Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Squishop — это эсквайр, который к тому же еще и епископ.

Еще   [X]

 0 

Прекрасная воительница (Смолл Бертрис)

Сыновья лэрда Дугалда Керра пали в бесконечных стычках между англичанами и шотландцами, и его единственной наследницей осталась внучка Мэгги.

Год издания: 2013

Цена: 59.9 руб.



С книгой «Прекрасная воительница» также читают:

Предпросмотр книги «Прекрасная воительница»

Прекрасная воительница

   Сыновья лэрда Дугалда Керра пали в бесконечных стычках между англичанами и шотландцами, и его единственной наследницей осталась внучка Мэгги.
   Но разве легко выжить в одиночку девушке, пусть даже она скачет верхом и управляется с мечом не хуже опытного воина? Дугалд решает выдать Мэгги замуж. Однако жених не должен уступать невесте в силе.
   Кто отважится состязаться с Приграничной Лисицей Мэгги Керр? Кто не побоится позора? Только Фингел Стюарт, родственник короля Якова, – мужчина, увидевший в юной шотландке не суровую воительницу, а пленительную красавицу, созданную для пылкой страсти и разделенной любви…


Бертрис Смолл Прекрасная воительница

Пролог


   Безумная Мэгги Керр могла обойти верхом на коне, перегнать в беге, победить в сражении, перепить за столом и перещеголять в сквернословии любого мужчину на границе, однако не таких добродетелей джентльмен ищет в жене. Но если мужчине нравятся высокие девушки с темно-каштановыми волосами, карими глазами и солидным приданым, то, возможно, и Безумную Мэгги можно счесть приемлемой – уже хотя бы потому, что она единственная наследница Дугалда Керра, а Дугалд Керр владеет Ашер-нам-Брегом.
   Ашер-нам-Брег – это глубокий узкий проход сквозь приграничные горы между Шотландией и Англией. Никто не мог припомнить времен, когда этим переходом не управляли бы шотландские Керры с северной стороны и английские Керры с южной. Путник один раз платил пошлину и получал гарантию безопасного перехода с одной стороны границы на другую. Купцы и гонцы, свадебные кортежи и прочие путники пользовались Ашер-нам-Брегом, а вот боевые отряды – нет. В течение нескольких столетий существовало негласное соглашение, по которому Ашер-нам-Брег разрешалось использовать только в мирных целях.
   С годами управление этим переходом принесло семейству Керров целое состояние. Правда, своим богатством они не хвастались, но их дом, построенный на невысоком холме, скорее походил на небольшую крепость, чем на усадьбу или башню. И деревня у подножия этого холма производила впечатление преуспевающей, что было на границе весьма необычным. Керры Брег-Ашера хранили верность королю и всегда были готовы прийти на помощь соседу. Они считались людьми благородными и заслуживающими доверия. Но старый лэрд доживал свои последние дни. Он был последним законным представителем Керров мужского пола, а его единственной наследнице, упрямой девчонке, только-только исполнилось семнадцать. И несмотря на ее репутацию, из-за которой внучка Дугалда Керра и заработала прозвище Безумная Мэгги, ей все же был необходим муж – мужчина достаточно волевой и решительный, который смог бы удержать Ашер-нам-Брег для сына, которого родит ему Мэгги. Непростая задача, но лэрд Брег-Ашера точно знал, какой именно мужчина сможет укротить его внучку. Вот найти его – это другое дело. А еще ему придется завоевать уважение Мэгги, потому что она девушка гордая.
   – Он должен суметь обойти ее верхом, перегнать в беге и победить в поединке, – заявил Дугалд Керр Дэвиду, своему младшему брату, выполнявшему роль семейного священника.
   – Полагаю, ты прав, брат, – коротко улыбнувшись, ответил Дэвид Керр, – но найти такого мужчину будет нелегко. Мне придется ради этого много молиться.
   Лэрд хохотнул.
   – Да, – согласился он, – придется.
   – И что ты собираешься предпринять, брат? – поинтересовался священник.
   – Устрою пир и приглашу всех соседей, а там объявлю им о моих намерениях. Я знаю, Мэгги многих из них просто пугает, потому что она слишком откровенная и своевольная, но наверняка соблазн заполучить Ашер-нам-Брег поможет им закрыть глаза на эти недостатки.
   – Она вовсе не настолько скверная, какой прикидывается, – заметил отец Дэвид. – Твое домашнее хозяйство идет так гладко благодаря ей. Она знает, как руководить слугами, заботится о больных. И никогда не боялась тяжелой работы. Я своими глазами видел, как она работала в поле, вместе с другими женщинами солила на зиму мясо и варила варенье.
   – И все же она предпочтет охотиться, а не готовить на кухне, – фыркнул в ответ лэрд.
   – Да, брат, это верно, – согласился священник. – Но она умеет делать все то, что должна делать женщина в большом хозяйстве. И станет отличной женой подходящему парню. Но я не верю, что ты сумеешь отыскать этого парня среди жителей пограничья, Дугалд.
   – Однако же я должен откуда-то начинать, – ответил лэрд Брег-Ашера.

Глава 1

   – Еще бы, – последовал язвительный ответ. – Все явились, чтобы набить себе животы и напиться допьяна за счет твоего деда. – Гризель хмыкнула. – Армстронги и Эллиоты, Брюсы и Фергюсоны, Скотты и Берды, которые вечно рассказывают всем байку о том, как их предок спас жизнь королю Вильгельму Льву и так получил свои земли. Еще есть несколько Линдсеев и Хеев, и ни один из них не достоин того, чтобы стирать грязь с твоих башмаков, моя драгоценная.
   – Может, я вообще к ним не выйду, – сказала Мэгги. – Мне не нравится, что меня будут представлять этим людям, как племенную кобылу деда. – Она взяла с края высокой дубовой ванны кусок ароматного мыла и медленно потерла им руку. – И замуж я не хочу, и отлично сумею удержать Ашер-нам-Брег самостоятельно, без вмешательства постороннего, который станет называть себя моим господином и хозяином. Иисусе, и почему я не родилась мальчиком?!
   – Потому что родилась девочкой, – сухо ответила Гризель. – Все, заканчивай купаться. Нужно пораньше спуститься в зал. Я не позволю тебе осрамить твоего деда, моя драгоценная, да ты этого и не сделаешь. Ты получше других знаешь, в чем твой долг.
   Гризель выложила на кровать темно-красное бархатное платье, которое Мэгги собиралась надеть этим вечером, с высокой талией и глубоким вырезом, обнажавшим плечи. Плотные узкие рукава и подол были отделаны темным мехом куницы. Кроме того, она выставила пару туфель с закругленными носами, обтянутых таким же бархатом, и вытащила темно-красные шелковые чулки с подвязками в тон.
   Мэгги вышла из ванны. Гризель торопливо закутала ее в подогретое полотенце.
   – Садись, дай я приведу тебя в порядок. Потом наденем на тебя сорочку, и сможешь выбрать драгоценности. Ты должна выглядеть лучшим образом, моя дорогая.
   – И ты туда же, Гризель? – возмутилась Мэгги. – Да мне плевать, попросит хоть один из этих болванов моей руки или нет. Не нужен мне никакой муж, и уж я постараюсь, чтобы любому из этих мужчин было очень трудно добиться моей благосклонности. – Она надела тонкую льняную сорочку.
   Улыбаясь сама себе, Гризель ласково толкнула юную госпожу на пуфик и начала расчесывать ей волосы.
   – Ты Керр, – говорила Гризель, проводя щеткой из щетины вепря по густым каштановым волосам Мэгги. – И сделаешь все, что потребуется для блага семьи.
   – Теперь давай наденем платье, – сказала Гризель.
   Она помогла госпоже облачиться в мягкий бархат и проверила, не морщат ли узкие, отороченные мехом рукава, и зашнуровала наряд. Высокая талия платья так приподняла девичью грудь, что ее стало отлично видно в низком вырезе.
   – Дай мне нитку жемчуга, – велела Мэгги.
   Гризель открыла шкатулку с драгоценностями и вытащила жемчуг.
   – Конечно, мужчина, который тебя завоюет, будет тебя любить и уважать твое положение, – сказала Гризель. – Он должен быть достоин тебя, девочка моя, и на другого ты просто не должна соглашаться. Только остерегайся тех, кто попытается соблазнить тебя, чтобы потом этим воспользоваться.
   Мэгги захохотала:
   – Я умудряюсь сохранять невинность вот уже семнадцать лет, Гризель! И буду и дальше хранить ее от всех тех, кто алчет моего богатства, моего тела и власти моей семьи. Могу сразу сказать тебе: мужчины, с которым я в конце концов обвенчаюсь, сегодня в зале у деда нет. – Она взяла кормилицу за руку. – Ну, пойдем, Гризель! В зал! Это будет забавный вечерок.
   Они вышли из комнаты, спустились по винтовой лестнице и вошли в большой зал. Гризель растолкала заполнивших огромное помещение мужчин, чтобы ее хозяйка могла пройти к столу на возвышении, где ее ждал дед.
   Дугалд Керр смотрел, как к нему приближается внучка. В карих глазах пылала гордость, и губы его изогнулись в усмешке. Озорная девчонка вырядилась, чтобы устрашить, и, судя по открытым ртам, которые он заметил, окинув взглядом зал, ей это удалось. Она сумела пробудить похоть во многих мужчинах, но шла, не опуская глаз и не смущаясь гостей. Мэгги шла с уверенностью его единственной наследницы и ближайшей кровной родственницы, помимо брата Дэвида.
   Дугалд гордился ею, в особенности потому, что даже и не надеялся, что хрупкая и слабая невестка, умершая во время родов, сможет подарить ему наследника, уж не говоря о такой крепкой девушке, как Мэгги. Его младший сын, Роберт, женился на Глинис Керр, из недердейлских Керров. Прошло много веков, так что родство между ними было самое отдаленное. К несчастью, Глинис оказалась слишком хилой и, прежде чем родить Мэгги, потеряла двух сыновей. Роберт погиб в самом начале беременности Глинис, и Дугалд Керр почти отчаялся.
   Оба его старших сына, их жены и дети – все умерли. Самый старший, как и самый младший, погиб во время приграничных войн. Он тогда только женился, и его жена не успела родить. Она вернулась в свою семью и снова вышла замуж. Среднего сына, его жену и двух маленьких сыновей унесла зимняя эпидемия. Роберту тогда сравнялось всего шестнадцать. Годом спустя женился и он, а через три года погиб. Однако его жена, войдя в серьезность положения семьи, сумела подавить свою скорбь, чтобы родить здорового ребенка. А увидев лицо свекра, когда младенец выскользнул из ее чрева, Глинис прошептала два слова: «Простите меня», перестала цепляться за жизнь и умерла.
   И сейчас, глядя на то, как дочь Глинис приближается к столу, Дугалд Керр жалел, что Глинис не дожила до этого дня и не увидела блистательную наследницу, которую они с Робби подарили Брег-Ашеру. Он широко улыбнулся, когда Мэгги ступила на возвышение, сначала поздоровалась с дядей Дэвидом, потом наклонилась и поцеловала Дугалда Керра в румяную щеку. Усевшись в дубовое кресло с высокой спинкой, стоявшее по правую руку от деда, она окинула взглядом собравшихся.
   – Остался ли на границе хоть кто-то, кто не пирует сегодня за твой счет, дед? – лукаво спросила Мэгги, и в ее карих глазах заплясали озорные искорки.
   – Вполне возможно, среди этой своры приграничных жителей находится и твой супруг, девочка, – ответил он, улыбаясь внучке.
   Мэгги, признавался он себе, была его слабым местом, только поэтому он позволял ей без присмотра ходить куда угодно. Ее дерзость и независимость восхищали Дугалда, но ему хватало мудрости понимать, что в любой другой женщине это бы его возмутило.
   – Сегодня вечером в этом зале нет мужчины, с которым я готова обвенчаться и разделить постель, дед, – откровенно заявила Мэгги.
   – Место женщины рядом с мужем, – мягко заметил Дэвид Керр.
   – Да почему? Потому что мы слабые и хрупкие сосуды, дядя? Потому что нам сказали, что Господь сначала создал мужчину, и поэтому в Его глазах мы существа низшие? Но если так, почему именно мы должны вынашивать новую жизнь во славу Господа? – требовательно спросила Мэгги.
   – Почему ты все время задаешь такие чертовски умные вопросы, племянница? – парировал священник, в глазах которого плясали веселые искры.
   – Потому что обожаю загонять тебя в угол, дядя. Я решительно отказываюсь соглашаться с церковным утверждением, что женщины – существа низшие и годятся только на то, чтобы вести дом и порождать новые души. И еще я не желаю мужа, который через мою голову завладеет Брег-Ашером. Я прекрасно сумею управлять Ашер-нам-Брегом самостоятельно, мне не требуется для этого какой-то посторонний мужчина, – твердо заявила Мэгги.
   – А когда ты покинешь эту землю, кто останется, чтобы позаботиться об Ашер-нам-Бреге, Мэгги? – негромко спросил ее лэрд.
   Она поднесла его руку к губам и поцеловала.
   – Мы будем жить здесь вечно, дед, – сказала Мэгги. – Ты и я, мы будем вместе управлять Ашер-нам-Брегом.
   – Детские разговоры! – отрезал Дугалд Керр. – А ты уже давно не ребенок, Мэгги. Тебе нужен муж, чтобы зачать дитя. Дитя, которое однажды унаследует все то, что Керры из Ашера хранили веками. Я не заставлю тебя силой идти к алтарю, но раньше или позже тебе придется выбрать мужчину и выйти за него. А я помогу тебе найти подходящего мужа, внучка. Такого, который будет тебя уважать. И кого ты сама сможешь уважать.
   – Но не сегодня и не в этом зале, дед, – повторила она.
   – Может, ты и права, но прежде чем забрасывать сети в море, Мэгги, мы должны дать нашим соседям возможность поухаживать за тобой, – сказал лэрд.
   Мэгги взяла серебряный кубок, украшенный зеленым малахитом, и сделала большой глоток красного вина.
   – Я не могу тебе противоречить, дед, – произнесла она. – Очень хорошо, давай посмотрим, что можно найти на этой выставке парней, жаждущих получить мою руку, потратить мое состояние и получить мое наследство. – Она засмеялась.
   – Да поможет Господь мужчине, который когда-нибудь сумеет тебе угодить, – сухо бросил Дэвид Керр.
   Лэрд засмеялся и сделал знак слугам подавать. Они потянулись в зал, неся исходящие паром блюда, тарелки и миски с едой.
   – Приятно видеть вас всех здесь сегодня вечером, – произнес Дугалд Керр и улыбнулся собравшимся. Ему было уже за шестьдесят, но годы его не согнули, и он по-прежнему оставался красивым мужчиной – чисто выбрит, с коротко постриженными седыми волосами, длинным лицом и пронзительными карими глазами. Сегодня вечером он надел длинную темную парчовую тунику, отороченную мехом куницы. Никто не мог бы ошибиться и принять лэрда Брег-Ашера не за того, кем он был, а был он человеком богатым.
   – Как вам всем наверняка известно, я старею, – начал он, – моя единственная наследница – это моя внучка Маргарет, и я надеюсь найти среди вас для нее мужа. Однако я не отдам ее за кого попало. Чтобы получить ее руку, вам придется перегнать Мэгги верхом, опередить в беге и победить в поединке. Кроме того, вы должны завоевать ее уважение. Если кто-либо из вас претендует на то, чтобы стать мужем моей внучки, подойдите и сообщите мне об этом до того, как вы уедете от нас завтра утром. Мужчина, который обвенчается с Мэгги и разделит с ней ложе, когда-нибудь будет владеть Ашер-нам-Брегом. Но если я не смогу найти среди вас того, кто подойдет и ей, и мне, мне придется искать в другом месте на тех же условиях. А сейчас выпейте, и пусть мой волынщик вас развлекает.
   В зале послышалось бормотание, и Мэгги едва не расхохоталась, заметив, какие изучающие взгляды бросают на нее мужчины. Поскольку все догадывались, что лэрд Браг-Ашера подыскивает внучке мужа, многие лорды из других кланов явились сюда со своими сыновьями, достигшими брачного возраста. А некоторые лэрды и сами были холостяками или вдовцами в поисках второй или даже третьей жены.
   – Отличный выбор, – пробормотал над ухом двоюродный дед-священник. – Брат лорда Хея кажется вполне подходящей тебе парой.
   – Я предпочитаю более молодого человека, чтобы он мне подчинялся, – негромко ответила Мэгги. – Такого, кто с удовольствием позволил бы мне делать все необходимое, и пусть ставит это себе в заслугу. Мне не требуется ничье признание, я просто хочу как следует управлять Ашер-нам-Брегом. Если я смогу зачать сына и всему его научить, так и сделаю. Но не похоже, чтобы хоть у одного из этих мужчин была хоть капля мозгов.
   – Нельзя судить только по внешнему виду, – заметил дед. – Пусть волынщик играет, а ты потанцуй с некоторыми. Может, будешь приятно удивлена.
   – Скорее я буду разочарована, но все равно последую твоему совету, дед, – ответила Мэгги, встала и крикнула: – Кто со мной потанцует, милорды?
   Спустившись с возвышения, она тут же оказалась в окружении нескольких нетерпеливых мужчин. Окинув их дерзким взглядом, Мэгги усмехнулась и обратилась к юноше с белокурыми волосами.
   – Для начала ты подойдешь, – сказала она и грациозно протянула ему руку.
   Он страстно вцепился в ее руку и произнес задыхающимся голосом:
   – Калум Линдсей, мистрисс Мэгги.
   Другой рукой он обнял Мэгги за талию. Волынщик заиграл прелестную мелодию. К несчастью, юноша оказался никудышным танцором. Сначала он наступил на ногу себе, потом Мэгги. На вид ему было лет шестнадцать, не больше. Юноша пытался сосредоточиться на быстрых движениях контрданса, и его кадык возбужденно прыгал вверх и вниз. Калум ни разу не решился посмотреть в глаза Мэгги, и было ясно, что он ее побаивается.
   Каштановые кудри Мэгги разлетались в разные стороны. Вовлечь Калума Линдсея в беседу тоже оказалось невозможно – Мэгги видела, что если он заговорит, то окончательно запутается в танце. Она почувствовала искреннее облегчение, когда перед ней появился более взрослый партнер. Впрочем, юноша тоже явно обрадовался. Мэгги посмотрела прямо в лицо джентльмену, узнав красный плед клана Хеев.
   – А ты?.. – спросила она.
   – Юан Хей, – коротко ответил тот и, резко повернувшись в танце, приподнял Мэгги и снова опустил на пол. – Мне двадцать восемь, никогда не был женат, я третий сын и собираюсь завтра утром обратиться к твоему деду.
   – Понятно, – отозвалась Мэгги. – И ты думаешь, что сумеешь перегнать меня верхом и бегом и победить в поединке, Юан Хей?
   – Да ты же просто женщина, ради всего святого, – ответил он. – О, я наслышан о твоей славе, но всем понятно, что ты всего лишь бахвалишься, и больше ничего.
   Мэгги засмеялась:
   – Ох-ох-ох, сэр, ну ты и болван, если так считаешь! И все-таки милости прошу, поговори с моим дедом. Ничто не доставит мне большего удовольствия, чем победить тебя во всех трех состязаниях.
   Лицо Юана Хея потемнело от гнева.
   – Посмотрим, насколько честно ты состязаешься. А когда я поставлю тебя на место и женюсь на тебе, в нашу первую брачную ночь я возьму крепкий ореховый прут и выбью из тебя всю гордость. Ты поймешь, как должна себя вести приличная жена.
   – Я бы не вышла за тебя, даже если бы ты был последним мужчиной на земле! – сердито выпалила Мэгги. – Вспомнишь мои слова, когда мой меч окрасится твоей кровью.
   Когда музыка кончилась, она вырвалась и вернулась на возвышение.
   – Ты раскраснелась, – заметил Дугалд Керр. – Возможно, младший брат лорда Хея сказал тебе что-нибудь неприятное?
   – Он будет просить моей руки, побьет меня во всех трех состязаниях и выпорет меня ореховым прутом в нашу первую брачную ночь, чтобы я знала свое место, – сообщила Мэгги деду и его брату.
   Лэрд резко вскинул голову и осмотрелся. Отыскав Юана Хея, он гневно посмотрел на него.
   – Я не приму его сватовства, – сердито сказал Дугалд.
   – Нет, пусть попытается меня победить, – ровным ледяным тоном произнесла Мэгги. – Этот человек просто жаждет публичного унижения, и я ему с удовольствием его обеспечу. Пусть ублюдок попробует взять верх в честном поединке. Я с радостью опозорю его перед остальными.
   – Будь осторожна, племянница, – предостерег ее Дэвид Керр.
   – Буду, дядя, – заверила его Мэгги и снова встала. – А сейчас, господа, прошу меня извинить. На сегодня я сыта по горло. Прошу вашего разрешения покинуть зал.
   – Конечно, – ответил дед. – Отдохни хорошенько, дитя мое.
   Мэгги покинула большой зал, ловко и быстро лавируя между столами. Она поужинала очень скромно и выпила совсем мало. Завтра, когда Юан Хей попросит ее руки, Мэгги сразу же заставит его состязаться. Она могла бы победить его и в более выгодных обстоятельствах, но он уже влил в себя немало эля, и Мэгги ни секунды не сомневалась, что после их знакомства он напьется как свинья – да он свинья и есть. Она лукаво усмехнулась. Нужно лечь спать прямо сейчас. Ей необходим хороший ночной отдых, чтобы преподать младшему брату лорда Хея столь необходимый урок.
   Гризель уже дожидалась Мэгги и внимательно выслушала все подробности о прошедшем вечере.
   – Этот парень Хей слишком наглый, на мой взгляд, – сказала она.
   – Завтра утром он перестанет быть таким наглым, – мрачно отозвалась Мэгги.
   – Будь осторожна, девочка моя. Боюсь, с такими, как он, шутки плохи, – предостерегла ее Гризель. – Говорят, эти приграничные Хеи вообще люди упрямые и бессердечные.
   – Разбуди меня с первыми лучами зари, – попросила Мэгги, переодевшись. Она умыла лицо и руки, почистила зубы и забралась в удобную постель, задернутую розовыми бархатными занавесками.
   – Обязательно, – пообещала Гризель, убрала одежду госпожи и вышла из спальни.
   Мэгги задула горевшую у кровати свечу.
   Несколько часов спустя, едва небо начало светлеть, Гризель вернулась и разбудила юную госпожу. Мэгги тотчас встала, отдохнувшая и готовая к борьбе. Дав распоряжения служанке, она натянула штаны, заправила в них сорочку и тщательно зашнуровала белую льняную рубашку. Потом села, чтобы надеть светлые шерстяные носки и поношенные кожаные башмаки.
   – Я спущусь в кухню и позавтракаю кашей, – сказала она Гризель, выбегая из спальни.
   Кухарка наложила ей полную миску исходящей паром овсянки. Мэгги полила ее медом и жирными сливками, взяла ложку и быстро начала есть.
   – Кусочек свежего деревенского хлеба, мистрисс? – спросила кухарка.
   – Только овсянку. Сегодня утром мне придется побегать, – ответила Мэгги. Кухарка захихикала.
   – Слуга в зале говорит, что брат лорда Хея как раз сейчас разговаривает с лэрдом. Вчера вечером я его видела. На лицо смазливый, но очень уж он плохо отнесся к одной из наших служанок. Сердце у него жестокое.
   – Не бойся, – заверила ее Мэгги, – я за него ни за что не пойду!
   Доев овсянку, она торопливо поднялась по лестнице в большой зал, где лорд Хей и его брат Юан разговаривали с лэрдом. Мэгги подошла к деду и дерзко уставилась на обоих мужчин.
   – Юан Хей просит твоей руки, девочка, – сказал Дугалд Керр.
   – Он готов принять наши условия, дед? – спокойно спросила Мэгги.
   – Говорит, готов, – последовал ответ.
   – Сегодня? – многозначительно произнесла Мэгги. – Он мне не нравится, дед, и я хочу как можно скорее лишить его всех надежд.
   – Сегодня? Ты что, рехнулась? – взорвался Юан Хей. – Вы слишком потакаете этой девице, милорд. Когда мы обвенчаемся, я ей потакать не буду.
   – Если хочешь попытаться завоевать меня, то будешь делать это на условиях моего деда, а не на своих, – холодно произнесла Мэгги. – Сегодня, завтра, на следующей неделе. Ты никогда меня не одолеешь, и, честно сказать, я с таким же успехом разделаюсь с тобой хоть сегодня, хоть завтра.
   – Милорд? – повернулся Юан к лэрду.
   – Она права, юный Хей. Если ты ее хочешь, то примешь вызов сегодня. Если не сможешь победить сегодня, то поверь – у тебя это не получится и в любой другой день.
   Юан Хей обернулся к своему старшему брату, но лорд Хей покачал головой и сказал:
   – Лэрд знает, о чем говорит. Если ты и вправду ее хочешь, возьми верх сегодня и покончи с этим, Юан. А если решишь отказаться, что ж – никто не обвинит тебя за то, что ты не принял вызов. Есть и другие девушки, куда более сговорчивые, чем эта.
   – Женщина никогда меня не одолеет! – прорычал Юан Хей, и лицо его потемнело.
   Мэгги расхохоталась.
   – Побежим босиком, – милым голосочком произнесла она.
   – Босиком? – Его голос взлетел вверх на целую октаву.
   – Это мое условие, сэр. – Мэгги села на возвышении и быстро разулась.
   – Отклони вызов и поехали домой, – сказал лорд Хей брату.
   – Ни за что! – почти прокричал Юан.
   Они должны были пробежать бегом и проскакать верхом один и тот же маршрут: пересечь подъемный мост, спуститься вниз с холма, пробежать сквозь деревню, повернуть, подняться обратно на холм, обогнуть небольшую башню и снова пересечь мост. Вернувшись, они должны были сесть на коня и повторить тот же самый маршрут верхом. Никаких передышек.
   – И если ты переживешь это состязание, – добавила Мэгги, – я вызову тебя на поединок на мечах. Сражаться будем до первой крови, только тогда состязание закончится. Ты согласен?
   – Согласен! – процедил сквозь зубы Юан. Он примет вызов и победит, а в первую брачную ночь изобьет ее до синяков за сегодняшнее нахальство.
   Юан скинул башмаки и чулки.
   – У тебя маленькие ступни, – заметила Мэгги. – Говорят, у мужчины с маленькими ступнями и член маленький.
   Лорд Хей с трудом подавил смех, а лицо его младшего брата снова потемнело от ярости. Девчонка здорово доводит его до бешенства, а он с готовностью глотает наживку, и если поддастся этому гневу, то потратит на нее все свои силы, чего она, собственно, и добивается. Нет, он совсем не хочет, чтобы Безумная Мэгги Керр стала членом его семьи.
   Зал опустел, все высыпали наружу и потянулись к разводному мосту. Гризель торопливо подошла к своей госпоже и красной лентой связала сзади ее волосы. Дугалд Керр спросил соперников, готовы ли они, получил утвердительный ответ от обоих, поднял вверх руку и бросил белую салфетку. Она затрепетала, опускаясь на землю, а Юан Хей и Мэгги Керр рванули с места под одобрительные возгласы зевак.
   Но с самого начала стало понятно, что Юан не сумеет перегнать Мэгги.
   Она уже скрылась из виду, когда он только подбежал к мосту. Камушки вонзались в босые ступни, Юан морщился, кривился и сыпал проклятиями, пытаясь догнать Мэгги. В конце деревни стояли двое мужчин из клана Хеев – они должны были подтвердить, что оба соперника дистанцию прошли полностью. Мэгги уже бежала навстречу Юану.
   – Сука! – прокричал он, когда она промчалась мимо.
   Но в ответ на это Мэгги только рассмеялась. Она целиком отдалась бегу, потому что хотела скорее покончить и с состязанием, и с Юаном. Вернувшись во двор, она не задержалась даже для того, чтобы надеть башмаки, хотя времени ей хватало с избытком. Она оседлала своего серого в яблоках жеребца и поскакала прочь со двора, низко пригнувшись к шее коня и подгоняя его босыми пятками.
   Мэгги проскакала мимо Юана Хея, когда тот поднимался на холм, чтобы обогнуть башню. Все уже кончилось, и Мэгги отлично это понимала, но знала также, что он ни за что не признает поражение до тех пор, пока ее меч не обагрится его кровью. Мэгги по-настоящему ждала этой минуты, но в этом удовольствии ей было отказано. Когда она вернулась во двор, Юан Хей сидел на ступеньках, а Гризель занималась его кровоточащими ступнями. Он даже не потрудился сесть на коня.
   Мэгги соскользнула с жеребца и подошла к Юану.
   – Признаешь поражение? – холодно спросила она. – Ты выполнил только одно из трех заданий.
   – Несмотря на твое богатство и власть, которую ты однажды обретешь, я не взял бы тебя в жены, даже если бы ты оставалась последней женщиной на земле, – мрачно ответил Юан. – Ты приграничная лисица, и мне жаль того мужчину, если он вообще существует, который укротит тебя, женится и уложит в постель. Ты что, скакала верхом на жеребце? – изумленно уставился он.
   – Да-а, – улыбаясь, протянула Мэгги, наклонилась и натянула чулки и башмаки.
   Юан Хей помотал белокурой головой.
   – Девица, которая ездит верхом на жеребце, не для меня, – с неожиданным смирением признался он.
   – Ты хорошо бежал, – великодушно отозвалась Мэгги.
   Юан поднял на нее глаза, покачал головой и обратился к Гризель:
   – Помоги мне надеть башмаки.
   – У тебя слишком распухли ноги, – сказала Гризель. – Я их тебе перевяжу, но следующие несколько дней ты не сможешь обуться.
   Юан Хей негромко выругался.
   – И как я должен ехать верхом? – спросил он, ни к кому конкретно не обращаясь.
   – Мы подсадим тебя на коня, – пообещал Дугалд Керр, не приглашая ни лорда Хея, ни его брата обратно в замок. – Займись этим, – велел лэрд капитану своих воинов и повернулся к внучке: – Люди, которых ты муштруешь, уже ждут тебя, девочка.
   – Хорошо, дед, – ответила Мэгги и, бросив поводья одному из грумов, направилась к небольшому отряду, ожидавшему ее во дворе.
   Дугалд Керр бросил последний взгляд на Хеев.
   – Спасибо, что приехали, – сказал он, повернулся и пошел обратно в зал, где все утро прощался с гостями. Почти все они видели, как был унижен и побежден Юан Хей, и ни один не вышел вперед и не сказал лэрду ничего, помимо благодарности за гостеприимство. Когда уехал последний, Дугалд Керр вздохнул и обратился к своему брату-священнику:
   – Я знаю, что Мэгги девушка грозная, брат мой, но неужели все наши приграничные юнцы такие слабаки, что боятся сделать хотя бы попытку принять предложенный им вызов?
   – После того как на их глазах Хей потерпел такое сокрушительное поражение? – сказал Дэвид Керр. – Почему ты настоял на том, чтобы будущий муж Мэгги выполнил такие жесткие условия?
   – Она не будет ни любить, ни уважать мужчину, который не сможет взять над ней верх. Чтобы управлять Ашер-нам-Брегом, ее мужу потребуется помощь Мэгги и ее советы. В моем доме, среди моих воинов, на моих землях нет человека, который не уважал бы Безумную Мэгги Керр. Некоторые даже боятся ее, Дэвид, и они правы. Какая жалость, что она родилась не мальчиком!
   – Она скорее парень, чем девушка, – сухо произнес священник, – но полагаю, ты прав. Рядом с ней должен быть мужчина сильный. Но после сегодняшнего представления не знаю, кто решится просить ее руки. Впрочем, я буду молиться за нее, Дугалд.
   В последующие недели еще несколько приграничных лордов посылали своих людей к лэрду Брег-Ашера; некоторые даже вернулись сами, чтобы поговорить с ним с глазу на глаз, надеясь убедить Дугалда заключить брачный договор между одним из членов клана и Безумной Мэгги Керр, однако решимость Дугалда Керра поколебать не удалось. Мужчина, который женится на его внучке, должен победить ее и завоевать уважение Мэгги.
   В конце концов отвергнутые лорды собрались на небольшом постоялом дворе среди приграничных холмов, чтобы поговорить о Дугалде Керре, Безумной Мэгги и Ашер-нам-Бреге.
   – Если старик умрет, – сказал один из них, – что будет с проходом? Нельзя же оставлять его в руках взбалмошной девчонки!
   – Мы все знаем, что девчонка должна выйти замуж, – сказал другой, – но кому хватит храбрости ее заставить?
   – Дэвид Керр знает достаточно, чтобы удержать Ашер-нам-Брег, – произнес чей-то голос.
   – Он священник. Мы что, хотим, чтобы проход контролировала церковь? – спросил еще кто-то.
   – На мой взгляд, Дугалд Керр пока крепок телом и здрав умом, – заметил очередной лорд.
   – Да! – согласились сразу несколько.
   – Может, лучше пока оставить все как есть? – произнес один из представителей клана Эллиота. – Девчонка давно созрела для замужества, и если молодые парни начнут за ней ухаживать, может, она оставит эти глупости и выберет кого-нибудь из них?
   Послышалось согласное бормотание. Собравшиеся выпили за общее решение и разошлись в разные стороны. Но Юан Хей остался сидеть, размышляя над своей кружкой с элем. Он обдумывал, не похитить ли лисицу, когда она уедет из замка на своем жеребце, и не подчинить ли ее своей воле и обрюхатить. Тогда ей придется обвенчаться с ним или опозориться, вынашивая бастарда. Любой другой мужчина сочтет ее обесчещенной, и у нее не останется выбора, придется принять его как мужа. Но подобный поступок неизбежно вызовет вражду между Хеями и Керрами, и старший брат предостерегал его, отговаривая от похищения. Юану пришлось пообещать лорду Хею, что он не поведет себя так рискованно, потому что запросто может погибнуть сам.
   – Я убью тебя своими руками, Юан, если ты обесчестишь девчонку Керр, – предупредил его лорд Хей. – Придумай что-нибудь другое, если уж ты и вправду так ее хочешь. Я не буду против, если Хеи смогут контролировать Ашер-нам-Брег. Керров он обогатил. Я не откажусь от доли такого богатства.
   – Можно поехать к королю, – предложил Юан Хей своему брату. – Я скажу ему, что старый Дугалд доживает свои последние дни. Скажу, что управлять таким важным проходом должен мужчина, а у лэрда имеется только одна наследница, и та – хрупкая девчонка.
   Лорд Хей подумал над словами младшего брата.
   – Да, – медленно произнес он, – возможно, ты и получишь преимущество, если обратишься к королю. Все остальные пока придумывают, как обвести вокруг пальца старика Дугалда Керра. Может, это и впрямь лучший способ, и первый, кто до него додумался, получит приз. Да! Отправляйся к королю, Юан.

   Яков Стюарт в свои двадцать четыре года был высоким мужчиной с широкой костью, короткими волосами и ледяными глазами, с резкими чертами лица и узким длинным носом, похожим на орлиный клюв. И все же придворные дамы считали его очень привлекательным, и за счет своего обаяния он имел не одну любовницу. Впрочем, это обаяние было достаточно поверхностным. Все знали, что, добиваясь своего, он становился безжалостным. Яков V не относился к людям, пробуждавшим в других преданность. Графы и лэрды не любили короля, считая его человеком жестким и жадным, но простой народ его обожал. В то время король обдумывал, не пора ли ему обзавестись королевой, и рассматривал кандидаток из Италии, Франции и даже Дании, откуда была родом его бабушка по отцовской линии.
   Лорд Хей предупредил брата, что действовать нужно осторожно, однако Юан Хей так сильно хотел отомстить Безумной Мэгги Керр, что не мог думать ни о чем, кроме ее ярости и отчаяния, когда король прикажет ей обвенчаться с ним. Так что Юан, нарядившись в свою лучшую тунику, сумел выпросить несколько минут королевского внимания и явился ко двору.
   – Кто он такой? – спросил Яков у пажа, увидев, как уверенно приближается к нему Юан.
   – Брат лорда Хея, приграничного лорда. Личность совершенно незначительная, ваше величество.
   – В таком случае зачем мне с ним разговаривать? – осведомился король.
   – Он сказал, дело чрезвычайно важное для Шотландии, – пробормотал паж.
   Юан Хей подошел к креслу, в котором сидел король, широко улыбнулся и низко поклонился.
   – Ваше величество, благодарю за то, что согласились меня принять, – начал он, но взгляд его метнулся к красивой женщине, облокотившейся на кресло короля, с пышной грудью и пухлыми губами. Юан с трудом отвел от нее глаза.
   – Что же это за важное для Шотландии дело, ради которого ты проехал весь путь от границы до Линлитгоу, чтобы поговорить со мной, Юан Хей? – спросил король. От него не укрылось, как молодой человек смотрел на его любовницу, Джанет Мунро.
   – Будущее Ашер-нам-Брега под угрозой, ваше величество, – начал было Юан.
   – Что за Ашер-нам-Брег и почему меня должно волновать его будущее? – перебил его Яков Стюарт.
   – Ну как же, милорд, это переход между Шотландией и Англией! Он уже много веков используется для безопасных путешествий между Англией и Шотландией. С одной стороны границы его контролируют Керры из Брег-Ашера, а с другой – их английские кузены, Керры из Недердейла. Эти два семейства не подпускают к нему военные отряды, так что торговые караваны и честные люди могут безопасно переходить из страны в страну. За долгие годы Керры нажили на этом проходе немалое состояние, – добавил Юан.
   – В самом деле? – внезапно заинтересовался король. Почему ему об этом ничего не известно?
   Хотя, конечно, приграничные лорды – народ сложный и независимый. Он только в последние несколько лет сумел обрести над ними власть. Но теперь, по-настоящему заинтересовавшись, он спросил:
   – Так в чем дело, Юан Хей?
   – Лэрд Брег-Ашера совсем одряхлел, ваше величество. У него есть единственная наследница, его внучка Маргарет. Девушка уже вступила в брачный возраст, но старик отказывается с ней расставаться. Если Дугалд Керр умрет, что будет с Ашер-нам-Брегом без крепкого мужчины? Девушка, конечно, получит его в приданое, но она не сможет управлять таким ценным для Шотландии переходом. А что, если она возьмет в мужья англичанина? Они близкая родня, Брег-Ашер и Недердейл. – Юан солгал, этого он толком не знал.
   – В самом деле? – рассеянно произнес король. Что не так с этим молодым человеком? Он только открыл рот, а Яков Стюарт его уже невзлюбил. – И ты хочешь жениться на этой девушке? – спросил он, с любопытством ожидая ответа.
   – Нет, ваше величество. Она отвергла мое предложение, а я никогда не возьму в жены ту, кто меня не хочет, – ответил Юан и подумал: «Еще как возьму, только ради того, чтобы сломить ее волю».
   – Но наследство ее ты получить хочешь, – заметил король.
   – Да… Нет, ваше величество! Просто мой брат и остальные лэрды боятся за судьбу Ашер-нам-Брега и послали меня, чтобы я постарался привлечь ваше внимание к этому вопросу. – Он снова солгал, надеясь, что это не бросается в глаза.
   – Что ж, тебе это удалось, – коротко усмехнувшись, сказал король. – Отправляйся домой, Юан Хей. Я должен обдумать эти сведения, но могу тебя заверить, что вопрос Ашер-нам-Брега будет решен и лэрд Брэг-Ашера сможет отойти в мир иной, зная, что и его внучка, и проход находятся в надежных руках.
   Юан открыл рот, собираясь сказать еще что-то, но король махнул на него рукой, и паж мгновенно подхватил Юана под локоть и повел прочь от королевского кресла, не дав больше произнести ни слова. Все прошло совсем не так, как задумывалось, но все же король не прогнал его. Он поедет домой и скажет брату, что Ашер-нам-Брег достанется им совсем скоро.
   Яков Стюарт смотрел ему вслед.
   – Нисколько не сомневаюсь, что это очень непорядочный человек, – сказал он.
   Джанет Мунро села к нему на колени.
   – Он мне не понравился, милый. За этим делом скрывается еще что-то, о чем он не хочет говорить. – Она потерлась носом об ухо короля.
   Он небрежно запустил руку ей в лиф, обхватив роскошную грудь.
   – Что бы сделала ты, Джен? – спросил он, рассеянно лаская нежную плоть.
   – Тебе нужно послать на границу кого-нибудь, кому ты доверяешь. Пусть узнает побольше, прежде чем ты примешь решение. Думаю, нельзя принимать на веру слова этого человека, – сказала она.
   Яков кивнул:
   – Да, но кого мне туда послать?
   Джанет Мунро задумалась, затем предложила:
   – А как насчет твоего кузена, лорда Фингела Стюарта?
   – Я его знаю? – удивился король. Он не помнил никакого Фингела Стюарта.
   – Нет, не знаешь. Он, как и ты, ведет род от короля Роберта Третьего, от его старшего сына Дэвида, чей ребенок родился после того, как принца убили. Ребенка защитила родня его матери, Друммонды. Он одним из первых поклялся в верности Якову Первому, когда тот вернулся из своего изгнания. Яков Первый пожаловал своему племяннику дом в Эдинбурге. Их семейство зовется Стюарты Торрские, потому что их дом расположен рядом с замком под замковой горой. Их преданность Якову Второму, Третьему, а затем и твоему отцу, Якову Четвертому, никогда не подвергалась сомнению.
   – Откуда ты все это знаешь? – спросил король у любовницы.
   Она засмеялась:
   – Бабушка Фингела была в девичестве Мунро. Мы с ним кузены. Он хороший человек, милорд. Честный и предан тебе до мозга костей. Скажи, чего ты от него хочешь, и он сделает это, не задав ни единого вопроса. – Она легко поцеловала короля в губы.
   Яков ласково столкнул любовницу с колен.
   – Посылай за своим кузеном, – велел он. – Мне интересно познакомиться с родственником, о котором я знать ничего не знал. Если этот Ашер-нам-Брег таков, как утверждает Юан Хей, нельзя допустить, чтобы он попал в плохие руки.
   «А мне он обеспечит новый источник дохода», – подумал король. В королевской сокровищнице не бывает лишних денег.
   Джанет Мунро присела в реверансе; пурпурные бархатные юбки красивыми волнами улеглись вокруг.
   – Да, милорд, я выполню ваше поручение, – сказала она и ушла.

Глава 2

   – Я привезла тебе привет от твоего кузена, короля, – сказала Джанет, целуя Фингела в щеку.
   – Я понятия не имел, что моему кузену, королю, известно о моем существовании, – с кривой усмешкой произнес Фингел. – Молю тебя, красотка, скажи, чего он от меня хочет? Садись, Джен.
   – Сегодня к нему явился один из приграничных клансменов и рассказал интересную байку, – начала Джанет Мунро. Она уселась, расправила вокруг себя юбки и подробно поведала Фингелу Стюарту об этом визите. Закончив, она добавила: – Ни Якову, ни мне этот парень не понравился. И рассказал он далеко не все. Совершенно очевидно – этот болван надеется, что король пожалует ему владения старого лэрда, потому что, как утверждают, этот проход очень ценный.
   – И наследницу, – пробормотал Фингел Стюарт. Земля и женщины, считал он, всегда создают опасную ситуацию. Тому, кто получит эту девушку, достанется и богатство.
   – Нет! Он заявил, что не хочет эту девушку. Утверждает, что она отвергла его предложение, – сказала Джанет Мунро. – Думаю, он лжет. И девушку он хочет.
   – Но его главный интерес – это Ашер-нам-Брег, – медленно проговорил Фингел Стюарт. – Он рассчитывал, что убедит короля лишить наследства отказавшую ему девушку – в свою пользу, разумеется. Ну просто принц, а не обычный клансмен. Но какое отношение все это имеет ко мне?
   Джанет покачала головой:
   – Я точно не знаю, Фингел, но мне кажется, король хочет послать тебя на границу, чтобы ты разобрался в том, что там происходит, и рассказал ему правду.
   – Но почему я? – Фингела Стюарта обуревало любопытство. Хоть он и был лордом Стюартом Торрским, но с королем имел очень отдаленное родство. У них был общий прапрапрадед, и когда Яков I взошел на трон, Стюарты-короли вознаградили эту ветвь Стюартов за верность, пожаловав титул и ничем не примечательный дом. Они не обладали богатством или влиянием, им не было места среди придворных и сильных мира сего. Когда Фингелу Стюарту требовались деньги, он брал свой меч и шел в наемники. То же самое делал и его отец.
   Все остальное время он жил спокойно, иногда играл в карты с немногочисленными друзьями и пользовался прелестями смазливых городских проституток. На большее у него денег не было. Он получил хорошее образование, но не имел никаких притязаний – на свете жило много других Стюартов, и Фингел никогда не думал, что он какой-то особенный, да и не хотел им быть.
   – Королю нужен кто-то, кто с ним не связан, но при этом ему требуется человек, которому он может доверять, Фингел, – объяснила кузену Джанет Мунро. – А ты его родственник. И мой тоже.
   Он немного подумал и усмехнулся:
   – Да, я с вами обоими в родстве. Мейр Друммонд подарила сына Дэвиду Стюарту, герцогу Ротсею, наследнику короля Роберта Третьего. Она носила этого ребенка, когда Ротсея убил герцог Олбани, так что отцу наследовал Яков Первый, вернувшись из английского плена.
   – Друммонды спасли ребенка, чья мама умерла родами, – сказала Джанет.
   – А Олбани был так занят интригами, стремясь вытеснить племянника, что совершенно забыл о мальчике. Тот вырос, женился на наследнице, зачал двух сыновей и двух дочерей и умер в собственной постели в возрасте сорока пяти лет, – добавил Фингел.
   – От которого из двух сыновей ты происходишь? – с любопытством спросила Джанет.
   – От старшего. Его крестили Робертом в честь отца. У него был сын Дэвид, женившийся на Джанет Мунро и зачавший Джеймса, а уж тот зачал меня, причем в преклонном возрасте – в пятьдесят шесть лет!
   – Боже милостивый! – воскликнула Джанет. – Этого я не знала. А сколько лет было твоей матери?
   – Шестнадцать, – ответил Фингел Стюарт. – Она была внучкой его старого друга. Вся ее семья умерла во время зимней эпидемии чумы. У нее не осталось ничего, и она обратилась к моему отцу с мольбой о помощи. Ему пришлось жениться на ней, потому что приданого у нее не было. Даже церковь ее не захотела. Меня зачали в первую брачную ночь. Отец хотел убедиться, что если он умрет, с матерью ничего плохого не случится, потому что самого его трудно было назвать человеком состоятельным – он только и имел, что этот дом да небольшой запас золотых монет. Он считал, что если у них родится ребенок, никто не станет оспаривать ее права. И как ни странно это звучит, но она его любила. Она умерла, когда мне сравнялось десять.
   – Но твой отец дожил до восьмидесяти лет, – сказала Джанет Мунро. – Я помню, как мой отец об этом говорил. Сказал, что никогда не встречал человека, прожившего так долго.
   – Ты его любишь? – внезапно спросил Фингел Стюарт, резко меняя тему. – Ты любишь Якова Стюарта, Джен?
   Джанет Мунро немного подумала и ответила:
   – Яков Стюарт не тот мужчина, который вызывает любовь, но он мне нравится, и он добр ко мне. Ему нужна любовница, которая будет ублажать его, но требовать много не станет. Собственно, так он гораздо щедрее. – Она засмеялась. – Мое влияние на него заканчивается – он собрался осенью уезжать во Францию. Ему нужна королева, и Мари Бурбон, дочь герцога Вандомского, как раз свободна. Я только недавно узнала, что беременна, так что, когда король покинет Англию, я уеду в отцовский дом и вернусь к нему, только если он меня пригласит, что маловероятно. Он не оскорбит так свою королеву, а я не хочу, чтобы она стала моим врагом.
   Фингел Стюарт кивнул.
   – И когда он хочет меня видеть?
   – Поедем вместе со мной в Линлитгоу прямо сегодня, – предложила Джанет.
   Он согласился:
   – Ладно. Полагаю, сегодня такой же хороший день, как и любой другой. Но для начала я должен узнать, не найдет ли Арчи для меня более приличную одежду, чтобы мне встретиться с королем.
   – Не думаю, что у вас есть хорошая одежда для появления при дворе, – с кислым видом произнес Арчи, повернулся к Джанет Мунро и пожаловался: – Я постоянно твержу ему, что нужно иметь хотя бы одну приличную вещь, но он говорит, что затраты того не стоят. – Слуга вздохнул: – Я посмотрю, что можно подобрать, миледи.
   – Он тебе очень предан, – улыбнулась Джанет.
   – Носится со мной, как курица с яйцом, – ответил Фингел.
   Арчи сумел подыскать хозяину бархатные, черные с коричневым каноны, узкие штаны и коричневые чулки. Тонкая золотая вышивка на черном в тон бархатном дублете слегка оживляла строгость костюма.
   Встав перед кузиной, полностью одетый лорд Стюарт сказал:
   – Представления не имею, где он умудрился раздобыть такой наряд и где прятал его от меня.
   Арчи ухмыльнулся и протянул хозяину темно-коричневый шерстяной плащ и пару коричневых кожаных перчаток.
   – Я его не украл, – заверил он, – вы за него сами заплатили, милорд.
   – Конечно, заплатил, – ответил Фингел.
   – А я и забыла, какой ты красивый дьявол, – произнесла Джанет, отведя со лба кузена темный локон. – А шляпа у тебя для него есть, Арчи?
   – Никаких чертовых шляп, – твердо сказал лорд Стюарт, – в особенности если на ней есть хоть одно из этих проклятых, вечно свешивающихся вниз перьев.
   – На шляпу я денег не копил, знаю, как вы к ним относитесь, – заметил Арчи.
   Кузены в окружении воинов доехали от города до любимого королевского дворца. Летний день долог, но все же они добрались до места только к закату. Джанет Мунро послала за королем пажа и повела кузена в личный кабинет своего возлюбленного, чтобы дожидаться Якова Стюарта там. Тот пришел почти через час. За окнами маленькой комнаты закатное небо сначала заалело, затем потемнело. Пришел слуга, разжег огонь в камине – вечер был прохладным и сырым, собирался дождь.
   Наконец в комнату вошел Яков Стюарт – высокий молодой человек с золотисто-рыжими волосами, унаследованными от матери Тюдор, и серыми глазами безо всякого выражения. Он протянул руку Фингелу Стюарту и кинул быстрый взгляд на Джанет Мунро, давая понять, что она должна уйти. Джанет сделала реверанс и удалилась.
   – Итак, – сказал король, – насколько я понял, мы кузены.
   – Как и вы, милорд, я веду свой род от Роберта Третьего через его старшего сына, Дэвида, – объяснил Фингел Стюарт. – А вы происходите от его младшего сына, короля Якова Первого.
   – Я не знал, что у Дэвида Стюарта вообще имелись дети, – отозвался юный король.
   – Мало кто знал, милорд. Он женился на Друммонд. Когда Олбани его убил, ее семья защитила и Мейр, и вскоре родившегося ребенка. Олбани был слишком занят, укрепляя свое положение, и, честно сказать, я думаю, он просто о ней забыл. Когда король Яков Первый вернулся домой, кузен явился к нему и поклялся в верности.
   – Мой прапрапрадед определенно нуждался в преданных людях, – заметил король.
   – Предок был отлично вышколен и очень предан своему королю, так что король позаботился о том, чтобы он законно носил фамилию Стюарт. Кроме того, он пожаловал своему кузену дом в Эдинбурге, рядом с замком, – рассказал Фингел своему монаршему родственнику.
   – А каким образом с твоим генеалогическим древом связаны Мунро? – спросил король.
   – Мой дед женился на Мунро, бывшей сестрой деду Джанет. Насколько я понимаю, Джен назвали в ее честь, милорд.
   Король кивнул:
   – Наше родство очень отдаленное, Фингел Стюарт, но кровь есть кровь. Джен говорит, ты мне предан. Это так? Мои графы не особенно меня любят, хотя простой народ просто боготворит. – Он пристально посмотрел на своего собеседника.
   – Я предан вам, милорд, – без малейшего колебания ответил Фингел Стюарт.
   – Когда мой отец вытеснил с трона своего отца, – пожелал узнать король, – чью сторону принял лорд Стюарт Торрский?
   – Ничью, милорд. Он оставался в своем доме у Эдинбургского замка до тех пор, пока все не утряслось. Он был верен королю Якову Третьему и точно так же верен королю Якову Четвертому, – объяснил лорд Стюарт.
   – Предусмотрительный человек, – хмыкнув, заметил пятый Яков. Ему понравился этот чистосердечный ответ. – А ты, Фингел Стюарт, тоже человек предусмотрительный?
   – Полагаю, обо мне можно так сказать, милорд, – последовал спокойный ответ.
   Король молча окинул лорда Стюарта Торрского взглядом. Тот был мужчиной крупным, ростом выше среднего, с темными, как у Мунро, волосами, ясными серыми глазами, похожими на его собственные и так привлекшими взгляд короля, и лицом, как у Стюартов, с их орлиным носом. Король легко опознал бы этого человека в толпе как своего родственника. Он доверился в этом деле своей любовнице. Джанет Мунро была одной из самых разумных известных ему женщин, а знал он многих, несмотря на молодость. Его отчим, граф Ангус, позаботился об этом, рассчитывая развратить юношу. Теперь Ангус находился в изгнании, а ветреная мать короля обвенчалась с лордом Метвеном. Но этот молодой человек, сидевший сейчас с Яковом в его личном кабинете, был родственником не только ему, но еще и его рассудительной и здравомыслящей любовнице. Он не заключал союзов ни с одним из врагов короля. И если не доверять Фингелу Стюарту, то кому вообще можно доверять?
   – Джен рассказала тебе о моем сегодняшнем посетителе?
   Лорд Стюарт кивнул:
   – Да, милорд. Как ей кажется, вы хотите, чтобы я отправился на границу и по возможности скрытно выяснил всю правду об этом деле.
   – Да, сначала я считал, что именно этого и хочу, но когда Джен уехала за тобой, кузен, я снова все хорошенько обдумал. Меня не особенно любят некоторые семьи на границе – семьи, вступившие в союз с Ангусом и его вероломным родом Дугласов. Мое правосудие по отношению к ним было ими весьма заслуженным, но очень суровым, я знаю. И если я отправлю тебя на границу, чтобы прояснить положение дел, кое-кто непременно догадается, зачем ты там. Ситуация, ради которой я тебя туда посылаю, чревата опасностью, если я не ударю быстро и решительно. Поэтому я решил, что ты поедешь с дюжиной моих воинов, и они останутся там с тобой. Ты представишься Дугалду Керру, лэрду Брег-Ашера, и расскажешь ему, что я узнал о его затруднениях. А затем отдашь ему вот это. – Он протянул туго скрученный пергамент, запечатанный королевской печатью. – Я написал лэрду, что отправляю к нему моего кузена, лорда Стюарта Торрского, с тем чтобы он женился на его внучке, Маргарет, и таким образом сохранил Ашер-нам-Брег в целости и сохранности для дальнейших поколений путников. Брак следует заключить немедленно. Я не доверяю соседям лэрда, в особенности неким Хеям. Если девушка выйдет замуж, вопрос будет решен и воцарится мир. Я хочу, чтобы все уладилось до того, как я через несколько недель отбуду во Францию.
   Речь короля потрясла Фингела Стюарта. Он предполагал, что осторожно доедет до границы и там скрытно разнюхает правду о деле, которое король ему поручит. Но узнать, что он должен жениться на наследнице Брег-Ашера? На какое-то время Фингел просто потерял дар речи.
   – Ведь ты еще ни на ком не женат? – уточнил король. – Я как-то не подумал спросить у Джен.
   Господи Боже, если лорд Стюарт женат, что еще он может придумать? Кому доверится?
   – Нет, милорд, – выдавил Фингел.
   – И договора нет?
   Лорд Стюарт покачал головой. Он изо всех сил пытался смириться с мыслью, что ему приказали жениться. Сколько ей лет? Хорошенькая ли она? А вдруг он ей не понравится? Впрочем, это не имеет значения. Брак будет заключен по королевскому приказу. Никто не может ослушаться королевского приказа и прожить после этого достаточно долго, чтобы бахвалиться своим неповиновением. Фингел не осмеливался ничего сказать, пока не узнает больше.
   – У тебя есть любовница, которую придется успокаивать? – пожелал узнать Яков Стюарт.
   – Я не могу позволить себе содержать любовницу, – ответил королю Фингел Стюарт. – Я небогатый человек, милорд. Родители мои давно скончались. Братьев и сестер тоже нет. У меня есть дом, но больше ничего. Чтобы заработать себе на жизнь, я иду в наемники, и у меня всего один слуга.
   – Значит, тебя ничто не удерживает и ты можешь быстро покинуть Эдинбург, – сказал король словно бы сам себе. Это замечательно. Ему даже в голову не приходило, что лорд Стюарт может отказаться. Не может. Это королевский приказ, и он должен повиноваться безоговорочно.
   – Да, милорд, – ответил Фингел Стюарт.
   Он соглашался на это безумие, потому что выбора у него не было. Хранить безоговорочную верность своему королю – это их семейная традиция. Но все-таки он сделал слабую попытку урезонить Якова Стюарта или хотя бы узнать больше о том, что его ожидает.
   – Почему девушка должна обвенчаться быстро, милорд? Могу я узнать, что еще кроется за всем этим? И что подумает лэрд Брег-Ашера о том, что вы послали к нему своего кузена, чтобы жениться на его наследнице? Что, если он скажет «нет»?
   Яков Стюарт коротко рассмеялся, сообразив, что в своем стремлении быстрее решить проблему он почти ничего не объяснил Фингелу Стюарту.
   – Керры Брег-Ашера удерживают контроль над проходом через Чевиот-Хиллс в Англию. Проход называется Ашер-нам-Брег. Их английские родственники, Керры из Недердейла, контролируют выход со своей стороны. Проход всегда использовался только в мирных целях, и никогда ради военных отрядов или набегов. Керры по обеим сторонам границы особенно внимательно следят за этим. Лэрд уже стар. У него нет других наследников, кроме внучки, а она не хочет выбрать себе мужа среди соседей. Говорят, что ее прозвали Безумная Мэгги, потому что она своенравна и необузданна. Лэрд боится, что его соседи попытаются отобрать контроль за этим переходом у него или у внучки, когда он умрет, но девушка поставила его в безвыходное положение. Он не посмеет отказать моему приказу выдать внучку замуж за тебя. Если бы у старого Керра был на примете кто-то подходящий для его внучки, вопрос бы давно решился, так что у него определенно никого нет. А как мне сообщили, соседи уже поглядывают на Ашер-нам-Брег. Если этому парню хватило храбрости попытаться обойти их и явиться ко мне в попытке получить преимущество, значит, он опасается, что кто-нибудь другой отнимет у него то, чего он так жаждет. Ты станешь ответом на молитвы Дугалда Керра, кузен. И постарайся попасть на границу раньше, чем там прольется кровь. Я только-только сумел успокоить тамошних лэрдов после того, как они много лет ни в грош не ставили мою власть, – сказал король. – Вернись завтра утром в Эдинбург, забери своего слугу, запри дом и отправляйся на юг, Фингел Стюарт. Надеюсь, девушка достаточно хороша для тебя, но даже если и нет, просто помни, что ночью все кошки одинаковы. – Яков Стюарт засмеялся. – Когда я вернусь сюда с королевой, привези ее ко двору.
   – Вы вытаскиваете меня из безвестности, жалуете богатой женой и отдаете мне контроль над проходом, крайне ценным как для вас, так и для Шотландии. Я стану могущественным человеком, милорд, – негромко произнес Фингел Стюарт. – Что вы потребуете от меня взамен, помимо моей вечной преданности?
   Он открыто посмотрел в глаза королю, и Яков Стюарт расхохотался вслух.
   – А ты хитер, кузен! – расщедрился он на комплимент. – Я возьму половину пошлины, которую ты будешь собирать с путников, и ты будешь мне ее выплачивать каждый год на Михайлов день, причем в звонкой монете.
   – Треть, – решился поторговаться Фингел Стюарт. – Проход нужно поддерживать в хорошем состоянии, и лэрд наверняка помогает из этих денег своим людям. Не забудьте, я для них чужак, явившийся по вашему повелению, чтобы жениться на наследнице и взять управление проходом в свои руки независимо от того, обрадуется мне старый лэрд или нет. Для Керров Брег-Ашера не должно измениться ничего, кроме того, что у наследницы появится муж. Не забудьте, милорд, у меня нет ничего, кроме моего меча и вашего слова. Мой кошель пуст.
   Яков Стюарт кивнул. Все знали, что он очень скуп, но при этом вовсе не дурак. Треть годового дохода от этого прохода – это ровно на треть больше, чем он имел до сих пор.
   Он протянул кузену руку и кивнул:
   – Договорились!
   Лорд Стюарт встал с кресла, поняв, что его отпускают.
   – Благодарю, милорд. Мой меч и моя жизнь принадлежат вам вечно. – И низко поклонился.
   Король кивнул и жестом дал понять кузену, что отпускает его. Фингел Стюарт повернулся и вышел из личного кабинета. Джанет Мунро ждала его в полутемном коридоре. Он подробно рассказал ей, что произошло.
   – Ну вот, теперь ты человек состоятельный, – довольным голосом произнесла она.
   Очень многие любовницы сумели обогатиться сами и обеспечить родственников за время своей связи, но с Джанет этого не случилось – она принимала только то, что ей предлагалось, хотя знала, что ее прижимистый любовник позаботится о том, чтобы обеспечить и ее, и ребенка. Зато теперь она испытывала искреннее удовлетворение, потому что сделала хоть что-то для кузена, который ей всегда нравился. Он хороший человек и заслуживает, чтобы ему повезло.
   Порывшись в кармане юбки, Джанет вытащила небольшой кошель.
   – Можешь не рассказывать мне о состоянии своего кошелька, Фин. А без звонкой монеты путешествовать невозможно. Король хочет, чтобы ты взял вот это. – Она сунула ему кошель. – Твоим воинам заплатили за год вперед. Можешь оставить их у себя на службе, но на следующий Михайлов день тебе придется платить им самому. У тебя есть дом в городе, золото в кошельке, слуга и двенадцать воинов. Когда прибудешь в Брег-Ашер, ты никому не покажешься человеком бедным. Кроме того, ты одной крови с королем. – Она приподнялась на цыпочки, обняла Фингела и чмокнула его в щеку. – Да благословит тебя Господь, кузен.
   Фингел Стюарт обнял ее в ответ.
   – Спасибо, Джен. Я знаю, именно благодаря тебе мне улыбнулась судьба. Если возникнет нужда, тебе достаточно только послать за мной.
   Он подозревал, что золото в кошелек положил не король, а сама Джанет из своих скромных сбережений.
   – Пойдем со мной, – отрывисто сказала она. – В зале есть еда, и я нашла местечко, где ты можешь сегодня переночевать.
   Он пошел следом и, пока насыщался за столом, стоявшим ниже королевского возвышения, осматривался вокруг. В зале сидели люди могущественные. Прежде чем вернуться к своему любовнику, Джанет Мунро показала Фингелу среди прочих графа Хантли; юного графа Гленкирка; лорда Хьюма, теперешнего Хранителя Восточной Марки[1]; провоста[2] Эдинбурга, лорда Максвелла; Джорджа Крайтона, епископа Дункельда. Фингел Стюарт рассматривал окружающих и прислушивался к разговорам и сплетням. В конце концов он пришел к выводу, что рад быть простым смертным.
   Близилась ночь, когда Джанет Мунро снова подошла к нему и повела в конюшню, куда поставили его коня.
   – Можешь переночевать здесь, кузен, – сказала она, – но отправляйся в путь на рассвете. Твои люди присоединятся к тебе в твоем доме завтра, до отъезда.
   Фингел в последний раз поблагодарил ее, отметив, что Джанет не сказала вслух, куда именно он направляется. Видимо, боялась, что их подслушают. В конце концов, задание у него довольно секретное – он должен нанести превентивный удар до того, как ему смогут помешать. Фингел поспал несколько часов, встал в сером предрассветном тумане, оседлал своего жеребца и поскакал обратно в Эдинбург.
   Слуга, Арчи, ждал его с тревогой. Вчера ему не пришлось сопровождать хозяина в его поездке, и он очень обеспокоился, когда леди Джанет явилась сюда с шестью вооруженными воинами и увезла лорда Стюарта в Линлитгоу.
   – Милорд! – Облегчение в голосе Арчи было просто осязаемым. – Вы дома, целый и невредимый!
   – Упакуй все наши вещи, все то немногое, что у нас есть, Арчи, – велел Фингел Стюарт. – У меня вот-вот появится жена, к которой прилагается великая ответственность.
   – Милорд?! – На простом лице Арчи появилось озадаченное выражение.
   Его хозяин рассмеялся.
   – У нас есть какая-нибудь еда? – спросил он.
   – Я только что вернулся из харчевни, милорд. Заходите скорее в зал, – захлопотал слуга. – Вот, принес свежий хлеб, и яйца вкрутую, и ломтик бекона.
   – Так давай перекусим, старина, и я тебе все расскажу, – произнес лорд Стюарт.
* * *
   На рассвете у дома Стюарта спешились воины и один из них заколотил в дверь дома. Арчи открыл дверь, не забыв сказать несколько крепких словечек.
   – Значит, вот как вы врываетесь в обиталище королевского кузена? – сердито воскликнул он. – Вытрите хорошенько грязные сапоги, судари мои! Войдите в зал и погрейтесь немного. Господин ждет вас.
   Дюжина крепких воинов шли вслед за Арчи, посмеиваясь над отважным маленьким человечком. Зал никоим образом не мог считаться впечатляющим помещением, но они знали от прислуги королевской любовницы, что ожидающий их человек состоит в родстве с королем. Войдя, они остановились и уважительно замолчали, дожидаясь распоряжений от лорда.
   Лорд Стюарт оторвался от своего занятия. Настало время посмотреть в лицо будущему. Он сделал глубокий вздох, поднялся с кресла у небольшого камина и поздоровался с воинами:
   – Доброе утро, парни. Погрейтесь у огня. Мы почти готовы к отъезду. Вы знаете, куда мы направляемся? – уточнил лорд Стюарт.
   Солдаты забормотали что-то отрицательное.
   – Выберите себе главного, – сказал он. – Мне нужно, чтобы кто-то один отвечал за все. Когда вернусь, вы должны сделать свой выбор.
   Он вышел, чтобы найти Арчи, как раз заканчивавшего укладывать вещи на втором этаже дома.
   – На вид ребята крепкие, – заметил Арчи, когда лорд Стюарт вошел в спальню. – Интересно, можно ли им доверять?
   Фингел Стюарт пожал плечами:
   – Скоро узнаем.
   Увидев, что дорожная одежда для него уже приготовлена, он быстро переоделся, сняв с себя платье, в котором ездил в Линлитгоу.
   – Мы готовы? – спросил он.
   Арчи кивнул:
   – Огонь во всем доме, кроме зала, погашен.
   Оба вышли из спальни лорда Стюарта и спустились вниз в зал, где воины сгрудились у камина, наслаждаясь последними крохами тепла перед долгой дорогой. Арчи тут же подошел к камину и начал засыпать невысокое пламя и угли песком из ведерка, стоявшего рядом.
   – Вы уже выбрали капитана? – спросил лорд Стюарт.
   Вперед шагнул один из воинов, почти такого же роста, как Фингел Стюарт, с грубыми чертами лица, рыжевато-каштановыми волосами и голубыми глазами, бесстрашно смотревшими на более высокого лорда. Его большой нос был явно пару раз сломан.
   – Я Айвер Лесли, – сказал он. – Ребята выбрали меня. – И поклонился, слегка, но достаточно вежливо.
   Лорд Стюарт кивнул и протянул Айверу руку. Тот крепко взял ее и пожал.
   – Поедешь рядом со мной, – распорядился лорд Стюарт, поманил к себе Арчи, уже закончившего тушить огонь, и представил остальным. – Это Арчи, мой слуга. Иногда он будет говорить от моего имени, поэтому слушайтесь и повинуйтесь. Он, конечно, невелик ростом, но предупреждаю сразу – отлично владеет обеими руками и кинжалом.
   Арчи кивнул воинам, а те кивнули в ответ.
   – В бочонке в том конце зала осталось немного виски, – сказал слуга. – Выпейте его, парни, или перелейте к себе во фляжки, а я приведу наших лошадей.
   Он ухмыльнулся, когда воины потянулись к бочонку. Только Айвер остался стоять рядом с лордом Стюартом. В умных глазах Арчи засветилось одобрение.
   – Я приведу коней к парадной двери, милорд, – сказал слуга и торопливо вышел из зала.
   – Иди, налей себе виски тоже, – негромко произнес Фингел Стюарт.
   – Благодарю, милорд.
   Айвер быстро прошел в дальний конец зала. Его люди расступились. Он наполнил фляжку и вернулся к лорду Стюарту.
   – Могу я спросить, куда мы направляемся, милорд? Нам не сказали.
   – Мы едем на границу, в место под названием Брег-Ашер, – ответил Фингел Стюарт. – Меня отправляют туда, чтобы жениться на дочери старого лэрда, его единственной наследнице. Лэрд, Дугалд Керр, вместе со своими английскими родственниками, живущими по другую сторону Чевиот-Хиллс, контролирует проход сквозь горы. Проход называется Ашер-нам-Брег и столетиями используется только в мирных целях. Король Яков хочет, чтобы так оно и продолжалось.
   Айвер кивнул:
   – Да, девушка не сможет охранять такое сокровище без мужа.
   – Но ведь ты не с границы? – спросил лорд Стюарт.
   – Нет, я родом из деревни под Абердином, – сообщил своему новому хозяину Айвер.
   – Отлично! Значит, ты предан только мне и королю, – заметил Фингел Стюарт. – А среди твоих людей есть кто-нибудь с границы?
   – Нет, я их всех знаю, милорд. Они все родом из Эдинбурга, или Перта, или из мест между ними. С границы нет никого, – ответил Айвер.
   Лорд Стюарт кивнул и произнес:
   – Расскажи им, куда мы едем и зачем. Мы не захватчики, а представители короля, и я рассчитываю на приличное поведение. Любой, кто не умеет себя вести, будет наказан лично мной. Я человек справедливый и ожидаю, что мне будут говорить только правду. Я не наказываю человека за правду, но если поймаю на вранье, ему придется туго. Ты меня понимаешь, Айвер?
   – Конечно, милорд, и я уж позабочусь, чтобы и парни все поняли. Могу я спросить, ждет ли нас лэрд?
   – Нет, но король надеется, что мы все равно получим теплый прием.
   – Король-то уж знает, – рассудительно произнес Айвер.
   Вернулся Арчи.
   – Кони здесь, милорд.
   Лорд Стюарт накинул плащ на плечи. Айвер позвал своих людей. Арчи вышел последним и запер за собой дверь. Затем он сел на коня и перехватил повод вьючной лошади. Они прогрохотали по переулку и вылетели на Королевскую Милю. Дождь лил не переставая, и Арчи на своем коне сгорбился. Лето шло к концу, и хотя дождь еще не был холодным, как могло бы быть в другое время года, все же приятного в нем было мало. Арчи понадеялся, что к ночи или хотя бы к утру дождь прекратится, но, увы, этого не произошло.
   Они ехали, пока окончательно не стемнело. Не нашлось никакого укрытия, кроме небольшой рощицы. Там они и остановились. При такой сырости костер разжечь не удалось, так что пришлось вытащить из сумок овсяные лепешки и сушеное мясо, запив все это содержимым фляжек. Лошадей пустили пастись на ближайшее поле, а всадники съежились под деревьями, прячась от дождя под плащами. Следующие день и ночь были не лучше. Небольшой отряд избегал заезжать в деревни, чтобы не вызывать излишнего любопытства.
   – Ваш капитан рассказал вам, куда мы направляемся. Отряд, подобный нашему, неизбежно вызовет разговоры, если мы будем проезжать через деревни или останавливаться в них, – объяснил лорд Стюарт своим людям на вторую ночь. – Мы не хотим, чтобы соседи лэрда начали задавать слишком много вопросов. Если это послужит для вас утешением, добраться до Брег-Ашера мы должны завтра днем. Там будет тепло, и вы сможете нормально поесть.
   Эта мысль согревала их ночью, когда они сидели, прижавшись спинами к грубой каменной стене, а над головой грохотал гром и вспыхивали молнии. Коней пришлось стреножить и привязать, чтобы перепуганные животные не удрали. Дождь лил как из ведра. К счастью, следующее утро оказалось ясным и солнечным. Лорд Стюарт велел своим людям сменить рубашки и чулки, если они захватили запасные, и с облегчением обнаружил, что запас одежды есть у всех. Он хотел, чтобы его люди выглядели опрятно, а не жалко, когда въедут в Брег-Ашер. Сухая одежда поможет поднять настроение.
   Брег-Ашер. Фингел не знал, что ожидал увидеть, но темный камень, ров с водой, поднятый мост, откровенные укрепления – все это выглядело как небольшая крепость на холме. Неизвестно, знал ли об этой крепости король; возможно, он предполагал, что преуспевающий приграничный лэрд живет в хорошем, богатом особняке. Фингел Стюарт внезапно понял, что Ашер-нам-Брег намного важнее, чем простой проход между Англией и Шотландией. Как им удавалось все это время не пропускать сквозь него военные отряды? Очевидно, ему придется очень многое узнать о своих новых обязанностях. Он только понадеялся, что старый Дугалд Керр захочет его научить.
   Отряд остановился, разглядывая крепость.
   Лорд Стюарт обернулся к Айверу.
   – Отправь туда человека, пусть скажет, что я прибыл к лэрду по королевскому поручению. Мы подождем здесь, пока нас не пригласят. Не хочу, чтобы в деревне началась паника, если нас примут за мародеров.
   Айвер отдал приказ. Один из воинов отделился от группы и галопом поскакал вниз по холму, через деревню и вверх к крепости. Остановившись перед поднятым мостом, он стал ждать. Наконец откинулась деревянная ставня на окошке с одной стороны от входа. Появилась голова в шлеме.
   – Чего надо? – прокричал из окошка чей-то голос.
   – Гонец от лорда Стюарта, который ждет по ту сторону деревни. Он прибыл к лэрду с приветствиями и посланием от короля Якова. Позволено ли ему войти?
   – Жди! – ответил голос, и окошко захлопнулось.
   Спустя несколько очень долгих минут ставня снова распахнулась и голос позвал:
   – Лэрд просит твоего хозяина войти. Добро пожаловать в Брег-Ашер.
   За крепостными стенами находился большой каменный дом с двумя башнями, конюшня, колодец и амбар. Двор не был вымощен, и на грязной земле еще не высохли лужи после недавнего ливня. Когда Фингел спешился, со ступеней, ведущих в дом, торопливо спустился какой-то человек.
   – Милорд, – поклонился он, – я Басби, мажордом лэрда. Добро пожаловать в Брег-Ашер. Лэрд ждет вас в зале. Ваши люди, конечно, тоже пусть заходят. В очагах пылает огонь, ибо день сегодня прохладный, несмотря на столь желанное солнце. Лето заканчивается, и я полагаю, что в пути вы промокли.
   Он повел гостя вверх по ступеням, в дом и дальше по широкому коридору в большой зал.
   – Милорд, лорд Стюарт! – объявил Басби, подводя гостя к хозяину.
   Дугалд Керр встал и протянул руку. Несмотря на свой рост, лэрд оказался ниже стоявшего перед ним Фингела, волосы его полностью поседели, но карие глаза внимательно оценивали Фингела Стюарта.
   – Добро пожаловать в Брег-Ашер, милорд. Садитесь! Садитесь! – Он сел сам и указал на стоявший напротив него стул с высокой спинкой.
   Торопливо подбежала служанка и протянула кубок с вином сначала хозяину, потом гостю.
   Лэрд поднял свой кубок.
   – За короля! – провозгласил он.
   – За короля! – отозвался лорд Стюарт.
   Они молча выпили.
   Затем лэрд сказал:
   – Ваш гонец сообщил, что вы явились от короля с посланием ко мне, милорд. Вы родственник Якову Стюарту?
   – Да, – ответил Фингел, порылся в кармане куртки, вытащил небольшой, скрученный в трубку пергамент и протянул его лэрду.
   – Вы знаете, что там написано? – напрямик спросил Дугалд Керр.
   – Знаю, милорд, – ответил Фингел.
   Кивнув, Дугалд Керр сломал темную восковую печать и развернул пергамент. Пробежав глазами, он посмотрел на гостя.
   – Откуда король узнал о моих «затруднениях»? – поинтересовался он.
   – Человек по имени Юан Хей явился к нему с некоей историей, которой король поверил только наполовину, – сказал Фингел. – Но узнав про Ашер-нам-Брег, король обеспокоился за вашу безопасность, безопасность вашей внучки и безопасность прохода, милорд.
   Лэрд снова кивнул.
   – Вы действительно хотите жениться на моей Мэгги, милорд?
   – Не думаю, что у кого-нибудь из нас есть выбор, – ответил Фингел, – но клянусь вам, милорд, я буду обращаться с вашей внучкой с уважением и по справедливости.
   – Конечно, ни у вас, ни у меня выбора нет, – согласился лэрд. – Но вот Мэгги – это совсем другое дело, сэр. – И Дугалд Керр расхохотался. В его карих глазах плясали озорные искорки. – Боюсь, это будет сложное сватовство.

Глава 3

   – Дед, мне сказали, что у нас гость, – произнесла она, шагая к возвышению.
   Фингел Стюарт смотрел на внучку Дугалда во все глаза: она была одета в шерстяные бриджи, сапоги и рубашку с распахнутым воротом, широкий кожаный ремень опоясывает талию. Шея и лицо вспотели, очевидно, она только что занималась чем-то, требующим усилий. А девушка-то больше, чем просто хорошенькая, подумал он, но судя по ее уверенной походке и откровенному любопытству в красивых карих глазах, она не будет ни покорной, ни уступчивой. Мэгги подошла, и Фингел вежливо встал.
   – Король прислал тебе подарок, дитя, – фыркнул лэрд. Он в самом деле наслаждался происходящим.
   – Король? Подарок? – Мэгги выглядела по-настоящему озадаченной. – Король в жизни меня не видел. С какой стати он вдруг начнет присылать мне подарки?
   – Видишь ли, Юан Хей нанес его величеству визит и рассказал ему, что тебе нужен муж, дитя! – захохотал лэрд. – Так что король прислал своего родственника, чтобы он с тобой обвенчался. – И лэрд замолчал, дожидаясь взрыва, который не замедлил последовать.
   – Юан Хей сказал королю, что мне нужен муж?! Да с какой стати этому лишайному ослу такое делать? – Тут ее глаза расширились. – Господи! Он хотел отнять у нас Брег-Ашер, да, дед? Он думал, король прикажет ему жениться на мне! Недоумок! – Тут ее взгляд уперся в гостя. – А вы кто такой, сэр?
   – Лорд Фингел Стюарт, миледи, – ответил Фин.
   – И вы тот самый родственник короля, который послан, чтобы обвенчаться со мной? – требовательно спросила она.
   – Верно.
   – И что же вы такого сделали, милорд, чтобы получить подобный приз? – пожелала узнать Мэгги.
   – Всегда был верен, миледи. Стюарты Торрские всегда хранили верность Стюартам-монархам со времен Якова Первого. Король знает, что может доверять мне, я непременно выполню его поручение, – твердо ответил Фингел Стюарт.
   – Торра? У скалы? – Мэгги против воли заинтересовалась. – А откуда вы родом, милорд?
   – Из Эдинбурга, миледи. Мы зовемся Стюартами Торрскими, потому что наш дом расположен под самой замковой скалой.
   – Значит, земель у вас нет, – пренебрежительно произнесла она.
   – У меня есть дом, слуга, двенадцать воинов, пожалованных королем, немного денег в банке у Моисея Кира, скромный кошель с золотом, который я привез с собой, и благосклонность Якова Стюарта. Больше ничего, – честно ответил Фингел Стюарт.
   Мэгги не ожидала такого искреннего ответа. Она еще никогда не встречала мужчин, ведущих себя настолько откровенно. Обычно мужчины старались угодить ей, завоевать – даже тот несносный простак Юан Хей.
   – Значит, вы явились, чтобы жениться на моем богатстве, – сказала она, постаравшись, чтобы в голосе слышалось презрение.
   – Я приехал жениться, потому что мне это приказали, – не оскорбившись, отозвался Фингел.
   – Если вы надеетесь жениться на мне, милорд, вам придется подчиниться тем же правилам, что и остальным предполагаемым женихам. И ни один из них не преуспел. Я не выйду за мужчину, тем паче за незнакомого, которого не смогу уважать. Если вы сможете перегнать меня верхом и бегом и победить в поединке, я с радостью пойду к алтарю, но не иначе.
   – У тебя нет выбора, дитя, – предостерег внучку лэрд. – Этот человек послан королем, и я честно говорю тебе, что счастлив его видеть. Ты обвенчаешься с ним, и на этом все. Или ты позволишь человеку вроде Юана Хея обездолить тебя после моей смерти? Не заблуждайся, девочка, если ты останешься без сильного мужа, наши соседи будут сражаться с тобой и друг с другом за право контроля над Ашер-нам-Брегом.
   – Но, дед! Если он не будет со мной состязаться, те самые соседи поднимутся против Керров за то, что мы навязали условия им, но не родственнику короля, – возразила Мэгги. – Ты поклялся перед ними, что все до единого женихи должны подчиниться.
   – А ведь девушка права, – согласился Фингел Стюарт. – Если я хочу, чтобы соседи меня уважали, милорд, то должен принять вызов леди. Не так уж сложно будет победить ее. Удивляюсь, что Хею это не удалось.
   Внезапно Мэгги лукаво усмехнулась.
   – Я могу перегнать верхом и бегом, а также победить в поединке любого мужчину на границе, милорд, – заявила она, – и обещаю, что все это произойдет и с вами.
   – Я не с границы, – напомнил ей лорд Стюарт и улыбнулся в ответ.
   – Ты получишь свое состязание, Мэгги, – заключил дед, – но сначала я велю составить брачный договор. Вы с лордом Стюартом подпишете его, и когда состязание завершится, хоть победой, хоть проигрышем, ты примешь этот брак, и твой дядя благословит вас в церкви.
   Мэгги заколебалась.
   – Вы боитесь, что я разобью вас в пух и прах? – поддразнил лорд Стюарт.
   – Просто беспокоюсь, что придется жить со слабаком! – огрызнулась Мэгги.
   Он засмеялся:
   – Миледи, вас хоть раз в жизни шлепали?
   Лицо Мэгги перекосилось от ярости.
   – Нет, никогда!
   – Скоро отшлепают, в этом я не сомневаюсь.
   – Только троньте меня, милорд, и я выверну ваши кишки наизнанку! – свирепо воскликнула Мэгги, хватаясь за кинжал, спрятанный за пояс.
   Лэрд помрачнел, услышав эти воинственные слова, но прежде чем успел одернуть внучку, Фингел Стюарт расхохотался вслух.
   – Брак с человеком, которого не знаешь, – дело нелегкое как для невесты, так и для жениха, миледи, – сказал он ухмыляясь. – Остается только надеяться, что вашей страстности хватит и на брачное ложе, потому что в этом случае мы подойдем друг другу просто превосходно, и тогда обещаю, никаких разговоров об убийстве не будет.
   Хотя Мэгги была высокой женщиной, он возвышался над ней. Она ахнула и покраснела, услышав эти дерзкие речи. Ни один мужчина не позволял себе так непристойно разговаривать с ней. На какой-то миг она потеряла дар речи, но потом произнесла:
   – Я подпишу брачный договор, и по закону вы станете моим мужем. И я уверена, это убедит самых алчных наших соседей в том, что будущий владелец Ашер-нам-Брега определен, в особенности после того, как они познакомятся с вами. Вы сумеете выглядеть перед ними умным и сведущим, милорд. Но вы не уложите меня в постель до тех пор, пока не выполните мои условия.
   – Мэгги! – почти прокричал ее дед. – Ты не смеешь устанавливать условия в этом деле. Король сказал, что ты должна с ним обвенчаться, и ты с ним обвенчаешься!
   – Да, дед, но по причинам, о которых мы говорили раньше, ему придется меня победить, – ответила Мэгги. – Король сказал, я должна с ним обвенчаться, но не делить постель.
   – Я возьму над тобой верх, милая, – негромко произнес ей Фингел Стюарт. – Вот тебе в этом моя рука. – И, улыбаясь, он протянул ей свою большую руку.
   Взяв его руку, Мэгги замерла, как в трансе, пока его длинные крепкие пальцы пожимали ее небольшую ладонь. И тут Фингел потряс Мэгги, резко дернув ее вперед. Обвив ее за талию, он привлек Мэгги к себе еще ближе. Его грудь была жесткой, и она учуяла мужской запах, смешанный с запахом влажной кожи его куртки. Другой рукой он коснулся ее и, погрузившись пальцами в каштановые волосы, прижался губами к ее губам. От этого короткого, но свирепого поцелуя Мэгги едва не задохнулась. Отпустил ее Фингел так же быстро, как схватил. Мэгги, пошатнувшись, отступила назад, но почти сразу пришла в себя и занесла руку, чтобы влепить ему пощечину.
   Большая рука метнулась вперед и крепко схватила ее за запястье.
   – Нет-нет, милая, – мягко предостерег ее Фингел. – Теперь у меня есть на это право.
   – Ты делаешь мне больно, – процедила Мэгги сквозь стиснутые зубы, – и прав у тебя еще никаких нет, милорд.
   Лэрд завороженно наблюдал за своей внучкой и Фингелом Стюартом. Следовало бы поблагодарить короля за то, что он прислал сюда этого сильного мужчину, готового взять на себя его обязанности – хотя не то чтобы Дугалд Керр был вполне рад их уступить. Фингелу Стюарту еще придется очень многое узнать про Ашер-нам-Брег, но он определенно достаточно опытен в обращении с женщинами. Дугалд Керр хмыкнул.
   – И ты позволишь этой обезьяне жестоко со мной обращаться, дед? – гневно воскликнула Мэгги.
   Она была просто в бешенстве. Он поцеловал ее! Заставил почувствовать себя слабой, а ведь она вовсе не слабачка! Никакая не слабачка! И дед не сделал ничего, чтобы помешать ему! Более того, он смеется!
   – Я собираюсь позвать Дэвида, пусть познакомится с Фингелом Стюартом. Хочу, чтобы вы подписали брачный договор к завтрашнему дню. На какой день ты назначишь состязание, дитя?
   – Я подпишу договор, потому что уже дала слово, но состязание подождет, дед. Только-только прошел Ламмастайд[3]. Еще нужно собрать поздний урожай, а потом убрать с полей последние колосья. Когда все это будет сделано, назначим день, – заявила Мэгги.
   – Я согласен, – быстро сказал лорд Стюарт, видя, что лэрд страстно хочет как можно быстрее покончить с этим делом. – Посылайте за священником, которого я видел, когда мы проезжали деревню, и давайте начнем.
   – Басби! – позвал лэрд. – Пошли за моим братом, пусть незамедлительно придет в крепость, да скажи, чтобы он захватил пергамент и перо.
   – Я должна вернуться во двор, дед, – сказала Мэгги. – Когда мне сообщили о появлении лорда Стюарта, я как раз тренировала новых воинов.
   Не дожидаясь ответа, она присела в коротком реверансе и быстро вышла из зала.
   – Она тренирует рекрутов? – Лорд Стюарт по-настоящему удивился.
   Лэрд кивнул.
   – В стрельбе из лука и в других видах боевого искусства, – ответил он. – Теперь понимаете, почему я уступил требованию Мэгги выбрать ей мужа, который сможет победить ее? Она красива и умна, но предпочитает проводить время под открытым небом, а не в зале. И так было с самого раннего детства. А уж с той минуты, как я научил ее пользоваться луком, ее повадки стали и вовсе не девичьи, а мальчишеские. Она прекрасно ведет дом, потому что Гризель, ее камеристка, научила ее всему тому, что леди должна знать и уметь. Я молю Господа, чтобы вы смогли взять над ней верх, милорд, чтобы Брег-Ашер сохранился в целости и сохранности для новых наследников. Хотел бы я, чтобы с Мэгги было не так трудно, но я слишком стар, чтобы держать ее в руках.
   Лорд Стюарт снова сел и отхлебнул из кубка.
   – Она сильная женщина, и немудрено – иначе на границе не выжить, – начал он. – Подозреваю, что она стала такой грозной, чтобы уберечь вас и Ашер-нам-Брег. Подписание договора завтра утром сделает нас мужем и женой по закону. За отважным сердцем и сильной волей вашей внучки все равно скрывается женщина. Она понимает, что не может не подчиниться воле короля, однако боится брака, хотя и будет это отрицать. В миг, когда наши губы соприкоснулись, я понял, что ее никто никогда не целовал. Давайте дадим ей время, чтобы она привыкла к нашему браку. Пусть мы узнаем друг друга до того, как разделим ложе. Вам не нужно бояться. Я сумею победить ее в любом состязании, какой бы вызов она мне ни бросила. А когда это произойдет, она выполнит свой долг, потому что я вижу – вы воспитали ее так, что она никогда не станет уклоняться от своих обязанностей.
   – Король даже не представляет, какое благо он совершил, прислав сюда тебя, Фингел Стюарт, – произнес лэрд, и вдруг в его карих глазах зажглись лукавые огоньки. – Во что он оценил Брег-Ашер? – спросил старик.
   Лорд Стюарт засмеялся.
   – Смотрю, репутация моего кузена простирается до самой границы, – ответил он. – Он хотел получать половину годовой пошлины звонкой монетой каждый Михайлов день. Я согласился на треть. Когда он пришлет мне договор, я попрошу позволения заплатить в День святого Эндрю[4] на будущий год. Полагаю, это будет честно – я же понятия не имею, сколько пошлины вы собираете. Хотя если судить по вашей крепости, сумма получается изрядная.
   – Это да, – согласился лэрд, не вдаваясь в подробности.
   – Может, завтра леди съездит со мной и покажет сам проход? – предложил лорд Стюарт.
   – О да. До начала зимы тебе нужно многое увидеть и узнать про Брег-Ашер. А завтра я отправлю к королю одного из своих людей, чтобы поблагодарить его за тебя. Если хочешь написать ему, мой гонец доставит и твое письмо.

   Вечером в зале Мэгги увидела деда, священника и лорда Стюарта там же, где видела их днем, – они беседовали у очага.
   Она жестом подозвала к себе Басби.
   – Ужин готов?
   – Да, мистрисс. Прикажете подавать?
   – Подавайте. Кухарка успела приготовить еду для лишних ртов?
   – У нее было испечено достаточно хлеба, она добавила овощей в похлебку и послала мальчишку за дополнительным кругом сыра, – сообщил Басби своей молодой хозяйке. – А на ваш стол есть еще холодное мясо.
   По кивку Басби слуги вышли из зала и быстро вернулись с едой. Перед каждым человеком за нижними столами поставили деревянные миски, и служанки наполнили их кроликом, тушенным с морковью, луком и луком-пореем в густой подливке. На каждом столе разложили хлеб и сыр, а кружки наполнили элем.
   – Милорды! – обратилась Мэгги к троим мужчинам у очага. – Прошу за стол.
   Она поднялась на возвышение и села на свое место рядом с высоким стулом деда. Для обедающих уже поставили четыре прибора – оловянные тарелки, ложки и серебряные кубки. На столе были хлеб, сыр, тарелка холодного мяса и похлебка. Основная трапеза происходила несколько часов назад. В кубки уже налили вино.
   Лорд Стюарт ел и осматривал зал. Кое-кто мог бы счесть его маленьким, и все же он был больше, чем зал в его доме. Два очага, четыре высоких застекленных сводчатых окна, по два с каждой стороны. Каменный пол. Стена позади возвышения закрыта гобеленом. В каменные стены по обеим сторонам окон вделаны флагштоки, с них свешиваются боевые флаги. Сводчатый потолок с резными покрашенными потолочными балками. В зале легко помещаются пять нижних столов и лавки к ним, причем сегодня вечером все они заполнены людьми.
   Комната производила впечатление процветания, что далеко не всегда бывало в таких залах. Да и деревня, которую они проезжали, выглядела добротно. Хорошо ухоженные коттеджи, сланцевые крыши в отличном состоянии. Кроме того, он не заметил разбитых окон, а все двери были свежепобелены. На деревенской площади имелся большой круглый фонтан с кельтским крестом. На улицах чисто, а люди выглядели сытыми и упитанными. Да, Брег-Ашер действительно уникален.
   Мэгги наблюдала за лордом Стюартом из-под опущенных ресниц и гадала, о чем же он думает.
   – Я хочу, чтобы завтра ты провела лорда Стюарта по Ашер-нам-Брегу, – сказал лэрд. – Не по всему, достаточно поездки на полдня, дитя. Объясни ему, как действуют оборонительные сооружения. Только границу не переходите. Ни к чему пока недердейлским Керрам знать, что у тебя появился муж. Мы поговорим с ними, когда ляжет снег. Или весной.
   Мэгги кивнула.
   – Согласна, – сказала она и повернулась к Фингелу Стюарту: – Их предыдущий глава рода, Эдвард Керр, тоже бывший моим дедом, считал, что я должна выйти замуж за одного из английских кузенов. Но я не хочу, потому что ни к чему нам тут, с этой стороны Ашер-нам-Брега, хозяин-англичанин. Он будет предан английскому королю у власти, а не нашему королю Якову. Если же англичане станут контролировать оба конца прохода, они сведут все к тому, что нарушат наши древние принципы использовать проход только для мирных путников. Моя мать была из недердейлских Керров, очень хрупкая, и не шотландка. А я шотландка, милорд, и отнюдь не хрупкая. Я сильная! – гордо заявила Мэгги.
   Сильная, гордая и красивая, думал Фингел Стюарт, пока она говорила. Какая чудесная жена из нее получится!
   – Для меня будет честью стать вашим мужем, миледи, – сказал он.
   Мэгги вспыхнула, ее щеки сделались цвета бледной розы, что очень ей шло. Она опустила голову, безмолвно отвечая на его комплимент, потянулась к кубку и сделала глоток вина, а потом принялась за еду – причем с отменным аппетитом, как заметил Фингел.
   – Она не привыкла, чтобы за ней ухаживали, – негромко произнес отец Дэвид Керр.
   – Я удивлен, что она до сих пор не замужем, – так же тихо ответил ему лорд Стюарт.
   – У нее самая честная репутация, милорд, – сказал священник. – Она легка на ногу, как олень, которого преследует свора собак. Она ездит верхом в мужском седле и мчится, как демон.
   – А какое оружие предпочитает? – спросил лорд Стюарт.
   – О, какое только оружие она не предпочитает! Хотя с вами сражаться будет палашом. Она превосходный лучник. Может бить копьем с коня, как любой рыцарь. Весьма искусна в рукопашной. Уж если быть с вами до конца честным, милорд, то моя внучатая племянница чертовски пугает всех тех, кто ее знает, в особенности молодых людей. Именно поэтому никто, кроме этого болвана, младшего брата Хея, не решился принять ее вызов. Она взлетела на коня раньше, чем этот мальчишка успел пробежать пешую дистанцию, и вернулась во двор крепости, когда он сидел там и жаловался на свои окровавленные ноги. Вот тогда он и сдался. Сам лорд Хей не затаил враждебности к Керрам, он предостерегал своего братца против попытки покорить Мэгги.
   – Значит, вот почему он тайком отправился к королю, – громко сказал лорд Стюарт. – Его гордость была сильно задета, и он понадеялся, что Яков отдаст ему то, что он не сумел выиграть в честном состязании. – Фингел Стюарт расхохотался. – Он здорово недооценил моего кузена!
   – Разве король не мог заключить с Хеями такого же соглашения, как с вами? – поинтересовался священник.
   – Нет. Вы, жители границы, народ свирепый, – улыбнулся лорд Стюарт. – Разве не он провел несколько месяцев, пытаясь подчинить себе ваших графов? Король доверяет совсем немногим, мой добрый священник.
   – Но вам он доверяет, – сказал Дэвид Керр. – Вы с ним одна кровь.
   – Даже на кровь не всегда можно полагаться, – мудро произнес Фингел Стюарт. – Я исключение не только из-за кровного родства с королем. Моя бабка со стороны матери была сестрой деда теперешней возлюбленной короля, Джанет Мунро, так что мы с королем связаны двойными узами. Именно Джанет Мунро рассказала королю обо мне и о том, что Стюарты Торрские никогда не предавали своих королей. До того дня король понятия не имел о моем существовании, несмотря на наши кровные узы.
   – Я слышал рассказы и о положительных, и об отрицательных чертах короля, – заметил отец Дэвид. – Но ваша история особенно интересна, милорд. Хорошо, что Яков Стюарт признал ваше родство, но еще лучше то, что вы никогда не были втянуты ни в какие заговоры, окружающие его с самого несчастливого детства.
   – Я на шесть лет старше короля, – сказал лорд Стюарт.
   – Значит, вам лет тридцать или около того, – заметил священник.
   – Около того, – согласился лорд Стюарт.
   – Вы женитесь поздно или уже были женаты раньше? – осведомился священник.
   – Я никогда не был женат, и мне неизвестно, есть ли у меня незаконнорожденные дети. Хотя я знавал нескольких женщин, мне никогда не хватало средств содержать возлюбленную, – честно признался лорд Стюарт. – Вы хотите узнать что-нибудь еще, мой добрый отец?
   Священник негромко засмеялся:
   – Вы же понимаете, почему я спрашиваю, милорд. Вы для нас незнакомец, но явились сюда с письменным распоряжением короля жениться на нашей наследнице. Мы не может не подчиниться королевскому приказу, но хотим знать, какому человеку отдаем нашу Мэгги. Когда вы будете выдавать замуж свою дочь, то вспомните этот день и поймете нас.
   – Род мой идет от короля Роберта Третьего, от его убиенного сына Дэвида, у которого родился сын от его жены Мейр Друммонд. Когда первый Яков Стюарт вернулся после восемнадцатилетнего плена в Англии, его племянник пришел к нему и присягнул на вечную верность. В благодарность король дал племяннику дозволение именоваться Стюартом и пожаловал каменный дом с превосходной сланцевой крышей сразу под Эдинбургским замком. Так мы стали Стюартами Торрскими. Когда первого Якова подло умертвили, тот самый племянник был одним из тех, кто переправил королеву в безопасное место и позаботился о том, чтобы ее сын взошел на трон. С того дня Стюарты Торрские ни разу не поколебались в своей преданности, – поведал священнику Фингел. – У нас никогда не было ни могущества, ни богатства, чтобы ввязываться в битвы за право управлять мальчиками-королями Яковом Вторым и Яковом Третьим. И мы не приняли ничью сторону, когда Яков Четвертый сверг своего отца. Мы просто оставались верными монархам Стюартам, бывшим у власти, и никогда не нарушали обещаний. Поэтому когда наш король приказал мне обвенчаться с наследницей Брег-Ашера, я мог дать ему только один ответ: «Да, мой король». Девиз моего семейства звучит так: «Всегда верны». А герб – грейхаунд, охраняющий корону. Вы хотите узнать что-нибудь еще, святой отец?
   – У вас есть братья или сестры?
   – Нет. Когда я родился, мой отец очень обрадовался тому, что у него сын. Он думал, что его род умрет вместе с ним, потому что человеком он был небогатым и не хотел жениться и заставлять жену бедствовать вместе с ним. Он обвенчался с моей матерью, осиротевшей дочерью своего друга, чтобы спасти ее. Когда я родился, ей было шестнадцать, а ему много за пятьдесят. Но они любили друг друга. Она умерла, когда мне сравнялось десять, а отец – всего несколько лет назад.
   – Должно быть, он был очень стар, – произнес отец Дэвид.
   Фингел хмыкнул:
   – Восемьдесят, и весьма крепкого сложения.
   – Ну, теперь мне известно все, что вы могли рассказать, милорд. Остальное я узнаю, когда мы познакомимся поближе. Мой брат, лэрд, не расстроится, услышав все это о вас.
   Мэгги прислушивалась к разговору Фингела и своего двоюродного деда. Возможно, его семья и небогата, зато, похоже, весьма уважаема и с хорошими клановыми связями – Мунро, Друммонды и Стюарты. Она бросила на него короткий взгляд из-под ресниц. А ведь он очень даже ничего – длинное лицо, копна коротких угольно-черных волос. Крепкого сложения, мускулистый. Мэгги была довольно высокой для женщины, но он выше ростом по меньшей мере на полфута. Сумеет ли он честно победить ее в состязании? Даст ли она ему это сделать или все же возьмет над ним верх, как поступила бы с любым другим мужчиной? Только время покажет, а ей же необходимо как можно лучше узнать Фингела Стюарта.
   На следующий день они подписали брачный договор, составленный отцом Дэвидом, и встретились во дворе крепости. Они собирались ехать в сопровождении нескольких воинов, чтобы Мэгги показала Фингелу Ашер-нам-Брег. Светило позднеавгустовское солнце, в синем небе над головой не было ни единого облачка. Отряд спустился с холма, проехал деревню, и примерно через полмили Мэгги свернула вправо. Фин увидел, что они оказались на узкой и очень древней замощенной камнем дороге. Он удивился, когда вокруг внезапно возникли холмы.
   Заметив недоумение на его лице, Мэгги пояснила:
   – Да, они возникают неожиданно. Это начало. Нам придется проехать больше пятнадцати миль, пока мы не достигнем границы, а там можно перебраться в Англию.
   – А как вы догадываетесь, что добрались до границы? – спросил он.
   – Там сложена пирамида из камней, увенчанная железным чертополохом. Через несколько футов на другой стороне дороги еще одна пирамида, увенчанная розой. Минуйте ее, направляясь на юг, и вы в Англии. Минуйте пирамиду, направляясь на север, и вы в Шотландии. Все очень просто, милорд, – терпеливо объяснила Мэгги.
   – Я вижу, дорога слишком узка, чтобы по ней сумело в спешке пройти войско или отряд налетчиков, – заметил Фингел Стюарт, – но у вас что, вообще нет никакой обороны?
   Мэгги лукаво усмехнулась:
   – А вы посмотрите вокруг и вверх, милорд.
   Он так и сделал и только теперь обнаружил расставленные через некоторые промежутки невысокие каменные дозорные башни по обеим сторонам прохода. Это впечатлило лорда Стюарта.
   – В каждой башне дежурят трое, – рассказывала Мэгги. – А в случае необходимости одного человека отправляют в Брег-Ашер или в Недердейл, куда ближе, и поднимают тревогу.
   – И ваши английские родственники хранят вам верность?
   – Так же, как и мы храним верность им, – ответила Мэгги. – Благосостояние наших народов зависит от всех нас. Как мы сможем заботиться о своих людях, если не будем собирать пошлину? Мы и нашим королям верны, и в свое время этот проход предотвратил не одну трагедию, потому что оставался безопасным переходом через границу, когда других путей просто не было.
   Фингел кивнул. Все это, конечно, тщательно продумано и поддерживается в таком виде вот уже несколько столетий. Но его удивляло, что Керры могли все эти годы сохранять Ашер-нам-Брег нейтральным и не ввязываться ни в какие распри. Сможет ли он успешно поддерживать традицию? И что подумают английские Керры о Стюарте, женившемся на последней Керр из Брег-Ашера?
   В тот день они доехали до границы и вернулись назад, а в последующие недели Фингел Стюарт брал с собой нескольких своих людей и сам проезжал проход, привыкая к ландшафту, к дозорным башням и к самой дороге.
   Прошли август и сентябрь. Поля полностью убрали, жителям деревни разрешили собрать с них оставшиеся колоски на нужды своих семей. Холмы сияли яркими осенними красками. В один из первых октябрьских вечеров Дугалд Керр обратился к внучке.
   – Тебе пора назначить время брачного состязания, – сказал он Мэгги.
   – Ох, дед, нам еще нужно привести с летних пастбищ коров и овец, – возразила она. – У меня сейчас нет времени бегать. Только вчера одному из пастухов показалось, что он услышал волка в дальних холмах. Я не дам этим тварям резать наш скот.
   – Я с ней согласен, – спокойно поддержал ее Фингел Стюарт.
   Лэрд с братом переглянулись, и Дугалд Керр сказал:
   – Ну хорошо, много времени это не займет, а раз уж вы все равно по закону муж и жена, думаю, еще несколько дней ничего не значат.
   Так что на следующий же день коров и овец перевели с летних пастбищ, чтобы они днем паслись на полях около крепости, а на ночь надежно запирались в деревенских загонах под охраной собак. И лэрд снова предложил своей внучке назначить день состязания между ней и лордом Стюартом. Но Мэгги вывернулась и в третий раз.
   – Дед, у нас в кладовых пока недостаточно мяса, чтобы пережить зиму, – рассудительно заявила она. – Как я могу отдыхать и развлекаться, если обрекаю крепость на голод, когда выпадет снег?
   – Согласен, – пробормотал Фингел Стюарт. – Миледи, я одобряю вашу преданность долгу. Мы будем вместе охотиться каждый день, пока не набьем в кладовые достаточно мяса, чтобы поддержать всех нас в грядущие месяцы. – Он приятно улыбнулся Мэгги. – А после этого я приму ваш вызов, чтобы наш союз смогли благословить. Зима – вполне подходящее время, чтобы зачать наследника Брег-Ашера.
   Старый лэрд и священник не удержались от смешков, зато на лице Мэгги явственно проступило раздражение.
   – Превосходный план, – одобрил Дугалд Керр. – Я буду счастлив взять на руки своего правнука примерно в это же время в следующем году.
   – А я буду счастлив сам покрестить младенца, – добавил отец Дэвид.
   И Мэгги взорвалась:
   – Нечего смотреть на меня, как на чертову племенную кобылу, от которой только и ждут приплода!
   – Это твой долг, дитя, – сказал дед. – Твой долг перед Брег-Ашером.
   – Я знаю, в чем состоит мой долг! – свирепо отрезала Мэгги. – Я выполняю его с тех пор, как была сопливой девчонкой, дед!
   – Да, – согласился он, – ты выполняла свой долг перед семьей, и выполняла его хорошо, но ты последняя из нас, дитя, и твой долг – подарить всем нам сына. Тебе дали в мужья хорошего человека, так позволь ему зачать ребенка для Брег-Ашера.
   Мэгги кинулась прочь из зала, потрясенная его словами. Хотя с чего бы? Дед всего лишь сказал правду, и Мэгги это знала. И все-таки он отдал ее чужаку, причем только для того, чтобы она стала плодиться и размножаться? Мэгги не знала, сможет ли она это выдержать, и была близка к слезам. И тут, пока она стояла в полутемном коридоре рядом с залом, кто-то обнял ее. Мэгги замерла.
   – Он очень хочет увидеть наследника, – тихо произнес Фин.
   – А ты?
   Обнимавшие ее руки скорее успокаивали, чем вызывали смущение.
   – Хочу, но только в том случае, если ты будешь согласна.
   – Ты хочешь разделить со мной ложе, потому что должен это сделать? – спросила Мэгги.
   Фин негромко рассмеялся. Его теплое дыхание овевало ее шею – он наклонился, чтобы его смогла услышать только она.
   – Я знаю, что у тебя есть зеркало, – сказал он. – Ты красавица, девочка.
   – Значит, постель со мной окажется не такой уж тягостной обязанностью, раз я красива?! – вспылила Мэгги.
   – Девочка, мы уже женаты по королевскому повелению. Раньше или позже мы все равно должны лечь вместе в постель. Следует ли смотреть на меня с презрением только потому, что ты красива и лицом, и фигурой? Я понемногу узнаю тебя, Мэгги Керр, и понимаю, что ты мне нравишься. Я восхищаюсь твоей честью и преданностью долгу. Назначь день состязания, чтобы отец Дэвид смог благословить наш союз.
   – И ты думаешь, что сможешь взять верх? – раздраженно спросила она.
   – Никто не остается победителем навсегда, девочка. Я тот самый мужчина, который сможет взять над тобой верх, – с уверенностью ответил он. – Почему ты так этого боишься?
   Было так удобно прислоняться к нему, но теперь Мэгги отпрянула, оттолкнула его руки со своей талии и резко повернулась.
   – Я Безумная Мэгги Керр из Брег-Ашера, и я не боюсь ни одного мужчину! – заявила она. – Но прежде чем я назначу день нашего состязания, нужно наполнить кладовые мясом. Когда это будет сделано, я назначу день, вот вам мое слово! – Она плюнула на свою правую ладонь и протянула ему руку.
   Фингел удивился этому жесту, отнюдь не женскому, но тоже плюнул на свою правую ладонь и пожал ее руку.
   – Решено, миледи, и снова решено! – воскликнул он.
   Мэгги посмотрела ему в глаза:
   – Ты для меня загадка, Фингел Стюарт.
   – Почему? – полюбопытствовал он. Загадка? Это интересно.
   – Я привыкла к мужскому обществу, но до сих пор не встречала мужчин с таким терпением, как у тебя, – призналась она. – Ты запросто можешь заманить лань прямо на вертел.
   – И поэтому ты испытываешь мое терпение, милая? – спросил Фингел, и губы его тронула легкая усмешка.
   Мэгги засмеялась – громко и с искренней веселостью.
   – Если у твоего терпения и есть пределы, мне еще предстоит их обнаружить.
   – Пределы есть, – предостерег ее лорд Стюарт. – Но если я и в самом деле вынужден заманивать лань на свой вертел, то должен проявлять величайшую терпеливость, если не хочу, чтобы она сбежала от меня в холмы.
   – Я не сбегу, – пообещала Мэгги, вспыхнув при намеке. – А сейчас мне придется покинуть тебя, милорд. Если мы хотим, чтобы завтрашняя охота прошла успешно, встать и выехать нужно еще до рассвета.
   Фингел поклонился.
   – Значит, спокойной ночи. Я буду вовремя.
   Мэгги подобрала юбки и пустилась бежать вверх по узкой лестнице. Она чувствовала, что лорду Стюарту хочется пойти за ней следом, но он этого не сделал, а она не стала оборачиваться. Фингел в самом деле ее озадачивал. Если он не принадлежит к избранному кругу короля, то что он такое? Он очень откровенно рассказывал отцу Дэвиду о своем прошлом. И так же откровенно вел себя с ней. Как он жил? Если шел в наемники, то где сражался и с кем? Во Франции? Мэгги хотелось узнать больше, но будет ли ее любопытство хоть когда-нибудь удовлетворено? Или нужно принять Фингела Стюарта за то, что она видит, и поверить в то, что он рассказывает? Да есть ли в нем что-нибудь большее?
   Ей казалось, что это вполне возможно, но может быть, он просто хочет стать в ней более уверенным, а уж потом рассказывать? Расспрашивал ли король своего родственника хоть о чем-то или просто согласился с предложением своей любовницы, которая, конечно же, хотела поспособствовать кузену?

   – Значит, – сказала Гризель, едва Мэгги закрыла за собой дверь спальни, – твой дед опять на тебя давит? Во всяком случае, слухи в зале именно такие.
   Мэгги улыбнулась:
   – Сначала мы наполним кладовые к зиме.
   – А потом? – спросила Гризель. Ее карие глаза сверкали любопытством.
   – Я дала слово, что после этого назначу день состязания, – ответила Мэгги.
   – Я знаю, ты всегда держишь слово, – кивнула Гризель. – Но может, снег ляжет рано и вы не сможете уладить все до весны?
   Мэгги, раздеваясь, засмеялась:
   – Боюсь, дед не станет ждать так долго. Он сказал, что к следующей осени хочет взять на руки своего правнука. И священник его поддержал.
   – Спорю, тебе это не понравилось, – заметила Гризель, встряхивая платье госпожи и вешая его в гардероб.
   Мэгги вздохнула:
   – Они правы, Гризель, хотя если ты захочешь повторить кому-нибудь мои слова, я буду это отрицать. Лорд Стюарт кажется мне сильным человеком, и он сможет удерживать Ашер-нам-Брег так же хорошо, как и Керры до него. Я буду давать ему советы, пока он не станет немного увереннее в себе, но правда в том, что мой долг не только вести счета, но и подарить Брег-Ашеру наследника.
   – Когда недердейлские Керры узнают, что ты обвенчалась, непременно начнутся неприятности, – сказала Гризель. – Лорд Эдмунд не сильно опечалился, когда ты отвергла всех женихов.
   – Не может же Эдмунд Керр думать, что англичане в состоянии удержать Ашер-нам-Брег в одиночку? Они контролируют всего восемь миль против наших пятнадцати. Эти пятнадцать находятся на шотландской территории, а не в Англии. Не может же снова начаться бесконечный Бервик[5] из-за того, что две стороны начнут тянуть Ашер-нам-Брег на себя. В этом случае проход станет бесполезным, – вздохнула Мэгги.
   – Думаю, лорд Эдмунд Керр надеялся сам на тебе жениться, – предположила Гризель. – Двух жен он уже свел в могилу, но что-то не торопится искать третью.
   – У него девять сыновей, а этого должно быть достаточно для любого мужчины, и полдюжины уже женаты и имеют собственных детей. И это не говоря о бастардах, зачатых им по обеим сторонам границы. У недердейлских Керров нет недостатка в наследниках, – заметила Мэгги. – Кроме того, он мой дядя и ему скоро пятьдесят. Ходят слухи, что у него есть очень преданная и страшно ревнивая любовница. Поговаривают даже, что она помогла его последней жене сойти в могилу, чтобы самой стать третьей супругой лорда Эдмунда. Он никак не мог всерьез рассчитывать, что женится на мне, а если и рассчитывал, то только для того, чтобы наложить лапы на весь Ашер-нам-Брег. И я очень сомневаюсь, что он сумел бы перегнать меня верхом, бегом и победить в поединке, Гризель. – Надев ночную рубашку, Мэгги расплела косу и начала расчесывать длинные каштановые волосы.
   – Поедешь завтра на охоту? – спросила Гризель, убирая одежду хозяйки, затем взяла ее сапоги и стала стирать с них пыль.
   – Да, я хочу, чтобы кладовые были полны ко Дню святого Мартина[6], – ответила Мэгги. – Поедем завтра рано утром к тому небольшому озеру неподалеку от начала прохода. Там ночуют гуси. Мы застанем их, когда они будут подниматься с воды, чтобы лететь на юг. Если все стрелы попадут в цель, мы вернемся обратно с дюжиной гусей или даже больше.
   – Арчи, слуга лорда Стюарта, говорил, что кое-кто из деревни недавно видел в лесу вепря, – сообщила Гризель своей хозяйке.
   – Я слышала, – отозвалась Мэгги. – Да, неплохо бы взять этого вепря. Если он еще молодой, то мясо будет нежным. Отличное блюдо на пиршество в Рождество. – Она забралась в постель, потянула на себя одеяло и упала в подушки. – Больше всего я люблю охотиться осенью, – произнесла она. – Спокойной ночи, Гризель.
   – Спокойной ночи, миледи, – ответила та, выходя из спальни.
   Когда дверь за Гризель захлопнулась, Мэгги закрыла глаза. Завтра будет чудесный день! Она докажет Фингелу Стюарту, что она не просто существо женского пола, которое будет рожать ему сыновей. Она привезет больше дичи, чем он, просто чтобы позлить его. Он сказал, у его терпения есть пределы? Интересно, лопнет ли оно, если Мэгги жестоко заденет его гордость?.. С улыбкой на устах Безумная Мэгги Керр уснула крепким счастливым сном.

Глава 4

   Утром Мэгги проснулась до того, как Гризель пришла ее будить. Сквозь полуоткрытый деревянный ставень она увидела темное небо с узким серпом убывающей луны. Мэгги полежала еще чуть-чуть, наслаждаясь последними минутами тепла, откинула одеяло и выбралась из постели. Затем подошла к небольшому камину и бросила на тлеющие угли немного растопки, дождалась, пока она разгорится, добавила дров и сняла с углей глиняный кувшин с водой для умывания, стоявший там всю ночь, чтобы вода не остыла.
   Мэгги сняла простую ночную рубашку, налила воды в оловянный таз, взяла тряпочку для мытья, намылила ее мылом с ароматом жимолости и тщательно вымылась. Затем взяла свою самую ценную вещь – небольшую резную роговую щетку с короткой твердой щетиной вепря – и почистила зубы. Закончив умываться, она открыла стоявший в изножье кровати сундук и вытащила льняную сорочку, доходившую ей только до бедер и отороченную кроличьим мехом. Надев ее, она добавила к наряду белую льняную рубашку и зашнуровала ее. Затем вытащила пару вязаных чулок и темные шерстяные бриджи, которые подпоясала широким ремнем. Последними она извлекла из сундука отороченную мехом куртку из мягкой оленьей кожи и кожаные сапоги.
   Мэгги сидела на кровати, расчесывалась и заплетала косу, когда дверь открылась и в спальню вошла Гризель.
   – Доброе утро! – весело поздоровалась Мэгги, закрепляя косу небольшой алой лентой.
   – Могла бы и подождать, – проворчала Гризель.
   – Я проснулась и не смогла больше лежать. Кроме того, я хочу поесть до отъезда.
   – Сейчас что-нибудь принесу, – сказала Гризель.
   – Нет, я спущусь в кухню, – крикнула Мэгги, выбегая из спальни. Она сбежала по лестнице в зал, а оттуда еще на один пролет вниз, в теплую кухню, где деловито суетились кухарка и ее помощники. К изумлению Мэгги, лорд Стюарт уже был там и сидел за столом, за которым обычно сидели кухонные работники.
   – Доброе утро, милорд, – поздоровалась Мэгги, садясь рядом. Перед ней тотчас же появилась миска с овсяной кашей. Мэгги полила ее медом, добавила густых золотистых сливок и с аппетитом приступила к завтраку.
   – Ты рано встала, – заметил Фингел.
   – Мы едем на охоту, – сухо отозвалась она. – Звери тоже просыпаются рано, милорд.
   Кухарка положила на стол между ними деревянную доску с буханкой горячего хлеба, нож и бочонок с маслом, отрезала два куска и протянула обоим.
   – У тебя есть вареные яйца и хлеб, чтобы мы могли взять их с собой? – спросила Мэгги.
   – Да, миледи, а еще немного сыра и яблоки, – ответила кухарка. – Айвер уже забрал все, чтобы упаковать в седельные сумки.
   – Айвер? – слегка растерялась Мэгги.
   – Мой капитан, – пояснил лорд Стюарт, размазывая масло на хлебе большим пальцем.
   – Ах да, – вспомнила Мэгги. – Нужно что-то сделать, чтобы подружить твоих и наших людей, милорд. Они держатся порознь с тех пор, как вы сюда приехали.
   – Да, – согласился он, – положение довольно затруднительное, миледи, но его нужно исправлять. Капитан вашей крепости – человек немолодой, но я уже понял, что эту должность он заработал, хорошо выполняя свои обязанности. Не согласится ли он взять Айвера своим помощником? Или на этой должности у него уже есть человек?
   – Нет, – ответила Мэгги. – Дело в том, что Кленнон Керр в родстве чуть не с каждой семьей в Брег-Ашере. И среди воинов есть несколько его племянников – сыновья двух его сестер. Как можно выбрать одного из них, не обидев остальную родню? Поэтому он командует один. Когда вернемся с охоты, я поговорю с дедом, и если он согласится, то назначит твоего Айвера заместителем Кленнона Керра. Это тебе подходит, милорд?
   – Вполне, – сказал лорд Стюарт, повернулся и сурово посмотрел на кухарку и ее помощников: – И чтобы никаких сплетен о том, что вы услышали из нашего разговора. Если слух разлетится раньше, чем мы посоветуемся с лэрдом и Кленноном Керром, я буду точно знать, кто виноват. Мое правосудие будет быстрым и суровым. Все меня поняли?
   Кухарка кивнула.
   – Мы все будем молчать как могила, – пообещала она.
   Фингел удовлетворенно кивнул и одобрительно улыбнулся.
   Мэгги и Фингел позавтракали и поднялись в зал, где собирались остальные охотники. Некоторые ели овсяные лепешки и запивали их из фляжек, но такой завтрак они могли закончить и сидя в седле. Увидев лорда Стюарта и его спутницу, Айвер сделал знак выходить во двор.
   На улице еще было темно, однако края неба уже светлели. Небольшой отряд во главе с Мэгги и Фингелом Стюартом выехал со двора крепости. Копыта мягко стучали по земле. Рядом бежала свора гавкающих собак.
   – Куда направляемся? – спросил лорд Стюарт у Мэгги.
   – Около входа в проход есть небольшое озеро. В это время года там ночуют гуси по пути на юг и улетают с рассветом. Мы окажемся там как раз вовремя, – заверила его Мэгги. – А еще в ближнем лесу видели вепря.
   Они добрались до места назначения. Небо над головой сделалось значительно светлее, чем было тогда, когда они выезжали из крепости. Привязав коней, они прокрались по подлеску и увидели большую стаю птиц, сидящих на спокойной воде. Натягивая луки и аккуратно накладывая стрелы, они слышали негромкое гоготанье птиц. Приготовившись, все стали терпеливо дожидаться, когда птицы взлетят.
   Горизонт медленно розовел. Края неба окрашивались алым и золотым. И едва солнце вырвалось из-за горизонта, гуси взлетели над водой, гогоча и громко хлопая крыльями. Охотники встали, стрелы полетели в птиц. Некоторые успели быстро наложить вторую стрелу и выпустить ее в стаю. Птицы посыпались в воду, уцелевшие поднялись высоко вверх и устремились к югу.
   – Спускайте собак! – прокричала Мэгги.
   Псы ринулись к небольшому пруду и поплыли к убитым гусям. Когда все птицы оказались на берегу, Мэгги велела одному из молодых воинов немедленно отвезти их в крепость, где гусей подвесят вниз головами в зимней кладовой. Там они и будут висеть, пока не потребуются в пищу. Всего насчитали двадцать семь птиц.
   – Отличная работа, – сказал Фингел Стюарт Мэгги.
   – Если я не сумею перехитрить гуся, какая из меня хозяйка дома? – широко улыбаясь, ответила она.
   – Красивая, – сказал Фингел, улыбаясь в ответ, чем вогнал Мэгги в краску.
   – Теперь нужно найти вепря, – объявила она, быстро меняя тему. – С ним будет сложнее, но он еще молодой и поэтому не такой коварный, как старые кабаны.
   Они покинули озерко, на котором не осталось ни одного гуся, и направили коней к лесу, граничившему с деревней. Но хотя провели там все утро, не сумели найти никакой дичи. Уже темнело, когда им удалось подстрелить молодого оленя. Мэгги осталась очень недовольна. Она хотела того вепря.
   – Будем ездить на охоту каждый день, пока не отыщем его, – сказала она лорду Стюарту.
   Они вернулись в крепость, где оленя выпотрошили и подвесили в зимней кладовой, заполненной пока чуть больше чем наполовину. Если хорошая погода продержится, кладовую можно будет забить до отказа до конца месяца, потому что дичи вокруг полно, думал Фингел Стюарт. Хотя они пропустили основную дневную трапезу, кухарка накормила их горячей похлебкой из ягненка, которую все умяли очень быстро. После еды Мэгги обратилась к деду. Лорд Стюарт стоял рядом.
   Мэгги объяснила лэрду, что необходимо подружить воинов крепости с людьми, прибывшими вместе с Фингелом Стюартом.
   – Два отряда нужно смешать в один под командованием Кленнона Керра, дед. Но раз уж наш капитан не в силах выбрать себе помощника, я предлагаю на это место капитана лорда Стюарта, Айвера. Конечно, следует посоветоваться с Кленноном Керром, но это нужно сделать, причем чем раньше, тем лучше, – говорила Мэгги деду.
   – Да, – согласился старик. – Кроме того, если мы объединим два отряда в один, это поможет моему новому внуку. Его скорее примут за своего.
   – Твоему новому внуку? – резко бросила Мэгги.
   – Он твой законный муж, дитя, а значит, и мой внук, – с приятной улыбкой объяснил ей лэрд и поманил к себе Басби. Когда тот подошел к хозяину, лэрд попросил: – Позови ко мне Кленнона Керра.
   – Да, милорд, – ответил мажордом и торопливо отошел.
   Несколько минут прошли в молчании. Наконец пришел Кленнон Керр и поклонился лэрду, лорду Стюарту и Мэгги.
   – Вы хотели меня видеть, милорд?
   Лэрд пустился в объяснения. Когда он договорил, капитан согласно кивнул:
   – Да, милорд, это меня вполне устроит. Я все эти недели наблюдаю за Айвером Лесли. Он дисциплинированный солдат. И раз уж вы приняли такое решение, мои сестры перестанут меня изводить и требовать, чтобы я повысил то одного родственника, то другого, – фыркнул он. – И никто не сможет заявить, что я покровительствую своим родным в ущерб всем прочим.
   – Басби! – позвал лэрд, и когда мажордом подошел, Дугалд Керр послал его за Айвером Лесли.
   Айвер, игравший в дальнем конце зала в кости со своими товарищами из Эдинбурга, забрал свой скромный выигрыш и поспешил подойти к лэрду Брег-Ашера.
   – Вы желали меня видеть, милорд? – спросил он, любезно кланяясь и бросив быстрый взгляд на лорда Стюарта.
   – С позволения твоего хозяина и моего капитана, Кленнона Керра, я решил назначить тебя вторым человеком в отряде воинов крепости.
   На лице Айвера появилось искреннее изумление.
   – Милорд, наверняка кто-нибудь из ваших собственных людей достоин этой должности больше, чем я, – сказал он. – Для меня это большая честь, и я с радостью приму назначение, но мне бы не хотелось занимать чье-то законное место.
   – Я в родстве со всеми жителями Брег-Ашера, – объяснил ему Кленнон Керр. – Как можно выбрать одного из своих родственников, не обидев остальных? Лэрд принял решение, и я испытываю искреннее облегчение. – Он протянул Айверу Лесли свою большую руку, и тот, сам такой же крупный, дружески ее пожал.
   – Басби! – опять позвал лэрд. – Всем виски. – И посмотрел на обоих солдат: – Значит, решено. Решение принимал я, Кленнон Керр, и твои сестры не могут винить тебя, а остальные родственники, как мне кажется, испытают искреннее облегчение.
   Басби принес поднос с небольшими кубками виски. Выпили за мудрость лэрда, и дело было улажено – за одним маленьким пустячком.
   Встав из-за стола, лэрд провозгласил:
   – Слушайте меня все, кто находится в этом зале. Я назначил Айвера Лесли вторым лицом после капитана Кленнона Керра. А теперь давайте выпьем, чтобы отпраздновать это!
   Служанки поспешили к нижним столам, наполняя кружки элем. Выпили за здоровье обоих капитанов, и все в зале вернулись к обычной вечерней рутине, а лэрд начал расспрашивать внучку про сегодняшнюю охоту и состояние кладовых.
   – Кладовая отлично наполняется. Думаю, еще несколько недель, и все будет сделано, – отвечала Мэгги. – К началу декабря наверняка, дед.
   – Значит, назначай день состязаний в декабре, – велел Дугалд Керр. – И чем скорее, тем лучше, дитя.
   – А если начнутся снегопады? – лукаво спросила она.
   – Расчистим для вас дорогу, – пообещал он.
   И Мэгги подумала, что нет смысла спорить дальше. По законам Шотландии Фингел Стюарт уже был ее мужем, и продолжать отталкивать его означает ставить под угрозу Брег-Ашер. Она уже подозревала, что он как раз тот мужчина, который сможет честно победить ее. Фингел не боялся ее, ей ни разу не удалось его запугать. Но она будет стараться изо всех сил, и легко ему эта победа не достанется.
   – Пятое декабря, – сказала Мэгги.
   Лэрд счастливо заулыбался.
   – Решено! – воскликнул он. – Ты слышал ее, Дэвид? Она сказала – пятое декабря!
   – Я слышал ее, Дугалд, – подтвердил священник.
   – Согласен, – сказал лорд Стюарт.
   Мэгги громко рассмеялась:
   – Похоже, ты всегда соглашаешься со мной, милорд. Кажется, ты человек очень разумный. Надеюсь только, когда мы окончательно поженимся, все так и останется.
   – Не могу обещать, миледи, потому что ты не всегда бываешь послушной, – ответил он.
   Мэгги кивнула:
   – Это и в самом деле так, милорд. Со мной не всегда легко, но обычно я оказываюсь права. – И сладко улыбнулась ему.
   Теперь расхохотался лорд Стюарт.
   Дугалду Керру нравилось то, что он видит. Похоже, его внучка смирилась с браком по королевскому повелению, и все шло хорошо, за исключением пустячка. Мэгги и Фингел редко оставались наедине. Им необходимо проводить больше времени вместе, но как это осуществить? И тут он сообразил, причем решение оказалось очень простым.
   – Мэгги, девочка, – попросил лэрд, – проводи Фингела в мою библиотеку и покажи ему свои счетные книги. Она умная девушка, милорд, да вы и сами это увидите, едва заглянете в книги. Никто не умеет вести счета так, как моя внучка.
   – Ой, дед, я сомневаюсь, что лорда Стюарта заинтересуют цифры, – ответила Мэгги, улыбаясь старику.
   – Нет-нет, я очень даже заинтересован, – заверил ее Фингел Стюарт. Он уже понял, что задумал старый лэрд. Им с Мэгги нужно хотя бы ненадолго оставаться наедине, что совершенно невозможно в зале Брег-Ашера, полном воинов, которые еще не ушли спать в свои казармы. А если приказать им очистить зал, начнутся ненужные разговоры.
   Мэгги встала.
   – Ну хорошо, – сказала она. – Пойдем, я покажу тебе, как колдую с цифрами.
   Они вышли из зала. Мэгги отвела его в библиотеку своего деда – не очень большую, но уютную комнату с уже разожженным маленьким камином и тремя высокими сводчатыми окнами вдоль одной стены. Целая стена была отведена под книги, как в кожаных переплетах, так и в виде рукописей, под окном стоял длинный стол, явно служивший бюро и заваленный книгами в кожаных обложках. У стола стоял стул с высокой спинкой. Мэгги открыла одну из книг.
   – Я записываю каждую статью расходов, – начала объяснять она. – Вот это книга для записи расходов по домашнему хозяйству. Мы, конечно, как и большинство приграничных крепостей, живем натуральным хозяйством, за исключением нескольких вещей. Слугам платят раз в год, на Михайлов день. Воинам тоже. Остальные книги – это записи о купле-продаже скота, о разведении скота и книга по Ашер-нам-Брегу. С самого начала ведутся очень тщательные записи обо всех, кто проходил на юг, в Англию, и на север, в Шотландию. Такие же записи ведут недердейлские Керры.
   – И все это ты делаешь сама? – спросил Фингел.
   – Да. Дед говорит, лучше вести свои дела самостоятельно, – ответила Мэгги.
   – А как вы устанавливаете размер пошлины? Или это просто какая-то определенная сумма?
   – Одна цена для одинокого путника или для пары – женщина и мужчина. Купец с караваном платит за количество вьючных животных. Коробейник, который тащит весь товар у себя на спине, платит установленную сумму. Есть определенный размер пошлины для свадебных кортежей, для путешествующих вместе семей, для гонцов, – объяснила Мэгги.
   – Это здорово продумано, – заметил лорд Стюарт. – Ты записываешь путников, идущих в обоих направлениях, хотя пошлину вы взимаете только в одну сторону, – заметил он. – Почему?
   – Чтобы проход использовался честно, – ответила Мэгги. – За прошедшие столетия бывали случаи, когда кое-кто пытался использовать Ашер-нам-Брег не с мирными целями. Мы их ловили и изгоняли. Однажды пришлось полностью заблокировать проход. Наблюдатели на башнях знают, кто идет в каждой партии. Мы разрешаем путешествовать на север с рассвета до полудня, а на юг – с полудня до заката. В темные месяцы года меняем дни – на север проходят по понедельникам, средам и пятницам, а на юг – по вторникам, четвергам и субботам. В воскресенье проход закрыт, за исключением крайней необходимости – например, гонцов.
   – И как долго Керры по обеим сторонам границы несут на себе эту ответственность? – спросил лорд Стюарт.
   – Более пяти столетий, – ответила Мэгги.
   Как печально, подумал лорд Стюарт, что Мэгги будет последней из Керров Брег-Ашера. Может быть, следует добавить фамилию «Керр» к своей собственной? Такое уже делали в подобных случаях. Но он гордится своим именем. Надо будет подумать хорошенько.
   – Это все, что я могу тебе показать, – нарушила его размышления Мэгги. – Есть ли у тебя еще вопросы ко мне, милорд? Если нет, я бы с удовольствием ушла к себе в комнату и приняла ванну. Завтра нас ждет новая охота.
   – Останься, – попросил он. – Мы можем немного поговорить?
   – Поговорить? – озадаченно спросила Мэгги. – О чем? У тебя есть вопросы?
   – Да, вопросы о девушке, ставшей моей женой, но женой не ставшей, – ответил Фингел Стюарт. – Посиди со мной у огня.
   – Здесь только один стул, – заметила Мэгги.
   – Ну так сядь ко мне на колени. Или я могу сесть к тебе, – поддразнил ее Фингел.
   Она настороженно посмотрела на него.
   – Сесть к тебе на колени? А что, я не могу ответить на твои вопросы стоя? Да и что ты хочешь узнать обо мне? И какое все это имеет значение, если ты женился на мне по приказу короля, милорд?
   – Да, это верно, – добродушно согласился лорд Стюарт. – Но мне нравится то, что я успел узнать о тебе, Мэгги Керр. И я хочу знать больше. И хочу, чтобы я тебе тоже понравился.
   – Это уже не важно, – жестко произнесла Мэгги. – Мы женаты.
   – Мне говорили, что у тебя нет никого другого, – сказал лорд Стюарт. – Или я отнял тебя у мужчины, пленившего твое сердце?
   – Нет, – отозвалась Мэгги, – но я всегда терпеть не могла, когда мне указывали, что я должна делать, а что не должна, милорд. Да, это ребячество, понимаю. И даже если бы я могла управлять Ашер-нам-Брегом самостоятельно, невозможно зачать наследника для Брег-Ашера без мужа. Если бы среди наших соседей имелся мужчина, приятный мне, я бы взяла его в мужья и разделила бы с ним ответственность за проход, но таких не нашлось. Молодые мужчины боятся меня, потому что я не та девушка, что будет сидеть у очага и бормотать «да, мой господин» мужу, которого не уважаю и который не уважает меня. Я говорила это достаточно часто. Ни один из них не хотел меня ради меня самой, всех привлекали только мое богатство и власть, поэтому я никого из них не выбрала. Они думали, мой дед так сильно хотел найти мне мужа, что готов был пойти на все. Но мой дед хорошо меня знает и любит меня. Он понимает, что мне нужно. Но теперь в дело вмешался король Яков. – Мэгги вздохнула. – Я не позволю тебе выиграть, Фингел Стюарт. Ты должен победить меня честно.
   – Так и будет, – пообещал он.
   – Я знаю, многие считают меня эгоисткой, потому что я хочу, чтоб было по-моему. Но это не эгоизм. Я вот уже почти три года сама управляю Ашер-нам-Брегом. Дед чувствует себя не так хорошо, чтобы делать все, что положено. И мне нужен мужчина, который готов учиться у женщины. Тот болван, Юан Хей, совсем не такой мужчина.
   – Я слышал, ты победила его очень жестко, – заметил Фингел Стюарт.
   – Да! – призналась Мэгги, с трудом подавив хулиганскую усмешку, едва не появившуюся на лице. – Мне пришлось так поступить, чтобы он сам сдался и ушел. Правда, мне в голову не приходило, что этот паршивый хорек отправится жаловаться королю. У чертова дурака не было ни малейших шансов меня перегнать. Даже если бы я его любила (а я его терпеть не могу), я бы все равно ему не поддалась, потому что все на границе знают – никто не бегает быстрее меня. Так что я его обогнала, а потом проехала всю дистанцию верхом, а он сидел на ступеньках и нянчил свои разбитые в кровь ноги, болван такой!
   – Суровая ты девушка, – произнес Фингел Стюарт, то ли ворча, то ли восхищаясь, – но чтобы выдержать всю выпавшую тебе ответственность, ты и должна быть суровой. Но я могу победить тебя, Мэгги Керр, и сделаю это. – Он сел в кресло у камина и, удивив Мэгги, схватил ее и рывком посадил к себе на колени. – Вот так-то лучше, – сказал он. – А теперь расскажи мне о себе, а я поведаю тебе о себе. Мне хочется, чтобы мы стали хотя бы друзьями до того, как разделим ложе.
   Мэгги попыталась вырваться, но Фингел Стюарт держал ее крепко.
   – Нет-нет, девочка, ты моя жена. Муж имеет право приласкать свою женщину. – Его серые глаза поймали взгляд ее карих глаз. – Неужели ты никогда не обнималась со своим милым?
   – У меня никогда не было «милого», милорд! Вы думаете, я беспутная женщина? У меня на уме куда более важные вещи! – сердито воскликнула Мэгги.
   Ей было неуютно и не нравилось, что она в кольце его рук, как в тюрьме. И голову некуда деть, только положить ему на плечо. Она чуяла запах сырой кожи от его одежды, сильный и очень мужской. От него исходила сила, и это пугало Мэгги.
   – Отпусти меня, – велела она, стараясь, чтобы голос звучал ровно и бесстрашно. – Пожалуйста, отпусти меня, милорд.
   – Ты боишься? – удивленно произнес Фингел. – Почему ты боишься?
   – Мне не нравится, когда меня принуждают, – ответила Мэгги.
   Фингел немного помолчал и сказал:
   – Я всего лишь пытаюсь поближе узнать свою жену, леди. Если я перестану тебя удерживать, ты останешься сидеть у меня на коленях? Я знаю, ты сдержишь слово.
   – Ох, это нечестно! – вскричала Мэгги.
   – Почему? – Голос его звучал невинно, но они оба знали правду.
   Мэгги рассмеялась. Просто не смогла удержаться.
   – Значит, либо ты будешь удерживать меня в своих объятиях, либо позволишь мне остаться в них по моему собственному выбору? И тебе не кажется, что выбор предлагается нечестный?
   – Нет, – ответил он все так же вкрадчиво. – Ты слишком привыкла добиваться своего, Маргарет Джин Керр. В будущем я с удовольствием позволю тебе своевольничать, как все семнадцать лет позволял тебе твой дед, однако ты не всегда будешь поступать со мной так, как захочется тебе. В этой семье бриджи буду носить я.
   Мэгги словно окаменела. Во-первых, из-за того, что он назвал ее полным именем – откуда он вообще его знает? – а во-вторых, из-за охватившего ее негодования.
   – О, до чего ты самоуверен! – выпалила она. По правде говоря, Мэгги просто больше ничего не пришло в голову, она словно растеряла все слова, чего с ней никогда не случалось. Никто никогда не разговаривал с ней в такой манере. Она Мэгги Керр, наследница Брег-Ашера, черт возьми!
   – Превосходно, – похвалил ее Фингел, – ты начинаешь меня понимать. Я Фингел Дэвид Стюарт, лорд Торрский, а однажды стану лэрдом Брег-Ашера. Я самоуверен, но не без оснований. Я веду свой род от королей, девочка, и сам владыка Шотландии послал меня сюда, чтобы жениться на тебе, родить от тебя детей и сохранить Ашер-нам-Брег таким, каким он был всегда. Моя семья всегда хранила верность, и я не посрамлю ни своих предков, ни их память. А теперь ты позволишь мне поухаживать за тобой, или между нами начнется война?
   Его объятия ослабли, и Мэгги соскочила с его колен. Она не давала ему никаких обещаний и не собиралась их давать.
   – Не знаю! – вот все, что Мэгги ответила на его вопрос и выскочила из библиотеки.
   После ее ухода Фингел еще долго сидел перед маленьким камином в этой небольшой комнате.
   Ему хватало опыта с женщинами, чтобы понять – Мэгги растерянна и испуганна. «Избави меня, Боже, от пугливых девственниц», – думал Фингел Стюарт, но понимал при этом, что дело не в ее страхе перед интимной жизнью. Когда он сможет поцеловать и приласкать Мэгги, он расположит ее к себе, и их супружеское ложе будет приятным, но и это не имеет значения. Ее долг – родить детей для Брег-Ашера, сыновей и дочерей, которые породнятся с другими приграничными семьями. Но не это главная трудность между ними. Между ними стоит управление Ашер-нам-Брегом. Старый лэрд совершил большую ошибку, не внушив своей наследнице, что не Безумная Мэгги Керр будет заниматься проходом, а ее муж. Фингелу еще много нужно узнать об этом проходе, и учить его придется именно Мэгги, потому что ее дед стар.

   В День святого Эндрю Мэгги объявила, что кладовая забита до отказа. С каждым днем становилось все холоднее, а ночи сделались намного длиннее, чем были в сентябре. По утрам вода во рве под подъемным мостом покрывалась тонкой коркой льда. Днем лед таял, но ночью намерзал опять. Скоро он перестанет таять вообще и ляжет до весны. Каменные стены крепости по краям покрывались инеем, кроме тех немногих комнат, где горели камины. Воины теперь почти постоянно спали в зале, потому что в казармах очагов не было. Те, кто ухаживал за животными, спали в конюшне и амбаре, для тепла зарываясь поглубже в сено.
   Первый день декабря выдался солнечным и неожиданно теплым. На ночь в крепость попросился коробейник, собиравшийся утром воспользоваться проходом Ашер-нам-Брег. Он прибыл сюда из Перта через Стерлинг и Эдинбург. Коробейник был просто набит сплетнями, которыми с радостью делился со всеми в зале. Он очень удивился, узнав, что наследница Брег-Ашера вышла замуж, причем мужа ей прислал сам король.
   – А наш Яков уехал во Францию на поиски невесты, – начал он, фыркнув. – Денежек у него для этого достаточно благодаря церкви.
   – А при чем тут церковь? – не понял старый лэрд.
   – Ну как же, сэр, со всеми этими протестантскими еретиками, поднимающими голову повсюду за морем и даже в Англии, приверженность нашего короля святой матери-церкви очень даже ценится папой. Королю нужны деньги, а церковь богата. Я слышал, в следующие несколько лет он получит семьдесят две тысячи шотландских фунтов – целое состояние! И три наших самых важных аббатства и три монастыря отдадут его бастардам, чтобы они получали с них доход. У него их шесть, и мне говорили, что его последняя любовница, Джанет Мунро, тоже ждет ребенка. – Торговец хихикнул. – Ну, этот наш пятый Яков в точности похож на своего папашу, да благословит его Господь! – Торговец поднял свою кружку с элем, выпил за здоровье короля и продолжил сплетничать: – Говорят, что он мог выбирать себе жену среди самых благородных и королевских семей в Италии, Франции и Дании. Этот дьявол, что правит Англией, король Генрих, даже предложил ему свою дочь, принцессу Мэри. И нашего Якова просто осыпали дипломатическими почестями.
   – Король предпочитает жену из Франции, – спокойно произнес лорд Стюарт.
   – Да! Да! Так и есть, – согласился коробейник. – Говорят, герцог Вандомский предлагает сто тысяч золотых крон в приданое своей дочери, Мари. Но король девушке-то отказал.
   – Да откуда, ради всего святого, ты это можешь знать? – возмутился лорд Стюарт.
   – Ах, сэр, я же только что побывал в Лейте. Ходят слухи, что король тайно посетил двор герцога Вандомского. А несмотря на богатое приданое, девица-то калека, вся кривая-косая. Он и уехал от герцога поскорее и предложение не сделал. Говорят, он влюбился в принцессу Мадлену, дочь короля Франциска, красавицу девушку. И король согласен, так что они обручились. Свадьбу отпразднуют в январе в этом их большом соборе Парижской Богоматери. И у нас будет новая французская королева, когда Яков привезет ее домой, – заключил коробейник, довольный, что сумел первым рассказать все новости в Брег-Ашере.
   Но помимо этого он и тут подцепил превосходную сплетню, которую собирался рассказать недердейлским Керрам. Он переночует в крепости, утром позавтракает и отправится в Англию через Ашер-нам-Брег.
   Разумеется, пока он рассказывал свои новости, стоя перед высоким столом, его никто не пригласил сесть за него. В конце концов, он всего лишь простой торговец, так что сел он за нижние столы, вместе с воинами, и именно там узнал, что у наследницы Брег-Ашера есть жених, кузен самого короля Якова, посланный сюда королем, чтобы обвенчаться с Безумной Мэгги Керр.
   Брачный контракт, как ему рассказали, подписан несколько недель назад, но пара до сих пор не разделила ложе, потому что лорду Стюарту еще предстоит принять участие в знаменитом состязании с невестой, известном по всей границе. И дата назначена – пятое декабря. Торговец пожалел, что у него нет повода задержаться в Брег-Ашере, чтобы своими глазами увидеть, как все это будет происходить. Впрочем, достаточно взглянуть на лорда Стюарта, чтобы все понять. Он выше девушки по меньшей мере на восемь дюймов, мускулистый, в отличной физической форме, и если он не сможет перегнать Безумную Мэгги Керр и победить ее в поединке, то не заслуживает права лечь с ней в постель.
   Наступил следующий день, холодный и дождливый. Старый лэрд предложил торговцу подождать, пока прояснится, и тот согласился. Он никуда не спешил, потому что возвращался домой, в Карлисл, где и проведет зимние месяцы, делая вместе со своей женой очередного младенца.
   У торговца были большие планы. Он намеревался открыть лавку в городе, и пусть теперь его сыновья проводят весну, лето и осень в дороге, а уж он останется торговать в собственной лавке.
   По всей деревне разлетелся слух о том, что он в крепости. Женщины приходили покупать ленты, нитки, иголки, булавки и изящные кружева, которые он продавал. Так что день получился очень даже выгодный, и на следующее утро, прощаясь, торговец пребывал в превосходном настроении. Пусть холодно и дует северный ветер, зато кошель у него набит под завязку, а в конце пути его ждет женушка.
   Чтобы пройти через проход, ведя за собой вьючных лошадей, у него ушел весь световой день, а когда бледное зимнее солнце уже садилось, торговец вышел к Недердейл-Холлу, где его тепло приветствовал лорд Эдмунд.
   – Позвольте мне сначала поесть, милорд, а уж потом я расскажу все новости, что собрал по пути, – сказал торговец. – Кое-что будет вам особенно интересно.
   – Ешь, – разрешил лорд Эдмунд Керр, с любопытством, но без особой тревоги. Торговец был человеком незначительным, но забавным, да и товары продавал отличные. – Полагаю, новости про короля Якова?
   – Ага, а еще про Керров из Брег-Ашера, – ответил коробейник, погружая ложку в деревянную миску с горячей похлебкой.
   Лорд Эдмунд вскинул бровь, но промолчал. Проявлять нетерпение – выставлять себя глупцом, так что он вполне мог подождать, пока тот утолит голод. Едва заметный кивок, и служанка наполнила его кубок. Лорд Эдмунд пил неторопливо, задумчиво и ожидал свежих новостей. Неужели кузен Дугалд умер? Это сомнительно. Несмотря на всю свою хилость, старик еще переживет их всех.
   Эдмунд Керр успел прожить на свете полвека и похоронить двух жен. Первая подарила ему шестерых сыновей и трех дочерей. Вторая родила трех сыновей и умерла, рожая болезненную дочь. Лорд Эдмунд был привлекательным мужчиной с темно-каштановыми волосами, уже подернувшимися сединой, и карими глазами, как у большинства Керров по обе стороны границы, ростом шесть футов и с годами пополневшим. И хотя его вполне удовлетворяла теперешняя любовница, он хотел еще раз жениться.
   Дугалду Керру раньше или позже придется отдать свою внучку замуж, и кто станет для нее лучшим мужем, чем Эдмунд Керр? У них еще может родиться сын, а то и парочка, потому что женщина без детей непременно начнет озорничать. У Эдмунда было несколько бастардов, а его любовница, Алдис, несколько месяцев назад родила ему прелестную дочурку. Имея девять законных сыновей, он искренне радовался девочке.
   Что до племянницы, Мэгги Керр, так он видел ее несколько раз. Красавица, и член его напрягся в бриджах от одной мысли о девушке. Крепкая девица, так что из нее получится отличная жена для мужчины на пороге старости – юная жена, в точности как у короля. Но гораздо важнее то, что она наследница Брег-Ашера. То, что он ей дядя и что церковь будет против, его мало волновало – она дочь всего лишь его сводной сестры. Девушку он получит все равно, а когда обвенчается с ней, Ашер-нам-Брег будет принадлежать только ему. И уж он сумеет воспользоваться этой властью.
   Торговец доел и подошел к высокому столу лорда Керра. Сначала он пересказал новости про короля Якова, и все в Недердейл-Холле его внимательно слушали. Потом прочистил горло и выложил последнюю, самую свежую новость:
   – У наследницы Брег-Ашера есть муж, – сообщил он.
   Эдмунд Керр побледнел, а затем побагровел от гнева.
   – А ну рассказывай, торговец, – приказал он сдавленным голосом.
   – Один из последних отвергнутых женихов девицы обиделся и отправился с жалобой к королю. Он думал, что король Яков прикажет ему жениться на Безумной Мэгги, чтобы защитить Ашер-нам-Брег. Но вместо этого король послал своего кузена, лорда Фингела Стюарта, и велел тому обвенчаться с девушкой и самому заняться проходом. И хотя он еще не разделил с девицей постель, контракт, по которому они стали мужем и женой, подписан несколько недель назад.
   – А откуда ты знаешь, что он еще не уложил ее в постель? – спросил лорд Эдмунд.
   – Старый лэрд настоял, чтобы лорд Стюарт выполнил условия, которые выставила девица. Он должен принять участие в состязании и перегнать ее верхом и бегом, а затем победить в поединке, – объяснил торговец. – Но думаю, что он победит – очень уж он крупный, и ноги у него длинные.
   Лорд Эдмунд тихо выругался. Ну почему в его жизни все так непросто! Теперь придется убивать этого лорда Стюарта и делать вдовой наследницу. Вряд ли она влюбилась в чужака, присланного королем, так что смерть нежеланного мужа не станет для нее горем, но это не самый удачный способ начать ухаживание.
   – И когда состоится это состязание? – спросил он торговца. – Ты знаешь?
   – О да, милорд. Через три дня, пятого числа этого месяца. Жалко, что я не смог остаться там и посмотреть своими глазами, но погода портится, а я хочу скорее попасть домой, в Карлисл, – ответил тот. – Меня ждут жена и детишки.
   Лорд Эдмунд понимающе кивнул, якобы сочувствуя желанию торговца.
   – Конечно, – пробормотал он. – Отправляйся завтра утром, и да благословит тебя святой Христофор. Ты принес очень занимательные новости, очень.
   С этими словами хозяин Недердейл-Холла удалился в свои покои.
   Его старший сын, присутствовавший в зале, тоже слышал рассказ торговца. Он знал, что отец собирается попытаться убедить старого Дугалда Керра отдать ему наследницу как третью жену, но в отличие от отца Рейф Керр был реалистом. Он сильно сомневался, что старый лэрд легко согласится с требованиями своего английского родственника, знал и то, что нет никакой любви между главами двух семейств. При мысли о том, что отец попытается укротить Мэгги, он едва не смеялся вслух.
   Рейф несколько раз встречал девушку на вересковых пустошах и знал, что это крепкий орешек, а лорд Эдмунд Керр к таким женщинам не привык. Ему нравились жены кроткие, покорные, хотя мало кто мог назвать кроткой его любовницу, Алдис. Она была вспыльчивой и почти всегда умудрялась добиться своего. Кроме того, старик по уши влюблен в малышку, которую Алдис недавно родила. Сделала она это, разумеется, для того, чтобы поглубже запустить когти в Эдмунда Керра, и хотя папаша этого и не понимал, но ей все удалось. И пусть сам Рейф не любит Алдис, но она удерживает его отца от больших неприятностей.
   Увидев, как разгневался отец, Рейф направился вслед за ним в его покои. Старик резко обернулся.
   – Какого черта тебе тут надо? – прорычал он.
   – И что ты собрался делать? – спросил Рейф. Он был копия своего отца, только юный, худощавый и изящный. – Если Яков Стюарт настолько заинтересован в Ашер-нам-Бреге, что отправил своего кровного родственника жениться на моей кузине, значит, и дело с концом.
   – Иногда происходят разные несчастные случаи, – зловеще произнес Эдмунд Керр.
   – Не будь глупцом, – посоветовал ему Рейф. – До тех пор пока шотландские короли знали об этом проходе мало или совсем ничего, у тебя имелся шанс заполучить его целиком. Но эта возможность исчезла.
   – Яков Стюарт заинтересован только в одном – что он может получить от Ашер-нам-Брега, – отрезал Эдмунд Керр. – Я уверен, что смогу заключить с ним точно такое же соглашение, как и его кузен.
   – Твоя жадность может стоить нам всего, – напрямик сказал отцу Рейф.
   Эдмунд Керр попытался ударить своего старшего сына, но тот помешал отцу, стиснув сильными пальцами его запястье. Отец побагровел лицом, глаза его едва не выскакивали из орбит. Пересилив себя, он произнес:
   – Отпусти меня, сын мой, и выслушай внимательно.
   Рейф ослабил хватку и выпустил отцовскую руку.
   – Нет, отец, это ты меня выслушаешь. В Англии находится всего треть прохода, спорить об этом не приходится и сомневаться тоже. Однако наши родственники в Шотландии несколько столетий поровну делили с нами оплату за него. Если бы тебе удалось захватить проход целиком, ты бы полностью зависел от милости короля Генриха, а уж он сумеет использовать Ашер-нам-Брег для своих низменных целей. Шотландцы будут мстить, потому что соседи Керров наверняка пожалуются своему королю. И тогда наша более чем приятная жизнь закончится, отец. Оно того не стоит. Моя кузина вышла замуж по велению короля, и дело закончено.
   – Но они еще не разделили ложе, а это значит, что пока в ее животе нет нового наследника, – заметил Эдмунд Керр. – Если ее муж умрет до того, как посеет свое семя, ей потребуется новый супруг. Нет ничего плохого, если я женюсь на молодой вдове. А когда наш сын достаточно подрастет, он сможет управлять своим участком дороги. Нет ничего плохого, если отец руководит сыном, верно, Рейф? Я направлял и обучал и тебя.
   – Если ты думаешь, что шотландский король, узнав про Ашер-нам-Брег и его ценность, позволит тебе жениться на моей кузине и взять под свой контроль весь проход до тех пор, пока ваш с ней сын, которого еще нет, не подрастет, ты окончательно утратил разум, отец. А что, если младенец умрет? Мэгги Керр не похожа ни на одну известную тебе женщину. Ты ее просто не знаешь, а помнишь ту смазливенькую девочку, с которой виделся всего несколько раз. А я видел, как она взрослеет. И ее называют Безумная Мэгги не потому, что она сладкий юный цветок. Она действительно может перегнать и победить в поединке любого мужчину на границе и гордится этим. Кто, дьявол тебя побери, захочет взять в жены такую мегеру? И не забудь про такой пустячок, как ваше кровное родство.
   – Парочка хороших взбучек быстро исправят ее характер, – заявил лорд Эдмунд.
   – Да если ты поднимешь на нее руку, то не переживешь и первый удар, – напрямик ответил ему Рейф. – Она гордая женщина, отец. – Про себя он отметил, что про кровное родство тот даже не заикнулся, словно не услышал.
   – Ты говоришь так, будто восхищаешься ею, – сказал лорд Эдмунд.
   – Это так, – признал Рейф. – Я не хочу видеть ее в своей постели, не хочу, чтобы она рожала мне детей, и в особенности не хочу, чтобы мои дочери выросли такими же независимыми, как она, но да – я ею восхищаюсь. Я толком даже не понимаю почему. Думаю, потому, что она походит на какое-нибудь великолепное дикое существо вроде сокола или орла, которого невозможно приручить.
   Отец посмотрел на него.
   – Ты такой же чертов романтический болван, как твоя мать, – холодно произнес он. – И тебе не удалось отвратить меня от этой девицы. Все, что ты сказал, меня только заинтриговало. Если рядом со мной будет такая женщина, мы сумеем добиться собственных условий и у Англии, и у Шотландии. Нам ни к чему зависеть ни от той, ни от другой.
   – Как по-твоему, что на все это скажет Алдис? – лукаво спросил Рейф. – Вряд ли она будет молча смотреть, как ты женишься на другой, скорее просто убьет тебя. Она родила тебе ребенка, чтобы привязать к себе еще крепче.
   – Малютка Сюзан всего лишь бастард, как дюжина других таких же, родившихся от меня у женщин в округе, – заявил лорд Эдмунд. – Алдис не дура и знает свое место.
   Рейф Керр жестко рассмеялся:
   – Нет, отец, это ты дурак, если в самом деле так думаешь. Алдис станет твоей женой. Женись на ней – она будет хорошей молодой женой такому старику, как ты.
   – Завтра же поеду в Брег-Ашер, – сказал лорд Эдмунд Керр. – И хочу, чтобы ты поехал со мной, Рейф. Давай познакомимся с родственничком Якова Стюарта и полюбуемся его отвагой. Я желаю стать зрителем на состязании между ним и внучкой старого Дугалда.
   – На это я и сам с удовольствием посмотрю, – с воодушевлением отозвался Рейф. – Рассказывают, что последний мужчина, попытавшийся победить ее, проиграл с таким позором, что до сих пор от стыда не может поднять голову.
   – Отправимся с первыми же лучами солнца, – сказал лорд Эдмунд. – И прибудем в Брег-Ашер днем. Сомневаюсь, что старик Дугалд мне обрадуется, но я скажу, что, услышав от нашего приятеля-торговца о свадьбе, не мог устоять и приехал, чтобы лично принести поздравления, как лорд недердейлских Керров, тем более что наши две семьи и дальше будут трудиться вместе, чтобы Ашер-нам-Брег остался мирным и безопасным проходом через Чевиот.
   Он широко улыбнулся старшему сыну, и Рейф захохотал.
   – А ты умный старый дьявол, отец, – сказал он. – Отлично, давай съездим и составим мнение о противнике. Но бьюсь об заклад, ты никогда не получишь контроль над всей дорогой.
   – Посмотрим, – отозвался лорд Эдмунд Керр. – Все нужно делать по порядку, Рейф. А сейчас пойду скажу Алдис, пусть постарается, чтобы завтра я выглядел наилучшим образом.
   Рейф захохотал еще громче. Отец велит своей любовнице нарядить его в лучшие одежды, чтобы он смог поехать поухаживать за чужой женой. Вряд ли Алдис это понравится. Эдмунд Керр определенно отважный человек, весело думал его сын. Отважный или глупый, или и того и другого понемножку, Рейф Керр пока точно решить не мог.

Глава 5

   День занялся сухой, но холодный. Бледное солнце низко висело в сером зимнем небе. Днем раньше в Брег-Ашер явились незваные гости, Эдмунд Керр и его сын Рейф. Солнце уже село, но Мэгги очень любезно встретила их, хотя неожиданный визит английской родни заставил ее насторожиться. Старый лэрд повел себя куда менее тактично, чем внучка. Сидя за высоким столом, он сердито посмотрел вниз, в зал, когда объявили о появлении гостей, и сжал губы в тонкую ниточку, демонстрируя свое неодобрение. Взгляд карих глаз посуровел от недоверия.
   – Добрый вечер, кузен Дугалд, – поздоровался Эдмунд Керр и поклонился вместе с сыном, лучась улыбкой.
   «Он чего-то хочет, – подумала Мэгги, – уж больно много зубов показывает». Ей никогда не нравился Эдмунд Керр, хотя они встречались редко, в основном в ее детстве. Дядя напоминал девушке лисицу и всегда смотрел на нее так, словно она была лакомым кусочком и он только и ждал возможности вонзить в нее зубы.
   – Весьма неожиданно, – отозвался Дугалд Керр на приветствие родственника. – Кой черт привел тебя в Брег-Ашер зимним вечером, Эдмунд?
   – Плохие новости, Дугалд, – ответил лорд Недердейла. – Плохие новости. Пару дней назад я приютил на ночь коробейника, и тот рассказал, что твоя наследница вышла замуж по королевскому повелению. Просто поверить не могу, что это правда. Ты наверняка знал, что я собираюсь сделать предложение Маргарет, раз уж снова овдовел. Раз у тебя нет наследника мужского пола, наш с ней брак стал бы идеальным решением, чтобы сохранить Ашер-нам-Брег в руках семейства Керров. Неужто ты позволишь чужакам наложить лапы на наше наследие, Дугалд?
   Лэрд Брег-Ашера поднялся, перегнулся через стол и негодующе уставился на своего родственника, упершись крупными ладонями в гладкую поверхность.
   – Брег-Ашер находится в Шотландии, Эдмунд, а не в Англии. И я с радостью отдал Маргарет на попечение хорошего шотландца – должен добавить, родственника короля. Кроме того, тебе жена не нужна, у тебя их было уже две. И детишек полный дом. Да еще есть любовница, и поговаривают, что она сильно ревнует к любой женщине, осмелившейся на тебя взглянуть. Даже ходят слухи, что она помогла твоей последней жене отправиться на тот свет. Ты дядя Мэгги, ради всего святого! Она вышла замуж за Фингела Стюарта, и все на этом. Сегодня ночью мне придется приютить тебя и твоего парня, но утром отправляйтесь обратно. И надеюсь, что больше я тебя не увижу. – Дугалд Керр снова сел.
   – Брак еще не скреплен в постели, – дерзко заявил Эдмунд Керр. – И архиепископ в Йорке может его аннулировать.
   Лэрд откинулся на спинку стула.
   – У тебя не только яйца высохли, но и мозги тоже, Эдмунд, – сказал он. – Мы слишком близкие родственники, чтобы я вообще задумался о таком браке. Господи Иисусе, ее мать была твоей сводной сестрой! Завтра наш священник благословит их брак, а после этого они его скрепят. Какого дьявола я должен отказать родственнику короля Якова, крепкому энергичному шотландцу, ради древнего англичанина?
   Среди нижних столов пролетел смешок.
   – Я пока достаточно молод и сумел зачать еще одного ребенка! – гневно воскликнул Эдмунд Керр.
   – Не сомневаюсь, что тебе для этого пришлось здорово потрудиться, если он вообще твой, – ответил лэрд.
   За нижними столами смеялись уже в открытую.
   – Мой отец разочарован, но подобное разочарование постигло бы любого другого мужчину, упусти он столь очаровательную юную деву, как леди Маргарет, – вмешался Рейф Керр в попытке сгладить ситуацию. С каждым новым произнесенным словом его отец выглядел все более глупо.
   – Ты старший сын? – спросил его Дугалд Керр.
   – Да, милорд, – ответствовал Рейф.
   – Наследник?
   – Да, милорд. Меня зовут Рейф Керр.
   – Похоже, у тебя здравого смысла больше, чем у твоего отца, парень. Это Фингел Стюарт, муж Мэгги. – Старый лэрд показал на лорда Стюарта, сидевшего справа от него. – Раньше или позже вам двоим придется вместе вести дела, так что вам следует познакомиться поближе. Басби! Кубок вина юному Рейфу Керру. И его отцу тоже. Поднимайся, присоединяйся к нам за высоким столом, парень. – Он глянул на Эдмунда. – Садись, Эдмунд. Ты мне не нравишься и никогда не нравился, но твой наследник выглядит многообещающе.
   – Давай продолжай! – прошипел Эдмунд Керр сыну, уселся на скамью за ближайшим нижним столом, взял предложенный кубок и сделал большой глоток.
   Юноша присоединился к сидевшим за высоким столом, устроился рядом с лордом Стюартом, и оба начали оживленно беседовать. Старый лэрд хмыкнул.
   – Мне почти жаль лорда Эдмунда, – сказала ему Мэгги. – Очень уж ты с ним жестко поступил, дед.
   – Чванный дурак, – пробормотал Дугалд Керр. – И хватило же наглости думать, что я могу отдать ему в жены мою дорогую девочку!
   – Он не меня хочет, дед. Ему нужен контроль за всем Ашер-нам-Брегом, – отозвалась Мэгги. – Ты же понимаешь, что только ради этого он сегодня сбивал ноги через проход.
   – Даже если бы ты была для него идеальной парой, я бы этого не допустил, – произнес Дугалд Керр. – Это Шотландия. Может, мы и живем на границе, но она всегда четко разделяла Шотландию и Англию, в том числе и этим проходом. Тебе нужен муж-шотландец, и он у тебя есть.
   – Только если он победит меня завтра! – отрезала Мэгги.
   Лэрд кивнул и уверенно сказал:
   – Победит!
   Мэгги рассмеялась:
   – Ты что, потерял веру в меня, дед?
   – Я никогда не терял в тебя веру, дитя, но этот мужчина создан для тебя.
   Мэгги не собиралась соглашаться с дедом, по крайней мере пока. Но приходилось признать, что последние несколько недель стали для нее откровением. Они вместе охотились, и он обращался с ней не как с каким-нибудь изнеженным созданием, а как с равной. Но когда их брак будет благословен и скреплен в постели, станет ли он вести себя так же? Он учился у нее и быстро постигал, как ведутся дела в Ашер-нам-Бреге. Дед это заметил, и ему это нравилось.
   Они с Фингелом посетили каждую дозорную башню на шотландской стороне прохода. Он поговорил с людьми, и людям он понравился. Он увидел, где требуется починка как башням, так и самой узкой каменной дороге. Фингел спрашивал у Мэгги, кто строил эту дорогу, и она рассказала, что толком никто не знает, но, видимо, народ, известный как римляне, построил стену, разделившую Англию и Шотландию. Еще Фингел хотел узнать, каким образом Ашер-нам-Брег попал под ответственность семейства Керр.
   Мэгги рассказала, что семейство корнями восходит еще к англонорманнам, отправившим некоторых своих людей на север в одиннадцатом веке. Два брата обнаружили глубоко в холмах каменную дорогу, разделили ее, старший взял себе больший участок и поселился в Шотландии, а младший, с меньшей частью, обустроился в Англии. Лорд Стюарт кивнул. В те времена человек мог пойти, сам создать свою судьбу и основать династию.
   Видя, что дед, муж и Рейф Керр погружены в беседу, Мэгги выскользнула из-за стола и отыскала Басби.
   – Проследи, чтобы для лорда Эдмунда и его сына приготовили постели возле очага, – распорядилась она. – И пришли ко мне в библиотеку Кленнона Керра и Айвера Лесли.
   – Да, миледи. Могу я еще что-нибудь сделать для вас сегодня вечером? – заботливо поинтересовался Басби. – Я знаю, что состязания пройдут завтра утром.
   – Проследи, чтобы после состязания подали хороший завтрак, – велела Мэгги, озорно сверкнув глазами. – Думаю, лорд Стюарт здорово устанет, пытаясь меня победить.
   Басби фыркнул:
   – Да, миледи. Я передам кухарке, чтобы она приготовила для вас праздничный завтрак. – И спросил с фамильярностью человека, знающего ее с рождения: – Как вы думаете, сумеет он вас победить, миледи?
   – Возможно, – медленно произнесла Мэгги. – Никому не говори, что я это сказала, Басби, но у него длинные ноги, – усмехнулась она и поспешила в библиотеку.
   

notes

Примечания

1

2

3

4

5

6

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →