Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Две трети всех людей на планете из доживших до 65 лет живы до сих пор.

Еще   [X]

 0 

Если яблоня расцветет (Бурцев Андрей)

Существует ли любовь в наше извращенное время, где единственная ценность – деньги, а женщины – это товар? Автор рассказа как раз и показывает такую любовь – не похоть, не мимолетное стремленье, а настоящую любовь, вспыхнувшую в результате нечаянной встречи, любовь между преуспевающим бизнесменом и не молоденькой уже, битой жизнью и людьми женщиной, бывшей учительницей, а теперь продавщицей в киоске. У нее не осталось ничего, кроме гордости, и наш герой понимает – ее не купишь, ее надо заслужить. Вот и старается он доказать искренность своих чувств и намерений, а она, разумеется, не верит, точнее, боится поверить, и все должно решиться в тот день, когда зацветет яблоня…

Год издания: 0000

Цена: 33.99 руб.



С книгой «Если яблоня расцветет» также читают:

Предпросмотр книги «Если яблоня расцветет»

Если яблоня расцветет

   Существует ли любовь в наше извращенное время, где единственная ценность – деньги, а женщины – это товар? Автор рассказа как раз и показывает такую любовь – не похоть, не мимолетное стремленье, а настоящую любовь, вспыхнувшую в результате нечаянной встречи, любовь между преуспевающим бизнесменом и не молоденькой уже, битой жизнью и людьми женщиной, бывшей учительницей, а теперь продавщицей в киоске. У нее не осталось ничего, кроме гордости, и наш герой понимает – ее не купишь, ее надо заслужить. Вот и старается он доказать искренность своих чувств и намерений, а она, разумеется, не верит, точнее, боится поверить, и все должно решиться в тот день, когда зацветет яблоня…


Андрей Бурцев Если яблоня расцветет

   Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

1

   Когда совсем близко, за дощатым забором, где проходила внутридачная дорога, взвизгнули тормоза, Алена разогнулась и непроизвольным жестом поправила выбившуюся на лоб прядку волос. Конечно, это приехали не к ней, к ней некому приезжать, тем более, на машине, очевидно, кто-то просто заблудился. Но было любопытно, и Алена, прищурясь от яркого весеннего солнца, попыталась что-нибудь разглядеть сквозь щели в заборе. Ничего не было видно, кроме неопределенно белого – должно быть, машины. Алена вздохнула и поудобнее перехватила лопату. Из намеченных на сегодня трех грядок была вскопана лишь половина первой.
   Но только она всадила штык в сырую, только-только оттаявшую землю, как в калитку громко постучали. Должно быть, кулаком.
   – Кто там? – недовольно крикнула Алена и, снова выпрямившись, громко вздохнула. Конечно же, кто-нибудь заблудился, не может отыскать искомую дачу и будет сейчас долго и нудно расспрашивать о неизвестных Марине людях. Скорее всего, неизвестных. Алена купила эту дачу почти десять лет назад, но вела нелюдимый образ жизни и ни с кем из соседей практически не общалась.
   – Можно вас на минутку? – раздался из-за забора уверенный мужской голос.
   – Сейчас! – стараясь вложить в голос все недовольство, ответила Алена и, воткнув лопату в землю, пошла между грядками, на ходу стаскивая резиновые перчатки. Было понятно, что так просто от нее не отстанут и придется немного пообщаться…
   – Ну, чего вам… – сурово начала Алена, открывая калитку, и осеклась.
   Открывшееся ей зрелище было настолько неуместно в тихом дачном поселке, что Алена буквально остолбенела. Перед ней стоял высокий, широкоплечий мужчина в белом (только вообразите себе!) в белом костюме. И этот сияющий на солнце костюм, белая же шляпа с кантом, а так же тихо фырчащий позади него, опять-таки белый «мерседес», настолько поразил Марину, что она впала в некое подобие транса и пришла в себя лишь когда он заканчивал фразу:
   – … а то у меня холодильник в машине сломался.
   – Простите, что?.. – спохватилась Алена.
   Мужчина, черты лица которого все еще как-то размывались в ее сознании, добродушно улыбнулся и повторил:
   – Водички, говорю, у вас не найдется попить? Был бы очень признателен…
   – Ах, водички… – Алена сделала непроизвольные движения пальцами, могущие означать все что угодно. – Да, конечно, найдется. Подождите… А, впрочем, пойдемте в дом, я вам чайку налью…
   Алена шла впереди к домику, который представлял собой скорее сарай для хранения садового инвентаря, – правда, был оборудован верандой, – и ощущала неудобство, представляя, как выглядит сзади в своих мешковатых джинсах. Поэтому она невольно ускоряла шаг, так что к домику почти что подбежала. А когда обернулась, увидела, что незнакомец вовсе не следует за ней, а стоит посреди участка, задумчиво глядя на яблоню.
   Яблоня – гордость Марины, потому что она посадила ее сама десять – уже десять! – лет назад. Муж тогда смеялся над ней и говорил – зачем тебе яблоня посреди участка? Лучше раскопать лишнюю грядку. Но Алена тогда настояла на своем.
   Это была ее первая победа, которая до сих пор приносила удовлетворение.
   – Ну что же вы? – окликнула незнакомца Алена. – Идемте в дом.
   – Красиво, – сказал тот, подходя. На лице его блуждала задумчивая улыбка. – Одинокая яблоня в окружении грядок. А скоро она зацветет, и тогда будет еще красивее.
   – Не скоро, – мотнула головой Алена. – Недели через две, в начале июня… Идемте же в дом.
   Собственно, в дом Алена его не завела. Нечего было там делать – некрашеный пол, куча инструментов и горшочков по углам, не было даже кровати, потому что Алена никогда не ночевала на даче. Алена усадила гостя на веранде на шаткую табуретку перед самодельным столом.
   – Я сейчас, – и метнулась в дом. Там она налила из термоса горячий еще чай с брусникой в две кружки, быстро обтерла рукавом лицо, поправила непослушные волосы и вышла на веранду.
   – Вот, пожалуйста, пейте.
   Алена поставила на стол перед гостем дымящуюся кружку и села сама напротив на такую же табуретку.
   Незнакомец снял шляпу и положил ее на стол, взял кружку, понюхал и довольно заулыбался.
   – Чай с брусникой, – сказал он, глядя на Алену. – Сто лет не пил такого.
   С удовольствием отхлебнул и поставил кружку на стол. Алена тоже глядела на него и думала, что она сто лет не слышала, чтобы так говорили – спокойно, уверенно, без показухи и ложной застенчивости. По ее мнению люди по манере разговаривать нынче делились на две категории. Одни говорили быстро, суматошно, нервно, глотая слова, словно вечно куда-то спешили и все время опаздывали. Другие бросали слова свысока, точно делали одолжение, грубо цедили сквозь зубы, будто даже в простой фразе затаивали невнятную угрозу. И тех и других Алена вдосталь навидалась из окошечка коммерческого киоска, где работала последние пять лет, и за это время обе категории ей опротивели.
   Неожиданный ее гость не относился ни к тем, ни к другим. Он говорил так, что, независимо от слов, Алена ощущала какое-то спокойствие, чуть ли умиротворение, и, поняв это, удивилась самой себе.
   – Ну, как чай? – спросила она, чтобы прервать затянувшееся неловкое молчание.
   – Очень вкусно. Спасибо, – улыбнулся гость. – А вы не боитесь вот так приглашать незнакомых мужчин? Вдруг муж нагрянет?
   – Не нагрянет, – неожиданно для себя ответила Алена и, ощутив в этих словах какую-то двусмысленность, заторопилась.
   – Вы пейте чай, он вкусный, пока горячий. Я сама его готовила. И бруснику собирала сама. Прошлой осенью.
   – Извините, я вам не представился, – сказал незнакомец, сделав еще аккуратный глоток. – Меня зовут Даниил Сергеевич, заезжал тут к одному… сотруднику по делам, да его почему-то не оказалось. А ведь договаривались… – Даниил Сергеевич задумчиво глянул поверх головы Алены на одиноко стоящую посреди участка яблоню. – А вас как величать? Надеюсь, это не слишком нахальный вопрос? – добавил он, поскольку Алена молчала.
   – Извините, пожалуйста, я задумалась, – неловко улыбнувшись, сказала Алена. – Алена Владимировна, искусствовед. Бывший, – сама не зная зачем, уточнила она.
   – Очень приятно, – улыбнулся Даниил Сергеевич. – Что же касается вашего слова «бывший» – не стоит этого стесняться. Время у нас сейчас такое. Очень много людей с хорошими профессиями становятся «бывшими».
   – Простите, а кто вы по профессии? – спросила Алена. – Если, конечно, не секрет.
   – Не секрет. Но почему вы спросили?
   – Знаете, – немного помолчав, спросила Алена, – я все время ощущаю в вас какую-то двойственность. С одной стороны, вы – явно интеллигентный, воспитанный человек. С другой – «мерседес», шикарный костюм. Понимаете, как-то это не вяжется…
   – Кажется, понимаю, – кивнул Даниил Сергеевич. – Вы привыкли, что если интеллигент – то обязательно нищий, а раз иномарка – значит, развязный хам…
   – Ну, я имела в виду совсем не то, – рассмеялась Алена.
   – Представляю, что вы обо мне подумаете…
   – А что я могу о вас подумать? Красивая женщина одиноко занимается явно мужской работой. Вы это по велению души или из материальных соображений?
   – Но вы не ответили на мой вопрос, – сделала попытку перевести разговор на другую тему Алена.
   – На какой?
   – Чем вы занимаетесь в жизни.
   – А, да! Занятие мое очень оригинальное – коммерция.
   – Да уж! – подхватила его шутливый тон Алена. – Не может быть. И чем же вы торгуете?
   – Собственно, я владелец коммерческой фирмы, а не стою на улице за лотком. – Алене показалось, что Даниил Сергеевич немного обиделся. – Без стыда могу признаться, что сфера моих интересов не водка и не вездесущая жвачка, а товар, необходимый любой женщине.
   – Вы меня интригуете, – понизив голос и глядя ему прямо в глаза, сказала Алена. Ее вдруг охватило бесшабашное, легкое настроение, когда можно говорить, что придет в голову, и не надо обдумывать каждое слово. – Что же это? Колготки «Грация»?
   – Ну, я птица не столь высокого полета, – тоже глядя ей в глаза, ответил Даниил Сергеевич. – Это просто прокладки.
   – С крылышками?
   – Что с крылышками? – Даниил Сергеевич даже опешил и поспешно схватил кружку с чаем.
   – Прокладки с крылышками? – повторила вопрос Алена. – Реклама нас учит, что парить в небесах может лишь та женщина, которая пользуется прокладками с крылышками.
   – А, вон вы о чем? – хохотнул Даниил Сергеевич. – Можете мне не верить – не знаю. Об этом надо спросить у нашего товароведа. Я эти прокладки в глаза не видел. Я же директор, канцелярист… Договора, накладные, рынки сбыта – вот это по моей части. – Он допил чай и поставил кружку на стол. – Извините, Алена Владимировна, но вы напомнили мне о делах. А они, как известно, не ждут.
   Он стал, Алена тоже поднялась и несколько секунд они молча стояли друг против друга.
   – Большое спасибо за чай и милую светскую беседу, – сказал Даниил Сергеевич и надел шляпу. – Уж простите меня, но я не могу больше задерживаться сам и отрывать от работу вас.
   Он кивнул на грядки. Уже сойдя с веранды, он обернулся и, улыбнувшись Алене, сказал:
   – А было бы интересно посмотреть, когда зацветет эта яблоня. Прекрасное, должно быть, зрелище.
   – До свиданья, – сказала в ответ Алена и зачем-то махнула рукой.
   Она стояла на веранде и смотрела, как он идет по дорожке, вдоль обочин которых уже вовсю зеленела весенняя травка, открывает калитку и, не обернувшись, скрывается за ней. Потом негромко фыркнул мотор, промелькнуло в щелях забора белое и все стихло.
   А Алена все стояла, задумчиво вертя по столу пустую кружку и ругала себя последними словами: «Дура! Идиотка! „До свиданья“. Не могла, что ли, элементарно сказать ему – заходите еще?» Ругая себя, она тем самым признавалась, что Даниил Сергеевич ей понравился – ей, кто целых пять лет в упор видеть не хотел мужчин…
   

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →