Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Лайковые перчатки изготовляются из кожи лам.

Еще   [X]

 0 

Трудные люди. Как с ними общаться? (Ковпак Дмитрий)

Неконтактные, неадекватные, неудобные, сложные, колючие, непростые – трудных людей называют по-разному. Это те самые люди, общаться с которыми невозможно, невыносимо, неприятно и крайне утомительно.

Группируя их по типам, автор дает конкретные рекомендации по умелому и продуктивному взаимодействию с разнообразными «монстрами общения».

Новая книга Дмитрия Ковпака не приводит к исчезновению трудных людей из нашей жизни, но раз и навсегда решает проблему трудностей общения с ними.

Год издания: 2016

Цена: 149 руб.



С книгой «Трудные люди. Как с ними общаться?» также читают:

Предпросмотр книги «Трудные люди. Как с ними общаться?»

Трудные люди. Как с ними общаться?

   Неконтактные, неадекватные, неудобные, сложные, колючие, непростые – трудных людей называют по-разному. Это те самые люди, общаться с которыми невозможно, невыносимо, неприятно и крайне утомительно.
   Группируя их по типам, автор дает конкретные рекомендации по умелому и продуктивному взаимодействию с разнообразными «монстрами общения».
   Новая книга Дмитрия Ковпака не приводит к исчезновению трудных людей из нашей жизни, но раз и навсегда решает проблему трудностей общения с ними.


Дмитрий Ковпак Трудные люди. Как с ними общаться?

   © ООО Издательство «Питер», 2016
   © Серия «Сам себе психолог», 2016
* * *

Вместо предисловия

   Большинству людей знакома ситуация, когда родственник, вторая половина, начальник, коллега или клиент выплескивает в общении столько эмоций, что хочется отгородиться от него надежной стеной или сбежать на необитаемый остров. Как только не называют таких людей – от энергетических вампиров до «душных» мизантропов. Но более точно их можно охарактеризовать как трудных собеседников или, если это выражение кажется слишком мягким, как монстров общения. В реальности это люди, которые делают то, что нам не нравится, и не делают того, чего хотелось бы нам же.
   Люди склонны сходу отвергать то, в чем им сложно разобраться и быстро понять. Поэтому важно уметь ориентироваться в собеседнике и перестать испытывать проблемы, в создании которых невольно принимает участие и наше незнание, и элементарное непонимание партнера. Как наладить контакт с трудными людьми, от которых вы уже пострадали либо с которыми рано или поздно придется столкнуться, расскажет эта книга.

Глава 1. Выбор собеседника

Чтоб мудро жизнь прожить, знать надобно немало.
Два важных правила запомни для начала:
Ты лучше голодай, чем что попало есть,
И лучше будь один, чем вместе с кем попало.

Омар Хайям
   Люди отличаются друг от друга не только врожденными индивидуальными чертами, но и особенностями развития, связанными с течением их жизни. Поведение человека зависит от того, в какой семье он рос, как и кто его воспитывал, в какой школе учился, кто он по профессии и какое у него окружение.
   Люди разные, независимо от причины возникновения различий. Как внешность одного человека отличается от внешности другого, так и психика каждого отлична от психики других. Однако некоторые схожие черты, по которым человека можно отнести к определенной категории подобных личностей, при желании отслеживаются.
   Типологию людей полезно знать в любых обстоятельствах. Это особенно важно в кризисы и критические времена, когда от таких знаний многое зависит. Для качественного и конструктивного общения понимание особенностей характера собеседника – одно из необходимых условий. Какие личности нас окружают? Общение с кем дает наибольшую нагрузку? Разберем типичные категории «непростых» личностей.
   Для начала – небольшой экскурс в историю вопроса: как разложить народ «по полочкам» и выделить среди классифицируемых трудоемких товарищей?

Классификации людей

Жидкости и телосложение
   Надо отметить, что IV веке до нашей эры многие верили, что характер человека напрямую зависит от жидкости, преобладающей в его организме. На этой, распространенной в древности, гипотезе долго или не сильно подумав, Гиппократ основал до сих пор известную любителям истории классификацию (см. табл. 1).

   Таблица 1. Классификация Гиппократа

   Окончание табл. 1

   В дальнейшем ученые не раз пытались улучшить классификацию Гиппократа. Последователей и модернизаторов типологии людей было чуть меньше, чем через одного душеведа и человеколюба. Исследователи проблемы стали обращать внимание не только на жидкости. Так, немецкий психиатр Эрнст Кречмер в 1925 году связал характер человека с его телосложением (см. табл. 2).

   Таблица 2. Схема Кречмера

   Работы Гиппократа и Кречмера – это попытки «разложить» людей на категории. Существует и другой вариант, основанный на измерительных методах.
Давайте все измерим!
   Психометрию, или количественный подход к личности, можно рассмотреть на примере классификации, созданной американским психологом Р. Б. Кэттеллом, который использовал в психологии статистические методы.
   После долгих исследований он предложил для оценки человеческого характера 16 параметров, в том числе эмоциональную устойчивость, склонность к подчинению или, наоборот, доминированию, робость или раскованность, доверчивость или подозрительность, степень зависимости от других, умение владеть собой.
   Основанный на данной классификации тест «Шестнадцать личностных факторов» (16 PF, или 16 Personality Factors) применяется и в наши дни.
   Пожалуй, максимально широко психологи и врачи во всем мире используют так называемый Миннесотский многоуровневый личностный тест (Minnesota Multiphasic Personality Inventory, MMPI). Он был разработан в 1930-е годы, сравнительно недавно пересмотрен и исследует десять компонентов личности. Человек должен ответить «да» или «нет» приблизительно на пять сотен вопросов. Ответы пропускают через аппарат интерпретации, снабженный разными поправочными коэффициентами.
   Еще одну модель создал английский психолог немецкого происхождения Ганс Айзенк. В результате многочисленных наблюдений и статистических исследований он предложил классифицировать человеческие характеры по двум осям: интроверсия – экстраверсия (горизонтальная ось) и стабильность – невротицизм, или нейротизм (вертикальная ось).
   Экстраверт весел, общителен, ведет себя непосредственно, постоянно ищет поощрения и наград, зависит от внешнего окружения. Интроверт спокоен, сдержан, мало зависит от внешних обстоятельств, заранее планирует свои действия, умеет себя контролировать.
   Между этими двумя полюсами можно найти место для любой личности. «Невротик» легко возбудим и часто испытывает печаль, тревогу, чувство вины. Для него характерны отрицательные эмоции. «Стабильный тип» эмоционально устойчив и в случае неприятностей, волнений быстро приходит в норму.
   Впоследствии Айзенк добавил еще одно измерение личности – психотицизм, или психотизм, включающее холодность, эгоизм, агрессивность, импульсивность. Все названные показатели оцениваются на основании анкеты из 57 простых вопросов.
   Однако и эта модель далека от совершенства. В частности, у «проблемных» в общении личностей обнаруживается высокая степень невротицизма, что их в определенной степени объединяет, хотя речь идет о совершенно разных типах характера.
Темперамент + характер
   Чтобы разрешить эти проблемы, были предложены новые типы классификаций. Например, модель американского психолога Р. Клонингера. Объектом его исследований являлись как лабораторные животные, так и люди, в частности однояйцевые и двуяйцевые близнецы.
   Клонингер выделил семь компонентов личности. Прежде всего, четыре показателя темперамента, скорее всего, врожденные, так как они проявляются с ранних лет и передаются по наследству. От них зависят первые жизненные навыки. Это:
   1. Поиск новизны. Взрослый или младенец, у которого данная черта хорошо развита, активно исследует окружающий мир, с интересом реагирует на все новое и старается избегать разочарований.
   2. Стремление избежать наказания. Такой человек часто озабочен, старается «не высовываться», боясь неприятных сюрпризов, никогда не идет на риск из страха перед возможными последствиями.
   3. Потребность в вознаграждении. Человек стремится завоевать одобрение и поддержку других, нуждается в быстром вознаграждении.
   4. Настойчивость. Люди с такой характеристикой способны упорно продолжать начатое дело, несмотря на трудности и усталость.
   Затем Клонингер добавил к своей модели еще три показателя, относящиеся к характеру. В отличие от темперамента, он во многом формируется под влиянием среды и воспитания. Это:
   1. Самоконтроль. Данный показатель обычно сочетается с высокой самооценкой, верой в возможность влиять на ход собственной жизни и ближайшее окружение, со способностью ставить себе определенные цели.
   2. Стремление к сотрудничеству. Подразумевается умение понимать и принимать других, сочувствие, альтруизм.
   3. Самотрансцеденция. Людям, у которых хорошо развита эта черта, обычно свойственно ощущение, что их жизнь имеет смысл, чувство причастности к миру, высокая духовность.

Глава 2.Типы «непростых» личностей

   Когда вы поймете их точку зрения, сможете разобраться и с логикой поведения. А это хороший фундамент для конструктивного и безопасного взаимодействия. Такой подход связан с идеей, лежащей в основе когнитивно-поведенческой психотерапии.
   Данное направление исходит из того, что наше отношение к миру и людям, как и собственное поведение, определяется рядом принципиальных убеждений, приобретенных в раннем детстве.
   Например, для паранойяльной личности принципиальное убеждение формулируется, скорее всего, так: «Другие хотят мне навредить, им нельзя доверять». Из этого логически вытекает совокупность проявлений подозрительности и поступков, продиктованных враждебностью.

Истероидные личности

   Но чего здесь больше: распущенности, невоспитанности, неуважения к окружающим, отсутствия культуры поведения или чего-то иного? Ведь истерия – не просто однократное неуместное поведение человека, осознанное игнорирование чужих прав и интересов.
   Это пример сложного и едва уловимого психического расстройства. В современных классификациях истерия представляет собой целую группу психических расстройств: от так называемой акцентуации характера и расстройства личности до соматоформных и диссоциативных расстройств.
   Главной особенностью истероидных личностей, по образному выражению К. Ясперса, является стремление казаться бо́льшим, чем они есть на самом деле.
   Ядром данного характера является эгоцентризм на фоне дисфункционального инфантилизма. Эгоцентризм характеризуется не всегда осознаваемым стремлением обращать на себя внимание.
   Глубокий, талантливый человек, как правило, невольно оказывается в центре внимания, люди сами к нему тянутся в силу значительности личности и высоких творческих достижений. Он же нередко не только не стремится быть в эпицентре, а порой им тяготится; ему часто претит и мешает популярность, связанная с ней шумиха вокруг его персоны. Для таких людей эффективность важнее популярности.
   Популярность – это когда вас все любят, обычно немного и недолго. А эффективность подразумевает ваши качества, способности и навыки. По контрасту с этим легче понять истерического человека, который жаждет быть в центре внимания и при этом не слишком разборчив в средствах и методах его достижения. Главное из них – демонстративность, то есть стремление выставлять себя напоказ.
   Истерические расстройства представляют собой одну из наиболее аморфных и многоликих форм пограничных нервно-психических расстройств. «Нет более спорного понятия, как по содержанию, так и по объему, чем понятие “истерия”», – писал психиатр Эмиль Крепелин в 1913 году.
   Понятие «истерия» имеет долгую историю, охватывающую более чем 4000 лет. Симптомы данного психического расстройства еще в 1700 году до нашей эры были описаны в папирусе Эберса: судорожные припадки, нервозность, чересчур уязвимое самолюбие, обмороки и способность имитировать практически любое заболевание.
   Концепция истерии началась с древнеегипетской идеи о том, что если матка не закреплена, она будет блуждать по всему телу и останавливаться в определенном месте, вызывая там истерические симптомы.
   Древнегреческие врачи Гален и Гиппократ тоже полагали, что драматические перемены эмоционального состояния таких пациентов и их смутные жалобы на физическое самочувствие вызваны заболеванием, сопровождающимся смещением матки (от греч. hystera – матка).
   Лечение заключалось в процедурах, способствовавших возвращению матки в нормальное положение. Основные методики включали окуривание или смазывание влагалища благовониями либо применение дурно пахнущих ядовитых веществ на «пораженном» участке.
   Предписания Гиппократа часто включали регулярную половую жизнь, брак и рождение ребенка (рекомендации врачей, чаще всего даваемые истеричным пациенткам и сегодня).
   В Средние века истерию воспринимали как одержимость бесами и нередко пытались лечить с помощью экзорцизма. Для этого применяли разные специфические процедуры: от небезызвестных поныне «отчиток», ссылки в монастырь или дом умалишенных до сжигания на кострах в случае дополнительных обвинений в колдовстве и сношениях с дьяволом.
   Намного позднее с назначением, подобным гиппократовскому, столкнулся Зигмунд Фрейд. Среди его первых пациенток была Лиза Пуфендорф, болевшая истерией. Оказалось, из-за того, что муж Лизы был импотентом, она, прожив 18 лет в браке, оставалась девственницей.
   Фрейд спросил у знакомого гинеколога, как помочь больной, и тот цинично ответил: «Единственное средство, которое можно прописать в данном случае, слишком хорошо нам известно, но его нельзя выписать в рецепте. Оно должно выглядеть так: «Penis normalis dosim repetatur!» («Нормальный пенис в повторных дозах!»)».
   Фрейд был шокирован, противился мысли о преимущественно сексуальной природе человека. Однако факты, подтверждающие значение сексуальности, буквально преследовали его, и в итоге он признал влияние либидо на человеческую психику.
   Хотя психоаналитическая теория происходит из объяснения Фрейдом симптомов истерии, его первичный интерес фокусировался на конверсионной истерии (телесных проявлениях истерии – истероидных дугах, псевдопараличах и множестве других вариантов), а не на истерических чертах личности.
   В ранних психодинамических описаниях он уделял особое внимание нерешенным эдиповым конфликтам как первичной причине расстройства. Подавление рассматривается как наиболее характерный тип защиты.
   Основываясь на убеждении, что разрядка подавляемых сексуальных эмоций приведет к излечению, психоаналитическая терапия истерии сначала состояла из суггестивных воздействий и гипноза для отреагирования эмоций и облегчения состояния больной.
   Позже Фрейд модифицировал свой метод, включив в него использование свободной ассоциации, интерпретации сопротивления и переноса. Это должно было облегчить достижение так называемого инсайта (прояснения, просветления), который, как ошибочно полагал отец психоанализа, автоматически вызывает катарсис (очищение, освобождение). Хотя лечение истерии считалось основой психоаналитического метода, было опубликовано крайне мало точно описанных контролируемых исследований.
   Конверсия в психологии означает защитный механизм психики, проявляющийся в тенденции переводить психоэмоциональный стресс в телесные (соматические) реакции и дисфункции. При этом имеются в виду функциональные расстройства чувствительно-двигательной сферы и деятельности внутренних органов, не обнаруживающие органической основы, характеризующиеся необычностью и причудливостью локализации болезненных расстройств.
   Поскольку трансформация происходит неосознанно, пациенты обычно искренне верят в свое тяжелое заболевание. Эта вера создает основу клинической картины, поскольку изнутри задает характер дисфункции, отражающий представления человека о том, как заболевание «должно» себя проявлять.
   Обычно «поражения» соответствуют обывательским представлениям об анатомии и функции органов, а не реальным зонам иннервации и механизмам функционирования. Наиболее характерно такое проявление у личностей истероидного склада.
   Наглядным примером конверсии на уровне симптома является так называемый глобус истерикус (лат. globus hystericus), когда человека беспокоит ощущение инородного тела (комка) в горле, чувство давления в области шеи, обычно несколько ослабевающее во время еды. Порой одним комом дело не обходиться, и при высокой силе психоэмоционального напряжения телесные симптомы превращаются в выраженное расстройство, вызывающее серьезные нарушения функционирования.
   Одним из примеров такого расстройства является история, произошедшая с Гитлером. 15 октября 1918 года ефрейтор Адольф Гитлер потерял зрение во время газовой атаки противника. Лечение в баварском полевом лазарете в Уде-нарде не дало результата.
   Врачи пришли к выводу, что сетчатка, зрительный нерв и зрительный анализатор не были повреждены, однако, несмотря на здоровый орган зрения и сохранные проводниковые пути с исправным анализатором в затылочной коре, пациент продолжал оставаться слепым. Его переправили в психиатрическое отделение прусского тылового лазарета в Пазевальке.
   Гитлер не мог передвигаться без помощи медицинской сестры. Его глаза были закрыты повязкой. Он полагал, что ослеп до конца своих дней, и был поглощен постигшей его бедой. В лазарет поступил раздавленный несчастьем инвалид, которому довелось попасть в руки пытливого врача – Эдмунда Форстера, немецкого психиатра, впоследствии ставшего профессором.
   Адольф Гитлер не подозревал, что через месяц выйдет из лазарета другим человеком, и не только зрячим. Как неуверенный в себе ефрейтор, которого однополчане считали малопримечательным, во всех характеристиках проходивший как «слабо инициативный и ведомый», вдруг стал ярким оратором, гипнотически действовавшим на толпу, политическим лидером и в 1934 году фюрером, вождем нации?
   Британский историк и писатель Дэвид Льюис в своей книге «Человек, который создал Гитлера» утверждает, что на самом деле будущего фюрера пришлось лечить не от физической слепоты, а от нарушения психики, заключавшегося в конверсионном нарушении зрения. Побочным эффектом от необычного лечения, предложенного доктором Форстером, по мнению Льюиса, стала трансформация личности Адольфа Гитлера и его психическая инициация.
   Немецким психиатрам были хорошо знакомы симптомы истерии. Во время Первой мировой войны она косила ряды немецких солдат, попадавших в психиатрические клиники из обычных госпиталей с псевдопараличами, псевдослепотой, псевдоглухотой, астазией и абазией (потерей способности ходить и стоять без поражений головного мозга), другими вариантами конверсии.
   Правительство поставило задачу как можно быстрее возвращать в строй «симулянтов поневоле». Технология их скорейшего излечения в прямом и переносном смысле ковалась энтузиастами врачебного дела на прибывающих фронтовиках.
   В чем суть технологии и эффективного налаживания коммуникации с истероидным клиентом? Сегодня мы, скорее всего, назвали бы этот метод эриксоновским гипнозом. Хотя самому Милтону Хайленду Эриксону на тот момент было чуть меньше семнадцати лет, и на следующий год ему предстояло перенести полиомиелит, со временем приковавший ученого к инвалидному креслу.
   Свой вариант гипноза, получивший впоследствии его имя, Эриксон создал лишь 20 лет спустя. Однако техники подстройки, раппорта, наведения транса и метафор Эдмунд Форстер использовал гораздо раньше.
   Благодаря богатому опыту общения с такими пациентами он прекрасно знал их особенности, «открытые места» и ведущие мотивы. Свой «танец удава» честолюбивый психиатр начал с надежного выстрела: пригласил прямо к себе в кабинет немощного ефрейтора и огорошил словами, что якобы сразу выделил его как весьма необычную и многозначительную личность.
   «Случившееся с вами – не обычная слепота, – продолжал Форстер, присматриваясь к малейшим невербальным реакциям Гитлера. – Это знак свыше!»
   И амбициозный Адольф, в детстве часами рассматривавший религиозную символику в церкви, а за секунды до этого разговора веривший в свое предназначение менее всего за всю сознательную жизнь, пересохшими губами переспросил, что уважаемый доктор имеет в виду? И доктор объяснил, что раз у высших сил, пославших воину такой знак, есть на него реальные виды, лечение обречено на успех. «Приходите ко мне завтра, и мы раскроем ваши глаза», – пообещал психотерапевт-экспериментатор.
   На следующий день Эдмунд Форстер вновь издалека начал беседу с несколько возбужденным Адольфом Гитлером. На столе, за которым восседал психиатр, стояли две горящие свечи, по понятным причинам недоступные взору собеседника. Доктор снова мягко прошелся по всем ключевым фибрам личности ефрейтора, целеустремленно готовя его к апофеозу гипнотической суггестии.
   «Небеса, – продолжая вчерашнюю тему, задушевным голосом вещал Форстер, – могут дать настоящий сигнал прямо здесь. Если вам суждено повлиять на судьбы множества людей на этой планете, ваши глаза обязательно откроются именно сейчас».
   С учетом специфики личности Гитлера, на такое соблазнительное предложение его неосознанная сфера психики просто не могла не отреагировать. «И тогда вы увидите мой силуэт и белый халат», – уже вовсю используя свой натренированный голос, вещал Форстер, облекая в его тягучие формы ловушек внушения.
   О, чудо! Гитлер впервые со времени ранения в бою заметил смутные разводы в глазах, а потом обнаружил, что способен различить контуры собеседника и белое пятно его халата. «Сколько свечей вы видите на моем столе?» – задал контрольный вопрос психиатр. Чуть помедлив и дав глазам привыкнуть к рези вновь вспыхнувшего света спустя долгие недели тьмы, Адольф прошептал: «Две».
   Следующие дни, быстро идя на поправку и восстанавливая зрение, Гитлер предавался глубоким раздумьям. Выводы, к которым он тогда пришел, вместе с ним канули в Лету, но их последствия узнал весь мир.
   Этот сеанс гипноза и краткосрочная терапия дорого обошлись человечеству и, в том числе, самому врачу, когда его подопечный пришел к власти. Теперь в роли кролика выступал гипнотизер.
   Когда в 1933 году Форстер попытался опубликовать информацию о ходе лечения своего пациента, к тому моменту ставшего канцлером Германии, ему начали угрожать. В понедельник 11 сентября 1933 года, в 8 часов утра (наиболее суицидоопасное время – утро понедельника) доктор был найден своей супругой мертвым в ванной.
   Эдмунда Форстера застрелили с близкого расстояния, рядом с ним лежал пистолет, о котором в семье никто ничего не знал. Возникло подозрение, что это не суицид, а ликвидация слишком хорошо осведомленного врача.
   Ушел Форстер из жизни сам, опасаясь грядущей расплаты, или ему помогли профессионалы, устранявшие личных врагов фюрера, доподлинно не известно. Но очевидно, что финал его жизни был тесно связан с роковой терапией.
   Несмотря на то что психоаналитические теории истерической личности были более известны, чем любая другая концепция, они не оказали сильного влияния на официальные классификации.
   Долгие годы типовым являлось выделение в американской Классификации психических болезней 1968 года (DSM-II) так называемого истерического невроза (включая конверсионную реакцию и диссоциативную реакцию) и истерической личности.
   Термин «истерия» использовался для обозначения таких разнородных явлений, как временная потеря контроля вследствие сильного стресса, конверсионное расстройство, синдром Брике, расстройство личности и черта личности.
   Чаще всего он использовался для описания легковозбудимых пациенток, которые с трудом поддавались лечению. К. Шнайдер предлагал называть людей данного типа «требующими признания».
   Стремясь уменьшить путаницу (и возможные сексистские коннотации) относительно использования термина «истерия», Американская психиатрическая ассоциация не включила данный термин в классификацию третьего пересмотра (DSM-III) 1980 года. Вместо этого обозначили отдельные категории соматизации, конверсионного расстройства, ипохондрии, диссоциативного и истерического расстройства личности (ИРЛ).
   В последней, 10-й попытке пересмотра Международной классификации болезней также обозначены отдельные категории диссоциативных (конверсионных) расстройств, соматоформных расстройств и истерического расстройства личности.
   Согласно ей человек, страдающий истерией, характеризуется чрезмерной эмоциональностью, самодраматизацией, театральностью и желанием привлечь к себе внимание. Такие люди постоянно ищут или требуют поддержки, одобрения или похвалы от других.
   Истерики активно добиваются внимания других через яркое, привлекающее поведение. Они чрезмерно обеспокоены своим внешним видом, часто привлекательны и чувствуют себя наиболее комфортно, находясь в центре внимания.
   Их эмоциональность кажется неадекватно преувеличенной, лабильной и поверхностной. Они склонны к общим высказываниям, имеют импрессивный стиль речи и поведения; чрезмерно, до навязчивости, инициативны, интенсивны и напористы, эмоционально возбудимы и жаждут стимуляции, часто отвечая на незначительные раздражители (как отрицательные, так и положительные) неоправданно сильными эмоциональными вспышками.
   Их речь часто энергична, эмоционально насыщенна, театральна, сопровождается драматической жестикуляцией и включает много преувеличений. Истерики склонны делать всеобъемлющие заявления типа: «Это всегда случается именно со мной!» Часто говорят о своих симптомах, мыслях и действиях так, будто это внешние объекты, навязанные им помимо их воли.
   Эмоции интенсивно выражены, но воспринимаются преувеличенными или неубедительными, словно пациент играет роль. В одежде таких людей преобладает провокационный стиль, яркие или необычные цветовые гаммы. Они злоупотребляют косметикой, парфюмерией и окраской волос.
   Их межличностные отношения нарушены, из-за чего здоровые окружающие люди часто воспринимают их как ограниченных, неискренних, прихотливых и чрезмерно зависимых. Именно из-за зависимости от внимания других личности с истерией склонны к тревоге расставания, могут идти на разные уловки и манипуляции, едва почувствовав угрозу.
   В 1984 году американские исследователи К. Стандидж, К. Билсбери, С. Джейн и Д. Смит обнаружили, что у женщин с диагнозом «истерия» нарушена способность чувствовать и оценивать собственное поведение так, как оно воспринимается и оценивается другими в той же самой культуре. Женщина с истерическим расстройством личности определяется скорее как карикатура на то, что принято считать женственностью: тщеславие, поверхностность, демонстративность, незрелость, чрезмерная зависимость и эгоцентризм.
   Истерию чаще всего диагностируют у женщин. Когда такое происходит с мужчинами, часто шаблонно кивают на гомосексуальность. Однако эта поло-ролевая специфика в большей мере является следствием наших социальных ожиданий, нежели истинных различий.
   Истерию более адекватно рассматривать как карикатуру на сексуальные роли вообще, относя к ней не только крайне выраженную женственность, но и такую же мужественность, как, например, образ «мачо», который ищет острых ощущений, поверхностен, тщеславен и эгоцентричен. У мужчин характерными масками истероидности часто выступают антисоциальные тенденции, а у женщин истерия в наше время часто прячется за психосоматическими реакциями и болезнями.
   Одна из основных идей пациента с истерией: «Я неадекватен и не способен жить самостоятельно». Такое допущение и ложная мыслительная схема характерны и для других расстройств личности.
   Истерик отличается от других тем, как пытается справляться с проблемой. Например, депрессивные люди с таким убеждением будут фиксировать свое внимание на негативных аспектах собственной личности, чувствуя себя никчемными и безнадежными. Истероидные же личности придерживаются более прагматичного подхода, ничего не оставляя на волю случая.
   Они приходят к выводу, что поскольку не способны заботиться о себе, должны найти способ устроиться так, чтобы другие заботились о них. Затем они начинают активно искать внимания и одобрения, чтобы убедиться, что окружающие достаточно удовлетворяют их потребности. Убеждение, что для их выживания все должны их любить, приводит к сильному страху быть отверженными.
   Необходимость искать одобрения часто выражается в чрезмерном проявлении своей сексуальной роли. Истероидные женщины с раннего возраста вознаграждались за изящность, физическую привлекательность и обаяние, а не за компетентность или любые усилия, требующие систематического мышления, планирования, терпения.
   Истероидные мужчины научились играть крайне маскулинную роль, получая вознаграждение за мужество, крутость нрава и силу, а не за фактическую компетентность или способность решать проблемы.
   Со времен Э. Кречмера представления о демонстративности (невольной наигранности, эпитимности) поведения рассматриваются в свете учения об истерии. Женская истероидность – преимущественно экстравертирована и болезненно адресована внешнему миру, окружающим свидетелям. Мужская истероидность чаще интровертирована и обращена на самого себя: «Без вас обойдусь!» (укрытие в демонстративной пассивности). Или характеризуется внутренней бравадой: «Я вас всех!..» (выход в представление о своей активности). Это уже героизирующая истероидность.
   Стремление нравиться само по себе не обязательно патологично. Однако истероидные личности настолько увлечены этой стратегией, что используют ее неэффективно. Увлеченные своей ролью и привлечением внимания, они теряют из вида реальную цель, начинают искать возбуждения и драматизации ради них самих: путь от идеи понравиться до привычки демонстрировать себя.
   Истероиды считают себя личностями общительными, дружелюбными и приятными. Они действительно легко сходятся с людьми, умеют прекрасно подстраиваться и находить общий язык на первых порах. В начале отношений их часто воспринимают как очень обаятельных. Но затем большинству собеседников становится заметно, что действия истероидных личностей картинны, эмоции яркие и преувеличенные, но поверхностные.
   Когда окружающие обнаруживают их негативные черты, они легко разрывают связи и уходят искать новые. А тех, от кого ушли, обвиняют в непонимании, несоответствии и в том, что это были «неподходящие» или даже неадекватные люди. Обаяние постепенно теряется, истериков начинают считать чрезмерно требовательными и нуждающимися в поддержке.
   В стремлении к принятию и одобрению они склонны прибегать к хитростям, часто используют манипуляции. В ход могут идти слезы, обмороки, падения, различные болезни, скандалы, интриги, ложь, хвастовство, наряды, необычные увлечения и т. п. А если более тонкие методы терпят неудачу, прибегают к принуждению, шантажу, вспышкам раздражения и угрозам самоубийства.
   Характерный стиль мышления истероида ведет к нескольким внутренним психологическим искажениям, которые выделил Аарон Бек. Поскольку эти люди довольно впечатлительны, не склонны к размышлениям и анализу, они подвержены дихотомическому («черно-белому») мышлению, реагируют интенсивно и спонтанно, поспешно делая крайне негативные или позитивные выводы.
   В силу того, что эти личности уделяют недостаточное внимание деталям и логике, они также склонны к чрезмерному обобщению. Из-за обеспокоенности внешними событиями люди данного типа привыкают ценить внешние события больше, чем свои внутренние переживания. Это приводит к избеганию самопознания, что является серьезной помехой для адекватного восприятия себя и качественного взаимодействия с окружающими. Что, в свою очередь, влечет разные проблемы в общении, как для их собеседников, так и для них самих.
   В отечественной врачебной среде бытуют выражения (тропы), выделяющие в качестве неформального, негласного и паранаучного деления хомо истерикус на два типа: «истероза мимоза» и «истероза стервоза».
   «Мимоза» представляется слабой и беспомощной, тонкой и ранимой, подчиняющейся и отдающейся, а «стервоза» – сильной и властной, агрессивной и коварной, соблазняющей и наказывающей. «Мимоза» соблазняет желанием защищать, «стервоза» – желанием добиться. В целом это феноменологически точное, хотя и не совсем корректное обозначение подгрупп.
   Два главных урока, которые можно усвоить как мастер-класс от «истерозы мимозы». Первый: если ничего не знаешь о своем партнере, будь молчалив и любезен, дай ему возможность говорить и создай «экран для проекций». Второй: если оппонент сильнее тебя или обладает большими ресурсами любого порядка, помоги ему поверить в глобальное превосходство над тобой и твою беспомощность. В результате этих двух действий истерик сам расскажет обо всех своих слабостях и уязвимостях, с доверием отдаст в пользование все ключи доступа.
   Сегодня понятие «стерва» стало чуть ли не синонимом женской успешности и ассертивного (уверенного) поведения. «Хотите стать такой же – уверенной, сильной, самодостаточной? Сегодня мы даем уроки Настоящей Стервы!» – пестрят заголовки сайтов и рекламных объявлений.
   Десятки популярных книг, сотни семинаров, тренингов и советчиц, «как стать настоящей стервой», управлять «мужиками и миром» несколько перевернули обычную трактовку этого термина и понятия.
   В переносном смысле стерва традиционно воспринимается как скандальная, сварливая и своенравная женщина. Но буквально, по словарю Даля, стерва – это труп околевшего животного, падаль, мертвечина. Что весьма символично и даже метафорично, поскольку, вольно или нет, отражает неживую, искусственную игру в сильную личность глубоко неуверенного в себе человека, огромными усилиями пытающегося создать привлекательный виртуальный образ.
   Сейчас в нашем социуме в качестве «стервы» пытаются позиционировать сильную, самодостаточную, умную, красивую и любящую себя женщину, искусного манипулятора и мастерицу соблазна. Особенностям и преимуществам «стерв» приписывают сочетание безупречной женской внешности с холодным расчетливым умом и мужским логичным, циничным взглядом на мир и отношением к людям.
   Она точно знает, чего хочет, и как ей этого добиться. У нее есть четкий план и нужен мужчина, который в него идеально впишется, поможет его реализовать. Таким женщинам есть что показать, и они этим умело пользуются, превращая каждый свой шаг в перформанс и акт соблазнения.
   В качестве инструмента для управления отношениями стерва обычно использует свою внешнюю сексуальность и инициативу. Однако истерики становятся заложниками старательно и собственными руками создаваемого имиджа успешности и независимости: несвойственная роль на длинной дистанции для них слишком тяжела. По ходу формирования реальных отношений удерживать имидж становится все труднее – прямо пропорционально их плотности и длительности.

Педантические (ананкастные или обсессивно-компульсивные) личности

   1) сильная склонность к сомнениям и осторожности;
   2) озабоченность деталями, правилами, перечнями, порядком, организацией или графиками;
   3) перфекционизм (стремление к совершенству), препятствующий завершению задач;
   4) чрезмерная добросовестность, скрупулезность и неадекватная озабоченность продуктивностью в ущерб удовольствию и межличностным связям;
   5) повышенная педантичность и приверженность социальным условностям, нормативам;
   6) ригидность (неготовность к изменениям) и упрямство;
   7) необоснованные настойчивые требования, чтобы другие все делали в точности, как они сами; неблагоразумное нежелание позволять другим что-либо выполнять;
   8) появление настойчивых и нежелательных мыслей и влечений.
   Как отмечает Леонгард, подобные люди часто вязнут в деталях, затрудняясь выделить главное или принимая за главное почти все. Излишняя тщательность выполнения разных по важности и значимости дел заставляет такие личности находить себе много работы. Если поступки истериков характеризуются отсутствием разумного взвешивания, педанты тянут с решением, даже когда стадия предварительного обдумывания завершена.
   Прежде чем начать действовать, они хотят еще и еще раз убедиться, что лучшее решение найти невозможно, а более удачных вариантов не существует. Для педантических личностей трудности начинаются там, где особая точность оказывается помехой, поскольку бывают ситуации, когда в интересах работы в целом можно не стремиться к совершенству в деталях. Из-за своего характера в подобных случаях они могут дойти до конфликтов.
   Вообще такие лица серьезно страдают под бременем ответственности: невозможность все выполнить так, как требует их добросовестность, делает их несчастными. Вследствие этого они могут не только не стремиться к повышению по службе, но иногда отказываться от предложений более ответственной и высокооплачиваемой должности. Педант часто добровольно работает сверхурочно, чтобы наверстать потерянное время.
   Немалый вред педантичность наносит и личной жизни. Например, рабочий день закончился, но такому человеку не расстаться с рабочим местом: уходя, он неоднократно возвращается, чтобы проверить, заперты ли ящики, закрыты ли двери, все ли оставлено в полном порядке.
   Если он себя сдерживает и отказывается от многократных самопроверок, по дороге домой его изводят мысли о прошедшем рабочем дне, тревожат разные мелочи. И сомнения усиливаются, если поручена ответственная работа.
   Беспокойство не покидает педанта даже дома: засыпание, для другого являющееся периодом «выключения», для такой личности становится тяжелым испытанием. Ананкаст еще раз подвергает скрупулезному анализу все, что было сделано за день, погружается в мысли о планах на завтра и не находит покоя.
   Бытовые обязанности и домашние дела педантичный человек тоже не может выполнять спокойно и гладко. Женщины обычно больше мужчин подвержены чрезмерной, навязчивой аккуратности. Уборка в комнате делается основательно, дотошно и куда чаще, чем нужно. Особая чистота должна царить на кухне.
   Приготовление пищи отнимает у педантов много времени, ведь мытье продуктов, чистка овощей и перебирание крупы выполняются с предельным вниманием. Посуду, например, ананкасты могут мыть, по три-четыре раза ополаскивая каждую тарелку. Если ожидаются гости, уборка производится сверхинтенсивно и тщательно, хозяин «вылизывает» самые дальние углы. Трудоемкой оказывается и забота о предотвращении всевозможных несчастных случаев.
   Женщина, которая обычно помнит о необходимости закрыть газовый кран, обязательно многократно себя проверит, поднимаясь для этого с постели даже ночью. То же самое – с входной дверью. А днем повторяется знакомая картина: покидая дом, ананкаст возвращается проверить, заперта ли дверь, тянет ее, трясет и может вернуться повторно. Проверка выключенности утюга и света при выходе из дома тоже становится проблемой.
   Таким образом, для педантических личностей и выполнение трудовых обязанностей, и бытовые хлопоты протекают настолько усложненно, что радости жизни и возможность ими наслаждаться оттеснены массой проблем, создаваемых своими руками.
   Ключевые слова и ведущие мотивы для обсессивно-компульсивных личностей – «контроль» и «должен». В рамках этих идей структурируются вся их жизнь и поведение. Они воспринимают большинство людей как слишком легкомысленных, нередко безответственных, потакающих своим желаниям или некомпетентных, неопытных. Поэтому «под огнем» их критики многие чувствуют себя некомфортно. Как на работе, так и вне ее.
   Желая потворствовать собственным слабостям, педанты щедро используют слово «должен» по отношению к другим. Они упрекают многих из своего окружения за недостаточное следование правилам, нормам и выполнение обязательств, навязчиво требуют соблюдать массу условностей и нередко избыточных действий. Из-за своих перфекционистских стандартов эти люди склонны к долгим сожалениям, разочарованию, наказанию себя и других.
   Наиболее частой эмоциональной реакцией, особенно в случае ожидания несоответствующего стандартам выполнения работы, является тревога. А когда случается серьезная «неудача», у них может развиться ярко выраженная депрессия.
   В целом можно сказать, что поведение педантической личности обычно не выходит за пределы разумного. В этих случаях окружающие часто выигрывают – сказываются преимущества, связанные с тенденцией ананкастов к основательности, четкости, законченности.
   Так, в области профессиональной деятельности педантическая личность проявляет себя положительно, выполняя работу очень добросовестно. Другие подумают: «Да что тут возиться, и так сойдет!» Людям описываемого типа такой подход чужд.
   На производстве такого работника хорошо знают и в курсе, что на него можно положиться. Ему всегда и охотно доверяют работу, при выполнении которой требуется большая точность, тщательность или аккуратность. Однако на ананкаста ответственное задание может оказать угнетающее действие, вызвать множество тревог и опасений.
   При снижении важности и значимости задания педантическая личность возьмется за работу с меньшим количеством раздумий и выполнит ее четко, качественно, в срок, даже ценой сверхусилий и напряжения. Если учесть, что педантичность и сверхаккуратность – одновременно и сверхдобросовестность, то становится понятным положительное значение такой черты характера для работодателя, особенно в наше кризисное время.
   Позитивное начало педантической личности проявляется и в том, что такой человек любит свое производство, хорошо осознает обязательства по отношению к нему и не меняет место работы без веских причин. Нередко такие люди много лет, а иногда и всю жизнь, работают на одном предприятии. В большинстве случаев ананкасты верны традициям, правилам, семье.
   Педантичные личности не любят неожиданности и с трудом переносят импровизацию. Так что, по мере возможности, избегайте сюрпризов и не просите их сделать что-либо срочно. Так вы заставите их страдать, а сами будете раздражаться из-за их медлительности и нерешительности. Прежде чем обращаться к ананкастам с просьбой, сделайте усилие и минимально что-то спланируйте или рассчитайте.
   Педантичным личностям бывает сложно выразить свои чувства. Переживание острых эмоций несет дискомфорт, от которого они стремятся поскорее избавиться. Такие люди склонны преуменьшать значимость отношений. В то же время им свойственна потребность в симметрии и взаимности.
   Возможно, поэтому их могут смутить или даже напрячь шумные проявления любви или восхищения: они как бы обязаны ответить тем же, но не склонны к бурным проявлениям чувств. Это не значит, что комплименты или знаки симпатии не доставляют им удовольствия. Дело в форме их подачи, уместности по времени и контексту.
   В первое время знакомства постарайтесь вести себя более-менее сдержанно и понаблюдайте за реакциями педанта.
   Покажите, что цените его стремление к порядку и соблюдению правил, видите в этом сильные стороны и преимущества. Уважайте их потребность в предвидении и организации.
   Если ваш начальник относится к такому типу, постарайтесь в своих отчетах не допускать орфографических ошибок и сдавать все в срок. Если давление педантической личности становится для вас невыносимым, обсуждайте конкретные эпизоды и оперируйте фактами, лучше – с цифрами в руках, и не используйте общую критику. Подчиненный, обладающий такими чертами характера, может шлифовать уже имеющийся материал или заниматься разного рода проверками.
   Если вам удастся в конкретных делах продемонстрировать, что вы – человек надежный и предсказуемый, это сформирует более надежные мостики для коммуникации, чем яркие обещания. Вы можете помочь педантам открыть удовольствие расслабления и отдыха, когда ваши отношения станут более доверительными.

Возбудимые личности

   Такого человека направляют текущие желания, идеи и интересы. Само понятие влечения можно свести у возбудимых личностей, главным образом, к стремлению разрядки, в большей мере физического плана, чем психологического (духовного) свойства. Вот почему в данном случае можно говорить о патологической власти влечений.
   При высокой степени реакций этого типа мы имеем дело с эпилептоидной психопатией. Хотя прямая связь с эпилепсией как заболеванием совершенно не обязательна. Возможно, в данном случае существует известное сходство с психическим складом больного эпилепсией, но внутреннее родство отсутствует.
   Общие черты у эпилептоидных психопатов и эпилептиков наблюдаются не только в психике. Они часто имеют атлетическое телосложение. Обладая большой физической силой, возбудимые личности в состоянии аффекта могут становиться зверски жестокими – ведь под влиянием сильных эмоций и психического возбуждения физическая сила значительно возрастает.
   Реакции возбудимых личностей очень импульсивны. Если что-то не нравится, они не ищут примирения, им чужда терпимость. Напротив, и в мимике, и в словах такие люди дают волю раздраженности, жестко или со злостью заявляют о своих требованиях, а иногда и со скандалом удаляются. В результате они по малейшему поводу вступают в конфликт с начальством и коллегами, грубят, агрессивны, могут резко уволиться, не отдавая себе полноценного отчета в возможных последствиях.
   Причины недовольства могут быть самые разные: то им не нравится, как с ними обращаются; то зарплата мала; то рабочий процесс не устраивает. Лишь в редких случаях речь идет о тяжести самого труда, ибо возбудимые личности, как правило, имеют склонность к занятиям физическим трудом и могут похвастаться более высокими, чем у других людей, показателями. Чаще всего их раздражают не столько напряженность труда, сколько организационные моменты.
   В результате систематических трений наблюдается частая смена мест работы. По мере возрастания гнева личности с повышенной возбудимостью от слов переходят к делу, то есть к рукоприкладству. Порой оно опережает слова, поскольку такие люди не склонны обмениваться мнениями, если не считать ругательств.
   Импульсивность патологического характера относится и к влечениям в узком смысле слова. Возбудимые личности могут быть совершенно неразборчивы в еде и неумеренны в ее количестве, полностью поддаваясь своему текущему желанию. То же относится к алкоголю, поэтому многие из них становятся хроническими алкоголиками. Когда хочется выпить, возбудимые личности не думают об опасности внезапного острого опьянения и о его пагубных последствиях для служебного положения, престижа, семейной жизни, здоровья.
   Проявления таких людей импульсивны и в сексуальной сфере, однако у мужчин это не сильно бросается в глаза, так как они, будучи неумеренными в половых потребностях, часто длительное время не меняют партнершу, более того – сильно к ней привязываются.
   Впрочем, это не имеет отношения к верности: просто с данной женщиной инстинкт удовлетворяется наиболее полно. Если же таких людей охватывает влечение к другой женщине, они без раздумья ему следуют. Неразборчивые в половых связях, особенно в молодые годы, они часто становятся отцами внебрачных детей.
   У женщин тоже часто наблюдается постоянство в отношении избранного партнера. У немолодых таким путем часто устанавливаются длительные половые связи, а возбудимые личности – молодые девушки и эпилептоидные психопатки в юном возрасте нередко полностью лишены моральных устоев, легко вступают в сексуальные отношения со многими мужчинами. Некоторые эпилептоидные психопатки становятся проститутками.
   Вообще моральные устои в жизни возбудимых личностей не играют сколько-нибудь заметной роли и не являются сдерживающим фактором. В «благоприятных» обстоятельствах они порой совершают бесчестные поступки и даже преступления, например берут то, что «плохо лежит».
   Уголовные преступления эпилептоидных психопатов мужского пола часто связаны с грубыми актами насилия. У подростков наблюдаются случаи изнасилования девушек. Возбудимые личности обоих полов в юности нередко импульсивно сбегают из дома: их что-то не устраивает и простейшим выходом кажется удрать, порвать связь с родными. Иногда это способ на некоторое время избежать посещения школы, а что будет дальше, для них значения не имеет.
   Девочки во время таких побегов, попав в бедственное положение, часто завязывают сексуальные отношения с мужчинами. Мальчики совершают взломы пустых квартир и дач, желая чем-то поживиться либо в поисках ночлега.
   Когда преступление возникает на почве неуправляемого инстинкта, оно носит не совсем обычный характер. Хотя возбудимая личность, совершившая грубое насилие, часто характеризуется как бессердечная, бездушная, а причиной преступления считается жестокость, такая оценка основана на непонимании. Акты насилия у них вызваны не бездушием, а психоэмоциональным напряжением (стрессом).
   В спокойном состоянии такие люди отличаются привязчивостью, заботятся о своих детях, любят животных и нередко готовы оказать помощь ближнему. Добрые чувства социального порядка, как и дурные, не знают границ. Однако моральные устои и социальный долг для них – в общем-то, чуждое понятие.
   Они не считают, что нельзя прогуливать уроки и напиваться до безобразного состояния, что пропустить день на работе разрешено только по уважительной причине, а перед начальником работник должен отчитываться.
   Более или менее четко проявляющиеся признаки возбудимой личности могут сглаживаться наличием природного ума, однако не настолько, чтобы снять движущую силу инстинкта. Решение, которое импульсивные люди принимают в нормальном состоянии и в здравом уме, следующий же приступ эмоционального возбуждения может свести на нет.
   Это особенно заметно у возбудимых детей. Можно прилагать любые усилия, взывать к благоразумию, неотступно следовать намеченной тактике, но воспрепятствовать проявлению импульсивных реакций невозможно. Ни в одном из случаев акцентуации другого рода воспитательное воздействие не является столь труднодостижимым. Возможно, это происходит в силу того, что сфера инстинктов, порождающая импульсы, недоступна воспитательным мероприятиям.
   Впрочем, по мере созревания личности наблюдается некоторое улучшение ситуации. При разных возбуждениях и соблазнах повседневной жизни у этих людей оказывается достаточно самоконтроля, чтобы удержаться от безрассудства. И лишь при необычных, острых психоэмоциональных напряжениях самоконтроль исчезает.

Избегающие личности

   Их стратегия (в отличие от зависимых людей) состоит в том, чтобы избегать общения или активного участия в чем-либо. Они воспринимают себя как социально неприспособленных и некомпетентных в работе или учебе. Окружающих они воспринимают как весьма критически настроенных, незаинтересованных и унижающих.
   Люди с таким расстройством часто имеют твердые внутренние убеждения типа: «Я плохой, никчемный, непривлекательный. Я не могу выдержать свои переживания». Эти убеждения питают следующие суждения: «Если люди приблизятся ко мне, они обнаружат “настоящего меня” и отвергнут, что будет невыносимо и ужасно». Или: «Если я предприму что-либо новое, но у меня не получится, это будет катастрофа».
   Следующий уровень, который определяет их поведение, состоит из внутренних незаметных инструкций самому себе, таких как: «Лучше не участвовать в рискованных делах», «Я должен любой ценой избегать неприятных ситуаций», «Если я чувствую что-то неприятное или думаю об этом, я должен попытаться забыть об этом, отвлекшись или приняв дозу чего-то, что меня успокоит или отвлечет (спиртного, наркотика и т. д.)».
   Главной угрозой им представляется то, что люди будут считать их обманщиками, некомпетентными или ничтожествами, осудят, унизят или отвергнут. Они стараются избегать ситуаций, в которых их могут оценивать. Так, они склонны держаться особняком в социальных группах и не привлекать к себе внимание. На работе избегают новых обязанностей и продвижения по службе из-за опасения неудачи и последующих репрессий со стороны других.
   Основная и типичная эмоция избегающих личностей – дисфория, то есть сочетание постоянной тревоги с печалью. Тревогу вызывает возможность подвергнуться критике, а печаль – отсутствие близких отношений и успехов. Их низкая устойчивость к дисфории препятствует развитию методов преодоления застенчивости и более эффективного самоутверждения. Так как они склонны к самокопанию и постоянно следят за своими чувствами, весьма чувствительны к печали и тревоге.
   Как ни странно, несмотря на чрезмерно развитое осознание болезненных чувств, такие личности уклоняются от осознания неприятных мыслей – тенденция, соответствующая их главной стратегии, в психотерапии называемая рационализацией и когнитивным избеганием.
   Их низкая терпимость к своим переживаниям наряду с повышенной чувствительностью к неудаче и отвержению влияет на все действия и определяет характер. В отличие от зависимых людей, которые справляются со страхом неудачи, стремясь найти поддержку у окружающих, избегающие личности просто понижают свою планку и избегают любой активности и деятельности, которые связаны с риском неудачи или отвержения.

Зависимые личности

   Первое – в одиночку ничего не добьешься, второе – другие сильнее и могут помочь, если заслужить их расположение. Стало быть, жизненно важно искать их поддержки, вступать с ними в как можно более тесные контакты. Такие личности идеализируют образ сильного опекуна, воспринимая его как заботливого, благосклонного и компетентного во всем.
   В отличие от избегающей личности, которая остается свободной от сложных отношений и, следовательно, не получает социальную поддержку, зависимая личность может действовать довольно успешно, пока рядом находится сильный человек.
   Зависимые личности полагают: «Я нуждаюсь в других людях – а именно в сильных, – чтобы выжить. Без “защитника” я пропаду». Более того, они уверены, что их счастье на 100 % зависит от наличия такого человека. Полагают, что нуждаются в устойчивом и непрерывном потоке поддержки и поощрения.
   От зависимых женщин, например, часто можно услышать: «Я не могу жить без мужчины» или: «Я не могу быть счастлива, если меня не любят». Таким личностям свойственны убеждения: «Я абсолютно беспомощен», «Я могу нормально жить, только если рядом со мной есть кто-то сильный, сведущий и компетентный», «Если меня бросят, я умру», «Если меня не будут любить, я всегда буду несчастен».
   Поведением такого человека руководят внутренне неосознаваемые инструкции типа: «Не обижай своего защитника», «Держись к нему ближе», «Поддерживай как можно более близкие отношения», «Будь зависимым, чтобы привязать его/ее».
   Главная угроза или травма связана с отвержением или отказом. Основная стратегия зависимых личностей состоит в том, чтобы культивировать зависимые отношения. Они будут часто это делать, подчиняясь сильному человеку и пытаясь его успокоить, угодить ему.
   Общаясь с окружающими, зависимая личность невольно старается выяснить, чем они могут помочь, в чем поддержать. Зависимый человек готов принять второстепенную роль, но это смирение не бескорыстно: победа сильного должна оплачиваться созданием безопасности.
   Их ведущей эмоцией является тревога – беспокойство по поводу возможного разрыва зависимых отношений. Они периодически испытывают сильную тревогу, когда чувствуют, что отношения действительно напряженные. Если человек, от которого они зависят, исчезает, возможно погружение в депрессию. С другой стороны, они испытывают радость или эйфорию, когда их зависимые желания удовлетворены.
   Зависимость – вполне естественная черта человеческой натуры и имеет свою закономерную предысторию. Младенцами мы полностью зависели от окружающих, физически и психологически.
   Между зависимостью и самостоятельностью существует диалектическая связь. Внутренний баланс и даже гармония человека нередко зависят от его гибкости, умения быть самостоятельным в одних обстоятельствах и делегировать в других. Когда зависимая личность полагает, что человек полностью зависим и беспомощен либо полностью независим, изолирован и одинок, любое ее движение в сторону автономии может казаться соскальзыванием в ловушку полного и безвозвратного одиночества.
   Чтобы ребенок мог развить самостоятельность, необходимы определенные условия. Прежде всего, ему нужен прочный «тыл»; вначале самостоятельность – это способность отдалиться от любимых людей. В своих экспериментах ребенок поддерживает уверенность, что те, кого любит он, любят его настолько, что готовы принять и выдержать отдаление.
   Более того, им следует поощрять его попытки достичь самостоятельности. Иначе у ребенка возникнет чувство вины, и это перечеркнет усилия по достижению независимости. Отсюда следует, что определенные методы воспитания могут способствовать формированию зависимой личности.
   Чаще всего встречаются два варианта. Первый – родители либо мало интересуются детьми, не проявляют к ним подлинной любви и уважения. Отделываются подарками и поверхностным общением. Дети стремятся заслужить любовь и стараются удовлетворить интересы взрослых, боясь не оправдать их ожидания. Опасения детей понятны: без родителей им не выжить.
   Второй вариант – родители занимаются «гиперопекой» и «гиперпротекцией» (избыточной защитой), буквально трясутся над детьми, и у тех невольно возникает ощущение, что они очень уязвимы, а окружающий мир полон невыносимых опасностей, которых, тем не менее, можно избежать, если слушаться людей, демонстрирующих компетентность и умение их преодолевать.
   Существуют формы зависимости, которые не бросаются в глаза и проявляются лишь в определенных обстоятельствах – как правило, подобных тем, которые породили зависимость. В других случаях резкий отказ от помощи, хотя бы временной, неожиданно выявляет, что в глубине души человек уязвим и чувствует беспомощность.
   Не стоит позволять зависимому человеку «оплачивать» ваши отношения: делать подарки, заниматься вместо вас неприятными делами и т. п. Зависимые люди часто стремятся «купить» симпатию других – с помощью презентов, услужливости, готовности исполнять чужую работу. Принимая все это, вы можете попасть в порочный круг ответных услуг или будете «должны» демонстрировать им свою симпатию, привязанность, даже покровительство. Если не установить четкие границы, такие личности постепенно «оккупируют» многие сферы вашего жизненного и профессионального пространства.

Пассивно-агрессивные личности

   Их главная проблема заключается в конфликте между желанием получать выгоды, которыми жалует власть и обладатели ресурсов, и желанием сохранить свою независимость. Следовательно, они пытаются поддерживать отношения, становясь пассивными и покорными, но когда чувствуют, что потеряли независимость, ниспровергают власть.
   Эти люди могут воспринимать себя как самодостаточных, но уязвимых к постороннему вторжению. Однако они тянутся к сильным людям и организациям, поскольку жаждут социального одобрения и поддержки.
   Желание «присоединиться» часто сталкивается со страхом вторжения и влияния со стороны окружающих. Однако других они воспринимают как назойливых, требовательных, вмешивающихся, контролирующих и доминирующих. Особенно часто пассивно-агрессивные личности думают так о людях, обладающих властью. И в то же время считают их способными к приятию, поддержке и заботе.
   Внутренние скрытые убеждения пассивно-агрессивного человека связаны со следующими представлениями: «Невыносимо быть под контролем других», «Я должен делать все по-своему», «Я заслужил одобрение за все, что сделал».
   Их конфликты выражены в столкновении убеждений: «Мне нужно, чтобы некто, облеченный силой и властью, поддерживал меня и заботился обо мне» против: «Я должен защищать свою независимость и самостоятельность», «Если я придерживаюсь чужих правил, я теряю свободу действий».
   Поведение таких людей выражается в отсрочке действий, которых от них ожидает власть, или в поверхностном подчинении, но неподчинении по существу. Обычно такая личность сопротивляется требованиям других, как в профессиональной области, так и в личных отношениях. Но делает это косвенным образом: тянет с работой, обижается, «забывает», жалуется на то, что ее не понимают или недооценивают.
   Главная угроза и страхи связаны с потерей одобрения и уменьшением независимости. Их стратегия заключается в укреплении своей независимости через скрытую оппозицию людям, наделенным властью, и в то же время через видимый поиск их покровительства.
   Пассивно-агрессивные личности пытаются уклоняться от выполнения правил или обходить их с помощью скрытого неповиновения. Они часто бывают деструктивны, что принимает форму не выполненной вовремя работы, непосещения занятий и тому подобного поведения.
   Несмотря на это, на первый взгляд, из-за потребности в одобрении, такие люди могут старательно казаться послушными и принимающими власть. Они часто пассивны и вообще склонны идти по пути наименьшего сопротивления, избегая ситуаций соперничества и действуя в одиночку.
   Типичной эмоцией пассивно-агрессивных личностей является сдерживаемый гнев, который связан с противодействием правилам, установленным властью. Он вполне осознаваем и сменяется тревогой в ожидании репрессий и под угрозой прекращения подпитки властью.
   Пассивно-агрессивные люди остро воспринимают все, в чем им видится недостаток уважения или недостаточная, на их взгляд, оценка их личности. Если вы попросите о чем-то в резкой манере или с отсутствующим видом, они тут же, с большой долей вероятности, настроятся враждебно.
   Впрочем, поставьте себя на их место: как вы реагировали в последний раз, когда начальник сухо или жестко приказал вам что-то сделать? Даже если вы не возражаете по сути поручения, у вас, вероятно, возникнет искушение игнорировать приказ, потому что высокомерный вид и тон начальника вызывают раздражение.
   Пассивно-агрессивные личности очень часто испытывают скрытый гнев, так что, если вы будете с ними вежливы и дружелюбны, это сильно облегчит жизнь. А если ваша просьба или требование причиняет им неудобство, постарайтесь выразить сочувствие и понимание ситуации несколькими дружелюбными, но уважительными (ни в коем случае не фамильярными!) фразами.
   Сравните два варианта общения с официантом. Первый: «Что за обслуживание?! Нельзя ли побыстрее?» Второй: «Я очень спешу! Вижу, что в ресторане много посетителей, и у вас работы по горло, но если бы вы обслужили меня побыстрее, я был бы вам признателен».
   Безусловно, ни тот ни другой подход не гарантируют результат. Но, приняв первый, вы наверняка спровоцируете новую пассивно-агрессивную реакцию. Официант, даже если ускорится, найдет возможность «наказать» вас другим способом: «забудет» принести приборы или одно из блюд, «исчезнет», когда вы соберетесь заплатить, или усадит за соседний столик шумную компанию.
   Пассивно-агрессивная личность чаще выражает свою агрессивность косвенным путем, считая, что так рискует значительно меньше. В некоторых случаях это действительно срабатывает и подкрепляет выбранное поведение. Но если вам удастся побудить такую личность откровенно высказать свое недовольство, это позволит обсудить проблему и, возможно, найти взаимоприемлемое решение.
   Если это человек, с которым вам еще не раз придется взаимодействовать, тактика игнорирования его косвенной агрессии – не самая конструктивная и полезная. Старайтесь не притворяться, что не замечаете недовольства. Если ваша вторая половина или сотрудник дуются на вас, может возникнуть желание промолчать и не реагировать, пока все не пройдет. Но, увы, в большинстве случаев «само» это не проходит.
   Не забывайте, что пассивно-агрессивное поведение – почти всегда некий сигнал или призыв. Если вы его не воспринимаете, пассивно-агрессивный тип, скорее всего, будет увеличивать мощность, пока вы так или иначе не отреагируете. Недостижение цели часто распаляет таких людей. Подтолкнуть такого собеседника к разрядке или переходу в открытый диалог может, например, вопрос: «Мне кажется, ты чем-то недоволен. Или я ошибаюсь?»
   В диалоге старайтесь не критиковать пассивно-агрессивных людей, формируя у них образ родителей, читающих нотации. Иначе попадете в замкнутый круг взаимного мщения.

Параноидные личности

   Такие люди полагают себя добродетельными и считают, что с ними незаслуженно плохо обращаются. По сути они воспринимают других как заблуждающихся, нечестных, вероломных и скрыто манипулирующих. Думая, что окружающие хотят вмешиваться в их дела и критиковать, параноики относятся ко всем пристрастно и делают это скрытно, под маской невинности.
   Параноидные личности могут считать, что другие люди организуют против них заговоры и тайные коалиции. Их скрытые внутренние убеждения состоят из представлений типа: «Я уязвим для других людей», «Людям нельзя доверять», «Их мотивы подозрительны», «Они замышляют недоброе», «Они обманщики», «Они что-то скрывают и настроены против меня», «Они собираются навредить мне или унизить меня».
   Поведение параноиков определяется идеями: «Если я не буду осторожен, люди будут управлять, злоупотреблять или пользоваться мной», «Если люди настроены дружелюбно, это значит, что они пытаются как-то использовать меня», «Если люди ведут себя сдержанно, это доказывает, что они недружелюбны и что-то скрывают». Инструкции параноидной личности самому себе: «Будь начеку», «Не доверяй никому», «Ищи скрытые мотивы», «Не позволяй себя одурачить».
   Главные страхи связаны с тем, что ими тайно манипулируют, их контролируют, унижают или относятся пристрастно. Полагая, что другие люди настроены враждебно, параноидные личности вынуждены всегда быть начеку.
   Они осторожны, подозрительны и непрерывно ищут признаки коварных планов своих «противников». Время от времени они могут обвинять этих противников в причинении вреда и, следовательно, вызывать некоторую враждебность к себе со стороны окружающих, что лишь подкрепляет болезненные убеждения.
   Ведущая эмоция – гнев по поводу предполагаемых бесчинств и козней, направленных против них. Некоторые параноики дополнительно могут испытывать постоянную тревогу по поводу воспринимаемых угроз.
   Общение с такими типами – непростая задача. Если работаешь вместе с тем, кто думает, что все люди могут оказаться злыми и нечестными, прямые попытки убедить его доверять вам, вероятно, будут восприняты как попытка обмана и лишь усилят подозрения.
   Наиболее эффективный подход заключается в том, что собеседник открыто принимает недоверие параноидной личности, как только оно становится очевидным для обоих. А затем постепенно и последовательно демонстрирует свою надежность через действие, не оказывая давления и не требуя немедленного доверия.

Антисоциальные личности

   Некоторые из них полагают, что общество и отдельные его представители злоупотребляют ими или обращаются с ними жестоко. То есть считают себя притесняемыми, тем самым оправдывая притеснение окружающих со своей стороны.
   Другие могут принимать на себя роль хищника в «жестоком» мире, где нарушение правил общества является нормальным и даже желательным. Они воспринимают других людей как эксплуататоров, заслуживающих того, чтобы их самих эксплуатировали, либо как слабых и уязвимых, а потому заслуживающих роли жертвы.
   Убеждения людей с антисоциальным расстройством личности носят эгоцентрический характер и по сути таковы: «Я должен быть начеку», «Я должен быть агрессором, иначе стану жертвой», «Если я не буду помыкать людьми (манипулировать ими, эксплуатировать их, даже нападать), я никогда не получу то, что заслуживаю», «Сделай другого, пока он не сделал тебя», «Ты заслуживаешь всего, чего хочешь», «Возьми это, ты это заслуживаешь».
   Антисоциальная личность также полагает: «Все люди – лохи и слизняки» или: «Все занимаются эксплуатацией, поэтому я тоже имею право эксплуатировать». Такой человек считает себя вправе нарушать правила, которые, по его мнению, произвольны и предназначены для защиты имущих от неимущих.
   Подобные взгляды отличаются от представлений людей с нарциссическим расстройством личности, считающих себя особенными и уникальными, и поэтому стоящими выше правил – привилегия, которую все должны признавать и уважать.
   Стратегии антисоциальных личностей делятся на два класса. Откровенно антисоциальная личность открыто нападает, грабит и обманывает людей. Более тонкий тип – «ловкий мошенник» – стремится привлечь других и с помощью проницательной манипуляции эксплуатировать или обманывать их.
   Единственное открытое проявление эмоций у таких личностей – гнев по поводу того, что окружающие имеют нечто, чего нет у них, но чего они заслуживают гораздо больше.

Нарциссические личности

   По выражению американского специалиста по психологии личности Нэнси Маквильямс, личность нарциссов организована вокруг поддержания самоуважения путем получения подтверждения со стороны. Имидж заменяет им сущность, выглядеть для них важнее, чем быть.
   Ряд исследователей полагают, что проблема связана с нормальным в детстве чувством собственной грандиозности, у нарциссических личностей затянувшимся до взрослого периода. Другие склонны видеть в этом компенсацию ранних и потому глобальных разочарований во взаимоотношениях.
   Нарциссические личности склонны обесценивать практически все на свете, идеализируя при этом то, с чем ассоциируют самих себя. Все неидеальное кажется им ничтожным, и наоборот: все важное кажется идеальным. Причем восприятие объектов может в любой момент резко и диаметрально измениться, так как грань между идеальным и ничтожным для нарцисса очень тонка.
   

notes

Примечания

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →