Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Бегемоты рождаются под водой

Еще   [X]

 0 

IT-storii. Записки айтишника (Кузин Андрей)

Андрей Кузин – культовая фигура российского Интернета. Десять лет назад он, начав с нуля, создал популярнейший сайт 3DNews. А теперь он большую часть своего рабочего времени проводит в деловых поездках по США, Европе и Юго-Восточной Азии. Вы мечтали заглянуть на компьютерные фабрики Тайваня или Малайзии? Эта книга дает вам такой шанс!

Год издания: 2009

Цена: 69 руб.



С книгой «IT-storii. Записки айтишника» также читают:

Предпросмотр книги «IT-storii. Записки айтишника»

IT-storii. Записки айтишника

   Андрей Кузин – культовая фигура российского Интернета. Десять лет назад он, начав с нуля, создал популярнейший сайт 3DNews. А теперь он большую часть своего рабочего времени проводит в деловых поездках по США, Европе и Юго-Восточной Азии. Вы мечтали заглянуть на компьютерные фабрики Тайваня или Малайзии? Эта книга дает вам такой шанс!


Андрей Вячеславович Кузин IT-storii: записки айтишника

Введение

   Андрей Кузин – автор коротеньких, но ярких и красочных заметок, из которых состоит эта книга, является отцом-основателем старейшего в России сайта 3DNews (http://www.3dnews.ru), посвященного компьютерным и IT-технологиям. Этот сайт ежесуточно читают более ста тысяч человек со всех концов света. Андрей – интернет-академик, стоявший у самых истоков Рунета (российского Интернета), человек, который практически полностью живет в Интернете (несмотря на многочисленные поездки-командировки в самые разные концы света). Но изредка он отводит глаза от многочисленных экранов мониторов и ноутбуков и с искренним удивлением и интересом рассматривает живой мир, а также людей вокруг себя, видимо, именно потому у него такой свежий и живой взгляд на все, что он видит. Его зарисовки невозможно читать равнодушно – невольно начинаешь сопереживать и внимательнее рассматривать сделанные им же очень выразительные фото людей, городов, событий…
   Он истинный журналюга, умеющий написать о фабрике по изготовлению кулеров так, что это с огромным интересом читают даже те, кто до сих пор слабо представляет себе необходимость всех этих компьютеров и непонятных IT-штучек в своей жизни.
   Каждый раз, возвращаясь из командировок, Андрей выдавал мне очередную пачку салфеток, ресторанных меню, рекламок и тому подобных бумажек, мелко исписанных по всей чистой поверхности. Это «рассказики». Почему их необходимо делать самой обычной ручкой на любой попавшейся бумажке при наличии ноутбука – понять невозможно. Но так было всегда. Моей задачей было не потерять, разложить, понять, где начало, где конец, перепечатать и… никому не показывать. Причем если первые опусы многолетней давности еще можно найти в сети («Римские каникулы»[1], «Светлая сторона Земли»[2]), то несколько сотен последующих упорно не выкладывались. А если и публиковались, то только «для своих», и нигде не анонсировались, хотя сотрудники и друзья с бо́льшим нетерпением ждали подобных «записок на манжетах», чем официальных репортажей.
   А жаль. Реальные люди, реальные события, вся «околокомпьютерная» жизнь мира – Силиконовая долина, Ганновер, Гонконг, Тайвань, Лас-Вегас, Торонто, Москва. Я часто одиноко хохотала над особо удачными местами, когда занималась расшифровкой и перепечаткой этих путевых заметок и воспоминаний о «Комдексах», «Компьютексах», «Цебитах» и просто нашей IT-шной жизни в Москве и других городах.
   Наконец я уговорила шефа собрать все это воедино, добавить туда имеющиеся тонны фотографий и выстроить логически. Возник один только вопрос: назвать ли книгу «Записки на манжетах», поскольку именно такую они имеют форму, или все же «IT-стори», то есть исходя из содержания «рассказиков».
   Итак, прошу внимания, – первая книга из реальных IT-сторий. По мере готовности, очень и очень надеюсь, будет и продолжение. Должно быть продолжение. Ведь наша жизнь отнюдь не состоит только из анонсов нового железа и сведений о его тестировании или даже из рассказов о новых открытиях и изобретениях на страницах нашего 3DNews. Она гораздо интереснее и насыщеннее, а уж фотографии, сделанные Андреем в поездках, можно вообще издавать отдельными фотоальбомами.

   Александра Орджоникидзе

От издательства

   Мы будем рады узнать ваше мнение!
   На сайте издательства http://www.piter.com вы найдете подробную информацию о наших книгах.

Сиэтл. Кузьмин
Comdex, Лас-Вегас, ноябрь 1998

   – Ага, он! – Саша Каталов (Download.ru) потянулся за моим фотоаппаратом.
   – Пойду хоть познакомлюсь.
   У Кузьмина оказался на редкость тихий голос. Был он трезв, миролюбив и одет как истинный джентльмен – джинсы да драный свитер.
   Решил сильно не раздражать хорошего мужика, и Пугачеву мы не вспоминали. Он рассказал про гастрольный тур, про подружку во Фриско[4], новый диск. На удивление продвинут и даже в курсе, что такое Рунет[5]. В итоге обменялись почтовыми адресами, ссылками и взаимными автографами. Скрасили себе, можно сказать, целый час жизни. Каталов, как истинный фотокор боевого листка «Зарница», нажимал спусковую кнопку цифрового фотоаппарата, которая не производила никакого привычного шума. Кузьмин несколько удивленно посматривал на странного фотографа, который в полной тишине менял позиции, поднимал аппарат, но в итоге не снимал. Смотреть было смешно. Самолет задерживали:
   – Надо было прямым, в воскресение, – Кузьмин опаздывал на свиданку.
   – Обошлось бы на 0 дороже, – я решил проявил «вумность» и осведомленность.
   Когда подали самолет, он бухнулся на первое же место в салоне первого класса ценою штуки так за две…
   Вот и проявляй сочувствие к людям.

Лас-Вегас. Джекпот
Comdex, Лас-Вегас, ноябрь 1998

   – Ты бы хоть стакан подставил.
   – А зачем? Так веселей…
   Монетки долго сыплются по одной штучке, успеваешь прочувствовать вкус выигрыша и подольше насладиться сладким звоном. Общий выигрыш уже перевалил за 250 жетонов. Делов-то на , а какой кайф! Килограмм железа оттаскивается в обменку.
   – Иди по доллару играй, хватит страдать на 5 центах, – Каталов явно завидовал.
   – Я получаю положенное удовольствие.
   На самом деле я просто боялся проиграться, эта зараза затягивает так, что оторваться невозможно. Если уж тянет играть – садись за пятицентовик с десяткой в кармане и просидишь так всю ночь. А не дай бог повалят выигрыши по 100–300 жетонов – это может превратиться в вестсайдскую бесконечную историю. Выигрывать даже как-то неудобно, проигрывать тем более не хочется. Памятуя о вылете из Москвы 13-го в пятницу, лучше не рисковать.
   – Ну, что делать будем?
   – Я тут местечко знаю…
   Ну, в этом не было ничего удивительного.
   Местечко буквально в 100 метрах от отеля. Вечер, но не холодно, потому что на бульваре стоят нагреватели и поддерживают привычную температуру. Совсем сдурели, улицу греют. Вход в стриптиз бесплатный. Игрокам везде у нас дорога! Как же я страдал во Фриско от своего курения. В самолетах по американским законам нельзя, в аэропорту упаси боже. В ресторанах, в барах, в отеле… Либо отведут в темный уголок и по-молодежному, в кулачок. В Лас-Вегасе можно все. Курить везде, пить прямо на улице, даже открывать барышням двери и откровенно им улыбаться. Полицию никто не зовет. И не потому, что ее нет, – есть, но крайне вежливая и на велосипедах. Никаких гангстеров и мафии давно не осталось, вымели всех подчистую еще в середине семидесятых. Но атмосфера вседозволенности живет и здравствует. В этом странном городе американцы могут позволить себе превратиться в нормальных людей.
   Девицы в стрип-баре были толстыми и страшными, или русские княжны окончательно испортили нам остатки вкуса? Нас хватило на пару минут посмотреть, как прыщавая толстушка извивается full nude[7] на столике размером метр на метр, и глотнуть пива по за стакан. Несмотря на откровенный боевой настрой, пришлось ретироваться.
   – Кузин, какого черта ты не спросил отель той журналистки?
   Журналистка была хороша.
   Она изящно бухнулась в соседнее со мной кресло рейса Сан-Франциско – Лас-Вегас. Вообще-то лететь мы должны были другим рейсом, с пересадкой в Палм-Спринг (целых три часа в полете). А это все равно, что добираться с Ярославского вокзала в Мытищи на автобусе через Солнцево. Но про полмиллиона посетителей, собравшихся вместе с нами на Comdex, мы опрометчиво забыли и наивно собрались купить билеты прямо в аэропорту – за что и поплатились. Билеты из Фриско в Вегас нам обошлись дороже, чем перелет «Аэрофлотом» из Москвы в Сан-Франциско, и настроение было смурным. Наверное, поэтому и повезло – мы опоздали на посадку. Синдром тринадцатой пятницы, однако. В обалдевшем состоянии с боем прорывались на желанный прямой рейс до Лас-Вегаса. Вот только наши вещи уже успели отправить в сторону Палм-Спринг.
   Леди запихнула на полку свой обширный багаж, почти проигнорировав мои крики о возможной помощи, и пять минут мы честно поупирались в свои ноутбуки, после чего ее сумка четко рухнула мне на голову. Из вежливости ей ничего другого не оставалось, как беседовать со мной до конца полета. Она оказалась тележурналисткой в кадре канала ZDNet News. Кто бы в этом сомневался, собственно. Обсудили всякую ересь: погоду в Москве, планы развития ZDNet и перспективы «Комдекса». Название отельчика, в котором она планировала остановиться, я, конечно, не спросил.
   Делать, собственно, нечего, а впереди вся ночь. Ну, не спать же, ей богу.
   – Ну ладно, пойду выпуск делать, а ты куда?
   – Да прошвырнусь немного, – и Саша двинулся в сторону ближайшего казино.
   В отеле бодрый дядя выдал мои счета, и я окончательно расстроился. За каждое поднятие трубки отель брал полдоллара, а я все дни только и делал, что названивал местному провайдеру по модему. Положение становилось критическим. Для выпуска отлично ложилась фотка меня, такого грустного, спускающего в блек-джек последние штаны. Пришлось взять фотоаппарат, натянуть ковбойскую шляпу и спуститься в холл. Единственное, чего нельзя делать в казино, – фотографировать. Честно говоря, уже было глубоко без разницы и абсолютно…
   Какой-то старичок вяло отмахивался, но быстро капитулировал. Еще пять минут потребовалось научить его не искать видоискатель у цифрового фотоаппарата. Единственный опущенный бакс выдал джекпот – три семерки.
   Аппарат так заверещал, что старик чуть не выронил мою игрушку, а сам намертво прирос к полу.
   Народу сбежалось много. Джекпот в Лас-Вегасе по полной дури! Монетки падали с ужасным грохотом, а я никак не мог сообразить, сколько же выиграл? Математические способности затуманились перспективами роскошных яхт, домика под Лос-Анджелесом и супернавороченного компьютера.
   Оказалось, не все так критично. В поддоне лежало 0 – как раз расплатиться с отелем за телефон.

Comdex Fall’2000. Intro[8]
Москва, ноябрь 2000

   Путешествия без приключений – как пиво без текилы. Обычно либо вытряхнут прямо по прибытию[9], либо улетишь куда-нибудь совсем в другую страну, когда всего-то хотелось пробежаться по окрестной сельве.
   Традиции необходимо блюсти.
   Саша Орджоникидзе проводила бдительным взглядом успешное пересечение моим ботинком третьего и последнего шереметьевского барьера – таможня отдала свое добро и забрала мое. Саша – это суперженщина. По-английски ее должность звучит максимально емко и кратко – helper[10]. Персональный помощник, секретарь, водитель и бухгалтер. Столько забот и контактов, сколько хранится в ее записной книжке, нет даже в моей голове, точнее, я про них уже давно забыл. Она умеет платить за квартиру, водить машину, открывать и закрывать фирмы, честно платить налоги, регистрировать товарные знаки и уморительно чморить толпы своих поклонников. Приходится любить, сильно не обижать и исправно платить ей зарплату, потому как другого выхода уже, собственно, нет. Было бы ей лет на 10 поменьше – выхода не было бы совсем.
   Но у нее два крупных недостатка.
   1. Не умеет завязывать галстук.
   2. Если уж ошибается, то по-крупному.
   Уже потом, восстанавливая события, я понимаю, что большой ошибкой стал приезд в «Шереметьево-2» намного раньше до начала регистрации пассажиров на рейс. И вместо шляния по аэропорту я привычно быстренько прошел регистрацию и углубился в магазины.
   До посадки ровно 120 минут, а потому придется просидеть два часа в одной из тошниловок международной зоны, пытаясь наскрести рубли на оплату утреннего завтрака. Видимо, в таком же идиотском положении оказалась и юная американка Диана, с которой нам лететь одним бортом до Сан-Франциско. Она набрала 50 сувенирных рублей и тщетно пыталась купить банку «Кока-Колы», с которой жмот у стойки не хотел расставаться меньше чем за 60. На двоих мы набрали штуки три баксов и 400 рублей, которых в точности хватило мне на салат и нам на две банки «Коки». Для справки: ночной шведский стол для утомленных джекпотами жителей Лас-Вегаса в любом казино стоит . Диана материлась на внезапно похолодавшую Москву, московские цены и зачем-то помянула американские выборы, обложила Буша, его брата вместе со всей Флоридой, далее досталось всем консерваторам… и мы подружились.
   «Пассажиров рейса SU 323 просим пройти на посадку».
   – Это нам?
   – Relax[11]. Есть еще куча времени, – соврал я.
   «Господина Кузина, вылетающего рейсом Москва – Сан-Франциско, просим подойти к визовому контролю».
   Я переваривал странный вызов, мгновенно подавившись самой дорогой «Кока-Колой» в своей жизни. Посадка уже идет, а меня вызывают на таможню. Секунд десять я решал, что проще: 1 – попросить политического убежища; 2 – срочно стребовать руку и сердце чудесной евреечки Дианы; 3 – сходить на терминал.
   Первые пару идей означали полное фиаско с «Комдексом» осени 2000 года.
   – Покажите ваш посадочный талон.
   – А что случилось?
   – Почитайте его внимательно.
   Посадочный талон был выписан на Кузина Александра, вылетающего рейсом на Мюнхен, собственно туда же был оформлен и мой багаж, в который также был сдан ноутбук.
   – Мы в последнюю секунду сняли багаж с рейса. Ваш однофамилец наотрез отказался лететь в Штаты. Извините, ради бога.
   Супер, просто супер…
   – Тебя отпустили? – Диана давно прошла на посадку и стояла в толпе русских ситизенов[12] в своем хипповом пальтишке, как черная ворона на сибирских сугробах.
   – Все нормально, камрады[13] из ФСБ забыли передать фотоаппарат, – я честно продемонстрировал ей цифровую игрушку. Жениться я уже не собирался, и пора было портить репутацию.
   – Оооо!! – Диана закатила глаза. – How interesting stuff, I like FSB[14]!

   Диана

Страдания Мейсона
Тайбэй, май 2004

   В 2003 году в IT-индустрии Тайваня работали целых три наших барышни – Наташа Белуга и Вика Куликова трудились в Iwill, а Жаннет Вебсковски[15] в ABIT. Первой уехала Жаннет – муж-американец сгреб в охапку и сбежал на родину. Второй сдалась Наташа – вышла замуж за немца, который тут же увез свою красавицу в собственный особнячок под Берлином.
   В итоге Вика перешла на место Жаннет в ABIT, а бедный Мейсон Сю (владелец Iwill) до сих пор с грустью вспоминает, какой у него в компании был потрясающий русскоговорящий цветник, и просит меня найти в Москве что-то приятное на вид, грамотное, толковое, не замужем, с хорошим английским, образованием маркетолога и знанием IT-индустрии… Хорошо хоть, что не спортсменку-комсомолку. Ну и задачки же ты ставишь, Мейсон.

   Мейсон Сю (владелец Iwill) и Жан-Пьер (владелец рекламного агентства ITmediagate)

   Мейсон вообще мужик отличный. Сам и владелец, и управляющий своей компанией, круглосуточно не покидает рабочего места. Он влюблен в собственный заводик, обожает каждую платку, которую выпустила его поточная линия, и готов часами собственнолично рассказывать и показывать свое хозяйство. Сотрудники его обожают, даже бывшие.
   – Вика, я сегодня был у Мейсона.
   – Вау! Ты передал ему привет от меня?
   Вся его компания умещается в одном здании. Несколько этажей инженерных служб, маркетинга, сейлзов[16]. И один этаж занимают две производственные линии.
   В тот день, когда я посетил их, они ваяли большой заказ для US Army[17], и снимать именно эту плату было запрещено, а вот сам процесс производства – пожалуйста. Помню, плата была под двухпроцессорный Zeon и стоила американской оборонке всего 00 за штуку. Хороший заказ, жить можно.

   Визуальный контроль

   Iwill специализируется на рабочих станциях и серверах, процессоров так на восемь тире шестнадцать. Готовы поставлять и системы в сборе с полной отладкой, что предпочтительно для систем подобного уровня. К ним подходить-то страшно. Представьте, собираете вы мультипроцессорный Zeon или Opteron, ставите 8 процессоров, 32 плашки регистровой памяти, каждая по гигабайту, контроллеры, вязанку жестких дисков, экзотические переходники и море системных кулеров. Получается многоэтажная система на шесть юнитов с парой киловатных блоков питания.
   И все это хозяйство за 000 – не стартует! Разбор полетов может длиться неделю, пока найдут битый коннектор. После чего еще неделя тестирования.
   В подвальном этаже – бесплатная столовая для сотрудников, кормежка обычная, заводская, не ресторан, конечно. Зато бесплатно. У каждого своя собственная – именная миска, и Мейсон изрядно побегал, прежде чем нам с Жан-Пьером нашли «общественные» чашечки.

   В столовой Iwill

   На огромном прожекторном экране столовой Iwill идет местная программа новостей. Сюжет фантастичен! Тайбэйские таксисты просят правительство сократить их численность.
   – Я не понял, JP[18], это страйк[19] таксистов?
   – Ага.
   JP так же завороженно смотрит на экран. Он уже хорошо знает китайский.
   – И что хотят?
   – Говорят, конкуренция большая. Просят принять меры.
   – Какие? Отстрелять половину?
   – Да вот сам не понимаю.
   После Москвы тут просто рай – всегда тепло, дешевая еда (пообедать в ресторанчике можно за 150–250 российских рублей), такси стоит копейки и всегда по счетчику. Чаевых нет как понятия, преступность отсутствует абсолютно.
   Каждая вторая машина на улицах – желтое такси. Встанешь на переходе, оглянешься – вся улица желтая. Выйдешь из отеля, даже руку не успеешь поднять – ты уже в такси с кондиционером и, часто, LCD-телевизором. Цены раза в три ниже, чем в Москве, при том что бензин весь закупной и привозной.
   И вдруг дело дошло до забастовок.

Патрисия – любовь моя
Тайбэй, февраль 2004

   Штаб-квартира находится как раз под Тайбэем, там же и все инженерные службы Gainward.
   Россию курирует Патрисия Ли. Хороша, как китайская принцесса с манерами леди высшего света, что, в принципе, недалеко от истины.

   Патрисия Ли

   Она из очень богатой тайваньской семьи. Сегодня как раз вечеринка по поводу открытия очередного модного ночного клуба японской направленности, где она совладелица, и по итогам встречи мы все получили приглашение загрузиться в ее роскошный автомобиль и срочно переместиться в клуб. Мы – это я, JP и Мей.
   Мей – супруга Жан-Пьера с термоядерным устройством в попе, которое находится на вечном взводе. Они владельцы тайваньского рекламного агентства ITmediagate[21], а также мои большие друзья и партнеры.
   Клуб свеженький и новенький – как с рекламного плаката. Из публики на открытии – друзья, «нужные люди» и местные знаменитости, с которыми по очереди знакомят.
   – Are you artist?
   – No, I am journalist from Russia.
   – Wow! Great![22]
   Столики расположены в углублениях пола, и, лавируя между стойкой бара и местом сидения, все время норовишь рухнуть на чей-нибудь стол, сломав очередной тайваньской знаменитости шею и сметя с чужого стола все их японское пиршество.

   Патрисия с подругами

   Пришлось ограничиться одной бутылкой сакэ на стол (больше не дали), что для нормального китайца уже является смертельной дозой.
   Патрисия была хозяйкой бала, встречала гостей, знакомила, рассаживала, помогала сделать заказ… В общем, толком за ней поухаживать не удалось. Но будучи истинной китаянкой и прекрасно осознавая потребности мужчин, привела мне взамен местную звезду мыльных опер.

   Звезда тайваньских мыльных опер

   Мы вяло обсудили еду, погоду и клуб… на чем беседа и иссякла. Народ недоуменно взирал на мое полное отсутствие энтузиазма, явно не понимая этого европейца – ведь такое солнышко рядом!
   JP подмигивал и приободрял, а у меня отобрали мою Патрисию, и я грустно жевал крабовый сашими… Барышня все поняла и быстро ретировалась.

Comdex Fall’2000
Лас-Вегас/Невада, ноябрь 2000

   Во второй раз Лас-Вегас уже не производит такого сногсшибательного эффекта. Глазеешь меньше, рот раскрыт в пределах норм хорошего тона, головой вертеть лень. Все знакомое, родное и по-детски милое. И наконец-то понимаешь его суть. Это город больших и взрослых детей. Мечта каждого ребенка – всласть поиграть, причем так, чтобы не мешали родители. Поесть, причем именно то, что запрещают папа с мамой. Поглазеть на порнофильм, за что можно вообще схлопотать ата-та, да как можно позже ложиться спать. Всего этого добра тут круглосуточно и без отрыва одного от другого. Наказание только одно – пустые карманы. Уж лучше бы отшлепали, ей богу.
   Я прилетел из Сан-Франциско на сутки раньше, чем была заказана бронь в отеле Circus Circus. Во-первых, надоело шляться по Сан-Франциско и Силиконовым окрестностям, во-вторых, приютившее меня семейство местных миллионеров порядком подустало от моей оккупации домашнего компьютера и просьб объяснить, как пользоваться душем. Я так в итоге и не понял, как это делать, и бродил по Калифорнии в нестираных носках. Ну а третий, самый главный фактор, – если прилететь и вылететь четко к открытию и закрытию «Комдекса», то билет из Сан-Франциско в Лас-Вегас и обратно обойдется в 0, а если передвинуть на денек туда-сюда, то всего 0. Дешевле и веселей при известной сноровке пожить в Лас-Вегасе. Кстати, говорить «Сан-Франциско», «Лас-Вегас» и «Сан-Хосе» совершенно не принято. Все местные шамкают просто и кратко – «Фриско», «Вегас», «Озе» (условная столица Силиконовой долины), и это считается единственно верным произносибельным вариантом для бытового разговора.
   Калифорния и Невада хоть и находятся в часе лета друг от друга, но весьма отличаются. В Калифорнии тебя обожают все барышни, если работаешь в компьютерном бизнесе и скоро станешь миллионером. В Неваде то же самое, если нигде не работаешь и уже миллионер. В Калифорнии все помешаны на dotcom[23], в Неваде – на jackpot[24]. Кроме Вегаса, в этой пустынной Неваде практически ничего нет, если не считать нескольких десятков военных баз, воспетых в телесериале X-Files, Плотины Гувера и Гранд-Каньона. Как и нет запрета на курение, проституцию и азартные игры, поголовно запрещенных во всех других штатах этой страны.
   Но что роднит Неваду и Калифорнию, так это то, что и dotcom, и jackpot являются игрищами, чреватыми пролетом в одинаковой степени. Пытаются миллионы, счастливый билет достается единицам.
   Вселить нежданного гостя на сутки раньше Circus Circus отказался. Не помогли ни уговоры, ни мольбы, ни угрозы переехать в MGM Grand или Venetian и навсегда забыть дорогу в Circus Circus.
   Sold Out[25]! Приходите завтра… Но вот чем хорош этот отельчик, так своим расположением: в 15 минутах ходьбы до обоих выставочных комплексов Comdex. Пойдешь налево – Convention Center, пойдешь направо – Sands Expo. Вполне можно проспать бесплатный утренний микроавтобус, что случается при бурной ночной жизни Вегаса.
   Из года в год народу набивается все больше, отели дорожают, аэропорт захлебывается, российско-украинские таксисты откровенно наглеют, виски в барах недоливают, а сама выставка все больше напоминает попсовую тусовку. Но ночевать все равно где-то надо, и пришлось переселяться в Downtown[26]. В итоге за 0 приютил, как и в прошлый раз, старый-добрый «дядюшка Фитцжеральд[27]», которого я тут же обобрал на на всего лишь двадцатипятицентовом аппарате.
   Уфффффф… День прожит не зря.

Рита не любит саун
Тайбэй, сентябрь 2003

   Computex’2003[28] вошел в историю как «сентябрьский Computex». В этом словосочетании можно даже не уточнять год, все участники событий понимают, о чем речь. В тот год случился SARS[29], и мероприятие было перенесено на сентябрь.

   «Русский стол»

   На вечеринке MSI русский стол курирует Рита Чиу, скромная маленькая китаяночка, отвечавшая на тот момент за российский рынок. Она явно чем-то взволнована.
   – Рита, что случилось?
   Наконец, она решается:
   – А правда, что в России презентации принято устраивать в саунах?
   – Правда!!! – хором грянул весь «русский стол», не сговариваясь и с абсолютно серьезными лицами.
   Дело в том, что за пару месяцев до происходящих событий компания ABIT устроила большое мероприятие в московском клубе «Адмирал»[30], где в числе других развлечений была и сауна. Парочка моих откровенных фотографий из сауны[31] наделали много шуму и в Москве, и на Тайване.
   Риту этот вопрос волновал особенно – за мероприятия в Москве отвечала именно она.
   Стив Волез, Иришка Жукова[32], Ксения Полянина[33], Саша Баулин[34]… все сидели, едва сдерживая смех и отчетливо понимая, что в ближайшее время презентаций MSI в Москве можно не ожидать.
   На следующий день рассказали эту историю Алексею Воронкову (ASUS[35]). Убитый после очередной ночи в Carnegie’s[36], он мгновенно оживился:
   – А может, и правда, в сауне провести?

«Это наша территория!»
Тайбэй, июнь 2004

   На сентябрьском Computex на ASUS-party[37] было разыграно что-то типа красочного шоу борцов сумо. «Борец» с майкой ASUS методично громил соперников, на майке одного из которых красовалось MXI, а у второго – Gigabite (для приличия наименования компаний были немного исковерканы). Естественно, о мероприятии тут же было доложено куда надо, а фотографии пошли в Интернет.
   В 2004 году вечером первого дня выставки компания Gigabyte собрала в кучу всю русскую прессу и повезла куда-то в горы Янминьшань. Через пару часов езды по правую сторону автобуса промелькнули асустековский сборочный корпус и здание их штаб-квартиры. Народ обсудил это дело и тут же выкинул из головы.
   Через некоторое время нас выгружают у ресторанчика на территории Тайбэйского института изящных искусств. Все чуток злые и на взводе – уже ночь, утащили в горы, даже и не сбежишь. Куда бежать? Тут даже такси не ходят, а до ближайшей станции метро час ходу пешком.
   Но кухня оказалась отменная. Все давно привыкли и даже полюбили китайское меню и ловко обращаются с палочками. Наш обозреватель Саша Митрофанов, который первый раз выбрался в Азию, пытается не отставать и упорно отказывается взять вилку – в итоге остался голодным. Мы все умяли гораздо шустрее, чем он научился хоть что-то цеплять палочками. Сакэ и пиво финишировали через 10 минут. Нас человек 20. Нашли, чем спаивать такую закаленную в ежедневных застольных боях российскую прессу. Подговариваем сотрудницу Gigabyte Мэлоди Мо на бутылочку «Сантори» (японский виски из фильма «Трудности перевода»), и напряженность понемногу начинает спадать.
   Выхожу на улицу покурить, южное звездное небо сверху и море огней снизу. Мы почти на вершине горы, и под нами огромный светящийся Тайбэй до горизонта.
   Заглядываю через стекло в зал нашего ресторана и понимаю, что с «Сантори» на сегодня надо заканчивать.
   Отделенный ширмой от нашего столика сидит весь генералитет ASUS – президенты, вице-президенты, вечно серьезный Алекс Ким, изумительная Анжела Сю и еще куча знакомого народа. Протирка глаз и очков не помогла.

   Саша Митрофанов осваивает палочки

   Российская IT-пресса

   Пахомов Сергей («Компьютер-Пресс») с представителями Gigabyte (слева направо)

   Бросаю сигарету и в полном недоумении иду к Алексу Киму:
   – Это что это вы тут делаете? – говорю я с каноническим лицом героя фильма «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен»[38].
   Последующий ответ необходимо внести во все маркетинговые учебники по ведению бизнеса на Тайване:
   – Это наша территория!
   Интонация Алекса Кима была жесткой и добра не предвещала. Нас действительно привезли в зону ASUS, в их любимый ресторан и в спонсируемый ими университет. Чуток пообщались, обменялись локальными сотовыми номерами, расцеловались с Анжелой (она была в положении, они с Алексом ждали своего первенца), раскланялся с президентом и отчалил к нашим, переваривать конфуз. По их лицам было понятно, что все уже в курсе.
   Через пару дней Алекс Ким признался, что я был единственный, кто подошел тогда к ASUS поздороваться, «ты ведь отмороженный, тебе все можно».
   Роль прессы сродни миротворцам, наблюдателям ОБСЕ либо сотрудникам Красного креста – имеют полное право общаться со всеми воинствующими сторонами просто по роду своей деятельности. Обижаться – бесполезно. Это наше право.

Все изобрела мадам Чан Кайши
Тайбэй, май 2004

   Как положено, в аэропорту Тайбэя ждал лимузин. Жан-Пьер (Тайвань знает его как JP) постарался. Дело в том, что если брать обычного таксиста, каких тут половина населения, то поездка от аэропорта имени незабвенного Чан Кай-ши до центра Тайбэя обойдется в 1200 местных тугриков под названием NT$ (тайваньские доллары), которые абсолютно совпадают по стоимости с нашим рублем, что очень удобно. А если заказать за сутки роскошный черный громадный лимузин, то это удовольствие обойдется в 1000. Вот такие чудеса местной экономики. Однажды я так подшутил над Сашей Митрофановым – встретил в аэропорту и загрузил в черный антикварный линкольн. Даже водитель был в правильной кепочке таксиста. Саша не обратил на это никакого внимания, посчитав, что на Тайване так принято. Хотя в машинах разбирается очень хорошо. Но он немец, спокоен, как удав.
   Жить тут придется месяц, поэтому никаких пятизвездочных Agora Garden и навороченных Hyatt… Стандартный городской тайваньский отель с непонятным названием из системы Family Group. Бесплатный Интернет, холодильник, обязательный в здешнем климате кондиционер и телевизор – все, что необходимо для жизни.
   Отель расположен в абсолютном центре города. В одну сторону 20 минут пешком до Мемориала Чан Кайши, в другую – 30 минут до «Башни 101». И то, и другое расположено на центральной улице, а посередине стоит мой отель. Смотровая башня в здании Мицукоши у железнодорожного вокзала, чуть глубже – Мемориал, штаб-квартира Гоминьдана, здание правящей партии, президентский дворец – все это старый центр города.
   Новый город – в процессе бурного строительства. Он располагается в противоположной от отеля стороне. Это «Башня 101» (читается как «Ван-O-Ван», и это название знает любой тайваньский таксист), выставочный комплекс, отель Hyatt, комплекс моллов Мицукоши, киноцентр Warner и Taipei City Hall (местная мэрия).
   Я обожаю этот город и его людей. Это только в первый раз кажется, что он огромен, но стоит обойти его пару раз пешком, и он тут же становится маленьким, родным и абсолютно знакомым.
   Его пригороды необъятны: они забираются на горы, дороги, и дома заползают в любой промежуток между гор, не оставляя ни клочка пустой равнинной местности.

   Мемориал Чан Кайши

   В Гонконге та же проблема – не хватает места, только там это совсем жестко. Приходится срывать горы, сбрасывая породу в океан, и застраивать его. А свой аэропорт вообще соорудили в океане, для чего насыпали громадный искусственный остров. Понятно, что стоимость жилья при таком подходе зашкаливает за все разумные пределы. На Тайване до такого еще не дошли и гор пока не срывают. Просто зачищают старые кварталы, возведенные еще до эпохи экономического подъема, и строят что-то более пристойное. Именно так – методом зачистки – и освободили место под новый Downtown. Есть еще более экзотический метод – подождать очередного хорошего землетрясения. Само развалится. Именно так, без тени какого-либо цинизма или иронии, они и говорят.
   Как в Штатах, как в Москве, так и на Тайване – строительство сосредоточено полностью в руках семейных кланов. А на Тайване это лакомый кусок вдвойне, кризиса перепроизводства в этой отрасли не будет никогда – население растет, а вокруг одни горы и океан.
   Приход триад на Тайвань непосредственно связан с Чан Кайши – первым президентом Китайской Республики. Он родился в позапрошлом веке, на 17 лет позже Ульянова-Ленина – в 1887 году, ну а помер несравненно позже – в 1975 году. В апреле 1927 года совершил переворот очень странного на тот момент китайского правительства, вырезал коммунистов и установил в Китае диктаторскую власть. В 1930–1934 годах предпринял пять походов против районов, находившихся под контролем главных сил Красной Армии Китая. После активизации военных действий Японии в 1937 году Чан Кайши пошел на создание единого антияпонского фронта на основе блока своей партии Гоминьдан и компартии Китая. После капитуляции Японии (2 сентября 1945 года) отверг предложение компартии о создании коалиционного правительства. В гражданской войне, начавшейся в июле 1946 года, Народно-освободительная армия Китая к концу 1949 года захватила весь Большой Китай, Чан Кайши потерпел поражение и вместе со своими войсками бежал на остров Тайвань.
   Тайно был вывезен золотовалютный запас Китая, документы и архивы Гоминьдана, Сунь Ятсена, было переброшено громадное количество промышленного оборудования, целые заводы и производственные линии. Как это было сделано, представить невозможно.
   На Тайвань сбежали не только полуразбитые войска Чан Кайши, но и их семьи, китайская интеллигенция, бизнесмены, политики, гангстеры, весь цвет и генофонд нации. Два миллиона человек. Какой необходим флот для переброски ДВУХ МИЛЛИОНОВ беженцев? Как они сюда добирались? Что это было? Исход, практически библейский ИСХОД. Как российская интеллигенция бежала в Париж, Цюрих и Александрию, так китайская, всеми правдами и неправдами, бежала от коммунистов в свой последний ощетинившийся оплот – остров Тайвань. А теперь на секунду представим, что происходит с отсталой, богом забытой китайской провинцией, если туда переселяется два миллиона человек. Да банально есть нечего! Где взять столько продовольствия? Как жить? Где жить? На что жить? Как построить крышу над головой, заново найти свое место в обществе и стать человеком?
   Вот с такими проблемами столкнулся Гоминьдан. Что самое невероятное, эти проблемы были решены. Но не сразу.
   Переселившись на остров с остатками своей армии, Чан Кайши взял верховную власть в свои руки, по сути став пожизненным президентом, и начал строительство нового государства. Не каждому выпадает в жизни такой шанс…
   Первым делом была сооружена мощная и огромная цепь береговых дотов и дзотов для защиты западных берегов от нападения недавних соратников.

   Оборонительные сооружения Тайваня

   Перебрасывая войска на остров, Чан Кайши изъял весь флот Большого Китая, и пока новые власти провозглашенной 1 октября 1949 года Китайской Народной Республики смогли вновь отстроить хоть что-то, на Пескадорских островах и у берегов Формозы их встретили огневые укрепления, плюс подоспевший седьмой американский флот и парочка переброшенных эскадрилий. Войска континентального Китая предпочли ретироваться и выждать время. Ждут до сих пор… Они умеют ждать.
   Отношение к Чан Кайши на Тайване в корне отличается от того, что нам преподается в школе. Он до сих пор для многих «отец народа» и символ нации. Взяв ориентир на капиталистический метод развития экономики, за время своего правления он превратил остров с патриархальным укладом ведения хозяйства в один из важнейших индустриальных мировых центров. «Российские компьютеры, американские компьютеры… – все сделано на Тайване!» – сказано практически абсолютно верно. Лишь одна поправка – технологии, по которым они делаются, импортируются из США, а само производство тайваньских компаний – на территории Китая.
   Чан Кайши награжден всеми возможными международными наградами, в его личных друзьях числились многие великие мира сего. Мадам Чан Кайши (Сун Мэйлин[39]) десятилетиями не сходила со страниц светской хроники, кстати, до конца дней своих оставаясь красивейшей женщиной своего времени. Она умерла в 2003 году в своей квартире в Нью-Йорке в возрасте свыше ста лет!
   В общем, семейка весьма интересная.
   И вдруг один знакомый американец – китаец тайваньского происхождения – высказал совершенно противоположный взгляд: «Господь с тобой, Андрей. Чан Кайши – тиран, бандит, вор и убийца! Он захватил власть на острове с помощью местной мафии, которая испугалась действий председателя Мао на континенте. Мао просто вырубил под корень всю местную мафию, на которой и держалась до этого вся китайская экономика».
   Как считается, Чан Кайши поддержала местная братва, и в долгу он не остался. Миллиардные американские кредиты, успешно выбиваемые обаянием Сун Мэйлин, продовольственные поставки, каналы поставки оружия, государственные подряды на строительство и дорожные работы – все оказывалось в руках приближенных к правительству группировок, и, естественно, большая часть уходила в надежные руки. Так что ничего нового мы в своей России не придумали – все изобрела еще мадам Чан Кайши.

   Чан Кайши и Сун Мэйлин

   Более чем определенно о Чан Кайши высказался в своих мемуарах американский пилот Боингтон[40], служивший в составе своей эскадрильи на Тайване во время Второй мировой: «Чан Кайши был узаконенным бандитом и тащил все, что не прибито гвоздями. А его мадам заправляла всей аферой».
   Американцы это прекрасно знали, но их все устраивало. Тайвань был маленьким, но очень острым гвоздем в мягком месте коммунистического Китая, где США имели возможность строить свои базы. Формально для защиты острова, ну а реально… все же американские войска при этом оказались в часе лета до Большого Китая. Впрочем, это имело серьезное значение во времена холодной войны. Сейчас уже не важно. Большой Китай жестко держит Штаты за горло.
   Еще один интересный аспект деятельности Чан Кайши – отношение к аборигенам. Сейчас весь север Тайваня заселен потомками прибывших с континента войск, а местные племена отселены или выдавлены на юг. Делалось это по старинке – огнем и мечом. Детям в школах запрещалось говорить на их родных диалектах, за это их могли избить.
   Все это было еще совсем недавно. Весьма бурная политическая жизнь Тайваня как раз и состоит в вечном противостоянии «новых тайваньцев» и «аборигенов».
   Можно по-разному относиться к Чан Кайши, но сути это не меняет. Современный Тайвань – высокоразвитая, технологическая страна с мощнейшей промышленной и исследовательской базой. Атомная энергетика, химическая промышленность, технопарки, уникальные литографические производства и высокий уровень жизни. Но Чан Кайши не может спать спокойно – рядом Большой Китай.

Computex закончен
Тайбэй, июнь 2004

   «Китаев» на самом деле четыре – Тайвань, Гонконг, Макао и Большой Китай. И все отличаются друг от друга, как солнце, звезды и луна. Континентальный Китай уже прибрал себе Гонконг, но все оставил как есть – орды китайцев еще не разнесли этот финансовый оазис только потому, что граница как была, так и осталась. Власти Большого Китая отнюдь не идиоты, чтобы уничтожать курицу, несущую золотые яйца, ведь Гонконг – это финансовый центр всей Юго-Восточной Азии и ее основной порт. Только теперь они платят налоги не «шапке» (так канадцы до сих пор называют британскую королеву), а Пекину.
   А вот канадцы формально продолжают жить под британской королевной, и все судопроизводство вершится от ее имени, при том что американцы называют их своим 51-м штатом и никакой границы между Штатами и Канадой нет. Как интересен этот мир.
   Помню слова Ксении Поляниной, когда она вернулась из Шанхая в Тайбэй: «Никогда больше не назову тайваньцев китайцами. Шанхай – такая помойка!». Нашла, что с чем сравнивать, – на Тайване по местным законам минимальная заработная плата 0 в месяц, тогда как в Китае – средняя по стране –100. Но мерять среднюю зарплату по Китаю, это как вычислять «среднюю температуру по больнице» – кто-то труп в морозильнике, кто-то в горячке и готовится туда же.

   «Китай» – фото Ксении Поляниной

   Финал своего традиционного игрового чемпионата Аcon компания ABIT[41] проводила в Китае, в городе Шанхае. За месяц до этого китайские власти изменили в сторону похолодания свое отношение к компьютерным играм и, фактически, финал проводился в полулегальных условиях. Причем расписание было составлено так, что члены российской делегации на Computex должны были слетать на три дня из Тайбэя в Шанхай и вернуться обратно. Я наотрез отказался пропустить хоть один выставочный день и остался на Тайване, а Павел Синяков («Ферра») и Ксения Полянина («КомпьютерПресс») улетели в Китай, побросав вещи в мой номер. Возвращаться-то им было некуда.
   Цирк заключался в том, что во время выставки вся пресса живет на Тайване бесплатно: Совет по развитию внешней торговли Тайваня (TAITRA) оплачивает проживание приглашенных представителей СМИ со всего мира в пятизвездочном отеле Agora Garden, который находится в 100 метрах от выставочных павильонов. Но оплачивает только дни выставки. Хочешь приехать раньше или задержаться – изволь платить сам. И ребятам надо было где-то переночевать одну ночь перед вылетом в Москву по возвращении из Шанхая. Я предложил бросить их вещи в мой второй отель, в котором провел пару недель до начала Computex и собирался жить дальше по его окончании.
   Во время выставки я переселился в Agorа Garden вместе с Сашей Митрофановым, который был командирован от 3DNews сюда впервые. Мне было лень таскать из отеля в отель все баулы, коробки и бесчисленное железо, поэтому я номер в своем втором отеле не сдал. Кстати, оказалось, что четыре дня моего бесследного исчезновения не прошли незамеченными, владельцу уже сообщили, и он стоял на ушах, собираясь с духом позвонить в полицию и сообщить, что постоялец пропал… И тут мы заявляемся втроем с бесчисленным количеством вещей. Комната стала походить на табор, багаж был горами свален в каждом углу.
   Потом я снова пропал на две ночи, а появился уже с Александром Митрофановым и его вещами (его рейс был через двое суток после окончания Computex, и одну ночь мы спали на моей постели «в обнимку»).
   Администрация все с растущим удивлением наблюдала за этим номером и даже перестала его убирать, поскольку весь пол был ровным слоем усыпан чемоданами. Но это были еще цветочки…
   Computex закончен, и измученный народ хором и с удовольствием валяет дурака в ожидании своих самолетов. Кто-то улетает сегодня, кто-то завтра, остатки послезавтра. За сутки при всем желании не вывезти с острова почти 30 тысяч иностранных посетителей выставки. Через час закончится последний бой на Аcon и станут известны результаты. Мы сидим в «шарике» (Core Pacific, или Living Mall) и ждем вердикта.

   Ирина Жукова («Компьютер-Пресс») и Вика Куликова (ABIT) (слева направо)

   Звонок из Китая: «Россия победила, первое место на Acon наше!».
   Не успели мы наораться, перепугать аборигенов и заказать текилы, как второй звонок: «Сори[42], произвели перерасчет, мы на втором месте». И второе место на международном соревновании хорошо, но после десяти минут победной эйфории уже не то. Иришка Жукова пытается приободрить народ, она по жизни неунывающая оптимистка.

   Александр Митрофанов, Вика Куликова, Ирина Жукова (слева направо)

   Настроение подпорчено. Перемещаемся в мой отель переваривать полупобеду-полупоражение и слушать последний альбом U2.