Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Менее 5 % слепых или слабовидящих жителей Великобританиии владеет азбукой Брайля.

Еще   [X]

 0 

Детская психология (Эльконин Д.Б.)

В пособие включены широко известная, но до настоящего времени не переиздававшаяся работа Д. Б. Эльконина «Детская психология» (в свое время - первый в нашей стране учебник по этой дисциплине), а также его избранные статьи.

В основной части книги охарактеризованы предмет и методы детской психологии, подробно рассмотрено психическое развитие ребенка с рождения до семи лет. Приведены результаты наблюдений и экспериментальных исследований отечественных ученых, давно ставшие хрестоматийными для курса возрастной психологии.

Об авторе: Эльконин Даниил Борисович (29.02.1904-1984) - доктор психологических наук, профессор, выдающийся отечественный психолог, специалист в области детской психологии, автор теории периодизации психического развития. еще…



С книгой «Детская психология» также читают:

Предпросмотр книги «Детская психология»

1
ВЫСШЕЕ ОБРАЗОВАНИЕ
Д. Б. ЭЛЬКОНИН
ДЕТСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ
Редактор-составитель Б. Д. Эльконин
Допущено Министерством образования Российской Федерации в качестве учебного пособия для студентов высших учебных заведений, обучающихся по направлению и специальностям психологии
4-е издание, стереотипное
Москва
Издательский центр «Академия»
2007
2
УДК159.922.7(075.8)ББК88.8я73 Э533Серия «Классическая учебная книга»
Рецензенты: доктор психологических наук, профессор К. Н. Поливанова; доктор психологических наук, профессор Л. Ф. Обухова
 Эльконин Д. Б.Э533Детская психология: учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений / Д. Б. Эльконин; ред.-сост. Б. Д. Эльконин. — 4-е изд., стер. — М.: Издательский центр «Академия», 2007. — 384 с. ISBN 978-5-7695-4068-4 В пособие включены широко известная, но до настоящего времени не переиздававшаяся работа Д. Б. Эльконина «Детская психология» (в свое время — первый в нашей стране учебник по этой дисциплине), а также его избранные статьи. В основной части книги охарактеризованы предмет и методы детской психологии, подробно рассмотрено психическое развитие ребенка с рождения до семи лет. Приведены результаты наблюдений и экспериментальных исследований отечественных ученых, давно ставшие хрестоматийными для курса возрастной психологии. Дополнительно включенные в книгу статьи призваны ознакомить читателя с более поздними разработками Д. Б. Эльконина: его концепцией возрастной периодизации, важнейшими достижениями в изучении психологии детей раннего, дошкольного, младшего школьного и подросткового возраста. Для студентов вузов, обучающихся по психологическим и педагогическим специальностям. Может быть интересно и полезно педагогам, психологам, родителям.УДК 159.922.7(075.8)
ББК 88.8я73
Оригинал-макет данного издания является собственностью Издательского центра «Академия», и его воспроизведение любым способом без согласия правообладателя запрещается
 © Правопреемник Немировская Ш. Ц., 2004 © Эльконин Б. Д., составление, предисловие, 2004 © Образовательно-издательский центр «Академия», 2004ISBN 978-5-7695-4068-4© Оформление. Издательский центр «Академия», 20043
ПРЕДИСЛОВИЕ
Перед вами, глубокоуважаемые читатели, замечательная книга замечательного психолога-исследователя и педагога. Я не буду обосновывать своей оценки. Скажу лишь, что выпущенная в 1960 г. Учебно-педагогическим издательством как учебник, она не просто и не столько учебник. Это одновременно и монография, в которой последовательно проводятся авторские идеи, которая изобилует поворотами мысли и нетривиальными суждениями. Эта книга в первую очередь интересна и созидательна и лишь во вторую — полезна и назидательна.
Даниил Борисович Эльконин родился в 1904 г., умер — в 1984. Он прожил долгую, счастливую, как говорил сам, и нелегкую жизнь. Таких, как он (и его друзья-коллеги), Даниил Гранин в одноименной повести назвал «зубрами». Эти люди в течение почти века нашей очень тяжелой истории на себе и собой удержали и умножили силу созидательного мышления и действия. Это дорого им стоило, но они смогли.
Даниил Борисович Эльконин родом из села Малое Перещепино Полтавской губернии. В 1914 г. он поступил в полтавскую гимназию, которую пришлось оставить в 1920 г. в связи с тяжелым материальным положением семьи. Работал делопроизводителем военно-политических курсов, воспитателем в колонии малолетних правонарушителей. В 1924 г. по командировке Наркомпроса УССР поступил на психолого-рефлексологический факультет Ленинградского института социального воспитания, впоследствии реорганизованного и объединенного с ЛГПИ им. А. И. Герцена. Будучи студентом, вел научную работу по физиологии нервной системы под руководством проф. Л. Л. Васильева (первая печатная работа Д. Б. Эльконина «Локальное действие постоянного электрического тока на спинномозговую иннервацию мышц» вышла в 1929 г.).
После окончания в 1927 г. педологического отделения педагогического факультета ЛГПИ им. А. И. Герцена Д. Б. Эльконин работал педологом-педагогом детской профамбулатории Октябрьской железной дороги. В 1929 г. начал преподавать на кафедре педологии ЛГПИ им. А. И. Герцена, где и проработал до 1937 г. С 1932 г. он также был заместителем директора по научной работе Ленинградского научно-практического педологического института.
В этот период определилась сфера научных интересов Д. Б. Эльконина — детская и педагогическая психология. С 1931 г. в сотрудничестве
4
с Л. С. Выготским и под его руководством он разрабатывал проблемы психологии игры и проблемы обучения и развития.
В 1936 г. вышло постановление ЦК РКП(б), осуждавшее педологию — попытку комплексного изучения ребенка с точки зрения социологии, генетики, психологии, физиологии и педагогики. Оно коснулось Д. Б. Эльконина самым непосредственным образом: он был уволен отовсюду. А после того, как стало известно, что он отказался каяться, заявив лично Жданову (первому секретарю Ленинградского горкома РКП(б), что «...не привык менять убеждения за 24 часа», его вообще никуда не принимали на работу. С большим трудом удалось устроиться учителем начальных классов в школу, где учились его дочки: хорошо знавший Даниила Борисовича директор школы пошел на риск.
В 1938 г. Д. Б. Эльконин снова преподает в вузе (ЛГПИ им. Н. К. Крупской) и по совместительству работает в школе и в Ленинградском отделении Учпедгиза в качестве методиста-консультанта, выступает автором учебников русского языка для народностей Крайнего Севера.
В июле 1941 г. Д. Б. Эльконин добровольно вступил в ряды народного ополчения, участвовал в обороне и освобождении Ленинграда и Прибалтики в составе войск 42-й армии Ленинградского фронта. В 1942 г. под Кисловодском фашисты расстреляли его жену и двух дочерей.
По окончании войны Д. Б. Эльконин, хотя и очень хотел этого, не был демобилизован. Он получил назначение на преподавательскую работу в Московский областной военно-педагогический институт Советской Армии, где не только преподавал психологию, но и разработал основные принципы построения курса советской военной психологии. Однако в 1952 г. началась волна репрессий под видом борьбы с космополитизмом.
Заседание комиссии, посвященное «разбору и обсуждению допускаемых подполковником Элькониным ошибок космополитического характера», было назначено на 5 марта 1953 г., но умер Сталин, и оно было отложено, а затем отменено. Подполковник Д. Б. Эльконин был уволен в запас.
В сентябре 1953 г. Д. Б. Эльконин стал штатным сотрудником Института психологии АПН РСФСР (ныне Психологический институт РАО), где и проработал до конца своей жизни.
Характерным для Даниила Борисовича было очень глубокое, внутреннее и проникновенное отношение к своему Учителю — Л. С. Выготскому. Всю жизнь он перечитывал его работы, каждый раз делая пометки разными по цвету карандашами. В докладе на ученом совете НИИ дефектологии АПН СССР, посвященном 50-летию со дня смерти Л. С. Выготского, Д. Б. Эльконин говорил: «Я уже не первый раз выступаю с докладом о Льве Семеновиче Выготском и
5
должен сказать, что каждый раз, когда я делаю тот или иной доклад о его трудах и о нем самом, то всегда испытываю некоторое волнение, связанное прежде всего с тем, что я в последние годы его жизни работал с ним, так сказать, рядом, очень хорошо его знал, в известном смысле даже дружил с ним, если можно назвать дружбой отношения учителя и ученика. Вместе с тем при чтении и перечитывании работ Льва Семеновича у меня всегда возникает ощущение, что чего-то я в них до конца не понимаю. И я все время стараюсь найти и отчетливо сформулировать ту центральную идею, которая руководила им с самого начала его научной деятельности до самого ее конца».
Такие же отношения связывали его с друзьями — А. Н. Леонтьевым, А. В. Запорожцем, П. Я. Гальпериным, Л. И. Божович. Деятельностная психология была создана ими вместе, при этом каждый из них был абсолютно самостоятелен, своеобразен и продуктивен. Пожалуй, общий их подход к делу Даниил Борисович выразил от своего лица в последнем выступлении на заседании, посвященном его 80-летию: «Честно говоря, я в детской, педагогической психологии, да и вообще в психологии до сих пор остаюсь человеком военным. Я терпеть не могу никаких компромиссов, я терпеть не могу никакой пошлятины в науке, я терпеть не могу никакого житейского опыта, я терпеть не могу никакой необоснованности, нелогичности, я терпеть не могу ничего такого, что привносится в науку, кроме ее собственной внутренней логики».
Три фундаментальных принципа проходят через всю работу Д. Б. Эльконина.
Первый принцип — это принцип развития и историзма. Даниил Борисович говорил: «Существуют только законы изменения, законы возникновения нового. Никаких других законов в человеческом обществе и в человеческой природе нет. И поэтому тот, кому чужды проблемы развития (не только детского, я говорю вообще, в принципе), тот в науке ничего... не получит и не найдет. Поэтому я считаю, что основное, что сделал в своей жизни — это есть проповедь... и попытка исторического понимания процессов детского развития».
Более того, в 1960 г., редактируя текст «Детской психологии», он записал в своем дневнике афоризм: «Человек является человеком до тех пор, пока он не стал человеком; а как только он стал человеком, он перестает им быть». Смысл здесь в том, что лишь развитие, становление является собственно человеческим способом жизни. Изучать человека и ребенка как человека значит изучать его как развивающегося, т. е. в постоянном развитии.
Второй принцип — принцип деятельности. Деятельность понималась Д. Б. Элькониным как воссоздание имеющихся форм, построение новых и преодоление ставших форм, и в первую очередь форм собственного поведения. Лишь в деятельности созидается
6
личность, и лишь деятельностный тип жизни личностей. В его научных дневниках записано: «Пролегомены ко всякой будущей теории деятельности: личность — высшая психологическая инстанция организации и управления собственным поведением, заключающаяся в преодолении самого себя!»
Деятельностный подход требовал понимания детской жизни как принципиально неадаптивной. Приспособление ребенка к наличным и готовым обстоятельствам вовсе не существенная черта детского развития, а частный, ограниченный тип социальной и педагогической практики, требующий преодоления.
Третий принцип — понимание детского развития как изменение форм общности детей и взрослых. По сути развивается не индивид — ребенок, а детско-взрослая взаимность. Приведу цитату из «Детской психологии»: «Всякая новая ступень в развитии самостоятельности, в эмансипации от взрослых есть одновременно возникновение новой формы связи ребенка со взрослыми, с обществом. Отношение между тенденцией к самостоятельности и потребностью в общении со взрослыми, в совместной жизни с ними является одним из внутренних противоречий, лежащих в основе развития личности ребенка».
Приведенные принципы помогают понимать тексты Д. Б. Эльконина, в которых они не всегда (и даже редко) формулируются прямо. Например, когда речь идет о том, что в ролевой игре детьми моделируются отношения взрослых, то ни в коем случае не имеется в виду копирование этих отношений или подражание им. Моделирование означает выделение, экстракцию, выпячивание и вынесение на первый план случаев из взрослой жизни — превращение этих случаев в события.
Когда речь идет о появлении предмета — игрушки или о замещении действия словом, то это не просто замена одного другим, а коренное преобразование содержания действий.
Но... всего не предвосхитишь и не подскажешь. Книгу надо читать и лучше — если вдумчиво. Книга вышла более 40 лет назад, однако актуальна и современна. Это редкая для наших дней попытка действительно авторского учебника, собирающего все поле детской психологии с одной теоретической позиции.
При подготовке книги к изданию из оригинального текста были изъяты явно устаревшие материалы, не принадлежащие исследованиям самого Д. Б. Эльконина: некоторые куски I и II главы, а также вся III глава, называющаяся «Развитие нервной системы и высшей нервной деятельности в детском возрасте». В книгу также помещены работы, в которых содержатся результаты исследований Д. Б. Эльконина, проведенных в последующие после написания «Детской психологии» годы.
Б. Д. Эльконин
7
 Памяти моего доброго учителя Льва Семеновича Выготского посвящаюОТ АВТОРА
В этой книге сделана попытка обобщить накопленные материалы о психическом развитии ребенка от рождения и до поступления его в школу.
Мне посчастливилось начинать преподавательскую и исследовательскую работу под руководством замечательного советского психолога Л. С. Выготского. Его идеи исторического развития психики, ведущей роли обучения и воспитания в формировании психики ребенка и некоторые другие я старался развивать. После смерти Л. С. Выготского на протяжении вот уже более 25 лет моими товарищами по работе в области детской психологии являются А. Н. Леонтьев, А. В. Запорожец, П. Я. Гальперин и Л. И. Божович. В общении и совместной работе складывались взгляды, представленные в этом учебном пособии.
В книге дан общий очерк хода психического развития ребенка в главнейших его чертах. Некоторые вопросы, по которым нет исследований, не освещены вовсе. Таковы, в частности, вопросы о развитии эмоциональной и волевой сферы ребенка, об индивидуально-психологических особенностях детей раннего и дошкольного возраста и ряд других.
Если эта книга послужит делу повышения качества преподавания детской психологии, я буду считать свою задачу выполненной.
Большую работу по редактированию рукописи этой книги и подготовке ее к печати провел В. В. Давыдов, приношу ему искреннюю благодарность.
10 июля 1960 г.Д. Эльконин8
Часть I
ОБЩИЕ ВОПРОСЫ ДЕТСКОЙ ПСИХОЛОГИИ
Глава I
ПРОБЛЕМА ПСИХИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ РЕБЕНКА
Развитие ребенка — от момента появления на свет и до зрелости — есть формирование его как члена общества, есть процесс становления его как личности. В ходе формирования ребенка как члена общества, как личности происходит и процесс развития его психики, сознания от элементарных форм отражения, присущих младенцу, до развитых форм сознательного отражения действительности, свойственных взрослому человеку.
Центральной проблемой детской психологии является проблема движущих сил психического развития ребенка. Относительно движущих сил психического развития существует несколько теорий. Одна из них — теория преформизма.
Сущность этой теории состоит в том, что развитие понимается как изначально предопределенное наследственными задатками, заключенными в зачатке, в семени. Развитие рассматривается как постепенное развертывание этих свойств. Смена периодов развития, порядок появления тех или иных психических процессов и свойств, уровень, которого они достигают в ходе развития, — все это наследственно предопределено. Теория преформизма сводит все психическое развитие к росту, к количественному изменению уже имеющихся свойств и тем самым отрицает развитие как появление новых качеств.
Вторая теория, своими истоками восходящая к английскому сенсуализму, в противоположность теории преформизма полагает, что ребенок в момент рождения является «чистой доской» — tabua rasa и под влиянием внешних условий в нем постепенно возникают все психические качества, свойственные человеку.
Эти две теоретические концепции на первый взгляд кажутся противоположными, так как одна ищет движущие силы психического развития в наследственности, а другая — во внешней среде. Однако по своим взглядам на самого ребенка они очень сходны, так как обе рассматривали ребенка как пассивный объект внешних
9
влияний. Так, при анализе причин детской преступности сторонники теории преформизма предполагают существование наследственной преступной отягощенности, в силу которой ребенок рождается преступным, а сторонники второй теории предполагают наличие средовой предопределенности, в силу которой для ребенка, растущего в преступной среде, предуготовлена судьба преступника. Если первая теория оправдывала существование в обществе господствующих классов и рас их особой наследственностью, то вторая — особыми условиями среды.
Попыткой снять односторонность каждой из этих теорий явилось создание немецким психологом В. Штерном теории конвергенции двух факторов. Согласно этой теории, процесс психического развития определяется взаимодействием наследственности и среды. При этом наследственности отводится определяющая роль, а среде — лишь роль условий, реализующих наследственно предопределенные особенности психики. Соединение в одной теории основных положений двух других ошибочных теорий, конечно, не может привести к более правильному пониманию процессов психического развития ребенка.
Теория конвергенции и в настоящее время распространена среди буржуазных психологов. Так, Г. Ремплейн в своей книге [241], вышедшей шестым изданием, продолжает разрабатывать эту теорию. Он, в полном согласии с В. Штерном, считает, что наследственность определяет весь ход психического развития, а среда лишь реализует его.
Теория преформизма, теория предопределенности психического развития средой и теория конвергенции в значительной степени умозрительны. Факты, приводившиеся для доказательства той или иной точки зрения, были весьма ограниченными и отрывочными, часто тенденциозно подобранными. В сущности эти теории не основывались на конкретном научном анализе процессов психического развития ребенка, а являлись выводами из общих идеологических взглядов их авторов.
В конце XIX в. благодаря открытию возможности различения двух типов близнецов антропологом Гальтоном, двоюродным братом Ч. Дарвина, была высказана мысль о возможности использования исследования близнецов для изучения вопроса о взаимоотношении наследственности и среды "psychib.ru/mgppu/Edp-2007/Edp-001.htm" "$f9" 1. Идея «близнецового метода» долгое время не могла быть широко использована в связи с отсутствием достаточно простых способов, дающих достоверные данные об однояйцевости или двуяйцевости близнецов. Однояйцевыми близнецами (ОБ), как известно, называются близнецы, развившиеся из одного яйца и в силу этого обладающие идентичной
10
наследственностью; разнояйцевыми (РБ) — развившиеся одновременно из двух или нескольких яиц и поэтому обладающие хотя частично и сходной, но нетождественной наследственностью.
Только с 1924 г. благодаря новым методам более точной диагностики типа близнецов «близнецовый метод» достаточно широко распространился. При исследовании степени наследственной обусловленности того или иного признака пользуются методом исчисления внутрипарного сходства близнецов. (Измеряют изучаемый признак и вычисляют коэффициент корреляции, который служит показателем внутрипарного сходства: чем коэффициент корреляции ближе к единице, тем больше внутрипарное сходство; наоборот, чем коэффициент корреляции меньше единицы и ближе к нулю, тем внутрипарное сходство меньше.) Кроме изучения внутрипарного сходства и различий между ОБ и РБ статистическими методами пользуются наблюдениями над ОБ в течение продолжительного времени. Например, американский психолог Гезелл и его сотрудники провели длительное изучение одной пары близнецов на протяжении 14 лет.
Материалы, собранные в многочисленных исследованиях «близнецовым методом», не дали, да и не могли дать, ответа на вопрос о движущих силах психического развития детей. Однако они помогают правильной постановке этого вопроса.
Приведем одну из таблиц, показывающую внутрипарное сходство между ОБ и РБ по разным признакам физического и умственного развития (табл. 1).
Таблица 1
ПризнакиОБ, воспитанные вместеРБ, воспитанные вместеОБ, воспитанные врозь1.   Рост стоя0,9810,9340,9692.   Рост сидя0,9650,9010,9603.   Вес0,9730,9000,8864.   Длина головы0,9100,9610,9175.   Ширина головы0,9080,6540,8806.   Умственный возраст по Бинэ0,9220,8310,6377.   Коэффициент умственного развития по Бинэ0,9100,6400,6708.   Коэффициент умственного развития по Отис0,9220,6210,7279.   Стенфордские тесты0,9550,8830,50710. Вудворт – Мэтью тесты0,5620,3710,583Примечание. Под цифрами 6—10 приведены данные измерения различных сторон психического развития посредством тестов.
11
Данные, приведенные в таблице, показывают, что степень наследственной обусловленности физических и психических свойств различна. Если первые у ОБ, воспитанных вместе и врозь, очень близки по коэффициенту сходства, то вторые у ОБ, воспитанных врозь, значительно менее сходны, чем у воспитанных вместе. Вместе с тем сопоставление данных, полученных на ОБ, воспитанных вместе, и РБ, воспитанных вместе, показывает более высокие коэффициенты сходства у первых, чем у вторых.
И. И. Канаев на основании рассмотрения этих данных, заимствованных из исследования Gardner I. and H. Newman, приходит к следующему выводу: «Заметны различия психических свойств трех групп близнецов; в некоторых случаях коэффициент корреляции разлученных ОБ даже меньше, чем коэффициент РБ. Не доверяя в деталях выводам, сделанным на основании приведенных в таблице тестов, все же, однако, можно считать, что соответствующие коэффициенты корреляции, хотя бы очень приблизительно, говорят о значительных различиях умственного развития трех данных групп близнецов. Эти различия между двумя группами ОБ, по-видимому, зависят в какой-то мере от условий постнатального развития, что подтверждается рассмотрением конкретных пар, как, например, Мери и Мебл. Если это так, то, очевидно, различие среды разно отозвалось на различных признаках: рост и размеры головы мало изменились, вес — больше, а психические свойства еще больше, и притом, по-видимому, разные свойства в разной степени. Однако... вопрос о зависимости разных свойств психики от различных условий жизни здесь не разрешается; делается лишь попытка подойти к его постановке» [75, с. 315].
Исследования «методом близнецов», подобные проведенному, в которых сопоставляются коэффициенты корреляции у ОБ и РБ по отношению к физическим и психическим свойствам, фактически проводятся в пределах теории двух факторов развития — теории конвергенции. При этом допускаются существенные методологические ошибки. Во-первых, сравнивается степень наследственной обусловленности двух принципиально различных, по существу несравнимых, рядов свойств — физических (рост, вес и т. п.) и психических (умственное развитие, характер и т. п.); во-вторых, принципиально отождествляются внешние средовые условия физического и психического развития. Это сравнение принципиально несравнимых свойств и принципиально несравнимых условий среды должно приводить, и действительно приводит, к ложным выводам. В самом деле, для таких признаков организма, как рост и вес, средовыми условиями являются прежде всего физические условия жизни, такие, например, как питание (отсутствие или наличие в пище разнообразных витаминов, углеводов, белков, жиров и т. п.); для таких же психических свойств, как умственное развитие, средовыми условиями являются прежде всего обучение
12
и воспитание. Количественное сравнение таких принципиально качественно разнородных явлений является ошибочным.
Гораздо больший интерес для постановки вопроса о роли условий жизни для психического развития представляют материалы о ходе психического развития ОБ, живущих в одинаковых условиях. Казалось бы, что с точки зрения теории конвергенции двух факторов при тождестве у ОБ наследственности и одинаковых условий жизни в ходе развития должны были бы сформироваться две совершенно сходные личности. Однако факты показывают, что это далеко не так. Приведем лишь некоторые факты, заимствованные из книги И. И. Канаева и показывающие, как взаимоотношения, складывающиеся между близнецами внутри своеобразного близнецового коллектива, порождают различие в условиях их жизни. Так, между ОБ Наташей и Ноэми Б. сложились своеобразные отношения. «В раннем детстве, — пишет Канаев, — они были очень дружны. Как нередко бывает в подобных случаях, их любимым местоимением было «мы», которым они, впрочем, злоупотребляли в некоторых случаях, например, заявив однажды родителям: «Мы сегодня ночью видели во сне...», и далее, перебивая друг друга, стали рассказывать содержание сна. Дружба детей не пострадала от того, что более деятельная Наташа стала постепенно инициатором в организации игр, в выполнении различных домашних дел и поручений, представителем близнецов во внешнем мире и т. д., а Эма — ее подсобницей, совершенно пассивной, предоставляющей Наташе активную роль. Эма охотно и покорно подчиняется инициативе Наташи, пользуясь ее активностью, а Наташа с удовольствием «командует» и сознает себя незаменимой в их близнецовом коллективе. Степень, которой достигает такого рода «поляризация» у этих близнецов, вредно отзывается на обеих, развивая своеобразную односторонность у каждой из девочек. В таких случаях, как этот, очень ясно выступает значение одного близнеца для другого, как очень действенного и постоянно действующего фактора среды» [75, с. 252].
Уже эти данные об одной паре ОБ убедительно показывают, что нельзя говорить об одинаковых условиях среды для этих девочек. Еще более отчетливо это положение выступает в коллективах ОБ с большим числом членов: в тройнях, четвернях, пятернях. Даже у ОБ, развивающихся в одной и той же семье, во внешне однородной среде, нельзя говорить об одинаковых условиях развития. Для каждого ребенка складывается неповторимая и сугубо индивидуальная ситуация развития, в которой центральным моментом является не среда, взятая безотносительно к ребенку, а отношения ребенка с определенными элементами среды, которые и представляют для данного ребенка условия его развития.
Если при изучении ОБ, воспитывавшихся врозь, обнаруживаются существенные различия, то это является свидетельством влияния
13
условий жизни и воспитания. Однако, если такие различия не обнаруживаются, это вовсе не означает, что при этом доминирующее влияние оказывала наследственность, а условия жизни и воспитание оказались нейтрализованными.
И. И. Канаев на основании обобщения большого материала о развитии близнецов, имеющегося в мировой науке, пришел к некоторым заслуживающим внимания выводам. «Изучение близнецов не показало, что наследственность всегда играет ведущую роль, являясь своего рода фатумом. Этот устаревший предрассудок, впрочем, давно уже опровергнут и другими генетическими методами» [75, с. 337].
Что касается предположения об одинаковой среде, в которой якобы могут жить и развиваться как ОБ, так и РБ, то И. И. Канаев пишет по этому поводу: «В зависимости от состояния здоровья или характера одного из близнецов, например, один из них будет из, казалось бы, объективно одинаковых условий среды выбирать одни ее свойства, а другой — иные. Так, более болезненный партнер будет чаще уединяться, а другой, наоборот, искать общества людей в том же доме или вне его и т. д.; один будет больше сидеть, другой больше двигаться, заниматься спортом и т. д., словом, каждый будет иметь в пределах этой «общей среды» свою индивидуальную «микросреду» [74, с. 385].
Таким образом, материалы, полученные при изучении близнецов, дают возможность уточнить понятие о среде и условиях ее влияния на процесс психического развития ребенка. Конкретными условиями, оказывающими влияние на процессы развития, являются только те элементы среды, с которыми ребенок активно связан, активно взаимодействует, усваивает их. То, с какими сторонами и элементами окружающей среды у ребенка установятся отношения взаимодействия, и то, каков будет характер этих отношений, зависит, с одной стороны, от индивидуальных и возрастных особенностей самого ребенка и, во-вторых, от воздействия взрослых, от воспитания, так как именно воспитывающие ребенка взрослые устанавливают его отношение к окружающей действительности.
Условия жизни ребенка постоянно изменяются в зависимости от хода развития его самого и изменения его отношения к тем или иным сторонам среды.
Исследования близнецов дают возможность для решения и другого вопроса — вопроса о роли врожденных физических качеств для психического развития и формирования личности. Изучение различий в развитии ОБ, один из которых обладал физическим недостатком, показывает, что врожденный недостаток оказал свое воздействие на развитие личности ребенка не автоматически и непосредственно, а через то отношение, которое установилось на его основе со взрослыми, и через то, как переживался самим ребенком
14
этот недостаток. Если это приводило, например, к тому, что родители больше любили нормальную близнячку, то это вызывало одну гамму переживаний и способствовало формированию одних качеств личности. Но могло случиться, и часто случается, и другое, что родители и окружающие не обращают внимания на физические недостатки, не создают у ребенка на этой основе тяжелых переживаний, и тогда формируются другие, иногда прямо противоположные качества личности.
Таким образом, не само по себе то или иное физическое качество (недостаток или преимущество) определяет психическое развитие и формирование тех или иных свойств личности, а то, какие конкретные отношения с окружающими людьми при этом возникают, как будет переживаться, а по мере развития и осознаваться недостаток или преимущество самим ребенком "psychib.ru/mgppu/Edp-2007/Edp-001.htm" "$f14" 1.
Несколько иначе должен решаться и вопрос о некоторых передающихся по наследству особенностях строения и функционирования высших отделов нервной системы. Вопрос о наследственной передаче некоторых предрасположений к развитию специальных способностей в настоящее время еще окончательно не решен. Однако даже если будет доказано, что некоторые особенности строения и функционирования высших отделов нервной системы передаются по наследству, то это не будет означать фатальной предопределенности процесса формирования тех или иных способностей и особенностей личности. Задатки, т. е. анатомо-физиологические особенности коры мозга, ее отдельных анализаторных зон, создают лишь известные предпосылки для формирования способностей. Будут ли они сформированы и какое место займут в жизни и развитии ребенка, определяется конкретными условиями жизни, в конечном счете — воспитанием и обучением.
Приведенные материалы и общие положения относились главным образом к проблеме формирования индивидуальных психических качеств личности. Однако они не могут быть механически перенесены на анализ процесса психического развития ребенка. Наоборот, частные особенности процесса формирования индивидуальных особенностей ребенка могут быть верно поняты только в свете правильных представлений об общих закономерностях развития психики детей.
Вопрос о том, с какими возможностями для последующего развития рождается ребенок, решен в современной теории антропогенеза [171]. На основании данных теории А. Н. Леонтьев приходит к следующему выводу: «Таким образом, начиная от кроманьонского человека, т. е. человека в собственном смысле, люди уже обладают всеми морфологическими свойствами, которые необходимы
15
для процесса дальнейшего безграничного общественно-исторического развития человека — процесса, теперь уже не требующего каких-либо изменений его наследственной природы. Таким действительно и является фактический ход развития человека на протяжении тех десятков тысячелетий, которые отделяют нас от первых представителей вида Homo sapiens: с одной стороны, необыкновенные, не имеющие себе равных по значительности и по все более возрастающим темпам изменения условий и образа жизни человека; с другой стороны, устойчивость его видовых морфологических особенностей, изменчивость которых не выходит за пределы вариантов, не имеющих социально существенного приспособительного значения» [119, с. 282—283].
Можно предполагать, что морфо-физиологическое развитие высших органов нервной системы в процессе становления человека шло в двух направлениях: во-первых, в направлении увеличения коры мозга и совершенствования ее функций как органа формирования новых функциональных систем; во-вторых, в направлении все большего освобождения от фиксированных и передающихся по механизму наследственности форм поведения. Высшие отделы нервной системы под влиянием труда, речевого общения и общественной жизни становились все более свободными и пластичными; все более приспособленными для прижизненного образования новых форм поведения и новых способностей. Именно такая структура высших отделов нервной системы и эти ее свойства наследственно фиксировались в ходе развития человечества.
Эти общие положения имеют ближайшее отношение к рассмотрению вопроса о движущих силах психического развития ребенка. Они говорят о том, что все дети, независимо от расы и конкретных социально-экономических условий, в которых они родились, обладают к моменту рождения принципиально одинаковыми общечеловеческими морфо-физиологическими особенностями, составляющими основу всего дальнейшего психического развития и обеспечивающими достижение такого его уровня, который требуется конкретными общественно-историческими условиями жизни общества. Дети, растущие в обществах, находящихся на относительно низких уровнях социально-экономического развития, не достигают иногда уровня развития психики, свойственного детям, воспитывающимся в условиях высокоразвитого в социально-экономическом отношении общества. Это происходит не потому, что их развитие ограничено морфологическими особенностями, в частности наследственно фиксированными особенностями строения и функционирования высших отделов мозга, а потому, что таков уровень требований, предъявляемых им обществом, в котором они живут. В пределах своего общества они достигают того уровня развития, который необходим и достаточен для жизни в этом обществе.
16
Человеческий ребенок появляется на свет чрезвычайно беспомощным. Он обладает лишь теми прирожденными механизмами, которые создают возможность для поддержания его жизни ухаживающим за ним взрослым.
В процессе жизни организм ребенка, в том числе и его нервная система, развивается. Ребенок физически растет — увеличиваются его физические возможности. Развивается и его нервная система в целом, высшие отделы нервной системы в частности. Совершенствуются основные нервные процессы — возбуждение, торможение, индукция.
Уровень физического развития ребенка, достигаемый в каждый данный момент, особенности его высшей нервной деятельности составляют необходимое условие развития ребенка как члена общества, развития его психики и сознания. Естественно, что, будучи условиями психического развития, они необходимы, но сами по себе не предопределяют ни хода, ни уровня развития психики ребенка.
В этой связи интересно отметить, что общий ход физического развития детей различных народов происходит приблизительно одинаково. Имеющиеся здесь различия не носят решающего значения для хода психического развития.
Принципиально иначе стоит вопрос о среде и ее роли в психическом развитии ребенка. Основная ошибка теории двух факторов заключалась в том, что среда, подобно физическому развитию, рассматривалась как условие формирования психики.
По аналогии с процессами развития в животном мире развитие ребенка рассматривалось как процесс приспособления с той лишь разницей, что животные приспосабливаются к природным условиям жизни, а человек — к созданным предшествующими поколениями общественным условиям жизни; не к естественной, а к искусственной среде.
Верно, конечно, что с самого своего рождения ребенок растет и развивается в особом мире, в мире, созданном человеческой деятельностью. Это мир предметов, созданных людьми, в которых воплощены человеческие способности; мир предметов, служащих удовлетворению специфически человеческих потребностей.
В человеческих предметах, языке, науке, культуре закреплен опыт всего предшествующего развития человечества. В этом мире содержатся в готовом виде все формы поведения, способности, качества личности, которые должны возникнуть у ребенка в ходе его развития.
Как справедливо отмечал Л. С. Выготский, специфическая особенность отношений между средой и развитием ребенка заключается в том, что то, что должно возникать по ходу развития и получиться в конце развития, уже дано в среде с самого начала. Для развития личности ребенка и ее специфически человеческих свойств
17
среда выступает не как обстановка, не как условие развития, а как источник развития.
Трудно представить себе большее насилие над фактами, чем представление о ребенке как о Робинзоне, предоставленном самому себе и самостоятельно открывающем общественно выработанные способы употребления предметов, средств общения и познания окружающей его действительности. В ранних формах манипулятивной деятельности ребенок может овладеть некоторыми свойствами предметов как физических тел, но он не в состоянии открыть человеческих способов употребления предметов, средств общения и познания.
В процессе своего развития ребенок вступает в особые, специфические отношения с окружающим его миром предметов и явлений, созданным предшествующими поколениями людей. Эти отношения характеризуются двумя взаимосвязанными особенностями. Первая особенность состоит в том, что ребенок не пассивно приспосабливается к окружающему его миру человеческих предметов, а активно присваивает себе достижения человечества, овладевает ими. По отношению к способам действий с предметами, к речи, к знаниям, предметам искусства вообще неприменимо понятие «приспособление». «Основное различие между процессами приспособления в собственном смысле, — пишет А. Н. Леонтьев, — и процессами присвоения, овладения состоит в том, что процесс биологического приспособления есть процесс изменения видовых свойств и способностей организма и его видового поведения. Другое дело — процесс присвоения или овладения. Этот процесс, в результате которого происходит воспроизведение индивидуумом исторически сформировавшихся человеческих способностей и функций. Можно сказать, что это есть процесс, благодаря которому в онтогенетическом развитии человека достигается то, что у животного достигается действием наследственности, а именно: воплощение в свойствах индивида достижений развития вида.
Формирующиеся у человека в ходе этого процесса способности и функции представляют собой психологические новообразования, по отношению к которым наследственные, прирожденные механизмы и процессы являются лишь необходимыми внутренними (субъективными) условиями, делающими возможным их возникновение; но они не определяют ни их состава, ни их специфического качества.
Так, например, морфологические особенности человека позволяют сформироваться у него слуховым способностям, но лишь объективное бытие языка объясняет развитие речевого слуха, а фонетические особенности языка — развитие специфических качеств этого слуха.
Точно так же логическое мышление принципиально не выводимо из прирожденных процессов мозга и управляющих ими внутренних
18
законов. Способность логического мышления может быть только результатом овладения логикой — этим объективным продуктом общественной практики человечества. У человека, живущего с раннего детства вне соприкосновения с объективными формами, в которых воплощена человеческая логика, и вне общения с людьми, процессы логического мышления не могут сформироваться, хотя бы он встречался бесчисленное число раз с такими проблемными ситуациями, приспособление к которым требует формирования как раз этой способности» [119, с. 288—289].
Второй специфической особенностью отношений ребенка с окружающей его действительностью как источником развития является то, что конкретными носителями всего того, чем должен овладеть ребенок в ходе жизни, являются воспитывающие и обучающие его взрослые. Ребенок овладевает всем богатством действительности — миром предметов и действий с ними, языком, человеческими отношениями, мотивами человеческой деятельности и всеми человеческими способностям — только через и при посредстве взрослых людей. Деятельность ребенка по отношению к предметной действительности всегда является опосредствованной отношениями ребенка и взрослых.
Однако только собственная деятельность ребенка по овладению действительностью, опосредствованная его отношениями со взрослыми, являющимися носителями всех тех богатств, которые накоплены человечеством, является движущей силой развития ребенка как члена общества, его психики и сознания.
Естественно, не все в окружающей ребенка действительности является источником его психического развития, а только то, с чем он активно взаимодействует, то, чем он овладевает, что усваивает под руководством взрослых. Деятельность ребенка по отношению к действительности всегда опосредована взрослыми. Это значит, что воспитание и обучение являются ведущими в процессе всего психического развития ребенка. Опираясь на его возможности и на знание того, чем ребенок уже овладел, взрослые организуют его деятельность по овладению новыми сторонами действительности.
Всякая деятельность служит удовлетворению какой-либо потребности. В связи с тем, что нужды детского организма в пище, тепле, одежде, жилище и т. п. с момента рождения и на протяжении всего периода детства удовлетворяются ухаживающими за ребенком взрослыми, его собственная деятельность не связана с удовлетворением этих потребностей организма. Потребности организма не играют сколько-нибудь существенного значения в формировании отношений ребенка к окружающей действительности, а тем самым и в психическом развитии ребенка.
Уже очень рано, на втором месяце жизни, возникает специфически человеческая, социальная по своей природе потребность — потребность во взрослом человеке, в общении с ухаживающими
19
за ребенком взрослыми. Первоначальной формой этой потребности является «реакция оживления», возникающая при виде взрослого и при его общении с ребенком. Со временем эта потребность приобретает новое содержание. Ее развитие в период до семи лет идет от потребности в непосредственном общении со взрослыми к потребности в совместной с ними предметной деятельности, а затем к потребности в общей жизни со взрослыми и, наконец, к потребности в общественно значимой и оцениваемой деятельности. Развитие этой основной потребности создает основу того, что отношения ребенка к действительности опосредуются его отношениями со взрослыми людьми.
Одновременно с развитием потребности жить жизнью взрослых, вместе с ними, занимать определенное место в жизни общества развивается и другая тенденция — тенденция к самостоятельности. Развитие этой тенденции связано с усвоением ребенком опыта действий с предметами и знаний о действительности, с развитием все новых и новых способностей, а следовательно, и возможностей.
Как потребность к участию в жизни взрослых, так и тенденция к самостоятельности формируются под влиянием требований общества. Общество требует от ребенка посильного участия в деятельности взрослых и одновременно самостоятельности. Эти две линии связаны между собой. Всякая новая ступень в развитии самостоятельности, в эмансипации от взрослых, есть одновременно возникновение новой формы связи ребенка со взрослыми, с обществом.
Отношение между тенденцией к самостоятельности и потребностью в общении со взрослыми, в совместной жизни с ними является одним из внутренних противоречий, лежащих в основе развития личности ребенка. Все его психическое развитие происходит как внутренне противоречивый процесс.
Психическое развитие ребенка от рождения и до зрелости проходит ряд последовательно сменяющих друг друга качественно своеобразных периодов. Каждый из таких периодов выделяется по ведущему для данного этапа отношению ребенка к действительности, по ведущему типу деятельности. Ведущая деятельность — это не просто деятельность, которой ребенок посвящает больше всего времени. Так, при начале школьного обучения собственно учение занимает всего четыре часа времени. Остальное время ребенок играет, рисует, занимается бытовым трудом и т. п. Однако ведущей деятельностью все же является его учебная деятельность, осуществляемая под руководством учителя. Точно так же в дошкольном возрасте ребенок не играет все двадцать четыре часа в сутки. Он осуществляет самые разнообразные виды деятельности. Однако ведущей деятельностью, которой характеризуется и по которой выделяется этот период, является игра.
20
Ведущая деятельность имеет ряд особенностей. Во-первых, это такая деятельность ребенка, в которой наиболее полно представлены типичные для данного периода развития отношения ребенка и взрослых, а через это — его отношение к действительности. Во-вторых, ведущая деятельность связывает ребенка с теми элементами окружающей действительности, которые в данный период являются источниками психического развития. В-третьих, от ведущей деятельности в первую очередь зависят наблюдаемые в данный период развития основные психологические изменения в личности ребенка. Наконец, в-четвертых, именно внутри ведущей деятельности происходит формирование или перестройка основных психических процессов ребенка.
«Таким образом, — пишет А. Н. Леонтьев, — ведущая деятельность — это такая деятельность, развитие которой обусловливает главнейшие изменения в психических процессах и психологических особенностях личности ребенка на данной стадии его развития» [117, с. 412].
Переход от одного периода развития к другому — это прежде всего изменение отношения ребенка к действительности, изменение его отношений со взрослыми, смена его ведущей деятельности.
Стадии психического развития ребенка определенным образом распределяются во времени.
В настоящее время различают следующие периоды психического развития ребенка от рождения до семи лет:
1) период младенчества, охватывающий первый год жизни;
2) период раннего детства — от 1 года до 3 лет;
3) дошкольный возраст — от 3 до 7 лет.
Период непосредственно после рождения носит переходный характер от эмбрионального развития к внеутробному. Между перечисленными основными периодами выделяются также переходные периоды, в которые происходит смена ведущей деятельности.
Глава II
МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ПСИХИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ ДЕТЕЙ
§ 1. Общие принципы и пути изучения психического развития детей
При исследовании психического развития ребенка научная психология исходит из нескольких основных принципов.
Во-первых, изучение психического развития детей должно быть объективным, т. е. раскрывающим это развитие в его собственных
21
закономерностях. Это важно подчеркнуть потому, что на ранних этапах своей истории детская психология истолковывала душевную жизнь детей по аналогии с душевной жизнью взрослых, детям приписывались несвойственные им переживания и мысли.
В некоторых дневниках, ведущихся родителями, воспитателями и даже специалистами-психологами, еще и теперь можно встретить подобное истолкование поведения ребенка и его внутренней жизни. Это мешает пониманию действительного содержания детской психики, выяснению особенностей детей на том или ином этапе их развития.
Во-вторых, нужно дать не только правильное описание процесса развития ребенка, но и верное теоретическое объяснение его, показывающее причинно-следственную связь и зависимость разных форм развивающейся психики детей. За описанием хода развития должно следовать выяснение его причин, лежащих как в условиях жизни и воспитания ребенка, так и во всей предшествующей истории развития детской психики. Принцип причинности требует изучения, по возможности, всех условий, определяющих возникновение новых качеств личности ребенка, его сознания. Только знание причин развития детей позволяет практически направлять это развитие, педагогически правильно воздействовать на него.
В-третьих, раскрытие причин психического развития возможно лишь на основе тщательного прослеживания процесса формирования психики детей при активном, специально организованном руководстве этим процессом со стороны психологов и педагогов.
В обычных условиях жизни и воспитания ребенка обнаружить эти причины очень трудно, так как они маскируются массой временных и преходящих влияний. Поэтому лишь специально организованное и научно контролируемое формирование изучаемых качеств и способностей ребенка, с целенаправленным и планомерным изменением условий его жизни, может дать ответ на вопрос о причинах и механизмах, лежащих в основе психического развития. Показателем раскрытия закономерностей развития психики детей является возможность активного формирования у них тех или иных психических процессов, качеств личности, способностей. Специальная организация психолого-педагогической работы по формированию психических качеств ребенка является основным методом научной детской психологии. Именно такие исследования позволяют переходить от простой констатации уровня развития ребенка к объяснению его причин и к целенаправленному педагогическому руководству дальнейшим развитием личности ребенка.
Таким образом, на основе научного опыта в российской детской психологии сложились три основных принципа изучения психического развития ребенка: 1) принцип объективного подхода к
22
психике ребенка; 2) принцип причинного объяснения хода развития; 3) принцип изучения психики в процессе ее целенаправленного формирования.
Изучение развития ребенка проходит в двух основных формах: 1) в форме «продольного исследования» и 2) в форме исследований посредством «поперечных срезов».
При так называемом продольном исследовании систематически изучается развитие одних и тех же детей на определенном отрезке их жизни. Задача состоит в том, чтобы выяснить изменения, происходящие в психике ребенка при переходе от одной стадии развития к другой. К таким исследованиям относятся, например, систематические наблюдения за ходом развития детей, проводившиеся под руководством Н. М. Щелованова и И. Л. Фигурина [200]. На основе ежедневных наблюдений, в которых тщательно и точно фиксировалось поведение каждого ребенка, удалось подробно описать развитие детей первого года жизни.
В других исследованиях предметом изучения является не все поведение ребенка в целом, а отдельные его стороны. Так, в работе А. Н. Гвоздева [32] обобщены повседневные наблюдения за развитием речи собственного сына в течение вос&heip;

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →