Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Необходимо около 600 движений бритвой, чтобы удалить все волосы с лица.

Еще   [X]

 0 

Нет орхидей для мисс Блэндиш (Чейз Джеймс)

Когда миллионер мистер Блэндиш преподнес обожаемой дочери фамильные драгоценности на день рождения, никто не думал, что роскошный подарок станет роковым для юной красавицы. Бесценное ожерелье привлекло внимание местных аферистов - однако волею случая в руках бандитов оказывается и сама девушка. Об этом узнает шайка отъявленных головорезов...

Год издания: 2011

Цена: 59.9 руб.



С книгой «Нет орхидей для мисс Блэндиш» также читают:

Предпросмотр книги «Нет орхидей для мисс Блэндиш»

Нет орхидей для мисс Блэндиш

   Когда миллионер мистер Блэндиш преподнес обожаемой дочери фамильные драгоценности на день рождения, никто не думал, что роскошный подарок станет роковым для юной красавицы. Бесценное ожерелье привлекло внимание местных аферистов - однако волею случая в руках бандитов оказывается и сама девушка. Об этом узнает шайка отъявленных головорезов...


Джеймс Хедли Чейз Нет орхидей для мисс Блэндиш

Глава 1

1

   Там, где дороги от Форт-Скотта и из Невады сходятся с шоссе, ведущим от Питтсбурга к Канзас-Сити, стояла убогая деревянная бензозаправка с одной насосной помпой; рядом располагалась небольшая закусочная. Обслуживал все это хозяйство пожилой вдовец, которому помогала его полноватая блондинка дочь.
   Сразу после часу дня к закусочной подрулил запыленный «линкольн». В машине сидели двое, один из которых спал. Водителя звали Бэйли. Это был невысокий, коренастый человек с грубым мясистым лицом. Его глаза беспокойно бегали по сторонам, а на щеке белела полоска шрама. Он был одет в пыльный, сильно поношенный костюм с вытертыми рукавами – и вообще он выглядел неважно после ночной попойки, да еще в такую жару.
   Бэйли взглянул было на своего приятеля, Старого Сэма, но затем пожал плечами и направился к закусочной, оставив спутника дремать в машине.
   Когда он вошел, блондинка улыбнулась ему из-за стойки. Ее большие белые зубы вызвали у посетителя ассоциацию с фортепьянными клавишами. Она была слишком полной, чтобы заинтересовать его, и он не ответил на ее многозначительную улыбку.
   – Хэлло, мистер, – радушно приветствовала девушка. – Ну и жара! Я всю ночь не спала…
   – Виски, – оборвал ее Бэйли. Он сдвинул шляпу на затылок и вытер лицо несвежим носовым платком.
   Она поставила на стойку бутылку и рюмку.
   – Вам бы лучше выпить пива, – посоветовала она, тряхнув в его сторону светлыми кудряшками. – Виски в такую жару – не самая лучшая идея.
   – Помолчи немного, – отрезал Бэйли.
   Он взял бутылку и рюмку и сел за столик в углу.
   Блондинка скорчила недовольную гримасу, взяла книгу и с делано равнодушным видом уставилась в страницу.
   Бэйли сделал хороший глоток виски и откинулся на спинку кресла. Он думал о деньгах. Если Райли что-нибудь не придумает, размышлял он, им придется ограбить банк. Бэйли нахмурился: ему этого не хотелось. В банках слишком хорошая охрана.
   Он насмешливо взглянул в окно на спящего Сэма. Эта развалина ни на что не годится, кроме как вести автомобиль. Он слишком старый для их бизнеса. Все, что ему надо, – это поспать да поесть. Но ему и Райли надо во что бы то ни стало раздобыть немного денег – вот только как?
   Допив виски, Бэйли почувствовал голод.
   – Сделай мне ветчины с яичницей, да поскорее, – велел он блондинке.
   – А он что, ничего не хочет? – спросила та, указывая в окно на Старого Сэма.
   – А по нему не видно? – хмыкнул Бэйли. – Давай поживее! Я проголодался.
   Он увидел в окно, как у заправки остановился грязный «форд», из которого вылез полный пожилой человек.
   «Хейни! – удивился про себя Бэйли. – Что он тут делает?»
   Толстяк вперевалку посеменил к закусочной, кивнув Бэйли.
   – Привет, приятель, – обрадовался он. – Давненько не виделись. Как самочувствие?
   – Паршиво, – усмехнулся Бэйли. – Эта погодка меня доконает.
   Хейни подошел к нему, пододвинул кресло и сел. Этот тип поставлял сведения аферистам, которые при удобном случае промышляли шантажом. Хейни всегда собирал по крохам информацию и продавал ее бандам, орудующим вокруг Канзас-Сити.
   – И не говори, – согласился Хейни, принюхиваясь к запаху жарящейся ветчины. – Я сегодня был в Джоплине и оказался там на свадьбе – чуть не изжарился. Это ж надо – играть свадьбу в такую жару! – Заметив, что Бэйли не слушает, он поинтересовался: – А как вообще дела? Совсем неважно?
   – Уже несколько недель одна непруха, – признался Бэйли, бросив окурок на пол. – Даже эти проклятые лошади на скачках против меня.
   – Хочешь хороший совет? – Хейни подался вперед и сказал, понизив голос: – Решено, что выиграет Понтиак.
   Бэйли усмехнулся:
   – Понтиак? А я думал, будто раньше он карусель в парке крутил да сбежал оттуда.
   – Ты не прав, – шепнул Хейни. – За эту лошадку отдали десять тысяч баксов, и не зря.
   – Кто бы за меня столько заплатил? – хмыкнул Бэйли.
   Из кухни вышла блондинка с долгожданной яичницей. Хейни смачно втянул носом аромат, когда девушка поставила тарелку на стол.
   – И мне тоже что-нибудь, милашка, – попросил он, – и пива.
   Девица отбросила протянувшуюся к ней руку, привычно улыбнувшись, и вернулась за стойку.
   – Вот таких женщин я люблю – есть за что подержаться, – заметил Хейни, посматривая на нее. – Задница – словно два шара перекатываются.
   – Мне надо где-то раздобыть деньжат, Хейни, – пробормотал Бэйли с набитым ртом. – Ничего нет на примете?
   – Безнадега. Я всегда рад помочь, если что-то знаю, но сейчас ничего по твоей части нет. У меня сегодня вечером работенка. Надо подготовить материал – о вечеринке у Блэндиша. Всего двадцать баксов, зато выпивка дармовая и сколько влезет.
   – Блэндиш? Кто это?
   – Ты что, с луны свалился? – насмешливо осведомился Хейни. – Блэндиш – богатейший человек штата. Говорят, он стоит не меньше сотни миллионов.
   Бэйли поддел вилкой желток.
   – Зато я стою пять баксов! – свирепо сказал он. – Ну и жизнь! А что там у него за дела?
   – Вечеринка у его дочери. Ты никогда ее не видел? Какая красотка! Я бы отдал десять лет жизни, чтобы поваляться с ней на сеновале.
   Бэйли это не заинтересовало.
   – Знаю я этих богатых крошек. Сами не знают, чего хотят и зачем на свете живут.
   – Ну эта-то знает, – вздохнул Хейни. – Ее папаша собирается с помпой отпраздновать ее день рождения – двадцать четыре года, девочка в самом соку. Он решил подарить ей фамильные бриллианты. – Хейни закатил глаза. – Ожерелье что надо! Говорят, эта безделушка стоит пятьдесят тысяч.
   Вошла блондинка с подносом. Девушка старалась держаться подальше от Хейни. Когда она вышла, тот с жадностью набросился на еду. Бэйли уже закончил трапезу и откинулся назад, ковыряя спичкой в зубах. Он задумался: пятьдесят тысяч! А может, есть возможность завладеть этим ожерельем? Но хватит ли у Райли пороху ему помочь?
   – Где будут отмечать? У них дома?
   – Угадал, – буркнул Хейни, пережевывая пищу. – Затем она со своим бойфрендом, Джерри Макгованом, отправится в загородный ресторанчик «Голден слипперс».
   – С ожерельем? – осторожно поинтересовался Бэйли.
   – Держу пари, если она его наденет, то уже никогда не снимет.
   – Ты уверен?
   – Девочка непременно захочет в нем покрасоваться. Там будет куча репортеров.
   – Когда она прибудет в эту забегаловку?
   – Около полуночи. – Хейни вдруг застыл с вилкой у рта. – Что ты задумал?
   – Ничего. – Мясистое лицо Бэйли казалось безмятежным. – Она и ее парень, Макгован? Больше никого?
   – Нет. – Хейни отложил вилку. На его одутловатой физиономии отразилось беспокойство. – Слушай, не забивай себе голову этим ожерельем. Вы хватаетесь за то, что вам не под силу. Это я тебе говорю. Вам с Райли не хватит крутизны для такого дела. Потерпите. Я вам найду что-нибудь подходящее, только не связывайтесь с этим ожерельем.
   Бэйли с насмешкой взглянул на собеседника, и Хейни показалось, что на него посмотрел волк.
   – Не переживай, – посоветовал он. – Я сам знаю, что мне по силам, а что нет. – Бэйли встал. – Пожалуй, пойду. Не забывай: если наметится что-нибудь интересное, дай мне знать. До скорого, приятель.
   – Что это ты вдруг заторопился? – Хейни настороженно поднял глаза на Бэйли.
   – Мне надо выйти до того, как Старый Сэм проснется. Я не намерен до конца своих дней кормить его. До свидания.
   Он рассчитался с блондинкой, затем направился к своему «линкольну». Жар ударил в него, словно кулаком. После виски Бэйли слегка подташнивало. Он сел в машину, закурил сигарету и задумался.
   Любой мало-мальски уважающий себя гангстер в этом районе, услышав про ожерелье, рискнул бы, решил он. Только хватит ли у Райли пороху?
   Бэйли растолкал Старого Сэма.
   – Просыпайся! – рявкнул он. – Какого черта с тобой случилось? Ты хоть что-нибудь сделал за последние дни, кроме как спать?
   Старый Сэм, высокий, худощавый старик лет шестидесяти, медленно выпрямился.
   – Мы будем обедать? – с надеждой спросил он.
   – Я уже поел. – Бэйли запустил двигатель.
   – А как же я?
   – Иди обедай, если у тебя есть деньги. Я платить не собираюсь, – прорычал Бэйли.
   Старый Сэм вздохнул. Он затянул потуже ремень и надвинул свою старую шляпу на длинный красный нос.
   – Что-то у нас с тобой разладилось, – печально заметил он. – У нас все время нет денег. Раньше у нас дела шли хорошо, а сейчас наперекосяк. Понимаешь, что я хочу сказать? По-моему, это Райли все портит, проводит слишком много времени со своей бабой. Он не думает о деле.
   Бэйли притормозил у аптеки.
   – Слушай, помолчи лучше, – поморщился он, выходя из машины. Он втиснулся в телефонную будку возле аптеки и набрал номер. После небольшой паузы в доме Райли сняли трубку.
   Бэйли услышал звуки музыки и высокий голос поющей Анны. Он начал было рассказывать Райли о том, что недавно узнал от Хейни, но вынужден был прерваться.
   – Ты что, не слышишь, о чем я тебе толкую? – взорвался он. – Прекрати весь этот шум, черт возьми!
   Райли был словно полуживой. Когда Бэйли уезжал, тот оставался в постели с Анной. Удивительно, что он вообще оказался способен поднять трубку.
   – Я внимательно слушаю, – вздохнул Райли.
   Музыка смолкла, и сразу что-то заверещала Анна. Бэйли услышал, как Райли что-то бормотал, а потом раздался звук громкого шлепка. Бэйли покачал головой и шмыгнул носом. Райли и Анна все время пикировались. Когда он гостил у них, эта парочка все время устраивала представления.
   Райли снова взял трубку.
   – Слушай, Фрэнки, – умоляющим тоном начал Бэйли, – я сейчас как рыба на сковородке. Ты понимаешь? Это очень важно.
   Райли в свою очередь начал жаловаться на жару.
   – Да знаю я, знаю, – прорычал Бэйли. – Ты будешь слушать? У нас появился шанс раздобыть ожерелье ценой в пятьдесят тысяч долларов. Сегодня вечером оно будет на дочке Блэндиша. Девчонка собирается в «Голден слипперс» со своим бойфрендом – они поедут вдвоем. Я это выудил у Хейни. Его зовут Макгован. Что ты на это скажешь?
   – На сколько оно тянет?
   – Пятьдесят тысяч. Этот Блэндиш – миллионер. Как ты насчет этого дельца?
   Вроде бы Райли наконец ожил.
   – Так чего вы там сидите? Давайте быстро назад! – заволновался он. – Здесь есть о чем поговорить. Жду вас!
   – Уже едем, – заверил Бэйли и повесил трубку. Когда он закурил сигарету, его руки тряслись от волнения. «Райли не такой уж трус, как казалось раньше, – сказал себе Бэйли. – Если мы все сделаем как надо – денежки у нас в кармане». И он быстро зашагал к машине.
   Старый Сэм сонно взглянул на него.
   – Просыпайся, дубина! – крикнул Бэйли. – Намечается хорошенькое дельце.

2

   В ресторанчике было полно народу, а на кухне вовсю шла стряпня. Все занимались своим делом, и никто не обратил внимания на Бэйли. Он встал в углу, откуда хорошо проглядывался зал, и прижался к стене.
   Шум голосов сливался со звуками оркестра, и все это оглушало Бэйли. Он взглянул на часы – без десяти двенадцать. Мужчина осмотрел зал. У главного входа замерли в ожидании три или четыре фотографа. Ясно было, что они ждут дочку Блэндиша. Бэйли никогда ее раньше не видел и поэтому следил за фотографами.
   Ему подумалось, что опять этот Райли, который слишком много на себя берет, заставил его войти сюда, а сам остался со Старым Сэмом в машине. Вечно ему достается самая грязная работа! Ладно, когда они добудут эти денежки, он со всем этим покончит. Он и так уже достаточно проваландался с Райли и его Анной. Если денежки за бриллиантовое ожерелье окажутся у него в кармане, он купит себе птицеферму. Бэйли вырос в семье фермера, и, если бы с ним тогда не случилась беда и ему не пришлось бы отсидеть три года, он никогда бы не связался с Райли и его дружками.
   Его мысли внезапно были прерваны оркестром, заигравшим «С днем рождения тебя».
   «Вот она!» – подумал Бэйли и привстал на носки, чтобы увидеть происходящее через головы собравшихся. Танцы прекратились, и взоры всех присутствующих обратились на вход в ресторанчик. Фотографы толкались, выбирая удобную для съемки позицию.
   Когда мисс Блэидиш со своим высоким, симпатичным спутником вошла в зал, засверкали вспышки фотоаппаратов.
   Мисс Блэндиш сразу приковала к себе взгляд Бэйли. У него перехватило дыхание, когда он ее разглядел. Ее ярко-рыжие волосы, казалось, излучали свет, который отражался на белоснежной коже. Ему подумалось, что он впервые видит такую красивую женщину, – эта девушка совсем не походила на тех, с кем ему доводилось встречаться. Она была лучше их всех, вместе взятых. Бэйли смотрел, как она пробирается через толпу приветствующих ее знакомых. Он словно окаменел, наблюдая, как они с Макгованом устраиваются за дальним столиком.
   Красота мисс Блэндиш произвела на Бэйли такое сильное впечатление, что он сначала даже забыл о драгоценностях. Но когда он немного пришел в себя и взглянул на ожерелье, у него вновь перехватило дыхание. Нитка сияющих бриллиантов казалась такой ослепительно красивой, что он взмок от волнения. Любуясь украшением, он прикинул, какой шум поднимется, когда это ожерелье окажется украденным. «Это не простое дельце, – подумал он. – За ожерельем начнут охотиться все копы страны. Может быть, я перегнул палку, когда уговорил Райли украсть его? – засомневался он, вытирая потные ладони. – Блэндиш ворочает миллионами, он поднимет невообразимую бучу! Как только у нас окажется эта безделушка, тучи над нашими головами начнут быстро сгущаться».
   Бэйли посмотрел в сторону столика мисс Блэндиш. Ему показалось, что спутник красотки заметно пьян. Судя по всему, парень уже много принял, и, когда он снова схватился за бутылку, мисс Блэндиш сделала движение рукой, словно хотела помешать ему выпить. Но Макгован только усмехнулся и опустошил рюмку, затем схватил мисс Блэндиш за руку и потащил ее танцевать.
   «Птенчик здорово наклюкался, – отметил Бэйли. – Если так пойдет дальше, то скоро он уже будет не в состоянии стоять на ногах».
   Толпа в ресторанчике веселилась от души. Все давно напились в стельку, усмехнулся про себя Бэйли. «Когда у человека много денег, – горько подумал он, – тот превращается в свинью».
   Он снова отыскал взглядом мисс Блэндиш. Внезапно она оттолкнула партнера и направилась к своему столику. Макгован побрел следом, что-то ей говоря. Но как только они сели, он снова взялся за рюмку.
   За столиком по соседству с Бэйли какая-то блондинка сцепилась со своим спутником, пожилым толстяком, который уже крепко выпил. Неожиданно девица вскочила с места, схватила бутылку шампанского и вылила ее содержимое на голову толстяку. Тот продолжал сидеть, тупо глядя на спутницу, а шампанское стекало по его слипшимся волосам на белый смокинг.
   Блондинка поставила бутылку обратно в корзину, села на место и поцеловала своего толстяка. Окружающие недоуменно смотрели на них. Некоторые мужчины смеялись. Толстяк медленно поднялся на ноги – его лицо покраснело от ярости. Он взял тарелку и выплеснул суп из нее в лицо блондинке. Девица завизжала. Какой-то молодой человек вскочил на ноги и ударил толстяка кулаком, тот рухнул на стоявший столик сзади и опрокинул его, так что вся находившаяся на скатерти посуда посыпалась на пол. Сидевшие за этим столиком две женщины тоже вскочили с мест и закричали.
   «Вот свиньи!» – подумалось Бэйли. Он взглянул на мисс Блэндиш. Она тем временем поднялась, нетерпеливо дергая за рукав Макгована. Тот стоял пошатываясь и наконец двинулся за ней к выходу.
   Женщина, которой вылили на лицо суп, все еще кричала. Между двумя пьяными и молодым человеком завязалась схватка. Дерущиеся приближались к Бэйли, мешая ему следить за мисс Блэндиш. Он проложил себе дорогу среди толпы и бросился к выходу.
   В холле Бэйли увидел прислонившегося к стене Макгована, ждущего мисс Блэндиш. Бэйли быстро вышел наружу и направился к их «линкольну» – Старый Сэм сидел за рулем, а рядом с ним – Райли.
   – Сейчас они выйдут, – предупредил Бэйли, устраиваясь на заднем сиденье. – Наверно, она сядет за руль – ее бойфренд совсем окосел.
   – Трогай, – велел Райли Старому Сэму. – Остановишься у той фермы, мимо которой мы проезжали. Мы догоним голубков после того, как они проедут мимо нас, и оттесним с дороги.
   Старый Сэм включил передачу, и «линкольн» медленно тронулся с места. Бэйли закурил сигарету, достал из подплечной кобуры пистолет и положил оружие рядом с собой.
   – Ожерелье на ней? – осведомился Райли.
   – Да.
   Райли был выше и стройнее Бэйли, к тому же на пять или шесть лет моложе. Он косил на правый глаз, но это его не портило, а скорее придавало несколько лукавый, заговорщицкий вид.
   Старый Сэм медленно проехал с километр, затем подрулил к ферме, притормозил и через несколько метров остановился на траве.
   – Вылезайте и следите за дорогой, – велел Райли.
   Бэйли взял свой пистолет, выплюнув сигарету, вышел из машины и встал у дороги. Он видел вдалеке огни придорожного ресторанчика, от которого они только что отъехали, и даже слышал отголоски доносившегося оттуда шума и звуки оркестра. После нескольких минут ожидания он заметил свет фар приближающейся машины и вернулся к «линкольну».
   – Едут.
   Бэйли сел в машину, и Старый Сэм запустил двигатель. Мимо них пронесся двухместный «ягуар»: за рулем сидела мисс Блэндиш. Макгован, похоже, напился до бесчувствия.
   – Быстро поехали, – приказал Райли. – Не дай им оторваться.
   «Линкольн» рванул вслед за «ягуаром».
   Стояла темная, безлунная ночь. Старый Сэм включил фары, осветившие «ягуар», и стало видно, как голова Макгована болтается в такт движению их машины.
   – С ним возиться не придется, – ухмыльнулся Бэйли. – Наклюкался под завязку.
   Райли усмехнулся.
   За следующим поворотом начинался лес – дорога в этот поздний час была пустынной.
   – О’кей, – решился Райли. – Давай поджимай ее.
   Стрелка спидометра дошла до отметки «восемьдесят пять», а затем – «восемьдесят восемь»[1]. «Линкольн» хорошо держал дорогу. В ушах пассажиров свистел ветер, а по бокам мелькали деревья. Расстояние между двумя машинами оставалось прежним.
   – Чего ты валандаешься? – прикрикнул Райли на Старого Сэма. – Я же тебе велел догнать их.
   Старый Сэм вдавил педаль газа до отказа. «Линкольн» рванул вперед, но «ягуар» тоже увеличил скорость, и дистанция между ними возросла.
   – Слишком большая скорость для нашего ведра, – вздохнул Старый Сэм. – Нам их не догнать.
   Машины теперь шли со скоростью примерно восемьдесят миль в час, и «ягуар» постепенно удалялся. Впереди был крутой поворот, и Старый Сэм решил, что это их последний шанс.
   – Держитесь! – крикнул он, резко нажав на тормоза и крутанув руль. Колеса взвизгнули, и «линкольн» крутануло. Бэйли едва не выбросило с заднего сиденья. Он почувствовал, как машина накренилась, затем ее тряхнуло и она снова встала на колеса. Автомобиль вздрогнул, когда Старый Сэм отпустил тормоза и снова нажал на газ. Он вырулил на траву, проехал по неровной земле и снова оказался на дороге.
   Они срезали угол и опередили «ягуар».
   Бэйли с руганью вцепился в сиденье, нащупывая пистолет.
   – Хорошая работа, – похвалил Райли, высовываясь из машины, чтобы взглянуть назад. Старый Сэм, поглядывая в зеркало, поехал зигзагами, постепенно сбавляя скорость, вынуждая «ягуар» притормозить. Наконец обе машины остановились. Как только Бэйли выскочил из машины, мисс Блэндиш начала разворачивать «ягуар». Но он тут же впрыгнул в машину, выключил зажигание и направил на девушку пистолет.
   – Выходи! – крикнул он. – Это ограбление.
   Мисс Блэндиш уставилась на него широко распахнутыми от неожиданности глазами. Макгован тоже открыл глаза и медленно сел.
   Райли наблюдал за всем этим из «линкольна». Он высунулся из окошка, в его руке сверкнул пистолет. Старый Сэм нервным движением приоткрыл дверцу, чтобы прийти на помощь.
   – Давайте! Живо! – прорычал Бэйли. – Выходите.
   Мисс Блэндиш вышла из машины. Она казалась не столько испуганной, сколько удивленной.
   – В чем дело? – промямлил Макгован. Он вылез наружу и недоуменно потряс головой.
   – Не дергайся, – велел Бэйли, направляя на Макгована пистолет. – Это ограбление.
   Макгован мигом протрезвел и отпрянул к мисс Блэндиш.
   – Снимай ожерелье, сестричка, – приказал Бэйли. – Живо!
   Мисс Блэндиш прижала руки к шее и отпрыгнула.
   Бэйли выругался – он начинал выходить из себя. На дороге в любой момент может появиться какая-нибудь машина, и у них начнутся неприятности.
   – Снимай его, или я сам сниму, – прорычал он.
   Девушка еще отступила, но Бэйли настиг ее тремя большими прыжками. В какой-то момент он оказался рядом с Макгованом, который вдруг встрепенулся и нанес ему сильный удар по голове.
   Бэйли вскрикнул, потерял равновесие и мешком рухнул на землю, выронив из руки пистолет.
   Мисс Блэндиш вскрикнула. Райли оставался недвижимым, ничего не предпринимая. Ему не хотелось засвечиваться, ведь мисс Блэндиш или Макгован при неблагоприятном развитии событий могли его опознать. Он велел Старому Сэму заняться женщиной.
   Старый Сэм подкрался сзади к мисс Блэндиш. Казалось, она его не замечала. Девушка смотрела на Бэйли, который встал на одно колено и резко помотал головой. Старый Сэм стоял за ее спиной, ничего не делая, но готовясь в любой момент схватить красотку, если она попробует удрать.
   Бэйли смотрел на Макгована, который нетвердой походкой пьяного приближался к нему, собираясь вступить в схватку. Но Бэйли приготовился к отпору – он ударил Макгована по шее. Удар получился не очень удачным и лишь на миг приостановил Макгована, который со всей силы врезал Бэйли в живот, тот моментально опустился на колени. У этого парня удар был что надо. Но отчего же Райли не спешит на помощь? До того как Бэйли успел подняться, Макгован снова ударил его по голове, и Бэйли свалился на траву.
   Лишь после этого, выругавшись, Райли вылез из машины.
   Рука Бэйли потянулась за пистолетом. Он поднял оружие с земли, направил на приближающегося Макгована и нажал на спусковой крючок.
   Услышав выстрел, мисс Блэндиш в ужасе вскрикнула, закрыв глаза.
   Макгован схватился за грудь и рухнул на дорогу. На его белой рубашке расплылось красное пятно.
   Бэйли поднялся на ноги как раз тогда, когда подоспел Райли.
   – Ты, проклятый сучий потрох! – прорычал он, наклонившись над раненым, затем посмотрел на Бэйли, который приблизился к ним и тоже испуганно уставился на лежащего на земле Макгована. – Он мертв! Болван, зачем ты его убил? Этого нам не простят.
   Бэйли резко рванул ворот рубашки.
   – А почему ты мне не помог? – застонал он. – Что мне еще оставалось делать? У меня не было другого выхода.
   – Расскажешь это в суде! – рявкнул Райли. Он был очень напуган: за убийство по головке не погладят! Их всех посадят на электрический стул… Если поймают, конечно.
   Мисс Блэндиш не сводила глаз с лежащего на земле тела.
   Бэйли взглянул на нее и сказал Райли:
   – Надо и ее убрать. Девка слишком много знает.
   – Заткнись! – оборвал его Райли. Он окинул взглядом мисс Блэндиш, и ему в голову пришла идея, как заработать неплохие денежки. Отец этой девочки ворочает миллионами и наверняка немного им отстегнет, чтобы увидеть ее целой и невредимой. – Она поедет с нами.
   Мисс Блэндиш вдруг шарахнулась в сторону от Старого Сэма и бросилась по дороге. Райли с руганью кинулся за ней. Девушка поняла, что он ее настигает, и начала кричать. Райли догнал ее, схватил за руку, а когда она попыталась вырваться, ударил в челюсть. Когда она все-таки попыталась освободиться, он схватил ее в охапку и потащил обратно. Затем он затолкал красотку в машину на заднее сиденье.
   Подошел Бэйли:
   – Надо немедленно отсюда сматываться…
   Райли повернулся к нему, схватил за рубашку и зашипел:
   – Не суйся куда не просят! Ты уже всех нас подставил. Из-за тебя мы можем попасть на электрический стул. С этой минуты слушай, что я тебе говорю! Убери с дороги труп и машину, чтобы они никому не попались на глаза. Слышишь?
   Угроза в голосе Райли напугала Бэйли. Немного поколебавшись, он вернулся к Старому Сэму, который замер над телом, словно бык, которого привели на бойню.
   Они вдвоем запихнули труп Макгована в «ягуар» и отогнали машину с дороги в лес, затем вернулись к «линкольну».
   – Зря мы связались с этой девчонкой, – буркнул Бэйли, устраиваясь в машине рядом со Старым Сэмом. – Ее поисками займется ФБР. Ты что, думаешь, мы долго продержимся?
   – Заткнись! – рявкнул Райли. – Ты уже убил парня, значит, ожерелье нам не продать. Где, по-твоему, мы еще раздобудем денег, если не у Блэндиша? У него же миллионы, он обязательно что-нибудь отстегнет за свою дочку. Это наш единственный шанс. Так что помолчи! – И обратился к Старому Сэму: – Трогай. Поехали к Джонни, он нас спрячет.
   – Ты уверен, что у нас все получится? – спросил Старый Сэм, когда машина тронулась с места.
   – Из-за этого сукиного сына нам все равно теперь нечего терять, – пожал плечами Райли. – Я знаю, что делаю. Поехали.
   Когда машина набрала скорость, Райли обернулся к мисс Блэндиш, забившейся в угол, и сорвал с ее шеи ожерелье.
   – Посвети-ка мне, – велел он Бэйли.
   Тот достал из кармана фонарик и включил его. Райли оценивающе осмотрел бриллианты.
   – Это – кое-что, – объявил он с ноткой благоговения в голосе. – Но нечего и пытаться его продать. Пусть лучше Блэндиш заплатит и за дочку, и за ожерелье. Так будет вернее.
   Бэйли поднял фонарик и осветил мисс Блэндиш. Бедняжка все еще была не в себе. Несмотря на большой синяк, оставшийся после удара Райли, Бэйли все равно понял, что красивее женщины он еще не видел.
   – Ну и ягодка! – подумал он вслух. – С ней все в порядке?
   Райли пристально посмотрел на потерявшую сознание женщину.
   – С ней все в порядке. – Он многозначительно взглянул на Бэйли. – И запомни, что с ней и дальше должно быть все в порядке, и ничего такого насчет ее не бери в голову.
   Бэйли выключил фонарик, и машина понеслась в темноту ночи.

3

   – Какого черта ты не сделал этого раньше? – возмутился Райли.
   – А откуда я знал, что нам придется ехать к Джонни? – прошипел Старый Сэм.
   Бэйли направил луч фонарика на мисс Блэндиш. Та все еще была без сознания.
   – С ней все о’кей, – успокоил он. – Тут неподалеку есть заправка.
   У следующего поворота дороги сверкнули огни заправочной станции. Старый Сэм подрулил к бензоколонке.
   Из конторки вышел, моргая заспанными глазами и зевая, паренек-служащий. Он начал заправлять бак для горючего. Райли наклонился, чтобы заслонить мисс Блэндиш. Но паренек был совсем сонный и даже не бросил взгляда в машину.
   Вдруг за поворотом показались огни подъезжающего автомобиля. Подрулил большой черный «бьюик» и остановился рядом с «линкольном». Это сильно напугало троих похитителей. Бэйли потянулся за пистолетом.
   В «бьюике» сидели два человека. Пассажир вышел из машины. Это был крупный, хорошо одетый человек в элегантной черной шляпе, надвинутой на глаза. «Линкольн» явно вызвал у него интерес. Он заметил поспешное движение Бэйли и подошел к ним.
   – Есть какие-то проблемы или что? – вызывающим тоном спросил он, пристально разглядывая Бэйли.
   В темноте они плохо видели друг друга.
   – Вали отсюда, приятель, ничего тут не происходит.
   Верзила посмотрел в его сторону:
   – Да это вроде голос Фрэнки. – Он усмехнулся. – А я-то думаю, кто тут раскомандовался?
   Сидевшие в «линкольне» оцепенели, в ужасе уставившись на «бьюик». Сидевший за рулем включил фары, так что они смогли разглядеть верзилу. В его руке появился револьвер.
   – Это ты, Эдди? – выговорил Райли пересохшим ртом.
   – Да, – ответил тот. – Флинн держит вас под прицелом, так что не дергайтесь.
   – Да мы ничего такого не думаем, – торопливо сказал Райли. В душе он застонал от досады – надо же было напороться на бандитов Гриссона! – Я тебя сразу не узнал.
   Эдди достал из пачки сигарету и зажег спичку. Райли дернулся было, чтобы закрыть мисс Блэндиш.
   – О, да тут какая-то девочка, – заметил тот, закуривая.
   – Нам пора ехать, – торопливо попрощался Райли. – Увидимся позже. Поехали, Сэм.
   Эдди придержал рукой дверцу их машины:
   – Кто она такая, Райли?
   – Ты ее не знаешь. Это моя подружка.
   – Точно? Она как-то странно неподвижна.
   – Она пьяна, – проворчал Райли, чувствуя, как по его лицу течет пот.
   – Правда? – наигранно удивился Эдди. – А по-моему, я знаю, кто ее напоил. Дай-ка посмотрю на нее поближе.
   Райли заколебался. Боковым зрением он увидел, что Флинн вылезает из «бьюика», направляя в их сторону револьвер. Райли с видимой неохотой отодвинулся. Эдди достал мощный фонарик и направил его луч на бесчувственную женщину.
   – Какая симпатяжка, – с видом знатока промолвил он. – Постыдился бы, Райли, таскать с собой такую красотку. А ее мамаша знает, где она? – Он сделал шаг назад и выпустил струю дыма прямо в лицо Райли. – Где вы ее подцепили?
   – Дома, – бросил Райли. – Хватит ломать комедию, Эдди. Нам пора ехать.
   – Ну-ну. – Эдди снова шагнул назад. – Не хотел бы я оказаться на ее месте и проснуться однажды в машине с такими обезьянами, как вы. Ладно, двигайте.
   Старый Сэм включил передачу, «линкольн» выехал на дорогу и стал набирать скорость.
   Эдди задумчиво наблюдал, как они отъезжают, затем снял шляпу и почесал голову. Флинн положил револьвер в машину и подошел к нему. Это был худощавый, невысокий человек с тонким острым носом, делающим его похожим на крысу.
   – Что ты обо всем этом думаешь? – спросил Эдди с сомнением в голосе. – Жареным попахивает, а?
   Флинн пожал плечами:
   – Надо подумать.
   – Ты хочешь сказать, что тебе надо подумать, – фыркнул Эдди, – но у тебя мозгов на это может не хватить. Что может быть общего у этих салаг с такой роскошной телкой? Кто она?
   Флинн закурил сигарету. Неожиданная встреча не вызвала у него интереса – он вел машину от самого Питтсбурга и очень устал. Больше всего ему сейчас хотелось спать.
   Эдди продолжал:
   – У девчонки синяк на челюсти. Только не говори, что дешевка Райли ее похитил. У него на такое дело не хватит пороха. Пойду-ка я позвоню мамаше Гриссон.
   – О! Ради бога! – застонал Флинн. – Не знаю, как ты, а я должен сегодня ночью обязательно выспаться.
   Эдди не обратил внимания на его слова. Он подошел к пареньку-служащему, глаза которого округлились от страха.
   – Есть тут у вас телефон?
   Мальчишка провел его в конторку.
   – О’кей, парень, выйди-ка отсюда на минутку, – велел Эдди, садясь на стул. Оставшись один, он набрал номер и стал ждать. После паузы в трубке послышался голос Дока.
   – Я звоню с заправки неподалеку от Ла-Сигна. – Эдди старался говорить быстро и тихо. – Отсюда только что отъехал Райли со своей шайкой. У них там была девица – высший сорт, в этом-то все дело. Райли сказал, что она пьяна, но похоже, будто ее ударили в челюсть. По-моему, Райли ее похитил. Передай это Ма, ладно?
   – Подожди, – попросил Док. После небольшой паузы он снова взял трубку: – Ма интересуется, как она выглядела и во что была одета.
   – Она рыжая, – начал вспоминать Эдди. – Более чем симпатичная: красивее любой кинозвезды. Я такой красавицы никогда еще не видел. У нее тонкий аристократический нос и высокий лоб. Она одета в белое вечернее платье и черную накидку, видимо, стоит бешеных денег.
   Он нетерпеливо ждал, пока Док пересказывал все это мамаше Гриссон.
   – Ма думает, что это может быть дочка Блэндиша, – сказал Док, наконец взяв трубку. – Она вечером собиралась в «Голден слипперс», и на ней должно быть бриллиантовое ожерелье, подарок любящего папаши. Не может быть, чтобы Райли решился на такое дело, а?
   Эдди стал соображать.
   – Может, Ма и права. Думаю, на ней должны были быть какие-то драгоценности. Я видел в газетах фотографии дочки Блэндиша, и вроде бы она на нее похожа. Если Райли похитил эту богачку и бриллианты – он ухватил хороший куш.
   Неожиданно в трубке послушался грубый голос мамаши Гриссон:
   – Это ты, Эдди? Я немедленно пошлю ребят, встречай их на перекрестке у «Одинокого дерева». Раз Райли похитил дочку Блэндиша, он повезет ее к Джонни, больше некуда. Если это действительно она, забери ее.
   – Будет сделано, Ма, – обещал Эдди. – А как с Райли и его огольцами?
   – Что тебе все надо объяснять? – проворчала мамаша Гриссон. – Сам подумай. – И она повесила трубку.
   Эдди поспешил к «бьюику». Он дал доллар пареньку и сел в машину рядом с Флинном.
   – Поехали! – возбужденно крикнул он. – Ма посылает нам на помощь своих ребят. Она считает, что Райли похитил дочку Блэндиша!
   Флинн тяжело вздохнул:
   – Тут она загнула. Этим салагам никогда не хватит пороху на такое дело – похитить дочку Блэндиша! Так куда мы поедем?
   – На перекресток у «Одинокого дерева», затем к Джонни.
   – До свидания, теплая кроватка, – вздохнул Флинн. – Почти сто миль, будь оно все проклято. – И он вырулил на дорогу.
   – Когда-нибудь обязательно поспишь, – усмехнулся Эдди. – Я хочу еще разок взглянуть на эту девочку. Двигай вперед!
   Флинн до отказа нажал на педаль газа.
   – Тебе бы только о девках думать.
   – А о чем еще стоит думать? – расхохотался Эдди. – В этом мире всем движут только деньги и женщины.

4

   Старый Сэм старался хорошо вести машину. Он очень устал, но пытался это скрыть. В последнее время он беспокоился, что стал слишком стар и Райли не прочь от него избавиться. Бэйли и Райли то и дело посматривали в заднее окно, чтобы убедиться, что за ними нет погони. Они явно нервничали и вообще были сильно не в духе.
   Мисс Блэндиш забилась в угол, постаравшись отодвинуться от Райли как можно дальше. Девушка совершенно не представляла, где они находятся и куда едут. После того как она пришла в себя, с ней никто не заговаривал. А она ни о чем не спрашивала, чтобы лишний раз не привлекать к себе внимание. Она не сомневалась, что отец уже обратился в полицию и ее ищут. Наверняка их скоро найдут, но что с ней произойдет за это время? Именно это больше всего беспокоило ее и заставляло дрожать от страха. Она видела, что похитители чем-то напуганы. Особенно опасными казались те двое, что помоложе.
   Райли не переставал думать о встрече с бандитами Гриссона. Он не сомневался, что Эдди все расскажет мамаше Гриссон. Она самая хитрая и опасная в их банде и легко догадается, кто эта девчонка. И о бриллиантах старой лисе хорошо известно. Что она сделает? Может послать им вдогонку своих парней. Догадаются ли те, что Райли с компанией отправились к Джонни? Вряд ли. Джонни мало с кем общается. Для такой крупной банды, как гриссоновская, он слишком мелкая пташка.
   Надо им все провернуть побыстрее, твердил себе Райли. Необходимо поскорее связаться с Блэндишем и избавиться от девчонки. Чем раньше они вернут ему дочку и получат деньги – тем будет лучше.
   Старый Сэм свернул на проселочную дорогу и направил машину к месту обитания Джонни. Он сбавил скорость и, проехав с милю, приблизился к знакомой лачуге. Это было ветхое двухэтажное строение, скрытое деревьями. Дорожка между стволами вела прямо к двери.
   Машина остановилась, и Райли быстро выскочил из нее.
   – Посмотри, что там, – велел он Бэйли, не отходя от машины, затем достал револьвер и нервно огляделся по сторонам.
   Бэйли вышел из машины и постучал в дверь хибары.
   – Эй, Джонни! – крикнул он.
   Последовала пауза, затем дверь отворилась. Джонни удивленно посмотрел на них.
   Ему было около семидесяти. Этот высокий, жилистый старик с испитым лицом и мутными, водянистыми глазами когда-то, много лет назад, считался содержателем одного из лучших бандитских притонов, но теперь совсем спился, и дела его шли неважно.
   Джонни посмотрел на Бэйли, затем перевел взгляд на машину. Его глаза остановились на мисс Блэндиш.
   – В чем дело? – насторожился он. – У ребят проблемы? Это Бэйли, что ли?
   Бэйли попытался пройти в дом, но Джонни преградил ему дорогу.
   – Нам придется остановиться у тебя на несколько дней, Джонни, – пояснил Бэйли. – Впусти нас!
   – Кто эта девушка? – спросил Джонни, не двигаясь с места.
   Райли выволок мисс Блэндиш из машины и вместе со Старым Сэмом подошел поближе.
   – Ладно, Джонни, не валяй дурака, – разозлился Райли. – Давай пошевеливайся. Тебе за это обломится хороший кусок. Не держи нас на пороге.
   Джонни посторонился, и Райли втолкнул мисс Блэндиш в хибару, состоящую из двух жилых комнат на первом этаже и двух с внутренним балконом наверху.
   В помещении царили страшная грязь и беспорядок. Всю обстановку составляли стол и четыре ящика, служившие сиденьями, старая кухонная плита, фонарь на стене, радиоприемник на полке.
   Старый Сэм вошел последним. Он закрыл за собой дверь и прислонился к стене.
   Мисс Блэндиш бросилась к Джонни, схватив того за руку.
   – Пожалуйста, помогите мне, – умоляюще прошептала она, хотя запах перегара и застарелого пота, исходивший от Джонни, вызвал у девушки приступ тошноты. – Эти люди похитили меня. Мой отец…
   Райли оттащил ее в сторону.
   – Замолчи! – прикрикнул он. – Еще одно слово – и тебе не поздоровится!
   Джонни угрюмо взглянул на Райли.
   – Я не хочу ввязываться в историю с похищением, – неуверенно промолвил он.
   – Позвоните моему отцу… – продолжила было мисс Блэндиш, но Райли шагнул к ней и с силой ударил по лицу. Она вскрикнула и отпрянула назад.
   – Что, тебе не ясно? – закричал он. – Заткнись!
   Девушка прижала руку к щеке, ее глаза метали молнии.
   – Ты, скотина! – вскрикнула она. – Как ты смеешь прикасаться ко мне?
   – Я к тебе не только прикоснусь, а сделаю кое-что похлеще, если ты не заткнешься, – прорычал Райли. – Сиди смирно и молчи, пока я тебе еще раз не вмазал.
   Происходящее сильно встревожило Старого Сэма, он взял одну из коробок и поставил рядом с мисс Блэндиш.
   – Не волнуйтесь, мисс, – шепнул старик. – И не надо раздражать ребят.
   Мисс Блэндиш села на коробку и закрыла лицо руками.
   – Кто она? – спросил Джонни.
   – Дочка Блэндиша, – ответил Райли. – Она стоит кучу баксов, Джонни. И мы их все разделим между собой. Нам нужно всего три или четыре дня.
   Джонни удивленно вскинул на него глаза:
   – Блэндиш? Этот богач?
   – Он стоит миллионы. Как насчет хороших денежек, Джонни?
   – Ну… – Джонни почесал грязную голову. – Если только не больше четырех дней.
   – Где нам ее устроить? – спросил Райли. – Есть у тебя подходящая комната?
   Джонни показал на лестницу, ведущую к балкону перед комнатами на втором этаже.
   – Там, наверху.
   Райли повернулся к мисс Блэндиш:
   – Пошли со мной.
   – Делайте, что вам говорят, мисс, – посоветовал Старый Сэм. – Вам ведь не нужны лишние неприятности?
   Девушка поднялась на ноги и побрела к лестнице. Райли следовал за ней. С лестницы она посмотрела вниз на троих людей, те в свою очередь наблюдали за ней.
   Джонни незаметно приблизился к ружьям, стоявшим у входной двери.
   Райли открыл дверь комнаты, про которую говорил Джонни.
   – Входи!
   Она вошла в небольшую темную каморку, а вслед за ней проскользнул Райли. Он зажег масляный фонарь, подвешенный к потолку, и осмотрелся.
   Из-под кровати с грязным матрасом, но без белья высовывался заплесневелый кувшин с водой. На старом ящике пылилась оловянная миска. Через давно не мытые окна едва просачивался свет. В воздухе висела паутина, в комнате стоял затхлый запах давно не проветриваемого помещения.
   – Смена обстановки, – усмехнулся Райли, – поубавит тебе спеси. Сиди здесь и не рыпайся, не то я приду и успокою тебя.
   Мисс Блэндиш с ужасом увидела, что по стене ползет огромный паук.
   – Испугалась? – спросил Райли. Он снял паука со стены. Его мохнатые ножки судорожно задергались. – Давай я посажу его тебе за шиворот?
   Мисс Блэндиш в страхе отпрянула назад.
   – Веди себя хорошо, и с тобой ничего не произойдет, – хмыкнул Райли. – А если начнешь дергаться, сама потом пожалеешь. – С этими словами он раздавил паука пальцами. – Если не будешь вести себя как следует, с тобой случится то же самое. Сиди тихонько.
   Он вышел, захлопнув за собой дверь.
   Бэйли и Старый Сэм сидели на ящиках и курили. Райли присоединился к ним.
   – Как насчет того, чтобы подкрепиться, Джонни? – начал было он и вдруг словно окаменел.
   Джонни держал в руках ружье, направляя дуло на них. Райли потянулся за револьвером, но что-то во взгляде Джонни остановило его.
   – Не дергайся, Райли, – посоветовал Джонни. – Мое ружье разнесет тебя на куски.
   – В чем дело? – Райли почувствовал, что во рту у него пересохло.
   – Мне не нравятся эти дела, – отрезал Джонни. – Садись. Я хочу с тобой поговорить.
   Райли сел рядом с Бэйли.
   – Я слушал радио за полчаса до вашего приезда, – продолжил Джонни. – Кто из вас убил того парня?
   – Он, – указал Райли на Бэйли. – У него совсем крыша поехала.
   – Мне больше ничего не оставалось, – прорычал Бэйли. – Я должен был его пристрелить. Эта крыса оставила меня с ним один на один.
   – Да заткнись ты! – взорвался Райли. – Ну и что? Этого парня все равно уже не оживить, и на нас висит мокрое дело. Зато у нас есть девчонка. Если мы вытрясем денежки из ее папаши, нам не о чем беспокоиться.
   Джонни покачал головой. После некоторого колебания он опустил ружье.
   – Я вас знал еще совсем пацанами, – вздохнул он. – И никогда не думал, что вы пойдете на убийство. Мне это совсем не нравится – убийство и похищение. Когда этим займется ФБР, вам станет не до шуток. Вы окажетесь врагами всего общества, и даже гангстеры от вас отвернутся.
   – Твоя доля составит две сотни и еще пятьдесят кусков, – искушал Райли. – Это хорошие денежки, Джонни.
   – А сколько выпивки ты купишь, – встрял в разговор Бэйли. – Можешь утонуть в виски.
   Глаза Джонни заблестели.
   – На это никаких денег во всем мире не хватит.
   – Две сотни и пятьдесят тысяч, Джонни, – и все тебе.
   Джонни медленно отставил ружье в сторону. Райли и его дружки облегченно вздохнули, увидев, что Джонни достал оловянные кружки и бутыль из обожженной глины.
   – Выпить не хотите?
   – А что там у тебя? – с подозрением спросил Райли. – Сам делал?
   – Горючка что надо – высший сорт.
   Джонни разлил яблочный самогон по кружкам. Они выпили, Бэйли поперхнулся, а Райли и Старый Сэм влили жидкость себе прямо в горло.
   – Как насчет закуски, Джонни? – поинтересовался Старый Сэм, вытерев рукавом рот. – Я проголодался.
   – Возьмите сами, – отмахнулся Джонни. – Там, на плите.
   Старый Сэм направился к плите, а Бэйли сказал Райли:
   – Зря мы связались с девчонкой. Надо было ее там убить. Эдди все расскажет мамаше Гриссон, иона пошлет за нами Ловчилу.
   – Заткнись! – взъярился Райли.
   Джонни остановился как вкопанный.
   – Вы о чем? Ловчила? Что, и он тут? – спросил он обеспокоенно.
   – Он сам не знает, что несет, – прошипел Райли.
   – Я? – возмутился Бэйли. Он посмотрел на Джонни: – Мы встретили на дороге Эдди Шульца. Он видел девчонку и теперь все расскажет мамаше Гриссон.
   – Если этим займется Ловчила – я умываю руки, – предупредил Джонни, снова протягивая руку к ружью.
   Но Райли мгновенно вытащил револьвер 38-го калибра.
   – Не трогай ружье! Я не боюсь Ловчилу Гриссона. Ничего он нам не сделает.
   – Ловчила – дерьмо, – глухо произнес Джонни. – Я повидал немало таких парней. Я знаю, чего от них можно ждать. От Ловчилы Гриссона – ничего хорошего. Он ни перед чем не остановится.
   Райли облокотился о плиту.
   – Он, похоже, уже сделал тебе дырку в голове, – издевался он. – Ловчила просто идиот.
   – Может быть, но он убийца. Он работает ножом. Я не люблю парней, которые орудуют ножом.
   – Ладно, отдохни, – зевнул Райли. – Давайте лучше закусим.
   Старый Сэм разложил по тарелкам тушенку.
   – Пахнет, как дохлая кошка, – пробормотал он, повозив ложкой по тарелке. – Отнесу девчонке. Ей надо поесть.
   – Ей это вряд ли придется по вкусу, – усмехнулся Райли.
   – Все лучше, чем ничего, – возразил Старый Сэм.
   Он поднялся по лестнице и вошел в комнату мисс Блэндиш.
   Та рыдала, скрючившись на краешке кровати. Когда вошел Старый Сэм, девушка затравленно подняла на него глаза.
   – Вот, это тебе. – Он неуклюже протянул тарелку. – Тебе стоит поесть.
   Запах несвежей тушенки вызывал у мисс Блэндиш тошноту.
   – Нет, спасибо… Я не хочу.
   – Она немножко попахивает, – сказал Старый Сэм извиняющимся тоном, – но тебе надо подкрепиться. – Он поставил тарелку на ящик, потом взглянул на грязный матрас и покачал головой. – Держу пари, ты к такому не привыкла. Попробую найти для тебя плед или что-нибудь вроде того.
   – Спасибо, вы так добры. – Она заколебалась, затем чуть слышно продолжила: – Вы не поможете мне? Если вы позвоните моему отцу и расскажете, где я, он вас хорошо вознаградит. Пожалуйста, не отказывайте мне.
   – Не могу, мисс. – Старый Сэм поспешил к двери. – Я слишком стар для таких дел. Эти двое парней внизу – настоящие отморозки, и я не в силах что-нибудь для вас сделать. – Он вышел, прикрыв за собой дверь.
   Райли и Бэйли ели тушенку, и Старый Сэм присоединился к ним. Когда трапезу закончили, Райли встал.
   – Худшей гадости никогда не ел, – поморщился он и посмотрел на часы. Было пять минут десятого. – Надо мне позвонить Анне. Она беспокоится, не случилось ли что со мной.
   – Ты и себя похитил, – хихикнул Бэйли. – Ну, твоя Анна сейчас такое устроит! – Он поднялся и подошел к окну.
   Райли сказал телефонистке нужный номер. После паузы Анна сняла трубку.
   – Привет, беби! – крикнул он. – Это я, Фрэнки.
   – Фрэнки! – Анна закричала так, что все в комнате услышали ее голос. – Где ты болтаешься, ублюдок? Ты что задумал – удрать от меня? Как, ты думаешь, я провела эту ночь? Где ты? Что ты там делаешь? Если ты спишь с какой-то бабой, я тебя убью!
   Райли усмехнулся. Ему было приятно снова услышать Анну.
   – Не волнуйся, моя сладкая, – увещевал он. – Мне тут подвернулась работенка – круче не придумаешь, и у нас скоро появятся денежки. Скоро ты у меня нарядишься в меха, дорогая. Я тебе отвалю столько долларов и так тебя одену, что дамочки из Хаттона по сравнению с тобой покажутся кухарками. А сейчас слушай: я в хибаре у Джонни – рядом с перекрестком у «Одинокого дерева»…
   – Райли! – В голосе Бэйли звучала паника. – Они приехали! Две тачки – банда Гриссонов.
   Райли бросил трубку на рычаг и подскочил к окну.
   У их «линкольна» остановились две машины, из которых вылезла целая толпа. Приехавшие направились к дому. В одном из них Райли узнал верзилу Эдди Шульца.
   Он отшатнулся от окна.
   – Иди наверх и оставайся с девчонкой, – приказал он Джонни. – Следи, чтобы она даже не пискнула. Мы попробуем обвести их вокруг пальца. Быстро наверх!
   Он подтолкнул Джонни к лестнице, и они вместе ввалились в комнатку мисс Блэндиш. Та вскочила с кровати, увидев мужчин.
   – Там приехали парни, которые могут сильно навредить тебе, – сказал взмокший от страха Райли. – Если хочешь, чтобы с тобой ничего не случилось, сиди тихонько. Я попробую их обмануть. Ну а если они поднимутся сюда – начинай читать молитвы, надеяться тебе не на что.
   Ее сердце уколола иголка страха – не от этих слов, а от безумного ужаса, светившегося в глазах говорящего, и от его перекошенного лица.

5

   Но внимание Райли было приковано к Ловчиле Гриссону. Тот присел на краешек стола и опустил глаза вниз, разглядывая свои туфли. Он был высок, рыжие волосы подчеркивали его неестественную бледность. Всегда полуоткрытый рот и пустые, невыразительные глаза придавали ему немного глуповатый вид, но под этой маской скрывалась безжалостность настоящего отморозка.
   Прошлое Ловчилы Гриссона было типичным для патологического убийцы. Он валял дурака в школе, не проявляя ни малейшего интереса к книгам и учебе, зато рано полюбил денежки. У него рано обнаружились садистские наклонности, в детстве он убивал животных. Годам к восемнадцати у Ловчилы обнаружились признаки душевного нездоровья, затем у него совсем съехала крыша. Временами он казался нормальным, а временами – совсем идиотом.
   Его мать, мамаша Гриссон, не желала понимать, что с сынком что-то не то. Она устроила его в какую-то забегаловку мыть посуду. Там он познакомился со всякими спекулянтами. Парень видел, как они щеголяли оружием и пачками купюр. И он тоже приобрел себе револьвер. Его первое убийство было словно автоматическим. Потом Ловчила ударился в бега, и два года о нем никто ничего слышал. Затем он вернулся и стал хвастаться, как много людей убил за это время. Мамаша Гриссон смекнула, что сынок может стать главарем банды, и занялась устройством этого дела. Сперва она как следует обучила своего отпрыска, еще и еще раз обрисовывая тому все детали. Она учила его, как учат обезьянку разным фокусам. Он все схватывал на лету. Мамаша Гриссон сама нашла нескольких отморозков – кандидатов на вступление в банду. Флинн провел четыре года в тюрьме за ограбление банка. Эдди Шульц был телохранителем одного из боссов преступного мира. Уоппи умел быстро вскрывать сейфы, а Док Уильямс, человек в летах, раньше работал хирургом, но его давно выгнали с работы.
   И над ними она поставила своего сына. Все приняли его лидерство, хотя понимали, что в действительности заправилой является сама мамаша Гриссон, без помощи которой Ловчила ничего не мог делать.
   Райли эта компания повергла в ужас. Он вцепился руками в лацканы своего пиджака, словно показывая, что не собирается оказывать сопротивления, и замер в ожидании.
   – Привет, Фрэнки, – подал голос Эдди. – Держу пари, не ожидал увидеть нас снова?
   Райли начал медленно спускаться по ступенькам, не сводя глаз с наблюдавших за ним людей.
   – Привет, – поздоровался он без особой радости в голосе. – Угадал, не думал, что мы встретимся так скоро.
   Он встал рядом с Бэйли, который быстро отвел глаза.
   – А где тот прекрасный птенчик, что был с вами? – поинтересовался Эдди.
   Райли изо всех сил старался выглядеть невозмутимым. Им удастся выпутаться из этого дерьма, только если он обманет приехавших головорезов, да так, что те ничего не заподозрят.
   – И вы сюда явились только затем, чтобы посмотреть на нее? – Он пытался говорить непринужденным тоном.
   – Но вы ведь не назначали ей свидания, верно? Так что зря старались. Девчонка нам надоела, и мы ее выгнали.
   Эдди бросил окурок на пол и затоптал его ногой.
   – Да что ты говоришь! А я так хотел еще разок взглянуть на нее. Кто она, Фрэнки?
   – Да мы подобрали ее на дороге, – пожал плечами Райли. – Кто ее знает?
   Его очень тревожило, что вся гриссоновская банда, за исключением Ловчилы, смотрит на него очень недобрыми, холодными глазами. Райли чувствовал, что они знают о его лжи. Только главарь, казалось, забыл о его существовании.
   – А не в «Голден слипперс» ты ее, случайно, подхватил, а?
   У Райли душа ушла в пятки.
   – Эту дешевку? У нее кишка тонка ходить в такие заведения. Мы прихватили ее у бара Иззи. Девка была так пьяна, что мы для смеха взяли ее с собой. – Райли попытался улыбнуться, но у него получилась лишь уродливая гримаса. – Но от нее не было никакого толку, и мы отправили ее домой.
   Эдди рассмеялся. Он явно получал удовольствие от происходящего.
   – Да? Тебе бы сценарии для кино писать, Фрэнки, – у тебя богатое воображение.
   В этот момент Ловчила начал медленно поднимать голову. Он посмотрел прямо в глаза Райли, и тот окаменел от этого взгляда.
   – А где Джонни? – поинтересовался Ловчила.
   – Наверху, – ответил Райли, чувствуя, как по его спине пробежал холодок.
   Ловчила неторопливо повернул голову к Эдди. Все его движения были словно замедленными.
   – Позови-ка его, – велел он.
   Дверь наверху распахнулась, на балкон вышел Джонни и оперся на перила. Все взгляды устремились на него.
   Джонни не хотел наживать врагов и боялся занимать чью-либо сторону. Он сохранял нейтралитет. Пока тот молчал, Райли выразительно посмотрел на него, но Джонни сделал вид, будто этого не заметил. Он глядел на Ловчилу.
   Тот почесал нос с одной стороны.
   – Привет, Джонни, – бросил он.
   – Привет, Ловчила. – Джонни держал руки на перилах так, чтобы это сразу бросалось в глаза.
   – Давненько не виделись, а? – Ловчила криво усмехнулся. Его руки все время двигались: он то потирал бедра, то трогал галстук, то расправлял что-то на костюме. Старик не мог оторвать взгляда от этих костлявых, жилистых, беспокойных рук. – А у меня новый нож, Джонни.
   Джонни переступил с ноги на ногу.
   – Повезло тебе. – Он тревожно посмотрел на Эдди.
   – Посмотри-ка, Джонни. – Ловчила повертел нож в руках.
   – Хорошо тебе, что поимел такой нож, – пробормотал Джонни.
   Ловчила кивнул:
   – Да, я знаю. Смотри, как сверкает. – Солнечные лучи, проникшие через грязные окна, отразились от лезвия ножа, и зайчики от них запрыгали на потолке. – И он очень острый, Джонни.
   Док Уильямс, который стоял за спиной Эдди, нервно покусывая сигару, выступил вперед.
   – Угомонись, Ловчила, – успокаивающе произнес он, чувствуя, что дело пахнет порохом.
   – Заткнись! – прикрикнул на него Ловчила, и его расслабленное лицо вдруг сделалось жестким. Потом он поднял глаза на словно оцепеневшего Джонни: – Давай спускайся.
   – Чего ты хочешь? – обеспокоенно спросил Джонни, не двигаясь с места.
   Ловчила воткнул нож в поверхность стола.
   – Спускайся вниз! – Он слегка повысил голос.
   Док сделал знак Эдди, и тот посоветовал:
   – Оставь его в покое, Ловчила. Он хороший парень и нам не враг.
   Ловчила перевел взгляд на Райли:
   – А он не такой хороший парень, а?
   У Райли подогнулись колени, по его лицу заструился пот.
   – Перестань, Джонни, – грубо оборвал его Эдди. – Убери свой нож. Я сам поговорю с Джонни.
   Эдди был единственным членом банды, который мог остановить Ловчилу, когда того начинало заносить, но он прекрасно понимал, что имеет дело с непредсказуемым человеком. Когда-нибудь с ним не удастся справиться.
   Ловчила скривился, но нож убрал. Он посмотрел искоса на Эдди и снова принялся почесывать нос.
   – Мы интересуемся девчонкой, подружкой Райли, Джонни, – заявил Эдди. – Ты ее не видел?
   Джонни облизнул пересохшие губы. Ему хотелось пить. Но больше всего ему хотелось, чтобы все эти люди убрались из его дома.
   – А я и не знал, что она его подружка, – сообщил он, – но она здесь.
   Никто не пошевелился. Райли тяжело вздохнул, а Бэйли побледнел как полотно.
   – Давай на нее посмотрим, Джонни, – предложил Эдди.
   Джонни повернулся и открыл дверь. Он что-то сказал в темноту и посторонился. На балкон вышла мисс Блэндиш. Взоры всех присутствующих обратились на нее. Увидев собравшихся, она отпрянула и прижалась к стене.
   Внезапно Уоппи, Эдди и Флинн выхватили револьверы.
   – Заберите у них оружие, – бросил Ловчила, не отрывая взгляда от мисс Блэндиш.
   – Давай, Док, – велел Эдди. – Мы тебя прикроем.
   Док осторожно подошел к Бэйли и вытащил у него из кобуры револьвер. Тот даже не пошевелился, лишь судорожно сглотнул слюну. Потом Док забрал револьвер и у Райли. Старый Сэм неожиданно предпринял отчаянную попытку выхватить свой револьвер, но не успел. Уоппи прострелил ему голову. Пуля едва не обожгла Дока. Он отступил, что-то недовольно ворча под нос, в то время как Старый Сэм забился на полу.
   Райли и Бэйли словно окаменели. У них перехватило дыхание.
   Ловчила посмотрел на них, потом бросил на тело Старого Сэма голодный, волчий взгляд. Мисс Блэндиш вскрикнула, и Джонни поспешно втолкнул ее обратно в комнату.
   – Не надо тебе на это смотреть, – вздохнул он.
   Док и Уоппи вытащили тело Старого Сэма из дома и быстро вернулись.
   Эдди подошел к Райли и ткнул ему дулом револьвера в грудь.
   – Ну, приятель, – сказал он, тщательно выговаривая каждое слово, – комедия окончена. С вами все ясно. Давай колись. Кто эта девчонка?
   – Я не знаю, – похрипел Райли, трясясь от ужаса.
   – Зато мы знаем. – Эдди вцепился левой рукой в рубашку Райли и притянул того к себе. – Это дочка Блэндиша. Вы похитили ее и заодно бриллианты. Они у тебя, сосунок. Они сейчас с тобой. – Он залез к Райли в карман и вытащил ожерелье.
   Наступила тишина, все смотрели на ожерелье. Потом Эдди отпустил Райли.
   – Жаль мне вас, сосунки. – Эдди вздохнул так, будто ему было действительно их жаль. – Ваша песенка спета.
   Он подошел к Ловчиле и отдал ему ожерелье.
   Ловчила поднес ожерелье к свету и оцепенел от изумления.
   – Смотри-ка, Док, – выговорил он. – Ничего вещичка? Гляди, как сверкает. Словно звезды на черном небе.
   – Стоит целое состояние, – кивнул Док, любуясь ожерельем.
   Ловчила поднял глаза на дверь в комнату наверху.
   – Давай ее сюда, Эдди, – приказал он. – Я хочу с ней поговорить.
   Эдди посмотрел на Дока, тот покачал головой.
   – А как насчет этих ребят, Ловчила? – спросил Эдди. – Нам пора возвращаться к Ма. Она нас ждет.
   Ловчила продолжал разглядывать ожерелье.
   – Давай ее сюда, Эдди, – повторил он.
   Эдди пожал плечами и поднялся по лестнице. Джонни даже не поднял глаз, когда тот проходил мимо. Мисс Блэндиш забилась в угол. Она вся дрожала. Когда вошел Эдди, девушка поднесла руку ко рту и осмотрелась в поисках пути к бегству.
   Эдди почувствовал жалость. Он подумал, что, даже такая запуганная, она красивее всех, кого ему когда-либо доводилось видеть.
   – Не бойся меня, – улыбнулся он. – Тебя хочет видеть Ловчила. А теперь слушай, детка. Ловчила не только крутой, у него не все в порядке с головой. Если ты сделаешь все, что он тебе велит, с тобой ничего не случится. Не зли его. Он опасен, как змея, знай это. Пошевеливайся – он ждет.
   Мисс Блэндиш отступила. Глаза ее расширились от ужаса.
   – Не заставляйте меня спускаться туда, – взмолилась она. – Я больше не могу это выносить. Пожалуйста, позвольте мне остаться здесь.
   Эдди мягко взял ее за руку.
   – Я буду рядом, – обещал он. – Нам надо идти. Все будет о’кей. Если он что-нибудь выкинет, я его остановлю. Давай пойдем, детка.
   И он повел ее вниз по лестнице.
   Когда девушка спустилась, Ловчила осмотрел ее.
   – Прямо как с картины сошла, не так ли? – пробормотал он, обращаясь к Доку. – Смотри, какие у нее волосы.
   Док забеспокоился. Он еще никогда не видел Ловчилу таким возбужденным. Обычно он избегал женщин.
   Эдди подвел мисс Блэндиш прямо к Ловчиле, сам отступил и стал наблюдать за происходящим. Все смотрели на девушку.
   Мисс Блэндиш в ужасе рассматривала Ловчилу, который, склонив голову набок, улыбался ей, сверкая желтыми глазами.
   – Я – Гриссон, – представился он. – Но ты можешь звать меня Ловчилой. – Бандит потер большим пальцем нос с одной стороны. – Это твои бриллианты, да? – Он протянул ей бриллианты.
   Мисс Блэндиш кивнула. В этом мужчине было что-то такое отталкивающее и страшное, что ей хотелось кричать.
   Ловчила щелкнул пальцем по бриллиантам.
   – Такие же симпатичные, как и ты.
   Ловчила спрятал ожерелье. Как только он двинулся с места, мисс Блэндиш вздрогнула и отпрянула.
   – Я не причиню тебе вреда. – Ловчила тряхнул головой. – Ты мне нравишься. Возьми эти камушки. Они твои. Надень ожерелье, я хочу посмотреть, как ты выглядишь в нем.
   Эдди прервал его:
   – Ладно, Ловчила, хватит. Это ожерелье принадлежит всем нам.
   Ловчила хихикнул и подмигнул мисс Блэндиш:
   – Слышишь, что он несет? Но у него не хватит пороху забрать его у меня. Он боится, они все боятся меня. – Он снова вытащил ожерелье. – На, возьми его. Позволь мне увидеть его на тебе.
   Медленно, словно загипнотизированная, мисс Блэндиш взяла ожерелье. При прикосновении к бриллиантам ее словно ударило током. Она отбросила бриллианты и кинулась к лестнице, где стоял Джонни.
   – Выпустите меня отсюда! – отчаянно закричала девушка. – Я больше не могу! Не позволяйте ему приближаться ко мне!
   Ее вопль испугал Ловчилу. Он вздрогнул, и в его руке снова оказался нож. Из слюнявого идиота он вдруг превратился в безжалостного убийцу. Гриссон немного опустил голову и посмотрел на своих приятелей.
   – Какого черта вы ждете? – закричал он. – Уберите их отсюда! Живо! Тащите их наружу – вон из дома!
   Уоппи и Флинн схватили Райли и Бэйли и выволокли их наружу.
   Ловчила повернулся к Доку:
   – Привяжи их к дереву!
   Побледневший Док нашел в углу кусок веревки подходящей длины и, прихватив его, вышел за Уоппи и Флинном.
   Ловчила, в желтых глазах которого поблескивали огоньки, посмотрел на Эдди:
   – Присмотри за ней. Не дай ей убежать.
   Он поднял ожерелье, сунул его в карман и вышел наружу. Его трясло от возбуждения при мысли о предстоящем убийстве.
   Он слышал, как Райли что-то истерически бормочет. Его смертельно бледное лицо перекосила гримаса ужаса.
   Бэйли шел молча. Он тоже был испуган, но в его глазах посверкивали опасные огоньки.
   Они добрались до небольшой прогалины между деревьями и, поняв, что это самое удобное место для предстоящей экзекуции, остановились.
   Ловчила указал на подходящие деревья.
   – Привяжите их сюда, – велел он.
   Пока Флинн держал Бэйли, Уоппи привязывал Райли к стволу веревкой, найденной Доком. Райли не предпринимал никаких попыток освободиться, он просто оцепенел от ужаса. Уоппи повернулся к Бэйли.
   – Вставай у того дерева, – приказал он.
   Бэйли неторопливо подошел к дереву и встал спиной к стволу. Но когда Уоппи подошел, Бэйли нанес ему резкий неожиданный удар в пах своим ботинком и спрятался за дерево, так что оно прикрыло его от револьвера Флинна.
   Ловчилу это сильно взволновало.
   – Не стреляйте! – крикнул он. – Я хочу поговорить с ним живым!
   Уоппи рухнул на траву, стараясь восстановить дыхание. Никому до него не было дела. Док отступил за кусты, он выглядел очень усталым. Все это начинало ему надоедать.
   Флинн начал медленно обходить дерево, в то время как Ловчила оставался неподвижным, поигрывая сверкающим на солнце ножом.
   Бэйли торопливо осмотрелся в поисках пути к спасению. За его спиной начинался густой лес, прямо перед ним – медленно приближающийся Флинн, слева с ножом в руке затаился Ловчила. Справа оставалось свободное пространство, это был единственный шанс сохранить жизнь. Он бросился в ту сторону, но Флинн оказался ближе, чем он думал. Он нанес Флинну удар, но тот увернулся – его кулак лишь скользнул по голове противника, и Бэйли потерял опору. Флинн вцепился в него.
   С минуту они боролись. Затем Бэйли, который оказался сильнее, высвободился. Он ударил Флинна в челюсть, и тот сполз на землю.
   Бэйли вскочил.
   Ловчила не двигался. Он стоял молча, его худое тело напряглось, рот приоткрылся, а пальцы держали нож. Уоппи все еще валялся в ауте. Бэйли вдруг осенило, что остался один Ловчила. Дока можно было не считать. Если он сейчас справится с Ловчилой, они с Райли застанут врасплох Эдди. Риск большой, но другого выхода не оставалось. Он двинулся к Ловчиле, который поджидал его, посверкивая желтыми глазами.
   Затем Бэйли вдруг увидел усмешку Ловчилы. Маска идиота слетела, перед ним стоял убийца. Бэйли успел осознать, что от смерти его отделяют лишь несколько ударов сердца. Никогда раньше он не ощущал такого страха. И он замер, словно загипнотизированный удавом кролик.
   В воздухе просвистел нож и вонзился в неподвижного человека. Удар пришелся в горло.
   Ловчила стоял над Бэйли, наблюдая в экстазе, как тот умирает. Гриссон всегда наслаждался, когда совершал убийство.
   Уоппи сел, его лицо казалось пепельно-бледным. Он начал медленно приходить в себя. Флинн, все еще лежа на спине, начал шевелиться, на челюсти его проявлялся свежий синяк. Док отвернулся, он не был таким жестоким, как остальные.
   Ловчила взглянул на Райли, который закрыл глаза и застонал от ужаса. Убийца вытер нож, воткнув лезвие в землю. Затем выпрямился.
   – Райли… – тихо позвал он.
   Райли открыл глаза.
   – Не убивай меня, Ловчила, – взмолился он. – Отпусти меня! Не убивай меня!
   Ловчила усмехнулся. Затем он медленно двинулся по дорожке солнечного света к привязанному к дереву беспомощному человеку.

Глава 2

1

   Мамаша Гриссон сидела в кресле, рассматривая мисс Блэндиш. Перед отъездом от Джонни Эдди позвонил ей, сказав, что они уже трогаются в путь. У нее было время прикинуть, что это похищение может принести ее банде. Они не проворачивали больших денежных дел, но в целом жили неплохо, в преступном мире слыли твердыми середнячками. А теперь, благодаря этой худенькой рыжеволосой девчонке, они могут стать самой богатой, самой сильной и самой влиятельной бандой в Канзас-Сити.
   Мамаша Гриссон была болезненно полной женщиной, из нее все буквально выпирало. По обеим сторонам дряблого подбородка свисали отвратительные складки, а жесткие вьющиеся волосы она красила в тускло-черный цвет. Заплывшие маленькие глазки чуть поблескивали и казались невыразительными, как дешевая бижутерия, украшавшая ее большую бесформенную грудь. Сейчас она надела грязное платье кремового цвета. Ее толстые руки, покрытые прожилками вен, выползали из рукавов словно тесто, которое продавливают через сито. Однако физически она превосходила силой многих мужчин. В целом это была отвратительная старуха, которую боялись все члены банды, включая Ловчилу.
   Развалившаяся в кресле напротив мисс Блэндиш старая женщина шокировала девушку так, что у бедняжки перехватило дыхание.
   Эдди успокаивающе положил руку на плечо девушки.
   – Ну вот, Ма, – сообщил он, – доставили ее в соответствии с твоими инструкциями. Встречай мисс Блэндиш.
   Мамаша Гриссон подалась вперед. Ее пристально смотревшие глаза-бусинки повергли мисс Блэндиш в трепет.
   Мамаша Гриссон не любила много говорить и болтунов тоже терпеть не могла. Она обходилась одним словом, когда другому надо было произнести десять. Но здесь был особый случай, и она сочла необходимым произнести целую речь.
   – Слушай меня, – процедила она. – Может быть, ты и дочка Блэндиша, но для меня ты – никто. Ты останешься тут, пока твой старик тебя не выкупит. Только от него зависит, сколько ты проторчишь у нас. А пока ты здесь, веди себя как следует. Если будешь паинькой, никто тебя не тронет, а если вздумаешь бузить, придется иметь дело со мной, я тебе обещаю. Пожалеешь, если ослушаешься. Поняла?
   Мисс Блэндиш посмотрела на нее так, будто не могла поверить, что такая ужасная женщина действительно существует.
   – Такты поняла? – переспросила мамаша Гриссон.
   Эдди подтолкнул мисс Блэндиш.
   – Да, – прошептала та.
   – Отведи ее в верхнюю комнату, – велела мамаша Гриссон Эдди. – Там все для нее приготовлено. Запри ее и возвращайся назад. Мне надо с тобой поговорить.
   Эдди проводил мисс Блэндиш в отведенную ей комнату. Когда они поднимались по лестнице, он предупредил:
   – Эта старуха не такая уж дура, девочка. Она еще поопаснее Ловчилы, так что будь с ней поосторожнее.
   Мисс Блэндиш промолчала. Она казалась запуганной и подавленной.
   Несколькими минутами позже Эдди присоединился к Доку и Флинну, которые уже ждали в комнате мамаши Гриссон. Уоппи послали в город за новостями.
   Эдди плеснул себе виски и сел в кресло.
   – А где Ловчила, Ма? – поинтересовался он.
   – Пошел спать, – отрезала она. – И никогда не беспокойся о нем. Я хочу поговорить с тобой и с Флинном. Вы слышали, что я говорила девчонке о неприятностях, которые могут ее ждать? То же относится и к вам. Эта девочка очень красивая, но вы ничего такого в голову не берите – ни ты, ни Уоппи. Если я увижу, что кто-то из вас к ней пристает, вы об этом пожалеете. Из-за женщин пострадали многие гангстеры. И я не хочу, чтобы вы из-за нее перегрызли друг другу горло. Она должна оставаться сама по себе. Поняли?
   Эдди зло усмехнулся:
   – Это и к Ловчиле относится?
   – Ему нет дела до женщин, – отмахнулась мамаша Гриссон, глядя на Эдди. – У него для этого слишком хорошо варит котелок. А ты больше думай о работе и поменьше о всяких дешевых шлюхах, тебе же будет лучше. Это и к Уоппи относится, и к тебе. – Она взглянула на Флинна, и тот беспокойно заерзал. – Поняли? Вы должны оставить девчонку в покое.
   – Я не глухой, – угрюмо буркнул Флинн.
   – А ты, Эдди?
   – Я все понимаю с первого раза, Ма.
   – О’кей. – Мамаша Гриссон достала сигарету и закурила. – Эта девочка принесет нам миллион. Ее похитили сегодня ночью. Сейчас папаша Блэндиш уже поднял на ноги полицию, а те вызвали ФБР. Нам надо связаться с Блэндишем и приказать ему, чтобы он отозвал всю эту свору и приготовил миллион долларов старыми купюрами. С ним не должно возникнуть никаких проблем. У него есть деньги, и он хочет получить назад свою дочь. – Она обратилась к Эдди: – Отправляйся в город и позвони Блэндишу. Скажи, что он получит дальнейшие инструкции, как только приготовит деньги для передачи. Предупреди, что, если он вздумает с нами шутки шутить, его дочка погибнет. Да что тебе говорить – ты и сам сообразишь, что делать.
   – Конечно, Ма, – заверил Эдди.
   – Тогда отправляйся.
   Поднявшись, Эдди спросил:
   – А как ты собираешься делить добычу, Ма? Это я нашел девчонку. И я должен получить долю побольше.
   – У нас пока еще ничего нет, – зло парировала мамаша Гриссон. – Поговорим, когда деньги окажутся у нас.
   – А как насчет меня? – вскинулся Флинн. – Я тоже был там.
   – Да? – спросил Эдди. – Если бы я все это не раскрутил, вы все бы сейчас спали сладким сном.
   – Заткнись! – прорычала мамаша Гриссон. – Убирайся!
   Эдди заколебался, но, встретив ее выразительный взгляд, пожал плечами и вышел из комнаты. Они услышали, как он запустил двигатель «бьюика» и отъехал.
   – Ну а теперь с тобой, – повернулась мамаша Гриссон к Флинну. – Кому известно, что стало с Райли и его дружками и что случилось этой ночью?
   Флинн почесал голову:
   – Ну, Джонни, конечно. Он все видел и знает, что мы забрали девчонку, но с Джонни все о’кей. Он зароет тех троих и уберет с дороги их машину. Нам надо будет что-то для него сделать, Ма. Райли обещал ему четверть. Старик надеется, что и мы его не забудем.
   – Мы его отблагодарим, – кивнула мамаша Гриссон. – А кто еще?
   – На заправке был парень. Он видел, как Эдди разговаривал с Райли. Думаю, он видел и что у меня есть револьвер. Может быть, он даже заметил девчонку.
   – Больше никто?
   – Нет.
   – Мы не должны упускать ни одного шанса. Займись этим парнем с заправки. Он может наболтать лишнего. Давай действуй.
   Когда Флинн ушел, мамаша Гриссон устроилась поудобнее в кресле. Ее беспокоило, что Док Уильямс все время ходит туда-сюда по комнате и вообще ведет себя как-то странно. Она вопросительно взглянула на него. Старуха относилась к нему немного иначе, чем к остальным членам банды. Док был образованным человеком, и она его уважала.
   Она знала, что несколько лет назад Док слыл первоклассным хирургом. Потом он женился на женщине двадцатью годами младше, а та в один прекрасный день взяла да и сбежала с его шофером, вот он и пристрастился к бутылке. Несколько месяцев спустя он делал операцию на головном мозге, будучи подшофе, и его пациент умер. Дока обвинили в убийстве и посадили на пять лет, одновременно лишив лицензии. Флинн встретил его в тюрьме и, когда они вышли на волю, познакомил с мамашей Гриссон. Она оказалась достаточно сообразительной, чтобы понять, какой полезной для банды будет помощь опытного хирурга. С того времени у мамаши не болела голова, если кто-то из ее ребят получал ранение. Она исправно снабжала Дока ликером, а он лечил ее парней.
   – Если все сделать толком, – рассуждала мамаша Гриссон, – нам ничто не угрожает. Надо распустить слух, что девчонку похитил Райли. Рано или поздно это дойдет идо копов. Они начнут его искать и, когда обнаружат, что он пропал, сделают вывод, что похититель именно он. – Она улыбнулась, обнажив большие гнилые зубы. – Так что, пока копы разыскивают Райли вместе с девчонкой, решив, что те где-то скрываются, мы будем в безопасности.
   Док сел и закурил сигару. Все его движения были неторопливыми, но испитое, в красных прожилках лицо казалось обеспокоенным.
   – Мне не нравятся похищения, – признался он. – Это опасный и жестокий бизнес. Жаль девочку и ее отца. Мне все это не по душе.
   Мамаша Гриссон улыбнулась. В банде только Доку разрешалось высказывать свое мнение и давать советы. Мамаша Гриссон редко следовала этим советам, но ей нравилось их выслушивать. Именно с Доком она любила побеседовать, когда ей становилось одиноко, а иногда он говорил дело.
   – Ты старый дурак и рохля, – презрительно фыркнула она. – Эта девица до сегодняшнего дня жила как у Христа за пазухой, у нее все было. Пусть теперь немного помучается. Ее папаша стоит миллионы, так пусть он тоже немного пострадает. Мы-то с тобой достаточно вытерпели. Страдания делают людей лучше.
   – Пожалуй, – согласился Док и налил себе новую порцию. – Но она слишком молода и симпатична, и это слишком тяжело для нее. А не вернуть ли тебе ее отцу?
   – Нет, даже не подумаю. Пусть сначала заплатят. Да и она слишком много знает.
   Док стоял на своем:
   – Мне это по-прежнему не нравится, но, боюсь, это не мое дело. – Он опустошил рюмку и наполнил ее снова. – Это очень серьезное дело, Ма. Я такие не люблю.
   – Зато ты любишь денежки, когда получаешь свою долю, – цинично парировала мамаша Гриссон.
   Док вертел в руках свою рюмку:
   – Деньги уже давно меня совсем не интересуют. Но вот что я тебе хочу сказать. Ловчила как-то странно держится с девчонкой… очень странно.
   Мамаша Гриссон пристально посмотрела на него:
   – Что ты этим хочешь сказать?
   – Мне всегда казалось, будто Ловчила не интересуется женщинами. Он и сам так говорил, правда?
   – Да, и меня это радует, – заявила мамаша Гриссон. – У меня и без того с ним достаточно проблем.
   – А этой девочкой он заинтересовался, – промолвил Док. – Я никогда не видел, чтобы он так разговаривал, как с ней тогда. Мне очень жаль, Ма, но я уверен, что теперь у нас с ним появятся именно эти проблемы.
   Мамаша Гриссон насупилась, сверкнув глазами:
   – Ты все это не выдумал, а?
   – Нет. Когда ты увидишь их рядом, то поймешь, что все именно так и обстоит. Он хотел отдать ей бриллианты. Они же у него, забыла?
   – Я ничего не забыла, – жестко сказала мамаша Гриссон. – Он отдаст их мне, когда я велю. Так он что, правда втюрился в девчонку?
   – Не сомневаюсь.
   – Я этого не допущу! – вспылила мамаша Гриссон. – Не хочу, чтобы у меня в доме начались проблемы из-за женщин!
   – Не будь такой самоуверенной, – серьезно посоветовал Док. – Ловчила очень опасен. Он может пойти и против тебя. Твоя проблема в том, что ты никак не хочешь признать, что он не вполне нормален…
   – Заткнись! – прорычала мамаша Гриссон: это было ее самое больное место. – Не хочу слышать эту ерунду. С Ловчилой все в порядке, и он меня слушает. Не вмешивайся в дела моего сына!
   Док пожал плечами и отхлебнул виски. Лицо старика раскраснелось – ему теперь требовалось совсем немного выпить, чтобы опьянеть.
   – Не пытайся доказать, что тебя это не встревожило.
   – Я хочу, чтобы ты сочинил письмо Блэндишу. – Мамаша Гриссон решила поменять тему разговора. – Завтра мы его отошлем. Напиши, чтобы деньги положили в белый саквояж. Послезавтра он должен поместить объявление о продаже нескольких бочек белой краски в газете «Трибюн». Тогда мы узнаем, что деньги приготовлены. Предупреди его, что случится с девчонкой, если он поведет двойную игру.
   – Хорошо, Ма, – кивнул Док и, захватив рюмку, вышел из комнаты.
   Старуха некоторое время размышляла. То, что сказал Док, сильно ее встревожило. Если Ловчила втрескался в девчонку, то чем скорее они с ней покончат, тем лучше. Она старалась убедить себя, что Док преувеличивает: Ловчила всегда сторонился женщин. Она сама его вырастила и была уверена, что у парня даже нет сексуального опыта.
   «Надо с ним поговорить и забрать ожерелье, – решила она. – Придется хорошенько подумать, как его продать. Может, бриллианты лучше до поры до времени попридержать? В ближайшие месяцы вокруг них будет жарче, чем в печке».
   Она поднялась в комнату Ловчилы.
   Тот лежал на кровати в рубашке и брюках. В его длинных пальцах сверкало ожерелье. Как только вошла мамаша Гриссон, ожерелье мгновенно исчезло, и вместо него в руке Ловчилы появился нож.
   Хотя он проделал это также стремительно, как обычно, мамаша Гриссон все заметила, но ничего не сказала.
   – Что ты разлегся? – недовольно поинтересовалась она, усаживаясь на кровати. – Устал или еще что?
   Ловчила хмуро посмотрел на нее: иногда мать раздражала его своими глупыми вопросами.
   – Да, я устал. Мне надоели все эти ваши дурацкие разговоры внизу.
   – Ты должен поблагодарить меня за все мои советы, – рассердилась мамаша Гриссон. – Мы должны стать богатыми, Ловчила. Эта девчонка принесет нам всем по хорошему куску.
   Лицо Ловчилы просветлело, и его злость как рукой сняло.
   – А где она, Ма?
   Мамаша Гриссон пристально посмотрела на него. Она никогда прежде не видела у сына такого выражения лица и теперь напряглась, поняв, что Док не ошибся. Этот дурачок, похоже, и правда влюбился по уши. Ей трудно было в это поверить.
   – Заперта в передней комнате, – отрезала мамаша Гриссон.
   Ловчила перевернулся на спину и уставился в потолок.
   – Она очень симпатичная, правда, Ма? – Он глупо улыбнулся. – Я никогда прежде не встречал таких девушек. Ты видела ее волосы?
   – Симпатичная? – прошипела мамаша Гриссон. – А тебе какое дело? Она такая же, как и все.
   Ловчила повернул голову и недоуменно взглянул на нее.
   – Ты правда так думаешь? – удивился он. – У тебя глаза есть? Что с тобой случилось? Я всегда считал, что ты неплохо все понимаешь. Она красавица. Этого не видит только слепой. – Он провел рукой по своим засаленным длинным волосам. – Она точно с картины сошла. Я хочу, чтобы она жила здесь, Ма. Мы ведь не должны возвращать ее, а? Мы получим деньги, и она останется со мной. У меня никогда не было девушки. Она станет моей девушкой.
   – Да? – взвизгнула мамаша Гриссон. – Соображаешь, что ты несешь? Посмотри на свою грязную рубаху и жирные руки! Как, ты думаешь, эта спесивая сучка будет на тебя смотреть?
   Ловчила взглянул на свои руки. Вдруг он понял, на кого в самом деле похож.
   – Думаю, мне надо помыться, – сказал он так, будто такая мысль впервые пришла ему в голову. – Я могу надеть чистую рубаху.
   – Некогда мне тут с тобой о всякой ерунде болтать, – оборвала его мамаша Гриссон. – Мне нужно ожерелье.
   Ловчила взглянул на мать краешком глаза. Затем он достал из кармана ожерелье и отложил его в сторону так, чтобы мамаша Гриссон не смогла дотянуться до бриллиантов. На его лице появилось хитрое выражение, которое мамаше Гриссон очень не понравилось.
   – Красивое, не так ли? – издевательски спросил он. – Но оно не твое. Оно останется у меня. Я знаю: если ты его заберешь, то сразу продашь. Ты только об этом и думаешь – о деньгах. А я хочу вернуть ожерелье. Оно принадлежит ей.
   Мамаша Гриссон все сильнее выходила из себя.
   – Отдай мне ожерелье! – раздраженно крикнула она.
   Ловчила соскользнул с кровати и встал перед матерью, в глазах его плясали злые огоньки.
   – Оно будет храниться у меня.
   Такого с мамашей Гриссон не случалось еще никогда. В первый момент она была так ошарашена, что не знала, как поступить, но затем собралась с духом и стала наступать на Ловчилу, размахивая перед его носом огромными кулаками.
   – Чертово ожерелье! Давай его сюда, пока я тебе хорошенько не всыпала! – в бешенстве закричала она, и ее лицо покрылось пятнами.
   – Отвали! – В его руках вдруг заиграл нож. Он пригнулся, словно для броска, пристально глядя на мать. – Отвали!
   Мамаша Гриссон встала как вкопанная. Увидев это яростное худое лицо и сверкающие желтые глаза, она вспомнила предупреждение Дока. Старуха почувствовала, как по ее спине пробежал холодок.
   – Положи нож, Ловчила, – тихо попросила она. – Ты соображаешь, что делаешь?
   Ловчила изучающе посмотрел на нее и недобро усмехнулся:
   – Испугалась, правда, Ма? Вижу, что испугалась. Ты тоже, как все, боишься меня.
   – Не неси чепухи, – возмутилась мамаша Гриссон. – Ты мой сын. С какой стати я буду тебя бояться? А теперь успокойся и отдай мне ожерелье.
   

notes

Примечания

1

2

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →