелли Федоровна. – Все у нас теперь хорошо будет. Вот увидишь, я тебе обещаю.
   Сергей Иванович глубоко вздохнул и слегка съежился на своем водительском кресле, поворачивая руль.
   …Нелли Федоровна вошла в свой дом и взглянула на него другими глазами. Она подошла к зеркалу и удивилась своему отражению. На нее смотрела симпатичная, чуть полная и довольно цветущая женщина с прямой спиной и гордо поднятой головой. Легкомысленная шляпка очень украшала.
   – Привет, Дом! Не узнаешь меня? А ты, Зеркало? Сколько раз я смотрела в тебя, и мне хотелось плевать в свое отражение, плача и злясь от отвращения… Напивалась, дура, как последняя свинья… – Она вздохнула, со стыдом вспомнив свое отчаяние и поведение. – Учти, Дом, теперь все будет по-другому. Потому что к тебе вернулась не одинокая старая толстая кляча, злая на весь белый свет, а Я – Архитектор. Я – Архитектор! Я построю свою жизнь заново, вот увидишь!
   Нелли Федоровна сдержала свое обещание, данное несколько в напыщенном варианте Дому.
   В короткий срок она организовала группу женщин, которые страдали сходными с ней проблемами. Две женщины жили по соседству, а три приезжали из Москвы, они были ее хорошими знакомыми. Все эти женщины страдали сахарным диабетом 2-го типа разной степени давности. Нелли Федоровна подготовила информационные материалы про похудение и диабет, рассказала этим женщинам, как она лечилась в Швейцарии, в клинике доктора Юргена. Затем она помогла дистанционно проконсультировать каждую из них у учеников доктора Юргена, и все женщины взяли на себя определенные обязательства по поддержанию диеты и физическим нагрузкам. Две дамы сломались через месяц. Они придумали сто отговорок, из-за чего они не могут делать физкультуру и почему не могут похудеть. Но вместо двух дамочек в «клуб Нелли» пришло стразу трое мужчин! Дамочки сразу взбодрились, меньше стали жаловаться на свои болячки, быстренько все подкрасили седину и бровки, и дело пошло активнее.
   Нелли Федоровна прекрасно понимала, что если у нее не будет единомышленников, то она сама может сорваться и залениться. Но пока она находится в коллективе, даже в таком маленьком, как их «Антидиабетический клуб» из нескольких человек, то будет неукоснительно делать гимнастику, поддерживать оптимальный вес и вообще останется в форме. Сил становилось все больше. Женщины в клуб пришли интересные, увлекались разными направлениями – кто-то астрологией, кто-то изучал фэн-шуй. Они решили взяться – и победить свою болезнь.
   Нелли Федоровна словно проснулась от спячки. Ее интересовало буквально все: новые рецепты полезных блюд, цветотерапия, духовная литература, рейки, фэн-шуй и многое другое. Она взялась оживить свой немецкий язык, который формально проходила в школьные годы. Ей хотелось общаться с доктором Юргеном, переписываться с ним напрямую, читать немецкие статьи о натуральном питании.
   Значительно изменились отношения с Сергеем. Она уже не тосковала в его отсутствие: Нелли Федоровне было совершенно некогда!
   У Сергея в жизни тоже наметились изменения. Ему стала интересна Нелли!
   Раньше он с тоской и неохотой ехал домой, ожидая увидеть стандартную картину: полную, несчастную, унылую пожилую женщину, от которой слегка пахло алкоголем и которая смотрела на него, как наркоман смотрит на дозу, требуя общения и разговоров и цепляясь за его эмоции и энергию. Теперь все изменилось. Ему хотелось узнать все, чем она занимается. В доме часто проводились какие-то встречи, появлялись новые интересные люди, книги, а Нелли помолодела и сияла каким-то внутренним светом.
   «Видимо, в Швейцарии у нее с кем-то что-то было, – тоскливо констатировал про себя Сергей. – С чего бы она так расцвела? Наверняка влюбилась!» Отношения с Сонечкой, напротив, дали трещину. Соня стала давить на Сергея, недвусмысленно намекая, что дочке нужен законный отец, а ей – законный муж, она постоянно стала клянчить все большие суммы, стонала, что жизнь так нестабильна, а она, Соня, такая неприспособленная и слишком доверчивая. Сергей Иванович стал избегать общения с Соней, стараясь под разными предлогами увернуться из щекотливой ситуации. У Сергея Ивановича начало прихватывать сердце, и однажды он как бы шутливо спросил у Нелли:
   – А этот доктор Юрген, он сердце тоже лечит? Может, и мне смотаться к нему на реабилитацию? Заодно разведаю, с кем ты там крутила роман, из-за кого так расцвела, – посмеялся Сергей Иванович.
   – Я стала крутить роман с жизнью, что и тебе рекомендую сделать. Хватит бездельничать: ради своего здоровья занимайся со мной. Ешь то, что скажу. Ведь все это время ты продолжаешь разрушать себя. Раньше ты разрушал себя вместе со мной, только другим способом. Я пила и жрала как свинья, а ты куришь как паровоз и ешь всякую гадость. Потом: ты вообще не двигаешься! Машина – кресло – диван. Ржавеешь! Теперь-то я понимаю, что самое главное – правильная доминанта в мозгу. Я знаю, что моя жизнь не закончилась, я от тебя эмоционально не завишу. Вокруг так много интересного, есть что познавать. Да и просто помогать тем несчастным людям, которые тоннами едят таблетки, не осознавая, что их болезнь лечится с другого конца – с башки! Они же едят ксеникал и пукают жирным калом вместо того, чтобы сесть в кресло и подумать: а что для меня важно? Почему я так разрушаю себя? Как я могу изменить свою жизнь и внести в нее любовь? И прежде всего любовь к себе?
   Сергей Иванович замер, изумленно взирая на оракула Нелли. В этот момент он осознал, что совершенно не знает свою жену. Она все время открывается ему с новой стороны.
   – Ты… Ты, Нелюшка, потрясающая женщина… Я люблю тебя! – вдруг выговорил он.
   Теперь пришел черед замереть в удивлении Нелли Федоровне. Дождаться таких слов от ее Сергея было подобно тому, что дождаться появления снега в пустыне Сахара. Эти три слова он произнес лишь однажды, да и то после долгого нытья со стороны молодой жены Нелли, сразу после свадьбы. Больше от него она их не слышала никогда. Он говорил все, что угодно, но только не эти заветные «Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ». Слезы радости выступили у нее на глазах. Сергей и Нелли незаметно для себя притянулись друг к другу и крепко обнялись. Их сердца бились в унисон. Они долго-долго стояли обнявшись, молчали и тихо плакали, баюкая друг друга в волнах зрелой нежности. Нелли Федоровна пришла в себя первой, ласково отстранилась от Сергея Ивановича и со смешком вытерла глаза.
   – Вот два дурака разнюнились, голубки престарелые… Знаешь, стоило заболеть диабетом, чтобы испытать то, что я сейчас почувствовала… Спасибо тебе, Сереженька, за все… За все эти годы, за то, что не бросаешь меня.
   – Я никогда тебя не брошу, Нелюшка, ты что… Все только начинается.
   Они еще долго болтали, сидя на кухне в лучах заходящего осеннего солнца, так красиво просвечивающего сквозь желто-красную листву канадских кленов, посаженных ими несколько лет назад в своем саду.
   А совсем скоро у них появился новый повод для радости: неожиданно приехал Максим с семьей. Он очень радовался, что мама стала хорошо себя чувствовать, активна, позитивна и полна всевозможных планов. Нелли Федоровна и Сергей Иванович с удовольствием развлекали Лукаса, и после трех недель общения с ними мальчик начал хорошо говорить по-русски, что очень радовало всех окружающих.
   Сергей Иванович стал прилежным учеником Нелли Федоровны. Он слушался всех рекомендаций, которые получил от доктора Юргена по Интернету, поработал с психотерапевтом, изменил диету, стал меньше курить, начал заниматься цигуном, стал меньше работать, похудел и стал значительно бодрее. Он очень заинтересовался китайскими оздоровительными техниками, даже поехал в Шаолинь для проведения глубокой практики цигуна. Уже там, в мистическом Китае, Сергей в один момент осознал, что вся его энергия утекает из-за того, что он долгие годы обманывал жену и морочил голову самому себе. Сергей Иванович твердо решил, что расскажет Нелли всю правду о своей дочке, о двойной жизни. О дочке он будет заботиться, но с Соней должен расстаться. «Хочу начать честную жизнь без лжи. Хватит врать! И если Нелли меня не простит – просто стану жить один, заботиться издалека обо всех своих женщинах. Но должна простить… Буду молить, в ногах валяться. Хочу жить и стареть только рядом с Нелли. Схожу в церковь. Покаюсь. Исповедаюсь. Причащусь».
   …Сергей Иванович вернулся домой, и у них с Нелли состоялся откровенный разговор.
   Она великодушно простила его. С Соней Сергей Иванович действовал экономическими успокоительными действиями. Кроме того, нанял специального человека, который занимался знакомством Сони с потенциальными женихами. В течение шести месяцев они перебрали 156 кандидатов из разных стран, Соня очно встретилась с 43 потенциальными претендентами. Один из них – спокойный и доброжелательный инженер из Италии – подошел ей по всем параметрам просто идеально. Сергей Иванович встретился с Фелицио, вместе с переводчиком провел с ним часов пять, присматриваясь и изучая. Он ему понравился со всех сторон, поэтому Сергей Иванович был рад спонсировать свадебные Сонины наряды и поехал на свадьбу Сони и Фелицио в красивый курортный городок Форте-де-Марми. Больше всего свадьбе и переезду радовалась Маришка. Сергей Иванович купил ей прелестнейшее белое платье с пышной юбкой, необыкновенной красоты туфельки. Девочка на свадьбе выглядела как волшебная кукла и заливалась своим искренним радужным смехом, радуя всех окружающих.
   – Так, я вас пристроил, теперь буду навещать.
   Сергей Иванович обговорил все детали опеки над дочерью с Соней. Он будет приезжать в Италию два раза в год и проводить две недели с ребенком, а на лето забирать Маришку к себе. Нелли Федоровна согласилась с этим.
   – Ребенок ни в чем не виноват. Я буду только рада. Если бы это знакомство произошло пару лет назад, то, думаю, прибила бы и тебя, и твою Соню, и дочку до кучи. Скажу тебе искренне и откровенно: все эти бабские соревнования «жена – любовница» – мышиная возня. Я, знаешь ли, выросла из этих бабских разборок… Ведь Маришка – это часть тебя, именно поэтому я постараюсь для нее сделать все хорошее, что в моих силах.
   Нелли Федоровна сдержала свое обещание. Она подружилась с дочкой Сергея Ивановича и с удовольствием проводила с ней летние месяцы.
   …Через три года после первого посещения эндокринолога и постановки диагноза сахарный диабет Нелли Федоровна еще раз тщательно обследовалась в Эндокринологическом центре РАМН, и врачи признали, что сахарного диабета у Нелли Федоровны нет. Она практически здорова!
   Чего и вам всем желает.

   А теперь расскажем ПРАВДУ о сахарном диабете, проблеме лишнего веса, булимии и прочих вещах, которые так необходимо знать людям. Возможно, именно эти знания помогли нашей героине Нелли Федоровне стать здоровой.

Глава 1
Некоторые сведения о регуляции уровня глюкозы в организме

Эволюция человека и сахарный диабет

   В процессе эволюции организм человека «наработал» самые лучшие варианты для эффективной переработки питательных веществ и хранения энергетических запасов на случай нехватки пищи. В давние времена рацион людей был однообразным, организму приходилось извлекать максимально возможную энергию из самой скудной пищи. Питание людей было совершенно нерегулярным, дробным, обильные приемы пищи чередовались с полуголодным и голодным существованием. Кроме того, для того чтобы эту пищу получить, человеку волей-неволей приходилось очень много двигаться.
   Мужчины охотились, ловили рыбу или пахали, женщины занимались собирательством и выращиванием съедобных растений. Как потопаешь – так и полопаешь. Люди использовали свои мышцы по назначению, бессонницы и стрессы их не беспокоили из-за усталости и необходимости все время действовать для того, чтобы не умереть с голоду. Эволюция с каждым поколением оттачивала механизмы запасания энергии. Выживали лучшие – быстро накапливавшие жировые запасы при малом и скудном рационе. До сих пор в примитивных сообществах охотников и собирателей случаи сахарного диабета практически не встречаются. Так что можно предположить, что сахарный диабет – болезнь цивилизации. Мы представляем собой ни больше ни меньше чем продукт эволюции, как ни цинично это звучит. И наши тела природа готовила в течение множества лет не для того, чтобы тупо перерабатывать «корм» (нашу пищу, насыщенную безумным количеством сахара, консервантами, красителями и прочей гадостью, даже и пищей назвать как-то сложно!).
   Для наших предков вопрос добычи питания действительно представлял собой проблему жизни и смерти, с которой они сталкивались ежедневно. Вся жизнь древних людей вращалась вокруг вопросов: где достать достаточное количество пищи? Хватит ли запасов на зиму? Удача или неудача в добывании еды означала, соответственно, жизнь или смерть.
   Страх голодной смерти для человека столь же интенсивен, как и радость от взгляда на вкусную пищу. Подумайте, ведь удовольствие можно получить даже при взгляде на бумагу, на которой нарисован или сфотографирован аппетитный натюрморт. Все это посылает в нашу нервную систему сильный архетипический импульс, на который можно возложить львиную долю ответственности за неблагоприятные привычки в питании людей. Эти вредные привычки представляют собой, в сущности, реакции и поведенческие привычки наших прародителей. Чтобы добиться желаемых изменений в нашем поведении, нам крайне важно проанализировать этот аспект нашего мироощущения, а также роль наших эмоций в пищевом поведении.
   Наше тело создано Богом и природой для выполнения своей индивидуальной миссии на Земле, но для этого нужно быть здоровым человеком. А для того, чтобы быть здоровым человеком, следует знать индивидуальные особенности своего организма и не поглощать бездумно то, что твоему организму вредно.
   Казалось бы, чего проще: похудейте, и все дела! Но все гораздо сложнее.
   Люди, имеющие сахарный диабет 2-го типа, отобраны эволюцией из-за того, что кроме быстрых накоплений жировых запасов они имеют очень быстрые мозги! Пока не наступают осложнения диабета в виде атеросклероза и прочих неприятностей, диабетики – одни из самых креативных (творческих) людей в популяции. По креативности с ними могут поспорить только подагрики (больные подагрой, использующие в обмене мозга мочевую кислоту). Полные люди с сахарным диабетом 2-го типа имеют настолько шикарные мозги, что можно только поражаться их памяти, синтетическому мышлению и творческим идеям.
   Для примера можно привести индийского гуру Ошо Раджниша – такое количество лекций и книг даже прочитать трудно, не то что написать. Он обладал прекрасной памятью, помнил множество историй, анекдотов, тонкостей множества религиозных учений. Кроме того, он не только прекрасно помнил всех своих учеников, но и все истории их непростых судеб, имена всех их родственников, о которых они так или иначе вскользь упоминали в своих откровениях. Ошо страдал тяжелым сахарным диабетом 2-го типа. Самая лучшая женская писательница – Виктория Токарева – также страдает сахарным диабетом, не обошел недуг стороной и Екатерину Вильмонт – настоящий кладезь юмора и задора.
   Человеческий геном очень мало изменился за последние сорок тысяч лет.
   У наших давних предков была возможность есть сладкое только вместе с витамином С, который они получали из ягод, плодов и овощей. В таком виде организм нормально усваивает глюкозу.
   В питании современного человека слишком много углеводов и громадное количество сахара.
   На состоянии индейцев племени пима (юго-запад США) можно проследить катастрофические последствия того, что бывает с людьми, генетически более предрасположенными к запасанию жира и традиционно проживавшими в местах со скудной пищей. Когда еды много, люди, генетически более склонные к ожирению, быстрее, чем остальные, прибавляют в весе. А так как сегодня доступно огромное количество продуктов питания, причем содержащих повышенное количество калорий и сахаров, среди индейцев пима зарегистрировано ошеломляющее число случаев диабета со всеми его осложнениями: это число самое высокое среди всех этнических групп США.
   Первые упоминания о сахарном диабете относятся к очень древнему периоду – они есть в папирусе Эберса (Египет, 1500 лет до н. э.), в Аюрведе (Индия, 600 лет до н. э.).
   В дальнейшем в некоторых цивилизациях уже появлялся «перекос» в распределении материальных ресурсов и, соответственно, пищи. Появляется больше больных сахарным диабетом.
   Вакханалии и праздный образ жизни с обильными трапезами, большим количеством сладкого вина, фиников, фруктов и мяса появляются в Древней Греции и Риме. Именно к этому времени относятся первые подробные описания сахарного диабета. Древнеримский врач Аретеус Каппадокийский (90–30 до н. э.) уже тогда выделял две формы диабета – диабет худых, который следовало лечить усиленным питанием и покоем, и диабет полных, для которых необходимо было движение и голодание. Диагностика диабета в то время была проста: мочу больного выставляли на открытый воздух. Если на мочу в скором времени налетали пчелы, то у больного диагностировали сахарный диабет. В то время еще не знали, что сахарный диабет может протекать и без присутствия сахара в моче. Греки называли сахарный диабет болезнью протекающей воды.

   Наше время – время безумного избытка консервантов и сахара в продуктах – является своеобразной проверкой на прочность организма, который чисто биологически не в состоянии питаться так, как предлагают сейчас обычные стандарты питания. В настоящее время больные сахарным диабетом составляют более 5% населения, и каждый год эта цифра возрастает. Среди пожилых людей (от 65 до 74 лет) болен каждый пятый.

Анатомия поджелудочной железы

   Но расположение и устройство поджелудочной железы очень важны, потому что соседние, близлежащие органы действуют на этот орган.
   Поджелудочная железа расположена по соседству с печенью. Раньше ее называли «брюшной слюнной» железой, а еще раньше эта железа считалась мягкой подстилкой («подушкой») желудка, придатком печени, «печеночным пальцем». Во II веке н. э. ее считали мышцей (ее современное название – pancreas, pan по-гречески «все», а kreas – «мясо»).
   Путали ее и с лимфатическими узлами брюшной полости. Запутались до того, что стали называть даже «безымянным органом». Но в XVII веке она удостоилась детального описания, а Клод Бернар – великий французский физиолог – открыл ее значение в пищеварении. Постепенно накапливалось все больше данных об этом важном органе, выяснилось, что выделяет она не слюну, а иную по химическому составу жидкость – поджелудочный сок. Термин «сок» в мифологии всегда означает нечто содержащее жизненную силу. Если быть анатомически точным, то располагается этот орган не под желудком, а за желудком.
   Очень романтичное описание анатомического расположения поджелудочной железы дал А.А. Голубев – заведующий кафедрой топографической анатомии: «Как нежащаяся пантера, уложила она голову в изгиб двенадцатиперстной кишки, распластала тонкое тело на аорте, убаюкивающей ее мерными движениями, а чуть изогнутый хвост беспечно отклонила в ворота селезенки – затаившийся красивый хищник, который неожиданно при болезни может нанести непоправимый вред».
   В традиционной китайской медицине поджелудочная железа и селезенка объединены вместе, в одну систему – Земли (влажности). Что это значит? А это очень важно для понимания деятельности поджелудочной железы, потому что именно перегрузка селезенки инфекционными агентами нередко вызывает дальнейшее развитие диабета (как правило, диабета 1-го типа, инсулинзависимого). Предполагается, что сахарный диабет у детей и подростков может начаться после инфицирования краснухой, эпидемическим паротитом (свинкой), после прививок. Известны случаи возникновения сахарного диабета и на фоне других тяжелых инфекций.
   Некоторыми исследователями отмечается заболевание диабетом после или во время туберкулезной инфекции.
   Для понимания этих процессов тоже стоит знать анатомическое расположение поджелудочной железы – ведь хвост поджелудочной железы находится в непосредственной близости от плевры (тонкой оболочки, покрывающей легкое). Именно поэтому заболевания в виде плевропневмонии или туберкулезная интоксикация с вовлечением в процесс плевры могут осложниться развитием диабета (как правило, вновь 1-го типа).
   Сама поджелудочная железа имеет форму трехгранной призмы. Вес этой важнейшей железы достигает всего… 80–100 г! Размер поджелудочной железы в длину не более 20 см. Зато сколько функций выполняет этот маленький орган! Выделяемый в двенадцатиперстную кишку панкреатический сок (по меткому определению анатома И. Егорова) – «самый талантливый сок». Этот сок действует на все виды питательных веществ с одинаково высокой активностью. Состав этого сока был в свое время изучен самим великим И.П. Павловым. Сок поджелудочной железы (панкреатический) содержит ферменты, расщепляющие все виды питательных веществ: белки, жиры, углеводы, в том числе структуры клеточных ядер и мембран и межклеточные элементы соединительной ткани. Вот эти ферменты:
   • амилаза (продолжает расщепление крахмала и гликогена пищи, начатое в полости рта слюнной амилазой);
   • липаза (в щелочной среде активно гидролизирует эмульгированный нейтральный жир);
   • нуклеаза (расщепляет материал клеточных ядер);
   • трипсин (выделяется в неактивной форме – трипсиноген), активирующийся под влиянием кишечного фермента энтерокиназы и расщепляющий белки.
   Выделение ферментов здоровой поджелудочной железой очень гармонично и сбалансировано в случае нормального питания. Но если питание становится «однобоким» (например, человек решает питаться только белками, как на «кремлевской» диете или диете Аткинса), то клеточный аппарат поджелудочной железы, вырабатывая слишком много трипсина, перенапрягается, его клетки «перерабатывают», а ведь для построения трипсина нужны строго определенные минеральные вещества и коферменты!
   При несбалансированном питании очень просто и легко может возникнуть панкреатит и синдром «уклоняющихся» ферментов поджелудочной железы.
   Поджелудочная железа является железой смешанной секреции – кроме поджелудочного сока, вырабатываются инсулин и глюкагон, соматостатин и некоторые другие медиаторы, еще не до конца исследованные. И если эффект глюкагона в организме дублируется другими гормонами (например, адреналином), то инсулин вырабатывается только в клетках поджелудочной железы. В этом органе имеются так называемые островки Лангерганса. Эти островки открыл в 1869 году юный студент Пауль Лангерганс. Он интересовался патологией и работал в лаборатории известнейшего немецкого ученого Р. Вирхова. До этого 22-летнего парня никто и не обращал внимания на скопления в поджелудочной железе округлых, овальных или звездчатых клеток.
   Пауль назвал группы этих необычных клеток островками (insulae). Никто даже не мог предположить, какое он сделал открытие. К сожалению, Пауль не смог до конца раскрыть тайну загадочных островков. Тяжелый туберкулезный процесс вынудил Пауля уехать на лечение из Германии в Италию, где исследователь скончался в молодом возрасте, однако в дальнейшем островки так и стали называть – островками Лангерганса, а секрет, вырабатываемый в β-клетках (бета-клетках) островков, назвали инсулин.
   Только вдумайтесь: всего 2 г поджелудочной железы, расположенные в ее хвосте, контролируют практически весь метаболизм углеводов! А кроме углеводного, принимают участие в жировом и белковом обмене.
   β-клетки составляют примерно 70% площади островков, они вырабатывают проинсулин, состоящий из трех пептидных цепей. α– и β-цепочки соединены дисульфидным мостиком. Обратим на это дополнительное внимание, потому что одним из препаратов, улучшающих состояние пациентов с диабетом, является гомеопатический препарат сульфур, уркепляющий дисульфидные мостики. Проинсулин в дальнейшем превращается в активный инсулин. Это происходит с помощью ферментов внутри внутриклеточного комплекса Гольджи благодаря отщеплению С-пептида. Итак, активная форма инсулина – это две цепи из аминокислот.
   В сутки вырабатывается в среднем 2 г инсулина. Даже у самого крепкого и здорового человека с хорошей наследственностью запасы выработки инсулина ограниченны. Из аппарата Гольджи инсулин поступает в клеточные пузырьки – везикулы, где связывается с цинком и запасается в кристаллическом состоянии, чтобы расходоваться по потребности, по мере поступления глюкозы. И снова обратим внимание – теперь на важность обмена цинка. Этот микроэлемент также имеет огромное значение при лечении диабета, но зачастую игнорируется врачами… Очень важен препарат гомеопатического цинка, о чем будет рассказано позднее.
   В β-клетках поджелудочной железы у здорового человека всегда есть запас инсулина, который поступает в кровь за считаные минуты и приводит в порядок уровень глюкозы. Но если в организме мало цинка, то и запасов кристаллического инсулина также не хватает.
   Кетоновые тела и жирные кислоты являются стимуляторами выброса инсулина.
   Стимуляция симпатической нервной системы угнетает секрецию инсулина, а парасимпатическая нервная система усиливает секрецию инсулина.
   Важнейший момент! Именно те люди, у которых не сбалансирована работа этих двух частей вегетативной нервной системы, наиболее подвержены колебаниям глюкозы крови, а лечение, направленное на нормализацию вегетативных функций, дает наилучшие результаты и стабилизацию в течение сахарного диабета.
   α-клетки (альфа-клетки) составляют 20% от общей массы островков и вырабатывают глюкагон, гастроингибирующий полипептид (ГИП) и холецистокининпанкреозимин (ХЦКП). Глюкагон активизирует механизмы, извлекающие глюкозу из печени, то есть является антагонистом инсулина.
   ГИП подавляет секрецию соляной кислоты и ферментов железами желудка, но стимулирует выделение кишечного сока.
   ХЦКП действует заодно с инсулином, усиливает выработку пищеварительных ферментов железистыми клетками поджелудочной железы. Эти клетки вырабатывают эндорфины – гормоны удовольствия. Так что поджелудочная железа, наряду с мозгом, является источником обезболивания и удовольствия.
   Δ-клетки (дельта-клетки) – это 5–8% островков Лангерганса. Они вырабатывают гормон соматостатин. Соматостатин является гормоном роста и вырабатывается также в гипоталамусе, щитовидной железе, сетчатке, нервных окончаниях (синаптических пузырьках) и некоторых участках желудочно-кишечного тракта. Механизм действия соматостатина на клеточном уровне до конца не ясен. Соматостатин, который вырабатывается в поджелудочной железе, практически никуда не движется, этот гормон только блокирует выделение пищеварительных ферментов. Содержание соматостатина в плазме крови повышается при акромегалии (заболевании, при котором начинается безудержный рост тела или отдельных его частей), при Δ-клеточной опухоли поджелудочной железы и у больных сахарным диабетом 1-го типа.
   РР-клетки (их ничтожно мало, и доля составляет всего 0,5% от общей массы островков Лангерганса) продуцируют панкреатический полипептид, который стимулирует выделение пищеварительных ферментов и деятельность желез желудка.
   При приеме углеводистой пищи наблюдается быстрое повышение уровня инсулина и уменьшение содержания глюкагона в крови. Инсулин вызывает ускоренный синтез вещества гликогена и утилизацию глюкозы инсулинзависимыми тканями (печень, мышцы).
   Белковая пища, напротив, стимулирует резкий подъем концентрации в крови глюкагона и вызывает распад гликогена в печени.
   Во время голодания уровень инсулина в крови понижается, а глюкагона повышается, особенно на 3–5-й день голодания. При этом глюкагон вызывает распад белка в мышцах. Избыточное количество глюкагона вызывает липолиз (то есть распад жиров), что повышает уровень свободных жирных кислот. Эти кислоты используются как энергетический материал сердцем, почками и печенью.
   Уровень глюкозы в крови поддерживается секрецией инсулина и глюкагона.
   Процессы регенерации в поджелудочной железе характеризуются очень медленным обновлением ее клеточного состава, составляющего около 500 суток для экзокринной (негормональной) части. Эндокринная (гормональная) часть поджелудочной железы обновляется за 100 суток. Регенерация поджелудочной железы возможна! Но это очень-очень долгий процесс.

Физиология обмена глюкозы

   Концентрация глюкозы в крови зависит от соотношения выброса ее в кровоток и утилизации тканями. Концентрация глюкозы в норме жестко контролируется и у здоровых людей редко падает ниже 2,5 ммоль/л или превышает 8,0 ммоль/л, независимо от того, голодал человек или недавно принимал пищу.
   Глюкоза, которая поступила с пищей, используется при голодании. Хотя концентрация глюкозы в крови несколько снижается при длительном голодании, а запасов гликогена хватает примерно на 24 часа, адаптационные процессы приводят к достижению нового устойчивого состояния. В среднем через 72 часа концентрация глюкозы стабилизируется и может сохраняться на постоянном уровне в течение многих дней. Основным источником глюкозы становится глюконеогенез (образование глюкозы из аминокислот и глицерола), а кетоны, образующиеся из жиров, становятся основным энергетическим субстратом.
   Углеводы подразделяются на простые и сложные. Молекулы простых углеводов состоят из одной или двух молекул сахаров (глюкозы или фруктозы), молекулы сложных углеводов представляют собой цепочку из трех и более молекул сахаров, соединенных между собой. Углеводы содержатся во многих продуктах питания, настоящих и «искусственных»: крупах и злаковых хлопьях, крахмалистых овощах, фруктах, большинстве молочных продуктов, хлебе, макаронах, конфетах, шоколаде и газированных сладких напитках. В пищеварительном тракте происходит расщепление простых (фрукты, конфеты) и сложных (овощи, крупы) углеводов на одиночные молекулы сахара (моносахариды). Следовательно, все углеводы – это сахар.
   Вспоминаю одного пациента, страдающего диабетом 2-го типа. Назовем его В. Это мужчина 52 лет – крепкий, высокий, масса тела его совсем незначительно превышает норму. В. очень ответственный человек, аккуратно выполняет все предписания, обследования и лечение. В прошлом он – военный, ушедший в отставку, работает и счастливо женат на молодой, очень любимой и любящей женщине. Его первая жена погибла в авиакатастрофе несколько лет назад, после этого врачи впервые обратили внимание на высокую глюкозу в его крови на очередной военной медкомиссии. Несколько лет В. жил вдовцом, а потом встретил родную душу – нынешнюю его жену. Юная жена с жаром принялась ухаживать за мужем, готовить полезные для здоровья блюда. Я поинтересовалась, что же она заставляет его есть. Оказалось, что В. ежедневно, практически насильно, съедает около килограмма разных фруктов – яблоки, груши, апельсины, мандарины и прочее – по сезону. И В., и его молодая активная жена были убеждены, что питаются правильно, ведь фрукты полезны, но именно фруктами этот человек нагонял себе невероятно высокие сахара. Так что с фруктами диабетику необходимо быть очень осторожным.
   Способность организма использовать углеводы, поступающие с пищей, зависит от соотношения уровней инсулина и глюкагона – двух основных гормонов поджелудочной железы, регулирующих распределение питательных веществ в организме.
   Глюкагон – гормон, под действием которого печень начинает высвобождать сахар (глюкозу), благодаря чему повышается уровень глюкозы в крови, поступающей в мозг и клетки тела. Помимо этого, глюкагон заставляет клетки высвобождать жир (для использования его в качестве источника энергии) и белки (чтобы использовать их в качестве строительного материала).
   Если глюкагон отвечает за использование питательных веществ, то инсулин – за их хранение. Под действием инсулина сахар, жир и белки направляются из кровеносного русла в клетки. Процесс перемещения питательных веществ из крови в клетки имеет жизненно важное значение по двум причинам. Во-первых, при этом клетки получают энергию и строительные материалы, необходимые для их жизнедеятельности и обновления, а уровень сахара в крови поддерживается в сбалансированном состоянии, что защищает мозг от опасных для него перепадов концентрации глюкозы. Во-вторых, инсулин подает сигнал о поступлении в организм избытка глюкозы, и печень начинает превращать лишнюю глюкозу в гликоген и жир.
   

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →