Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Аргентинские ученые обнаружили, что виагра помогает хомячкам справляться с разницей во времени после длительных перелетов на 50 \% быстрее.

Еще   [X]

 0 

Бог стал человеком, чтобы человек стал богом ((Капсанис) Георгий)

В эту книгу вошли расшифрованные магнитофонные записи бесед, которые в разное время были произнесены автором в городах Греции по просьбе местных правящих архиереев.

Год издания: 2012

Цена: 59.9 руб.



С книгой «Бог стал человеком, чтобы человек стал богом» также читают:

Предпросмотр книги «Бог стал человеком, чтобы человек стал богом»

Бог стал человеком, чтобы человек стал богом

   В эту книгу вошли расшифрованные магнитофонные записи бесед, которые в разное время были произнесены автором в городах Греции по просьбе местных правящих архиереев.


Георгий (Капсанис), архимандрит Бог стал человеком, чтобы человек стал богом

   ПО БЛАГОСЛОВЕНИЮ

   Святейшего Патриарха Московского
   и всея Руси
   АЛЕКСИЯ II

Обожение как цель человеческой жизни

Предисловие

   Чтобы не скрыть от наших братьев – православных христиан – цели нашей жизни, ради чего мы были сотворены.
   Чтобы стало ясно, что единственно православным пастырством является то пастырство, которое приводит к обожению, а не те западные образчики пастырства, которые преследуют цель этического совершенства человека без благодати Божией.
   Чтобы все мы желали лучшего и подвизались ради высшего и того единственного, что может утолить глубинную жажду души по Абсолюту – Троичному Богу.
   Чтобы исполниться нам признательности к своему Творцу и Зиждителю за великий Его дар – обожение по благодати.
   Чтобы ощутить незаменимость нашей святой Церкви – обители здесь, на земле причастия обожения.
   Чтобы были явлены величие и истина нашей православной веры, единственной веры, научающей нас обожению и подающей его нам – ее членам.
   Чтобы получили утешение наши души, которые хотя и отравлены и омрачены грехом, однако жаждут света лица Христова.
   Милостивый Господи, благоволи в Своей безмерной любви сподобить нас встать на путь обожения прежде, нежели мы отойдем из сего временного мира.
   Милостивый Господи, приведи к поиску обожения наших православных братьев, не имеющих радости, потому что не ведают они величия своего призвания как «призванных быть богами».
   Милостивый Господи, настави стопы инославных христиан к познанию Твоей истины, дабы не остались они вне Твоего чертога, лишенные благодати обожения.
   Милостивый Господи, помилуй нас и мир Твой! Аминь.

Обожение как цель человеческой жизни

   Вопрос о цели нашей жизни очень важен, потому что касается серьезнейшей человеческой проблемы: ради чего живем мы на земле? Если человек решит его для себя правильно, если он найдет свое подлинное предназначение, тогда может относиться правильно и к частным повседневным вопросам своей жизни, к таким как отношения с другими людьми, учеба, работа, брак, рождение и воспитание детей. Но если вопрос будет решен неправильно, тогда человеку грозит неудача и в частных вопросах. Ведь правда, какой смысл будут иметь частные цели, когда вся жизнь человека в целом не имеет никакого смысла?
   Уже в самой первой главе Священного Писания говорится о цели нашей жизни, когда священный писатель рассказывает нам о том, что Бог сотворил человека по образу и подобию Своему (см. Быт. 1, 26; Быт. 5, 3). Так мы удостоверяемся в великой любви к человеку Бога в Троице. Он не желает, чтобы человек был простым существом с некими дарами, некими качествами, немного возвышаясь над остальным творением. Он желает, чтобы человек был богом по благодати.
   «По образу» – означает те дары, которые Бог дал лишь человеку, выделив его из всех Своих творений, чтобы он был Его образом. Эти дары суть следующие: словесный ум, совесть, свободная воля, то есть свобода, творческая способность, любовь к Богу и стремление к Нему, личное самосознание и все то, что делает человека выше всего остального мира живых существ, делает его человеком и личностью. То есть все то, что делает человека личностью, есть дары, входящие в понятие «образа Божия».
   Имея образ Божий, человек призван стяжать и подобие Божие, то есть обожение. Творец, будучи Богом по природе, призывает человека стать богом по благодати.
   То есть человек был одарен Богом даром Его образа, чтобы взойти очень высоко, достичь подобия своего Творца и Бога, обладать не внешней, нравственной связью с Ним, а личной связью со своим Творцом.
   Возможно, очень смело даже говорить и думать о том, что цель нашей жизни – стать богами по благодати. Однако Священное Писание и отцы Церкви не скрывали этого от нас.
   К сожалению, этого не знают не только те люди, которые находятся за оградой Церкви, но и многие из тех, кто в Церкви. В лучшем случае они думают, что целью нашей жизни является нравственное совершенство: стать хорошими людьми. Но Евангелие, предание Церкви и святые отцы передают нам, что цель нашей жизни не в этом. То есть не в том, чтобы стать лучше, чем мы есть, нравственнее, справедливее, воздержнее и внимательнее. Все это должно быть. Но это не та великая и конечная цель, ради которой наш Творец и Создатель сотворил человека. Какова же эта цель? – Обожение, то есть единение человека с Богом, не внешним и чувственным образом, а онтологически, в действительности.
   Так высоко ставит человека православная антропология. Если сравнить антропологию всех философских, общественных и психологических систем с антропологией православной, то мы легко увидим, насколько бедна первая антропология, насколько она не соответствует великой жажде человека чего-то большего и истинного в его жизни.
   Раз человек – это «призванный бог», раз он сотворен для того, чтобы стать богом, то, находясь вне пути к обожению, он ощущает пустоту внутри себя, ощущает, что идет не туда. Причем попытки прикрыть эту зияющую пустоту разнообразной деятельностью не приносят радости. Можно усыпить самого себя, создать вокруг себя фантастический и одновременно убогий мир, маленький, ограниченный, замкнутый на самом себе. Можно так организовать свою жизнь, чтобы почти никогда не оставаться в спокойном состоянии, наедине с собой. Человек благодаря шуму, физическому напряжению, телевидению, радиоприемнику, непрестанному потоку любой информации как под воздействием наркотиков может впасть в забытье, не думать, не переживать, не вспоминать о том, что идет не туда, о том, что сбился с пути, ведущего к цели.
   Но нет покоя бедному современному человеку, доколе не обретет он нечто иное, то действительно высшее, что есть в его жизни, поистине прекрасное и творческое.
   Может ли человек соединиться с Богом? Может ли он общаться с Ним? Может ли он стать богом по благодати?

Вочеловечение Бога – причина обожения человека

   В дохристианские времена было много мудрых и добродетельных людей. К примеру, древние греки достигли высот философии, любомудрствуя о благе и о Боге. Их философия имела в себе семена истины, так называемый «семенной логос». Причем они были очень религиозными людьми, совсем не безбожниками, как пытаются их представить некоторые наши несведущие в том современники. Конечно, они не знали истинного Бога, они были идолопоклонниками, однако благочестивыми и богобоязненными. Поэтому те педагоги, учителя, политики или политические деятели, непоследовательные по отношению к памяти своего эллинского рода, которые предпринимают попытки извергнуть из души нашего благочестивого народа веру в Бога, конечно, без согласия на это самого народа, дерзают на хулу, в древнем значении этого слова. Они, по сути, дерзают разгречить наш народ, потому что предание греков, нашей античной, поздней и новейшей истории заключается в благоговении и почтении по отношению к Богу. Именно это и было фундаментом и базисом всего греческого вклада в мировую культуру.
   Сквозь всю философию античных греков сквозит ностальгия по неведомому Богу, по опыту соприкосновения с Ним. Они были верующими, благочестивыми людьми, но не имели подлинного, законченного знания о Боге, не имели общения с Богом. Обожение было невозможным.
   В Ветхом Завете тоже были праведные и добродетельные люди. Но полное единение с Богом, обожение, возможно, достижимо лишь при воплощении Бога Слова.
   Это и есть цель вочеловечения Бога. Если бы цель жизни человека заключалась лишь в нравственном совершенстве, но не было бы нужды приходить в мир Христу, не нужно было бы всей истории Божественного домостроительства, воплощения Бога, Креста, смерти и воскресения Господня – всего того, что было сделано Христом и во что мы как христиане веруем. Человеческому роду, чтобы стать нравственнее, было бы достаточно пророков и философов, праведников и учителей.
   Мы знаем, что Адам и Ева были увлечены диаволом и захотели стать богами, но не вместе с Богом, не со смирением, послушанием и любовью, а опираясь на свои силы, на свою волю, эгоистически и самостоятельно. Сущностью падения, таким образом, был эгоизм. Став эгоистичными и признав себя самодостаточными, они отлучили себя от Бога и вместо обожения получили обратное – духовную смерть.
   Как говорят отцы Церкви, Бог – это жизнь. Отлучающий себя от Бога отлучает себя от жизни. Значит, смерть и духовная мертвость, то есть физическая и духовная смерть, были результатом преслушания праотцов.
   Все мы знаем о последствиях падения. Отлучение от Бога ввергло человека в плотскую, скотскую и демоноподобную жизнь. Светлое творение Божие стало глубоко больным, почти мертвым. Образ Божий омрачился. Человек после падения не имеет тех предпосылок, которые имел до греха. Он не может продвигаться по пути обожения. В таком состоянии тяжелой болезни, почти мертвый, он не может вновь обратиться к Богу. Человечество нуждается в новом корне. Нужен новый человек, который был бы здоровым и мог вновь обратить свободу человека к Богу.
   Этим новым корнем, новым человеком является Богочеловек, Иисус Христос, Сын и Слово Божие, Который воплощается, чтобы стать новым корнем, новым началом, новой закваской человечества.
   Воплощением Слова, как говорит святитель Григорий Богослов, осуществляется второе общение Бога и людей. Первое общение было в раю, но было расторгнуто. Человек отлучил себя от Бога. Теперь всеблагой Бог устроил иное, второе общение, то есть единение Бога и людей, расторгнуть которое уже невозможно. Потому что это второе общение Бога и людей осуществляется в лице Христа.
   Богочеловек Христос, Сын и Слово Бога и Отца, имеет два совершенных естества, две совершенные природы: Божественную и человеческую. Эти две совершенные природы соединяются «непреложно, неслитно, неразлучно и нераздельно» в едином Лице Христа, согласно знаменитому определению святого Четвертого Вселенского Собора в Халкидоне. Это определение является во Святом Духе кратким богословским всеоружием нашей Православной Церкви против всякого рода христологических ересей всех веков. Итак, у нас один Христос в двух естествах – Божественном и человеческом.
   Теперь уже человеческая природа благодаря ипостасному (личностному) единению двух природ во Христе окончательно соединена с Божественной природой. Потому что Христос – вечный Богочеловек. Как Богочеловек, Он вознесся на небо. Как Богочеловек, Он восседает одесную (по правую руку) Отца. Как Богочеловек, Он придет судить мир во Втором Пришествии. Значит, теперь человеческая природа возведена на престол в недрах Святой Троицы. Теперь ничто не может отлучить человеческую природу от Бога. Поэтому теперь, после воплощения Господня, сколь грешными людьми мы бы ни были, сколько бы мы ни отлучали себя от Бога, если мы пожелаем в покаянии вновь соединиться с Ним, можем этого достигнуть. Мы можем соединиться с Ним и стать богами по благодати.

Вклад Богородицы в обожение человека

   Господь наш Иисус Христос дает нам эту возможность – соединиться с Богом и вернуться к той первоначальной цели, к которой предназначил человека Бог. Поэтому Священным Писанием Он возвещается как Путь, Дверь, Добрый Пастырь, Жизнь, Воскресение и Свет. Он – Новый Адам, исправляющий ошибку первого Адама. Первый Адам своим непослушанием и эгоизмом отлучил нас от Бога. Второй Адам, Христос, Своей любовью и послушанием Отцу, послушанием до смерти – «и смерти крестной» – снова приводит нас к Богу. Он снова обращает к Богу нашу свободу, дабы, принеся Ему свободу, мы обрели единство с Ним.
   Но дело нового Адама предполагает и дело новой Евы – Богородицы, которая бы тоже исправила ошибку ветхой Евы. Ева подтолкнула Адама к преслушанию. Новая Ева, Богородица, содействует тому, чтобы воплотился новый Адам, Который приведет человеческий род в послушание Богу. Поэтому Госпожа Богородица как первая человеческая личность, достигшая обожения, исключительным и, разумеется, неповторимым способом сыграла в деле спасения не просто главную роль, а роль необходимую и незаменимую.
   Если бы Богородица не принесла Богу Свое послушание и Свою свободу, то, как считает святой Николай Кавасила, великий богослов XIV столетия, Она бы не сказала Богу «да» и Бог не смог бы воплотиться. Ибо Бог, давший человеку свободу, не смог бы ее преступить. Он не смог бы воплотиться, если бы не нашлось столь чистой, всесвятой и непорочной души, как Богородица, которая отдала бы целиком Свою свободу, Свою волю, всю Себя Богу, чтобы привлечь Его к Себе и ко всем нам.
   Мы многим обязаны Богородице. Поэтому Ее так почитает и так благоговеет перед Ней Церковь. Поэтому святитель Григорий Палама, подводя итог святоотеческого богословия, говорит, что Богородица после Святой Троицы стоит на втором месте, что Она – бог после Бога, граница между тварным и нетварным. Она «предстоит впереди спасающихся», по прекрасному выражению богослова нашей Церкви. А преподобный Никодим Святогорец, этот новый и незаблудный светильник и учитель Церкви, говорит, что даже сами ангельские чины просвещаются тем светом, который воспринимают от Богородицы.
   Поэтому Церковь наша похваляет Ее как «честнейшую Херувим и славнейшую без сравнения Серафим».
   Воплощение Слова и обожение человека – это великое таинство нашей веры и нашего богословия.
   Православная Церковь переживает это ежедневно в своих Таинствах, в своей гимнологии, иконах, во всей своей жизни. Об этом свидетельствует даже архитектура православного храма. Купол храма, в котором изображен Вседержитель, символизирует нисшествие неба на землю, то, что Господь «преклонил небеса и сошел», что Бог стал человеком «и обитал с нами», как пишет евангелист Иоанн (см. Ин. 1,14).
   И поскольку Он стал человеком благодаря Богородице, то мы изображаем Ее на апсиде алтаря, чтобы показать, что через Нее Бог приходит на землю и к людям. Она – «лествица, Еюже сниде Бог» и снова «приводящая от земли на небо», ширшая небес, вместилище Невместимого, ради нашего спасения вместившая в Себя невместимого Бога.
   Потом наша Церковь показывает обоженных людей, тех, кто стал богами по благодати, потому что Бог стал человеком. Поэтому в наших православных церквях мы можем изображать не только лишь воплотившегося Бога – Христа и Его Пречистую Матерь Госпожу Богородицу, но и святых, стоящих вокруг Вседержителя и ниже Него. На всех стенах храма мы изображаем последствия воплощения Божия: святых и обоженных людей.
   Значит, едва лишь войдя в православный храм и увидев прекрасную роспись, мы получаем опыт: научаемся тому, что есть дело Божие, сделанное для человека, и какова цель нашей жизни.
   Все в Церкви говорит о воплощении Бога и обожении человека.

Церковь – место обожения человека

   Нас нельзя назвать последователями Христа, как бывают последователи у какого-нибудь философа или учителя. Мы – члены Тела Христова – Церкви. Церковь – это Тело Христа, подлинное Тело, а не мнимое, не моральное, как ошибочно писали некоторые богословы, не углубившиеся в дух святой Церкви. Христос нас, христиан, несмотря на все наше недостоинство, на всю нашу греховность, берет и включает в Свое Тело, делает нас Своими членами. И мы становимся членами Его Тела в действительности – не в фантазии. Как говорит апостол Павел: Мы члены тела Его, от плоти Его и от костей Его (Еф. 5,30).
   В зависимости от духовного состояния христиан, мы то живые Его члены, то мертвые. Но и мертвые не перестают быть членами Христова Тела. К примеру, один крещеный человек стал членом Тела Христова. Если он не исповедуется, не причащается, не ведет духовной жизни, то он мертвый член Тела Христова. Но лишь только он покается, тотчас принимает Божественную жизнь. Она наполняет его, и он становится живым членом Тела Христова. Он не нуждается в крещении. Но некрещеный не является членом Тела Христова, даже если проводит вполне нравственную по человеческим меркам жизнь. Ему нужно принять крещение, чтобы стать членом Тела Христова, чтобы быть сотелесным Христу.
   Но поскольку мы – члена Тела Христова, то жизнь Христа подается нам и становится нашей собственной жизнью. Так мы оживотворяемся, спасаемся и обоживаемся. Мы не можем обожиться, если Христос не со делает нас Своими членами.
   Мы не смогли бы спастись, если бы не существовало Святых Таинств нашей Церкви. Таинства включают нас в Тело Христово, как говорят святые отцы, делают нас сотелесными Ему и единокровными, дабы мы были единым Телом и единой Кровью со Христом.
   Какое великое благословение – приобщаться Пречистых Таин! Христос становится нашим, жизнь Его становится нашей жизнью, а Его Кровь – нашей кровью. Поэтому святитель Иоанн Златоуст говорит, что Бог не может дать человеку ничего более того, что подает в Божественном Причастии. И человек не может просить у Бога ничего более того, что он получает от Христа в Божественном Причастии.
   Так мы, крещеные, помазанные святым миром, после исповеди приобщаемся Тела и Крови Господних и становимся богами по благодати, соединяемся с Богом. Мы уже не чужие Ему, а свои.
   В Церкви, в которой мы соединяемся с Богом, мы переживаем эту новую действительность, которую Христос принес миру – новое творение. Это – жизнь Церкви, Христа, которая становится нашей собственной жизнью по дару Святого Духа.
   В Церкви все ведет к обожению: Божественная литургия, Таинства, Божественная служба, проповедь Евангелия, пост. Церковь – единственное место обожения.
   Церковь – это не общественная, не культурная или историческая институция, которая была бы похожа на другие мирские организации. В миру, вероятно, есть очень хорошие организации, прекрасные общественные и иные учреждения и много других замечательных вещей. Но наша Православная Церковь – это неповторимое, единственное место общения Бога с человеком, место обожения человека. Лишь в Церкви человек может стать богом, нигде в другом месте: ни в университетах, ни в социальных учреждениях и ни в какой иной самой распрекрасной мирской организации. Все это – как бы хорошо само по себе ни было не может дать того, что дает Церковь.
   Поэтому сколько бы ни преуспевали мирские учреждения и организации, институты общественной жизни, они никогда не смогут заменить Церкви.
   Мы, грешные и немощные люди, можем переживать в Церкви критические и трудные времена. В Церкви бывают и соблазны. Это бывает, потому что в Церкви мы находимся на пути к обожению и человеческие немощи, которые в нашем состоянии естественны для нас, остаются. Мы только становимся богами – еще не стали. Но что бы ни происходило, мы никогда не уйдем из Церкви, потому что лишь в Церкви существует единственная возможность соединиться с Богом.
   Например, мы приходим в храм на службу и встречаем там кого-то, кто не слушает божественную службу, а беседует с другими людьми. Они на минутку отвлекают наше внимание от службы, и тогда приходит внешне благовидный помысел, говорящий нам: «Ну что тебе толку от хождения в Церковь? Не лучше ли остаться дома, где больше тишины и возможности для молитвы?»
   Но мы с мудростью должны парировать этот лукавый помысел: «Да, внешне у меня дома тишины больше, но я не буду иметь благодати Божией, которая бы меня обожила и освятила. У меня не будет Христа, пребывающего в Церкви. У меня не будет святого Тела Его и честной Его Крови, находящихся в Его храме на святом престоле. Я не приобщусь тайной вечери Божественной литургии. Я буду отсечен от своих во Христе братьев, с которыми мы вместе составляем Тело Христово».
   Итак, что бы ни произошло, мы не уйдем из Церкви, потому что лишь в ней мы обретаем путь к обожению.

Обожение возможно посредством нетварных божественных энергий

   Приведем из человеческой жизни один схожий пример. Если схватишь оголенный электрический провод – умрешь. Но, подсоединив к проводам лампу, мы получаем свет. Мы видим энергию электрического тока, радуемся его помощи. Но сущность тока схватить мы не можем. Нечто подобное, если можно так сказать, происходит и в отношении нетварной энергии Божией.
   Если бы мы могли соединиться с сущностью Божией, то мы сами стали бы богами по существу, по природе. То есть все стали бы богами, произошло бы смешение, и, по сути, никто бы не был настоящим богом. Такова вера восточных религий, например, в индуизме, где Бог не есть личностное бытие, а некая сила, растворенная во всем мире: и в людях, и в животных, и в неодушевленных предметах. Это пантеизм.
   Если бы Бог, с другой стороны, обладал лишь одной неприступной сущностью без энергий, то Он остался бы единственным Богом, самодостаточным, закрытым в Себе, несообщающимся Своему творению.
   По представлению православного богословия, Бог – это Единица в Троице и Троица во Единице. Как точно характеризуют Его преподобный Максим Исповедник, святитель Дионисий Ареопагит и другие святые отцы, Бог проникнут святой любовью к Своим творениям. По причине такой безграничной и экстатической любви Он исходит из Себя и ищет соединения с нами. Это выражается и осуществляется Его энергией, а лучше – энергиями.
   Своими нетварными энергиями Бог сотворил мир и продолжает поддерживать Его. Он дает миру сущность и ипостась Своими энергиями, подающими сущность. Он пребывает в природе и сохраняет вселенную Своими охранительными энергиями. Он просвещает человека Своими просвещающими энергиями. Он освящает его Своими освящающими энергиями. Значит, благодаря Своим нетварным энергиям святой Бог входит в природу, в мир, в историю, в жизнь людей.
   Энергии Бога божественны. Они тоже Бог, но не Его сущность. Они – Бог, и потому они обоживают человека. Если бы энергии Бога не были божественны, не были бы нетварными энергиями, тогда они не были бы Богом и не смогли бы нас обожить, соединить с Богом. Тогда между Богом и людьми была бы зияющая и непреодолимая бездна. Но благодаря тому, что у Бога есть божественные энергии и этими энергиями Он обоживает нас, мы можем общаться с Ним и соединяться с Ним по благодати, не отождествляясь с Богом, как было бы в том случае, если бы мы соединялись с Его сущностью.
   Итак, мы соединяемся с Богом посредством Его нетварных Божественных энергий, а не Его сущности. В этом заключается таинство православной веры и нашей жизни.
   Этого не могут принять западные еретики. Поскольку они рационалисты, то не делают различия между сущностью и энергией Божией и говорят, что Бог есть одна лишь сущность.
   Поэтому они и не могут говорить об обожении человека. Ибо как, с их точки зрения, может получить дар обожения человек, когда он получает не нетварные, но тварные Божественные энергии? А как что-либо тварное, находящееся вне Самого Бога, может обожить тварного человека?
   Чтобы не впасть в пантеизм, они вовсе не говорят об обожении. И какова же тогда у них цель жизни человека? Всего-навсего простое нравственное совершенство. Раз человек не может стать богом по дару Божественной благодати, посредством Божественных энергий, то в чем смысл его жизни? Лишь стать более нравственным. Но нравственного совершенства слишком мало для человека. Нам недостаточно стать нравственнее, чем прежде, совершать нравственные поступки. Окончательная цель для нас – соединиться со святым Богом. Это цель сотворения вселенной. Этого мы хотим. В этом наша радость, наше счастье, наше совершенство.
   Душа, сотворенная по образу и подобию Бога, жаждет соединиться с Ним. Сколь нравственным, сколь хорошим ни был бы человек, сколько бы хороших дел он ни делал, он не получит покоя, доколе не обретет Бога, доколе не соединится с Ним. Ибо Сам святой Бог вложил в него эту святую жажду, это Божественное стремление, это Божественное желание соединения с Ним, желание обожения. Внутри него любовная сила, вложенная его Творцом, чтобы любить истинно, сильно, бескорыстно, любить так, как любит мир и Свое творение Сам святой Творец; любить этой святой любовью Бога, силой этой любви. Если в человеке не было бы образа Божия, то он не мог бы устремляться к своему первообразу. Каждый из нас – образ Божий, а Бог – наш первообраз. Образ ищет свой первообраз, и лишь обретя Его, находит в Нем покой.
   В XVI веке в Церкви произошла большая смута, виновником которой был один западный монах по имени Варлаам. Он услышал, что афонские монахи говорят об обожении, узнал, что после великого подвига, после очищения от страстей, после многой молитвы они удостаиваются единения с Богом, удостаиваются Божественного опыта, зрения Бога. Он услышал, что они видят нетварный свет, который видели апостолы на горе Фавор во время Преображения Спаса Христа.
   Но Варлаам, обладая западным, еретическим и рационалистическим духом, не мог постигнуть подлинности этого Божественного опыта смиренных монахов. Он стал осуждать афонитов как людей, находящихся в духовной прелести, как еретиков и идолопоклонников. Он говорил, что невозможно видеть благодать Божию, потому что ему ничего не известно о различии в Боге между сущностью и нетварной энергией.
   Тогда благодать Божия явила одного великого и просвещенного учителя Церкви, афонского монаха, святителя Григория Паламу, архиепиского Солунского. Он благодаря великой премудрости и просвещению, полученным от Бога, благодаря своему личному опыту многое сказал и написал, многому учил в согласии со Священным Писанием и Священным Преданием Церкви. Он учил, что нетварный свет благодати Божией – это Божественная энергия; что обоженные люди поистине видят этот свет как высшую действительность и сами зримы в этом свете Божием. Этот свет есть слава Божия, Его светлость, Фаворский свет, свет Воскресения Христова и Пятидесятницы, светлое облако Ветхого Завета. Это действительный, нетварный свет Божий, а не символический, как в своем заблуждении считал Варлаам и подобные ему.
   Впоследствии вся Церковь на трех Константинопольских Соборах оправдала святителя Григория Паламу и проповедала, что жизнь во Христе – это не просто нравственное улучшение человека, а обожение, которое означает приобщение славе Божией, означает видение Бога, Его благодати, Его нетварного света.
   Мы должны быть благодарны святителю Григорию Паламе за то, что в силу своего просвещения, полученного от Бога, в силу своего опыта и богословия он передал нам вечный опыт и учение Церкви об обожении человека. Христианин является христианином не потому, что просто может говорить о Боге. Он христианин потому, что обладает Божественным опытом. Когда любишь другого человека и беседуешь с ним, ощущаешь эту живую связь, радуешься ей. Подобным образом бывает и при общении человека с Богом. Не существует простой внешней связи, зато есть таинственное единение Бога и человека во Святом Духе.
   До сего дня на Западе Божественную благодать, энергию Божию считают тварной. К сожалению, это одно из тех различий, которые нужно учитывать при богословском диалоге с римо-католиками. Фундаментальными разногласиями между папистами и Православной Церковью является не только Filioque[3], не только папский примат власти и его «безгрешность» (т. е. безошибочность в вопросах веры – Прим, пер.). Это еще и выше сказанное. Если римо-католики не согласятся с тем, что благодать Божия нетварна, мы не можем соединиться с ними, даже если они согласятся со всем остальным. Ибо кто будет совершать обожение, если Божественная благодать является тварью, а не не-тварной энергией Всесвятого Духа?

Предпосылки к обожению

   Святые отцы говорят, что в Церкви мы можем достигнуть обожения. Но обожение – это дар Божий. Это не то, что достигается лишь нашими собственными усилиями. Конечно, мы должны желать, подвизаться и приготовляться, чтобы быть достойными и способными принять и сохранить этот великий дар Божий, потому что Бог не желает ничего для нас без нашего свободного на то желания. Святые отцы говорят, что мы испытываем (переживаем) обожение, а Бог его осуществляет.
   Мы видим, что существуют определенные и обязательные условия на пути человека к обожению.
Смирение
   Первой предпосылкой к обожению, согласно святым отцам, является смирение. Без сего благословенного смирения человек не может утвердиться на пути к обожению, не может принять Божию благодать, не может соединиться с Богом. Даже для того чтобы признать, что целью его жизни является обожение, человеку необходимо смирение. Ибо как без смирения ты можешь признать, что цель твоей жизни находится вне тебя самого, находится в Боге?
   Чем более эгоцентричную, антропоцентричную и автономную жизнь проводит человек, тем более он сам становится целью для самого себя. Он верит в то, что может сам стать совершенным, сам ограничить себя, сам стать богом. Это дух современной культуры, современной философии, современной политики. Мы стремимся сделать мир лучше, справедливее, но, делая его автономным, делая его таким миром, центром которого будет человек вне всякого соотнесения с Богом, без признания Бога источником всякого добра. Эту ошибку совершил и Адам, поверивший в то, что он сам своими силами может стать богом, может стать совершенным. Ошибку Адама повторяют все гуманисты всех веков. Для достижения человеком совершенства они не считают обязательным общение с Богом.
   Все православное теоцентрично, своим центром имеет Богочеловека Христа. Все неправославное – протестантизм, папизм, масонство, хилиазм, атеизм, все, что вне Православия, – общий знаменатель имеют один: центр – это человек. А у нас центр – это Богочеловек Христос. Поэтому легко стать еретиком, хилиастом, масоном и кем бы то ни было, но православным христианином стать трудно. Чтобы стать православным христианином, нужно согласиться с тем, что центр мира – это не ты, а Христос.
   Значит, началом пути к обожению является смирение, то есть признание того, что цель нашей жизни находится вне нас самих, что он – в нашем Отце, Творце и Создателе.
   Еще смирение нужно для того, чтобы увидеть, что мы больны, что мы страстны, полны немощей и страстей.
   И тот человек, который начинает свой путь к обожению, должен иметь всегдашнее смирение, чтобы не сходить с этого пути. Потому что если он примет помысел, что все у него неплохо получается благодаря своим собственным силам, что он преуспевает, тогда входит в него гордость. Он теряет то, что приобрел, и должен снова начинать с начала, смиряться, видеть свою немощь, свое человеческое непостоянство и не опираться на самого себя. Он должен опираться на благодать Божию, чтобы быть в состоянии все время пребывать на том пути, который ведет к обожению.
   Поэтому в житиях святых на нас производит огромное впечатление великое смирение святых. Хотя они были вблизи Бога, хотя в них сиял свет Божий, хотя они были чудотворцами, мироточивыми, в то же самое время они видели, что находятся очень низко, очень далеко от Бога, что они хуже всех людей. Это смирение и сделало их богами по благодати.
Аскеза
   Еще святые отцы нам говорят, что обожение имеет различные стадии, начинается с низших и доходит до высших стадий. Пребывая в смирении, мы с покаянием и многим терпением начинаем свой ежедневный подвиг во Христе, подвиг исполнения святых Христовых заповедей, подвиг, который приведет нас к очищению от страстей. Святые отцы говорят, что Бог сокрыт в Своих заповедях и что, когда христианин по любви ко Христу и вере в Него хранит Его заповеди, тогда соединяется с Ним.
   Это, согласно святым отцам, является первой стадией обожения, которая называется «деланием». Это образ жизни, практическое исполнение заповедей, которое является началом пути к обожению.
   Это совсем не легко, потому что велика борьба за то, чтобы выкорчевать из себя страсти. Нужен огромный труд, чтобы постепенно свое внутреннее невозделанное поле очистить от сорняков и камней страстей, возделать духовно, чтобы семя Слова Божия могло упасть на него и принести плод. Необходимо большое и постоянное понуждение самого себя ко всему этому. Поэтому Господь и сказал, что Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его (Мф. 11,12). И снова святые отцы нас учат: «Дай кровь и прими Дух», – то есть ты не сможешь принять Святой Дух, если не отдашь кровь сердца в подвиге очищения от страстей, подлинного глубокого покаяния и стяжания добродетелей.
   Но все добродетели – это стороны одной великой добродетели – добродетели любви. Тот христианин, который стяжал любовь, стяжал все добродетели. Любовь – это то, что изгоняет из души человека причину всех зол и всех страстей, которой, согласно святым отцам, является себялюбие. Все зло внутри нас источником своим имеет себялюбие – эту болезненную любовь к самому себе. Поэтому в Церкви есть аскеза. Без аскезы не бывает духовной жизни, нет подвига, нет и преуспеяния. Мы пребываем в послушании, постимся, совершаем бдения, трудимся в поклонах, стояниях, чтобы суметь очиститься от страстей. Если Православная Церковь перестанет быть аскетичной, то не будет и православной. Она перестанет помогать человеку в очищении от его страстей, в том, чтобы стать богом по благодати.
   Отцы Церкви развивают великое и глубокое антропологическое учение о душе и страстях человека. Они говорят, что в душе можно различить разумную часть и часть страстную. Страстная часть души состоит из яростной и желательной частей. В разумной части сосредоточены разумные действия души, то есть помыслы. Яростная часть содержит положительные и отрицательные чувства, любовь и ненависть. Желательная содержит добрые пожелания добродетелей и злые похоти наслаждений, таких как сребролюбие, рабство своему чреву, служение плоти, плотские страсти. Если эти три части души – разумная, яростная и желательная – не очистятся, то человек не может принять в себя благодать Божию, не может обожиться. Разумная часть души очищает при помощи трезвения. Трезвение – это непрестанное хранение ума от помыслов, которое заключается в том, чтобы удерживать добрые помыслы и прогонять плохие. Яростная часть души очищается любовью. И, наконец, желательная часть очищается воздержанием. И все три части души очищаются и освящаются молитвой.
Святые Таинства и молитва
   Христос поселяется в сердце человека благодаря Святым Таинствам: Крещению, Миропомазанию, Исповеди и Божественной Евхаристии. У тех православных христиан, которые находятся в общении со Христом, Бог, Его благодать пребывают внутри них, в их сердце, потому что они крещены, помазаны миром, приступают к Таинствам Исповеди и божественного Причащения.
   Но страсти покрывают Божественную благодать наподобие того, как пепел покрывает угли. Аскезой и молитвой сердце очищается от страстей, искра Божественной благодати разгорается, и верующий ощущает Христа в своем сердце, являющимся центром его бытия.
   Любая церковная молитва помогает очищению сердца. Особую помощь доставляет так называемая краткая молитва, или умная молитва, или сердечная молитва, то есть «Господи Иисусе Христе, помилуй мя, грешнаго». Эта молитва, издревле используемая на Афоне, имеет следующее преимущество: она краткая – состоит всего лишь из одного предложения и помогает нам легко сосредоточить свой ум. Сосредотачивая свой ум и погружая его в сердце, мы удерживаем внимание свое там, чтобы ум не занимался посторонними предметами и помыслами – ни добрыми, ни злыми, но одним лишь Богом.
   Со временем и по благодати Божией упражнение в этой молитве может стать непрерывным. Это целая наука, священное искусство, о которой наши святые подробно пишут в своих священных книгах, таких как, например, великий сборник святоотеческих текстов под названием «Добротолюбие».
   Молитва эта помогает человеку, приносит ему радость. И когда христианин преуспеет в этой молитве, а жизнь его станет согласной со святыми заповедями Христа и Церкви, тогда он удостаивается получить опыт Божественной благодати. Он начинает вкушать сладость общения с Богом, познает на собственном опыте истинность изречения: Вкусите, и увидите, как благ Господь (Пс. 33, 9). Для нас, православных христиан, Бог не есть какая-то отвлеченная идея, что-то такое, о чем мы лишь мыслим, беседуем или читаем. Нет. Он – Личность, с Которой мы входим в живое и личное общение, Которого переживаем в непосредственном опыте.
   Тогда мы видим, сколь велико, неизреченно и невыразимо счастье иметь Христа в себе и быть православными христианами.
   Христианам, находящимся в миру, среди различных забот и ежедневных попечений, очень помогает, если они находят несколько минут тишины для того, чтобы поупражняться в этой молитве.
   Их, конечно, освящают и те дела и обязанности, которые они делают по Богу, со смирением и любовью. Но необходима и молитва. Где-нибудь в тихой комнате (хорошо, если после какого-либо духовного чтения или зажечь перед иконами лампадку и покадить), как можно дальше от шума и суеты, когда утихнут другие помыслы, погрузить свой ум в сердце, произнося молитву: «Господи Иисусе Христе, помилуй мя, грешнаго (или грешную)». Какой мир, какую силу черпают души в этом Божественном безмолвии! Как это помогает им и прочие часы дня провести в мире, без нервов, напряжения и стресса, сохраняя свои силы в гармонии и единстве! Некоторые люди искусственными средствами пытаются найти душевный покой в иных местах, исполненных духовной прелести и демонического духа, в так называемых восточных религиях. Они пытаются обрести покой при помощи телесных упражнений, медитации и иных средств, чтобы достичь хоть какого-то равновесия душевных и телесных сил. Ошибка здесь заключается в том, что такими средствами человек пытается уйти от различных мыслей, забыть материальный мир, но в сущности он общается не с Богом, а лишь с самим собой. То есть он снова заканчивает тем, что концентрируется на самом себе, и потому терпит неудачу.

Опыт обожения

   Когда человек начинает каяться, исповедоваться, оплакивать свои грехи, тогда сподобляется первого опыта благодати Божией. Таким опытом являются первые слезы покаяния, приносящие душе неизреченную радость, а потом глубокий мир. Поэтому такой плач о грехах называется «радостотворным плачем», как сказал Господь в Своих блаженствах: блаженны плачущие, ибо они утешатся (Мф. 5,4).
   Потом человек восходит на более высокую ступень, которая есть Божественное просвещение, когда просвещается ум человека и он совершенно в ином свете видит предметы, мир и самих людей.
   Тогда христианин обретает большую любовь к Богу. Тогда приходят иные слезы, высшие, слезы любви к Богу, слезы Божественного рачения. Это слезы уже не о грехах, потому что он уверен, что Бог простил его грехи. Это слезы, которые приносят душе больше счастья, больше радости и мира. Это более высокий опыт обожения.
   Затем человек обретает бесстрастие, жизнь без укоризненных страстей, без греховных немощей. Тогда он мирен и безмятежен при любом внешнем приражении. Он свободен от гордости, ненависти, злопамятства и плотских вожделений.
   Это вторая стадия обожения, называемая «созерцанием», на которой человек, уже очищенный от страстей, просвещается Святым Духом, сияет и обоживается. Созерцание означает ви́дение. Созерцание Бога означает ви́дение Бога. Но чтобы быть в состоянии видеть Бога, человек должен быть обожен. Значит, созерцание Бога означает еще и обожение.
   Итак, когда человек очистится окончательно, когда он полностью принесет себя Богу, тогда получает величайший для людей опыт Божественной благодати, который, согласно нашим святым отцам, заключается в зрении нетварного света Божия. Этот свет видят те, кто весьма преуспел в обожении: единицы на поколение. Его видят святые Божии люди, и бывают видимы в нем так, как их и изображают на иконах, – с нимбами.
   В житии святителя Василия Великого говорится о том, что, когда святитель молился в своей келии, другие видели, насколько это было для них возможно, что он весь и его келия сияли в этом нетварном свете Божием, свете Божественной благодати. В житиях многих православных новомучеников мы читаем, что, когда турки после страшных мук подвешивали их тела на городских площадях, чтобы устрашить остальных христиан, часто по ночам видели сияющий над их телами свет. Они сияли столь ярко и сильно, что даже сами турки приходили в трепет перед истиной нашей веры и спускали тела, чтобы не терпеть позора от христиан, которые видели, как Бог прославлял Своих святых мучеников.
   Благодать обожения сохраняет нетленными тела святых, их святые мощи, подавая им дар мироточения и чудотворения. Как говорит святитель Григорий Палама, благодать Божия, сначала соединившись с душами святых, потом поселяется и в их святых телах и подает им свои Дары. И не только их телам, но и гробам, и иконам, и их храмам. Вот почему мы кланяемся иконам и лобызаем их, почему мы почитаем святые мощи, гробы и храмы святых. Потому что все это имеет что-то от той благодати, которая обитала в душе святого по причине его единения с Богом, по причине его обожения.
   Поэтому в Церкви мы вкушаем благодать обожения не только душой, но и телом. Тело трудится вместе с душой, поэтому и прославляется вместе с ним как храм живущего в нем Святого Духа.
   Эта благодать, истекая от святого Господа, Богочеловека Христа, изливается на Богородицу, на святых и приходит к нам, смиренным.
   Нужно заметить, что, конечно, не весь опыт христиан является всегда и безусловно опытом обожения, опытом духовным. Многие люди опыт демонический или психологический приняли за благодать Божию и впали в прелесть. Чтобы устранить опасность прелести, нужно смиренно все рассказывать духовнику, который благодаря просвещению от Бога рассудит, подлинен или нет ваш опыт, и в соответствии с этим управит кающуюся душу. В целом наше послушание духовнику является одним из важнейших условий нашего успешного духовного шествия. Благодаря такому послушанию мы приобретаем церковный дух ученичества во Христе, им мы обеспечиваем себе безопасное шествие по пути к единению с Богом.
   Особым местом обожения в Церкви всегда было монашество. Подвизающиеся монахи получают высокий опыт единения с Богом.
   Те монахи, которые приобщаются обожению, помогают всей Церкви. Потому что как веруем мы, христиане, последуя многовековому и Священному Преданию Церкви, подвиг монахов положительно влияет на жизнь каждого верующего, подвизающегося в миру. Поэтому в Православии народ Божий питает к монахам большое уважение.
   Кроме того, в Церкви мы приобщаемся обществу святых, на собственном опыте вкушаем радость единства во Христе. Так мы постигаем, что в Церкви мы не обособленные индивидуумы, а составляем единство, братство, братское общение. И не только между собою, но и с теми святыми Божиими, которые сегодня еще живут на земле и которые уже почили. Потому что христиане не разлучаются даже смертью. Смерть не может разлучить христиан, потому что все мы соединены в воскресшем Теле Христовом.
   Поэтому каждое воскресение и каждый раз, когда совершается Божественная литургия, мы присутствуем на ней вместе со святыми Ангелами и святыми всех веков. На ней присутствуют даже наши почившие родные, если, конечно, они соединились со Христом. Все мы присутствуем на литургии и общаемся между собою таинственным образом во Христе.
   Это видно из проскомидии, когда на дискосе вокруг Агнца помещаются частицы, вынутые за Божию Матерь, за святых, за живых и почивших. Все эти частицы после освящения Святых Даров погружаются в Кровь Христову.
   Это великое благословение Церкви, что мы – члены Ее и можем общаться не только с Богом, но и между собою как члены Тела Христова.
   Главой этого святого Тела является Сам Христос. Жизнь передается Телу от Главы. У Тела есть живые члены, но есть и такие члены, которые обладают не одинаковой живостью, не все имеют одинаковое здоровье. Таковыми являются большинство из нас. От Самого Христа, как и от Его живых членов, приходит жизнь, здоровая кровь и достигает до других членов, не столь живых, чтобы и они постепенно выздоравливали и укреплялись. Вот почему мы должны быть в Церкви! Чтобы получать здоровье и жизнь, ибо вне Тела Церкви не существует такой возможности выздоровления и оживления.
   Все это приходит, разумеется, не сразу. Православный христианин должен подвизаться на протяжении всей своей жизни, чтобы суметь постепенно по благодати Божией в Церкви со смирением, покаянием, молитвами при помощи Святых Таинств освятиться и обожиться.
   Но ведь это и есть цель нашей жизни, великая цель. Значение имеет не то, до каких пределов мы дойдем. Значение имеет наш подвиг, который получает изобильное благословение от Бога как в нынешнем веке, так и в будущем.

Неудача многих людей в достижении обожения

   Святой Бог сотворил нас для обожения. Если мы не обожимся, то вся наша жизнь будет одной большой неудачей.
   Приведем несколько причин такой неудачи.
Привязанность к житейским попечениям
   Мы можем совершать хорошие и прекрасные дела, такие как учеба, профессиональные занятия, семейные дела, имение и филантропические предприятия. Когда мы смотрим на мир и используем его с благодарностью, как дар Божий, тогда все связывается с Ним и становится дорогой, ведущей к единению со святым Богом. Но если мы не соединимся с Богом, потерпим неудачу, тогда все будет напрасным.
   Как правило, людям не удается достигнуть обожения по той причине, что их увлекают вторичные жизненные цели. Они не ставят обожение главной и самой первой целью своей жизни. Они поглощены красотами мира, а из-за этого теряют вечное. Всецело отдаются вторичному и забывают о том, что едино на потребу (Лк. 10,42).
   Сегодня все всегда заняты, постоянно чем-то занимаются. Возможно, это диавольская уловка, чтобы прельстить и избранных, потому что из-за постоянной занятости мы пренебрегаем своим спасением. К примеру, сейчас у нас учеба, занятия, чтение, поэтому у нас нет времени для молитвы, для того, чтобы прийти в храм, исповедаться и причаститься. А завтра у нас заседания, советы, различные общественные и личные обязанности. Где нам найти время для Бога! Послезавтра у нас свадьба, семейные заботы, мы не можем вести духовную жизнь. Мы все время повторяем Христу одно и то же: «Не могу прийти… Прошу тебя, извини меня» (см. Лк. 14, 19–20).
   Тогда все прекрасные и законные дела теряют весь свой смысл. Все это имеет подлинный, существенный смысл лишь тогда, когда бывает по благодати Божией, то есть когда мы все стараемся делать во славу Божию; когда мы не перестаем тосковать по тому и стремиться к тому, что выходит за рамки нашей учебы, нашей работы, семьи и чего бы то ни было хорошего и святого, – когда мы жаждем обожения. Тогда все наши дела и занятия обретают свой подлинный смысл, свою вечную перспективу и помогают нам.
   Господь сказал: Ищите прежде Царства Божия… и это все приложится вам (Мф. 6,33). Царство Божие – это обожение, это восприятие благодати Всесвятого Духа. Когда придет Божественная благодать и воцарится в человеке, тогда воцарится в человеке Бог. А через обоженных людей благодать Божия приходит и к другим людям, и в общество. Как учат святые отцы, слова молитвы Господней «да приидет Царствие Твое» означают «да приидет благодать Святого Духа», которая, придя, обоживает человека.
Морализм
   Дух морализма, о котором мы говорили, ограничивающий христианскую жизнь одним лишь нравственным улучшением, оказал отрицательное влияние и на нашу страну, и на наше благочестие, и на духовность православных христиан. Под влиянием западного богословия мы часто прерываем свое стремление к обожению.
   Но жизнь, сосредоточенная на одном лишь нравственном улучшении себя, антропоцентрична, центром своим вновь имеет человека.
   Главными в этой жизни являются усилия самого человека, а не благодать Божия. Складывается представление, что спасает нас мораль, а не благодать Божия. Поэтому, находясь в таком состоянии, проводя такую жизнь, мы не можем иметь подлинного Божественного опыта, а душа не получает настоящего покоя, не может утолить свою жажду. Такой образ жизни, не выдерживающий экзамена, не выражает подлинного духа Церкви Христовой. Очень часто именно морализм несет ответственность за безбожие и безразличие к духовной жизни у многих наших ближних, особенно молодых.
   Вместо того чтобы родителям, учителям, нам, клирикам и всем трудящимся в Церкви и воскресных школах говорить о бесплодном внешнем улучшении, нужно было бы вести христиан к обожению, о котором говорит подлинный дух и опыт Церкви. Добродетели, сколь бы велики ни были, не составляют цели нашей жизни, но лишь подготавливают нас к принятию обожения – благодати Святого Духа, как замечательно выразился преподобный Серафим Саровский.
Антропоцентричный гуманизм
   Автономный гуманизм как философско-общественная система, отделившаяся от Бога и проводящая автономную, самодостаточную жизнь, приводит современного человека в тупик культурного себялюбия. Такой гуманизм желает удалить нас от православной веры во имя якобы освобождения человека и раскрытия его способностей. Но разве может быть большее раскрытие способностей человека где-либо вне обожения?

Последствия образа жизни, ведущего к обожению

   Такой образ жизни приносит нам много радости, потому что мы знаем, какое у нас великое предназначение, какое блаженство нас ожидает.
   Любая боль и испытание, любые житейские трудности услаждаются перспективой обожения.
   Когда мы подвизаемся с надеждой на обожение, тогда изменяется и наше отношение к ближним. Потому что тогда мы смотрим друг на друга как на потенциальных богов. Как тогда углубляется, каким существенным по содержанию становится наше воспитание детей! С какой поистине божественной любовью и уважением относятся тогда отец и мать к своим детям, чувствуя на себе ответственность и священный долг помочь им достигнуть обожения, достигнуть той цели, ради которой они по благодати Божией ввели их в мир! Но как помогут своим детям родители, которые и сами не идут к этой цели, к обожению? Сколько уважения без эгоизма и богопротивной гордости мы будем иметь к самим себе, когда почувствуем, что сотворены мы для столь великой цели!
   Святые отцы и богословы Церкви говорят, что, преодолевая антропоцентричную философию эгоизма и себялюбия, мы становимся подлинными личностями, настоящими людьми. Мы обращаемся к Богу с почтением и любовью, а в ближнем нашем видим подлинное достоинство, потому что смотрим на него не как на сосуд, который можем использовать для собственного наслаждения, а как на образ Божий, предназначенный к обожению.
   Доколе мы заключены в самих себе, в своем я, мы – индивидуумы, а не личности. Но лишь только мы выйдем из своего бытия индивидуума и встанем на путь обожения не только при содействии благодати Божией, но и собственными трудами, начнем любить, приносить все больше и больше себя Ему и нашему ближнему, так станем подлинными личностями. То есть когда наше «я» встретит Божие «Ты» и «ты» ближнего, тогда только мы и найдем свое потерянное «я». Потому что в общении обожения, для которого мы сотворены, мы можем открыться, можем общаться и радоваться друг другу подлинно, а не себялюбиво.
   В этом – характер Божественной литургии, в которой мы учимся преодолевать свою ограниченную индивидуальную выгоду, к которой нас подталкивают диавол, грех и наши страсти, учимся отрывать себя в общении жертвенности и любви во Христе.
   Человеку приносит подлинный покой сознание своего великого призвания, призвания к обожению.
   Православный гуманизм Церкви основан на этом призвании человека и поэтому раскрывает задатки человека, его силы в полноте.
   Какой иной гуманизм, сколь бы прогрессивным и свободолюбивым он ни казался, революционен настолько, насколько революционен гуманизм Церкви, который может сделать человека богом? Столь высокий гуманизм – исключительное достояние Церкви.
   Сегодня в особенности, когда многие пытаются обмануть людей, по большей части молодежь, предлагая свои лжегуманизмы, которые только калечат человека, не принося ему обещанного совершенства, значение такого воспитания Церкви, о котором мы говорили, трудно переоценить.

Последствия воспитания, не приводящего к обожению

   Молодые люди сегодня ищут опыта. Им мало одной лишь материальной, вещественной жизни, мало рационального общества, которое они получают в наследство от старших. Наши дети, эти образы Божии, «которым повелено быть богами», ищут чего-то, что бы выходило за грани логических схем нашей материалистической философии и нашего атеистического воспитания. Они ищут соприкосновения с настоящей жизнью. Им мало лишь слышать о Боге. Они жаждут опытного общения, Его света и Его благодати. А поскольку многие из них не знают, что Церковь может им это дать, что у нее есть тот опыт, которого они жаждут, то они уходят в напрасные поиски, устремляются к дешевым заменителям, чтобы найти то, что выходит за рамки логики и разума.
   Одни приходят к восточному мистицизму йогического типа. Другие – к оккультизму или гностицизму, а в последнее время даже к откровенному сатанизму.
   У них нет и никаких моральных преград, потому что мораль лишена своей сущности и цели, которая заключается в том, чтобы соединить с Богом. Такая мораль без цели становится полной бессмыслицей.
   Поэтому мы видим все больше проявлений анархизма, террора, которым многие молодые люди хотят реализовать свой внутренний динамизм. Этого им не удается достигнуть, потому что им не посчастливилось быть наученными обожению. Они предаются всяким крайностям и насилию по отношению к близким.
   

notes

Примечания

1

2

3

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →