Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Обычным простым карандашом можно написать 45 000 слов или прочертить линию длиной 35 миль.

Еще   [X]

 0 

Акционерные общества и акционеры: корпоративные и обязательственные правоотношения. Учебное пособие (Сердюк Елена)

Учебное пособие представляет собой научное исследование правоотношений, возникающих между акционерными обществами и акционерами.

В исследовании предлагаются новые научные понятия, развивающие представление о динамике рассматриваемых правоотношений, их классификация, раскрывается сущность корпоративных правоотношений, выявляются характерные для указанных правоотношений особенности, выдвигаются новые суждения по дискуссионным вопросам, а также предложения по совершенствованию действующего законодательства.

Издание рассчитано, прежде всего, на специалистов в области акционерного права. Вместе с тем оно будет полезно акционерам и руководителям акционерных обществ, студентам, аспирантам и преподавателям юридических вузов.

Год издания: 2005

Цена: 119 руб.



С книгой «Акционерные общества и акционеры: корпоративные и обязательственные правоотношения. Учебное пособие» также читают:

Предпросмотр книги «Акционерные общества и акционеры: корпоративные и обязательственные правоотношения. Учебное пособие»

Акционерные общества и акционеры: корпоративные и обязательственные правоотношения. Учебное пособие

   Учебное пособие представляет собой научное исследование правоотношений, возникающих между акционерными обществами и акционерами.
   В исследовании предлагаются новые научные понятия, развивающие представление о динамике рассматриваемых правоотношений, их классификация, раскрывается сущность корпоративных правоотношений, выявляются характерные для указанных правоотношений особенности, выдвигаются новые суждения по дискуссионным вопросам, а также предложения по совершенствованию действующего законодательства.
   Издание рассчитано, прежде всего, на специалистов в области акционерного права. Вместе с тем оно будет полезно акционерам и руководителям акционерных обществ, студентам, аспирантам и преподавателям юридических вузов.


Е.Б. Сердюк Акционерные общества и акционеры. Корпоративные и обязательственные правоотношения: учебное пособие

   © Сердюк Е.Б., 2005
   © Оформление. ИД «Юриспруденция», 2005

Введение

   Прежде всего, необходимо отметить, что такая форма ведения предпринимательской деятельности позволяет привлекать значительные финансовые ресурсы в уставный капитал акционерного общества. Кроме того, акционерное общество обладает повышенной способностью аккумулировать денежные средства и иное имущество в уставный капитал уже после его формирования путем осуществления дополнительных выпусков акций.
   При этом для отдельных акционеров очень привлекательной является возможность фактически распоряжаться привлеченными средствами и осуществлять контроль (иногда полный контроль) за деятельностью общества, владея определенным пакетом акций. Сам же акционер несет ограниченную ответственность по долгам общества в пределах стоимости его акций.
   Кроме того, помимо участия в управлении обществом, нередко определяющим образом, к факторам, способствующим участию в акционерных обществах, относится возможность получения дивидендов по акциям. Акции, к тому же, как правило, обладают достаточной ликвидностью, что обусловливает легкость для акционеров выхода из общества. В случае же увеличения их курсовой стоимости, совершение сделок по отчуждению акций может являться дополнительным источником дохода.
   Однако указанные факторы, обусловливая широкое распространение акционерных обществ как формы ведения предпринимательской деятельности, привлекают и недобросовестных лиц, стремящихся к различного рода злоупотреблениям с целью извлечения прибыли из учреждения акционерных обществ. Как известно, именно в форме акционерных обществ функционировали так называемые финансовые пирамиды, повлекшие обман множества акционеров. Поэтому правовое регулирование создания и деятельности акционерных обществ нуждается в детальной регламентации, направленной на недопущение подобных ситуаций.
   В последние годы прослеживается четкая тенденция к совершенствованию законодательства об акционерных обществах, и это позволяет надеяться, что правовой механизм осуществления прав акционеров получит свое дальнейшее развитие.
   В содержание исследуемых отношений входят важнейшие права акционеров: право на участие в общем собрании, на получение дивиденда, ликвидационной квоты, право на информацию, на контроль за деятельностью акционерного общества и другие.
   Таким образом, в рамках исследуемых отношений происходят взаимодействие акционерных обществ и их участников, реализация важнейших прав акционеров, вытекающих из их участия в акционерных обществах.
   Научная новизна представленного исследования проявляется во введении новых научных понятий, развивающих представление о динамике правоотношений между акционерными обществами и акционерами, о сущности корпоративных правоотношений, в классификации правоотношений, возникающих между акционерными обществами и акционерами, в выявлении присущих указанным правоотношениям особенностей, в выдвижении новых суждений по дискуссионным вопросам, а также предложений по совершенствованию действующего законодательства.

Глава 1. Общая характеристика правоотношений, возникающих между акционерными обществами и акционерами

§ 1. Возникновение правоотношений между акционерными обществами и их участниками. Акция как комплекс корпоративных и обязательственных прав акционера

   Федеральный Закон от 22 апреля 1996 г. 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» (далее Закон «О рынке ценных бумаг») в ст. 2 определяет акцию как эмиссионную ценную бумагу, закрепляющую права ее владельца (акционера) на получение части прибыли акционерного общества в виде дивидендов, на участие в управлении акционерным обществом и на часть имущества, остающегося после его ликвидации. Таким образом, законодатель понимает под акцией ценную бумагу и комплекс прав.
   В этом же Законе законодателем делается акцент именно на совокупности прав, закрепляемых акциями в частности, и ценными бумагами вообще. Так, в ст. 16 содержится следующая формулировка: «любые имущественные и неимущественные права, закрепленные в документарной или бездокументарной форме, независимо от их наименования, являются эмиссионными ценными бумагами, если условия их возникновения и обращения соответствуют совокупности признаков эмиссионной ценной бумаги, указанной в статье 2 настоящего Федерального закона». Статья 18 того же Закона носит название: «Форма удостоверения прав, составляющих эмиссионную ценную бумагу».
   Определение акции, выводимое из смысла п. 1 ст. 2 Федерального Закона от 26 декабря 1995 г. 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон «Об акционерных обществах») также имеет двойственный характер. С одной стороны, под акцией понимается доля, и совокупность этих долей составляет величину уставного капитала акционерного общества. С другой стороны, назначение акции – удостоверять права участников общества (акционеров) по отношению к обществу (причем права обязательственные).
   Таким образом, помимо того, что акция является, прежде всего, комплексом прав, затем – ценной бумагой, она также соответствует и доле участия акционера в уставном капитале акционерного общества. Д.В. Ломакин тоже характеризует акцию в трех значениях. Прежде всего, как ценную бумагу, затем как долю в акционерном капитале, отмечая, что именно такие смысловые значения имеет английский термин «share», используемый для обозначения акции. С английского языка слово «share» можно перевести и как доля, и как акция. В США термином «stock» обозначается как весь акционерный капитал в целом, так и его часть, именуемая акцией. Термин «акция» имеет еще одно значение. Часто весь комплекс прав, которым обладал акционер, именовался одним термином «право на участие в обществе» или «акционерное право», причем между этими понятиями и акцией ставился знак равенства. Таким образом, слово «акция» употребляется им также в трех значениях – как ценная бумага, как доля в уставном капитале и как комплекс прав.
   При этом, отмечает указанный автор, в акционерных обществах, где отсутствует эмиссия обособленных документов, об акциях можно говорить лишь как о части уставного капитала юридического лица и, с достаточной степенью условности, как о комплексе прав акционера, но не как о бездокументарной ценной бумаге.1
   Еще ранее Иосифом Брауде2 и П. Писемским были высказаны сходные взгляды. Указанные ученые определяли акцию через следующую триаду. «Во-первых, под акцией разумеется известная доля участия лица в предприятии; во-вторых, известная доля общественного капитала; в-третьих, документ, свидетельствующий об участии лица в компании».3
   П.Н. Гуссаковский понимал акцию как определенную долю капитала общества, дающую право лицу, внесшему эту часть общественного капитала, право акционера, то есть право на известное участие в управлении делами акционерного общества и право на получение дивиденда.4
   По мнению И.Т. Тарасова, «акция есть документ на участие в акционерном предприятии с определенной долей акционерного капитала, дающий определенные права и возлагающий определенные обязанности, составляющие содержание так называемого акционерного права».5
   Т.В. Кашанина считает, что акция – это ценная бумага, удостоверяющая право ее владельца на долю в собственных средствах акционерного общества, на получение дохода от его деятельности и, как правило, на участие в управлении этим обществом. Само слово акция (от лат. actio) означает распоряжение, позволение, претензия.6
   О.В. Белоусов выделяет две характеристики, присущие акции. Во-первых, акция может быть свидетельством того, что лицо является членом акционерного общества. Указанное членство понимается как совокупность прав и обязанностей акционера по отношению к акционерному обществу, а в закрытых акционерных обществах – также прав и обязанностей акционера по отношению к другим акционерам. Во-вторых, акция может обозначать долю участия акционера в акционерном обществе. Так, под разделением уставного капитала акционерного общества на акции понимается прежде всего то, что акция в данном случае выражает долю участия акционера в обществе.7
   Как точно подметил М.И. Кулагин, сущность акции нельзя раскрыть, сравнивая и выделяя общие черты акций, оставаясь на уровне юридического анализа, так как право не может быть понято из самого себя. Сущность акции может быть раскрыта лишь при анализе экономических отношений, что и проделал К. Маркс. С экономической точки зрения К. Маркс охарактеризовал акцию как титул собственности на прибавочную стоимость.8 При этом К. Маркс полагал, что стоимость акции «есть всегда капитализированный доход, то есть доход, исчисленный на иллюзорный капитал в соответствии с существующей процентной ставкой … Они (автор имеет в виду акции) становятся номинальными представителями несуществующего капитала. Ибо действительный капитал существует наряду с ним и, конечно, не переходит в другие руки от того, что эти дубликаты переходят из рук в руки. Они делаются формой капитала, приносящего проценты не только потому, что путем продажи за них можно получить обратно деньги как за капитальные стоимости… Величина их стоимости может повышаться и падать совершенно независимо от движения стоимости действительного капитала, титулом на который они являются».9
   Акции представляют собой титул собственности на действительный капитал фирмы, свидетельство на получение прибавочной стоимости, которую этот капитал приносит, отражение отношений, связанных с производством и распределением на конкретном предприятии.10
   Как считает Ю.И. Четверикова, акция выступает в качестве особой формы мобилизации средств. «С ее помощью в наибольшей мере достигается отделение титулов на доход от реального процесса производства. В то же время акция отражает движение реального капитала, фиктивного капитала и процесс присвоения результатов их оборота тем или иным субъектом. Суть акции не в том, что собственник внес определенный пай в предприятие, а в том, что этот пай получает возможность обращения на фондовом рынке, а акционер из владельца денежной суммы превращается в субъекта контроля над предприятием и в полноценного собственника дохода, который формируется на основе этого пая»11.
   Из положения ст. 147 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) следует, что ценная бумага, а значит и акция, удостоверяет обязательственные права, поскольку абз. 1 п. 2 указанной статьи устанавливает, что отказ от исполнения обязательства, удостоверенного ценной бумагой, со ссылкой на отсутствие основания обязательства либо его недействительность не допускается. Абз. 1 п. 1 ст. 2 Закона «Об акционерных обществах» прямо устанавливает, что акция удостоверяет именно обязательственные права участников общества по отношению к обществу.
   Статья 307 ГК РФ дает определение обязательства, в соответствии с которым в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и тому подобное, либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.
   И все же многие ученые считают, что по крайней мере часть отношений, возникающих из факта приобретения права собственности на акцию, не строится по модели обязательственных. Так, еще М.М. Агарков в своем фундаментальном труде «Учение о ценных бумагах» указывал, что «права членства составляют существенную часть содержания акции»12. Большинство же ученых (например, В.П. Мозолин, Е.А. Крашенинников, Н.И. Мирошникова, А.П. Вершинин, Д.В. Ломакин, Е.А. Суханов, П.В. Степанов) придерживаются той точки зрения, что некоторые отношения, вытекающие из приобретения права собственности на акции, и, соответственно, права, удостоверяемые акциями, являются не обязательственными, а именно корпоративными. Н.И. Мирошникова в связи с этим отмечает, что «акция удостоверяет право членства в корпорации, а не те обязательственные или вещные права, которые могут возникнуть у акционера при наличии соответствующих юридических фактов. Поэтому нет никаких оснований относить акции к числу обязательственно-правовых или вещно-правовых ценных бумаг».13
   До принятия Гражданского Кодекса РФ в действовавшем Положении «Об акционерных обществах» законодательно было закреплено, что акцией является ценная бумага, выпускаемая акционерным обществом и удостоверяющая право собственности на долю в уставном капитале общества14, таким образом, было указано, что акция закрепляет именно вещные права. Однако по своей сути такое определение не соответствовало содержанию прав, удостоверяемых акциями. При этом, как совершенно верно отмечает А.П. Вершинин, в сравнении с документарными ценными бумагами еще дальше от вещно-правового регулирования находится регламентация прав из бездокументарных ценных бумаг. При этом отсутствуют наличные ценные бумаги как объекты вещных прав.15
   Следует отметить, что, признавая членский характер прав, закрепляемых акцией, он далее противоречит себе, анализируя складывающиеся отношения по обязательственной модели следующим образом. После выдачи ценной бумаги в соответствии с законодательством возникает правоотношение, в котором должнику, то есть лицу, выдавшему ценную бумагу, противостоит кредитор, то есть лицо, управомоченное по ценной бумаге. Изменение прав в отношениях участников гражданского оборота допускается законом, по общему правилу, только по соглашению сторон. Одностороннее изменение условий обязательства не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом (ст. 310 ГК РФ). Например, в силу специфики корпоративных бумаг законодательство предусматривает при определенных условиях возможность действий, влекущих изменение удостоверенных ими прав. Так, например, в результате совершения действий по конвертации, консолидации или дроблению акций изменяются, соответственно, удостоверяемые ими права.16
   В соответствии со ст. 142 ГК РФ ценная бумага удостоверяет имущественные права, осуществление или передача которых возможны только при предъявлении документа ценной бумаги. Не могут быть объектом ценных бумаг личные неимущественные права (на имя, честь и достоинство, деловую репутацию и так далее) и права, неразрывно связанные с личностью. Однако среди прав акционера можно найти права неимущественного характера, например, право на получение информации о деятельности общества.
   Если следовать правилам формальной логики, из смысла ч. 1 ст. 142 ГК РФ следует, что неимущественные права не удостоверяются акцией. Однако, как подметил Д.В. Ломакин, имущественные права тесно связаны с неимущественными и в целом образуют с ними единый комплекс. Комплекс этот он именует правом членства, которое в целом носит имущественный характер. Собственник акции как ценной бумаги – это не обладатель разрозненных прав, поскольку отдельные права не могут быть переданы им другим лицам.17
   В связи с вышеизложенным возникает вопрос: а что же порождает комплекс прав акционера? Видимо, факт эмиссии акционерным обществом акции и последующее их размещение само по себе еще не влечет возникновения у их приобретателей прав.
   К такому же выводу пришел и М.М. Агарков, отмечавший, что «составление и выдача акции не является необходимым условием для возникновения прав акционера».18
   На наш взгляд, именно факт приобретения статуса участника в акционерном обществе порождает указанный комплекс прав акционера. А приобретение статуса участника акционерного общества подтверждается внесением соответствующей записи в реестр акционеров общества, содержащей данные о его участниках (акционерах). Внесение же в реестр акционеров возможно только в случае приобретения акций общества. Таким образом, для возникновения права членства (участия) необходим состав юридических фактов: приобретение акции (имеется в виду совершение сделки по переходу права собственности на акции, неважно в какой форме – соглашения о подписке, договора купли-продажи или другой) и внесение данных об акционере в реестр акционеров общества. Без приобретения акции невозможно включение в реестр акционеров, без включения в реестр невозможна реализация каких бы то ни было прав акционерами.
   Этот вывод справедлив и для случая учреждения общества. В соответствии с п. 1 ст. 10 Закона «Об акционерных обществах» учредителями общества являются граждане и (или) юридические лица, принявшие решение о его учреждении. На основании абз. 2 п. 2 ст. 25 указанного Закона при учреждении общества все его акции должны быть размещены среди его учредителей. Статья 2 Закона «О рынке ценных бумаг» определяет размещение как отчуждение эмиссионных ценных бумаг эмитентом первым владельцам путем заключения гражданско-правовых сделок. Отчуждение ценных бумаг, в том числе акций, предполагает переход права собственности на них к новым владельцам. Владелец – лицо, которому ценные бумаги принадлежат на праве собственности или ином вещном праве (ст. 2 того же Закона). Реестр владельцев ценных бумаг (далее – реестр) – это часть системы ведения реестра, представляющая собой список зарегистрированных владельцев с указанием количества, номинальной стоимости и категории принадлежащих им именных ценных бумаг, составленный по состоянию на любую установленную дату и позволяющий идентифицировать этих владельцев, количество и категорию принадлежащих им ценных бумаг.
   Под системой ведения реестра владельцев ценных бумаг понимается совокупность данных, зафиксированных на бумажном носителе и/или с использованием электронной базы данных, обеспечивающая идентификацию зарегистрированных в системе ведения реестра владельцев ценных бумаг номинальных держателей и владельцев ценных бумаг и учет их прав в отношении ценных бумаг, зарегистрированных на их имя, позволяющая получать и направлять информацию указанным лицам и составлять реестр владельцев ценных бумаг (ст. 8 Закона «О рынке ценных бумаг»).
   Акционерное общество обязано обеспечить ведение и хранение реестра акционеров общества в соответствии с правовыми актами Российской Федерации с момента государственной регистрации общества (п. 2 ст. 44 Закона «Об акционерных обществах»). Таким образом, с момента государственной регистрации общества должна быть обеспечена возможность идентификации владельцев акций. И именно система ведения реестра владельцев акций позволяет идентифицировать владельцев и является подтверждением обладания ими совокупностью имущественных и неимущественных прав.
   После совершения сделки по переходу права собственности на акции приобретатель получает только одно право – право на внесение его в реестр акционеров. Отношение, содержанием которого является право акционера на внесение записи о нем в реестр, является обязательственным по своей природе.
   Право на внесение в реестр акционеров весьма важно для приобретения лицом статуса акционера. Его значение трудно переоценить.
   До момента внесения записи в реестр акционеров о приобретении акции, лицо, фактически осуществив такое приобретение, лишено возможности реализовать свои права, вытекающие из членства в обществе. Тогда как для статуса акционера значение имеют именно права, которыми он наделяется в силу членства в обществе. Это отмечал еще И.Т. Тарасов, который писал, что «существенный элемент в понятии об акционере составляет не акция, а акционерное право, и подтверждаем это тем простым и ясным фактом, что лица, не произведшие полной оплаты акций, получают не акции, а только временные свидетельства, считаясь, тем не менее, акционерами и пользуясь акционерным правом, между тем как лица, оплатившие сполна свои акции, но не имеющие их в установленном количестве, очень часто не пользуются акционерным правом в полном его объеме; хотя, как указано уже выше, явление это следует отнести к разряду анормальных, но оно и вызвано именно неправильным определением понятия об акционере, отождествляющим акционера с владельцем акций независимо от пользования акционерным правом».19 Указанный вывод подтверждается и многочисленными судебными прецедентами.
   Так, Министерство имущественных отношений Московской области обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к ОАО «Хлеб» о признании недействительными решений внеочередного собрания акционеров ОАО «Хлеб» г. Можайск от 03.12.2000 г. и обязании ответчика внести соответствующие изменения, касающиеся статуса истца, в реестр акционеров.
   В ходе судебного разбирательства было установлено, что Министерство имущественных отношений Московской области в результате правопреемства стало владельцем 25 % акций ОАО «Хлеб», ранее находившихся у Комитета по управлению имуществом Московской области. В соответствии с требованиями Закона «Об акционерных обществах» истец направил ответчику письмо от 09.11.00 г. ИС-5998, в котором предложил внести соответствующие изменения в реестр акционеров. Ответчиком – держателем реестра в нарушение требований Закона изменения в реестр не внесены, мотивированное определение об отказе во внесении записи истцу не направлено. Не дан им также и ответ на запрос о выдаче выписки из реестра акционеров общества.
   Судом также установлено, что следствием неправомерного бездействия ответчика явилось нарушение прав истца, выразившееся в недопущении его представителя к участию в работе высшего органа управления общества, каковым является общее собрание акционеров. Принимая во внимание, что истец является владельцем 25 % акций общества, его участие в общем собрании могло изменить результаты голосования по принятым на нем вопросам. В связи с этим требования истца были полностью удовлетворены. Дело дошло до Федерального арбитражного суда Московского округа, однако вынесенные по делу ранее судебные акты были оставлены без изменения, а кассационная жалоба ОАО «Хлеб» – без удовлетворения.20
   Таким образом, именно фактом внесения в реестр акционеров констатируется статус акционера. И именно с момента внесения в реестр акционер приобретает все права, установленные законодательством. Если акционерное общество не зарегистрировано в установленном законом порядке, то для возникновения акционерного правоотношения требуется еще более сложный юридический состав, необходимый для приобретения соответствующего статуса не только акционерами, но и обществом – прохождение процедуры государственной регистрации. В.Ю. Вольф в качестве элементов этого сложного состава выделял следующие юридические факты: подача лицами, желающими стать акционерами, заявления о подписке на акции; принятие этого заявления учредителями; признание акционерного общества состоявшимся.21
   Акционер имеет право на внесение записи о нем в реестр акционеров и одновременно несет обязанность по предоставлению сведений о себе держателю реестра. Для осуществления этого права акционером общество должно предпринять активные действия – обеспечить ведение и хранение реестра акционеров общества в соответствии с правовыми актами Российской Федерации с момента государственной регистрации общества. Если в обществе более 50 акционеров, то в правоотношения между обществом и его акционером автоматически включается еще один участник – специализированная организация, которая будет заниматься ведением реестра. Если же число акционеров общества действительно значительное, то к участникам может прибавиться еще и трансфер-агент, осуществляющий свою деятельность на основании договора с регистратором.
   В реестре регистрируются владельцы и номинальные держатели ценных бумаг (п. 1 ст. 8 Закона «О рынке ценных бумаг»).
   Именно на основании данных реестра акционеров общества составляются списки лиц, необходимые для осуществления прав, закрепленных акциями, в частности, списки лиц, имеющих преимущественное право на приобретение дополнительных акций и эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в акции; право на получение дивидендов; право на участие в общем собрании акционеров. Таким образом, становится ясным значение требования ведения реестра акционеров для возможности осуществления акционерами своих прав.
   Держатель реестра акционеров несет ответственность за его ведение и хранение перед зарегистрированными в нем лицами. При этом общество, поручившее ведение и хранение реестра акционеров общества регистратору, не освобождается от ответственности за его ведение и хранение. Общество обязано контролировать соблюдение регистратором правил ведения реестра акционеров общества, что должно быть закреплено в договоре между обществом и регистратором.
   Рассмотрим правовую природу отношений, складывающихся по поводу права акционера на внесение в реестр. Держатель реестра обязан внести запись об акционере в реестр в порядке, предусмотренном законодательством. Однако это может быть осуществлено только в случае активных действий со стороны акционера по предоставлению о себе информации. Отказ от внесения записи в реестр акционеров общества может быть обжалован акционером в суд. По решению суда держатель реестра акционеров общества обязан внести в указанный реестр соответствующую запись. Как видно, в этом случае отношения подпадают под определение обязательства, сформулированное ст. 307 ГК РФ. Специфика здесь состоит в том, что отношения могут осложняться множественным субъектным составом. Взаимодействие участников складывающихся отношений строится по сложной схеме, основанной на системе их многочисленных взаимных прав и обязанностей.
   Так, в соответствии с п. 6.1. Положения «О ведении реестра владельцев именных ценных бумаг» (утв. Постановлением Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг от 2 октября 1997 г. 27) зарегистрированные в реестре лица обязаны:
   – предоставлять регистратору полные и достоверные данные, необходимые для открытия лицевого счета;
   – предоставлять регистратору информацию об изменении данных, предусмотренных подп. 3.4.1 п. 3.4 этого же Положения;
   – предоставлять регистратору информацию об обременении ценных бумаг обязательствами;
   – предоставлять регистратору документы, предусмотренные указанным Положением, для исполнения операций по лицевому счету;
   – гарантировать, что в случае передачи ценных бумаг не будут нарушены ограничения, установленные законодательством Российской Федерацией или уставом эмитента, или вступившим в законную силу решением суда;
   – осуществлять оплату услуг регистратора в соответствии с его прейскурантом.
   В случае непредоставления зарегистрированными лицами информации об изменении данных, предусмотренных подп. 3.4.1 п. 3.4 Положения, или предоставления ими неполной или недостоверной информации об изменении указанных данных регистратор не несет ответственности за причиненные в связи с этим убытки. На основании Закона «Об акционерных обществах» не несет убытки и общество (п. 5 ст. 44).
   Регистратор в соответствии с разд. 5 вышеуказанного Положения также несет перед эмитентом и зарегистрированным лицом многочисленные обязанности.
   В частности, регистратор обязан:
   – осуществлять открытие лицевых счетов и исполнять операции по лицевым счетам в порядке и сроки, предусмотренные указанным Положением;
   – предоставлять информацию из реестра в порядке, установленном Положением;
   – в течение времени, установленного правилами ведения реестра, но не менее чем 4 часа каждый рабочий день недели (включая обособленные подразделения регистратора) обеспечивать эмитенту, зарегистрированным лицам, уполномоченным представителям возможность предоставления распоряжений и получения информации из реестра;
   – по распоряжению эмитента или лиц, имеющих на это право в соответствии с законодательством Российской Федерации, предоставлять им список лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров;
   – информировать зарегистрированных лиц по их запросам о правах, закрепленных ценными бумагами, и о способах и порядке осуществления этих прав и т. д.
   Ввиду важности рассматриваемых отношений для функционирования общества и осуществления прав акционеров за нарушения в этой сфере предусмотрена даже административная ответственность, установленная Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. 195-ФЗ (далее – КоАП РФ). Так, ст. 15.22 КоАП РФ устанавливает ответственность за нарушение правил ведения реестра владельцев ценных бумаг, ст. 15.23 – за уклонение от передачи регистратору ведения реестра владельцев ценных бумаг.
   Таким образом, для осуществления прав акционеру совершенно не нужно предъявлять ценную бумагу, достаточно лишь его идентификации по реестру акционеров. Сходные выводы были сделаны М.М. Агарковым. «В тех случаях, когда осуществление права по именной бумаге не ведет ни к полному, ни к частичному погашению права, оно может иметь место без предъявления каждый раз самой бумаги. Так, при осуществлении акционером, владеющим именной акцией, права участия в общем собрании акционеров нет надобности в предъявлении акции. Запись в акционерной книге является достаточной легитимацией. … В тех случаях, когда это требуется уставом, предъявление акции приобретателем должно быть сделано за определенный срок до общего собрания».22
   П. Писемский также отмечал, что «для понятия об акционерной компании вовсе не существенно, чтобы компания выпускала документы; право участия может доказываться запискою имени акционера в книгах компании, где и отмечаются все переходы права».23
   Полученный вывод тем более подтверждает, что отношения, возникающие между обществом и акционерами, порождаются уже описанным выше сложным юридическим составом.
   Невозможно согласиться с мнением О.В. Белоусова, который считает, что членство в акционерном обществе возникает у учредителя из устава при условии подписки на акции и частичного внесения вклада в уставный капитал общества в порядке, установленном уставом общества. До регистрации акционер, являясь членом акционерного общества, вправе уступить членство (а следовательно, и свои членские права) другому лицу, поскольку членство в акционерном обществе возникает вследствие его приобретения, а не вследствие регистрации. По мнению автора, распоряжение членскими правами не зависит от регистрации, а вот реализация членских прав ставится в зависимость от внесения в реестр акционеров необходимых записей о приобретении акционером членства в данном акционерном обществе.24
   В связи со сделанным выводом о сложном фактическом составе, порождающем комплекс прав акционера, возникает следующий вопрос: поскольку реестр ведется только для владельцев именных акций, то владельцы акций на предъявителя не обладают комплексом прав акционера?
   Ответ на поставленный вопрос содержится в самом определении акций на предъявителя. Эмиссионные ценные бумаги на предъявителя – ценные бумаги, переход прав на которые и осуществление закрепленных ими прав не требуют идентификации владельца (ст. 2 Закона «О рынке ценных бумаг»).
   Общепринятым является разделение акций на именные и предъявительские. По мнению И.Т. Тарасова, то свойство именной акции, что она может быть отчуждаема только посредством указания в регистре компании на произведенное отчуждение с занесением имени нового владельца в регистр «до того существенно, что, собственно говоря, на нем только и основано все различие между именными и предъявительскими акциями, так что именные акции, если только они отчуждаемы без регистрации посредством простой бланковой надписи, теряют свое значение как именных акций, хотя бы на них была сделана надпись имени владельца их, и они по обращаемости своей могут быть тогда приравнены к предъявительским акциям, как это и видно из практики акционерного дела».25
   Акции на предъявителя не соответствуют концепции акционерного общества в том виде как она понимается современным законодателем, поскольку не позволяют идентифицировать своего владельца иначе, как по предъявлении документарной ценной бумаги. В закрытых акционерных обществах их эмиссия вообще невозможна, так как противоречит принципу обеспечения ограниченного и избранного состава акционеров закрытого общества. Акции на предъявителя во всех случаях осложняют деятельность общества, которое вынуждено выпускать их сертификаты, заботиться о защите их от подделки; кроме того, для таких акций предусмотрен специальный порядок восстановления прав по ним в случае их утраты владельцем.
   Закон «Об акционерных обществах» специально подчеркивает, что все акции акционерного общества являются именными (п. 2 ст. 25). Хотя Закон «О рынке ценных бумаг» и содержит в ст. 16 положение о том, что эмиссионные ценные бумаги, к которым относятся и акции, могут быть именными или на предъявителя, но в ст. 2 прямо указано, что акция является именной ценной бумагой. Именной ценной бумагой является также и опцион эмитента. Предъявительские акции существуют за рубежом, но не в России, и выпускаются в документарной форме.
   Отсутствие документа ценной бумаги характерно для бездокументарной формы бумаг. Бездокументарная форма эмиссионных ценных бумаг – это такая форма эмиссионных ценных бумаг, при которой владелец устанавливается на основании записи в системе ведения реестра владельцев ценных бумаг или, в случае депонирования ценных бумаг, на основании записи по счету депо (ст. 2 Закона «О рынке ценных бумаг»).
   Сама идея о возможности осуществления прав, удостоверяемых ценной бумагой, без предъявления последней, что позволило говорить о бездокументарных ценных бумагах, была заимствована из английского и американского законодательств, которыми закреплен особый оборотный документ – negotiable instrument.
   Правда, от использования такого заимствования предостерегал еще М.М. Агарков, писавший, что понятие оборотного документа «… не может быть использовано при догматической разработке континентального европейского права, а также и советского права».26
   По мнению Д.В. Ломакина, бездокументарные ценные бумаги следует даже рассматривать в качестве нового правового института, поскольку не существует оснований использовать для обозначения новой формы фиксации прав акционеров давно сложившегося правового института ценных бумаг. Как уже отмечалось, он считает, что в акционерных обществах, где отсутствует эмиссия обособленных документов, об акциях нельзя говорить как о бездокументарных ценных бумагах.27
   Е.А. Суханов считает, что на бездокументарные акции не могут переноситься свойства вещей, такие акции не могут являться объектами вещного права, а являются лишь особым способом фиксации прав акционеров. К такой «безбумажной» форме фиксации прав могут, по его мнению, применяться некоторые правила о ценных бумагах, если это не противоречит существу дела; приравнивать «запись на счете» к ценной бумаге или тем более отождествлять их правовой режим невозможно.28 Думается, что с автором следует согласиться в том, что ценные бумаги в бездокументарной форме действительно имеют значительные отличия от бумаг документарных и не все положения Гражданского Кодекса РФ, применяемые к последним, можно распространить и на бездокументарные бумаги.
   Следует отметить, что хотя правовой режим указанной формы ценных бумаг и имеет свои специфические особенности, тем не менее, существование такой формы вполне естественно и обусловлено тем фактом, что само по себе приобретение акции еще не позволяет осуществлять все права участника общества и предъявление акции не требуется для осуществления его прав. Именно на основании записи в системе ведения реестра владельцев ценных бумаг или, в случае депонирования ценных бумаг, на основании записи по счету депо устанавливается ее владелец и объем его прав. Еще И.Т. Тарасов считал, что вполне успешно «сама выдача именных акций могла бы быть заменена регистрацией».29 Кроме того, использование такой формы фиксации прав акционеров удобно хотя бы потому, что обществу не требуется осуществлять дорогостоящую процедуру выпуска сертификатов акций. Этим и объясняется тот факт, что подавляющее большинство российских акционерных обществ эмитируют акции именно в бездокументарной форме.
   Законом «Об акционерных обществах» предусмотрены две категории акций – обыкновенные и привилегированные. В основе отнесения акций к определенной категории или типу лежит общий объем прав, закрепляемых этими акциями. Акционерное общество обязательно должно эмитировать обыкновенные акции и не обязано эмитировать привилегированные. Номинальная стоимость всех обыкновенных акций общества должна быть одинаковой. Кроме того, в соответствии с п. 1 ст. 31 Закона «Об акционерных обществах» каждая обыкновенная акция общества предоставляет акционеру – ее владельцу – одинаковый объем прав. Из этого следует, что по российскому законодательству общество не может выпускать обыкновенные акции различных типов, в то время как Закон предусматривает возможность размещения нескольких типов привилегированных акций (п. 2 ст. 25 Закона «Об акционерных обществах»). За рубежом возможно размещение обществами обыкновенных акций, закрепляющих различный объем прав акционеров. Исходя из этого, указанные акции можно подразделить на следующие: неголосующие (такие, которые не дают права голоса, но при этом все имущественные права акционеров сохраняются); подчиненные (дающие право голоса, но в меньшей степени в расчете на одну акцию, чем выпущенные тем же обществом акции другого типа); с ограниченным правом голоса (выпускаемые с ограничением числа держателей, могущих голосовать).
   Акционеры – владельцы обыкновенных акций общества могут участвовать в общем собрании акционеров с правом голоса по всем вопросам его компетенции, а также имеют право на получение дивидендов, а в случае ликвидации общества – право на получение части его имущества (п. 2 ст. 31 Закона «Об акционерных обществах»).
   Таким образом, законодательно закреплены три права акционеров: право на участие в общем собрании с правом голоса по всем вопросам его компетенции; право на получение дивидендов; право на получение части имущества общества в случае его ликвидации.
   Пункт 3 той же ст. 31 направлен на сохранение статуса акционеров – владельцев обыкновенных акций и размера уставного капитала общества: конвертация обыкновенных акций в привилегированные акции, облигации и иные ценные бумаги не допускается.
   В соответствии со ст. 32 Закона «Об акционерных обществах» акционеры – владельцы привилегированных акций общества не имеют права голоса на общем собрании акционеров за исключением случаев, когда на собрании решаются вопросы о реорганизации и ликвидации общества, внесении в устав изменений и дополнений, ограничивающих права этих акционеров. Кроме того, владельцы привилегированных акций имеют право на получение дивиденда и, как правило, ликвидационной стоимости.
   В уставе общества должны быть определены размер дивиденда и (или) стоимость, выплачиваемая при ликвидации общества (ликвидационная стоимость) по привилегированным акциям каждого типа. Размер дивиденда и ликвидационная стоимость определяются в твердой денежной сумме или в процентах к номинальной стоимости привилегированных акций. Размер дивиденда и ликвидационная стоимость по привилегированным акциям также считаются определенными, если уставом общества установлен порядок их определения. Владельцы привилегированных акций, по которым не определен размер дивиденда, имеют право на получение дивидендов наравне с владельцами обыкновенных акций (п. 2 ст. 32 Закона «Об акционерных обществах»).
   Привилегированными акции называются потому, что уставом общества для их владельцев устанавливаются определенные привилегии по сравнению с обыкновенными акциями. Так, по этим акциям могут устанавливаться повышенный размер дивиденда, возможность приобретения дополнительно размещаемых акций и другие условия. Кроме того, в соответствии со ст. 23 Закона «Об акционерных обществах» определенная уставом ликвидационная стоимость по привилегированным акциям выплачивается перед распределением имущества ликвидируемого акционерного общества между владельцами обыкновенных акций.
   Номинальная стоимость размещенных привилегированных акций не должна превышать 25 % от уставного капитала общества. Эта норма, как совершенно верно указывают В.П. Мозолин и А.П. Юденков, направлена на обеспечение получения дивидендов собственниками обыкновенных акций и препятствует возникновению такой ситуации, при которой меньшинство владельцев обыкновенных акций управляло бы обществом, уставный капитал которого был сформирован из номинальной стоимости привилегированных акций, владельцы которых по общему правилу не обладают правом голоса на общем собрании акционеров.30
   Д.В. Ломакин выдвинул позицию, что существование привилегированных акций не соответствует акционерной форме предпринимательской деятельности. Если бы все акции, выпускаемые эмитентом, были привилегированными, то эмитент перестал бы функционировать как акционерное общество в традиционном понимании этого термина. Владелец обыкновенных акций является членом акционерного общества, а владелец привилегированных акций – его кредитором.31
   Думается все же, что отличие между кредитором и владельцем привилегированных акций можно провести по критерию возвратности предоставляемых в заем средств. Владельцам привилегированных акций, в отличие от кредиторов, общество не возвращает их вклады в оплату акций. Они составляют уставный капитал общества, а не заемный, как отмечает и сам автор изложенной точки зрения. Владельцы привилегированных акций также акционеры общества, но имеющие усеченный комплекс прав по сравнению с владельцами обыкновенных акций.
   Привилегированные акции в России получили законодательное закрепление гораздо позже, чем обыкновенные. До революции, по свидетельству П.А. Руднева, русское законодательство «в общих положениях не знало привилегированных акций, хотя в отдельных акционерных уставах этот вид акций предусматривался».32
   По способу образования акции могут быть подразделены на прямые – те, за которые внесен денежный или имущественный вклад держателями, и обратные – оплата которых была произведена в результате распределения части имущества, прибыли, амортизации или других фондов между их создателями и наделения последних статусом акционеров. По сложившейся практике обратные акции закрепляют за их держателями усеченный объем прав в части получения имущества общества после его ликвидации.33
   По такому критерию как способ оплаты акции традиционно подразделяются на акции капитала и акции промышленные. Оплата промышленных акций производится личными услугами обществу, а не денежными средствами. И.Т. Тарасов отмечал, что «многие придают промышленным акциям еще то отличительное свойство, что будто бы они не имеют значения документа на долю акционерного капитала, а только документа на право участия в прибылях компании, вследствие чего нередко промышленные акции заменяются так называемыми акциями пользования, или пользовательскими акциями…»34
   Действующий Гражданский Кодекс РФ не допускает такой возможности оплаты акций общества путем оказания обществу услуг. В соответствии со ст. 99 ГК РФ и ст. 25 Закона «Об акционерных обществах» уставный капитал общества определяет минимальный размер имущества общества, гарантирующего интересы его кредиторов. В состав этого имущества услуги входить не могут.
   По возможности отзыва выпустившим их акционерным обществом привилегированные акции делятся на возвратные и невозвратные. Акционерные общества, выпустившие возвратные акции, часто резервируют за собой право «отозвать» их путем выкупа. Невозвратные привилегированные акции не подлежат погашению, пока существует выпустившее их акционерное общество.35
   Ретрективные привилегированные акции дают право держателям погасить их в определенный момент по предусмотренной цене. Держатель ретрективных акций может в установленный срок потребовать от общества их выкупа. Эти акции становятся прямыми привилегированными акциями, если срок изъятия истекает.36
   Федеральным Законом от 28 декабря 2002 г. 185-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Федеральный Закон «О рынке ценных бумаг» и о внесении дополнения в Федеральный Закон «О некоммерческих организациях» введен новый вид эмиссионной ценной бумаги – опцион эмитента. Опцион эмитента – эмиссионная ценная бумага, закрепляющая право ее владельца на покупку в предусмотренный в ней срок и/или при наступлении указанных в ней обстоятельств определенного количества акций эмитента такого опциона по цене, определенной в опционе эмитента. Опцион эмитента является именной ценной бумагой. Таким образом, опцион стал законодательно закрепленной альтернативой акций с ордерами. Однако если акции с ордерами могли быть только привилегированными и давали своему держателю право купить определенное число обыкновенных акций, то опцион может быть размещен среди держателей не только привилегированных, но и обыкновенных акций. Иногда ордера бывают отделимы от привилегированных акций и могут быть проданы частями или целиком при сохранении привилегированных акций. С точки зрения инвесторов, привилегированные акции с ордерами представляют собой две ценные бумаги, каждую из которых можно хранить или продать отдельно.37
   В период НЭПа особое место занимали гарантированные акции. Гарантированные акции обеспечивались государством. Владельцам таких акций в случае отсутствия прибыли дивиденд в течение определенного ряда лет выплачивался из государственных средств. Государством мог быть также гарантирован от уменьшения уставный капитал общества.
   М.Н. Израэлит выделял такой тип как связанные акции. «Связанными (винкулированными) акциями называются такие, которые или вовсе не могут быть передаваемы их владельцами третьим лицам или могут быть передаваемы, но лишь с разрешения правления или общего собрания общества. В этой невозможности передачи акций третьим лицам и заключается их «связанность»: такие акции обычны в практике акционерных обществ, когда учредителями их являются однородные предприятия».38
   С 1 января 2002 г. в Закон «Об акционерных обществах» введено понятие дробной акции, которое в настоящее время вызывает много споров. Дробные акции (если приобретение акционером целого числа акций невозможно) могут образовываться в обществе в следующих случаях:
   1. При осуществлении преимущественного права на приобретение акций, продаваемых акционером закрытого акционерного общества.
   2. При осуществлении преимущественного права на приобретение дополнительных акций.
   3. При консолидации акций.
   Перечень случаев, при которых образуются дробные акции, является исчерпывающим.
   Однако далеко не все ученые согласны с возможностью существования подобных акций. Еще такие видные правоведы как М.Н. Израэлит и П. Писемский вовсе отрицали саму возможность дробления акций. Так, М.Н Израэлит полагал, что «акции не могут быть дробимы. Эта неделимость вытекает из самого понятия акций, как наименьшей единицы, на которые разделен основной капитал акционерного общества. Из этого же следует, что в гражданском обороте может обращаться только целая акция, но не часть ее».39 П. Писемский по этому вопросу писал: «акция как minimum участия в предприятии не подлежит раздроблению».40
   П.Н. Гуссаковский высказывал мнение, что «право голоса неделимо, а потому не могут быть делимы и те акции, которые дают это право».41 Таким образом, автор отрицал возможность дробления только дающих право голоса акций.
   Д.А. Макаров убежден в том, что признавать акционером лицо, которое имеет в собственности менее одной целой акции, неверно. Возможность существования дробных акций противоречит основополагающим принципам акционерного права.42
   Тем не менее, существование таких акций вызвано к жизни необходимостью. Ведь не всегда акционерное общество может разделить между акционерами именно целое число акций, поэтому, думается, что введение в Закон «Об акционерных обществах» дробных акций – это чисто технический прием, позволяющий на практике акционерным обществам избегать необходимости дробления или выкупа акций в тех случаях, когда невозможно образование целых акций.
   Как разъяснено в Информационном письме ФКЦБ от 26 ноября 2001 г. ИК-09/7948 «Об образовании части акций (дробных акций)» дробная акция обращается как целая акция. Кроме того, акционер – владелец дробной акции имеет права в объеме, соответствующем части целой акции определенной категории (типа), которую составляет дробная акция.
   Таким образом, акция может закреплять различный по объему комплекс прав акционеров, однако во всех случаях для их реализации в процессе взаимодействия акционерного общества и его участников необходим особый юридический состав – совершение сделки по переходу права собственности на акцию и регистрация в реестре акционеров, а иногда и государственная регистрация вновь созданного акционерного общества, которая в этом случае предшествует двум первым юридическим фактам. Помимо того, что акция представляет собой комплекс прав, она также является и ценной бумагой, и долей участия в уставном капитале акционерного общества.
   Правоотношения, порождаемые указанным сложным юридическим составом, а также, соответственно, и права, удостоверяемые акцией, по своей природе являются корпоративными либо обязательственными, как будет показано далее.

§ 2. Юридическая природа правоотношений между акционерными обществами и акционерами

   Однако, как отмечал еще П. Писемский, мнения ученых по этому вопросу разделяются: одни видят в акции право собственности, другие – обязательство, третьи – смешение того и другого (сам он без колебаний признавал правильным первое мнение).43
   При этом отнесение прав, из которых слагается участие в акционерном предприятии, к разряду вещных ученый обосновывал следующим образом. «Признание компании юридическим лицом не исключает права собственности акционеров, ибо компания не есть субъект чуждый акционерам, но лишь совокупность их, рассматриваемая как одно лицо. Правда, в течение всего времени существования компании право собственности акционеров выражается лишь в праве на доходы с ее имущества; право распоряжения отходит от них и переходит на компанию; но по прекращении ее вклады ipso jure возвращаются акционерам. Право собственности компании есть фикция, введенная для юридических целей (legum subtilitate); она может до некоторой степени устранить, но не в состоянии совершенно уничтожить действительность (non enim ideo rei veritas deleta vel confusa est)».44
   Соответственно, если отношения между акционером и обществом носят вещный характер, то именно моментом внесения вклада в уставный капитал и определяется возникновение этих отношений. Вполне естественно перед автором возник вопрос: если вклад в уставный капитал был сделан посредством внесения вещи, а эта вещь погибла, на ком лежит риск – на обществе или акционере? Автор считает, что если вещь была передана в собственность обществу, то и риск должен лежать на обществе, если же только в пользование – то риск на акционере. В последнем случае, когда риск лежит на акционере, он лишается своего права участия и выбывает из общества; общество не обязано продолжать выплачивать ему дивиденд.
   Когда вклад акционера состоит из личных услуг и предоставление их становится невозможным, пусть даже и без его вины, эта невозможность лишает его свойства акционера.
   Когда вещь была передана акционером обществу в пользование, то при частичной ее гибели или порче риск также лежит на акционере. Следующий ему дивиденд должен уменьшиться соответственно уменьшению ценности вещи, на основании новой ее переоценки.45
   При этом следует отметить, что, признавая отношения между акционером и обществом вещными, П. Писемский далее непоследовательно анализирует их по модели обязательственных отношений, возникающих из договора.
   «Отношение между акционерной компанией и акционером есть отношение двустороннее; поэтому к нему применимы все правила о двусторонних договорах. В двусторонних договорах каждый контрагент вправе отказать другому в исполнении своих обязанностей, если последний не исполнил со своей стороны своих собственных обязанностей <…> Неисполнение договора мыслимо как со стороны акционеров, так и со стороны компании. Поэтому компания вправе отказать акционеру, не исполняющему своих обязанностей, в осуществлении прав, принадлежащих ему по уставу, как то: в праве на дивиденд, в праве участия в общем собрании. Наоборот, акционер вправе отказать в уплате взноса, если компания нарушает договор. В частности, компания считается не исполнившей своих обязанностей, если не исполняет предприятия, или исполняет его только отчасти, или не приводит его исполнение к назначенному сроку, или отказывает акционеру в выдаче дивиденда, или в допущении в общее собрание, или изменяет те положения устава, в виду коих он дал свое согласие. – Но нельзя считать неисполнением со стороны компании, что предприятие не приносит ожидаемых выгод».46
   И.Т. Тарасов также считал, что права акционера по своей природе являются вещными, и поэтому «акционер обязан отвечать своей долей за компанию» и «акционер имеет право на получение обратно своей доли капитала согласно закону и уставу».47
   Однако с представленной точкой зрения нельзя согласиться. Непосредственная связь с имуществом, внесенным в качестве взноса в уставный капитал, акционером утрачивается. Как закреплено в действующем законодательстве, при прекращении деятельности акционерного общества лицо получает не свой первоначальный взнос, а часть имущества, пропорционально размеру его участия в формировании уставного капитала. В разъяснении, данном высшими судебными инстанциями, указано, что условия устава хозяйственного общества, предусматривающие право учредителя (участника) изъять внесенное им в качестве вклада имущество в натуре при выходе из состава хозяйственного общества, должны признаваться недействительными, за исключением случаев, когда такая возможность предусмотрена законом.48
   Следует также отметить, что законодательством не предусмотрено такого основания для прекращения прав акционера в отношении общества как гибель имущества, внесенного акционером в качестве вклада в уставный капитал. В случае гибели вещи связь акционера с обществом не прекращается.
   Некоторые ученые считают, что между акционером и обществом складываются отношения, обязательственные по своей природе.
   Так, О. Ломидзе считает, что доля участника (акция) выражает обязательственное право, которое участник имеет в отношении общества.49 Точки зрения об обязательственной природе прав акционеров придерживается и В.В. Долинская.50
   П.Н. Гуссаковский полагал, что обязательственные отношения связывают не только отдельного акционера и акционерное общество, но и акционеров между собой. Содержание последнего правоотношения сводится к следующему: акционеры согласились между собой предоставить определенные суммы для устройства и эксплуатации предприятия и не отступать при эксплуатации акционерного предприятия от тех постановлений закона и устава, которыми регулируется деятельность общества. Исходя из этого, автор утверждает, что во всех случаях принятия незаконного решения общим собранием акционеров, причинившим вред другим членам данной корпорации, на голосовавших за принятие такого решения акционеров может быть возложена обязанность возместить вред. При этом не имеет значения, знал ли заранее акционер о возможности причинения вреда, действовал ли он по неосторожности или умышленно.51
   Некоторые ученые высказывают взгляды о смешанном характере правоотношений, складывающихся между акционерами и обществами и, как представляется, занимают наиболее обоснованную позицию.
   Следует согласиться с В.П. Мозолиным, который указывает, что «характеристика прав акционеров по отношению к обществу как обязательственных не является точной. Данное положение находится в противоречии с понятием обязательства (ст. 307 ГК), в котором стороны выступают в качестве независимых друг от друга участников правоотношений. Внутренние отношения между акционерами с одной стороны и обществом с другой стороны, неразрывной частью которых являются и отношения, связанные с имуществом последнего, строятся по совершенно иной модели. Это – отношения участия (членства) в делах данного общества, в том числе и в решении вопросов по управлению и распоряжению его имуществом. Соответственно, данные отношения касательно прав и обязанностей акционеров регулируются нормами акционерного права. Акционеры общества находятся на положении его хозяев, а не посторонних лиц. Обязательственные отношения между акционерами и обществом могут возникать лишь по требованиям об уплате объявленных дивидендов, получении имущества в случае ликвидации общества и другим общегражданским требованиям…, то есть тогда, когда акционеры изменяют свой правовой статус, переходя на положение обычных внешних кредиторов или должников по отношению к обществу».52
   По мнению М.М. Агаркова, «отношения между акционерами и акционерным обществом не могут быть отнесены к чисто обязательственным правоотношениям. Акционеру принадлежат прежде всего корпоративные права …».53
   Е.А. Суханов также отмечает корпоративный, а не обязательственный характер отдельных прав участников. «Благодаря корпоративным правам участники корпорации (хозяйственного товарищества, общества, кооператива и так далее) могут участвовать в различных формах в управлении корпорацией и ее имуществом. Реализуя свои корпоративные права, участники корпорации влияют на формирование воли данного корпоративного образования, являющегося самостоятельным субъектом гражданского права – юридическим лицом. Такая ситуация нетипична для гражданско-правового регулирования, так как по общему правилу в гражданском обороте субъекты самостоятельны и независимы друг от друга и поэтому не могут непосредственно участвовать в формировании воли контрагента».54
   Т.В. Кашанина считает, что отношения, складывающиеся в акционерном обществе, носят смешанный характер. Так, «у акционера есть корпоративное право – участвовать в управлении акционерным обществом. Он обладает также обязательственными правами: правом требовать выплаты объявленных дивидендов; правом на причитающуюся долю имущества, оставшуюся после ликвидации акционерного общества».55 Такой же позиции об обязательственной природе права на часть доходов (дивиденд) и права на ликвидационную квоту придерживается и М.С. Кораблева.56
   А.И. Каминка высказал мнение, что права акционеров «представляют своеобразные особенности сравнительно с структурой индивидуальных обязательственных прав, они носят специфическую корпоративную окраску, сущность которой заключается в элементе господства компании, как таковой, над отдельными ее участниками».57
   Д.В. Ломакин полагает, что субъектный состав акционерного правоотношения не строится по модели обязательственного. Правовая связь возникает здесь между множеством участников. Производные от акционерного правоотношения обязательственного характера, строящиеся по схеме должник – кредитор и возникающие при выплате конкретной денежной суммы в виде дивидендов и при получении ликвидационной квоты, также имеет место в акционерном обществе. Они характеризуются простым субъектным составом. В качестве должника здесь выступает акционерное общество, а кредиторами являются акционеры.58
   Указанный автор выделяет два вида одноименных прав: право на дивиденд и ликвидационную квоту как элементы содержания акционерного правоотношения и право на дивиденд и ликвидационную квоту как элементы содержания обязательственного правоотношения, возникающего между акционером и обществом. В последнем случае для появления названных прав наряду с фактами, устанавливающими членство, нужны дополнительные юридические факты, например, решение общего собрания о ликвидации общества.59 При этом Д.В. Ломакин определяет акционерное правоотношение как юридическую связь, возникающую в момент государственной регистрации акционерного общества на основе норм права и свободного соглашения между участниками имущественного отношения, каковыми выступают само общество, акционеры, третьи лица, не являющиеся акционерами, и выражающуюся в наличии у акционеров субъективных прав, синтезированных в едином праве членства, а также в наличии у акционерного общества и третьих лиц юридических обязанностей по отношению к акционерам, корреспондирующих этому праву.60
   Представляется, что с такой трактовкой акционерного отношения согласиться невозможно. Во-первых, хотя бы потому, что акционеры не только имеют права по отношению к третьим лицам и акционерному обществу, но и несут перед ними обязанности. Во-вторых, некоторые отношения между обществом и акционерами, складывающиеся по поводу осуществления акционерами своих прав, строятся по модели обязательственных (например, отношения в связи с реализацией права акционера на получение информации из реестра акционеров).
   По мнению Н.И. Мирошниковой, отношения, возникающие между корпорацией и ее участниками, имеют корпоративную природу и не укладываются в рамки обязательственных правоотношений. Автор делает вывод, что «если отношения члена (участника) корпорации не являются обязательственно-правовыми, то с неизбежностью следует вывод о том, что это внутрикорпоративные отношения. <…> В пользу корпоративной природы рассматриваемых отношений говорят и следующие аргументы. Связь участника с корпоративным объединением возникает или в момент ее образования, или способами, указанными в законодательстве, когда корпорация существует как юридическое лицо. Внутри корпорации складываются отношения разноотраслевые. Например, по поводу участия в управлении, ознакомления с документацией, по поводу финансов и другие. Это не исключает того, что в результате таких отношений могут возникнуть обязательственно-правовые связи, но они возникают уже в силу других юридических фактов. Если таких юридических фактов нет, то отношения между участником и корпоративным объединением не выходят за рамки корпоративноправовой связи <…> Обратившись к закону «Об акционерных обществах», мы найдем в нем противоречия, которые существуют только потому, что отношения акционера и акционерного общества пытаются втиснуть в одну из моделей – обязательственно-правовую, что ведет к искажению природы акций, а также не отражает истинного характера корпоративных отношений».61
   О.М. Роднова также выделяет особую группу корпоративных прав, которые не относятся ни к вещным, ни к обязательственным. При этом, по ее мнению, корпоративному праву присущи характерные только для него следующие признаки.
   Первый из них – господство воли акционерного общества при установлении содержания субъективного акционерного права. Такой вывод автор делает на том основании, что большинство корпоративных прав возникает из решений общего собрания акционеров, где действует не принцип единогласия, а принцип большинства. Акционеры, оставшиеся в меньшинстве, обязаны подчиниться воле большинства.
   Второй признак, отличающий корпоративное право от обязательственного, обусловлен тем, что акционер – это участник общества, часть целого, поэтому объем и содержание прав, принадлежащих акционеру, зависит не только от воли большинства, но и от результатов деятельности, судьбы предприятия, которая, по мнению автора, имеет столь определяющее значение, что, предопределяет содержание корпоративных прав.
   Кроме того, неотъемлемой составной частью правового статуса акционера является право участия его в управлении делами акционерного общества, из чего и вытекает третий признак, который отличает участника общества от его кредитора, корпоративное право от обязательственного. Такая ситуация, как уже указывалось, нетипична для гражданско-правового регулирования.
   Таким образом, эти характерные особенности прав, возникающих на основании членства акционера в обществе и дополнительных юридических фактов, позволяют, по мнению автора, говорить о существовании самостоятельной группы субъективных прав – корпоративных.62
   В.А. Белов и Е.В. Пестерева указывают, что «права, возникающие из факта участия лица в формировании имущества хозяйственного общества, в литературе принято именовать правами участия (в делах и капиталах), или корпоративными правами. Права участия в делах и капиталах акционерного общества нередко называют также акционерными правами».63
   П.В. Степанов определяет корпоративные отношения как внутренние отношения (отношения внутри организации), которые связаны с реализацией и защитой прав участника организации, или, другими словами, корпоративных прав. При этом автор ведет речь о таких правах, которые предоставляются субъекту как участнику организации. Такими правами, по его мнению, являются право на участие в управлении, право на получение информации о деятельности организации, право на получение части имущества при ликвидации организации, право на получение части прибыли от деятельности организации, право на пользование услугами организации, включая право на обращение к организации для защиты своих субъективных прав. Содержанием корпоративных отношений выступают не только корпоративные права, но и корпоративные обязанности. На члене организации лежит обязанность по оплате своего членства, обязанность по неразглашению конфиденциальной информации о деятельности организации. Следовательно, корпоративные отношения – это только такие внутренние отношения, которые связаны с реализацией и защитой внутриорганизационными способами и средствами корпоративных прав и с исполнением корпоративных обязанностей. При этом П.В. Степанов совершенно верно полагает, что корпоративные отношения как отношения внутренние представляют собой отношения с участием членов корпоративной организации, то есть в нашем случае, акционеров.64
   И, наконец, указанный автор формулирует следующее определение корпоративных отношений: это возникающие между корпоративной организацией, ее членами и третьими лицами (управляющими) организационные отношения имущественного характера, связанные с реализацией корпоративных прав и их защитой внутриорганизационными способами и средствами, а также с исполнением корпоративных обязанностей.65
   Поскольку, как уже было показано, П.В. Степанов относит к корпоративным правам все основные права акционера – право на дивиденд, ликвидационную квоту и участие в общем собрании, то фактически он относит к корпоративным все отношения, возникающие между акционерами и обществами. Нельзя согласиться с такой точкой зрения, поскольку отношения, возникающие по поводу получения дивиденда и ликвидационной квоты при наличии определенных юридических фактов, являются обязательствами (в большинстве случаев денежными).
   Помимо этого, П.В. Степанов указывает в своем определении, что корпоративные отношения – это такие, которые связаны с защитой корпоративных прав внутриорганизационными способами и средствами. «Вне организации такого рода отношения не перестают быть отношениями по защите прав членов, как, например, отношения, связанные с обращением в юрисдикционные органы для защиты своих прав. Но такие отношения уже нельзя рассматривать как корпоративные, поскольку для защиты права используются уже другие, не корпоративные способы и средства».66
   Нельзя согласиться и с этим положением, поскольку правоохранительные отношения, возникающие при обращении в юрисдикционные органы за защитой права, не перестают от этого быть отношениями между акционерами и обществом с присущей им спецификой. Представляется, что сам по себе критерий, положенный в основу выделения корпоративных отношений – «внутри общества» не является определяющим. Внутри общества и в связи с реализацией прав, понимаемых автором как корпоративные, могут складываться и обязательственные отношения. Однако сам автор их разграничивает, указывая, что корпоративные отношения строятся не по схеме «должник-кредитор», а по схеме «участник-организация».67
   Думается, что отграничение обязательственных и корпоративных отношений между акционерными обществами и акционерами нужно проводить именно по сфере складывающихся отношений. Корпоративные отношения связаны с управлением акционерным обществом. Само по себе понятие управления уже неприменимо к складывающимся между акционерами и обществами обязательственными отношениями. Ведь обязательство в его гражданско-правовом смысле построено именно на равенстве его сторон, в то время как равенство сторон корпоративных отношений изначально исключено.
   Именно присутствие управленческого элемента, нетипичное для обязательственных гражданско-правовых отношений, в некоторой степени приближает их к предмету административного права. Однако все же в него указанные отношения входить не могут.
   Как отмечают ученые – представители науки административного права, в частности, Б.Н. Габричидзе, А.Г. Чернявский – административно-правовые отношения напрямую связаны с практической реализацией задач, функций и полномочий исполнительной власти. Отсюда их публичный характер, выраженный в них государственный интерес.68
   Д.М. Овсянко считает, что «административное право – одна из самостоятельных отраслей права, представляющая собой совокупность правовых норм, регулирующих общественные отношения в сфере исполнительной власти (государственного управления)».69
   Л.Л. Попов прямо указывает, что не все общественные отношения, по своей природе являющиеся управленческими, могут быть отнесены к предмету административного права. В частности, это отношения, возникающие в связи с функционированием негосударственных формирований (общественных объединений, коммерческих структур и тому подобное). Так, назначение внутрипрофсоюзных, внутрипартийных и подобных им управленческих отношений состоит не в выражении интересов государства, а в обеспечении необходимой самоорганизации (организации собственных дел).70
   Д.Н. Бахрах полагает, что предметом административного права являются «властеотношения, которые возникают в процессе формирования и функционирования государственной администрации (за исключением тех, которые регулируются нормами иных отраслей права), а также отношения, возникающие при применении любыми уполномоченными правом субъектами мер административно-правового принуждения, иных мер административного воздействия, рассмотрении во внесудебном порядке жалоб граждан».71
   Как представляется, корпоративные отношения имеют сходство с отдельными видами хозяйственных обязательств. Трехчленная классификация хозяйственных обязательств была дана в работе И.А. Танчук, В.П. Ефимочкина, Т.Е. Абовой «Хозяйственные обязательства» в 1970 г.
   Авторы подразделили хозяйственные обязательства на три следующие группы:
   – обязательства товарно-денежного характера или обязательства между предприятиями;
   – внутрихозяйственные обязательства;
   – хозяйственно-управленческие обязательства.
   При этом, однако, авторы оговаривали, что отношения, регулирующие организационно-плановую деятельность, законодатель регламентирует как обязательства, поскольку признает это целесообразным. В подобных случаях происходит не расширение сферы действия норм гражданского законодательства, а использование формы, сложившейся в области гражданского права и получившей относительную самостоятельность как особой правовой категории.72
   Далее изучение хозяйственных обязательств было продолжено В.С. Мартемьяновым, дополнившим предложенную ранее трехчленную классификацию, которая стала выглядеть следующим образом:
   – оперативно-хозяйственные обязательства;
   – внутрихозяйственные обязательства;
   – хозяйственно-управленческие обязательства;
   – территориально-хозяйственные обязательства.73
   Отношения, складывающиеся в процессе воспроизводства в рамках отдельного предприятия между его внутренними подразделениями, подвергаются регулирующему воздействию правовых норм и принимают форму внутрихозяйственных правоотношений. Субъектами внутрихозяйственных отношений выступают предприятие в целом и его структурные звенья, организующие и ведущие хозяйственную деятельность. Возникающие между ними отношения можно подразделить на две группы:
   а) отношения, складывающиеся по вертикали в процессе руководства хозяйственной деятельностью между соподчиненными субъектами либо по горизонтали между несоподчиненными субъектами, например, двумя органами хозяйственного руководства;
   б) отношения, складывающиеся по горизонтали между внутренними подразделениями предприятия в процессе осуществления хозяйственной деятельности.
   В вертикальных обязательствах предприятий и их подразделений характерно определение для подразделения показателей, которых оно должно достичь, а для другой стороны – определение необходимых для достижения показателей материально-финансовых предоставлений, обеспечение условий для производства, порядка взаимодействия с другими участниками производственного процесса.
   Для горизонтальных обязательств (группа б) взаимодействующих подразделений, связанных двухадресным плановым актом или договором или одновременно тем и другим, характерным является для одной стороны обязанность передачи продукции, выполнения работ, оказания услуг в пользу другой стороны, а для другой – обеспечение условий для их выполнения.
   Источниками правового регулирования обязательственного внутрихозяйственного взаимодействия являются локальные нормативные акты предприятий.
   По своей конструкции корпоративные отношения между обществом и акционерами весьма схожи с вертикальными внутрихозяйственными отношениями по руководству хозяйственной деятельностью. Корпоративные отношения также имеют среди источников правового регулирования локальные нормативные акты, и среди них, прежде всего, конечно, устав. Возникают корпоративные отношения также между соподчиненными субъектами – между акционерами, образующими в своей совокупности общее собрание (высший орган управления обществом), и самим обществом. Фактически же корпоративные отношения могут возникать по воле отдельных контролирующих общество акционеров. Это происходит в том случае, когда некоторые акционеры вынуждены подчиняться решению общего собрания и воля владеющих контрольным пакетом акций акционеров оказывается решающей при принятии решения.
   Если следовать логике, избранной перечисленными авторами концепции хозяйственных обязательств, то можно использовать сложившуюся в гражданском праве форму обязательства и для обозначения корпоративных отношений. Однако это не будет классическое гражданско-правовое обязательство в том смысле, который вкладывает в него ст. 307 ГК РФ. При рассмотрении корпоративных отношений, складывающихся между акционерным обществом и акционерами по поводу участия последних в управлении обществом, действительно видно, что они, также как и обязательства, представляют собой относительную правовую связь между указанными лицами. При этом обнаруживается, что акционер, имея права в отношении общества и являясь его кредитором по обязательству, (а акционерное общество соответственно, должником), может потребовать если не восстановления его конкретного нарушенного права, то, по крайней мере, признания решения общего собрания недействительным.
   От обязательства в смысле статьи 307 ГК РФ корпоративное отношение коренным образом отличает именно та сфера, в которой оно складывается – сфера управления. Управление само по себе предполагает наличие двух подсистем – управляющей и управляемой – то есть субъекта и объекта управления. Поэтому, как уже указывалось, субъекты корпоративных отношений изначально не могут находиться в равном положении, которое свойственно гражданско-правовым обязательствам.
   Как отмечает Е.А. Суханов, в противоположность этому «в обязательственном праве с наибольшей силой проявляется специфика гражданско-правового регулирования. Здесь наиболее наглядно проявляется юридическое равенство сторон-товаровладельцев, самостоятельно определяющих характер и содержание своих взаимосвязей».74
   Управленческие отношения по своей сути являются отношениями организационными. О.А. Красавчиков определяет организационные отношения как «такие построенные на началах координации или субординации социальные связи, которые направлены на упорядочение (нормализацию) иных общественных отношений, действий их участников либо на формирование социальных образований».75
   Корпоративные отношения – отношения, возникающие между акционерным обществом и акционером в связи с участием последнего в управлении акционерным обществом – безусловно включают в себя определенные элементы субординации. Она проявляется прежде всего в том, что общество в целом должно подчиниться воле акционеров, вырабатываемой на общем собрании, как воле лиц, находящихся на положении хозяев общества. Подчиниться воле контролирующих общество акционеров как воле общества вынужден и акционер, не согласный с общим мнением и не имеющий возможности воздействовать на принятие решения собрания акционеров из-за недостаточного количества акций. Здесь также явно прослеживается элемент субординации.
   Еще А.И. Каминка отмечал, что в акционерном обществе права и обязанности корпорации проистекают из отношений, в которых находится союзная личность (корпорация), как целое к отдельным лицам или союзным личностям, как своим членам. Основной принцип этих отношений – это неравенство союзной личности и отдельных ее составляющих лиц. И как ни велика в этом отношении разница между государством, с одной стороны, и акционерной компанией, с другой, существует все же аналогия между государственной властью, присущей первой, и корпорационной властью, имеющейся и во второй.76 Как уже отмечалось выше, на властный характер отношений в обществе указывает и О.М. Роднова.
   Безусловно, указанная специфика в акционерных отношениях присутствует. Принцип господства воли большинства на общем собрании закреплен и на законодательном уровне (ст. 49, 58 Закона «Об акционерных обществах»), и уставами акционерных обществ. Однако это влияние общества на акционеров не одностороннее, а взаимное, поскольку и сами акционеры находятся, по выражению В.П. Мозолина, на положении хозяев общества, а не посторонних лиц. Более подробно этот вопрос будет освещен в разделе, посвященном праву акционеров на участие в управлении.
   В то же время сама по себе процедура принятия решения собранием предполагает некое согласование воль отдельных акционеров. Так, в процессе проведения общего собрания общепринятым является обсуждение выносимых на голосование вопросов. В случае возникновения между отдельными акционерами или их группами корпоративных конфликтов ФКЦБ в Кодексе корпоративного поведения рекомендовала органам акционерного общества проводить специальную работу по их предупреждению и урегулированию.
   Кроме того, акционер не обязан безусловно оставаться в числе участников общества в том случае, если принятые общим собранием решения не отвечают его личным интересам. Так, в случаях реорганизации общества или совершения крупной сделки, решение об одобрении которой принимается общим собранием в соответствии с Законом «Об акционерных обществах», а также внесения изменений и дополнений в устав общества или утверждения устава общества в новой редакции, ограничивающих права акционера, он имеет право потребовать от общества выкупа принадлежащих ему акций в случае, если он голосовал против принятия соответствующего решения или не принимал участия в голосовании (п. 1 ст. 75 указанного Закона).
   Таким образом, очевидно, что корпоративные отношения строятся на принципах как субординации, так и на координации.
   Представляется возможным сформулировать следующее определение корпоративных правоотношений. Это правоотношения, возникающие по поводу участия акционеров в управлении акционерным обществом. Указанные правоотношения связаны с участием акционеров в работе общего собрания, контролем акционеров за деятельностью общества и получением информации о деятельности общества, а также с защитой прав акционеров на участие в управлении обществом. Разграничение корпоративных и обязательственных отношений можно провести по сфере возникновения отношений – сфере управления акционерным обществом. Соответственно в связи с реализацией управленческих функций акционеры обладают особым правовым статусом – статусом субъекта управления по отношению к акционерному обществу.
   И.И. Пышкин предложил даже для обозначения корпоративных прав термин «контрольно-управленческие права», так как все они так или иначе связаны с управлением обществом. В то же время данный термин, по его мнению, позволяет отграничить такие права от имущественных прав акционера.77
   Ю.А. Метелева определяет характер связи акционера с обществом как «членское правоотношение, связь на основе членства в обществе или (что то же самое) на основании участия в нем, как это определено в ч. 1 ст. 96 ГК РФ».78
   Многие ученые выделяют особое понятие членства в акционерном обществе, хотя при этом каждый вкладывает в него свое значение.
   Так, Д.В. Ломакин под членством понимает «комплекс связей участников организации как между собой, так и с самой организацией, что проявляется в наличии у них субъективных прав и обязанностей, то есть членское правоотношение».79 Таким образом, понятия членства и членского правоотношения автором отождествляются.
   По мнению указанного автора, понятие «членского» или корпоративного правоотношения существует как родовое применительно к правоотношениям, возникающим не только в акционерных обществах, но и в прочих организациях, имеющих членство, например, в других видах хозяйственных обществ, в хозяйственных товариществах, в производственном и потребительском кооперативе. Понятие же акционерного правоотношения по отношению к двум вышеуказанным является видовым. Как представляется, с его точкой зрения о соотношении понятий корпоративного и акционерного правоотношения нужно согласиться.
   Совершенно другое значение имеет, по мнению Д.В. Ломакина, термин «право членства». Под последним он понимает совокупность прав, которыми наделяется акционер в обмен на сделанный взнос в уставный капитал общества.80 Н.В. Фомичева также понимает право членства как единый комплекс прав акционеров.81
   О.М. Роднова под членством понимает принадлежность к организации, признаваемой гражданским законодательством правосубъектным образованием, отвечающей требованиям, указанным в законе, иных нормативных актах и уставе общества. При этом она отличает членство как длящееся правоотношение от права членства как возможности принадлежать к составу корпорации. Таким образом, право членства у нее – это право входить в состав участников юридического лица, отвечающего требованиям закона и устава.82 Представляется, что здесь право членства понимается как один из элементов правосубъектности акционера. В то же время автором используется и другое значение права членства (как совокупности прав): «как и любое субъективное право, право членства состоит из правомочия акционера на свои действия и правомочия на чужие действия – на действия акционерного общества по соблюдению предъявляемых требований».83
   О.В. Белоусов понимает под членством в открытом акционерном обществе «совокупность прав и обязанностей акционера по отношению к обществу, возникающую из устава после создания общества».84 Невозможно согласиться с этим мнением, поскольку права акционеров не возникают из устава. Например, рассмотрим ситуацию, когда акционер приобретает все акции общества по договору купли-продажи, и будет являться, таким образом, его единственным участником, что повлечет за собой необходимость изменения устава общества, поскольку единственный участник общества должен быть поименован в уставе. Если следовать логике О.В. Белоусова, то до того момента, пока изменения устава не прошли государственную регистрацию, он не может являться акционером общества. Однако, это, конечно, не так, и будучи внесенным в реестр акционеров общества, он вполне может осуществлять все права и нести все обязанности акционера еще до момента внесения изменений в устав.
   Представляется возможным сформулировать следующее понятие членства. Членство или участие в акционерном обществе – сложный комплекс прав и обязанностей акционеров, а также корреспондирующих им прав и обязанностей акционерного общества, имеющих как корпоративный, так и обязательственный характер. Это комплекс отношений, связей, складывающихся между обществами и акционерами и имеющих смешанную природу.
   Относительно классификации правоотношений, возникающих между акционерами и акционерным обществом, по общепринятому критерию «имущественные – неимущественные» в науке также не сложилось единого мнения. Как представляется, в процессе взаимодействия обществ и их участников складываются и те, и другие. Еще В.Ю. Вольф считал, что акционерное правоотношение порождает ряд отдельных правомочий акционера, носящих как имущественный, так и неимущественный характер.85 Этой же позиции придерживается и Н.В. Фомичева, которая считает, что «в право членства включены разные по характеру права, которые можно разделить на имущественные и неимущественные (личные) права. Это наиболее распространенная классификация прав акционеров. Среди имущественных прав называют следующие права: на получение части прибыли общества, на получение части имущества при ликвидации общества (право на ликвидационную квоту), свободного распоряжения акциями, требования от общества выкупа принадлежащих им акций. <…> К неимущественным правам относят право на участие в управлении акционерным обществом, право на контроль за деятельностью акционерного общества и право на получение информации об обществе».86
   Д.В. Ломакин признает существование неимущественных отношений между акционерами и обществом. Неимущественные права акционеров опосредуют их личное участие в деятельности общества. «Не вызывает сомнения тот факт, что их нельзя отнести к категории имущественных прав, поскольку такие права, как право на участие в управлении акционерным обществом, на контроль за его деятельностью, право на информацию, возникают не по поводу имущественных благ. С другой стороны, они не подходят и под классическое определение личных неимущественных прав, которые неразрывно связаны с личностью управомоченного субъекта, в силу чего не могут отчуждаться иным лицам. Акционер, напротив, может передавать свои неимущественные права, например, право голоса. Поэтому передача неимущественных прав сопровождается их увязкой с имущественными правами и без этого невозможна».87
   В целом же, как полагает автор, акционерное правоотношение носит имущественный характер. Это обусловлено тем, что лицо, приобретая акции на возмездной основе, рассчитывает по истечении определенного периода времени на получение части прибыли от деятельности общества в виде дивидендов. Об имущественном возмещении речь идет и при ликвидации акционерного общества.88 Взгляды Д.В. Ломакина о преобладающем имущественном характере акционерного правоотношения разделяет и Ю.А. Метелева.89
   Е.А. Суханов, напротив, считает, что корпоративные отношения имеют четкую имущественную направленность, обусловленную самим характером деятельности организации как юридического лица.90 С.Н. Виновой присоединяется к мнению Е.А. Суханова, считающего права и обязанности, составляющие содержание корпоративных правоотношений, имущественными. Исходя из этого положения автор полагает неуместным проводить классификацию прав акционера на имущественные и неимущественные.91
   В.П. Степанов также утверждает, что корпоративные отношения, являясь организационными, относятся к категории имущественных. Аргументация его сводится к следующему. Он полагает, что в основе корпоративных отношений лежат экономические отношения коллективной собственности, то есть отношения по присвоению материальных благ коллективом. Возможность участия в управлении корпоративной организацией и получение информации о ее деятельности членами является ничем иным, как специфическим проявлением экономических отношений коллективной собственности. Именно поэтому, как представляется указанному автору, можно сделать вывод об имущественной природе данных отношений.92
   Однако все же кажется, что указанное обстоятельство совершенно не свидетельствует об имущественности указанных отношений, а говорит лишь о том, что они тесно связаны с имущественными отношениями по присвоению материальных благ. Разумеется, акционеры участвуют в работе общего собрания не потому, что управление обществом является для них самоцелью. Конечной целью является именно получение от общества имущественных благ в виде дивидендов и ликвидационной квоты. Таким образом, участие акционеров в управлении обществом тесно связано с имущественными отношениями по получению дивидендов и части имущества ликвидируемого общества, однако, конечная цель, преследуемая акционерами при вступлении ими в правоотношения по управлению обществом, не может свидетельствовать о самом имущественном характере таких отношений.
   На особенность непосредственной цели организационных отношений указывал еще О.А. Красавчиков. Он обращал внимание, что организация как форма деятельности людей не является самоцелью; она каждый раз по своему содержанию и формам реализации предопределяется содержанием тех целей, к достижению которых устремляет свою деятельность человек или социальное образование. Вместе с тем организационное отношение обладает своей собственной целью – упорядочение, организованность, нормализация организуемых отношений. Содержание и формы упорядочения всецело подчинены тому, что упорядочивается, и поэтому организуемое и организационное отношение имеют одну и ту же цель, но это не исключает наличия непосредственной (ближайшей) цели организационного отношения.93
   Поскольку объектом корпоративного организационного отношения является организация других отношений, то думается, что и в этом нужно присоединиться к мнению О.А. Красавчикова о том, что организационные отношения по своей сути являются неимущественными.
   Действительно, если рассмотреть, например, корпоративные отношения, складывающиеся по поводу сообщения акционерам о созыве их общего собрания или по поводу их права голосовать либо избирать определенных лиц в органы общества, то видно, что указанные отношения непосредственной связи с имуществом не имеют и поэтому не могут быть отнесены к категории имущественных. На это обращают внимание многие авторы. Так, П.В. Степанов указывает, что специфика права на участие в управлении состоит в том, что оно лишено имущественного содержания. Указанное право имеет чисто организационный характер. Право на управление, в отличие от организуемых с его помощью отношений, представляет право неимущественное и неличное.94
   Н.И. Мирошникова также считает, что внутрикорпоративные отношения носят выраженный неимущественный характер и регулируются с помощью норм корпоративного права.95
   С.Н. Братусь, отнеся организационные отношения к неимущественным, рассуждал следующим образом. «Различия между организационными и имущественными отношениями проистекают из того, что процессу непосредственного расширенного социалистического производства и тем самым процессу непосредственной хозяйственной деятельности предшествует деятельность по организации этого процесса. Это – неотъемлемый признак планового хозяйства.
   Организационная деятельность может быть различная – по руководству хозяйством, по руководству социально-культурным строительством. То, что она направлена на имущественные цели, на то, чтобы создать необходимые условия, обеспечивающие хозяйственную деятельность, с которой связаны в период социализма имущественные отношения между ее непосредственными участниками, не означает, что организационные отношения, возникающие между регулирующими органами, становятся имущественными отношениями. … Организационные отношения – иной, чем имущественные вид общественных отношений».96
   Более того, С.Н. Братусь отнес корпоративные права к личным неимущественным потому, что они, по его мнению, «неотчуждаемы, неотделимы от члена организации потому эти права утрачиваются при выходе из нее».97
   Однако, думается, что по этому критерию корпоративные, или, по терминологии указанного автора, членские отношения, как раз нельзя отнести к личным неимущественным. Часть 1 ст. 150 ГК РФ устанавливает, что личные неимущественные права и другие нематериальные блага неотчуждаемы и непередаваемы другим способом. В отличие от них корпоративные права могут отчуждаться посредством отчуждения акции. Кроме того, как указывает М.Н. Малеина, важным признаком личных неимущественных прав является их направленность на выявление и развитие индивидуальности личности.98 Корпоративные права такой направленности не имеют.
   О.А. Красавчиков подразделил гражданско-правовые неимущественные отношения на личные неимущественные, отношения, складывающиеся по поводу объектов творческой деятельности и организационные отношения. Таким образом, О.А. Красавчиков отнес права, входящие в содержание отношений, складывающихся по поводу объектов творческой деятельности и организационных отношений, к отчуждаемым.99
   Среди отношений, возникающих между акционерными обществами и акционерами, можно найти и отношения имущественные. Несомненно, обязательственные отношения, связанные с правом акционера на получение дивиденда и ликвидационной квоты, носят выраженный имущественный характер.
   Кроме того, корпоративное правоотношение, как и обязательственное, является отношением, имеющим относительный характер, поскольку складывается оно всегда между конкретными субъектами. Рассматривая отношения между акционерами и обществами, нельзя не коснуться и вопроса о существовании правовой связи между самими акционерами общества, который также является спорным и тесно связан с вопросом о признании акционерного общества объединением капиталов либо объединением лиц.
   Традиционно в теории акционерное общество относится к объединению капиталов и считается, что личность акционеров не имеет значения и их личное участие в деятельности общества не требуется. Такие взгляды были высказаны еще немецким ученым Рено (Renaud), который считал, что отдельные акционеры не связаны между собой ни правами, ни обязанностями, а потому личность отдельных акционеров не имеет никакого значения.100
   Этих же взглядов придерживался и П.Н. Гуссаковский, полагая, что личность акционеров не имеет никакого значения, следовательно, особенность акционерных обществ, или, как он еще их называет, товариществ, «отличающая их от всех других видов товариществ, заключается в их безличности, или анонимности, делающей их наиболее совершенною формою товариществ для осуществления предприятий, рассчитанных на долговременное их существование».101 Подобные взгляды об отсутствии каких бы то ни было юридических отношений между акционерами высказывались и профессором Л.И. Петражицким.102 Иосиф Брауде считал, что личное участие в обществе почти отсутствует.103
   Что касается современных ученых, то О.М. Роднова также придерживается подобной позиции104, О.В. Белоусов же считает, что членские права и обязанности по отношению к другим акционерам отсутствуют у акционеров лишь в открытом акционерном обществе.105
   Вместе с тем, учеными высказываются и диаметрально противоположные взгляды. Так, А.И. Каминка высказал следующую точку зрения: «рядом, с полным признанием того господствующего значения, которое в акционерных компаниях принадлежит капиталу, было бы, однако, неправильно при определении этой формы предприятия упускать из виду, что она представляет из себя не мертвый капитал, а союз лиц, являющихся представителями этого капитала».106
   Подобных взглядов придерживается и Д.В. Ломакин: «В рамках акционерного правоотношения правовая связь, выражающаяся в наличии субъективных прав и юридических обязанностей, возникает не только между акционерным обществом и его членами, но также и непосредственно между самими акционерами без участия юридического лица. Это обусловлено тем, что в рамках акционерного правоотношения часто происходит отождествление организации и ее членов. Осуществляя свои членские права, акционеры формируют единую волю организации, которая появляется во вне при участии акционерного общества в гражданском обороте. В период формирования единой воли общество не выступает по отношению к своим членам в качестве самостоятельного субъекта акционерного правоотношения. В этом случае акционеры вступают в активные взаимоотношения друг с другом, следствием чего, как правило, является конфликт их интересов».107 Его точку зрения разделяет Ю.А. Метелева и считает, что личность акционера может иметь особое значение как для общества, так и для динамики акционерного правоотношения.108
   Считаю, что некоторый личный фактор в акционерном обществе как организации все же присутствует, однако, конечно, не в такой степени, как, например, в производственном кооперативе. Особенно значим личный фактор в закрытых акционерных обществах и обществах с небольшим количеством участников. Совершенно верно в этой связи подмечено Д.В. Ломакиным: «классификация организационно-правовых форм предпринимательской деятельности на товарищества и общества, исходя из степени значимости личного фактора, в значительной мере носит условный характер. Нельзя утверждать, что общества – это исключительно способ концентрации капиталов, а товарищество только союз конкретных лиц».109
   Однако значимость личного фактора в акционерном обществе и юридические связи между акционерами – понятия не тождественные. Что касается последнего, то следует признать, что в акционерном обществе никаких юридических связей между акционерами не образуется, помимо ситуаций, когда возникают правоотношения, связанные с преимущественным правом приобретения акций, отчуждаемых акционерами закрытого общества, в связи с заинтересованностью в поддержании постоянного состава акционеров.
   В заключение можно сделать вывод о том, что между акционерными обществами и акционерами складываются как корпоративные, так и обязательственные отношения. Более подробно виды обязательственных и корпоративных правоотношений, их особенности будут рассмотрены в главе 2 настоящей работы.

§ 3. Структура корпоративных и обязательственных правоотношений между акционерными обществами и акционерами

   Субъектами складывающихся отношений являются, с одной стороны, акционеры, с другой – акционерные общества. Статья 2 Закона «Об акционерных обществах» определяет акционерное общество как коммерческую организацию, уставный капитал которой разделен на определенное число акций, удостоверяющих обязательственные права участников общества (акционеров) по отношению к обществу.
   Часть 1 ст. 96 ГК РФ содержит следующее определение акционерного общества:
   – акционерным обществом признается общество, уставный капитал которого разделен на определенное число акций; участники акционерного общества (акционеры) не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им акций.
   Определения другой стороны правоотношений – акционеров указанные нормативные акты не содержат; из приведенных определений лишь следует, что ими являются участники акционерных обществ.
   Участниками акционерного общества становятся его учредители, поскольку при учреждении общества все его акции должны быть размещены среди учредителей (п. 2 ст. 25 Закона «Об акционерных обществах»), а также другие лица, которые приобрели акции общества. Однако здесь необходимо точно обозначить момент, с которого указанные лица приобретают статус акционеров общества. Как уже было указано, для приобретения статуса акционера необходим особый состав юридических фактов. С момента совершения сделки по переходу права собственности на акции приобретатель несет обязанность и одновременно имеет право на внесение в реестр акционеров общества, однако никакие другие права, свойственные статусу акционера, он приобретать не может.
   Кроме того, в рассматриваемых правоотношениях участвуют и иные лица. Как уже указывалось, помимо акционеров и акционерных обществ в отношениях непосредственное участие могут принимать и такие субъекты, как специализированная организация – держатель реестра, номинальный держатель акций, доверительный управляющий, трансфер-агент, депозитарий и другие. Это характерно для корпоративных правоотношений, возникающих в акционерных обществах, а также для обязательственных, и не противоречит понятию обязательства, как оно применяется в Гражданском Кодексе РФ.
   Так, правоотношения, складывающиеся в связи с ведением реестра акционеров общества, могут как укладываться в простую схему общество – акционер, так и возникать между большим количеством субъектов. Рассмотрим сложные по своей структуре обязательственные отношения, возникающие по поводу осуществления комплекса прав акционера, связанных с ведением реестра в том случае, когда регистратором является не акционерное общество, а специализированная организация. Самостоятельные правоотношения возникают в этом случае между акционером и регистратором и между акционером и акционерным обществом. Причем эти отношения строятся по сложной схеме так называемых двусторонних обязательств.
   Многие ученые разграничивают двусторонние и односторонние обязательства.110 При этом в двусторонних правоотношениях участвуют две стороны и каждая из них обладает правами и обязанностями в отношении другой. В односторонних отношениях также индивидуализированы правомочный и обязанный субъекты, и при этом один из них несет обязанность перед другим, а другой имеет право на исполнение этой обязанности в свою пользу. Таким образом, ст. 307 ГК РФ содержит определение одностороннего обязательства, а упоминание о двусторонних обязательствах содержится в ч. 2 ст. 308 ГК РФ: если каждая из сторон по договору несет обязанность в пользу другой стороны, она считается должником другой стороны в том, что обязана сделать в ее пользу, и одновременно ее кредитором в том, что имеет право от нее требовать.
   Наиболее часто субъектами, вступающими в отношения, складывающиеся между обществом и акционером, являются номинальный держатель и доверительный управляющий.
   Номинальный держатель ценных бумаг – лицо, зарегистрированное в системе ведения реестра, в том числе являющееся депонентом депозитария, и не являющееся владельцем в отношении этих ценных бумаг (п. 2 ст. 8 Закона «О рынке ценных бумаг»).
   В качестве номинальных держателей ценных бумаг могут выступать профессиональные участники рынка ценных бумаг. Депозитарий может быть зарегистрирован в качестве номинального держателя ценных бумаг в соответствии с депозитарным договором. Брокер может быть зарегистрирован в качестве номинального держателя ценных бумаг в соответствии с договором, на основании которого он обслуживает клиента.
   Номинальный держатель ценных бумаг может осуществлять права, закрепленные ценной бумагой, только в случае получения соответствующего полномочия от владельца.
   Доверительный управляющий – индивидуальный предприниматель или коммерческая организация, осуществляющая управление акциями в соответствии с договором доверительного управления, заключенным между управляющим и акционером. Отношения между акционером и доверительным управляющим регулируются нормами ГК РФ и Закона «О рынке ценных бумаг», а также подзаконными нормативными актами ФКЦБ и ФСФР РФ.
   В правоотношения между обществами и акционерами могут вступать и депозитарии. Депозитарием является профессиональный участник рынка ценных бумаг, осуществляющий депозитарную деятельность. Депозитарием может быть только юридическое лицо. Депозитарной деятельностью признается оказание услуг по хранению сертификатов ценных бумаг и/или учету и переходу прав на ценные бумаги.
   Спецификой отношений, возникающих между акционерными обществами и акционерами, является то, что в них может вступать и государственный орган исполнительной власти по рынку ценных бумаг – Федеральная служба по финансовым рынкам РФ (ФСФР РФ). На основании ст. 44 Закона «О рынке ценных бумаг» ФСФР РФ, в частности, вправе:
   – квалифицировать ценные бумаги и определять их виды в соответствии с законодательством Российской Федерации;
   – устанавливать порядок проведения проверок эмитентов, осуществлять самостоятельно или совместно с соответствующими федеральными органами исполнительной власти проверки деятельности эмитентов;
   – направлять эмитентам и профессиональным участникам рынка ценных бумаг, а также их саморегулируемым организациям предписания, обязательные для исполнения, а также требовать от них представления документов, необходимых для решения вопросов, находящихся в компетенции федерального органа исполнительной власти по рынку ценных бумаг;
   – направлять материалы в правоохранительные органы и обращаться с исками в суд (арбитражный суд) по вопросам, отнесенным к компетенции федерального органа исполнительной власти по рынку ценных бумаг (включая недействительность сделок с ценными бумагами);
   – устанавливать нормативы, обязательные для соблюдения эмитентами ценных бумаг, и правила их применения.
   При этом следует отметить, что ФСФР РФ вступает только в охранительные отношения, складывающиеся между акционерным обществом и акционерами в случае нарушения норм законодательства. В нормально протекающие регулятивные отношения ФСФР РФ вступать не может.
   Приближаясь к вопросу об объекте обязательственных и корпоративных правоотношений, прежде всего необходимо обозначить его общеправовое понятие, поскольку среди ученых существуют диаметрально противоположные позиции, касающиеся определения объекта правоотношения вообще, а также определиться с терминологией, поскольку многие специалисты используют понятие «предмет обязательства», подменяя им понятие объекта. Конечно, более правильно было бы употреблять понятие «объект обязательства», которое является общепринятым в теории права, а не понятие «предмет», используемое многими авторами, однако в дальнейшем по тексту работы буду придерживаться принятой ими терминологии.
   Традиционная философская трактовка объекта – противопоставление его субъекту и понимание под объектом нечто такого, на что направлена деятельность субъекта.
   С.С. Алексеев считает, что объект правоотношения – это «те явления (предметы) окружающего нас мира, на которые направлены субъективные юридические права и обязанности… Обобщенно говоря, это разнообразные материальные и нематериальные блага, способные удовлетворять потребности субъектов, то есть интерес управомоченного».111
   По мнению А.С. Пиголкина, «под объектом правового отношения следует понимать те материальные и духовные блага, предоставлением и использованием которых удовлетворяются интересы правомочной стороны правоотношения».112
   Диаметрально противоположная точка зрения на объект правоотношения была высказана В.И. Сенчищевым, который считает, что позиции различных авторов «не в полной мере учитывают именно правовое начало, правовую субстанцию в правоотношении, … авторы концентрировали свои усилия на отыскании свойств объекта правоотношения у объективно и независимо от права существующих явлений внешнего мира, в то время как в правоотношении следует четко различать пласт правового регулирования и пласт внеправовой действительности, существующей независимо от наличия или отсутствия того или иного правового регулирования (то есть само общественное отношение). Как представляется, объект гражданского правоотношения следует искать именно в правовом срезе любого правоотношения, а не в другой его части. Объект правового отношения должен быть доступен именно правовому воздействию, должен отвечать на правовое воздействие, а следовательно, объектом правоотношения не может быть материальный объект или поведение обязанного лица. . Только правовой режим некоего явления объективной действительности, каковым может быть вещь, действия, деньги, ценные бумаги и т. п., может отвечать правовому воздействию, то есть может быть объектом гражданского правоотношения.».113 Бесспорно, данная позиция имеет право на существование и не лишена смысла, однако поскольку исследование объекта правового отношения не является целью данной работы, в дальнейшем буду придерживаться традиционных взглядов на объект правоотношения вообще и обязательственного отношения в частности.
   

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →