Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

На языке маори слово «маори» означает «нормальный».

Еще   [X]

 0 

Йогатерапия. Практическое руководство (Фролов Артем)

автор: Фролов Артем категория: Здоровье

Сквозь призму современных анатомических, физиологических и клинических данных автор рассматривает принципы йогатерапии и построения практики хатха-йоги для людей, страдающих различными заболеваниями.

Год издания: 2014

Цена: 199.9 руб.



С книгой «Йогатерапия. Практическое руководство» также читают:

Предпросмотр книги «Йогатерапия. Практическое руководство»

Йогатерапия. Практическое руководство

   Сквозь призму современных анатомических, физиологических и клинических данных автор рассматривает принципы йогатерапии и построения практики хатха-йоги для людей, страдающих различными заболеваниями.
   Руководство предназначено для преподавателей хатха-йоги, специалистов по физической реабилитации и лечебной физкультуре, а также всех, кто интересуется методами саморегуляции и оздоровления.


Артем Фролов Йогатерапия. Практическое руководство

   Теория – это придворная дама,
   а практика – как медведь в лесу.
Преподобный Амвросий Оптинский

Введение

   Однако человеческий организм слишком сложен, чтобы можно было всегда безошибочно и с точностью заранее предполагать эффект тех или иных воздействий. В практической работе (второй этап становления метода), как правило, всё оказывается гораздо сложнее, чем в предшествующих теоретических рассуждениях. Каждый человек уникален в своих особенностях, в реакциях на терапевтические воздействия, а также по наличию тех или иных сопутствующих проблем. Поэтому практическая работа расставляет очень многие, подчас неожиданные, акценты в наших теоретических построениях. По мере накопления опыта работы с различной патологией формируется более чёткое понимание, как именно нужно строить практику йогатерапии в тех или иных случаях.
   Ещё один важный этап становления лечебного метода – научные исследования. Наступившая эпоха доказательной медицины заставляет объективно и с научной строгостью подходить к любому методу терапевтического воздействия. Путём проведённых исследований на схожих по составу группах пациентов мы можем с точностью и объективно понять влияние тех или иных методов на здоровье человека, течение заболеваний, частоту осложнений и многое другое.

   В данном руководстве изложены йогатерапевтические методики, при составлении которых автор опирался, во-первых, на логику; во-вторых, на собственный практический опыт работы с пациентами, а также на опыт своих коллег-йогатерапевтов; в-третьих – на научные, клинические и экспериментальные исследования, которые в настоящее время накоплены по данному вопросу.
   Предлагаемое руководство рассчитано в первую очередь на преподавателей йоги и опытных практиков, поэтому не содержит подробных разъяснений по технике выполнения йогических упражнений, упоминаемых в тексте. Менее искушённый читатель, впрочем, также сможет извлечь из книги пользу, обратившись к соответствующим источникам и уточнив подробности выполнения конкретных упражнений.

   Цель этой книги – в первую очередь формулировка принципов, по которым преподаватель йоги сможет строить программу занятий при определённых заболеваниях, исключая одни техники (потенциально опасные) и используя другие (потенциально полезные).
   При этом отдельные направления практики – такие как йогатерапия позвоночника – рассмотрены максимально подробно и снабжены основательным иллюстративным материалом.
   Автор выражает свою глубокую признательность Дмитрию Демину (Москва) за высококвалифицированную и скрупулёзную редакцию текста, Саги Ермолаевой (Санкт-Петербург) за неоценимую помощь в подготовке иллюстраций, Рашиду Шайхутдинову (Санкт-Петербург) за постоянную организационную поддержку, а также всем своим коллегам-йогатерапевтам, кропотливый труд которых помогает обобщать и накапливать столь ценный практический опыт.

Йогатерапия: пункты построения

   Первое требование, которому должна отвечать йогатерапевтическая практика, – это безопасность. Вспомним первую заповедь любого лекаря: «Не навреди!» К сожалению, порой приходится видеть, как практика йоги, вместо того чтобы улучшить состояние человека, наоборот, усугубляет и преумножает его проблемы со здоровьем. Если человек начал заниматься йогой и в результате занятий ему не стало хуже – уже можно считать, что успех частично достигнут. Для этого из алгоритма занятий следует исключить техники, которые будут негативно влиять на течение заболевания. К примеру, при задних межпозвонковых грыжах наклоны вперёд с высокой степенью вероятности могут вызвать выдавливание пульпозного ядра кзади и увеличить степень грыжевого выпячивания со всеми вытекающими последствиями. Поэтому из практики при поясничных грыжах исключаются наклоны вперёд к прямым ногам (пашимоттанасана, уттанасана и подобные им), при грыжах шейного отдела исключается джаландхара-бандха, а также асаны, в которых последняя выполняется. Таким образом, вся практика и каждый её элемент должны быть проанализированы на предмет потенциальной опасности и при необходимости исключены из алгоритма занятий.
   Второе требование, которому должна отвечать йогатерапевтическая практика, – это эффективность. Желательно, чтобы позитивный эффект от практики был достигнут в кратчайшие сроки. Для этого в схему занятий должны быть введены элементы, оказывающие специфическое, необходимое в данном случае терапевтическое воздействие. К примеру, брюшные манипуляции (уддияна-бандха и наули), являясь мощными вакуумными приёмами, позитивно влияют на процессы венозного оттока и потому будут полезны при варикозной болезни. Однако например в общих классах начального уровня йоги Айенгара (притом что этой традицией накоплен огромный пласт информации в области йогатерапии) брюшные манипуляции не будут предложены на первом году обучения, между тем данные техники имеют особое значение для реализации быстрого терапевтического эффекта. Таким образом, после отсечения потенциально опасных техник мы должны включить то, что будет нести прямую терапевтическую направленность. И здесь – ничего не поделаешь – йогатерапевт должен понимать механизмы воздействия техник, которые планирует применить.
   Третье требование, которому должна отвечать практика йогатерапии, – это доступность. Очень часто человек начинает свою практику йоги именно с йогатерапии. Кто-то, решив проблемы со здоровьем, углубляется в практику и движется в йоге дальше; кто-то остаётся на достигнутом уровне и использует йогу исключительно для поддержания здоровья. Но очень часто пациент йогатерапевта – это человек с нулевым уровнем, пришедший «с улицы» в поисках выздоровления, и очень важно, чтобы этот человек с первого дня смог бы выполнять предписанные ему упражнения. Для этого практика должна быть простой и легко воспроизводимой. Нет смысла рекомендовать человеку упражнения, на освоение которых в эффективном варианте уйдут месяцы и годы. Желательно, чтобы практикующий быстро добился хотя бы частичного облегчения (иначе энтузиазм его быстро угаснет), а для этого практика должна быть безопасной, эффективной и доступной.

   Когда построен основной алгоритм практики, при её выполнении следует соблюдать несколько основных правил.
   Во-первых, вся практика должна выполняться в режиме комфорта. Если движение или положение тела причиняет боль и дискомфорт, следует уменьшить амплитуду движения, темп, интенсивность (если речь идёт о динамических практиках), либо уменьшить глубину вхождения в асану (если элемент выполняется в статическом режиме). Из этого правила есть редкие исключения – например практика йогатерапии при плеврите: дыхательные упражнения и вьяямы могут вызывать болевые ощущения, но при этом они препятствуют образованию плевральных спаек, и практика может выполняться несмотря на наличие болевых ощущений. В основном же боль – это почти всегда признак микротравмирования, деструкции клеток и тканей, сигнал о том, что данное движение или положение носит неблагоприятный характер. Нежелательными симптомами также являются ощущение сердцебиения, одышка, головокружение, слабость во время и после выполнения упражнений. То есть практика должна выполняться в области комфортного самочувствия.
   Во-вторых, следует всегда выполнять подбор упражнений, двигаясь от минимального к большему, постепенно подбирая оптимальный для конкретного человека диапазон практики. То есть, к примеру, при выполнении вьяям на шейный отдел позвоночника начинаем движение с самых минимальных объёмов – наклон головы на сантиметр вперёд и на сантиметр назад; продолжая движение, с каждым циклом постепенно наращиваем амплитуду, внимательно наблюдая за ощущениями. При появлении боли или неприятных ощущений объём движения следует уменьшить, возвращаясь в зону комфорта. Таким образом подбирается амплитуда всех динамических практик: мы словно титруем дозу воздействия, постепенно увеличивая и останавливаясь там, где нужно. Другой пример: при подборе варианта капалабхати начинать следует с минимального количества дыханий за один цикл, делая их мягко, в небольшом темпе, прислушиваясь к самочувствию после каждого цикла. Постепенно увеличивая амплитуду и количество дыханий за один цикл, мы сможем безопасно подобрать вариант выполнения, подходящий для конкретного человека с конкретной патологией.
   В-третьих, большое значение имеет установка на общую мышечную релаксацию. При выполнении всех практик те мышцы, которые не участвуют в поддержании позы или в выполнении движения, должны быть расслаблены. В общем-то, этот принцип должен касаться не только йогатерапии, но и йогической практики в целом: можно сказать, что искусство сознательной мышечной релаксации и управления своим мышечным тонусом – это один из краеугольных камней хатха-йоги. Но в йогатерапии это имеет особое значение, так как мышечные закрепощения зачастую поддерживают патологические взаимосвязи между ЦНС, опорно-двигательным аппаратом и многими другими системами организма. Холостые напряжения в тех или иных мышечных группах приводят к возникновению ненужных «помех» в проприоцептивном восприятии; образно говоря, каждая асана отражается в центральной нервной системе в виде определённого паттерна, рисунка, схемы. А лишние мышечные напряжения, создавая своего рода помехи, искажают и загрязняют эту схему.
   В-четвёртых, огромное значение имеет работа дыхательной системы, которая должна функционировать в максимально естественном режиме. В тех случаях, когда движение координируется с дыханием, ритм выполнения должен задаваться дыханием (подробнее о принципах работы с дыханием в йогатерапии читайте в следующей главе). В тех случаях, если дыхание не соединяется с движением, дыхание должно оставаться свободным и не должно блокироваться.
   И наконец, в-пятых, большое значение в йогатерапии имеет состояние сознания и внимания. Упражнения не должны выполняться механически, внимание практикующего должно быть по возможности сосредоточено на движении, положении тела, на ощущениях и на дыхании. Инструктор в течение занятия должен постоянно напоминать об этом, помогая занимающемуся «вести» внимание по телу, его рабочим зонам и отделам. Благодаря соблюдению этого принципа сознание практикующего получает определённую психоэмоциональную разгрузку, что приближает практику к варианту телесно-ориентированной психотерапии. Улучшение психоэмоционального тонуса пациента – важнейшее условие выздоровления, поэтому работа с вниманием во время практики – это не менее важный принцип, чем все остальные.

Принципы работы с дыханием в йогатерапии

   Йогатерапию можно отнести к регулирующим методам лечения, то есть к тем методам, которые обеспечивают стабилизацию состояния здоровья за счёт общих, системных воздействий. Методы западной медицины в основном действуют точечно, исправляя некие локальные отклонения (например, блокируя желудочную секрецию или стимулируя почечную фильтрацию), при этом столь узкие воздействия нередко вызывают побочные эффекты и не способствуют настройке, гармонизации организма в целом. Регулирующие методы воздействия (такие, например, как аюрведа и традиционная китайская медицина) оказывают не только и не столько точечные, локальные воздействия, сколько способствуют восстановлению системного равновесия в организме. Они стабилизируют состояние регулирующих систем – и улучшая работу отдельных органов, и балансируя их общее взаимодействие.
   Системное воздействие на организм может достигаться за счёт работы с дыханием, которое является универсальным общим знаменателем, связывающим воедино огромное количество процессов в нашем теле. Дыхание можно уподобить волнам, ритмично набегающим на берег и покидающим его; при этом вместе с этими волнами, словно бумажные кораблики на поверхности воды, движутся и волнообразно меняют свою активность сопредельные системы – кровообращение, тонус нервной системы и скелетной мускулатуры и многое другое. Рисунок нашего дыхания определяет очень многое, и поэтому при построении йога-терапевтических алгоритмов важно обращать внимание на то, как именно работает дыхательная система.
   В данном разделе мы обсудим варианты дыхательных паттернов, позволяющие добиваться оптимальных регулирующих результатов в йогатерапевтической практике.

   В основе спонтанной работы дыхания лежит деятельность дыхательного центра. Точная топографическая анатомия этого образования до сих пор остаётся предметом дискуссий. Можно сказать, что по настоящее время нет чёткого определения понятия дыхательного центра, и его локализация точно не установлена.
   Учение о дыхательном центре (ДЦ) зародилось ещё во II веке нашей эры, когда римский врач Гален ввёл в медицинскую научную практику вивисекционные опыты на животных. После отделения головного мозга от спинного Гален наблюдал остановку дыхания и таким образом сделал вывод о местонахождении в головном мозге некоего центра, управляющего дыханием. Систематические исследования дыхательного центра возобновились лишь во второй половине XIX века, и с тех пор представления о дыхательном центре претерпели значительную эволюцию. Несколько упрощая, можно сказать, что в настоящее время под термином «дыхательный центр» понимается совокупность структур, необходимых для формирования периодического дыхания и расположенных в основном в ядрах продолговатого мозга.
   Всего выделяют восемь популяций нейронов дыхательного центра, но, опять же упрощая, их можно разделить на инспираторные – обеспечивающие вдох – и экспираторные – участвующие в процессе выдоха.
   Нейроны дыхательного центра способны к генерации спонтанной активности – это их основное качество. Возбуждение нейронов ДЦ по волокнам периферической нервной системы передаётся на дыхательные мышцы, которые возбуждаются, приходят в движение, расширяя грудную клетку и увеличивая её внутренний объём, за счёт чего и происходит вдох. К концу вдоха приходят в возбуждение экспираторные нейроны ДЦ, оказывающие тормозные влияния на процесс вдоха. Дыхательные мышцы расслабляются, эластическая тяга грудной клетки заставляет её пассивно спадаться, вследствие чего происходит естественный выдох. После этого система какое-то время сохраняет состояние покоя – до того момента, пока инспираторные нейроны дыхательного центра снова не придут в возбуждение, инициируя следующий вдох.
   Какие же факторы влияют на активность дыхательного центра, частоту его импульсации и, как следствие, на частоту дыхания? Основным регулятором деятельности дыхательного центра является газовый состав крови. Концентрация углекислого газа – основного конечного метаболита энергетического обмена – наиболее активно влияет на активность инспираторных нейронов. Каждый дыхательный цикл, а точнее – каждый выдох, выводит СО2 в атмосферу, и уровень углекислого газа в крови снижается; нейроны ДЦ утрачивают активность, в деятельности дыхания наступает пауза. Далее вследствие продолжающихся метаболических процессов СО2 накапливается и, достигая определённого порога, возбуждает дыхательный центр. Последний, в свою очередь, возбуждает дыхательную мускулатуру, и начинается очередной вдох-выдох, снижающий уровень углекислого газа.
   Кроме СО2 регулирующие влияния на дыхательный центр оказывает уровень кислорода в артериальной крови, а также кислотность крови, находящаяся в тесных взаимосвязях с уровнем СО2.
   Таким образом, уровень газов крови оказывает основные регулирующие влияния на деятельность дыхательного центра. Изменения дыхания влекут за собой изменения газового состава крови – что в свою очередь меняет активность дыхательного центра, восстанавливая равновесие внутренней газовой среды.
   Однако на деятельность дыхательного центра и нашего дыхания оказывают влияние ещё очень многие факторы – к примеру, тонус нервной системы. Увеличение мышечной нагрузки или психоэмоциональное возбуждение (повышение симпатического тонуса) снижает порог возбудимости нейронов дыхательного центра, и дыхание учащается; состояние психофизиологического покоя (повышение парасимпатического тонуса) делает дыхательный центр более пассивным, приводя к успокоению и урежению дыхания.
   Таким образом, дыхательный центр очень чутко приспосабливает процесс дыхания к состоянию организма, регулируя и поддерживая равновесие внутренней среды, приводя многочисленные системы организма в соответствие с ситуацией – физической и психоэмоциональной нагрузкой, положением тела, газовым составом внешней среды и так далее.
   При этом у дыхания есть уникальная особенность: по выражению академика Ноздрачёва, оно является самой кортикализованной из всех жизненных функций; другими словами, дыхательная система в исключительной степени подвластна волевому контролю и сознательному управлению. То есть дыхательный центр, находясь в тесной связи с «животными» функциями тела, при этом подвластен вышележащим структурам ЦНС (коре головного мозга) и в определённых обстоятельствах может исполнять «волю сверху» вне зависимости от того, какая ситуация складывается «внизу».
   Это обстоятельство приобретает особое значение в контексте выполнения йогических и йогатерапевтических практик. Что касается собственно йогического управления дыханием – это большая тема для отдельного разговора; сейчас мы обсудим работу с дыхательным центром в йогатерапии.
   Многие йогатерапевтические алгоритмы основаны на простых динамических связках, в которых осуществляется переход из одного положения тела в другое и обратно, причём это делается синхронно со вдохом и с выдохом. Стандартный пример подобных терапевтических связок – марджариасана и её многочисленные вариации либо динамические варианты ардха-шалабхасаны. Примеров может быть множество, общим принципом является синхронизация движения и дыхания. Обычно начинающие, выполняя динамические связки на вдохе-выдохе, привязывают дыхание к движению, что приводит к увеличению частоты дыхания по сравнению с нормальной. Само по себе стойкое учащение дыхания, приводящее к гипервентиляции (особенно выполняемое на протяжении всего занятия), может легко приводить к неблагоприятным изменениям мозгового кровотока и к нарушениям кислородного обеспечения нейронов. Отсюда вытекает важнейший принцип динамических терапевтических комплексов: движение должно происходить в ритме естественного дыхания.
   Дыхательный центр имеет способность очень тонко и точно подстраиваться под текущее состояние организма, в том числе под работу скелетной мускулатуры, которая производит углекислый газ и таким образом влияет на активность ДЦ и частоту дыхания. В естественном режиме этот процесс происходит гораздо правильнее и точнее, нежели при волевом вмешательстве в процесс «сверху».
   Для того чтобы практикующий мог «уловить» ритм естественного, спонтанного дыхания, следует понять структуру дыхательного цикла, который состоит из трёх фаз: 1) вдох; 2) выдох и 3) пауза после выдоха. Третий элемент – пауза после выдоха – является важнейшим структурным элементом естественного дыхательного цикла, лимитирующим его общую длительность, а в конечном итоге частоту дыхания и объём минутной вентиляции лёгких.
   Для сохранения дыхания в спонтанном, естественном ритме практикующему следует отслеживать паузу после выдоха, сосредоточиваясь на ней, обращая внимание на то, чтобы начало вдоха было спонтанным, естественным, и никак не торопя его. Тут можно вспомнить технику, рекомендованную Шивой: «Когда дыхание поворачивает от вдоха к выдоху и наоборот, от выдоха к вдоху, – осознай эти оба поворота» («Вигьяна-бхайрава-тантра»). В данном случае прежде всего следует сосредоточиться на «повороте» от выдоха к вдоху, то есть осознать паузу после выдоха, дать ей произойти и лишь с самопроизвольным началом вдоха продолжить движение.
   В соответствии с этим принципом следует выполнять все динамические алгоритмы. Как правило, на вдохе выполняется прогиб, то есть включение мышц – выпрямителей позвоночника и задней поверхности туловища, а на выдохе – наклон, скругление спины либо просто расслабление задней поверхности тела. Этот принцип наиболее физиологичен, так как лишь подчёркивает, усиливает естественное участие скелетной мускулатуры в процессе дыхания: каждый раз, когда мы вдыхаем, тонус мышц – выпрямителей позвоночника увеличивается и грудной кифоз чуть уменьшается; на выдохе мышцы спины расслабляются и грудной кифоз увеличивается. То есть, входя в прогиб на вдохе и в наклон на выдохе, мы тем самым углубляем естественные экскурсии грудной клетки, помогая лёгочной ткани работать эффективнее. На более продвинутых стадиях практики могут использоваться парадоксальные варианты (прогиб на выдохе и наклон на вдохе), но на начальных этапах йогатерапии очень важно укрепить, упорядочить именно исходные, врождённые природные алгоритмы движения и дыхания.
   По принципу сохранения естественного ритма дыхания могут выполняться как наиболее простые, общедоступные динамические связки (марджариасана и её цикл, динамический вариант двипада-питхасаны и т. п.), так и более сложные (например, сурья-намаскар в варианте традиции Шивананды). Подход во всех этих случаях остаётся общим: движение идёт вслед за дыханием, ритм выполнения задаётся дыхательным центром без волевого вмешательства; для этого сохраняется естественная структура дыхательного цикла: вдох – выдох – пауза. Например, применительно к сурья-намаскар, в каждом положении выдоха-наклона (уттанасана, адхо-мукха-шванасана и т. д.) практикующий пассивно «висит», ждёт спонтанного наступления следующего вдоха, чтобы продолжить движение, но не торопя его, а пассивно следуя за своим дыханием.
   В результате такого подхода многие другие внутренние процессы: изменения кровообращения отдельных частей и зон тела, сокращения и расслабления мышц, колебания вегетативного тонуса – привязываются к основному биологическому ритму – дыханию, которое сохраняется в оптимальном, наиболее физиологичном режиме работы. Многие колебательные отклонения организма приводятся к одному общему знаменателю, с помощью дыхания мягко устанавливаются гармоничные взаимосвязи, оказывается благотворное регулирующее, системное воздействие.
   На первых этапах практики принцип «движение в ритме естественного дыхания» используется без уджайи[1], поскольку для восстановления естественных, исходных взаимосвязей нужен минимум вмешательств и максимум естественности. Уджайи же, являясь по сути неестественным, искусственным вариантом дыхания, очень сильно вмешивается в процесс генерации дыхательного ритма, меняя давление в полостях тела, создавая дополнительную нагрузку на дыхательные мышцы и предъявляя более высокие требования к приспособляемости систем и органов. Поэтому на первом этапе йогатерапии для системного воздействия обычно нужно освоить стартовый, «естественный» вариант. Критерием уверенного освоения этого принципа является способность практикующего выполнять динамическую связку почти неограниченно долго, не останавливаясь, – между дыханием, движением, кровообращением устанавливаются оптимальные взаимодействия, что позволяет выполнять практику сколь угодно долго, «течь» телом вслед за процессом дыхания. Так становится возможным выполнять сурья-намаскар неограниченное количество циклов без остановки, происходит постепенный разогрев опорно-двигательного аппарата, однако дыхание и работа сердца остаются ровными и спокойными, никак не ограничивая продолжение практики. В этом случае можно двигаться дальше и включать в практику уджайи, что будет оказывать более глубокое тренирующее и регулирующее воздействие.

Йогатерапия вегетативных расстройств

   Работа внутренних органов управляется с помощью так называемых «регулирующих систем». Современная наука выделяет три регулирующие системы: нервную, эндокринную и иммунную. Каждая из них способна осуществлять передачу сигналов в организме: нервная – с помощью электрофизиологических импульсов, распространяющихся по нервным волокнам; эндокринная – запуская сигналы-гормоны по кровеносному руслу; последняя – благодаря взаимодействию иммунных клеток.
   Тесное взаимодействие этих трёх регулирующих систем настолько очевидно, что в последнее время принято говорить о «нейро-иммунно-эндокринной системе». Яркой иллюстрацией этих взаимосвязей может послужить гипоталамо-гипофизарная система: будучи отделом головного мозга, она является при этом высшим регуляторным центром эндокринной системы.
   Если говорить о нервной системе как об отдельном элементе регуляции жизненных процессов, то для удобства её следует разделить на центральную (головной и спинной мозг) и периферическую (такое деление очень условно, так как граница между центральной и периферической нервными системами довольно размыта, и многие периферические вегетативные образования берут начало в центральных структурах нервной системы).
   Периферическая нервная система может быть разделена на соматическую и вегетативную нервную систему. Соматическая нервная система управляет работой скелетной мускулатуры. Вегетативная нервная система (ВНС) заведует работой внутренних органов.
   Название «вегетативная» происходит от латинского vegetabilis – растительный. То есть ВНС обеспечивает регуляцию нашего «растительного», или, точнее, «животного» существования. Переваривание, всасывание, выделение, поддержание артериального давления, секреция слизи – все эти процессы, независимые от нашего сознания и волевого управления, регулируются вегетатикой.
   Функции ВНС можно также обобщить под термином «адаптация». Ежесекундно, ежечасно и ежедневно наш организм приспосабливается к изменяющимся условиям внешней среды: смена положений тела, сна и бодрствования, эмоционального состояния, времени суток и сезонов, перелёт в другой часовой пояс, в другие климатические условия – всё это требует перестройки наших внутренних процессов. Огромное количество параметров тела постоянно колеблется, чтобы соответствовать текущей ситуации. Меняется частота сокращений сердца, глубина дыхания, мышечный тонус, секреция пищеварительных ферментов, гормональный фон, биохимические показатели крови. Эти постоянные колебания называются гомеостазом, или динамическим постоянством внутренней среды. Суть гомеостаза состоит в постоянных динамических колебаниях параметров, не выходящих за рамки нормальных значений.
   Поддержанием гомеостаза и занимается вегетативная нервная система. ВНС имеет три основных отдела. Симпатическая нервная система (СНС) занимается процессами активации и возбуждения и включается в условиях стресса. Парасимпатическая нервная система (ПСНС), напротив, отвечает за процессы торможения, релаксации и успокоения. Метасимпатическая нервная система занимается автономной регуляцией работы кишечника, стоит несколько особняком и в рамках данной главы не рассматривается.

   Симпатическая система анатомически и функционально не является только нервной структурой. Её неотъемлемой частью является мозговое вещество надпочечников, в стрессовой ситуации выбрасывающее в кровь адреналин. Поэтому часто используется термин «симпатоадреналовая система». Данная система существует для того, чтобы в случае необходимости максимально быстро привести организм в состояние боеготовности, включить все ресурсы, необходимые для выживания.
   В 1936 году канадский физиолог Ганс Селье разработал учение об «общем адаптационном синдроме». В основу его легло понятие стресса как неспецифической приспособительной реакции организма. Реакция стресса является неспецифической, одинаково проявляясь в разных ситуациях: при физической нагрузке, эмоциональном возбуждении, страхе и сильной радости симпатическая нервная система запускает один и тот же сценарий.
   Эволюционно СНС была сформирована для обеспечения выживания. В условиях бегства, борьбы или погони организм должен быстро перестроить, адаптировать все свои системы: активно заработавшие мышцы должны получать должное количество кислорода, для этого в считанные секунды перестраивается кровообращение и дыхание, поднимается артериальное давление, учащается сердцебиение, активируется распад энергоносителей (жиров и углеводов). Если все эти процессы будут разворачиваться медленно, то адаптация будет неадекватна ситуации и организм либо будет кем-то съеден (так как не сможет быстро убежать), либо умрёт от голода (так как не сможет догнать жертву), либо останется без потомства (не сумев отстоять свои права на самку в бою с другим самцом). Поэтому и была сформирована симпатоадреналовая система, способная быстро развернуть сценарий стресса – типовой приспособительной реакции, которая помогает организму выживать и продолжать род.
   Анатомически СНС берет начало в грудном и поясничном отделах спинного мозга: там лежат симпатические ядра – скопления нервных клеток. Симпатические волокна выходят из спинного мозга и переключаются на следующий пункт – симпатические паравертебральные (околопозвоночные) ганглии[2], расположенные вдоль всего позвоночника; посредством нервных веточек они соединены в симпатические стволы, расположенные вдоль всей длины позвоночника по обе его стороны. От симпатических стволов отходят периферические волокна, обеспечивающие иннервацию внутренних органов. Посредством симпатических нервных сигналов внутренние органы и меняют свою активность.
   Часть симпатических волокон иннервирует надпочечники. Мозговое вещество надпочечников происходит из эмбрионального вещества нервной ткани – этим и обусловлена их тесная функциональная связь. Выделение адреналина надпочечниками регулируется нервной системой. И надпочечники, и симпатические ганглии вызывают примерно однотипные реакции в системах и органах, и именно это позволяет объединять их в единую симпатоадреналовую систему.

   Парасимпатическая нервная система (ПСНС) была открыта несколько позже, чем симпатическая, и потому получила такое родственное название («околосимпатическая»). В противоположность СНС, парасимпатика оказывает тормозящее и расслабляющее влияние. Выражаясь образно, парасимпатика включается тогда, когда индивидуум догнал свою жертву, съел её и лёг отдохнуть. В этот момент востребованы механизмы релаксации, восстановления и накопления ресурсов; включение этих-то механизмов и регулирует парасимпатическая система.
   Анатомически ПСНС берет своё начало в продолговатом мозге. Оттуда выходит основной парасимпатический нерв, за свою разветвлённость получивший название блуждающего. По-латыни «блуждающий» – vagus, и поэтому многие парасимпатические эффекты часто именуются «вагусными». Блуждающие нервы (левый и правый) выходят из полости черепа, в полости грудной клетки дают многочисленные разветвления, идущие к лёгким и сердцу, проходят в брюшную полость, где также дают обильные периферические ветви.
   Вторая часть ПСНС берёт начало в крестцовом отделе спинного мозга, формируя парасимпатическое крестцовое сплетение. Его ветви иннервируют органы малого таза (мочевой пузырь, прямую кишку, внутренние и наружные половые органы), область промежности и ануса. Крестцовое сплетение имеет тесные взаимосвязи с блуждающим нервом и всей парасимпатической системой.
   В целом парасимпатика находится в функциональном антагонизме по отношению к симпатике. При активации ПСНС артериальное давление снижается, уменьшается частота работы сердца, сократимость и возбудимость миокарда, скелетная мускулатура расслабляется, замедляется распад энергетических субстратов и активируется их синтез. Высокий тонус парасимпатики активирует лишь деятельность пищеварительного тракта: как говорится, поели – можно отдохнуть, расслабиться и переварить съеденное.
   Конечно, в жизни всё не так просто. Порой вегетативный тонус по-разному проявляется на уровне разных органов и систем. Могут наблюдаться ситуации, в которых одновременно активируются оба отдела вегетативной системы. Очень иллюстративен такой пример, как половой акт: на фоне общей активации дыхания и кровообращения (что обеспечивается симпатической НС) имеет место высокий тонус парасимпатики, обеспечивающий изменение состояния половых органов.
   В целом СНС и ПСНС – не столько конкуренты, сколько неразрывные части одного целого, обеспечивающие равновесие процессов адаптации и жизнедеятельности.
   Для удобства восприятия основные эффекты двух отделов вегетативной нервной системы сведены в таблицу.

   Таблица 1.
   Основные влияния отделов ВНС


   Различные техники йоги способны значительно сдвигать вегетативный баланс в ту или иную сторону. Многие из них основаны на прямолинейных физиологических рефлексах, и аналоги этих техник применяются в клинической медицинской практике (пример – массаж каротидной зоны в неотложной кардиологии и джаландхара-бандха: оба приёма воздействуют на баро-рецепторы и тем самым стимулируют парасимпатику, приводя к общим тормозящим воздействиям).
   Часть техник не задействует конкретные рефлекторные дуги, но тем не менее тоже опосредованно влияет на тонус ВНС. К примеру, при активации ПСНС мышечный тонус снижается; если же мы сознательно расслабляем скелетную мускулатуру, это будет способствовать преобладанию парасимпатического тонуса. При активации симпатического отдела дыхание учащается; если мы будем сознательно учащать дыхание, это приведёт к сдвигу вегетатики в сторону СНС.
   Вегетативный тонус меняется в течение каждого дыхательного цикла: на вдохе повышается тонус СНС, на выдохе активируется ПСНС; у людей с лабильной вегетатикой дыхательная вариабельность сердечного ритма бывает очень заметна (чаще это лица с преобладанием вата-доши). Меняя соотношение вдоха и выдоха, мы можем влиять на соотношение симпатики и парасимпатики: удлинённый выдох даёт возможность проявить себя парасимпатическим влияниям, а резкий, укороченный, форсированный выдох – напротив, будет подавлять парасимпатический тонус и «выдвигать» на передний план симпатику.
   Основные влияния йогических техник на ВНС сведены в нижеприведённую таблицу. Отнесение каждой техники в ту или иную колонку отчасти основано на научных исследованиях, отчасти – на клинических наблюдениях, логических выводах и практическом опыте.

   Таблица 2.
   Влияние йогических техник на ВНС




   В клинической практике расстройства вегетативной системы встречаются очень часто. Как правило, провоцирующим фактором вегетативной дистонии является общее перенапряжение нервной системы, хронический психоэмоциональный стресс, нарушения нормального режима труда и отдыха. Функциональным расстройствам вегетатики наиболее подвержены люди с конституциональным преобладанием вата-доши: низкий порог возбуждения и истощаемость нервной системы быстро приводят к разрегуляции вегетативных центров головного мозга и система утрачивает способность к нормальной адаптации. В результате внутренние органы перестают адекватно приспосабливаться к текущей ситуации, что приводит к самым разнообразным недомоганиям. Чаще всего проявления затрагивают систему кровообращения: нарушается нормальная вегетативная регуляция сосудистого тонуса и работы сердца, артериальное давление становится чрезмерно низким или приобретает тенденцию к повышению, могут быть приступы сердцебиения или ощущение перебоев в сердце. При этом обследования не выявляют никакой патологии в сердечно-сосудистой системе. То есть данная патология не является органической (другими словами, не имеет изменений на уровне тканей и органов). Вегетативные отклонения относятся к функциональной патологии и являются расстройствами процессов регуляции.
   Кроме сердечно-сосудистых проявлений вегетативные отклонения способны проявляться в самых разных системах организма: могут иметь место нарушения дыхания («не могу вдохнуть полной грудью»), пищеварения (расстройства стула, боли в животе). Со стороны нервной системы нередко наблюдаются головные боли, головокружение, онемение рук и ног, ощущение мурашек.
   Для формулировки диагноза при вегетативных расстройствах очень часто используется такой термин, как «вегетососудистая дистония» (ВСД). Этот термин не очень точен, так как отражает вовлечение в процесс лишь сосудистой системы, между тем проявления вегетативных дисбалансов намного разнообразнее.
   Однако по проявлениям со стороны кровообращения можно выделить несколько типов ВСД. Вегето-сосудистая дистония по гипотоническому типу характеризуется преобладанием парасимпатического тонуса: пониженное артериальное давление приводит к головокружениям, головным болям, обморочным состояниям. Нередко имеется редкий пульс, зябкость, метеочувствительность.
   ВСД по гипертоническому типу связана с избыточным тонусом симпатики и проявляется склонностью к умеренным повышениям артериального давления, учащённому сердцебиению.
   Выделяют также ВСД по кардиальному типу (основные проявления – неприятные субъективные ощущения в области сердца). Здесь, как и при других вариантах ВСД, отсутствует органическая патология сердца, а болезненные ощущения связаны с богатой и сложной иннервацией данной зоны.
   И наконец, выделяется смешанный тип ВСД, при котором в разных вариантах имеются различные вышеперечисленные симптомы.

   Терапия ВСД должна прежде всего начинаться с нормализации режима труда, отдыха и питания, восстановления ночного сна, нормализации психоэмоциональной обстановки. Нередко бывает достаточно сменить обстановку, уехать в отпуск, чтобы вся симптоматика ВСД исчезла.
   Однако устраниться из социальной жизни удаётся не всегда, и для долгосрочной нормализации вегетативного тонуса следует строить практику йоги так, чтобы соотношение техник, стимулирующих симпатический и парасимпатический отделы ВНС, было бы оптимальным для каждого конкретного случая.

   При ВСД по гипотоническому типу следует строить практику с преобладанием симпатических техник: сукшма-вьяяма с форсированным выдохом, активные формы сурья-намаскар, динамическая практика асан с преобладанием прогибов, сурья-бхедана.
   При ВСД по гипертоническому типу (как и при гипертонической болезни) в практику в большем объёме вводятся релаксационные техники, уджайи с удлинённым выдохом, брамари, уддияна-бандха, чандра-бхедана, тратака, мула-шодхана.
   Разумеется, в жизни всё, как обычно, сложнее. Поэтому зачастую приходится иметь дело со смешанными формами и подбирать практику сугубо индивидуально, помня о принципах компенсации и расставляя нужные акценты, как того требует текущая ситуация. Однако понимание изложенных принципов помогает строить индивидуальную практику, помогая организму находить столь нужное равновесие.

Гипертоническая болезнь в практике йогатерапевта

   Когда-то представители Homo sapiens по большей части умирали от инфекционных заболеваний и так называемых внешних причин, то есть травм и насильственных факторов. По мере развития медицинской науки и цивилизованного общества причины смертности изменились: инфекционные заболевания отступили после открытия антибиотиков, смертность от внешних причин тоже встречается не столь часто, как раньше (хотя и занимает третье место после онкологических заболеваний). Первое же место (около 60 % в общей структуре смертности!) уверенно заняли болезни системы кровообращения (БСК).
   Львиная доля всех фатальных проблем в системе кровообращения – это последствия повышенного артериального давления, то есть артериальной гипертонии (или гипертензии). Наиболее грозные из них – инфаркт миокарда и инсульт, которые зачастую приводят к смерти либо глубокой инвалидизации больного; к сожалению, нередко это происходит в расцвете лет, на пике работоспособности человека. Другие серьёзные осложнения артериальной гипертензии – поражение почек и глаз, способные привести к хронической почечной недостаточности и слепоте.
   Указанные обстоятельства позволяют расценивать артериальную гипертензию как важнейшую социально-медицинскую проблему, что делает необходимым поиск и разработку дополнительных путей её лечения и профилактики.
   Артериальную гипертензию (АГ) принято делить на вторичные и первичную АГ. Вторичные АГ имеют конкретную причину, и поэтому их называют ещё симптоматическими АГ, то есть повышение давления в данном случае – всего лишь симптом основного заболевания. Очень частый вариант вторичной гипертензии – почечная, или ренальная (от латинского ren – почка) АГ. Почки играют важнейшую роль в формировании артериального давления (АД), при помощи разнообразных сложнейших механизмов поддерживая его на уровне, необходимом для почечной фильтрации. Поэтому при различных заболеваниях почек могут нарушаться механизмы поддержания нормального АД, в результате чего возникает артериальная гипертензия. Некоторые эндокринные опухоли сопровождаются повышением АД; так, опухоль мозгового вещества надпочечников – феохромоцитома — продуцирует повышенные количества адреналина, что приводит к подъёмам давления. Вторичные артериальные гипертензии очень часто имеют единственный радикальный путь лечения – хирургический, который может приводить к исчезновению гипертензии. Убрали причину – исчезло и следствие. Данная категория гипертензий встречается не так уж часто и не относится к сфере деятельности йогатерапевтов. Йогатерапия тут чаще всего, увы, неэффективна.
   Первичная АГ не имеет конкретной причины. Точнее, она развивается в силу целого комплекса факторов.
   У нас в стране первичную артериальную гипертензию принято называть гипертонической болезнью, за рубежом – эссенциальной гипертензией.
   Гипертоническая болезнь (ГБ) чрезвычайно распространена в мире. Именно это заболевание чаще всего и приводит к поражению так называемых органов-мишеней – мозга, сердца, глаз и почек. От осложнений именно гипертонической болезни и погибает более половины людей на планете.
   Страдают ГБ чаще люди среднего и пожилого возраста. Если ГБ развивается в молодом возрасте, то очень часто она носит злокачественный характер и с трудом поддаётся лечению.
   Вспомним, что АД формируется за счёт двух основных факторов кровообращения: сердечного выброса (СВ) и общего периферического сопротивления (ОПС):

   АД = СВ × ОПС

   В данном случае АД – не арифметическое произведение, а интегральный показатель, характеризующий одновременно и сердечный выброс, и общее периферическое сопротивление.
   Сердечный выброс – это тот объём крови, который выбрасывает сердце в сосудистую систему в единицу времени (в минуту).

   СВ = ЧСС × УО

   ЧСС – частота сердечных сокращений, или частота ударов сердца в минуту. У здорового человека этот показатель соответствует частоте пульса. Чем чаще сокращается сердце, тем больше крови оно выбросит в артериальную систему и тем большее давление там создастся.
   УО – ударный объём, то есть тот объём крови, которое сердце выбрасывает за одно сокращение. Чем больше сердце набрало крови и чем сильнее потом выбрасывает при каждом сокращении – тем больше крови будет нагнетаться в сосуды и тем большее давление в них сформируется.
   Ударный объём зависит от объёма циркулирующей крови (ОЦК), а этот показатель, в свою очередь, контролируется работой почек. Чем меньше почки выводят воды из организма, тем больше ОЦК, а значит, ударный объём и в конечном итоге артериальное давление. Активизация почек приводит к потере жидкости, снижению ОЦК и АД.
   Вернёмся к первой формуле и рассмотрим последний показатель, формирующий артериальное давление. Это общее периферическое сопротивление – ОПС, которое определяется как сопротивление, оказываемое кровотоку всем сосудистым руслом. Самую важную роль в этом играют мелкие артерии с развитым мышечным слоем – именно они формируют основное сопротивление кровотоку (за что они были названы резистивными сосудами). Чем выше тонус мелких артерий – тем большее сопротивление они оказывают кровотоку, тем выше ОПС и, следовательно, артериальное давление.
   Благодарим читателя за терпение, проявленное при чтении этих формул. Зато теперь мы знаем, что АД формируется за счёт работы сердца (его частоты и силы сокращений – чем они больше, тем выше давление), работы мелких артерий (при повышении их тонуса повышается и давление) и почек (активная почечная фильтрация выводит воду из организма и снижает АД).
   Следует также вспомнить, что описанные механизмы формирования АД находятся под влиянием и нервной, и гормональной систем. Симпатический отдел вегетативной нервной системы увеличивает частоту и силу сокращений сердца, а также повышает тонус сосудов – тем самым повышая АД. Парасимпатический отдел, напротив, тормозит частоту и силу сокращений сердца и снижает АД. Гормональные механизмы, опосредованные участием надпочечников, также активизируют работу сердца и сосудов, но при этом эндокринная система тонким и сложным образом регулирует работу почек, процессы выведения воды и натрия (также очень важного для поддержания АД элемента).
   С парасимпатической системой тесно связаны баро-рецепторы – датчики, реагирующие на повышение давления. Барорецепторы рассеяны по всей кровеносной системе, но наиболее плотные скопления образуют в области каротидного синуса (бифуркация общей сонной артерии), дуги аорты и предсердий. Повышение АД и активация барорецепторов приводят к повышению тонуса блуждающего нерва и сосудорасширяющих центров продолговатого мозга, что ведёт к снижению частоты сердечных сокращений, расслаблению сосудов и в конечном итоге – к снижению АД. Барорецепторный механизм является системой быстрого реагирования и стоит на страже поддержания нормального артериального давления, причём один из блокпостов (каротидный синус) установлен на входе в сосудистую систему головного мозга, где повышение АД может иметь фатальные последствия.

   Патогенез гипертонической болезни чрезвычайно сложен. Вовлекаются различные механизмы регуляции: нервные, гормональные и почечные, которые как повышают, так и понижают давление. В результате многих и не всегда понятных причин равновесие их нарушается и происходит «крен» в сторону гипертонии. Без сомнения, огромное значение имеет стойкая симпатическая активация, то есть хронический стресс. Не последнюю роль играет недостаточная работа барорецепторных механизмов: датчики теряют чувствительность к высокому АД, и парасимпатическая активация не снижает давление до нужного уровня. Большое значение в формировании ГБ играют почечные механизмы: в силу различных причин почки снижают выделение воды и натрия, и задержка последних приводит к повышению АД. У разных больных стартовые механизмы развития гипертонической болезни будут различны, впоследствии подключаются остальные пути поддержания гипертонии.
   Таким образом, гипертоническая болезнь – это не однородное заболевание, а скорее группа различных состояний, которые проявляются одинаково – повышением артериального давления в силу сложных комплексных причин. Ещё в середине 30-х годов выдающийся отечественный клиницист Г. Ф. Ланг писал, что происхождение ГБ «вероятно, различно в различных случаях, и, следовательно, в этом отношении мы имеем не одну болезнь, а группу болезней». И за прошедшие с тех пор десятилетия накопилось значительное количество данных, подтверждающих эту точку зрения. Но результат всегда один – нарушение баланса механизмов, снижающих и повышающих АД, и в конечном итоге формирование артериальной гипертензии.

   Йогатерапевту в своей работе приходится очень часто сталкиваться с гипертонической болезнью. Как сказано выше, у пожилых людей ГБ весьма распространена: так, в группе мужчин в возрасте 60–69 лет ГБ выявляется более чем в 50 % случаев [Кушаковский, 1995]. Поэтому, начиная работать с пожилыми людьми, необходимо всегда учитывать возможность наличия повышенного АД и потому соблюдать осторожность в построении практики йоги.
   Каким же образом нужно строить практику йогатерапии при гипертонической болезни? Для начала нужно понять, какие техники йоги следует исключить ввиду их потенциальной опасности. Прежде всего это приёмы, повышающие тонус симпатической нервной системы и потому способные спровоцировать подъём артериального давления. Неблагоприятны также будут техники, вызывающие колебания внутричерепного давления. К этим категориям следует отнести капалабхати, бхастрику, дыхательные техники с резким укороченным выдохом (обычно применяемые в разделе сукшма-вьяям), кумбхаки, активные динамические практики, силовые асаны с длительными фиксациями, активно выполняемые прогибы.

   Отдельной проблемой остаётся применение перевёрнутых асан при гипертонической болезни. Строго говоря, их следует считать противопоказанными, так как при инверсионных положениях тела повышается давление в артериях головного мозга. Кроме того, по данным
   M. Zito, при выполнении перевёрнутых положений регистрируется повышение давления в глазничной артерии. При изначально повышенном давлении в сосудах перевёрнутое положение может стать причиной разрыва сосудистой стенки, особенно при её атеросклеротических изменениях.
   С другой стороны, при перевёрнутом положении тела увеличивается стимуляция барорецепторов дуги аорты и синокаротидной зоны, что может вызвать активацию парасимпатических механизмов, снижающих АД. Реакция сосудистой системы зависит в данном случае от многих факторов: врождённой чувствительности барорецепторов (различной у разных людей), выбранного варианта перевёрнутой асаны, уровня её освоения, выполнения тех или иных бандх (например, использование в сарвангасане джаландхара-бандхи, воздействующей на каротидный синус). У здоровых практиков снижение АД в сарвангасане происходит примерно в 30 % случаев.
   Обсуждается включение в перевёрнутых асанах некоторых гормональных механизмов, активирующих выделение почками воды и натрия. При повышении давления в предсердиях происходит выделение специфическими клетками предсердий «предсердного натрий-уретического пептида» (ПНП) – гормона белковой природы, который подавляет реабсорбцию воды и натрия почечными канальцами и таким образом способствует выведению воды из организма. Кроме того, повышение давления в предсердиях тормозит выделение антидиуретического гормона гипофиза, что также приводит к увеличению мочеотделения. При этом у больных ГБ даже небольшое повышение ПНП в плазме крови приводит к усилению выведения натрия и воды почками (исследование H. Iton и др., 1987 г.). Кроме того, для ПНП свойственна способность тормозить активность симпатической нервной системы [Кушаковский, 1995], что также является благоприятным при повышенном АД.
   При выполнении перевёрнутых асан давление в предсердиях повышается, что со всей очевидностью должно активировать выработку ПНП предсердиями и запускать механизмы, направленные на выведение воды почками, и как следствие – более долгосрочное снижение АД. Однако влияние перевёрнутых асан на выработку ПНП и антидиуретического гормона ещё нуждается в изучении.
   Как показывает практическая работа, при стабильном течении гипертонической болезни, внимательном и постепенном подходе мягкие формы перевёрнутых асан могут способствовать снижению АД. Начинать их освоение у гипертоника следует только при условии стабилизации АД, достаточной фармакологической поддержки и отсутствии абсолютных противопоказаний (см. ниже). На первом этапе следует применять наиболее мягкие формы (лёжа на спине, ноги приподняты на болстер) с небольшими фиксациями (60 секунд). В дальнейшем (при условии стабильного АД и хорошего самочувствия) может увеличиваться подъём ног (по 15–20 см в неделю при ежедневной практике) и время фиксации асаны (до 2–3 минут). Конечным вариантом является облегчённый вариант випарита-карани-мудры: затылок, лопатки и таз на полу, ноги вертикально расположены на стене, мышцы тела расслаблены. На введение перевёрнутых положений в практику обычно уходит несколько месяцев. Необходим контроль артериального давления до, во время и после выполнения випарита-карани-мудры.
   При этом следует помнить, что риск осложнений со стороны сосудов головного мозга при выполнении перевёрнутых асан весьма велик. Абсолютными противопоказаниями к выполнению перевёрнутых асан у гипертоников являются инсульты в анамнезе, дисциркуляторная энцефалопатия, нестабильное течение гипертонической болезни.

   Теперь обсудим техники, обладающие однозначно благотворным действием при гипертонической болезни. Следует обратить внимание на парасимпатические приёмы, способствующие снижению АД. Наиболее безопасные и доступные – это практики релаксации, эффективность которых в борьбе с гипертонией научно подтверждена. У больных ГБ показала свою эффективность специальная релаксационная терапия (исследование M. Southam и соавторов, 1982 г.), при которой применялась ежедневная релаксация длительностью 15–20 минут 2 раза в день. В. С. Волков и А. Е. Цикулин [Волков, Цикулин, 1989] показали, что на ранних стадиях гипертонической болезни аутогенная тренировка сама по себе может быть достаточной для нормализации АД; продолжительность курсов – 2,5 недели при трёхразовых повторах в домашних условиях. Т. А. Айвазян и соавторы также получили хороший эффект при применении аутогенной тренировки в условиях стационара.
   Таким образом, краеугольным камнем йогатерапии будут техники релаксации – шавасана и йога-нидра, а также доступные медитативные практики.
   Кроме того, применяются дыхательные техники с парасимпатическим эффектом: уджайи с удлинённым выдохом, брамари, чандра-бхедана.
   Повышению парасимпатического тонуса и снижению АД будет способствовать практика тратаки.
   Следует также отметить, что мягкая регулярная физическая нагрузка способствует увеличению количества функционирующих капилляров, тем самым снижая общее периферическое сопротивление и АД. Дозированное физическое усилие снижает активность симпатической нервной системы и уровень катехоламинов в крови [Nelson et al., 1986].
   В целом занятия строятся в мягком релаксационном режиме, возможна спокойная динамика в ритме естественного дыхания (цикл марджариасаны), суставные разминки без задержек дыхания и резких выдохов, дыхание уджайи в пропорции 1:2. Прогибы используются в мягких вариантах и в умеренных количествах – в качестве асан, предваряющих более продолжительные наклоны в доступных вариантах.
   Работая с гипертонической болезнью, необходимо проводить регулярный контроль артериального давления до, во время и после практики, а также иметь информацию об уровне АД в течение суток.
   Как правило, при многолетнем течении ГБ основным и наиболее эффективным методом лечения остаётся фармакотерапия. Однако йогатерапия может быть эффективна на ранних стадиях гипертонии, а у гипертоников со стажем метод позволяет снизить дозы препаратов и значительно улучшить общее самочувствие.

Йогатерапия бронхиальной астмы

   Всемирной организацией здравоохранения утвержден перечень психосоматических заболеваний, к которым отнесены такие распространённые недуги, как гипертоническая болезнь, язвенная болезнь, нейродермит, ишемическая болезнь сердца. К этой же категории отнесена и бронхиальная астма.
   Действительно, все перечисленные заболевания имеют несомненную связь с психоэмоциональным фоном и стрессовыми перегрузками. Дебют и развитие заболевания, как правило, имеют психогенные причины.
   Бронхиальная астма (БА) – яркий представитель психосоматической патологии. С одной стороны, тесной связью дыхания и психики у человека обусловлены механизмы развития болезни, с другой – на этой связи и базируются большие возможности йогатерапии.
   При формировании нервно-психического варианта БА у пациентов намечается тенденция к использованию заболевания как средства неадекватной адаптации к микросоциальной среде и временного абстрагирования от решения эмоциональных задач [Федосеев, Трофимов, 2006].
   Бронхиальную астму можно определить как хроническое воспалительное заболевание бронхиального дерева, сопровождающееся нарушением реактивности и чувствительности бронхов и проявляющееся приступами одышки. Одышка связана с нарушением проходимости бронхов, их отёком и спазмом и носит экспираторный характер (то есть одышка связана с затруднением выдоха). Заболевание развивается на фоне наследственной предрасположенности к аллергическим заболеваниям.

   Кроме психогенных причин в основе развития БА лежит аллергический компонент, который в детстве может проявляться поначалу в виде кожных пищевых аллергозов. Затем проявления начинают захватывать верхние дыхательные пути (аллергические риниты, пол-линозы, отёки гортани) – в данном случае аллергеном являются уже вещества, попадающие в организм через дыхательные пути: домашняя пыль, насекомые, шерсть, пыльца растений и т. п.
   Далее аллергический процесс начинает захватывать бронхиальное дерево, и бронхи при контакте с аллергеном повышают свой тонус, спазмируются, что приводит к ухудшению их проводимости. Кроме того, проведение воздуха по дыхательным путям ухудшают возникающий отёк слизистой и гиперсекреция слизи. Всё это приводит к тому, что на выдохе мелкие бронхи спадаются, возникают затруднение выдоха и экспираторная одышка.
   В патогенезе БА существенное значение также имеет вегетативный дисбаланс на уровне бронхиального дерева. Вспомним, что парасимпатическая нервная система повышает тонус гладкомышечных элементов бронхов (то есть сужает бронхи, это называется бронхоконстрикцией) и стимулирует выделение слизи. Симпатическая система, напротив, расширяет бронхи (бронходилятация) и улучшает бронхиальную проводимость. У больных БА обнаружены различные нарушения вегетативного контроля бронхиального тонуса, характеризующиеся повышением парасимпатической активности; однако, скорее всего, эти нарушения носят вторичный характер и связаны с хроническим воспалительным процессом. Показано, что воспалительные медиаторы (молекулы-посредники) могут возбуждать чувствительные нервные окончания, что приводит к рефлекторному парасимпатическому сужению бронхов [Федосеев, Трофимов, 2006].
   Определённое значение имеют также эндокринные механизмы. Недостаточная активность надпочечников и глюкокортикоидных (ГК) гормонов играет существенную роль в развитии воспаления и гиперреактивности бронхов. Чаще всего глюкокортикоидная недостаточность возникает из-за приёма глюкокортикоидных гормонов через рот (весьма распространённый вариант лечения тяжёлых форм БА). Кроме того, определённую роль играет нарушение функционирования оси гипоталамус-гипофиз-надпочечники. При недостаточности ГК происходит снижение влияния этих гормонов на воспаление, иммунную систему и на выделение противовоспалительных медиаторов при аллергической реакции.
   Эстрогены обладают слабым бронхоконстрикторным (сужающим), а прогестерон – слабым бронходилятирующим (расширяющим) действием. Нарушение равновесия эстрогены/прогестерон предрасполагает к развитию аллергических реакций и бронхоспазма у женщин [Федосеев, Трофимов, 2006].

   Для лечения БА западная медицина предлагает фармакологические препараты, подавляющие иммунно-аллергическое воспаление, а также ингаляционные средства, влияющие на вегетативную систему бронхов. Зачастую вначале назначаются ингаляционные препараты, возбуждающие рецепторы симпатической системы и таким образом вызывающие временное расширение бронхов (сальбутамол). Применяются также вещества, блокирующие рецепторы парасимпатики, чтобы затормозить спазм сосудов. Нередко к данной категории препаратов у пациентов формируется привыкание, и впоследствии приходится добавлять ингаляционные синтетические гормональные препараты (глюкокортикоиды), которые мощно подавляют местный иммунитет, тем самым блокируя аллергическое воспаление.
   В случае неэффективности вышеперечисленных средств последним шагом бывает назначение гормональных глюкокортикоидов через рот. Данный вид терапии обладает широких спектром тяжёлых побочных эффектов (стероидные язвы желудка, остеопороз, артериальная гипертензия, стероидный диабет, подавление синтеза собственных гормонов, нарушения жирового обмена).
   Между тем немедикаментозные методы лечения зачастую оказывают явный и демонстративный эффект, позволяя снижать дозы фармакологических препаратов или отказываться от них вовсе. По выражению Г. Б. Федосеева, «серьёзное преимущество немедикаментозных методов состоит в том, что сохранение ремиссии происходит благодаря восстановлению собственных компенсаторных возможностей организма больного». К таким методам лечения, восстанавливающим собственные ресурсы, относится и йогатерапия.

   Бронхиальная астма – заболевание, весьма отзывчивое к усилиям йогатерапевта, и, как правило, в результате занятий удаётся достичь существенного улучшения состояния. Рассмотрим основные направления практики, которые следует отрабатывать с самого начала.
   1. Важным элементом практики являются элементы сукшма-вьяямы, активно задействующие плечевой пояс. При БА наблюдаются выраженные изменения в виде гипертонуса мышц, имеющих общую сегментарную иннервацию с лёгкими: ремённых, лестничных, трапециевидных, передних зубчатых, выпрямителя позвоночника. При напряжении этих мышц нарушаются движения рёбер и всей грудной клетки, меняется положение головы и плечевого пояса. Вследствие этого нарушается дренирование бронхов и развивается так называемое раннее экспираторное закрытие бронхов, в результате чего резко ухудшается вентиляция в нижних отделах лёгких [Медицинская реабилитация, 2008]. Поэтому важно на самых ранних этапах занятий использовать суставные разминки, активно задействующие мышечный, а также связочный и суставной аппарат плечевого пояса. Это позволяет снять локальные мышечные напряжения и равномерно распределить мышечный тонус, оптимизировать работу дыхательной мускулатуры и в конечном итоге улучшить лёгочную вентиляцию. Кроме того, динамические практики, задействующие плечевой пояс и проприоцептивную чувствительность данной зоны, позволяют разорвать цепи патологических моторно-висцеральных рефлексов, нормализовать взаимоотношения опорно-двигательного аппарата, центральной нервной системы и бронхиального дерева.
   2. Форсированные типы дыхания – капалаб-хати и бхастрика – позволяют достичь реализации сразу нескольких механизмов. Во-первых, колебания давления в дыхательных путях стимулируют активность мерцательного эпителия бронхов, тем самым активизируя выведение слизи. Во-вторых, увеличение частоты дыхания смещает вегетативный тонус в сторону симпатической активации, что способствует бронходилятации и, предположительно, повышению уровня эндогенных (естественных) глюкокортикоидов, оказывающих противовоспалительное действие. Отдельные авторитетные источники [Потапчук и др., 2007] предлагают использование форсированных типов дыхания в специфических вариантах: так называемая «носовая гимнастика» включает активные вдохи и пассивные выдохи, совершаемые с частотой 1 дыхательный цикл в секунду. Больному предлагается делать активный форсированный вдох носом (примерно на 20–30 % менее активно от максимально возможного). После каждого форсированного вдоха носом воздух пассивно выпускается, без фиксации внимания на выдохе. При правильном выполнении форсированного вдоха крылья носа подтягиваются к носовой перегородке, что сопровождается характерным симптомом – «шмыганьем». Данный вариант (отличающийся от распространённого варианта капалабхати, при котором активно делается выдох) благоприятен для больных БА, так как способствует восстановлению физиологического баланса между экспираторной и инспираторной дыхательной мускулатурой, а также соответствующими группами нейронов дыхательного центра. Ведущие специалисты считают, что инспираторная тренировка наиболее показана больным БА для увеличения силы и выносливости дыхательной мускулатуры [Зильбер, 1996]. В практической работе, однако, применяемые в традиционных вариантах капалабхати (активный выдох и пассивный вдох) и бхастрика (одинаково активны обе фазы дыхательного цикла) в составе комплексной практики йогатерапии обычно дают хороший эффект. О возможностях различных вариантов форсированных дыханий следует помнить для индивидуального подбора практики йогатерапии в сложных, плохо поддающихся лечению случаях. Также следует помнить, что при тяжёлых формах БА приступ может быть спровоцирован чем угодно, в том числе и частым и резким дыханием; поэтому начинать освоение капалабхати и бхастрики нужно с наиболее мягких вариантов.
   3. В практике асан следует сместить акцент на преобладание прогибов (бхуджангасана, сарпасана, матсиасана и т. д.). Это может способствовать, во-первых, стимуляции симпатической нервной системы (можно предполагать активизацию функций надпочечников за счёт изменений кровотока, а также механического сжатия данной зоны; высока вероятность активирующего воздействия и на симпатические паравертебральные ганглии). Во-вторых, прогибы способствуют формированию моторных автоматизмов и распределению мышечного тонуса, более предпочтительных при БА.
   4. Введение в практику полного дыхания также позволяет достичь сразу нескольких целей. Как уже упоминалось выше, у больных БА в первую очередь страдает вентиляция нижних отделов лёгких (вплоть до полного прекращения), происходит переход на верхнегрудное дыхание, нарушаются нормальные соотношения между кровоснабжением лёгких и их вентиляцией. Диафрагма во время выдоха полностью не расслабляется и остаётся уплощённой; во время вдоха такая диафрагма развивает меньшую силу. Тренировка диафрагмального дыхания позволяет восстановить нормальное участие диафрагмы в процессе дыхания, вентиляционно-перфузионные соотношения (то есть коэффициент кровоснабжение/вентиляция) и в конечном итоге оптимизировать газообмен. Для снижения давления в брюшной полости и нормализации моторики диафрагмы необходимо обратить внимание на качество работы кишечника и регулярность стула; при наличии запоров применяется соответствующая послабляющая диета и техники, направленные на нормализацию работы кишечника (паванамуктасана, брюшные манипуляции, перевёрнутые асаны и т. д.). Навык равномерного включения в дыхание всех мышечных групп при полном дыхании психологически очень полезен для больного БА: сознание того, что он сам может управлять своим дыханием, значительно меняет отношение к заболеванию, создаёт благоприятный психологический настрой.
   5. Дыхание уджайи применяется в йогатерапии бронхиальной астмы, как и другие варианты дыхания с сопротивлением в современных школах физической реабилитации. Уджайи способствует более равномерному включению в процесс дыхания экспираторной и инспираторной дыхательной мускулатуры; уджайи на вдохе тренирует обычно ослабленные инспираторные мышцы, уджайи на выдохе способствует более равномерному опорожнению дыхательных путей от отработанного воздуха, предотвращает коллапс мелких бронхов на выдохе. Начинать следует с пропорции сама-вритти (1:1, то есть выдох равен вдоху), это целесообразно в связи с изначально повышенным тонусом парасимпатической нервной системы. Повышение тонуса парасимпатики нежелательно, так как именно парасимпатика активирует бронхоспазм. Однако в дальнейшем общее успокаивающее парасимпатическое действие может способствовать нормализации общего тонуса ЦНС, снятию психологической напряжённости, поэтому допустим постепенный переход на пропорцию висама-вритти (1:2) при общей положительной динамике заболевания.
   6. Имеет смысл освоение уддияна-бандхи и агнисара-дхаути как техник, укрепляющих инспираторные дыхательные мышцы.
   7. Для стимуляции мерцательного эпителия и выведения слизи из бронхов в практику включаются вибрационные техники. С этой целью используется пение гласных звуков, что можно сочетать с простукиванием грудной клетки пальцами и ладонями.
   8. Из шаткарм нужно остановить внимание на нети и вамана-дхаути. Прежде всего следует нормализовать носовое дыхание, поскольку стимуляция слизистой верхних дыхательных путей влечёт за собой рефлекторное расширение бронхов и бронхиол [Физическая реабилитация, 2007]. Для нормализации носового дыхания применяется джала– и сутра-нети, а также упомянутые выше капалабхати и бхастрика. В случаях, резистентных к терапии с использованием асан, вьяям и дыхательных практик, существенным подспорьем может стать вамана-дхаути: при вызываемой рвоте разрядка рвотного центра продолговатого мозга меняет активность находящихся в непосредственной близости ядер дыхательного, кашлевого центров, а также ядер блуждающего нерва – основного нерва парасимпатической нервной системы. Это приводит к модуляции активности основных центральных механизмов, управляющих процессами дыхания, и в конечном итоге положительно влияет на течение бронхиальной астмы: уменьшается частота и продолжительность приступов, увеличивается длительность ремиссии заболевания. Вамана-дхаути может проводиться как для купирования начинающегося приступа, так и в качестве профилактики приступов курсами; систематическое применение вамана-дхаути нужно проводить после консультации со специалистом и с учётом противопоказаний.
   9. Практикам мышечной релаксации нужно обязательно уделять внимание, так как это способствует нормализации психофизиологического тонуса, снижению ситуационной и личностной тревожности, страха очередного приступа. Следует, однако, помнить, что на начальных этапах практика должна быть направлена на поддержание симпатического тонуса; из этих соображений не нужно делать чрезмерно длинные сеансы шавасаны (достаточно 5–7 минут), имеет смысл также применять шавасану с формированием лёгкого прогиба (между лопаток подкладывается болстер, кирпич или свёрнутый коврик). Применяются практики на локальное расслабление мышц плечевого пояса и рук: на вдохе напряжение, на выдохе расслабление.

   Итак, основными направлениями практики йогатерапии при бронхиальной астме будут: динамическая практика асан с преобладанием прогибов, капалабхати и бхастрика, техники полного дыхания и уджайи, дренирующие упражнения в виде пропевания гласных звуков и вибрационного самомассажа, нети и вамана-дхаути, техники произвольной мышечной релаксации.
   При систематической практике йоги, построенной по вышеперечисленным принципам, течение бронхиальной астмы улучшается в подавляющем большинстве случаев. Снижаются дозы препаратов, нередко удаётся отказаться от фармакотерапии вообще. Заболевание часто входит в стойкую ремиссию с крайне редкими приступами или полным их отсутствием.

   Случай из практики
   Женщина 72 лет. Диагноз: бронхиальная астма, смешанная форма (аллергическая, инфекционно-зависимая). Гипертоническая болезнь II стадии.

   Дебют бронхиальной астмы в 2010 году, впервые в жизни в возрасте 70 лет. Заболевание быстро прогрессировало, лечащим врачом были назначены ингаляционные адреномиметики, с незначительным эффектом. Приступы экспираторной одышки становились чаще, имела место холодовая чувствительность бронхов, провоцирующая приступы при выходе на улицу.
   В связи с недостаточным клиническим эффектом от адреномиметиков лечащим врачом назначены ингаляционные формы глюкокортикоидов.
   Обратилась для подбора йогатерапии в октябре 2010 года. Практика состояла из мягких вьяям (суставной гимнастики) на все основные суставные группы, но с акцентом на руки и плечевой пояс, техник на формирование и укрепление дыхательной мускулатуры, развитие навыков диафрагмального и полного дыхания, естественный вибромассаж с пропеванием гласных звуков и простукиванием грудной клетки, цикла марджариасаны, неглубоких прогибов лёжа на спине (сарпасана, варианты бхуджангасаны без помощи рук). Шавасана (заключительная релаксация) непродолжительная (около 3–5 минут), в виде мягкого пассивного прогиба (невысокий валик между лопаток вдоль позвоночного столба).
   Предлагаемый комплекс упражнений выполнялся пациенткой 5–6 раз в неделю. Параллельно проведена успешная коррекция фармакотерапии гипертонической болезни. Спустя месяц отмечено стойкое клиническое улучшение течения бронхиальной астмы. Спустя 2 месяца с начала занятий приступы исчезли полностью, проведено поэтапное снижение доз ингаляционных глюкокортикоидов с последующей полной их отменой. По настоящее время пациентка продолжает практику йогатерапии, имеет место полная ремиссия в течении бронхиальной астмы: отсутствие приступов экспираторной одышки без какой-либо фармакологической поддержки.

Йогатерапия варикозной болезни

   В нашей системе кровообращения все сосуды устроены в чём-то одинаково, а в чём-то совсем по-разному. Объединяет все сосуды то обстоятельство, что сосудистая стенка обычно содержит три слоя: наружный соединительнотканный, отграничивающий сосуд от окружающих тканей и обеспечивающий эластичность сосуда; средний, мышечный, который позволяет сосуду сжиматься и расслабляться, меняя свой тонус и диаметр, и внутренний, эндотелиальный, который играет важную роль в проницаемости сосудистой стенки и в её взаимодействии с клетками крови.
   При этом сосуды на протяжении всего сосудистого русла меняют свои свойства и строение, приспосабливаясь под выполнение тех задач, которые на них возлагаются на соответствующем этапе.
   Самые крупные сосуды – аорта и её основные ветви – первыми принимают на себя удар крови, выбрасываемой из левого желудочка сердца, и должны обладать высокой эластичностью, то есть способностью возвращаться к исходной форме после растяжения. Поэтому их называют эластическими сосудами. У них наиболее развит наружный, соединительнотканный слой.
   Более мелкие артерии (артериолы) имеют очень развитый средний, мышечный слой и поэтому способны сильно сжиматься, оказывая сопротивление кровотоку. Благодаря этому качеству они получили название резистивных сосудов. Эти мелкие сильные артерии вносят большой вклад в формирование системного артериального давления; они также могут ограничивать вход крови в капилляры, тем самым снижая кровоток в тканях. Мелкие резистивные сосуды – одна из мишеней практики пранаямы: при задержках дыхания в крови повышается уровень углекислого газа, обладающего расслабляющим эффектом на мелкие артерии, и таким образом повышается уровень капиллярного кровотока.
   Далее мелкие артерии переходят в обменные сосуды. Такое название получили капилляры, так как именно в них идут процессы газообмена между кровью и тканями. Для того чтобы газы перемещались сквозь сосудистую стенку максимально быстро, природа сделала капилляры однослойными: здесь отсутствуют наружный и мышечный слои; капиллярная стенка состоит из единственного эндотелиального слоя, легко пропускающего газы и другие вещества. Кроме того, в тонкой капиллярной стенке имеются фенестры – отверстия, через которые клетки иммунной системы могут мигрировать из кровотока в ткани и обратно.
   И наконец, после капилляров начинается следующий функциональный класс сосудов, называемый объёмными. Сначала это мелкие вены, в которые собираются капилляры; далее, всё более и более укрупняясь, вены подходят к сердцу и впадают в правое предсердие – таким образом венозная кровь снова вступает в процесс кровообращения и направляется к лёгким, чтобы обогатиться кислородом и отдать в атмосферу углекислый газ.
   Почему же вены названы объёмными сосудами? Дело в том, что в венах содержится основной объём крови – около 70 % всей циркулирующей крови одномоментно находится именно в венозном русле. Вены играют роль депо, хранилища крови. Это нужно на тот случай, если в каких-то органах и тканях потребуется увеличение кровоснабжения – например, при физической нагрузке кровоток перераспределяется в пользу мышц, при кровотечении организм стремится сохранить достаточное кровоснабжение жизненно важных органов – мозга, сердца, почек. Для этого тонус венозных сосудов повышается и часть крови, как бы «выдавливаясь» из вен, перемещается в другие отделы сосудистого русла.
   Для выполнения своих функций хранилища крови вены обладают высокой способностью к растяжению. Но именно эта особенность и делает вены слабым звеном сосудистой системы. Многократное растягивание в конце концов может приводить к тому, что венозная стенка перерастягивается, деформируется, и в конечном итоге возникает её варикозное расширение.
   Варикозная болезнь (ВБ) – это общая слабость венозной стенки, и данное явление может иметь место в разных областях тела, по сути являясь следствием одной и той же причины. Это может быть варикозная болезнь нижних конечностей, органов малого таза, венозная слабость может проявляться в виде нарушений оттока из полости черепа; наконец, геморрой – это тоже патологическое расширение венозных сплетений, окружающих прямую кишку.
   В настоящее время многие авторитетные исследователи (М. Я. Яковлев и др.) считают, что в развитии ВБ определяющую роль играют генетические особенности соединительной ткани, входящей в состав венозной стенки. Основой служит снижение содержания в соединительной ткани отдельных видов коллагена или нарушение соотношения между ними, что ведёт к чрезмерной растяжимости и недостаточной прочности венозной стенки. Кроме того, огромное значение имеют предрасполагающие факторы, значительно ускоряющие развитие заболевания:
   – характер и условия труда: длительное пребывание в стоячем или сидячем положении резко усиливает процессы венозного застоя;
   – беременность и роды: увеличение матки повышает давление в брюшной полости, что приводит к сжатию венозных сосудов и ухудшению венозного оттока из нижних конечностей, органов малого таза и брюшной полости;
   – аналогичным действием обладают запоры, также повышающие давление в брюшной полости;
   – отсутствие регулярной двигательной активности.

   Отдельно стоит остановиться на ВБ органов малого таза у женщин. Здесь, кроме беременностей и родов, большое значение имеют методы контрацепции (наличие внутриматочной спирали, прерванные половые акты), а также отсутствие оргазмов – всё это отрицательно сказывается на венозном кровообращении малого таза. Кроме того, нарушения менструального цикла и гиперэстрогения неблагоприятным образом вмешиваются в регуляцию сосудистого венозного тонуса [Мозес, Ушакова, 2006], стимулируют развитие ВБ и слабость мышц тазового дна.

   На определённом этапе развития варикозной болезни не последнюю роль играет дисфункция венозного клапанного аппарата. Общеизвестно, что вены (в первую очередь вены нижних конечностей и малого таза) имеют клапаны, которые способствуют движению крови только в одном направлении – к сердцу, не давая ей двигаться обратно. Если вена чрезмерно расширяется, створки клапанов отходят друг от друга и начинают пропускать кровь в обратном направлении, то есть формируется относительная недостаточность клапана. Обратный ток крови через клапан приводит к ещё большему застою крови и расширению вены, расширение вены – к ещё большей недостаточности клапана. Формируется патологический замкнутый круг, в котором ситуация поддерживает и усугубляет сама себя.
   Далее формируются структурные изменения компонентов сосудистой стенки и необратимое формирование варикозных узлов. Гипоксия венозной стенки, вызванная застоем крови в просвете сосуда, повреждает эндотелий и приводит к структурной перестройке всех компонентов сосудистой стенки.

   Прежде чем перейти непосредственно к рассмотрению методики йогатерапии, вспомним о том, какие механизмы улучшают венозный отток и будут препятствовать развитию варикозной болезни.
   Что заставляет кровь двигаться к сердцу, особенно из ног и малого таза – ведь в данном случае крови приходится преодолевать силу гравитации? Понятно, что клапанный аппарат не даёт крови двигаться в обратном направлении, но что заставляет её идти к сердцу?
   Механизмов венозного возврата несколько. Упомянем два основных: первым является мышечный насос (в первую очередь нижних конечностей). Каждый раз, когда мы делаем шаг, мышцы голеней и бёдер сокращаются, вены, находящиеся в их толще, сжимаются, и кровь выдавливается вверх по ходу клапанов, то есть по направлению к сердцу.
   Второй механизм венозного возврата – присасывающее действие грудной клетки на вдохе. Во время вдоха давление в грудной клетке снижается, что приводит к засасыванию крови в крупные вены, расположенные рядом с сердцем, за счёт чего улучшается возврат крови к сердцу из периферических вен. Этот механизм усиливается при использовании техник уджайи на вдохе, так как данная техника способствует ещё большему падению давления в грудной клетке во время вдоха. Уджайи на выдохе, наоборот, повышая давление в грудной клетке и в крупных венах, притормаживает венозный возврат и потому при явных нарушениях венозного оттока в практике не используется.

   При построении «противоварикозного» йогатерапевтического алгоритма следует исключить техники, усугубляющие венозный застой и ограничивающие нормальные механизмы венозного возврата. Ограничиваются стоячие асаны с длительными фиксациями как выключающие мышечный насос нижних конечностей. Сама по себе практика стоячих асан будет очень полезна, но без длительных фиксаций, то есть возможны самые разные вариации на основе сурья-намаскар с использованием любых стоячих асан в динамическом режиме с очень короткими фиксациями (не более 10 секунд). Такой подход будет активизировать мышечный насос нижних конечностей и не будет блокировать его.
   Ограничивается также выполнение сидячих асан, ограничивающих кровоток в венах нижних конечностей (вирасана, падмасана, ваджрасана, гомукхасана и подобные им).

   Встречается йогатерапевтический подход, применяющий эти асаны, но в этом случае их нужно использовать только с короткими фиксациями (не более 20–30 секунд) и чередуя с перевёрнутыми асанами, выполняемыми в течение 30-60 секунд и более. Например, такая последовательность: ваджрасана (15 секунд) – випарита-карани-мудра (60 секунд) – вирасана (15 секунд) – сарванга-сана (60 секунд) – ваджрасана (15 секунд) – сиршасана (60 секунд и более). Предполагается, что короткое ограничение венозного кровотока в сидячей асане слегка растягивает мышечные элементы сосудистой стенки, что вызывает ответное повышение их тонуса, после чего выполняется перевёрнутое положение, способствующее активному оттоку крови и объёмной разгрузке вен. Однако данный подход в практическом применении довольно громоздок и возможен только при индивидуальной работе.

   Из практики также исключаются фиксации в асанах, значительно повышающих давление в брюшной полости – в первую очередь ардха-навасане и ей подобных. Выполняться асаны на мышцы брюшного пресса должны только в динамическом режиме, хорошо их сочетать с уджайи на вдохе, дополнительно улучшая венозный возврат за счёт работы дыхания. Следует также помнить, что ряд прогибов на животе (таких как дханурасана, шалабхасана) также сильно повышают внутрибрюшное давление (исследование Bhole, Karambelkar, 1971 г., цит. по [Эберт, 1999]).
   Теперь нужно включить в практику техники, благотворно влияющие на процессы венозного оттока.
   Разгрузке вен нижних конечностей и малого таза способствую перевёрнутые асаны. Для венозной и лимфатической системы ног хорошо работают сочетания перевёрнутых положений с динамическими движениями стоп (вращения, сгибания-разгибания в голеностопных суставах), выполнение уддияна-бандхи в перевёрнутых асанах. На венозную систему малого таза благотворно влияют скручивающие вариации перевёрнутых асан, такие как паршва-сарвангасана и ей подобные.
   Брюшные манипуляции (уддияна-бандха и наули) являются мощными вакуумными приёмами, создающими отрицательное давление в полостях тела и потому увеличивающими венозный возврат. Наиболее мощной вакуумной техникой является мадхьяма-наули.
   Важным является использование дыхательных техник в специфическом режиме, направленном на улучшение венозного возврата. Для усиления присасывающего действия вдоха следует ввести в практику полное дыхание (с предварительной проработкой суставного и мышечного аппарата грудной клетки) и освоить технику уджайи на вдохе. Использование полного дыхания и уджайи на вдохе может быть эффективно использовано в простейших упражнениях для начинающих и пожилых людей с различной сопутствующей патологией: из положения тадасаны на вдохе выполняем уджайи и поднимаем руки (включение присасывающего действия грудной клетки на вдохе) и одновременно встаём на носки (включение мышечного насоса нижних конечностей), выдох без уджайи, опускаемся на пятки, руки вниз. Другой пример для более подготовленного человека с ВБ органов малого таза: на вдохе с уджайи входим в урдхва-мукха-шванасану, на выдохе без уджайи переход в адхо-мукха-шванасану, в конце выдоха уддияна-бандха (для разгрузки венозной системы малого таза, тазовая область при этом находится выше уровня сердца; венозный отток облегчён как за счёт гравитации, так и за счёт вакуумного действия уддияна-бандхи). Выполнение уддияна-бандхи в адхо-мукха-шванасане для разгрузки вен малого таза может выполняться многократно на протяжении всего комплекса.

   Таким образом, терапевтическая практика йоги при варикозной болезни имеет преимущественно динамический характер с большим количеством стоячих асан, но с минимальными по времени фиксациями. Активно используются брюшные манипуляции, в том числе выполняемые в различных вариантах перевёрнутых асан (адхо-мукха-шванасана, випарита-карани-мудра и др.). На протяжении всего занятия может использоваться уджайи на вдохе; уджайи на выдохе не используется либо используется в самом мягком варианте. Сидячие положения для выполнения дыхательных и медитативных практик подбираются таким образом, чтобы не страдал венозный отток, то есть без пережатия ног, с использованием подушки, кирпича или стула. В дыхательных пропорциях отдается предпочтение варианту сама-вритти (выдох равен вдоху).

   Помимо правильного построения практики, следует обратить внимание на общий режим жизни и труда. Если работа связана с длительным пребыванием в стоячем или сидячем положении, то не менее чем 1 раз в 45–60 минут следует встать и пройтись вверх-вниз по лестнице для активизации мышечного насоса. Следует избегать пребывания в жарких помещениях, в банях, саунах, в горячей ванне, на пляже под жарким солнцем (в таких условиях сосуды расширяются, и в первую очередь расширяются вены). При ВБ нижних конечностей очень полезен контрастный душ на ноги. Из видов спорта наиболее подходящими будут ходьба на лыжах и плавание.
   Варикозная болезнь – заболевание, отзывчивое к практике йогатерапии. И правильно построенные занятия, как правило, дают очень хорошие результаты. Разумеется, восстановить уже изменённую структуру сосудистой стенки невозможно. Но практика йогатерапии позволяет остановить дальнейшее прогрессирование процесса; кроме того, удаётся значительно улучшить качество жизни – уходят боли в ногах и в области таза, исчезают отёки. Основным условием успеха является правильное построение и регулярность практики.

Йогатерапия послеоперационного лимфостаза

   К системе кровообращения примыкает малозаметный, но важный участник циркуляции жидкостей в нашем теле – лимфатическая система. Частью «системы кровообращения» её называть было бы не совсем правильно. По лимфатическим сосудам движется не кровь, а лимфа – биологическая жидкость, по составу сходная с кровью, но не содержащая эритроцитов. В лимфе в большом количестве присутствуют лейкоциты, белки, жиры, углеводы и различные комплексные биологически активные вещества.
   Лимфатические сосуды являются дренажной системой, отводящей избыточную жидкость из тканей. Кровеносные капилляры – чрезвычайно проницаемые сосуды, и часть плазмы из кровеносного русла постоянно «пропотевает» сквозь капиллярную стенку в межклеточное, тканевое пространство. Если в силу различных причин этот процесс усиливается, жидкость накапливается в тканях, и развивается их отёк.
   Для предотвращения накопления жидкости в тканях и существует лимфатическая система. Лимфатические капилляры, в отличие от кровеносных, слепо замкнуты и расположены в межклеточных пространствах тканей. В стенках лимфатических капилляров имеются фенестры – своеобразные отверстия; сквозь «дырчатые» стенки капилляров тканевая жидкость просачивается внутрь. Происходит скапливание жидкости в просвете лимфатического капилляра; а уже далее образовавшаяся лимфа движется в сторону более крупных лимфатических сосудов. Лимфатические сосуды, всё более укрупняясь, впадают в конце концов в крупные вены – и таким образом ток лимфы дренируется в общую кровеносную систему и смешивается с кровью.
   Важнейшая часть лимфатической системы – лимфатические узлы, в которых базируются, активно созревают и обмениваются информацией клетки иммунной системы. Лимфатические узлы – своеобразный фильтр на пути тока лимфы, которая постоянно «анализируется» иммунной системой на предмет наличия инфекционных возбудителей и опухолевых клеток.
   Лимфатическая система – один из основных путей метастазирования злокачественных опухолей. Метастатические клетки могут перемещаться с током лимфы по организму, фиксируясь в различных органах и тканях (позвоночник, лёгкие, печень, мозг), и давать рост новым опухолевым очагам. Лимфатические узлы часто бывают первым «пунктом», который поражается метастазами. Поэтому при оперативном лечении злокачественных опухолей очень часто удаляются регионарные лимфоузлы, то есть находящиеся в непосредственной близости по пути лимфатического оттока.
   Так, при удалении молочной железы при оперативном лечении рака удаляют также и весь пакет подмышечных лимфоузлов. При удалении рака матки или других органов малого таза удаляется паховая группа лимфоузлов.
   Разумеется, изъятие части лимфатической системы (в первую очередь лимфоузлов, а также местных лимфатических сосудов) ухудшает её дренажные функции; отток лимфы нарушается, и начинается скопление жидкости в межклеточном тканевом пространстве. Отёк ткани сдавливает как лимфатические, так и венозные сосуды, что ещё больше нарушает процессы оттока по обеим дренажным системам. Формируется патологический замкнутый круг: накопление жикости в тканях сдавливает сосуды, а сдавление сосудов способствует накоплению жидкости и отёку тканей. В результате формируется стойкий хронический отёк конечности: после оперативного лечения рака молочной железы – отекает рука со стороны удалённой железы; после операций в области малого таза – развивается лимфостаз нижней конечности. Чем дольше сохраняется эта ситуация, тем глубже развивается гипоксия, местный ацидоз тканей, приводящий к пролиферации (избыточному развитию) соединительной ткани, или фиброзу. Фиброз формирует уже необратимые изменения в тканях, глубоко нарушая работу дренажных систем на уровне микроциркуляции.
   Развитие послеоперационного лимфостаза – весьма распространённая проблема среди онкологических больных, получавших хирургическое лечение. Вместе с тем данная ситуация поддаётся вполне успешному разрешению методами йогатерапии.
   Улучшение венозного и лимфатического оттока достигается, по сути, включением одних и тех же механизмов (подробнее о йогатерапии варикозной болезни можно прочитать в соответствующей главе). Та же методика, значительно улучшающая венозный отток с помощью техник, включающих мышечный насос конечностей (динамическая практика, задействующая периферические мышечные группы, исключение из практики длительных фиксаций в стоячих асанах и асанах, повышающих давление в брюшной полости), а также увеличивающих присасывающее действие грудной клетки на вдохе (развитие механизмов полного дыхания, уджайи на вдохе и т. д.), может успешно применяться и при развитии послеоперационного лимфостаза.

   Чем раньше начинается практика йогатерапии, направленная на улучшение работы лимфатической и венозной системы, тем лучше будут результаты. При развитии тканевого фиброза (обычно в течение нескольких лет после хирургического вмешательства) успехи йогатерапии будут уже значительно скромнее.

   Случай из практики
   Женщина 60 лет. Диагноз: состояние после мастэктомии справа по поводу рака молочной железы (2006 г.), экстирпации матки, овариэктомии по поводу рака эндометрия (2010 г.).

   Послеоперационный лимфостаз правой верхней конечности, левой нижней конечности.
   В возрасте 55 лет проходила комплексное лечение по поводу рака молочной железы (мастэктомия, химиотерапия). После оперативного лечения развился лимфостаз правой верхней конечности (со стороны удалённой железы и регионарных лимфоузлов).
   В возрасте 59 лет диагностирован рак матки, по поводу чего проведена операция по удалению матки и яичников, проведены курсы химиотерапии. В отдалённом послеоперационном периоде развился лимфостаз левой ноги – значительный отёк стопы и голени, приём венотоников (детралекс) давал незначительный эффект.
   Практика йогатерапии с февраля 2011 года. Практика ориентирована на улучшение венозного возврата из конечностей – динамическая работа мышцами голеней, стоп, кистей; существенное место в практике имели дыхательные техники, также направленные на улучшение венозного возврата – уджайи на вдохе, суставные вьяямы на грудную клетку, полное дыхание. Уджайи на выдохе исключалось. Варианты навасаны применялись только в динамических режимах. Также применялись положения тела с возвышенным положением конечностей в сочетании с динамической работой периферических мышечных групп.
   В течение первого же месяца занятий отмечена положительная динамика – уменьшился отёк левой нижней конечности, несмотря на прекращение приёма венотоников. Пациентка стала использовать предметы гардероба – обувь, брюки, – которые в последний год не могла носить из-за отёка ноги.
   В дальнейшем – прогрессирование положительного эффекта. В жаркий сезон летом – относительное транзиторное ухудшение, однако состояние нижней конечности и степень отёка всё равно лучше, чем до начала занятий, причём без приёма венотоников.
   На протяжении всего периода занятий положительная динамика наблюдалась только со стороны нижней конечности. Со стороны правой руки существенного улучшения добиться не удалось.


   Возможности йогатерапии при нарушениях венозного и лимфатического оттока многократно подтверждены практикой. Данный случай демонстрирует эффективность метода при существенных изменениях со стороны лимфодренажной системы, в том числе и после удаления всех регионарных лимфоузлов.

Йога и кортизол

   Сегодня йогатерапия находится в стадии становления – в том смысле, что современные условия так или иначе требуют перевода методики на нынешний, привычный западному врачу язык; требуют подчинения метода (без изменения его принципиальных составляющих) научной системе координат. Изложение методик йогатерапии языком сегодняшней науки, анализ результатов сквозь призму доказательной медицины необходим по нескольким причинам. Во-первых (и это самое главное), объективный анализ ведёт к пониманию, а понимание – к более эффективному применению метода, снижению количества ошибок и осложнений, неизбежных при поверхностных представлениях. Во-вторых, научно обоснованные доказательства позволяют говорить на одном языке с западной медициной, интеграция с которой не сужает, а расширяет возможности традиционных медицинских систем – таких как йогатерапия.

   В данной главе предпринята попытка анализа существующих научных данных о влиянии йоги на выделение кортизола – одного из основных гормонов коры надпочечников. Сегодня в йогатерапевтической среде циркулирует ряд положений, на которых порой основываются сугубо практические выводы; предполагается, что конкретные техники способны оказывать влияние на уровень кортизола и за счёт этого приводить к определённым терапевтическим эффектам. К примеру, принято считать, что прогибы обладают стимулирующим влиянием на область почек и надпочечников; следовательно, прогибами мы можем добиваться стимуляции синтеза и выделения кортизола. Кортизол, обладающий противовоспалительным и иммуносупрессивным действием, снижает воспаление при аутоиммунных заболеваниях – а значит, при этих же заболеваниях следует строить практику на преобладании прогибов.
   В целом, данная и подобные ей логические цепочки порой выглядят вполне здраво, но в медицине предположения, основанные на логике, нередко опровергаются практикой и доказательной наукой. Человеческий организм – слишком сложное образование, чтобы можно было всегда с лёгкостью и безошибочно строить умозаключения о его работе, особенно при наличии патологии. Предварительные выводы всегда подтверждаются или опровергаются практической работой, очень желательно подкреплять логические рассуждения научно-экспериментальными данными, а лучше всего – анализировать исходные предположения сквозь призму и науки, и практики.

   Кортизол – основной глюкокортикоидный гормон коры надпочечников. Изначально глюкокортикоиды (ГК) получили своё название из-за влияния на уровень глюкозы и на углеводный обмен (они различными путями повышают уровень глюкозы в крови; патологически избыточный уровень кортизола или его аналогов вызывает так называемый «стероидный диабет»). Но дальнейшее изучение этого класса гормонов открыло широкий перечень их свойств. В цели данной главы не входит подробный анализ физиологических эффектов нормальных и патологических концентраций кортизола в организме; при необходимости читатель сможет получить эту информацию в соответствующих источниках.

   Здесь мы остановимся лишь на отдельных свойствах глюкокортикоидов. Кортизол является основным гормоном адаптации, или гормоном, обеспечивающим сценарий стресса. ГК повышают сократимость миокарда и сосудов, тем самым способствуя повышению артериального давления. Под влиянием ГК повышается чувствительность системы кровообращения к прямым «стрессорным» влияниям – адреналина надпочечников и симпатической нервной системы. Поэтому избыток ГК приводит к развитию артериальной гипертензии и другим проявлениям стрессорной активации. Кортизол часто называют «гормоном стресса», и в определённой степени это верно: уровень стресса хорошо отражается уровнем кортизола, и измерение уровня кортизола в некоторых биологических жидкостях (например в слюне) помогает понять, насколько выражен «текущий» хронический психофизиологический стресс [Mizawa et al., 2013]. На этой взаимосвязи основаны многочисленные исследования, оценивающие влияние практики йоги на психоэмоциональное состояние человека.
   Одним из ярких свойств кортизола и его аналогов является мощное противовоспалительное действие. Кортизол угнетает воспаление, ингибируя деятельность многих его медиаторов, блокируя миграцию иммунных клеток в ткани, вызывает снижение количества лимфоцитов и таким образом общую иммуносупрессию. ГК тормозят миграцию клеток иммунной системы к очагам воспаления, что, по-видимому, и является основой противовоспалительного действия [Гарднер, Шобек, 2013].
   С противовоспалительными свойствами ГК связаны многие аспекты их применения в медицинской практике – к примеру, синтетические ГК применяются в лечении заболеваний, связанных с аутоиммунным воспалением (таких как ревматоидный артрит). В этой связи и вызывает живой интерес возможность стимуляции выделения кортизола надпочечниками с помощью техник хатха-йоги.

   Ниже будут рассмотрены изменения уровня кортизола в результате практики хатха-йоги – этому посвящён ряд современных научных исследований. Кроме того, также опираясь на исследования, мы попытаемся обсудить возможные влияния практик йоги на выработку кортизола при некоторых заболеваниях.

Практика йоги, уровень стресса и кортизол

   В другом исследовании принимали участие женщины, страдающие раком молочной железы III и IV стадии (перенесённое лечение в исследовании не указано). Участницы были разделены на 2 группы: группа практикующих йогу Айенгара (9 человек) и контрольная группа (9 человек). Первая группа выполняла 90-минутную практику дважды в неделю на протяжении 2 месяцев. Результаты оценивались путём измерения кортизола слюны, а также с помощью анкет, характеризующих эмоциональное состояние и общую усталость. В начале исследования и по завершении 8-недельного периода участницами были заполнены анкеты и собраны 8-кратные образцы слюны в течение двух дней. В итоге в группе практикующих йогу Айенгара выявлено улучшение эмоционального самочувствия и снижение уровня кортизола слюны [Banasik et al., 2011].

   Как мы видим, в обоих исследованиях показано, что систематическая практика йоги приводит к снижению уровня стресса, что коррелирует со снижением уровня кортизола, в том числе – у женщин, страдающих раком молочной железы. Ещё одно подобное исследование включало несколько десятков таких пациентов, и в нём были получены аналогичные результаты:

   В исследовании принимало участие 88 женщин, страдающих раком молочной железы II и III стадии и получающих курсы лучевой терапии. Первая группа численностью 44 человека выполняла комплексную программу йоги, вторая группа (44 человека) была контрольной. В каждой группе оценивался уровень тревожности, депрессии, а также уровень кортизола слюны утром и совокупные показатели кортизола слюны. Анализ результатов показал снижение тревожности и депрессии, а также снижение утреннего и среднего кортизола слюны в группе практикующих йогу по сравнению с контрольной. Имеется значительная положительная корреляция между уровнем тревоги и депрессии и утренним уровнем кортизола [Vadiraja et al., 2009].

   Любопытное исследование сравнивает влияние занятий африканскими танцами и хатха-йогой:

   69 студентов колледжа были разделены на 3 группы: практикующие хатха-йогу (18 человек), практикующие африканские танцы (21 человек) и в качестве контрольной использовалась группа в 30 человек, участники которой слушали лекции по биологии. Всего было проведено три 90-минутных класса соответствующего содержания. До и после каждого класса определялся эмоциональный фон посредством Perceived Stress Scale (PSS), а также исследовалось содержание кортизола в слюне. В результате оказалось, что занятия и африканскими танцами, и хатха-йогой позитивно влияют на эмоциональный фон. Лекции по биологии (контрольная группа) не оказывали влияния на эмоциональный фон по шкале PSS. При этом уровень кортизола увеличился после африканских танцев и уменьшился после практики хатха-йоги, не изменившись в контрольной группе [West et al., 2004].

   Таким образом, хотя танцы и й ога могут одинаково позитивно влиять на эмоции и восприятие стресса, физиологические последствия этих практик и их способность воздействовать на адаптивные процессы могут быть диаметрально противоположны.
   Помимо связи с практиками хатха-йоги, уровень кортизола может меняться и под воздействием медитативных практик (что неудивительно, учитывая всё ту же связь психофизиологического состояния и гормонального фона):

   Обнаружено умеренное снижение уровня сывороточного кортизола у лиц, практикующих «трансцендентальную медитацию» 3–4 месяца и значительное снижение у лиц, практикующих от 3 до 5 лет, по сравнению с контрольной группой. В этом же исследовании не обнаружено каких-либо изменений уровня тестостерона во всех группах [Jevning et al., 1978].

   Следует заметить, что состояние мозга, характерное для медитативных состояний, уровень кортизола и качественная практика хатха-йоги также взаимосвязаны:

   Исследовалась связь между активностью альфа-волн головного мозга и уровнем сывороточного кортизола во время практики йоги у 7 опытных практиков. Во время выполнения упражнений альфа-волны усиливались, а уровень кортизола снижался. Контрольной группы, повышающей достоверность исследования, не было [Kamei et al., 2000].

   Напомним, что доминирование альфа-ритма характерно для медитативных состояний и глубокой релаксации с закрытыми глазами [Okuma et al., 1957; Kasamatsu, Hirai, 1966].

   Таким образом, немалое количество исследований с той или иной степенью достоверности показывают нам, что в результате систематической практики йоги уровень кортизола снижается. Это касается здоровых практиков, а также лиц с серьёзной онкологической патологией (рак молочной железы). Как правило, исследования не приводят детального описания комплексов и преобладания в практике тех или иных элементов. Отдельные источники использовали подход конкретных школ хатха-йоги (йога Айенгара).
   Однако отдельные исследования приводят иные данные относительно практики йоги и кортизола:

   Группа из 16 человек, практикующих йогу не менее 3 лет, и контрольная группа из 10 человек, не практикующих йогу, сравнивались в данном исследовании. Исследовалось качество сна с применением Pitt sburgh Sleep Quality Index (PSQI), а также гормональный фон, характеризующий гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковую ось: АКТГ, кортизол и дегидроэпиандростерона сульфат крови. Согласно результатам оценки по шкале PSQI, в группе практиков йоги выявлено более высокое качество сна по сравнению с контрольной. Также в группе практиков обнаружен более высокий уровень кортизола [Vera et al., 2009].

   Как видим, с одной стороны, группа практиков йоги характеризуется лучшими психофизиологическими показателями и качеством работы ЦНС, с другой – более высоким уровнем кортизола, что несколько противоречит общепринятому мнению о кортизоле как «гормоне стресса» и данным других многочисленных исследований, показывающих снижение уровня кортизола в результате систематической практики йоги. Возможно, для объективной трактовки данных результатов нужен подробный анализ выполняемой практики.

Воспалительные и аутоиммунные заболевания

   Ряд болезней, которыми страдает человечество, остаётся серьёзнейшей и нерешённой проблемой. Сюда относятся аутоиммунные заболевания, в том числе ревматоидный артрит и анкилозирующий спондилоартрит (болезнь Бехтерева). Противовоспалительные эффекты глюкокортикоидов (несмотря на их порой тяжелейшие побочные эффекты) уже несколько десятков лет остаются основной стратегией терапии многих аутоиммунных заболеваний. Вполне понятен интерес и к такой проблеме, как изменение уровня кортизола при построении йогатерапии хронической воспалительной патологии.

notes

1

2

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →