Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

В киноиндустрии «mickey» — мягкое движение камеры вперед. Это сокращение термина «Мики Руни», обозначающего «а little creep».

Еще   [X]

 0 

Новые сказки. Том 1 (Антология)

автор: Антология

Дорогие друзья! В ваших руках – необыкновенная книга! Она составлена из сказок, которые сочинили ваши мамы, папы, дедушки и бабушки, и является итогом конкурса «Новые сказки – 3», организованного администрацией сайта «Союз писателей». Необходимо отметить, что это новые сказки, рождённые именно в наше время и написанные людьми, для которых сочинительство не является профессией. Тем более драгоценным сокровищем выглядит данная книга. Она включает в себя литературные произведения, уникальные по содержанию и по тому ощущению света, которое от них исходит. Ни одна из сказок, размещённых в книге, не похожа ни на какую другую, известную вам раньше.

Год издания: 2014

Цена: 89.9 руб.



С книгой «Новые сказки. Том 1» также читают:

Предпросмотр книги «Новые сказки. Том 1»

Новые сказки. Том 1

   Дорогие друзья! В ваших руках – необыкновенная книга! Она составлена из сказок, которые сочинили ваши мамы, папы, дедушки и бабушки, и является итогом конкурса «Новые сказки – 3», организованного администрацией сайта «Союз писателей». Необходимо отметить, что это новые сказки, рождённые именно в наше время и написанные людьми, для которых сочинительство не является профессией. Тем более драгоценным сокровищем выглядит данная книга. Она включает в себя литературные произведения, уникальные по содержанию и по тому ощущению света, которое от них исходит. Ни одна из сказок, размещённых в книге, не похожа ни на какую другую, известную вам раньше.


Новые сказки. Том 1

   • Сказки для самых маленьких
   • Сказки для детей младшего школьного возраста
   • Сказки для детей старшего школьного возраста

Сказка, идущая от сердца к сердцу

   На что похожа сказка? «На яркие звёзды, которых не счесть!» – сообщит звездочёт. «На жаркое солнце, которое всех согревает!» – возразит метеоролог. «На калейдоскоп, который содержит цветные картинки!» – воскликнет продавец игрушек. Остальные взрослые, услышав этот вопрос, наверняка признаются, что сказка напоминает детство. А малыши – все как один – скажут: «Сказка похожа на маму». И каждый из говорящих будет прав. Ведь сказки, которые рассказывают своим детям мамы, можно сравнить только с волшебным калейдоскопом, в котором легко разглядеть звёзды, солнце, тридевятое царство и даже волшебников в остроконечных колпачках!
   Откуда приходит к нам сказка? «Из далёкого прошлого!» – выскажет своё предположение историк. «Из лесной деревни!» – крикнет лесничий. «Со страниц детских книжек!» – сделает вывод продавец книжного магазина. Остальные взрослые ответят, не задумываясь: «Из детства», а ребятишки опять скажут по-своему: «Сказка приходит от мамы!» И снова все окажутся правы, если учесть, что сказки – очень разные по своему происхождению. Одни из них дошли до нас из глубины веков, другие рассказаны нашими бабушками и дедушками, а третьи – придуманы писателями. Все сказки объединяет любовь к волшебству и то добро, которое они несут читателям.
   Дорогие друзья! В ваших руках – необыкновенная книга! Она составлена из сказок, которые сочинили ваши мамы, папы, дедушки и бабушки, и является итогом конкурса «Новые сказки – 3», организованного администрацией сайта «Союз писателей». Необходимо отметить, что это новые сказки, рождённые именно в наше время и написанные людьми, для которых сочинительство не является профессией. Тем более драгоценным сокровищем выглядит данная книга. Она включает в себя литературные произведения, уникальные по содержанию и по тому ощущению света, которое от них исходит. Ни одна из сказок, размещённых в книге, не похожа ни на какую другую, известную вам раньше.
   Но не только это делает книгу ярким явлением в детской литературе и в книгоиздательстве. Тот свет и тепло, которые мы ощущаем, листая страницу за страницей, несомненно, идёт от рисунков, выполненных юными художниками – детьми разного возраста. Кто, как не дети, может почувствовать сказочную атмосферу произведения и уловить все её оттенки? Прекрасные иллюстрации, разноплановые по технике исполнения, дополняют содержание сказок, делая их по-настоящему неповторимыми!
   Содружество литературного вымысла взрослых и детского художественного творчества – вот тот момент, который привлечёт к книге внимание любителей и знатоков современной сказки.
   Наполненные любовью сказки идут от самого сердца – к вашим сердцам, дорогие читатели!
   Николай Гантимуров 10 марта 2014 г.

Для самых маленьких

Сказки для Ульянки

   г. Верея, Московская область
Первая сказка. Про Голубую гусеничку
   Когда все легли спать, мама подошла к Ульяше, чтобы поцеловать её и пожелать ей спокойной ночи. «Ульянушка, посмотри, кого я тебе принесла?» – сказала мама. Ульяна посмотрела на маму, руки мамы были спрятаны за спиной. Ульянка повернула голову, чтобы увидеть, что же такое было у мамы? Наконец мама вытащила из-за спины руки, и Ульянка увидела у неё на руках жёлтого старенького мишку. Его мех был слегка приглажен, глазки-бусинки блестели при свете настольной лампы, и ей казалось, что медвежонок улыбается.
   – Мамочка, кто это? И откуда ты его взяла? – радостно спросила Ульянка.
   – Солнышко моё, это мой старый давнишний друг Степан Потапович, попросту Стёпа, я сегодня отыскала его в чулане в старых вещах. Он очень хороший. Когда я была такая же, как ты, он рассказывал мне на ночь сказки. Я хотела бы тебе его подарить!
   И мама посадила Степана рядом с кроватью на стульчик.
   – Спасибо, мамочка, я тебя очень люблю, спокойной ночи! – проговорила шёпотом Ульяшка.
   – Спокойной ночи, дорогая, сладких снов, – так же тихо проговорила, уходя, мама, поцеловав дочку.
   Ульяна посмотрела на игрушку, потом осторожно взяла медвежонка на руки, и он что-то проскрипел ей.
   – Ну, здравствуйте, Степан Потапыч, как вы поживали всё это время?
   Медвежонок молчал и смотрел на неё своими блестящими глазками-бусинками.
   – Какой вы красивый и важный! Ну ладно, уже поздно, поговорим завтра, а пока что извините, я посажу вас на стульчик. Спокойной ночи! – и Ульяна накрылась одеялом, выпустив наружу только свой маленький носик.
   – Доброй ночи! – проскрипел Степан Потапович, немного поднялся на стуле на свои пушистые лапки, повернулся вправо, потом влево. – Ух, и засиделся же я! – проговорил он скрипуче нараспев.
   – Ой, кто это говорит? – спросила Ульяша.
   – Это я, Стёпа, – ответил нараспев медвежонок.
   – Ой, да ты умеешь разговаривать? – переспросила Ульяна, чуть присев на кровати под одеялом.
   – Ну конечно! – ответил он.
   – А давайте поговорим? – предложила Ульяна.
   – Нет, уже поздно, пора спать. Хочешь, я тебе расскажу сказку? Как когда-то рассказывал твоей маме, – спросил медвежонок.
   – Конечно, хочу, – ответила Ульяна, взяла медвежонка и посадила рядом с собой на подушку.
   – Вам так удобно будет? – опять спросила она его.
   – Если вас не затруднит, то вы ложитесь на подушку и закройте глазки, а я начну сказку.
   – А какую сказку вы мне расскажете? – переспросила Ульяна.
   – Я расскажу про голубую гусеницу, слушай.
   На самой красивой полянке, где росло много разных цветов, рос красивый кустарник с резными большими зелёными листочками. На этом кустарнике и жили гусенички – жёлтенькие, голубенькие, беленькие. Все гусенички утром ходили в школу. Да, да, и гусеницы тоже ходят в школу, им где-то надо учиться жизни.
   – Ну, слушай дальше, – сказал Стёпа. – Все гусенички, позавтракав вкусными, сочными листиками, сползались на самый большой и красивый листок. И красивый голубой мотылёк учил их всему, что знал сам. Он же тоже учился когда-то в школе. Все гусеницы сидели за маленькими партами и слушали Мотылька. И лишь одна самая маленькая голубая гусеничка сидела за партой и мечтала, глядя на белые пушистые облака, на голубое бездонное небо.
   – Послушай, дорогая, если ты не будешь меня слушать, то никогда не сможешь превратиться в бабочку, – сказал Мотылёк.
   – Ах, да, – вздохнула гусеничка. – Я очень хочу стать бабочкой и летать высоко-высоко в голубом небе, – и опять взглянула вверх на белые облака. Так она и сидела, пока не кончился урок. А остальные гусенички внимательно слушали важного Мотылька. Шло время, все помаленьку чему-то учились, а гусеничка всё мечтала и мечтала.
   Дни проходили быстро, минутки пролетали, день сменялся ночью. И вот однажды гусеничка приползла на большой зелёный листок и обнаружила, что за партами никто не сидит, важного учителя мотылька нет.
   «Что же мне делать? – подумала гусеничка. – Куда все подевались?» И она горько заплакала.
   – Я же тебе говорил, голубая гусеничка, учи уроки, слушай учителя, – проговорил знакомый голос, удаляясь ввысь. Гусеничка подняла заплаканные глазки и увидела удалявшегося мотылька. Она смотрела в голубую высь, на белые облака и горько плакала.

   – А что было дальше с голубой гусеничкой? – спросила Ульяна.

   – А потом гусеничка молча сползла по веточке вниз и наткнулась на серебристый домик улитки. Она осторожно постучалась и тихо спросила:
   – Тётушка Улитка, вы дома?
   Из домика осторожно выползла сонная улитка и покачала головой:
   – Чего тебе надо? Зачем ты меня разбудила?
   – Извините меня, тётушка Улитка, скажите мне, вы не знаете, как стать бабочкой? – спросила осторожно гусеничка.
   – Да что ты, не знаю, милая, не знаю, – и опять спряталась в свой домик.
   – Что же мне делать? Как же мне быть? – и она поползла дальше. На травинке сидела Божья коровка в своём красном сарафане с чёрными горошками, в красивой чёрной шапочке.
   – Тётушка, милая, подскажите мне, пожалуйста, как стать бабочкой, я так хочу стать бабочкой, летать в голубом небе!
   Божья коровка посмотрела на неё внимательно, покачала головой и тихо прожужжала:
   – Не знаю, милая, не знаю, – и улетела.
   – Что же мне делать дальше? – и гусеничка поползла на большую ромашку. Так прошло ещё несколько дней. Гусеничка всё сидела на ромашке и грустно смотрела в голубое небо.
   Солнышко ласково светило на полянку, заметив грустную голубую гусеничку, ласково погладило по голубой головушке. Ветерок ласково раскачивал белую ромашку. А в синем небе высоко летали красивые бабочки.
   «Что же мне делать? – думала гусеничка. – Как же мне стать бабочкой?»
   – Тебе необходимо напрясть много шёлковой тонкой нити, – сказал кто-то вверху прямо над её головой. – И свить себе лёгкий кокон. Когда окутаешься нитью с ног до головы, попробуй уснуть. Придёт время – я тебя разбужу!
   – А ты кто? – испуганно спросила гусеничка.
   – Посмотри наверх!
   Голубая гусеничка подняла головку и увидела вверху улыбающееся Солнышко.
   Гусеничка принялась за работу, она очень долго пряла тонкую шёлковую ниточку. Затем привязала к листочку и стала обматываться нитью. Она так устала, что в тёплом коконе тут же уснула. Вдруг гусеничка услышала тихий стук.
   – Соня, пора вставать, так всё проспишь!
   Голубая гусеничка потянулась, ей стало очень тесно. Она прогрызла дырочку своими маленькими острыми зубками, и через дырочку брызнул яркий свет. Она стала толкаться в коконе своими маленькими лапками, и кокон сломался.
   – Ой, уже утро, мне пора вставать и выползать на белый свет! Как же я долго спала…
   Она осторожно вылезла на знакомый листок и потянулась.
   – С добрым утром! – сказало солнышко. – Посмотри, что у тебя сзади на спинке?
   Гусеничка обернулась и увидела два прелестных голубых крылышка.
   – Ой, у меня крылышки! – и заплясала на листочке. – Спасибо, Солнышко!
   – Ну, я думаю, что ты не будешь больше лениться? – спросило Солнышко.
   – Нет! – ответила бабочка и взлетела ввысь.
   – И впредь постарайся, дорогая моя, слушать всех внимательно и учить заданные уроки. Ведь тебе придётся учиться в школе бабочек, – сказало Солнышко.
   – Спасибо, я буду помнить всё то, о чём вы мне говорили, я никогда не буду лениться!
   И бабочка улетела…

   – Спи, – сказал медвежонок и тоже заснул рядом на подушке с Ульяной…

   удожник: Янина Пахомова, 9 лет

Одуванчик Чик

   г. Кишинев, Молдова

   На свете существуют удивительные луговые цветы – одуванчики. Ещё издали видно, как светятся в траве их золотисто-жёлтые головки. В большинстве своём одуванчики живут общинами, потому что это очень дружелюбное растение. Цель их жизни – создание удивительных белых шаров, наполненных радостью, которой они спешат поделиться со всеми. Кто увидит хоть один цветок одуванчика, невольно улыбнётся этому маленькому солнцу на земле.
   Было это не так давно. На лугу возле леса росло много одуванчиков. Старые оду-ваны поговаривали о том, что где-то ещё есть Большой Мир, но сами ничего не могли рассказать о нём.
   Самым главным у них был дедушка Ван. Когда пришло время, у одуванчиков вместо жёлтой цветочной корзинки появились пушистые белые шары, состоящие из большого количества семян-летучек. Каждое семя хранило внутри себя искру радости. От дуновения ветра они разлетались в разные стороны, чтобы найти новые места обитания.
   Одно очень любопытное семя попросило ветер показать ему Большой Мир. Лёгкий ветерок закружил его и понёс ввысь.
   – Чик, – звали его сёстры и братья, – нельзя подниматься так высоко!
   Но Чик уже ничего не слышал. Ему было страшно, однако желание увидеть другой мир пересилило страх.
   Чику казалось, что он целую вечность парил высоко в небесах. Маленький и беззащитный, он долго летел над рекой, над большими кустами и множеством великанов-деревьев. «Вот он какой, Большой Мир, – подумал Чик. – Как он прекрасен!» Это чувство радостного полёта запомнилось ему навсегда.
   Наконец ветерок опустил парашютик Чика на красивую лужайку возле речки, где росли листья мать-и-мачехи. Ближе к лесу было много цветов белого клевера и голубых колокольчиков. Неподалёку от них тянулись к солнцу лиловые цветы мышиного горошка. Наш смелый путешественник оказался среди густой травы и чуть было не попал под лапку уточки Кря-Кря, которая шла с утятами на речку. Вскоре маленькое семя проросло, появившийся на свет одуванчик вырос и превратился в красивый жёлтый цветок.
   Подросли и утята. Уточка Кря-Кря часто останавливалась побеседовать с ним об утиных делах. Чик рассказывал, что мечтает о тех временах, когда здесь, на лужайке, будет расти много одуванчиков.
   – Разве такое возможно? Кря… Кря… Удивительно, – закрякала утка.
   – Конечно, возможно. Если ладно поработать, то через несколько лет вы не узнаете эту лужайку.
   – Ах, как бы дожить до тех времён, – снова прокрякала утка.
   Каждое утро с восходом солнца Чик раскрывал цветочную корзинку и первым делом желал всем доброго утра. Затем говорил себе: «Ну, Чик, принимайся за работу». Поэтому все вокруг называли его Нучиком.
   Он низко кланялся утреннему солнцу и просил обогреть землю, которая давала ему пищу. Дождик поил его. Нучик бережно собирал каждую капельку влаги и очень экономно её расходовал. Изо всех сил тянулся он вверх на своей стройной ножке и весь сиял, с каждым днём всё больше приближаясь к цели. Наконец-то, в одно тёплое солнечное утро, у Нучика созрел пушистый белый шар. Он попросил ветер помочь ему рассеять семена по всей лужайке. Разве мог ветерок отказать своему другу? От дуновения ветра заколыхались цветы и травы. В одно мгновение белый шар разлетелся на множество зонтиков-парашютиков, которые один за другим взлетали вверх, изливая вокруг искры радости.
   – Летите, летите! – закричал Нучик. – Прорастите новыми Оду… Ван… Чиками… Живите в мире и согласии со всеми живыми существами.
   Парашютики, услышав напутствие Нучика, медленно приземлялись на новые места жительства и просили землю помочь им побыстрее взойти. Наверно, очень сильным было желание Нучика и прекрасной его мечта, потому что все семечки-парашю-тики проросли.
   Теперь уточка Кря-Кря обходила стороной этот участок лужайки, чтобы не топтать маленькие ростки. Быстро подрастали Оду, Ван и Чики, и вскоре десятки ярких жёлтых головок засветились в траве. Труженицы-пчёлы радостно слетались собирать душистый нектар, неся в ульи плоды дневного труда. Так одуванчики приобрели новых друзей. Постепенно их цветы тоже превратились в белые шарики, наполненные хохолками-летучками, которые разлетались в разные стороны, ища новое место обитания.
   Нучик стал дедушкой. Его уважали и советовались с ним. Он много знал, видел Большой Мир и интересно рассказывал обо всём своим внукам и соседям. А те передавали его рассказы другим. Что из них было правдой, а что вымыслом, – остаётся загадкой. Так распространялась слава о подвигах старшего Нучика.
   Недалёко жила молодая семья одуванчиков. Это были его дети и внуки. В этой семье рос один непослушный маленький одуванчик, которого тоже звали Чик. Когда он чуть-чуть подрос, то совсем не захотел слушать о подвигах дедушки, чем очень его обидел.
   – Подумаешь, Большой Мир, а мне и здесь хорошо! Расти себе да грейся на солнце, – говорил он, а сам искоса поглядывал на растущую неподалёку гвоздичку.
   Однажды на лужайку пришли две девочки с козой Дашкой.
   – Ой! Смотри, сколько здесь одуванчиков, – радостно закричала маленькая девочка с двумя косичками.
   – Словно десятки маленьких солнц загорелись на лужайке, – подметила та, что постарше.
   «Ого, – подумал про себя одуванчик, – значит, я похож на солнце, а мне этого никто не говорил».
   – Мама, скажи мне, я – солнышко?
   – Конечно, – улыбнулась мама, – ты моё солнышко.
   Утром, едва только встало солнце, Чик проснулся, посмотрел на росинки, лежащие на листиках напротив него, и увидел в них своё отражение. Ещё не высохшие на Чике капли влаги сияли и переливались всеми цветами радуги. Действительно, он был подобен солнцу. Чик весь затрепетал от гордости.
   – Я солнышко, солнышко, солнышко, – запел он.
   – Нет, мой хороший, ты только маленькая частица его, – отвечала на это мама.
   – Нет! – рассердился Чик. – Я солнце, солнце! Я, я… такой же жёлтый, круглый и блестящий, как солнце.
   – Конечно, – поддержала его гвоздичка, – ваш Чик очень похож на солнышко.
   – Ну пусть так, – согласилась мама. – Но придёт время, у тебя появятся детишки, ты уже не будешь солнышком, а превратишься в белый пушистый шар.
   – Нет! Я не хочу в шар, – заупрямился Чик. – Я хочу всегда быть солнцем.
   – Малыш, послушай, во всём мире существует закон природы – дети должны расти, учиться, работать, а далее воспитывать уже своих детишек.
   – А я не буду никого воспитывать, я – сам по себе!
   – Если у тебя не будет деток, – сказала мама, – ты скоро останешься один – без друзей и родных. Одному жить скучно, трудно и опасно.
   Но наш маленький упрямец не хотел слышать маминых слов. Чувство гордости распирало маленького Чика, и ему стало казаться, что он, как и солнце, разбрасывает свои лучи в разные стороны.
   Чик подрастал. Его жёлтая корзинка всё больше увеличивалась и однажды ярко засветилась среди высокой травы. Поутру он любовался собой в капельках росы, а затем целый день рассказывал всем о своей красоте.
   – Я больше всех, значит, я здесь самое большое солнце.
   Родители с грустью смотрели на Чика, слушая его похвальбу. Неподалёку от дома Чика, под большим деревом у реки, жила семья гномов. Старый гном Линк, когда слышал хвастливые речи Чика, очень сердился и решил проучить хвастунишку. Он направился за помощью к самому главному Гному лужайки и рассказал ему о Чике.
   – Ты же знаешь, Линк, – сказал мудрый Гном, – что законы природы нельзя изменить. Хочет Чик или нет, это от него не зависит, он скоро превратится в большой белый шар, полный семян-парашютиков, которые должны будут расселиться на новых местах. Я могу ненадолго, на чуть-чуть, задержать рост Чика. В остальном нам поможет внучка бабушки Пелагеи – Зина, которая приходит на лужайку играть. Ты её знаешь, она всегда рвёт и ломает цветы.
   К обеду Зина пришла на лужайку позагорать. Она села на траву рядом с Чиком и стала плести венок из одуванчиков. Чик видел, как она один за другим срывала красивые жёлтые цветы. Одуванчики плакали – белые капли слёз вытекали из стеблей. Зина оборвала все цветы вокруг Чика и сплела из них большой венок. Чик дрожал, как осиновый лист, когда рука девочки тянулась за очередным цветком. Но она его не замечала, хотя у Чика была самая большая и яркая корзинка.
   Мудрый гном спрятал Чика под шапкой-невидимкой. А вокруг погасло много жёлтых солнышек. Теперь из травы торчали остатки голых стеблей с застывшими белыми слезами. А к вечеру на траве лежал брошенный девочкой венок. Цветы на нём завяли, закрылись золотые корзинки.
   Так Чик остался один.
   – Чик, – заплакала маленькая гвоздичка, – как мне было страшно! Я боялась, что девочка и меня заплетёт в свой венок и мне будет больно.
   – Ой! Какая ты трусиха. А мне совсем не было страшно, – тут же нашёлся Чик, который сам едва оправился от страха. – Чего ты расплакалась? Я остался один и теперь буду главным солнцем на лужайке.
   Вскоре гвоздичке надоело его хвастовство.
   – И никакое ты не солнце. У всех одно солнце. А ты просто хвастун.
   Гном Линк просил ветер, чтобы он расселял все летающие семечки-парашютики подальше от Чика. Теперь даже пчёлы пролетали мимо. Трудолюбивые и добрые, они никогда не дружат с хвастунами и лентяями. Утка Кря-Кря не поворачивала головы в его сторону. А гуси вообще обходили его. Даже некому было похвастаться своей солнечной красотой.
   Раньше, когда у Чика было много братьев и сестёр, соседей, все говорили друг другу: «Доброе утро! Спокойной ночи» и.т.д. А теперь никто, кроме гвоздички, не здоровался с Чиком.
   – Гвоздичка, скажи, почему они обиделись на меня? Всё равно я солнце, пусть самое маленькое. Я же вижу себя каждый день в капельках росы.
   – Нет, – отвечала ему гвоздичка. – Солнышко светит и греет, а от тебя сбежали все друзья. Разве от тепла и света убегают? Нет! У тебя холодное чёрствое сердце, – заплакала гвоздичка. Вскоре она завяла. Пришло время расселяться её деткам для будущей жизни.
   И только теперь, оставшись в одиночестве, Чик стал осматриваться. Он увидел кипевшую вокруг жизнь, которую раньше никогда не замечал. Пчёлы, жуки, пауки и муравьи трудились от зари до позднего вечера. Среди них не было ни одного отдыхающего, кроме него.
   Через два дня к вечеру началась гроза. Сильный ветер пригибал траву к самой земле. Чику ещё никогда не было так страшно и одиноко. Крупные капли дождя хлестали его со всех сторон. И он всё ниже и ниже наклонял корзинку, пока она совсем не легла на землю. Чику казалось, что уже никогда не наступит утро. Он так хотел, чтобы рядом была мама! Чик звал её, но никто не откликался на зов. Усталый и промокший одуванчик задремал на холодной и мокрой земле.
   Утром, когда выглянуло солнце, у Чика не было сил даже встать. Когда он поднял голову, то увидел в каплях влаги, что весь испачкан. К обеду грязь высохла на солнце, но его золотистый цветок оставался грязно-серым. И тогда Чик заплакал. Это были горькие слёзы раскаяния. Но их никто не увидел. Внезапно пошёл тёплый грибной дождь и смыл слёзы вместе с комочками налипшей грязи.
   Чистая голова Чика поднималась всё выше и выше навстречу солнцу. Он радостно закричал: «Добрый день, солнышко! Добрый день, друзья!» Вскоре дождь закончился, и Чик быстро обсох и засиял.
   Когда ласковый ветерок пронёсся над землей, Чик почувствовал необычайную лёгкость. Его жёлтая корзинка превратилась в воздушный белый шар. Он стал отцом. Мудрый гном отпустил приостановленное время, и в природе воцарился порядок.
   Чик ощущал новое, незнакомое ему чувство счастья. Ветер, разделяя его радость, закружился вокруг Чика, и десятки семян-парашютиков взлетели в воздух, словно фейерверк. Белоснежные хохолки разлетались в разные стороны и расселялись вокруг, обживая пустые места, чтобы все семена Радости, выращенные Чиком, проросли.

   Художник: Дмитрий Глазунов

Про то, как лесные жители Добро обидели

   г. Мурманск

   Случилось однажды несчастье в нашем лесу – пропало Добро.
   Обиделось оно на лесных жителей и спряталось.
   Потому что обижали все Добро, не ценили.
   За добрые дела «спасибо» не говорили.
   Без Добра – ох как тяжко в лесу стало.
   Ходят все хмурые и мрачные, ругаются друг на друга.
   «Ты, ручей, не так журчишь, больно громко, спать не даёшь», – кричала сорока. «Солнце светит слишком ярко, ветер дует слишком сильно», – ворчал зайчишка. «Всё пропало, всё не так», – ревел медведь из своей берлоги.
   А где же это видано, чтобы медведь летом в берлогу забрался?
   Поняли тогда лесные жители, что зря Добро обидели.
   Только где же его теперь отыскать?
   Попросили они у ветра помощи.
   Ветер в самые дальние уголки леса заглянул, нигде не нашёл.
   Вдруг увидел он, что из мышиной норки такой тёплый свет идёт, что душа радуется. Залетел ветер в норку к мышке и видит, что сидит она за столом, чай пьёт, а рядом Добро сидит и тоже чай пьёт. И всё такое доброе-доброе вокруг.
   «Возвращайся, Добро, в лес, нам без тебя плохо», – попросил ветер.
   А Добро – оно на то и Добро, чтобы обид не помнить.
   Вернулось в лес Добро, и жизнь в лесу гораздо лучше стала.

   Художник: Татьяна Осколкова, 11 лет

Лужица

   г. Запорожье, Украина

   Жила-была на свете лужа. Все вокруг любили её и звали ласково Лужица. Была она очень опрятная и всегда следила за собой. В воде никому не отказывала – хоть собаке бродячей попить, хоть воробьям искупаться – всегда пожалуйста. Лужа просила всех птиц приносить ей камешки и выстилала ими дно, чтобы вода была чистая и прозрачная. Лягушек она от зноя спасала, но селиться не позволяла – очень уж они шумные и неряшливые. Жил в луже большой старый Жук-плавунец, которого она приютила в засуху, – чистил дно и присматривал за порядком.
   Так и жила Лужица, радуясь солнышку, которое ярко блестело на её поверхности. Она не боялась зноя и засухи, не страшно было ей пересохнуть. В самом глубоком месте под большим камнем пробился к ней родничок. Лужица понимала, как ей повезло – от птиц и зверей слышала она жуткие истории о высохших лужах, выпитых досуха животными или вычерпанных людьми для полива.
   Дождику она тоже радовалась, но к ливням относилась с опаской. Дождик приносил новости и добавлял к её воде разные оттенки и ароматы. Ливневые потоки несли сор и грязь, заливали всё вокруг, и вот уже сама Лужица не могла понять – кто она и где она? Проходили дни, вода спадала, грязь оседала, и только тогда Лужица вновь становилась сама собой.
   А ещё у Лужицы была мечта – она хотела, чтобы в ней поселилась рыбка. Пусть самая маленькая! Тогда она, хоть и большая, но лужа, могла бы воображать себя озерком или хотя бы прудиком. От Жука-плавунца она знала, что рыба появляется из икринок, но где ей взять икринку? Ближайшее озеро далеко, старый Жук туда не долетел бы. А птицы не понимали, чего от них хочет Лужица…
   Так и жила она, мечтая потихоньку. Дни сменялись ночами, погожие дни ненастными. Лужа всё приводила себя в порядок – выравнивала дно, передвигала камешки и выплёскивала мусор на бережок, складывая его в аккуратную кучку. Мусор потом растаскивали птицы – кому гнездо строить, кто просто чистоту поддерживал на водопое.
   Однажды жарким днём Лужица заметила в небе двух чаек, они кружили, постепенно снижаясь… Одна из птиц держала во рту что-то маленькое, блестящее и явно живое! Вторая опустилась пониже, суетливо кружа и высматривая добычу в прозрачной воде. Лужа покрылась рябью, заволновалась. Мелкий камыш, росший по берегам, зашумел. Лужица поняла, почувствовала, что в клюве у чайки зажата рыбка! Больше всего на свете хотела она, чтобы птица выронила рыбку в воду! Уж она-то сумела бы спрятать, защитить её от хищных птиц! Ближняя чайка издала разочарованный крик, не увидев в воде добычи, и Лужица замерла от страха, что птицы улетят. Она с силой заиграла, заплескала волнами, устраивая водовороты и поднимая со дна вихри песка – словно в воде резвились стайки рыбок. Жадные птицы громко закричали и ринулись вниз. А в воздухе, сверкая на солнце серебряной чешуёй, падала маленькая рыбка! Упустившая её чайка опомнилась и у самой воды почти схватила рыбёшку, но Лужица, испугавшись своей ярости, так плеснула волной в птицу, что та в испуге умчалась прочь.
   Рыбка плашмя шлёпнулась в воду, подняв фонтанчики брызг, погрузилась, всплыла животом вверх, да так и осталась плавать на поверхности… Жабры её не двигались, плавнички тоже… Наверное, она слишком долго пробыла на воздухе и уснула… Или чайка слишком помяла её? Жук пытался утешить Лужицу, но она была безутешна… Подумать только – её мечта почти сбылась! Она баюкала в своих нежных водах маленькую рыбку, вот только та никак не просыпалась…
   Пришёл вечер, за ним ночь. Плавунец уполз в норку, а Лужица, устав горевать и оплакивать рыбку, задремала, нет – забылась пустым и печальным сном. Ей ничего не снилось, поверхность воды была неподвижной. Прибрежный камыш скорбно замер в безветренном ночном воздухе. Ночные птицы молчали, боясь разбудить Лужицу, понимая, что пробуждение вернёт ей боль утраты. Печальная Луна посмотрела вниз и, словно устыдившись своего сияния, закрылась мохнатыми тучами.

   Художник: Наталья Грановская, 8 лет

   Тихое пасмурное утро было особенно грустным. Лужа застыла, будто камень, и лишь лёгкий туман, стелившийся над водой, убеждал в обратном. Лужица не хотела жить – слишком тяжёлой оказалась утрата мечты…
   Вдруг поверхность камня слегка дёрнулась, раз, другой, третий подряд, мелко-мелко. «Дождик, – подумала Лужица сквозь сон, ощутив привычную щекотку. – Что он принёс в этот раз, какие новости?» Первый раз за всё время она не рада была Дождику, ничему и никому вокруг не рада. Но Дождик не унимался, теребил её всё сильней. Лужица гневно проснулась и… изумлённо замерла… Дождя не было и в помине! А у южного бережка, где рос самый густой камыш, деловито сновала в воде живёхонькая рыбка!

Листочек

   Республика Татарстан

   Художник: Дарья Шамигулова, 11 лет

   – С днём рождения!!! – зашелестели листья на дереве, поздравляя только что распустившийся листочек.
   – Вот и ты наконец-то к нам присоединился, раскрывшись из почки, – добавил к шелесту один из листьев.
   – Меня зовут Зелёнка, – нежным голоском представилась соседка-листочек. – А тебя как?
   Тут листья, что помоложе, стали тоже представляться, называть свои имена.


   Новорождённый смотрел на них, пытаясь разобрать слова, но пока ему это не удавалось. Тогда он переключился на созерцание окружающего мира, который казался шумным, ярким, просторным и манящим. Разнообразие звуков из автомобильных клаксонов, щебета птиц, голосов проходящих людей и шелеста листьев вызывало у него какое-то необыкновенное ощущение. Ведь до недавнего времени всё было совсем иначе: тихо, темно и спокойно жилось внутри почки.
   – Тихо-тихо, соседи! Что-то вы расшумелись, – угомонил всех самый крупный лист.
   – Это наш Старейшина, – шёпотом пояснила малышу Зелёнка.
   Листочек хотел было поинтересоваться, кто такой Старейшина, но решил сделать это чуть позже, потому как сейчас ему очень хотелось спать. Он так вымотался от всего происходящего, да ещё и солнечные лучи пригревали его, погружая в сонное состояние. Поутру он проснулся от мокрых прикосновений капель дождя. Это был тёплый, лёгкий весенний дождик.
   – Бр-р-р! – отряхнулся листочек. – Зачем нужна эта вода с неба? – проворчал он.
   – А мне нравится дождик, – улыбаясь, пролепетала Зелёнка. – Я после него подрастаю и становлюсь ещё красивее, – смущённо добавила она.
   – Фи-и-и!
   – И вообще, дождь питает землю, а из неё, в свою очередь, все растения с наслаждением насыщаются влагой.
   – Ну и пусть! А мне всё равно не нравится! И почему я не на нижней ветке? Вот тем листьям, – указал он вниз, – видишь, как им хорошо? На них почти не попадает этот ваш дождь! – продолжал он ворчать.


   – Нет, там не так хорошо, как ты думаешь! Может, на них и попадает меньше дождя, но там опаснее, – присоединился к разговору соседний листочек. – Мало того, что их уничтожают всякие там гусеницы, букашки, бе-е-е, – передёрнуло его от неприятных мыслей, – так ещё и люди срывают, пыли на них больше садится, да и звёзд им почти не видно, – добавил он.
   – Кстати, знакомься – это Звездочёт, – представила нового собеседника Зелёнка.
   – Как зовут?!! – усмехнулся листочек.
   – Звез-до-чёт, – повторила по слогам она.
   – Ха-ха-ха! Ну и имечко! Кто только имена вам такие даёт? Зелёнка, Звездочёт… ещё кто у вас тут есть? – продолжал насмехаться листочек.
   – И ничего здесь смешного нет. Мне дали это имя, потому что я люблю смотреть на звёздное небо. А Зелёнку назвали так, потому что она у нас самая зелёненькая и красивая из всех девчонок на дереве. А имена нам даёт Старейшина, и, между прочим, очень соответствующие. Вот ещё посмотрим, как тебя он назовёт!
   На этом их дискуссия закончилась, никто из них не хотел продолжать общение.
   Всё утро листочек думал об именах, мысленно пе ребирая, какое бы ему подошло, но ничего достойного себя он не нашёл.
   – Этот Старейшина уж точно не придумает для меня нормальное имя, – бурчал он себе под нос.
   Дождливое утро сменилось солнечным весенним днём. В воздухе витали ароматы свежести, птицы щебетали, напе вая незатейливые мелодии. Солнечные лучики, играя на листьях, задавали им хорошее настроение. Вот и потянулись они снова к листочку знакомиться и поочерёдно стали называть свои имена. Каждый произносил своё имя с особой гордостью! Среди них были:
   Любознайка, Тихоня, Весельчак, Непосе да, Почемучка, Лапочка, Принцесса… по ходу знакомства листочек всё не переставал посмеиваться над именами соседей, особенно досталось Трусишке и Молчуну. Но Трусишку он ещё и пугал периодически, резко выкрикивая в его сторону: «БУ!!» – от чего тот, в свою очередь, вздрагивал, а иногда даже плакал.
   Так за хулиганскими проделками прошёл день. На город опустилась ночь, погружая всё в тишину. Не было слышно ни пения птиц, ни голосов людей, ни шума проезжающих машин. Лишь только листья на деревьях посапывали и похрапывали во сне в ночной тиши.
   В эту ночь листочку отчего-то не спалось.
   – И отчего я не расту на каком-нибудь дереве, например, возле железнодорожного вокзала. Вот там и днём и ночью люди, всегда интересно, а здесь… эх! Даже пона блюдать не за чем. Тишина и покой! Скука болотная! – по привычке ворчал листочек, бубня себе под нос.
   Наступившее утро должно было стать для него знаменательным – ему собирались дать имя. Листочек даже немного волновался.
   – Дорогие соседи! Сегодня у нас с вами очередное важное событие. Нам предстоит дать имя нашему молодому листочку, – торжественно начал речь Старейшина. – Я жду от вас предложений с именами, которые бы ему подошли.
   Все притихли, переглядываясь между собой, и никто не изъявлял желания высказать свои предложения с именами, так как этот малыш со своим постоянным ворчанием им совсем не нравился.
   – Ну что же вы молчите? Я вас даже не узнаю. Всегда такие активные, а тут…
   «Это они все притихли потому, что никто не может подобрать достойного меня имени», – подумал гордо листочек.
   И неожиданно для всех взял слово Молчун:
   – Я думаю… По-моему, м-м-м… для него самое подходящее имя «Ворчун».
   – Какое?! – возмутился листочек. – Ворчун?! Вот невиданная наглость!!!
   Тут все зашептались, одобрительно кивая и поочерёдно высказываясь, что листочек действительно постоянно ворчит и это имя ему как нельзя лучше подходит.
   И тогда Старейшина произнёс:
   – Ну, Молчун, вижу, с тобой все согласны. Надо сказать, что я тоже, наблюдая за ним, заметил эту черту характера. И если больше ни у кого нет других предложений, то я нарекаю нашего нового товарища «Вор-чу-ном»!
   Листочек, получивший вдруг такое имя, потерял дар речи.
   Но совсем скоро он и сам заметил, что его имя очень ему подходит. Как ни прискорбно было это осознавать, в то время, когда его соседи наслаждались каждым днём и мирно общались между собой, он всё время был чем-то недоволен и ворчал, ворчал, ворчал… то ему не нравилась гроза: гром слишком громко гремит, дождь слишком холодный, молния уж больно яркая, – то городской шум: люди мельтешат, машины гудят, пыль столбом… И вообще он всё чаще и чаще смотрел в небо, засматриваясь на полёт птиц, и завидовал их свободе.
   Шло время. Лето плавно переходило в осень. Некоторые листочки начали менять свой привычный зелёный наряд. Кто-то облачился в золотые, кто-то в красные одежды.
   Жизнь шла своим обычным чередом.
   Звездочёт любовался по ночам звёздами, Молчун с той поры практически снова не разговаривал, Трусишка всё так же вздрагивал от каждого шума, Воображуля, как всегда, хвасталась своим нарядом, сменившимся теперь на ярко-оранжевый и казавшимся ей самым красивым. Но никто из них, кроме Зелёнки, так и не подружился с Ворчуном. Лишь одна Зелёнка могла выслушивать его бесконечное ворчание, брюзжание. Да и он сам не изъявлял желания ни с кем общаться. Его вполне устраивала дружба с девочкой по соседству, тем более с такой красотулькой.
   И вот во время очередной беседы Ворчун поделился с Зелёнкой своей заветной мечтой – летать, как птицы, свободно и независимо, туда, куда пожелается. Увлекшись наблюдением за полётом птиц, он пытался повторить взмах их крыльев, представляя в своём воображении потрясающее ощущение полёта. И тут лёгкий осенний ветерок вдруг сорвал его с ветки. И Ворчун с восторгом воскликнул:
   – Зелёнка! Смотри! Я лечу! Я по-настоящему лечу-у-у!!!
   Зелёнка улыбнулась своему другу и помахала вслед. А затем загрустила. Ведь она прекрасно понимала, что этот полёт совсем не как у птиц, а всего лишь закон природы: осенью все они рано или поздно опадают, чтобы деревьям зимой было легко. И в ближайшее время её друга Ворчуна вместе с другими опавшими листьями просто подметёт какой-нибудь дворник.
   Но тем не менее она впервые увидела, как её друг искренне радовался и был абсолютно всем доволен.
   Зелёнка грустила весь день. А в голове всё звучали слова Старейшины: «Жаль, что некоторые так и проживают всю свою жизнь, не сумев оценить радости каждого мгновения жизни».

   ОТ АВТОРА:
   Надо уметь ценить и довольствоваться каждым мгновением жизни, несмотря ни на какие трудности.

Шарик, Ниточка и Записка с Добрыми пожеланиями

   г. Сатка, Челябинская область

   Коле на Новый год вместе с игрушками положили под ёлку красный воздушный шарик. Когда его наполнили воздухом и перевязали ниточкой, он горделиво взлетел выше люстры, к самому потолку. Пренебрежительно оглядывая с высоты всех, кто внизу, воздушный шарик восхищался своим отражением в окне:
   – Как я великолепен! Как красив! Как восторженно все смотрят на меня! Любуйтесь! Любуйтесь мной! Уж вам-то никогда не взлететь так высоко! Ах, если бы не эта досадная чёрная ниточка, которую зачем-то привязали ко мне… Она портит всё моё великолепие. Была бы по крайней мере шёлковая, или красная, как я. А то простая чёрная нитка. Фи!
   Как бы от неё отвязаться?
   Ниточка посмотрела на себя, и ей стало стыдно, что она своим невзрачным видом портит великолепие такого красивого воздушного красного шара. Она потихоньку отвязалась от шарика, и он радостно взмыл под самый потолок.
   «Вот теперь я выше всех – ш-ш-ш…» – успел подумать заносчивый шарик, пока воздух выходил из него. Сдувшийся шарик упал за книжный шкаф и лежит там, вспоминая, как он был великолепен и красив.
   А ниточку подобрала бабушка, у бабушек никогда ничего не пропадает, и пришила на неё оторвавшуюся пуговицу к папиному пиджаку. Теперь ниточка ходит вместе с папой на работу.
   Весной, перед праздниками, бабушка заявила, что она будет «генералить».
   Коля удивился. Он представил себе бабушку в генеральской форме, с золотыми погонами и большим пистолетом на боку, но потом сообразил, что «генералить» – это не значит разгуливать в красивой форме по дому и всеми командовать. «Генералить» – это значит делать большую уборку в квартире, чтобы ни одна соринка и ни одна пылинка не остались в доме.
   – Мне нужна грубая мужская сила, чтобы передвинуть мебель, – сказала бабушка. – А убираться ко мне девочки придут, и Г аля поможет.
   Галя – это Колина мама, если кто не знает.
   Папа вздохнул, но сказал, что он всегда готов. А Коля обрадовался. Он вспомнил прошлогоднюю генеральную уборку – было весело.
   Назавтра все проснулись рано, быстренько перекусили – и началось!
   Сначала освободили книжный шкаф. Книги сносили в бабушкину комнату.
   – Эх, дубинушка, ухнем! Эх, зелёная, сама пойдёт! – приговаривал папа, налегая на шкаф.
   Коля засмеялся. Папа такой большой, а не знает, что шкаф – это он! Мужского рода! А родимая – женского рода! Это даже первоклассники знают! И книжный шкаф у них вовсе не зелёный, а коричневый.
   А папа сказал, что это слова из песни, а хорошая песня нам строить и жить помогает. А тот, кто с песней по жизни шагает, тот никогда и нигде не пропадёт! И посоветовал Коле намотать это на ус. На какой ус? У Коли отродясь и усов-то никаких не было.
   Но он не стал спорить и покладисто сказал, что когда у него вырастут усы, он обязательно намотает на них хорошую песню. Все засмеялись, а Коля обрадовался, что он поднял всем настроение.
   – Хватит бездельничать! Давайте работать! – вспомнила бабушка о своих «генеральских» обязанностях.
   Все дружно навалились на шкаф и вытолкнули его на середину комнаты.
   Коля обернулся посмотреть, какое расстояние проехал шкаф, и увидел в углу грязный серый комочек.
   Что бы это могло быть? Он поднял комочек, разглядывая его.
   – Что, Коля, не знаешь, что это такое? – спросила, улыбаясь, бабушка.
   Коля встряхнул комочек и увидел, что это сдутый воздушный шарик.
   – Фу, какая гадость! Выбрось это немедленно в мусорное ведро! – сказала мама.
   Но Коля не захотел выбрасывать шарик. Он вспомнил, как был великолепен, как был красив воздушный шар ярко-красного цвета. Как горделиво покачивался он под самым потолком.
   А бабушка сказала, что если Коле жалко выбрасывать шарик, то он может помыть его с мылом и потом надуть.
   Коля помыл на три раза шарик с мылом и положил сохнуть.
   Почему на три раза? А чтобы чище было.
   Когда его наполнили воздухом и перевязали ниточкой, шарик взлетел к потолку. Но не было в нём уже той горделивости, того великолепия, что было раньше. Шарик словно стыдился себя и всё норовил отвернуться от всех. Но если ты круглый, прозрачный и на тебе ничего не нарисовано, то, как ни отворачивайся, всё равно бесполезно.
   – А давайте его выпустим на волю! Что ему тут с нами быть… Пусть все дети порадуются, когда шарик полетит над городом. И малюсенькую записочку привяжем с пожеланиями добра всем людям. И если кто шар поймает, то пусть дополнит его воздухом и отпустит дальше лететь. А может, ещё что своё доброе припишет, – предложил папа.
   Все очень обрадовались такому предложению. Коля принёс свой школьный рюкзачок, но мама сказала, что у неё имеется очень лёгкая и тонкая бумага, называется калька, и несмываемая тушь красного цвета. Вдруг шарик под дождь попадёт?
   Шарик, видно же по нему было, тоже обрадовался. Он расправился и стал больше и круглее.
   Это Коля заметил, но не стал никому говорить, чтобы не смущать его.
   Мама тонким пером очень красиво написала:
   «Мы желаем добра всем-всем людям. А у кого шарик опустится, пожалуйста, поиграв с ним, надуйте его воздухом и отпустите, пусть летит дальше с добрыми пожеланиями всем людям на свете.
   Мы».
   Записку привязали к ниточке и выпустили шарик в окно. Озорной весенний ветерок подхватил их и понёс над городом. Люди поднимали головы, и лица их светлели, а дети радостно кричали и махали Шарику, Ниточке, Записке и Ветерку.
   Шарик всё время смотрел на Ниточку, боясь, что она отвяжется. Но ему всё ещё было стыдно за свою гордыню на Новый год, и поэтому он всё время просил, чтобы она покрепче держалась за него, а то Записка упадёт.
   Шарик беспокоился о Ниточке, а она летела под облаками, радовалась полёту и думала о том, как хорошо устроен мир.
   Ведь без неё Шарик не сможет подняться в воздух. Но без Шарика и Ниточка вряд ли когда-нибудь смогла бы полететь и увидеть, как велика и прекрасна наша земля.
   А Записка летела и радовалась полёту. Радовалась, что вместе с ней летят Добрые Слова ко всем людям на свете.
   Может, и ты видел Шарик, Ниточку и Записку? А может, они даже опускались к тебе во двор? Не опускались? Не беда!
   Возьми и напиши записку со своими добрыми пожеланиями ко всем людям на свете. Надуй шарик – красный, синий, зелёный или того цвета, который нравится тебе. Привяжи к нему ниточку со своим посланием и отпусти его в небо.
   И когда-нибудь и у тебя во дворе приземлятся Шарик, Ниточка и Записка с Добрыми Пожеланиями тебе и твоим друзьям.