Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Джордж Вашингтон выращивал в своем садике марихyанy.

Еще   [X]

 0 

Депрессия. Как вырваться из черной дыры (Мамедов Анар)

Автор книги – врач, который сам страдал из-за депрессии шесть лет, потерял работу, личная жизнь была разрушена, в дальнейшем существовании он не видел никакого смысла.

Год издания: 2011

Цена: 109 руб.

Об авторе: Анар Мамедов — врач, который сам страдал из-за депрессии шесть лет, потерял работу, личная жизнь была разрушена, в дальнейшем существовании он не видел никакого смысла. Но он сумел справиться с этим тяжелым недугом и изменить свою жизнь. Не произошло никакого чуда, он не нашел чудесной пилюли. еще…



С книгой «Депрессия. Как вырваться из черной дыры» также читают:

Предпросмотр книги «Депрессия. Как вырваться из черной дыры»

Депрессия. Как вырваться из черной дыры

   Автор книги – врач, который сам страдал из-за депрессии шесть лет, потерял работу, личная жизнь была разрушена, в дальнейшем существовании он не видел никакого смысла.
   Но он сумел справиться с этим тяжелым недугом и изменить свою жизнь. Не произошло никакого чуда, он не нашел чудесной пилюли. Не будет их и в вашем случае, чтобы избавиться от депрессии, придется потрудиться. Но его пример показывает, что награда за труды может быть огромной, если вы точно знаете, что вам делать. Ему потребовалось на это шесть лет, а вы сможете получить необходимые знания за несколько часов, потраченных на чтение книги.
   Прочитав эту книгу, вы узнаете, как не совершать ошибок и не тратить время и деньги на бесполезные методики, узнаете о побочных действиях, вызываемых различными антидепрессантами, о точном и далеко не всегда безобидном механизме их работы.


Анар Мамедов Депрессия. Как выбраться из черной дыры

   Депрессия подобна даме в черном. Если она пришла, не гони ее прочь, а пригласи к столу, как гостью, и послушай то, о чем она намерена сказать.
Карл Густав Юнг

Лучший день в моей жизни

   Наверно, легче было бы выбросить разом эти два огромных полиэтиленовых пакета, набитых под завязку всеми видами психотропных препаратов, доступных на постсоветском пространстве. Но мне доставляло особое удовольствие доставать по одной разноцветные коробочки, каждая из которых означала определенную веху, этап в моей шестилетней борьбе с депрессией, внимательно их рассматривать, вызывать ассоциированные с ними воспоминания и безжалостно отправлять в мусорную корзину, вместе со всей той болью, страхом, мучениями, которые они для меня означали.
   «Прозак», Кромвель Хоспитэл, Лондон, тучный врач с нездоровой одышкой, впервые сказавший мне «you are depressed»; «Ремерон», госпиталь Аджибедам, Стамбул, 800 долларов, потраченные на бессмысленные анализы; «Леривон», Москва, 10 килограммов лишнего веса, набранные за три с небольшим месяца…
   Шесть лет. Вычеркнутых из жизни, из самого активного моего жизненного периода, шесть лет нереализованных возможностей, отвергнутых карьерных предложений, разрушенной личной жизни, беспросветного прозябания.
   Я заслужил этот день. Определенно заслужил.

Введение

   Меня зовут Анар Мамедов, я врач, мне 38 лет.
   Последние 6 из них были украдены депрессией.
   Я страдал депрессивным расстройством, генерализованной тревогой и паническими атаками с августа 2002 года. На пике заболевания я принимал одновременно три вида антидепрессантов, посещал психотерапевта, занимался различными практиками из области альтернативной медицины. Несмотря на это, большую часть каждого дня я проводил в подавленном состоянии, панические атаки случались 3–4 раза в день, я вздрагивал от каждого телефонного звонка и обращения ко мне по имени.
   В какой-то момент я решил смириться с этим. Я решил, что мне суждено провести остаток моих дней на антидепрессантах, от которых хоть мне и не становилось хорошо, но которые хотя бы давали мне сил подниматься каждое утро с кровати и идти на работу, как-то общаться с окружающими меня людьми, выполнять свои социальные функции.
   В конце концов и это перестало работать. Я потерял работу, моя личная жизнь была разрушена, в дальнейшем существовании я не видел никакого смысла.
   Но шесть месяцев назад ситуация начала меняться. Сейчас в моей жизни все по-другому, я не принимаю антидепрессанты, не испытываю тревоги и панических атак, большую часть дня я пребываю в спокойном и позитивном состоянии. У меня новая работа, которая приносит мне удовлетворение, и девушка, с которой я планирую связать свою жизнь и лучше которой для меня нет никого на этом свете.
   Не так уж много, скажете вы?
   Что же, действительно, многие люди вокруг вас имеют то же самое и не пишут об этом книги.
   Но если вы читаете эту книгу, возможно, в вашей жизни все не настолько безоблачно. Как врач, я сталкивался с депрессивными больными в своей практике, некоторые из них доходили до такой стадии, что не видели другого выхода для себя, кроме самоубийства.
   Тогда я еще сам не болел депрессией и могу ответственно заявить: никогда человек, не побывавший в этой шкуре, не поймет, что испытывает депрессивный больной, для которого нет большего счастья, большей мечты, чем вернуться в свое предболезненное состояние, жить обычной жизнью, любить и быть любимым, получать удовольствие от маленьких радостей, которые здоровым людям настолько привычны, что уже и не вызывают в них каких-либо эмоций.
   Так что же случилось полгода назад?
   Не произошло никакого чуда, я не нашел чудесной пилюли, которая меня вылечила, не прочел какой-нибудь книги, рекомендующей «изменить свое отношение к депрессии» и «мыслить позитивно», после которой все мои проблемы разрешились.
   Чудес не бывает. Не будет их и в вашем случае – чтобы избавиться от депрессии, придется потрудиться. Но мой пример показывает, что награда за труды может быть огромной, если вы точно знаете, что вам делать. Мне потребовалось на то, чтобы это выяснить, 6 лет, вы можете получить это знание за несколько часов, потраченных на чтение этой книги.
   Как врач, я прекрасно понимал механизм, лежащий в основе возникновения депрессии, но, как больной, не мог найти эффективного решения, которое привело бы к остановке работы этого безжалостного механизма.
   Сейчас я знаю, как это можно сделать. Я потратил 6 лет и свыше 50 000 долларов на лекарства, психотерапию и различные духовные практики. Все, что я знаю, включая единственный, известный мне эффективный метод выхода из депрессии, я суммировал в книге, которую имею честь предложить вашему вниманию.
   Только помните, что чтение книги вас не вылечит, методику придется практиковать. Это не сложно, не отнимает много времени, и эффект вы почувствуете после первой же удачной сессии. С каждым разом он будет усиливаться, и, уверяю вас, занятия не только не будут вас обременять, но, напротив, единожды почувствовав эффект, вы будете стремиться к ним с нетерпением.
   В основу моей методики положена теория Первичной терапии доктора Артура Янова и методы нейролингвистического программирования, впервые предложенные Джоном Гриндером и Ричардом Бэндлером.
   Я прошел трехнедельную интенсивную терапию в Первичном центре в Лос-Анджелесе в январе 2009 года, и этот опыт изменил всю мою жизнь. Я понял наконец, как можно докопаться до забытых детских воспоминаний и подавленной боли, которую они продолжают нам причинять.
   Оставалось найти метод для работы с психологическими травмами из настоящего и недалекого прошлого. Это оказалось сделать легче, методы НЛП в этом отношении показали себя весьма эффективными.
   Чтобы понять, почему именно комбинация этих методов дала наилучший эффект, вам нужно знать о причинах, вызывающих депрессию. Любой врач вам скажет, что в основе депрессии лежит нарушение нормального течения биохимических процессов в головном мозге и связанного с этим нарушения обмена нейромедиаторов – серотонина, норадреналина и дофамина.
   Но я сейчас не об этом.
   У каждой депрессии есть причина. Иногда она может лежать на поверхности и осознаваться индивидом, иногда ее причины зарыты в детских травмах и переживаниях. Но чаще всего, даже практически всегда, встречается комбинация этих двух факторов, стресс в настоящем вызывает к жизни боль из прошлого. Подробнее об этом можно почитать в главе «Причины депрессии».
   У доктора Янова прошли в свое время терапию многие знаменитости, включая Элизабет Тейлор и Барбру Стрейзанд. Но самым известным его пациентом был конечно же Джон Леннон. Ниже вы сможете прочесть воспоминания доктора Янова о терапии Джона, с которыми он поделился в интервью журналу «Mojo».
   По моему мнению, доктору Янову удалось проникнуть в самый корень проблемы. Первичная терапия позволяет достигать и выплескивать наружу подавленные эмоции, вызывающие нервные расстройства. Это очень важно, но не всегда достаточно. Чтобы избавиться от депрессии, вам также необходимо проработать травмирующие ситуации, которые уже находятся в вашем сознании, осознаются вами, но все равно продолжают вас мучить.
   Я не буду учить вас Первичной терапии, для этого вам придется поехать в Лос-Анджелес и пройти ее в Первичном центре. В этой книге я описываю свой опыт, несомненно позитивный, и метод, который пришлось мне придумать, чтобы иметь возможность продолжать работать со своим подсознанием по прекращению трехнедельного интенсива в Центре.
   Первичная терапия, как и любая другая, длительна. Она не прекращается через первые три недели, и это совершенно оправданно: невозможно проработать весь бессознательный материал в такой короткий срок. Но я должен был прервать свое лечение в Центре, я не мог далее оставаться в Лос-Анджелесе, к тому же, утратив работу, мне уже в любом случае было нечем платить за продолжение терапии.
   К счастью, у меня теперь есть возможность практиковать свой метод в домашних условиях, и я готов поделиться им с вами. Вы узнаете, как заново пережить давно подавленные чувства, как избавиться от боли, которая накапливалась в вашем сознании десятилетиями, как избавляться от ежедневного стресса и прорабатывать травмирующие воспоминания из недалекого прошлого.
   Я также в деталях описал свой опыт от медикаментозной и психотерапии, а также опыт различных духовных практик. Некоторые методы для меня сработали, некоторые нет. Прочитав эту книгу, вы узнаете, как не совершать моих ошибок и не тратить время и деньги на бесполезные методики, узнаете о побочных действиях, вызываемых различными антидепрессантами, о точном, и далеко не всегда безобидном, механизме их работы.
   Вот неполный список того, что мне пришлось испробовать за последние 6 лет:

   Антидепрессанты и другие медикаменты:
   Прозак, Золофт, Амитриптилин, Леривон, Ремерон, Венлафлаксин, Дезирель, Веллбутрин, Паксил, Ксанакс, Диазепам.

   Психотерапия и телесно-ориентированная терапия:
   Межличностная терапия, психоанализ, когнитивно-бихевиоральная терапия, первичная терапия, рольфинг.

   Духовные и медитативные практики:
   Самогипноз, цигун, сайентология, трансцендентальная терапия, холотропное дыхание, психоанализ, депривация сна.

   Я не призываю вас прекратить свое текущее лечение, моя методика совместима с медикаментозной и психотерапией. Существует большой риск преждевременного и резкого прекращения приема антидепрессантов, и сходить с них следует только под наблюдением и по согласованию с лечащим врачом. Но, практикуя мой метод, вы сами почувствуете, что со временем у вас отпадет необходимость в других видах лечения.
   Я написал эту книгу с двух точек зрения – врача и больного. Как врач, я расскажу вам о причинах депрессии, механизме действия и показаниях к применению различных видов терапии. От меня, как пациента, вы узнаете об эффективности того или иного метода, побочных действиях медикаментов и, наконец, о том, что в конце концов помогло мне справиться со своим многолетним заболеванием.
   Я чувствую себя сейчас лучше, чем до начала болезни. Одновременная работа с подавленным и осознанным материалом дала результаты, на которые я не смел даже надеяться полгода назад. Но я не собираюсь останавливаться на достигнутом, мне мало быть просто здоровым человеком в обыденном понимании этого слова. Теперь в моем распоряжении есть мощный инструмент, используя который я собираюсь полностью очистить свое сознание от ментального мусора, который складывался в нем десятилетиями. Моей целью является возвращение и постижение своей личности, своего истинного «я», свободного от искусственно возведенных мною или кем-либо, когда-то имевшим на меня влияние, психологических барьеров, застарелых комплексов и убеждений.
   Измените свою жизнь и вы. Не соглашайтесь на прозябание и мучения на протяжении всей оставшейся вам жизни. Я знаю, очень хорошо знаю, что сейчас вам трудно в это поверить, но жизнь действительно может быть прекрасной и удивительной, наполненной счастьем и смыслом. Эта цель стоит того, чтобы за нее бороться.
   Не сдавайтесь, верните себе свою жизнь!

Для кого написана эта книга

   Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) сравнивает депрессию с эпидемией, охватившей все человечество: депрессия уже вышла на первое место в мире среди причин неявки на работу, на второе – среди болезней, приводящих к потере трудоспособности.
   Ежегодно около 150 млн человек в мире лишаются трудоспособности из-за депрессий. Только экономике США она наносит ежегодный ущерб более 50 млрд долларов. Эта сумма включает в себя стоимость 290 млн потерянных рабочих дней, психотерапевтической помощи и снижения трудоспособности.
   По прогнозам ВОЗ, к 2020 году депрессия выйдет на первое место в мире среди всех заболеваний, обогнав сегодняшних лидеров – инфекционные и сердечно-сосудистые заболевания. Уже сегодня она является самым распространенным заболеванием, которым страдают женщины.
   Согласно проведенным в США исследованиям, люди, подверженные депрессиям, имеют в два раза больше шансов погибнуть от других заболеваний.
   50 % страдающих депрессией вообще не обращаются за медицинской помощью, а из оставшихся только 25–30 % попадают на прием к психиатру.
   Униполярная депрессия – лидирующая причина инвалидности в США среди детей старше 5 лет.
   Специальные исследования показали, что у 60 % больных, обращающихся в поликлиники, обнаруживают депрессивные расстройства различной степени тяжести. Между тем в результате диагностирования традиционными медицинскими методами, которые используются в поликлиниках, депрессия определяется только у 5 % всех обращающихся туда депрессивных больных.
   Депрессию диагностируют у 22–33 % госпитализированных больных, у 38 % онкологических, у 47 % больных инсультом, у 45 % – инфарктом миокарда, у 39 % – паркинсонизмом.
   Еще не так давно пик заболеваний депрессией приходился на возраст между 30 и 40 годами, но на сегодняшний день депрессия резко «помолодела», и ею часто заболевают люди до 25 лет. Среди тех, кто родился до 1940 года, число переболевших депрессией в возрасте до 25 лет составляет 2,5 %. Среди родившихся в 1940–1959 годах этот показатель составляет уже 10 %. По более поздним годам точных данных нет, но рост данной тенденции сохраняется.
   От 45 до 60 % всех самоубийств на планете совершают больные депрессией. По прогнозам, в 2020 году именно депрессия станет убийцей № 1.
   Человек в депрессии имеет в 35 раз больше шансов покончить жизнь самоубийством, чем вне ее. 50 % людей с эндогенной депрессией и 20 % с психогенной совершают попытку самоубийства. Каждому шестому это удается.
   Ежегодный каталог новых антидепрессантов достигает толщины 3 см.
   При единственном эпизоде депрессии вероятность рецидива составляет 50 %, при втором – 70 %, при третьем – уже 90 %.
   При депрессивном расстройстве хотя бы у одного из супругов разводы возникают в 10 раз чаще, чем в обычных семьях.
Информация с сайта www.lossofsoul.com
   И еще о распространенности заболевания в России:
   «В России до недавнего времени не были известны реальные цифры распространенности депрессии у пациентов общемедицинской сети. Проводившиеся исследования представленности депрессии в рассматриваемом звене здравоохранения носили фрагментарный характер. В 2002 г. в России при поддержке исследовательского гранта фармацевтической компании “Сервье” было проведено крупномасштабное, многоцентровое эпидемиологическое исследование “КОМПАС” (Клинико-эпидемиологическая программа изучения депрессии в практике врачей общесоматического профиля), национальными координаторами которого выступили академики РАМН Р. Г. Оганов, Л. И. Ольбинская, А. Б. Смулевич, А. М. Вейн. Программа “КОМПАС” проведена с сентября по декабрь 2002 г. Она охватила территорию Российской Федерации от Санкт-Петербурга до Владивостока. Исследование осуществлено в медицинских учреждениях различного типа: поликлиниках, клинических больницах и госпиталях, городских, областных и республиканских диспансерах, клинических отделениях научно-исследовательских центров. В реализации программы приняли участие 800 врачей (терапевты, кардиологи, неврологи). Всего в программу был включен 10 541 пациент. Депрессию у пациентов выявляли с помощью валидизированной в России шкалы депрессий Центра эпидемиологических исследований США – Center for Epidemiologic Studies – Depression (CES-D), разработанной в 1977 г. Данная шкала признается весьма надежным инструментом для выявления депрессии в эпидемиологических исследованиях. Параллельно изучено влияние различных социодемографических факторов на наличие и тяжесть депрессии.
   Согласно результатам программы “КОМПАС”, почти четверть обследованных пациентов (23,8 %) имели на момент осмотра выраженное депрессивное состояние – ДС (набрали свыше 25 баллов по шкале CES-D). У 22,1 % пациентов были обнаружены симптомы депрессии (набрали от 19 до 25 баллов по шкале CES-D), что указывало на “вероятный” (степень вероятности 90 %) диагноз “расстройство депрессивного спектра” (РДС). РДС включают как собственно депрессии, так и широкий круг истеродепрессивных, тревожно-депрессивных, тревожно-ипохондрических и иных состояний, симптомы которых значительно перекрываются проявлениями аффективной патологии. Распространенность депрессии среди больных, включенных в программу врачами разных специальностей (терапевтами, кардиологами, неврологами), достоверно не различалась. Выявленная частота депрессии у больных, наблюдающихся в общетерапевтической сети России, не противоречит сооветствующим данным зарубежных эпидемиологических исследований. Распространенность депрессивных симптомов столь высока, что практически каждому второму пациенту (45,9 %), посещающему врача по поводу соматического заболевания, необходимо проведение диагностического поиска для выявления депрессии».
Журнал Consilium Medicum. Т. 06, № 2, 2004
   Вдумайтесь в эти цифры – у каждого второго человека в России, обратившегося к врачу, с большой долей вероятности могут быть выявлены те или иные симптомы депрессивного расстройства. Понятно, что остроту проблемы трудно переоценить.
   По поводу депрессии написаны многочисленные книги, проведена масса исследований, огромная научная работа. Большая часть этих книг и статей рассчитана на специалистов и описывает механизмы действия различных медикаментозных препаратов. Я не ставил своей целью повторить хоть в какой-то степени этот труд. Я пишу лишь в самых общих чертах о видах антидепрессантов только для того, чтобы вы могли понимать, с какой целью вам их назначают, задавать правильные вопросы своему лечащему врачу.
   Есть еще и какое-то количество книг, предназначенных для депрессивных больных, своего рода самоучители по депрессии. Я перечитал в свое время горы такой литературы и пришел к выводу о полной ее бесполезности. Проблема в том, что эти книги написаны людьми, не испытавшими на собственном опыте, что такое депрессия. Они не имеют ни малейшего понятия о том, что чувствует депрессивный больной. Эти книги полны рекомендаций вроде «Измените свое отношение к проблеме», «Старайтесь мыслить позитивно», «Совершайте ежедневные пробежки по утрам».
   Что можно сказать? Очевидно, что автор не знает, каково это, просыпаться каждое утро в ужасе от того, что настал еще один день, что нужно заставить себя вылезти из постели, пойти на работу, промучиться там положенные восемь часов и без сил дотащиться до дому, отключить телефон, чтобы позитивно мыслящие окружающие оставили тебя наконец-то в покое, забиться в угол кровати, свернуться калачиком и молиться о том, чтобы утро наступило как можно медленнее.
   Эта книга не претендует на статус научного исследования, я не буду детально описывать причины возникновения и биохимические реакции, стоящие за развитием депрессии, сложные механизмы действия психотропных препаратов, применяемых для ее лечения. Это взгляд на депрессию изнутри, попытка рассказать о том, что чувствует человек, находясь в таком состоянии, и, самое главное, о том, что из депрессии можно выйти, у меня получилось, а значит, должно получиться и у вас.
   Это непростой путь, нет универсального метода или таблетки, выпив которую можно было бы вернуть себе психическое здоровье. Но, если вы попали в число людей, описываемых бездушной статистикой в вышеприведенной цитате, борьба с депрессией должна стать самой главной вашей задачей, смыслом жизни здесь и сейчас, целью, без осуществления которой вам вряд ли стоит рассчитывать на достижение всех остальных.
   Поверьте мне, я знаю, о чем пишу. Я изучал медицину на протяжении семи лет в институте и еще шесть лет вынужденно потратил на изучение проблемы депрессии и методов ее лечения. Эту информацию вы не прочтете в медицинских учебниках и инструкциях к препаратам, ваш лечащий врач об этом тоже не расскажет. Я не связан никакими цеховыми обязательствами и не собираюсь отстаивать свою точку зрения перед закостенелым медицинским истеблишментом. Я признаю только один критерий – результат и готов по этому критерию выдержать любые тесты и проверки. Все, о чем здесь написано, я испробовал на себе, кроме психоделиков и электрошока, первые – ввиду их незаконности и отсутствия психотерапевтов, имеющих опыт работы с ними, электрошок же мне просто не понадобился, я успел соскочить с поезда до прибытия к этой станции.
   Большая часть терапевтических методов, применяемых для лечения депрессии, обладает той или иной степенью эффективности, и для достижения оптимального результата необходима их комбинация. Любой психиатр скажет вам, что прием антидепрессантов следует сочетать с сеансами психотерапии. К сожалению, этим познания и рекомендации большинства специалистов и ограничиваются. Редко какой психиатр посоветует вам заниматься медитацией или гимнастикой цигун. Еще меньшее число специалистов знакомы с техниками нейролингвистического программирования, и практически никто в России не знает о первичной терапии доктора Артура Янова.
   Не надо пугаться количества практик, предлагаемых мною, нет никакого смысла практиковать их все. Часть из них описана для того, чтобы их избегать и не повторять моих ошибок. Основой моей методики является Первичная терапия (primal therapy), разработанная Артуром Яновым. Я убежден, что без серьезной проработки бессознательного материала очень трудно избавиться от истинных причин депрессии, и считаю, что методы доктора Янова являются наиболее эффективными в настоящее время для достижения этой цели.
   В этой книге описан мой персональный опыт по выходу из депрессии, и я очень надеюсь, что он окажется полезным для кого-то еще. Я знаю, что сейчас вам трудно поверить в то, что избавление возможно, знаю, как надоели вам советы окружающих «взять себя в руки», реплики «ты же мужчина!» или «ты же мать!», «подумай о детях/родителях/коллегах/интересах компании», поверьте, я сам прошел через весь этот кошмар.
   Но я хотел бы предостеречь вас. Если вы страдаете депрессией, вам ни в коем случае не стоит заниматься самолечением и воспринимать эту книгу как альтернативу медикаментозной терапии и психотерапии, напротив, чем раньше вы начнете лечение, назначенное специалистом, тем больше у вас будет шансов навсегда избавиться от своей проблемы. Другое дело, что книга может помочь вам в выборе врача, понять причину ваших страданий, сэкономить время и деньги, которые вы могли бы потратить на всевозможных околомедицинских шарлатанов и, я очень на это надеюсь, сделать завершающий шаг, совершить прорыв к окончательному выздоровлению.
   Я даю практические рекомендации и упражнения, которые помогли мне выбраться из черной дыры депрессии.
   Если вы, так же как и я, безуспешно мотались от одного специалиста к другому, если вас лечили от всех возможных в мире заболеваний, пока не поставили настоящий диагноз, если в аптеку вы заходите чаще, чем в супермаркет, если от количества и цвета принимаемых таблеток уже рябит в глазах – эта книга для вас.
   Помните – выход есть.

Что такое психическое здоровье

   Сколько раз вы мечтали о том, чтобы вернуться в свое «преддепрессивное» эмоциональное состояние? Вернуться не ценой ежедневного приема горсти таблеток, постоянной сонливости, ощущения металлической каски, надетой на голову, убитого на корню сексуального желания, а по-настоящему, чтобы без помощи медикаментов можно было смеяться при просмотре комедий, не отравлять своим понурым видом жизнь окружающим, выполнять элементарную работу за час, а не за неделю. Но если вы думаете, что это и есть психическое здоровье, то вы ошибаетесь.
   Конечно, на фоне вашего сегодняшнего состояния и то, что было до депрессии, кажется несбыточной мечтой и чем-то совершенно недосягаемым, но вспомните, разве до болезни вам не приходилось испытывать немотивированную тревогу, эмоционально реагировать на какие-то мелочи и потом жалеть о своем поведении, бояться публичных выступлений и избегать шумных вечеринок? Депрессия – болезнь очень неприятная, но она дает вам шанс пересмотреть свою жизнь, убеждения и ценности, выкорчевать эмоциональные якоря, засевшие где-то очень глубоко в подсознании, снять внушенные кем-то блоки и ограничения, освободиться от телесных и ментальных зажимов, вернуть себе способность чувствовать так, как вы чувствовали в детстве, когда и краски были ярче, и еда вкуснее, а каждый новый день нес массу новых позитивных впечатлений.
   Не останавливайтесь на том, что врачи называют «ремиссией», не соглашайтесь провести остаток жизни на «поддерживающей дозировке» антидепрессантов, это не настоящая жизнь, вы вправе требовать большего.
   Так что же такое психическое здоровье?
   Еще раз хочу напомнить, я не претендую на научность изложения и допускаю, что мое видение некоторых аспектов проблемы может отличаться от общепринятой в настоящее время медицинской парадигмы. Но у меня есть моральное право на свою точку зрения, в конце концов, все эти тома медицинских исследований, горы таблеток и десятки часов, проведенных в кресле у психотерапевта не дали мне того результата, к которому я смог прийти самостоятельно.
   Антидепрессанты и психотерапия смогли привести меня в относительно стабильное состояние, то есть я мог выходить на работу, с некоторой, весьма небольшой, степенью эффективности выполнять свои служебные обязанности, поддерживать какие-то минимально необходимые социальные отношения с друзьями и коллегами. На максимальной для меня терапевтической дозировке препаратов у меня прошли панические атаки, что было уже большим облегчением, повысилось настроение, прошла бессонница. Но какой ценой!
   Мне хотелось спать весь день, ни о какой продуктивной работе и речи быть не могло, я прибавил 10 килограммов в весе, перестал заниматься спортом, не испытывал никакого сексуального влечения. Долгое время я был уверен, что я обречен на такое существование до конца своих дней, и внутренне уже примирился с этим.
   После того как я начал заниматься медитативными практиками, о чем я напишу в подробностях ниже, оптимизма у меня прибавилось, мне удалось снизить дозу антидепрессантов вдвое от максимального уровня, в какой-то момент я даже полностью отказался от их приема. Но, к сожалению, продлилось такое состояние всего лишь пару месяцев, первый же стресс на работе вогнал меня обратно в глубокую депрессию.
   Но даже на пике своего эмоционального подъема я понимал, что выздоровлением это назвать сложно. Настроение у меня было крайне нестабильным, я остро реагировал на малейшую стрессовую ситуацию, плохо спал.
   И вот только сейчас я понимаю, что такое настоящее эмоциональное здоровье. Это совершенно не означает постоянного отличного настроения и отсутствия каких-либо тревог и волнений. Такое состояние тоже относится к патологическим и в психиатрии называется «гиперманиакальным». Возможно, вам приходилось встречать в жизни таких людей, я был знаком с двумя, и оба почему-то были научными работниками. Они могли говорить и работать часами, чуть ли не сутками, никогда не уставали и никогда никого не слушали, вечно пребывали в каком-то приподнято-эйфоричном состоянии. В то же время жизнь окружающих они превращали в ад, общаться, а тем более жить с такими людьми совершенно невыносимо, и сами они редко бывают счастливы и успешны. Не думаю, что это то, к чему стоит стремиться.
   Под психическим здоровьем я понимаю нечто совершенно иное. Человек здоров, если при отсутствии какого-либо внешнего воздействия его эмоциональное состояние стабильно, он чувствует себя уравновешенно, с небольшим отклонением в сторону позитива, он спокоен, но энергичен и собран, способен сконцентрироваться на выполнении задачи и в то же время получать удовлетворение от своей деятельности.
   Человек должен получать удовлетворение от самого процесса, чем бы он ни занимался, вернуть себе вкус жизни, возможность чувствовать, ощущать мир так, как это было возможно в детстве. Все мы понимаем, что та детская яркость и свежесть ощущений утрачена, и миримся с этим. Но так быть не должно. Чтобы исправить такое положение вещей, нам нужно в первую очередь понять, почему так происходит, обнаружить причины, вызывающие этот феномен утраты части себя. О них мы и поговорим в следующей главе.

Причины депрессии

   Реактивные депрессии вызваны какой-либо внешней травмирующей ситуацией, такой как смерть близкого человека, потеря рабочего места, расставание с любимым(ой). Эндогенные депрессии имеют в своей основе генетическую предрасположенность и вызваны нарушением обмена особых веществ головного мозга – нейромедиаторов. Нейромедиаторы отвечают за передачу нервного импульса, за правильное формирование и согласованную работу процессов торможения и возбуждения в головном мозге.
   В действительности обе эти причины взаимосвязаны, очевидно, что разные люди могут по-разному реагировать на одну и ту же травмирующую ситуацию. У человека с изначально низким уровнем нейромедиаторов шансов заполучить депрессию больше, чем у более удачливого в этом отношении индивидуума. В то же время, если создать гипотетическую ситуацию с отсутствием всех внешних травмирующих раздражителей, есть большая вероятность, что человек даже с очень отягощенной наследственностью никогда не узнает, что такое депрессия.
   Итак, вне зависимости от причины, вызвавшей депрессивное состояние, ее биохимической основой является нарушение обмена медиаторов головного мозга, а именно серотонина, норадреналина и дофамина.
   Почему это важно знать?
   Потому, что медикаментозная терапия депрессии основана на выравнивании этого дисбаланса, и следует понимать, как именно проявляется недостаток того или иного медиатора, чтобы правильно подбирать препарат для проведения лечения. Достаточно редко можно встретить заболевание, при котором обмен всех трех медиаторов нарушается в равной степени, как и не существует идеального антидепрессанта, в одинаковой степени воздействующего на обмен всех указанных проводников нервного импульса.
   При недостатке серотонина может развиться тревожная депрессия, при которой к пониженному настроению примешивается беспричинная тревога, беспокойство по малозначительным поводам. Дефицит норадреналина проявляет себя недостатком энергии, упадком сил, повышенной утомляемостью, дофамин же отвечает за получение человеком удовольствия от чего-либо, и, соответственно, при нарушении его обмена возникает агедония (утрата чувства удовольствия), еда кажется невкусной, шутки несмешными, чтение неинтересным.
   Какие именно препараты воздействуют на баланс этих нейромедиаторов, будет рассказано в главе «Антидепрессанты», сейчас же достаточно просто запомнить эту информацию и прислушаться к своим ощущениям, попытаться понять, какие симптомы у вас выражены в бо́льшей степени.
   Очень важно понимать также следующее. Внешние причины депрессии не всегда лежат на поверхности, не всегда могут быть осознаны человеком. В этом отношении иногда употребляемый термин «беспричинная депрессия» является не совсем корректным, правильнее было бы сказать «депрессия, причины которой не осознаются». На практике это означает существование психического материала, вытесненного в подсознание человека, травмирующей ситуации из далекого прошлого, возможно из раннего детства. Психика человека в таком возрасте не является окончательно сформированной и достаточно устойчивой, то, что взрослому человеку представляется пустяком, для ребенка может иметь масштаб вселенской катастрофы. Ребенок просто не в состоянии существовать при наличии такой ситуации, и тогда срабатывает защитный механизм психики, вызывающий вытеснение и внешнее забывание травмирующего эпизода.
   Я намеренно пишу «внешнее», поскольку на самом деле ситуация никуда не делась, она так и осталась неразрешенной, подавленная психическая энергия продолжает существовать в подсознании и бомбардировать оттуда психику взрослого человека, влиять на его поступки, убеждения, восприятие тех или иных жизненных ситуаций.
   Чтобы разобраться в этом, легче всего себе представить психоаналитическую модель устройства психики человека, состоящую из трех частей: сознания, предсознательного и бессознательного. Сознание представляет собой набор мыслей, ощущений, переживаний человека, находящихся в его восприятии здесь и сейчас. К области предсознательного относится опыт, который хоть и не осознается в данную минуту, но может восстановиться, перейти в сознание либо спонтанно, либо под влиянием внешнего воздействия. Бессознательное представляет собой вместилище инстинктов, существующих по принципу получения удовольствия и являющихся источником психических сил и энергий человека. Такое разделение психики не присутствует в ребенке изначально, а появляется по мере его социализации, воспитания, обучения нормам поведения, принятым в обществе.
   То есть ребенку объясняют, что какие-то его желания являются неприемлемыми и даже постыдными, в результате со временем у него вырабатывается внутренний цензор, своего рода совесть, которая следит за недопущением и отвержением подобных устремлений. Но инстинктивные побуждения очень сильны, и так просто от них отказаться не получается, в результате в психике человека происходит постоянная борьба между требованиями общества и собственными желаниями. Каждый душевный акт и человеческий поступок, по Фрейду, является результатом этой борьбы.
   Такая борьба может измотать психику и лишить человека возможности существовать в социуме, для недопущения этого психикой вырабатывается ряд защитных механизмов, призванных оградить сознание от разрушительного действия первобытных импульсов. К ним относятся подавление, отвергание, вытеснение, сублимация, проекция, рационализация. Наличие этих защитных механизмов обеспечивает сохраненность психики в устойчивом состоянии, поддерживание целостности и идентичности индивидуума, в условиях постоянного конфликта психологических установок.
   Нас в данном случае интересует механизм подавления. Он заключается в насильственном изгнании из сознания беспокоящего человека воспоминания, вызывающего тревогу, страх, напряжение. Это воспоминание отправляется в кладовую бессознательного и в идеале, если оно не очень сильно эмоционально заряжено, больше не должно причинять человеку значительного беспокойства, находя себе выходы посредством каких-либо безобидных привычек, паттернов поведения, мысленных установок.
   Но в некоторых случаях травмирующая ситуация оказывает настолько сильное эмоциональное воздействие на ребенка, что продолжает себя манифестировать в виде внешне немотивированной тревоги и печали. Именно в таких случаях пациент не может идентифицировать источник своего страдания и говорит о «беспричинной» депрессии.
   Но встречается и другая ситуация. Причина депрессии будто бы лежит на поверхности и связана с каким-то конкретным эпизодом из недавнего прошлого или настоящего. Со временем травматическая ситуация разрешается, казалось бы, вместе с ней должна уйти и депрессия, но очень часто этого не происходит.
   Причина в том, что осознаваемая ситуация из настоящего служит своего рода ассоциативным триггером и задевает душевные струны, связанные с похожим прошлым негативным опытом, вытесненным в бессознательное. Скажем, получив на работе нагоняй от начальника, человек страдает не только от самого этого факта, но еще и от мучительной неосознаваемой тоски, которая может быть вызвана простым сходством цвета галстука руководителя и отца пациента, ударившего его в детстве за какую-то провинность.
   В результате человек может сменить место работы, полностью изменить свои сегодняшние обстоятельства, но лучше ему не становится. Этот небольшой конфликтный эпизод послужил лишь толчком, триггером, поднявшим мутный осадок со дна его бессознательного. Со временем, возможно, этот осадок и уляжется, но с большой долей вероятности можно предсказать повторение депрессивного эпизода, если человек еще раз окажется в подобной ситуации в будущем. А теперь представьте, сколько подавленной боли накоплено нами за всю нашу жизнь, и вы поймете, что фактически все мы ходим по минному полю, ежедневно рискуя своим душевным покоем.
   Как с этим бороться? Есть несколько принципиальных подходов: можно подавлять в себе мучительные воспоминания приемом психотропных препаратов, отсекая при этом часть себя и продолжая нагнетать давление в кипящем котле своего бессознательного, можно проработать свои сегодняшние проблемы с психотерапевтом и научиться с этими проблемами жить, а можно постараться выплеснуть из себя накопленную боль и обрести истинное освобождение, а вместе с ним и целостность своей личности.
   Нет необходимости говорить, что последний путь является единственно верным.

Есть ли у вас депрессия?

   Многим кажется, что депрессия это плохое настроение. Это представление конечно же неверно, если вы живой человек, то у вас неминуемы периоды эмоционального спада и подъема. Депрессия начинается тогда, когда вы утрачиваете способность с такими спадами справляться. Если на здорового человека накричит начальник, настроение у него наверняка испортится, это совершенно нормально. Такой человек побудет какое-то время в плохом настроении, но потом неизбежно от него отвлечется, проработает этот негатив на бессознательном уровне и будет жить дальше. Возможны ситуации, когда «осадок» все же останется надолго (как с этим справляться, я расскажу ниже), но тем не менее этот эпизод не будет отравлять всю дальнейшую жизнь здорового человека.
   При депрессии все происходит иначе. Самыми общими признаками ее наличия являются беспричинное плохое настроение, утрата способности получать удовольствие от жизни и повышенная утомляемость в течение не менее двух недель. Под беспричинностью здесь имеется в виду отсутствие ежедневного травматизирующего фактора, вызывающего эмоциональный спад. Это не значит, что если вам нагрубили в автобусе, то у вас есть причина впадать в меланхолию на ближайшие две недели.
   Следует также иметь в виду, что депрессия может быть маскированной, то есть проявляться не посредством плохого настроения, а какими-либо соматическими факторами, расстройствами на уровне органов и систем организма. Такая депрессия неприятна еще и тем, что плохо диагностируется. Это именно то, что произошло в моем случае, полгода меня лечили от чего угодно, но только не от депрессии. За эти шесть месяцев я успел пройти курсы лечения от недостаточности функции щитовидной железы, гастроэзофагиального (желудочно-пищеводного) рефлюкса, эрозии желудка, синдрома раздраженного кишечника, хронического миокардита, лямблиоза и ряда других заболеваний.
   К счастью, существуют достаточно объективные методы диагностики депрессии. Для оценки наличия и степени тяжести этого заболевания специалистами используются несколько шкал, таких как шкала Гамильтона, Бека или Готланда. Все они представляют собой набор вопросов, на каждый из которых возможны несколько вариантов ответов, оценивающихся разным количеством баллов. Считается, что оценку должен производить психиатр, и это правильно. Специалисту всегда легче объективно оценить достоверность ваших ответов, разъяснить непонятные моменты, задать наводящие вопросы.
   В то же время, если вы подозреваете у себя наличие депрессивного расстройства и считаете, что способны самостоятельно ответить на вопросы максимально честно, имеет смысл самого себя протестировать, прежде чем бежать сломя голову к психиатру. Отрицательный ответ не всегда может быть верным, в случае самостоятельного прохождения теста, но положительный является достаточным поводом для визита к специалисту.
   Для самостоятельной работы более других подходит шкала Занга.

Шкала Занга для самооценки депрессии (ZDRS)

   Шкала Занга для самооценки депрессии (The Zung self-rating depression scale) была впервые опубликована в Великобритании и в последующем получила международное признание. Она разработана на основе диагностических критериев депрессии и результатов опроса пациентов с этим расстройством. Оценка тяжести депрессии по ней проводится на основе самооценки пациента. Шкала содержит 20 вопросов, на каждый из которых обследуемый дает ответ по частоте возникновения у него того или иного признака, ранжированной в четырех градациях: «редко», «иногда», «часто» и «большую часть времени или постоянно».

   Методика применения: перед началом процедуры обследуемого необходимо ознакомить с методикой работы со шкалой. Шкала заполняется самим обследуемым, и при ее заполнении специалист не принимает участия. Время, необходимое для заполнения, занимает несколько минут.
   По результатам ответов на все 20 пунктов определяется суммарный балл.

Оценка результатов по шкале Занга для самооценки депрессии

   Помимо использования для клинической диагностики депрессии и наблюдения клинической динамики пациентов, шкала Занга также применяется при проведении эпидемиологических исследований и клинических испытаний антидепрессантов и других лекарственных средств.

   Валидность шкалы подтверждена клиническими данными. Установлена сравнительная валидность с другими шкалами, в частности шкалой Гамильтона и опросником Бека.
   Чувствительность шкалы подтверждена сравнением результатов тестирования пациентов с депрессивным и недепрессивным состоянием, а также групп пациентов, различающихся по полу, возрасту, расовой принадлежности, уровню образования и социальному положению.

   Прочитайте внимательно, пожалуйста, каждое утверждение в левом столбце таблицы и отметьте ответы, наиболее соответствующие вашему состоянию за последние 7 дней


   ПОДСЧЕТ БАЛЛОВ ПО ШКАЛЕ ЗАНГА ДЛЯ САМООЦЕНКИ ДЕПРЕССИИ И ОЦЕНКА РЕЗУЛЬТАТОВ


   ОЦЕНКА РЕЗУЛЬТАТОВ ПО ШКАЛЕ ЗАНГА ДЛЯ САМООЦЕНКИ ДЕПРЕССИИ
   20-49 – норма
   50-59 – легкое депрессивное расстройство
   60-69 – депрессивное расстройство средней степени тяжести
   70-80 – депрессивное расстройство тяжелой степени

   Как следует из теста, если вы набрали 50 и более баллов, стоит обратиться к специалисту.

Как все начиналось

   Анализируя сейчас свое прошлое, пытаясь найти причины возникновения депрессии, я понимаю, что нет какой-то одной травмирующей ситуации, которая привела к развитию болезни. Несомненно, огромную роль сыграли мои детские переживания. Я был достаточно слабым физически и болезненным ребенком, и, хотя я до сих пор не до конца осознаю всего того, что пугало и травмировало меня в глубоком прошлом, интенсивный курс терапии, который я прошел в Центре доктора Янова в Лос-Анджелесе и месяцы практики моего метода убедили меня в том, что корни проблемы растут из детства.
   В то же время, в полном соответствии с причинами возникновения депрессии, изложенными в одной из предшествующих глав, в моем сознании присутствовала масса вполне осознанных травмирующих эпизодов из менее далекого прошлого и даже настоящего. Все это напряжение нарастало как снежный ком и не находило себе выхода, в конце концов психика должна была не выдержать такого давления и сломаться. Именно это и произошло в августе 2002 года.
   В то время я только перенес заболевание гриппом и все еще находился в восстановительном периоде, был ослаблен физически, остаточные явления продолжали себя манифестировать. Так получилось, что в этот же период я находился под воздействием хронического стресса, связанного с проблемами на работе и сложными отношениями со своей девушкой. Проблемы не разрешались на протяжении уже нескольких месяцев, и если на сложности рабочего порядка я объективно не мог оказать сколь-нибудь значимого воздействия, то решения проблем в личной жизни не находилось благодаря тем блокам, убеждениям, зашоренности, если угодно, которые существовали в моем сознании на тот момент времени. Весь этот ментальный хлам накапливался десятилетиями и не давал мне спокойно дышать и взвешенно анализировать возникающие жизненные ситуации.
   В одно прекрасное утро я проснулся и с удивлением обнаружил, что мое сердце бьется чаще, чем обычно, причем безо всякой физической или интеллектуальной нагрузки. Не обратив на это особого внимания, я отправился на работу, к концу рабочего дня к сердцебиению прибавилась выраженная одышка. Так продолжалось несколько дней, но по-настоящему я забеспокоился, когда у меня начались ежедневные всплески и падения температуры тела, ни с чем очевидным не связанные и не следующие никакому устойчивому шаблону.
   Мое врачебное образование сыграло со мной злую шутку. Эмоциональная сфера в то время у меня еще не была затронута, и я искал причину плохого самочувствия в чем угодно, кроме депрессивного расстройства. К третьей неделе мое состояние стало серьезно меня беспокоить, у меня развивалась выраженная астения, я очень быстро уставал и не мог сконцентрироваться на выполнении любой, даже самой несложной работы.
   Поход к терапевту и общее обследование не выявили никаких отклонений от нормы, кроме учащенного сердцебиения. Возникло подозрение на миокардит, которое было отклонено после специального инструментального обследования. Следующим этапом стало исключение гормональных нарушений, развернутый анализ выявил слегка пониженный уровень гормонов щитовидной железы, и начался следующий этап моей эпопеи.
   По рекомендации эндокринолога я начал прием тироксина, основного продукта деятельности щитовидной железы, с регулярным проведением анализов крови и контролем уровня гормонов. Надо сказать, что процесс это не быстрый и еще месяц мы потратили на то, чтобы исправить то минимальное нарушение, которое было у меня обнаружено. Излишне говорить, что никаких результатов это не дало.
   Поскольку я не получал адекватного лечения, мое состояние продолжало ухудшаться, теперь к нему прибавились расстройства пищеварительной системы. Первым возникла стабильная изжога, после приема практически любой пищи, она быстро привела к развитию болей в желудке и возникновению эрозии желудочной стенки. В дополнение к гормонам щитовидной железы, я стал принимать препараты для снижения кислотности желудочного сока и прошел курс лечения антибиотиками для эрадикации Helicobacter pilory, бактерии, вызывающей язву желудка.
   Стоило мне залечить одно проявление болезни, как она находила себе выход в чем-то другом, теперь мне пришлось бороться с гастроэзофагиальным рефлюксом, крайне неприятным заболеванием, проявляющимся забросом непереваренной пищи и желудочного сока из желудка в пищевод. Еще целая серия обследований, безуспешная медикаментозная терапия и предложенное хирургическое вмешательство, направленное на сужение диаметра желудочно-пищеводного клапана. Все это на фоне непрекращающегося ухудшения общего самочувствия.
   Я понимал, что операция ничего не решит и не избавит меня от мучений. Необходимо было найти первопричину болезни, и я отправился в Лондон, на обследование в Cromwell Hospital, одну из лучших частных больниц Великобритании. К этому времени я выглядел настолько подавленно, что, к чести моего терапевта, ему не пришлось изматывать меня многочисленными и ненужными тестами. Первым делом, посмотрев на мои гормональные анализы и проведя внешнее обследование, он сразу заявил, что с моей щитовидной железой все в полном порядке, и посоветовал немедленно выкинуть все мои таблетки от гипотиреоза.
   Затем, подробно меня расспросив о симптомах болезни и эффекте от получаемого лечения (вернее, его отсутствия), он первым произнес роковое слово: «Депрессия». В других обстоятельствах меня бы подобный диагноз крайне расстроил, но я был настолько к тому времени измучен, что был ему даже рад. Что угодно, лишь бы хоть какая-то определенность и правильно назначенное лечение. Я еще не подозревал, что ждет меня впереди. Болел я к этому времени уже около шести месяцев.

Антидепрессанты

   Не знаю, почему именно его мне решили назначить в Cromwell Hospital. Когда-то считавшийся революционным, препарат в настоящее время не является антидепрессантом выбора, существуют значительно более эффективные аналоги. К тому же, в моем случае, нужен был препарат совсем другой группы. Но для начала давайте поговорим немного об истории создания антидепрессантов и их классификации.
   Нервные клетки соединены между собой посредством специальных контактов, называемых синапсами и состоящих из окончаний соединяемых нервных отростков, разделенных синаптической или межнейрональной щелью. При передаче нервного импульса из окончания одного из отростков выделяются нейромедиаторы, о которых мы уже говорили выше, и, мигрируя через межнейрональную щель, достигают рецептора клетки, воспринимающей импульс.
   Все антидепрессанты, вне зависимости от механизма действия, оказывают лечебный эффект, увеличивая концентрацию в синаптической щели между нейронами головного мозга одного или нескольких сразу нейромедиаторов – серотонина, норадреналина и дофамина.
   История антидепрессантов, как и многих других лекарственных препаратов, началась случайно, с открытия в 1957 году антидепрессивных свойств у ряда противотуберкулезных средств и предложением использовать эти побочные эффекты в терапии больных депрессией. Первым таким препаратом стал ипрониазид.
   Ипрониазид, так же как и его аналоги, относится к так называемым неселективным и необратимым ингибиторам моноаминооксидазы (МАО), фермента, ответственного за разрушение выделяемых мозгом медиаторов. Понятно, что при его подавлении концентрация медиаторов увеличивается, что и приводит к положительному терапевтическому эффекту. К другим препаратам этого ряда относятся имипромин, изокарбоксазид, ниаламид, а также производные амфетамина – транилципромин, паргилин. Большим недостатком ингибиторов МАО является их токсичность и необходимость соблюдения особой диеты во время их применения с целью избежать развития «серотонинового синдрома», отравления организма переизбытком серотонина.
   В частности, во время приема ингибиторов МАО следует избегать употребления в пищу таких продуктов, как сыры, копчености, маринады, бананы, квашеная капуста, бобовые, экстракты дрожжей и пивные дрожжи, красное вино, пиво, шоколад, кофеин, кисломолочные продукты. Дело в том, что с этими продуктами в организм человека поступают несколько особых аминокислот: тирамин, его метаболический предшественник тиразин и триптофан. Тирамин, так же как и серотонин, расщепляется моноаминооксидазой и обладает способностью повышать артериальное давление; соответственно, избыточное его накопление способно приводить к развитию гипертензивных кризов. Триптофан же служит источником для выработки серотонина в организме.
   Серотониновый синдром является опасным состоянием, проявляется возбужденностью и спутанностью сознания, дрожанием конечностей, дыхательной недостаточностью, повышением температуры тела. В тяжелых случаях он может привести к смерти больного. Также ингибиторы МАО несовместимы с приемом целого ряда лекарственных препаратов, таких как психостимуляторы, антидепрессанты другой химической группы, средства от кашля, содержащие симпатомиметики, и многих других.
   Работа над устранением этих недостатков первых антидепрессантов привела к синтезу селективных ингибиторов МАО, средств следующего поколения, требующих меньших ограничений при их назначении. К ним относятся Моклобемид, Пирлиндол (Пиразидол), Бефол и Метралиндол. Тем не менее, в связи с наличием в настоящее время антидепрессантов с меньшим количеством побочных эффектов, ингибиторы МАО сейчас применяются редко и при особых показаниях. В частности, они хорошо зарекомендовали себя при лечении атипичной депрессии.
   Следующей группой антидепрессивных препаратов, появившихся на рынке, стали трициклические антидепрессанты. Они обладали меньшими побочными эффектами и не требовали соблюдения специальной диеты. Трициклики также являются совместимыми с большим числом других лекарственных средств. К ним относятся амитриптилин, нортриптилин, имипрамин, анафранил, тримпрамин и другие.
   Часть трициклических антидепрессантов наряду с собственно антидепрессивным обладает еще и противотревожным и седативным действием, к этой группе относятся, к примеру, амитриптилин и тримипрамин. В действии других, таких как имипрамин и нортриптилин, выражен, напротив, стимулирующий эффект.
   В целом трициклические антидепрессанты являются достаточно эффективными препаратами для лечения депрессии, они воздействуют на обмен сразу нескольких медиаторов и характеризуются относительно быстрым временем наступления терапевтического эффекта, по сравнению с препаратами других групп. Большим их недостатком является неизбирательное воздействие и наличие серьезных побочных эффектов – вялости, сонливости, сухости во рту, запоров, угнетения либидо и эрекции.
   Наиболее поздним классом антидепрессантов, завоевавших огромную популярность благодаря селективности действия и наличию меньшего числа побочных эффектов, стали селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (СИОЗС). Как следует из названия, препараты этого ряда подавляют обратный захват нервными окончаниями уже выделенного в межсинаптическую щель серотонина, что приводит к увеличению его концентрации и усилению свойственных ему эффектов. Первым препаратом этого ряда и стал знаменитый Прозак. С его появлением многие предрекали начало революции в терапии депрессии, окончательное решение проблемы. Этого конечно же не произошло. СИОЗС действительно удобны в приеме и меньше отравляют жизнь пациенту побочными эффектами, но ценой за это является их меньшая эффективность, по сравнению с трицикликами и ингибиторами МАО.
   Кроме Прозака (флуоксетина), в эту группу входят сертралин (Золофт), пароксетин (Паксил), флувоксамин (Лувокс), эсциталопрам (Ципралекс), циталопрам (Целекса). Несмотря на меньшую частоту и выраженность побочных эффектов, СИОЗС все же от них совсем не свободны. К наиболее распространенным относятся бессонница или, наоборот, сонливость, головная боль, тремор, утомляемость, потливость, тошнота, нарушения либидо и потенции, задержка эякуляции.
   Впоследствии были синтезированы селективные препараты с таким же механизмом действия, как и СИОЗС, воздействующие на обмен других нейромедиаторов:

   Селективные ингибиторы обратного захвата норадреналина (СИОЗН)
   Ребоксетин (Эдронакс), Атомоксетин (Стратерра) Как правило, хорошо переносятся и обладают выраженной активностью при меланхолических депрессиях.

   Селективные ингибиторы обратного захвата серотонина и норадреналина (СИОЗСиН)
   Венлафаксин (Эффексор), Дулоксетин (Симбалта), Милнаципран (Иксел)
   Современные антидепрессанты с небольшими побочными действиями, обладают большей эффективностью, чем СИОЗС и СИОЗН, приближаются в этом отношении к трициклическим антидепрессантам. Показали себя эффективными при лечении тяжелых депрессий.

   Селективные ингибиторы обратного захвата норадреналина и дофамина (СИОЗНиД)
   Бупропион (Веллбутрин, Зибан)
   Очень интересный препарат, обладает выраженным энергизирующим и стимулирующим действием, некоторыми исследователями даже относился ранее к психостимуляторам. Эффективен при меланхоличной депрессии, обладает растормаживающим действием на либидо, что отличает его от большинства других антидепрессантов, оказывающих противоположное действие. Интересной особенностью Бупропиона является снижение тяги к употреблению никотина, для применения с этой целью он выпускается под коммерческим названием «Зибан».

   Норадренергические и специфические серотонинергические антидепрессанты (НаССА)
   Миансерин (Леривон, Бонсерин) и Миртазапин (Ремерон)
   Препараты этой группы воздействуют на обмен норадреналина и серотонина, их особенностью является блокирование серотонинергических рецепторов, ответственных за проявление побочных эффектов при приме СИОЗС, таких как тошнота, снижение либидо, нервозность, бессонница. Вместе с тем они обладают выраженным седативным эффектом и способствуют набору массы тела, посредством влияния на обмен инсулина, повышения аппетита и задержки воды в организме.

   Специфические серотонинергические антидепрессанты (ССА)
   К препаратам этой группы относятся Тразодон (Дезирель, Триттико) и его более новое производное Нефазодон (Серзон).
   ССА, так же как и НиССА, блокируют «плохие» рецепторы серотонина и не вызывают при применении некоторые побочные эффекты, свойственные классическим СИОЗС. Тразодон, к примеру, обладает стимулирующим действием на потенцию у мужчин и может даже привести к развитию приапизма, болезненной длительной эрекции, требующей, примерно в каждом третьем случае, хирургического вмешательства.
   Нефазодон обладает сильной гепатотоксичностью, что ограничивает его применение, в настоящее время он запрещен к продаже в Соединенных Штатах.

   В целом в отношении антидепрессантов существует несколько распространенных стереотипов. Часть больных считают, что прием психотропных препаратов или даже консультация у психиатра равны признанию себя сумасшедшим и продолжают терпеть свои мучения, надеясь, что все разрешится само собой. Это самообман, и самообман очень опасный. Ни в коем случае нельзя допускать хронификации процесса, чем раньше будет назначено адекватное лечение, тем больше шансов на положительный исход болезни. Надо понимать, что депрессия это такое же заболевание, как гипертония или язва желудка, и требует соответствующей терапии, в болезни не может быть ничего постыдного.
   Другим распространенным мнением является гипертрофированная опасность приема антидепрессантов, преувеличение степени вреда, наносимого ими организму. Многие думают, что к антидепрессантам развивается серьезная зависимость, чуть ли не как к наркотикам, и, подсев на них однажды, сойти будет практически невозможно. Это конечно же не так. Антидепрессанты рассчитаны на длительный прием, и большинство из них не вызывает никаких нежелательных эффектов после завершения курса лечения и прекращения их приема. Есть некоторые исключения из этого правила, о них я скажу далее в этой главе.
   Также встречаются опасения, в основном со стороны людей творческих профессий, касающиеся возможного негативного воздействия психотропных препаратов на творческие способности. Что можно сказать по этому поводу? Да, ряд препаратов (не все!) обладает седативным действием и усиливает процессы торможения в головном мозге. Но если вы страдаете депрессией, ваши творческие способности будут ослаблены в любом случае, и в ваших же интересах как можно быстрее из такого состояния выйти. Антидепрессанты, при всех их недостатках, дают возможность привести свою психику в порядок в наименьшие сроки, по сравнению с другими методами лечения. К тому же позитивный эффект от их приема в большинстве случаев перекрывает негативный и креативные способности могут даже улучшиться на фоне приема препаратов, по сравнению с такими же способностями в период отсутствия адекватного лечения.
   Большим недостатком практически всех антидепрессантов является медленность развития эффекта, в большинстве случаев требуется не менее 2–4 недель для начала собственно антидепрессивного действия. Противотревожный или, напротив, стимулирующий эффект, может развиться ранее. Эта их особенность вызывает определенные сложности в подборе препарата для лечения конкретного пациента.
   В первую очередь врач должен оценить тип депрессивного расстройства и назначить пациенту антидепрессант, обладающий необходимыми характеристиками для борьбы именно с этим типом заболевания. К примеру, при тревожной депрессии следует подбирать препарат с седативным компонентом воздействия, при заторможенной, напротив, со стимулирующим.
   Конкретные препараты выбираются в зависимости от степени заболевания. При легкой депрессии бывает возможно даже обойтись назначением растительных препаратов на основе зверобоя, обладающих умеренной антидепрессивной активностью.
   У зверобоя практически нет побочных эффектов, за исключением явлений фотосенсибилизации, повышения чувствительности кожи к ультрафиолетовому облучению: во время его приема противопоказано загорать на солнце и посещать солярий.
   При средней и, в некоторых случаях, легкой депрессии препаратами выбора являются ингибиторы обратного захвата медиаторов, СИОЗС, СИОЗН, СИОЗСиН, СИОЗНиД. При тяжелой депрессии назначают большие дозы трициклических антидепрессантов, комбинируют их с препаратами другой группы. Ингибиторы МАО хорошо себя зарекомендовали в терапии атипичной депрессии, при которой не выражены симптомы классического депрессивного заболевания, преобладают вегетативные нарушения, тревожность, характерен обратный цикл суточных колебаний настроения, утром эмоциональное состояние лучше, чем вечером.
   Два важных фактора должны приниматься во внимание при оценке эффективности действия антидепрессанта на конкретного больного. Это время и дозировка. Для развития эффекта необходимо дать препарату время, не менее месяца, после которого, в зависимости от результатов, можно скорректировать дозировку в сторону повышения или понижения. Если результат окажется неудовлетворительным и после корректировок, которых может оказаться несколько, врач должен или сменить препарат, или дополнить его действие назначением еще одного антидепрессанта.
   Понятно, что подбор препарата происходит методом проб и ошибок, может пройти много месяцев, прежде чем удастся определить оптимальную схему медикаментозного лечения. Общим правилом медикаментозной терапии депрессии является достижение исчезновения всех ее симптомов, после чего лечение продолжается еще не менее шести месяцев, по прошествии которых начинается постепенное снижение дозировки, вплоть до полной отмены применяемых антидепрессантов.
   К сожалению, эта тактика не всегда оказывается эффективной. Антидепрессанты не лечат причину депрессии, они только убирают ее симптомы, и если за время лечения в жизни больного ничего не изменилось, травмирующие факторы не ушли или не были проработаны, то вероятность рецидива очень высока.
   Важно иметь в виду, что антидепрессанты несовместимы с алкоголем. Во-первых, возможен кумулятивный седативный эффект от одновременного приема алкоголя и ряда антидепрессантов, применяемых для лечения тревожной депрессии. Может развиться серьезное отравление организма, вплоть до подавления работы дыхательного центра и смерти. Во-вторых, алкоголь еще более усиливает процессы торможения в мозгу больных с меланхоличной депрессией. И в-третьих, взаимодействие алкоголя и ряда психотропных препаратов еще до конца не изучено и не исключен нейротоксичный эффект на ткани головного мозга продуктов их метаболизма.
   Как я говорил выше, к большинству антидепрессантов привыкания и зависимости не развивается. Антидепрессанты рассчитаны на длительное, в некоторых случаях даже пожизненное применение. Очень многие из них не вызывают никакого синдрома отмены. Но в отношении некоторых препаратов имеются определенные сложности, связанные с прекращением их приема. Из тех антидепрессантов, что я принимал, к таким относятся Паксил и Эффексор (Венлафлаксин).
   Паксил сам по себе препарат весьма эффективный. Он относится к СИОЗС, ингибирует обратный захват серотонина в синаптической щели и является в этом отношении сильнее Прозака и Золофта. Дополнительным преимуществом Паксила является его положительное влияние на лечение социальной фобии, больные становятся более общительными, социальные мероприятия пугают их в меньшей степени. В то же время Паксил обладает коротким периодом полувыведения из организма, и поэтому риск развития синдрома отмены при прекращении его приема достаточно высок.
   Я принимал Паксил около двух месяцев и остался недоволен его действием, но, попытавшись перейти на другой препарат, испытал серьезные неприятные эффекты, настроение сильно ухудшилось, увеличилась частота панических атак, я практически не мог нормально выполнять свои социальные функции. Пришлось к нему вернуться, учитывая то, что второй раз снимать лекарство необходимо уже под наблюдением врача и с большой осторожностью.
   Эффексор не подошел мне с первых же дней, я испытывал затруднения со сном, сильные головокружения и прекратил его прием менее чем через неделю после начала курса. Лично у меня синдрома отмены не было, но я встречал несколько отзывов в Интернете от людей, принимавших его значительно дольше, чем я, и для которых отказ от Эффексора стал большой проблемой.
   Ниже я вкратце опишу свой опыт от приема других антидепрессантов.
   Как я уже говорил, Прозак стал моим первым психотропным препаратом. Я знал, что действие СИОЗС, к которым он относится, развивается медленно, но тем не менее возлагал на него большие надежды, полагая, что приведение в норму нарушенного баланса серотонина устранит все проявления моей болезни.
   Прозак был выпущен на фармакологический рынок в середине 80-х годов прошлого века и быстро приобрел огромную популярность, став явлением культурологическим, запечатленным сразу в нескольких популярных произведениях литературы. С его появлением связывались огромные надежды, высказывались соображения о закате психоанализа, ненужности всех прочих, существовавших на тот день антидепрессивных препаратов. Минимальное, по сравнению с ингибиторами МАО и трицикликами, количество побочных эффектов позволяло ежедневно принимать его, не внося в свой образ жизни значительных изменений, своего рода lifestyle drug.
   Но оказалось, что за лучшую переносимость приходится платить меньшей эффективностью. Я принимал Прозак на протяжении трех месяцев, вначале по 20 мг утром, потом эта доза была удвоена. Это был самый бесполезный антидепрессант, который был когда-либо мне назначен. Он не оказал на меня совершенно никакого положительного эффекта, эти три месяца я прибавляю к предшествующим шести, проведенным без получения адекватной терапии.
   В результате я сменил не только антидепрессант, но и лечащего врача. Следующим в списке моих препаратов оказался Золофт, такой же СИОЗС, но более современный и считающийся более эффективным. Его я принимал несколько месяцев, и некоторый антидепрессивный эффект от него был. Золофт действительно сильнее Прозака, но нормализации обмена только серотонина для меня оказалось недостаточно, и я перешел на Ремерон.
   Преимуществом этого препарата является воздействие на обмен не только серотонина, но и норадреналина. Не знаю почему, но и он оказался в моем случае практически бесполезным. Помимо некоторого противотревожного действия, я ничего не почуствовал и еще через два месяца был переведен на препарат из той же группы Леривон (Миансерин).
   Леривон обладает сильным седативным эффектом, тревогу он мне убрал, но вместе с ней устранил и всякое желание какой-либо активности в течение дня. У меня было ощущение, будто на голову мне надели какой-то шлем, который огораживал мое сознание от какого-либо влияния внешнего мира, как негативного, так и позитивного. На Леривоне я впервые ощутил хороший антидепрессивный эффект, в целом препарат для меня оказался достаточно эффективным, и принимал я его около полугода. Огромным его недостатком является задержка воды в организме и повышение аппетита, приводящие к быстрому набору массы тела. За первые три месяца я прибавил в весе 10 кг, вместо 75 я стал весить 85 кг. До начала терапии мне это не казалось большой проблемой, но очень быстро я понял, что такой вес сильно отравляет мне жизнь. Неудовлетворенность своим внешним видом и испытываемый физический дискомфорт не способствовали улучшению моего эмоционального состояния. К тому же полной редукции симптомов так и не произошло, несмотря на постоянное повышение дозировки.
   В результате я решил обратиться к трициклическим антидепрессантам и начал прием амитрип-тилина. Это очень эффективный препарат. При правильно подобранной дозировке он может действительно устранить все симптомы депрессии. В моем случае это произошло при 150 мг в день, что является не очень большой, средней дозой. Амитриптилин воздействует на обмен всех трех основных медиаторов и обладает выраженным седативным эффектом, в некоторых источниках указывают на его стимулирующее, при определенной дозировке, действие, я такого эффекта не заметил.
   Вместе с депрессией амитриптилин отсекает от человека все его эмоции, большую часть дня я пребывал в полусонном состоянии, спал по 10–12 часов в сутки. Ни о каком удовольствии от жизни речи и быть не могло, я превратился в робота, который не испытывал не только страданий, но и вообще больше ничего. К тому же у меня развилась масса обычных для трицикликов побочных эффектов: постоянная жажда и сухость во рту, сильная задержка мочеиспускания, заторможенность в мыслях и действиях, медленная речь, почти полностью было убито либидо и потенция. Самым неприятным было ощущение отупения, каждую мысль приходилось формулировать с трудом, внезапно резко обеднел словарный запас, написать короткое электронное сообщение становилось для меня большой проблемой.
   При всем при этом, депрессии и тревоги не было, объективно я больше не испытывал связанных с ними мучений, такая жизнь овоща все же была предпочтительней постоянного страха и подавленного настроения. Так продолжалось еще 8 месяцев, в полном соответствии с существующей медицинской доктриной, мы с моим лечащим врачом (уже третьим по счету) добились полной редукции симптомов за два месяца и выждали еще полгода до начала уменьшения дозировки.
   С уменьшением количества принимаемого амитриптилина симптомы стали возвращаться строго в том же порядке, в каком и исчезали. Я был не просто разочарован. Я понял, что медикаментозное лечение в моем смысле просто бессмысленно без устранения подлинных причин депрессии, в которых мне еще предстояло долго разбираться. Но до этого было еще далеко, а мне приходилось думать, что делать дальше. Возвращаться на прежнюю дозу амитриптилина и влачить прежнее существование мне не хотелось. Все это время меня поддерживала надежда на излечение, на то, что через полгода-год все закончится и мне надо перетерпеть это время, только временно пожить жизнью овоща. Перспектива постоянного существования в таком режиме меня никак не устраивала.
   Я сменил еще одного психиатра. В действительности такие метания не имеют большого смысла, в медикаментозной терапии депрессии есть определенный шаблон, которому следуют все более или менее разбирающиеся в предмете врачи. Я расцениваю свое такое поведение как еще одно проявление болезни, отрыв от реальности, в надежде обрести чудесное избавление.
   В таком состоянии я начал комбинировать препараты. Снизив дозу амитриптилина вдвое, чтобы хоть что-то чувствовать, я последовательно добавлял к нему флувоксамин, золофт, паксил, без достижения удовлетворительного результата.
   Таким вот слепым методом я и подобрал для себя эффективный препарат. Им оказался Тразодон (Дезирель). В наши дни этот антидепрессант не является очень популярным, предпочтение обычно отдается серотониновым препаратам вроде Золофта и Паксила, но у меня он неожиданно пошел очень хорошо. Выраженный антидепрессивный эффект я ощутил уже через несколько дней после начала приема, что нехарактерно для большинства таких препаратов. Он сочетался с хорошим противотревожным действием, ввиду седативного характера тразодона, но более мягким, не вызывающим тотального отупения, как в случае с амитриптилином. Еще одним достоинством тразодона стало его положительное влияние на сексуальную функцию, как я писал выше, из-за этого эффекта его иногда назначают в качестве вспомогательного препарата для терапии эректильной дисфункции, в том числе и вызванной приемом других антидепрессантов.
   На такой комбинации, амитриптилин + тразодон, я продержался довольно длительное время. Был достигнут некоторый компромисс между депрессией и эмоциональной тупостью, я находился где-то в пограничной зоне, не сваливаясь ни в одну сторону. Здоровьем это конечно же назвать было нельзя, более того, такой терапевтический подход неверен, поскольку неполная редукции симптомов депрессии ведет к ее устойчивой хронификации. Но что мне оставалось делать?
   Последним по времени начала приема препаратом в моем случае оказался Веллбутрин. К сожалению, на сегодняшний день он не поставляется официально в Россию и приобрести его можно только на западных интернет-сайтах. Препарат очень интересный, и остается только сожалеть, что он недоступен большинству российских пациентов. Его особенностью является воздействие на обмен дофамина и норадреналина, в результате Веллбутрин обладает стимулирующим действием и эффективен в отношении лечения ангедонии, неспособности получать удовольствие от жизни. Это проявляется и в растормаживающем действии на либидо, и в общем повышении чувственности человека.
   Веллбутрин мне подошел, я принимал обычную терапевтическую дозу, 150 мг каждое утро, комбинируя его с тразодоном и амитриптилином. Дозировка последних менялась в зависимости от эффективности других, применяемых мною в разное время методов борьбы с болезнью. На таком коктейле я и продолжал держаться последние два с лишним года. Проявления депрессии при этом значительно редуцировались, но полностью все же не исчезли. Я не испытывал более панических атак за счет седативного эффекта тразодона и амитриптилина и мог оставаться относительно активным за счет стимулирующего действия веллбутрина. Фактически вечером я принимал седатики, чтобы уснуть, а утром психостимуляторы, чтобы проснуться.
   

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →