Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

У яков розовое молоко.

Еще   [X]

 0 

Дети Вечного Жида, или Увлекательное путешествие по Средневековью. 19 рассказов странствующих еврейских ученых, купцов, послов и паломников (Адлер Элкан)

Элкан Натан Адлер, почетный секретарь еврейского Общества по распространению религиозного знания, коллекционер еврейских рукописей, провел несколько лет в путешествиях по Азии и Африке, во время которых занимался собиранием еврейских манускриптов. В результате создал одну из самых обширных их коллекций. Настоящую книгу составили девятнадцать письменных свидетельств эпохи Средневековья, живо представляющих странствующего жида как реального персонажа великой драмы истории. Истории еврейских ученых, послов, купцов, паломников, богатые яркими историческими деталями и наблюдениями, знакомят читателя с жизнью Европы, Ближнего Востока и Северной Африки в Средние века.

Год издания: 2014

Цена: 129.9 руб.



С книгой «Дети Вечного Жида, или Увлекательное путешествие по Средневековью. 19 рассказов странствующих еврейских ученых, купцов, послов и паломников» также читают:

Предпросмотр книги «Дети Вечного Жида, или Увлекательное путешествие по Средневековью. 19 рассказов странствующих еврейских ученых, купцов, послов и паломников»

Дети Вечного Жида, или Увлекательное путешествие по Средневековью. 19 рассказов странствующих еврейских ученых, купцов, послов и паломников

   Элкан Натан Адлер, почетный секретарь еврейского Общества по распространению религиозного знания, коллекционер еврейских рукописей, провел несколько лет в путешествиях по Азии и Африке, во время которых занимался собиранием еврейских манускриптов. В результате создал одну из самых обширных их коллекций. Настоящую книгу составили девятнадцать письменных свидетельств эпохи Средневековья, живо представляющих странствующего жида как реального персонажа великой драмы истории. Истории еврейских ученых, послов, купцов, паломников, богатые яркими историческими деталями и наблюдениями, знакомят читателя с жизнью Европы, Ближнего Востока и Северной Африки в Средние века.


Элкан Натан Адлер Дети Вечного Жида, или Увлекательное путешествие по Средневековью. 19 рассказов странствующих еврейских ученых, купцов, послов и паломников

ВВЕДЕНИЕ

   Странствующий жид – вполне реальный персонаж великой драмы Истории. Из Ура в Халдее до Палестины и Египта, а потом обратно в Святую землю и оттуда – в Ассирию, Вавилон и Египет и в самые отдаленные города широко раскинувшейся Римской империи путешествовал он в качестве кочевника и переселенца, беженца и завоевателя, ссыльного и колониста, купца и ученого, монаха нищенствующего ордена и паломника, коллекционера и посла. Его интерес к другим странам, расположенным поблизости и вдалеке, пробудило чтение Священного Писания, а источниками сведений по древней географии стали знаменитые главы из книг Исаии, Иеремии и др. Владея с детства двумя языками, он разговаривал на многих иностранных языках и мог объясниться с любым евреем, в какой бы стране тот ни жил. Он был идеальным купцом-путешественником и переводчиком.
   Еврейская диаспора, еще до разрушения Первого храма, протягивалась далеко за пределы Палестины. После Вавилонского плена за пределами этой страны проживало больше евреев, чем в ней самой. Во II веке до н. э. еврейская сивилла отзывалась о диаспоре так: «Вами полна всякая земля и всякое море». Филон, Сенека и автор Деяний апостолов утверждали, что евреи рассеялись по всему миру.
   После возникновения ислама в начале VII века весь цивилизованный мир разделился на мусульман и христиан, на три халифата со столицами в Кайруане, Дамаске и Кордове и две империи – Восточную со столицей в Константинополе и Франкскую.
   История еврейских путешествий, как показывает дошедший до нас литературный материал, часть которого частично воспроизведена в этой книге, начинается с Исаака, служившего переводчиком у двух послов, отправленных Карлом Великим к Гарун аль-Рашиду в конце VIII века. Как справедливо отмечает Мэтью Натан: «Евреи в это время путешествовали не только по делам торговли; считается, что Якоб ибн Тарик, или Абен Шеара, как его называли евреи, примерно в 820 году привез с Цейлона в Багдад книги по астрономии, а Иосиф Испанский познакомил западный мир с так называемыми арабскими цифрами, [которые были придуманы] индусами. Центром науки в Западной Азии был Багдад, а домом цивилизации в Европе – мусульманская Испания».
   Далее мы имеем отчет ибн Хордадбеха о еврейских купцах из Персии, которые привозили товары из Китая в Экс-ла-Шапель. Примерно в середине IX века знаменитый Эльдад Данит, выехав с африканского побережья Аденского залива, посетил Каир, Кайруан и Испанию. Он утверждал, что происходит из племени дан, которое, как и соседние племена нафтали, гад и ашер, жило автономно. Письмо Эльдада вызвало огромную радость у людей, исповедовавших общую с ним религию и живших по берегам Средиземного моря. Они решили, что он рассказал им обо всех Десяти потерянных племенах. Его письмо и вопросы об обычаях, которые он описал, и ответ на них гаона Земаха, жившего в Суре в Месопотамии, включались во многие манускрипты и были напечатаны в Италии перед 1480 годом, и дважды – в Константинополе до 1520 года, и еще много раз после этого. Однако многие чересчур критичные ученые считали Эльдада мошенником, а его письмо – плодом воображения. Но если сопоставить документы, написанные его современниками, которые подтверждают его слова, то приходится признать, что скептицизм по отношению к Эльдаду весьма несправедлив. Впрочем, ряд подробностей в его письме следует отнести к разряду путевых баек, кроме того, в различных вариантах этого письма имеются добавления и искажения. Главы, приведенные здесь, являются переводом из критического труда Эпштейна. И в наши дни персидские евреи декламируют в синагоге письмо Эльдада на своем местном диалекте.
   В следующем веке рассказ Эльдада был подтвержден раввином Хисдаем ибн Шапрутом (915–970), визирем кордовского калифа. Хисдай знаменит тем, что он олицетворял собой новый тип еврейского путешественника-миссионера, посланного евреями для того, чтобы узнать, как живут евреи в других странах. Хисдая интересовали хазары, жившие в Крыму. Это были обращенные в иудаизм татары, которыми управлял еврейский царь. Мы приводим в этой книге перевод письма Хисдая и ответ хазарского кагана. Многие считали, что его рассказ о хазарах невероятен и потому ложен, но теперь эта точка зрения считается устаревшей. Знаменитый поэт и философ Иуда Халеви (1085–1140) написал свою знаменитую поэму «Кузари», где рассказывается о хазарах, но многие считали ее плодом поэтического вымысла. Однако историки нашего времени придерживаются мнения, что она основана на реальных фактах, и утверждают, что русские евреи унаследовали некоторые особенности своего характера от татар, обращенных в иудаизм, а не от евреев Десяти потерянных племен. Калифы Кордовы покровительствовали наукам, и, по словам Майджора Мартина Хьюма, «один за другим образованные калифы посылали еврейских библиофилов в страны Востока в поисках книг для великолепных библиотек, которые создавались в Кордове, Толедо и в других местах». Иуда Халеви безбедно прожил всю свою жизнь в Гренаде, но, подобно многим своим единоверцам, чувствовал непреодолимое желание окончить свои дни в Палестине. Он покинул свой дом и, согласно преданию, принял смерть неподалеку от Иерусалима от рук крестоносца. В нашей книге приведена прекрасная поэма Халеви, посвященная его паломничеству в Святую землю, а сам он является примером еврея-паломника. Посещал Святую землю и знаменитый Саадья Гаон (882–942). Шехтер опубликовал фрагмент из двух листов, хранящихся в библиотеке Кембриджского университета, которые представляют собой нечто вроде путевых заметок Гаона. Он описывает дорогу из Багдада через Арбелу, Мосул, Нисибис и Алеппо в Иерусалим.
   Еще одним пилигримом был раввин Иаков бен Натаниэль ха-Кохен, который во время Крестовых походов посетил Египет и Палестину и, возможно, был по национальности немцем. Его история изложена в одном-единственном манускрипте, хранящемся в Кембридже. Кохен хотел вернуться в Святую землю, увидеть могилы своих отцов и умереть здесь. Его рассказ сух и представляет собой описание гробниц и тех мест, которые он посетил. Несколько таких описаний есть в книге Эйзенштейна, но вместо них мы решили привести рассказ Иакова.
   Гораздо интереснее книги другого путешественника, Авраама ибн Эзры (1088–1165), поэта, комментатора Библии и грамматика. Он родился в Толедо, посетил Египет, Палестину, Месопотамию, Родос, Италию, Францию и Англию. В 1157 году он был в Лондоне, где написал свои книги «Иггерет ха-Шаббат» и «Йесод Мора». Здесь встречаются интересные замечания – о туманах и продолжительности пути из Франции в Англию, но, к сожалению, нет никаких автобиографических сведений или дневника его странствий. И это очень обидно, поскольку у нас есть основания предполагать, что Эзра побывал и в Индии.
   Вениамину из Туделы, который во второй половине XII века объехал почти весь цивилизованный мир своего времени, посвящен труд Пурхаса. Этот автор в 1625 году опубликовал английский перевод путевого дневника Вениамина, которого «считали одним из величайших путешественников всех времен». Существует много рукописных копий этой работы, а также ее изданий и переводов. Самые лучшие копии хранятся в Британском музее и Касанатенсе в Риме. Книга на иврите была впервые опубликована в Константинополе, Ферраре и Фрайбурге еще в XVI веке. Самое лучшее издание, содержащее текст, его перевод на английский, примечания и воспроизведенную здесь карту, было выпущено Маркусом Н. Адлером в 1907 году. Вениамин провел много времени в Риме, Константинополе, Александрии, Иерусалиме и Багдаде – за период с 1166 по 1171 год. Он посетил Каталонию, Южную Францию, Италию, Константинополь, Греческий архипелаг, Родос, Кипр, Антиохию, Палестину, Дамаск, Багдад, проехал через Персию в Басру, добрался до острова Киш в Персидском заливе и оттуда вернулся домой через Аден и Ассуан. Гго рассказы об Индии и Китае основаны, скорее всего, на слухах, но он был первым европейским писателем, упоминавшим о Китае. Гго путешествия были чересчур продолжительными для простого купца, и поскольку ранее еврейские сообщества, процветавшие вдоль Рейна и на пути в Палестину, были разогнаны крестоносцами-фанатиками, а в Кордовском халифате евреи подверглись жестоким преследованиям, то целью странствий Вениамина, возможно, был поиск убежища для своих гонимых единоверцев. Везде он отмечает размер и влияние еврейской общины. Значительная часть включенных в эту книгу путевых заметок Вениамина приведена с разрешения Г.М. Адлера по книге его отца.
   Другим таким же путешественником был немец по происхождению Петахия из Ратисбона, который менее чем через двадцать лет после Вениамина посетил Палестину и Месопотамию, но совсем по другому маршруту.
   Петахия выехал из Праги и через Польшу, Киев, Татарию и Персию добрался до Дамаска и Иерусалима. Он рассказал о своих странствиях в третьем лице, но его заметки менее точные и не такие интересные. Он, очевидно, был весьма состоятельным человеком, вероятно купцом. За крупные взятки ему было позволено входить внутрь гробниц, которые были закрыты для неевреев, неспособных дать такую большую сумму. Цель его путешествия, возможно, была такой же, как и у Вениамина. Он приводит в своем рассказе сказочные подробности вместо тех, которые несли бы полезную для читателя информацию о тех местах, где он побывал. В манускриптах этот рассказ почти не встречается, и приведенный здесь текст, который был взят из перевода Бениша, относится к более позднему времени и не слишком точен.
   Книга Петахии интересна тем, что из нее мы узнаем, какой была Русь более чем семь веков назад, и это самый первый рассказ караимского еврея об этой стране.
   XIII век примечателен в еврейских анналах трудами Маймонида, который умер в 1206 году. Когда мусульмане подвергли евреев Кордовы преследованиям, он вместе со своим отцом покинул ее и в конце концов осел в Каире в качестве врача калифа. Он оставил нам интересный рассказ о своей работе в этом качестве, а его «Письмо в Йемен» свидетельствует о том, что он стремился к согласованию действий евреев, живших в арабских странах, с действиями всех остальных евреев, поскольку еврейские путешественники много писали об автономии арабских евреев. В нашей книге приведено письмо Маймонида, найденное в каирской Генизе – знаменитом хранилище утерянных манускриптов на иврите. В этом письме рассказывается о тех путях, по которым путешествовали еврейские купцы.
   Величайшим еврейским путешественником XIII века был Иуда аль-Харизи. Его шедевр, «Тахкемони», полон умных, язвительных насмешек над глупостью знати тех городов, которые он посетил. Как поэт-сатирик, писавший на иврите, он ничем не уступает арабскому «Макамату» (Собранию сочинений) Харири, которое было образцом для аль-Харизи. Он сам был похож на героя Харири – «умного, острого на язык обаятельного мошенника, знатока священного и богохульного фольклора, который всегда оказывался в нужном месте». Мы приводим здесь три арабские поэмы аль-Харизи, которые тоже были найдены в каирской Генизе.
   В 1210 году раввин Самуил бен Самсон из Сенса проехал из Франции в Палестину. Вероятно, он был секретарем своего компаньона, именитого раввина Ионафана ха-Кохена. Его покровительству мы обязаны переводом на иврит двух наиболее интересных арабских трудов Маймонида. Ионафана обычно называли Рош Гола (предводителем галута – еврейской общины за пределами Израиля): он, вероятно, был самым влиятельным и богатым французским евреем своего времени. Путевые заметки Самуила, как мы увидим ниже, представляют собой всего лишь путеводитель паломников по могилам еврейских святых и раввинов. Однако они весьма интересны, особенно если учесть, что царь Иерусалима вручил ему письмо, в котором приглашал евреев приезжать в Палестину. Это привело к знаменитому паломничеству трех сотен французских и английских раввинов в 1211 году. Самуил, должно быть, был посланником этих раввинов. Паломничество датировали 1257 годом, но приведенная выше дата, возможно, является более правильной. В 1210 году в Англии было проведено нечто вроде сионистской конференции, и недавно были установлены имена некоторых английских раввинов, принимавших участие в путешествии в Палестину. Знаменитая Бодлейская чаша, найденная в болотах Норфолка, которую украшает длинная надпись на иврите, была, вероятно, даром р. Иосе бен Иехиэля, собиравшегося переехать в Палестину. Однако в 1209 году он был назначен архипресвитером английских евреев и вынужден был отказаться от своей мечты. Эта чаша, скорее всего, предназначалась для сбора средств на нужды паломников. Идея этого путешествия, вероятно, стала следствием мессианских надежд евреев того времени, которые, основываясь на расчетах Даниила, полагали, что в 1211 году следует ожидать прихода Мессии. Из трех сотен пилигримов многие осели в Палестине, и в последующих поколениях мы встречаем имена их потомков. Об этом паломничестве упоминал Маймонид, а Харизи и другие называли пилигримов «людьми Франгистана».
   Четверть века спустя совершил свое путешествие некий раввин Иаков, которого называли «посланцем» р. Иехиэля, главного раввина Парижа. Он был отправлен в Палестину и Ирак, чтобы собрать средства для своего парижского училища раввинов, в котором в ту пору занималось три сотни студентов. Как будет видно ниже, описание его путешествия тоже представляет собой сухое перечисление мест, расстояний и могил. С началом Крестовых походов усилились гонения на евреев во Франции и Англии, которые завершились их изгнанием. Англию в 1290 году покинуло 16 тысяч евреев, а Францию в 1306 году – 100 тысяч. Евреи в этих странах постоянно подвергались вымогательствам, но гордость не позволяла им обращаться за помощью к своим восточным собратьям. Те и так сильно нуждались, и когда Нахманид посетил в 1268 году Иерусалим, то, как и Петахия до него, нашел здесь только одного постоянно живущего еврея!
   Знаменитым беглецом из Франции был Эстори Фархи (1282–1357), провансалец, который, прожив некоторое время в Барселоне, уехал в Египет, а оттуда – в Палестину. В конце концов он осел в Бетсеане (Скифополисе), неподалеку от Иерусалима, где и составил первое научное описание Святой земли. Он озаглавил его «Кафтор и Ферах» («Шишка и Цветок»), намекая на свет, исходящий от золотого подсвечника, который символизировал Палестину, и на свое собственное «цветочное» имя. Эта книга была опубликована в 1545 году в Венеции, в 1852-м – в Берлине и в 1897 году – в Иерусалиме. Ее использовал Исаак бен Иосиф ибн Чело, испанский каббалист, живший в Арагоне, который в 1333 году уехал вместе со всей своей семьей в Иерусалим и поселился там. В это время Святая земля стала прибежищем таинственных доктрин каббалы, и многие испанские каббалисты уже жили здесь. Он описал Иерусалим в письме к отцу и друзьям и рассказал о семи путях, которые вели в разные значимые места и сходились в этом городе. Этот труд носит название «Шебиле Иерусалем» («Дороги из Иерусалима») и сохранился в рукописном сборнике, хранящемся в Национальной библиотеке Парижа. Он был опубликован Кармолем в 1847 году в Брюсселе и Лунцем в 1903 году в Иерусалиме. Оригинал его пропал, вероятно, он был извлечен из сборника. Тексты на иврите, приведенные Лунцем и Эйзенштейном, являются обратным переводом книги, опубликованной Кармоли. Для Чело и его школы характерно пристрастие ко всему необычному и разным чудесам. Он цитирует древние легенды и приводит многочисленные выдержки из книг Вениамина из Туделы и Фархи, не делая никаких ссылок на них.
   XIV век, когда появились морские компасы и карты, или портуланы, как их называли, коренным образом изменил условия навигации, упростив их. Большой вклад в этот процесс внесли евреи, особенно «еврей-картограф» Джафуда Крескас. Его каталанский портулан (1375) включал в себя не только сведения обо всех морских путях, известных к тому времени, но и описания сухопутных путей, по которым прошли Вениамин и Марко Поло, посетивший страны Дальнего Востока. В следующем веке Васко да Гама и Колумб совершили свои знаменитые открытия, в которых тоже была велика роль евреев, ибо ни одно плавание в неизведанные края не совершалось без еврейского переводчика. Люди того времени были уверены, что в неоткрытых еще странах живут потомки Десяти племен Израилевых, а кто может объясниться с ними лучше, чем их братья? Колумб использовал навигационный альманах Авраама Закуто, и во втором путешествии это спасло ему жизнь. С помощью этого альманаха он предсказал затмение солнца, усмирив бунт жителей Эспаньолы. Эйзенштейн приводит в своей книге пять документов еврейских путешественников XV века. Среди них письмо раввина Исаака ибн Альфара из Малаги, написанное им в 1411 году раввину Симеону Дурану, где рассказывается о главных еврейских гробницах Палестины (приводится два одинаковых списка) и описание путешествия одного венецианца на Корфу, Родос, в Бейрут, Дамаск, Сафу и Иерусалим, которое он совершил в 1495 году. Однако мы не стали приводить их в этой книге. Мы поместили вместо них письмо раввина Илии из Феррары 1438 года, а также рассказ о путешествиях раввина Мешуллама из Вольтерры 1481 года и знаменитого р. Обадии из Бертиноро 1487 года. В первом описывается эпидемия чумы в Египте и Палестине, жизнь в Иерусалиме и излагаются те сведения, которые Илии удалось собрать о Десяти племенах «Индии»[1] и Эфиопии. Обадия и Мешуллам встретились в Палермо и совершили совместное путешествие на Архипелаг. В 1492 году евреев изгнали из Испании, и одни переселились в Байонну, другие – в Антверпен и Амстердам, но большинство – в Турцию и на побережье Северной Африки. Беженцы принадлежали к числу самых образованных людей своего времени, поэтому нет ничего удивительного в том, что они открыли типографии в Фезе, Салониках и Константинополе в первой четверти XV века. Они печатали священные и светские книги, от Талмуда до трудов Амадиса Галльского, от Библии до навигационных таблиц и церковных песнопений. Эти типографии издавали описания путешествий Эльдада и Вениамина и рассказы современников, посетивших Турцию и Египет, а также поселения независимых евреев, живших по берегам Персидского и Арабского заливов. Врач Моисей бен Йосиф Хаман, служивший при дворе Сулеймана Великолепного, отправился вместе с его армией в Сирию и записал полезную информацию о курдах, друзах и др. Эйзенштейн перепечатал с Леггорнского издания 1785 года рассказ о путешествии неизвестного венецианского раввина, который в 1522–1523 годах посетил Корфу, Триполи, Бейрут, объехал всю Палестину и вернулся на корабле из Бейрута в Венецию.
   Однако самым знаменитым из еврейских путешественников Нового времени был его современник Давид Реувени, который провозгласил себя братом и посланцем царя в Среднюю Индию в Хайбар, а также командующим его армией. Между 1522 и 1525 годами он совершил путешествие из Аравии в Абиссинию, Судан, Александрию, Пезаро, Рим, Лиссабон и Испанию. Его принимали почти как равного папа римский, король Хуан Португальский и Карл V. Целью его путешествия было предложить помощь христианам в борьбе против турок, особенно в Индии, чтобы они, в благодарность за это, восстановили государство евреев в Палестине. Его брат был в это время независимым еврейским царем, а на территории Индии существовало свободное еврейское царство Кранганор, значительная часть которого входит сейчас в состав штата Кохин. Ни один европеец не знал лучше азиатских условий, чем монархи, с которыми он вел переговоры, и, если бы турки не разбили еврейскую армию Кранганора, что, к несчастью, совпало с приездом Давида, его миссия увенчалась бы успехом. Нейбауэр и другие считают Реувени наглым выдумщиком, к тому же немецким! Они основывают свой скептицизм на одной фразе из его дневника, значительная часть которого приведена в этой книге. Его автор, которым мог быть секретарь Давида, время от времени употребляет выражение «восемь дней» (немецкая идиома, обозначающая «неделю»), а это, по их мнению, доказывает, что Давид был немцем! Однако записи в дневнике говорят сами за себя, и в них содержатся внутренние доказательства их подлинности. Иврит, на котором они сделаны, – это библейский иврит, а не раввинский, как и у Эльдада. В книге приводится много интересных сведений, например о евреях, живших по берегам Арабского залива, и о марранах Португалии. (Марранами в Португалии и Испании называли евреев, принявших христианство. – Пер.)
   Более того, рассказ Давида подтверждают донесения современных ему дипломатов. Так, в календаре венецианских государственных документов читаем, что Марко Фоскари 14 марта 1524 года пишет из Рима: «От евреев Индии к папе приехал посол, который предложил ему 300 тысяч солдат для войны с турками и попросил снабдить их огнестрельным оружием». Это в точности совпадает с записями из дневника Давида. Хайбар, расположенный севернее Медины, был, вне всякого сомнения, большим еврейским городом, и Бёртон в своем «Паломничестве в Эль-Медину и Мекку» приводит замечание, в котором он, с некоторым сомнением, согласился с утверждениями мусульман о том, что евреев здесь больше не осталось. Целью Давида было найти безопасную землю для своих единоверцев, оставшихся в Палестине. Он говорит о не зависимых ни от кого евреях Кранганора и полуострова Индостан как о своих соседях и друзьях, но, к сожалению, во время его пребывания в Европе турки изгнали евреев из Кранганора, а турок, в свою очередь, разгромили португальцы. Португалия больше не нуждалась в помощи евреев, и Давиду пришлось уехать из этой страны. Он пробыл при дворе португальского короля почти год, где с ним обращались с большим уважением. Его корабль потерпел крушение во время шторма, но он спасся, чтобы попасть в лапы инквизиции, откуда его вызволил Карл V. Ученик Давида Диогу Пирее, который, обратившись в иудаизм, получил имя Соломон Молчо, стал знаменитым еврейским мучеником – он погиб в Мантуе в 1532 году. Давида же в конце жизни бросили в тюрьму, где он и умер в 1537 году.
   В 1537 году в Хевроне немецкий поселенец составил список «Могилы патриархов», который был отредактирован р. Ури бен Симеоном и напечатан в Сафеде в 1564 году и в Гейдельберге в 1569 и 1662 годах (перевод на латынь сделал Хоттингер, а перевод на французский и иврит – Кармоли и Лунц). Лет тридцать спустя Гершон из Скармелы, возвратившись из паломничества в Палестину, составил другой список под названием «Могилы праведников», который был напечатан в Мантуе в 1561 году и приведен Кармоли в его «Путевых заметках». Ни тот ни другой список не приводятся в этой книге или в книге Эйзенштейна, который, впрочем, поместил в ней копию большого письма к семье, написанного в 1563 году и отправленного из Фамагусты в Пезаро купцом Илией из Пезаро. Он собирался поселиться в Палестине, но задержался на Кипре из-за чумы, пришедшей сюда с востока. Илия очень живо описывает Кипр: интерес к этому письму усиливает тот факт, что шесть или семь лет спустя турки под командованием дона Иосифа Нази, еврейского герцога Наксоса, отобрали этот остров у венецианцев и удерживали его за собой вплоть до мирной оккупации Великобританией пятьдесят лет назад.
   Великими еврейскими путешественниками XVI века были Иосиф дель Медиго (1591–1657) и Педро Тексейра. Первый был уроженцем Крита, получившим медицинское образование в Падуе и посетившим Египет, Константинополь, Польшу, Россию и Литву. В его книге «Маасе Тобиа», опубликованной в 1628 году в Амстердаме, помещен прекрасный портрет автора и приводится много интересных фактов. Тексейра был марраном из Лиссабона, который посетил Индию и в 1587 году принимал участие в Португальской экспедиции из Гоа в Момбасу, Мускат и Ормуз, а потом уехал в Персию и Малакку. Он возвратился домой, посетив по пути Борнео, Филиппины, Мексику, Кубу, Флориду, Бермуды и Испанию. Вероятно, это был первый еврей, совершивший кругосветное путешествие. В 1604 году он опубликовал свой «Рассказ о моем путешествии (вокруг Земли) из Индии в Италию». Он умер в Амстердаме около 1650 года, после долгих лет спокойной жизни.
   Книга «Озар Массаот» содержит около десяти рассказов о путешествиях других евреев, выбранных из гораздо большего числа текстов, которые, как объясняет ее редактор, вполне могли быть включены в эту книгу. Мы решили привести из нее лишь два рассказа – караима Самуэля Йемселя и Хаима Давида Азулая, известного под именем Хида. Йемсель родился в Тракае, в Литве. В 1641 году он отправился в Палестину в составе сотни других еврейских паломников. Их путь лежал через Евпаторию, Константинополь, Галлиполи, Родос, Александрию и Каир. Вернувшись домой, он, вероятно, погиб в 1648 году во время нападения войск Богдана Хмельницкого. Приведенный в нашей книге рассказ о путешествии Йемселя был взят из уникальной рукописи, хранящейся в Ленинграде и опубликованной в 1866 году Гёрландом в Лике. Фрагмент на восьми листах был до этого напечатан в Упсале около 1690 года вместе с латинским переводом. В ленинградском манускрипте приведены рассказы двух других караимских путешественников, опубликованные Эйзенштейном, но мы не стали включать их в эту книгу.
   Азулай, великий каббалист, родившийся в Иерусалиме в 1727 году, совершил три путешествия в Европу с целью сбора средств для Хевронской раввинской семинарии. Во время первого (1753–1758) он посетил Италию, Германию, Голландию, Англию, Францию, Сицилию, Смирну, Константинополь, Хиос, Родос, Кипр, Бейрут, Яффу и вернулся в Иерусалим. Во время второго (1764) он объехал Италию, Францию, Германию, Голландию и Англию. Его последняя поездка, состоявшаяся в 1781 году, была снова в Италию; он прожил в городе Леггорне до самой своей смерти в 1806 году. Он интересовался в основном манускриптами и книгами, которых сам опубликовал очень много. Отрывки, приведенные в нашей книге, были взяты из «Мекизе Нирдамин» под редакцией профессора Фрайтмана. Подлинник манускрипта, написанный рукой самого Азулая, хранится сейчас в Еврейской теологической семинарии в Нью-Йорке.
   После XVI века географические открытия сделали весь мир известным большинству людей, путешественники совершали теперь свои поездки с целью исследования какой-то конкретной местности, и их описания вряд ли способны вызвать интерес у обычного читателя. Странствующий жид из дипломата и ученого превратился в коммивояжера и нищего. Тем не менее он по-прежнему являлся связующим звеном между рассеянными по миру членами еврейской диаспоры и оставался человеком набожным, внимательным и великодушным ко всему, что он ожидал увидеть, и в том, что он отдавал другим.

ЭГИНХАРД ФРАНКОНСКИЙ
(801)

   Эгинхард Франконский, секретарь и биограф Карла Великого, написал на латинском языке книгу «Анналы Франконии», в которой рассказывается об основных событиях, произошедших между 741 и 829 годами. Лонгфелло сделал его героем одной из своих «Историй постоялого двора». Приведенные ниже отрывки из его «Анналов» рассказывают о еврее Исааке, которого император Карл в 787 году послал к Гарун аль-Рашиду в качестве переводчика при посольстве. (Из издания Тьюлета, Париж, 1840.)
   Император отправился из Сполето в Равенну, пробыл там несколько дней, а потом приехал в Фару. Здесь ему сообщили, что в Пизанский порт прибыли посланники Гаруна, царя Персидского; он послал встретить их. Послы были представлены ему неподалеку от Верчелли. Один из них – а всего прибыло двое – был персом с Востока и представителем царя персов, а другой – сарацином из Африки. Они сообщили императору, что еврей Исаак, коего он за четыре года до этого отправил к царю персов с Сигизмундом и Ланфредом, возвращается с большими дарами; что касается Сигизмунда и Ланфреда, то они оба умерли. Император послал нотариуса Эрчибальда в Лигурию, чтобы приготовить флот для доставки слона и других даров, которые вез с собой Исаак. <…>
   В октябре сего года (801) Исаак Еврей вернулся из Африки со слоном, прибыл в порт Вендрес и провел зиму в Верчелли, поскольку не мог перейти через Альпы, покрытые снегом.
   В июле, 20-го дня, Исаак доставил императору слона и другие дары персидского царя, которые тот ему прислал. Слона звали Абулабаз.

КНИГА О ПУТЯХ И ЦАРСТВАХ ИБН ХОРДАДБЕХА
(ок. 817)

   Эти купцы знают арабский, персидский, римский (то есть греческий и латинский), французский, испанский и славянские языки. Они путешествуют с Запада на Восток и с Востока на Запад, когда по суше, когда по морю. Они доставляют с Запада евнухов, рабынь, мальчиков, парчу, бобра, куницу и меха других животных, а также мечи. Они нанимают корабли в Фираньи (Франция) на Западном море и отправляются в Фараму (Пелузиум). Там они навьючивают свои товары на верблюдов и следуют по суше до Аль-Колзома (Суэца), покрывая расстояние 25 фарсахов, или парасангов (1 парасанг равен примерно 7 км. – Пер.). Здесь они грузятся на корабли в Восточном (Красном) море и плывут от Суэца до Аль-Джары (порт Медина) и Джедды (порт Мекка), после чего следуют в Синд (Пакистан), Индию и Китай. На обратном пути из Китая они везут мускус, алоэ, камфару, корицу и другие товары стран Востока в Аль-Колзом, откуда доставляют их в Фараму, где они опять грузятся на корабли и выходят в Западное море. Некоторые отправляются морем в Константинополь, чтобы продать свои товары римлянам; другие едут во дворец короля франков, чтобы сбыть свои товары ему. Иногда эти еврейские купцы, погрузившись на корабли в стране франков на Западном море, отправляются в Антиохию (в устье реки Оронт); оттуда они следуют по суше до Аль-Джабии (? Аль-Ханайи на берегу Евфрата), куда они прибывают после трехдневного пути. Там они переваливают грузы на лодки и плывут по Евфрату в Багдад, а оттуда следуют вниз по Тигру до Аль-Оболлы. Из Аль-Оболлы они плывут в Оман, Пакистан, Индию и Китай.
   Эти путешествия можно совершить и по суше. Купцы, которые отбывают из Испании или Франции, едут к Сус-аль-Аксу (Морокко), а затем в Танжер, откуда караванами добираются до Африки (Кайруана) и столицы Египта. Оттуда они идут в Ар-Рамлу, посещают Дамаск, Аль-Куфу, Багдад и Аль-Басру (Бассору), проходят через Ахваз, Фарс, Кирман, Синд, Хинд, Пакистан, Индию и прибывают в Китай. Иногда они также выбирают путь позади Рима и, проходя через страну славян, прибывают в Хамлий, столицу хазар. Они грузятся на корабли на Иорданском море, прибывают в Балх, добираются оттуда до реки Оке, переправляются через нее и следуют в Юрт и Тогхузгуз, оттуда – в Китай.

ЭЛЬДАД ДАНИТ
(ок. 880)

   Во время второго путешествия он потерпел кораблекрушение и попал в руки каннибалов, которых называли ромромами или домромами. Их страну завоевали другие племена, которые продали Эльдада еврею из племени иссахар. Об этом мы узнали из его собственного письма, отправленного испанским евреям в 883 году. Из современных ему рассказов следует, что он побывал в Багдаде, а потом в Кайруане. Евреи Кайруана рассказали о нем гаону р. Земаху; поведав также о случаях резни и других ритуалах, которые, по утверждению Эльдада, соблюдало не только его собственное племя, но и племена нафтали, гад и ашер, жившие, по его словам, по соседству с племенем дан.
   Мы приводим здесь описание ритуалов и реакцию на него гаона, хотя подробности резни опускаются, ибо особого интереса они не представляют.
   В Кайруане Эльдад общался с р. Иудой бен Корашем. Из письма р. Хисдая ибн Шапрута следует, что он также посетил Испанию. Возможно, он выехал из Азании в Йемене, добрался до северо-восточной части Персидского залива, перешел через горы Парон (Парвата) в Багдад и оттуда отправился в Северную Африку и Испанию. Еврейский язык его письма отличается от раввинского и приближается к библейскому варианту, хотя и не так изящен, как язык его современника Йосиппона, или псевдо-Иосифа.
   Больше всего язык Эльдада схож с языком дневников Давида Реувени, который в XVI веке проехал из Аравии в Европу. Эльдад утверждал, что не понимает эфиопского и арабского, но в его рассказе встречается много слов, имеющих явно арабское происхождение. Среди ученых, таких как Ибн Эзра, р. Меир Ротенбургский и многих современных ученых, было модно считать его самозванцем. Пинскер и Граэц называли его караимским миссионером, но практики, которые он описывает, весьма далеки от практик караимов. П.Ф. Франки в 1873 году назвал его вероломным мошенником, а Рейфманн полагал, что описание его путешествия было придумано в более поздние времена, но Хисдай в XI веке и Маймонид в конце XII цитировали его труды, ни капельки не сомневаясь в их истинности, а современные ученые, занимающиеся изучением еврейской истории, всецело на его стороне. Из критических работ, посвященных текстам, которые, несомненно, «претерпели изменения и страдают интерполяциями», наиболее интересными являются книги Эпштейна (1891), Д.Х. Мюллера (1892) и, особенно, Макса Шлёссингера. Он написал книгу «Ритуал Эльдада ха-Дани, воссозданный и отредактированный по рукописям и Генизскому фрагменту с замечаниями, введением и Приложением, содержащим легенды об Эльдаде» (Гаупт, Лейпциг – Нью-Йорк, 1908).
Письмо Эльдада Данита
   Во имя Господа Бога Израилева! Восславим же имя Господа, Царя царей, за то, что Он избрал Израиль из всех других стран и даровал нам закон истины и вечную жизнь, и справедливые законы, чтобы мы жили по ним. Братья наши, сыновья неволи, исполнитесь мужества и укрепите свои сердца, чтобы выполнить Закон Божий, когда придет для этого время, ибо, как только Израиль исполнит закон Всевышнего, никакой народ и никакой язык не сможет подчинить его себе. Мир братьям вашим, сыновьям неволи, мир Иерусалиму, городу славы нашей, месту Храма Господнего, что был разрушен, месту, где царствовал дом Давида и Иуды, которые принесли в мир справедливость и праведность, и месту Святая святых. Мир всем старейшинам Израиля и преданным Закону Божьему и его толкователям, его священникам и левитам и всем племенам Израиля и Иудеи, большим и малым. Пусть же Господь укрепит их сердца верой в Закон и в пророка Моисея, учителя нашего, слугу Господа нашего!
   А теперь мы расскажем нашим братьям, племенам Иешуруна, об Эльдаде Даните, который сам поведал о том, как он путешествовал по всем странам, покинув племя дан, а Господь чудесным образом спасал его во многих местах и от многих бед, обрушивавшихся на него, покуда он не прибыл в эту страну, где мог бы пойти и рассказать всем детям Израиля обо всем, что касается его, и принести утешение и добрые слова вашим сердцам.
1
   Вот как я путешествовал по другому берегу эфиопских рек.
   Мы с одним евреем из племени ашер сели на маленький корабль, чтобы заняться торговлей вместе с моряками, и, представьте себе, Господь послал большой и сильный ветер, и корабль потерпел крушение. Но Господь Бог послал мне в воде ящик, и я ухватился за него, а мой компаньон, увидев это, тоже ухватился за него; мы болтались на нем на волнах, пока море не выбросило нас к людям, называвшим себя ромранами. Это черные эфиопы, высокие, не носившие никакой одежды каннибалы, похожие на диких зверей.
2
   И когда мы попали в их страну, они схватили нас и, увидев, что мой компаньон толст и аппетитен, зарезали и съели его, а он кричал: «О, горе мне, что попал я к этим людям и эфиопы будут есть мою плоть». Но меня они оставили в живых, поскольку я заболел еще на корабле. Они заковали меня в цепи и стали ждать, когда я потолстею. Они давали мне всякую пищу, но пищу запретную, и я ничего не ел. Я прятал еду, а когда они спрашивали, съел ли ее, я отвечал, что съел.
3
   И я был с ними долго, до тех пор пока Господь, да будет Он благословен, не сотворил чудо, ибо на каннибалов напала большая армия людей из другого места. Меня захватили в плен и увели вместе с другими пленными, а самих каннибалов убили.
4
   А эти грешники были огнепоклонниками, и я жил у них четыре года и наблюдал, как каждое утро они разводили большой костер и поклонялись ему. Они привели меня в провинцию Азания.
5
   Меня нашел еврей, купец из племени иссахар. Он выкупил меня за 32 золотые монеты и увез с собой в свою страну. Они живут в горах на морском побережье на земле персов и мидов. Они исполняют заповедь «Содержание этого Закона да не покинет уст моих». Над ними нет ярма верховной власти, но лишь иго Закона. Среди них есть военачальники, но они ни с кем не воюют. Их разногласия касаются только закона, они живут в мире и согласии, и никто не нарушает его, и нет там зла. Они живут в стране, чьи размеры – десять дней пути на десять, и у них большие стада овец и верблюдов, много ишаков и рабов, но нет лошадей. Они не носят оружия и имеют только мясницкие ножи. Их никто не притесняет и не грабит, и даже если они найдут на дороге одежду или деньги, то не возьмут их. Но рядом с ними живут злобные огнепоклонники, которые берут в жены собственных матерей и сестер, но их те люди не трогают. У них есть Судия, и я расспрашивал о нем, и они сказали, что зовут его Нахшон, и они признают четыре способа казни[2] по своему закону, и говорят они на иврите и на персидском.
6
   А сыновья племени зебулун живут в горах Парой и приходят к своим соседям (то есть народу иссахар) и ставят палатки из мохнатых шкур, которые приобретают в Армении. Они доходят до Евфрата и ведут там торговлю и признают четыре способа казни, которые определяет суд.
7
   А племя рейбен живет напротив них по другую сторону от горы Парой, и между ними царит мир и согласие. Они воюют бок о бок и строят дороги и делят добычу. Они ходят по горным тропам царей Мидии и Персии и говорят на иврите и персидском и владеют священными книгами Мишна, Талмуд и Хаггадах и каждую субботу читают закон, подчеркивая самое важное. Текст его написан на иврите, а толкование (Таргум) – на персидском.
8
   А племя ефраим и половина племени манассей живут в горах напротив города Мекки, камня преткновения у исмаилитов. У них сильные тела и железные сердца. Они ездят на конях, ходят в походы, не испытывают жалости к врагам и живут только за счет своей добычи. Это храбрые воины. Один стоит тысячи.
9
   Племя симеон и половина племени манассей живут в стране вавилонян в шести месяцах пути. Они самые многочисленные из всех племен; они берут дань с пяти царств, и некоторые исмаилиты платят им дань.
10
   А в нашей стране говорят, что это наша традиция, быть сыновьями неволи. Племя Иуды и племя Вениамина живет под властью язычников на нечистой земле. Они были рассеяны римлянами, которые разрушили Храм Господа нашего; сейчас их угнетают греки и исмаилиты. Пусть же их мечи пронзят им сердца, и да будут переломаны их кости!
11
   У нас есть легенда, передаваемая от отца к сыну, что мы, сыновья племени дан, жили когда-то на землях Израиля в шатрах и среди всех племен Израиля не было более сильных и доблестных воинов, чем мы. И когда Иеробоам, сын Небата, который вверг Израиль во грех и создал двух золотых тельцов, поднялся над ними, царство дома Давидова было разделено, и собрались племена, он сказал: «Придите и воюйте против Рехобоама и против Иерусалима», они ответили: «Почему мы должны воевать против братьев наших и сына господина нашего Давида, царя Израиля и Иуды? Бог запрещает это!» И тогда сказали старейшины Израиля: «Нет среди всех племен Израиля более могучего племени, чем племя дан». И тут же было сказано детям племени дан: «Поднимитесь и бейтесь с детьми Иуды». Они ответили: «Клянемся жизнью отца нашего Дана, что мы не будем воевать против братьев наших и не прольем их крови». И тут мы, дети племени дан, взяли мечи, копья и луки и были готовы умереть, но покинуть землю Израиля, поскольку нам было ясно, что мы не можем остаться. «Уйдем же отсюда и найдем спокойное место, ибо, если мы будем ждать до конца, нас прогонят». Итак, мы собрались с духом и отправились в Египет, чтобы разрушить его и убить всех его жителей. Наш принц сказал нам: «Разве не записано, что вы больше никогда его не увидите? Как будете вы процветать?» Они сказали: «Выступим против Амалека, или против Эдома, или против Аммона и Моаба, уничтожим их и поселимся на их месте». Наш принц сказал: «Записано в законе, что Священный, да будет Он благословен, не позволил Израилю пересечь их границу». В конце концов мы посовещались и отправились в Египет, но не для того, чтобы уничтожить его, как хотели наши отцы, а только чтобы пересечь реку Пишон (Нижний Нил) и прийти в Эфиопию. И мы увидели, когда приблизились к Египту, что весь он охвачен страхом, и нас спросили: «Это война или мир?» И мы ответили: «Это мир, мы пройдем через вашу землю к реке Пишон и там найдем себе место для поселения». И мы увидели, что они не поверили нам, и весь Египет был настороже, пока мы не пересекли эту страну и не достигли Эфиопии. Мы увидели хорошую и тучную землю, а на ней – поля, пастбища и сады. Никто не мог запретить детям племени дан поселиться там, поскольку они взяли эту землю силой, и жители ее поняли, хотя и хотели убить их всех, что им придется платить дань Израилю, и мы много лет прожили с ними, сильно размножились и разбогатели.
12
   Потом Синахериб, царь Ассирии, пошел войной и захватил в плен рейбенитов, гадитов и половину племени манассей и отвел их в Холах и Хавор и к реке Гозан и в города Мидии. И во второй раз поднялся Синахериб и захватил племя ашер и племя нафтали и отвел их в Ассирию, а после смерти Синахериба три племени израильских – нафтали, гад и ашер – отправились в Эфиопию, останавливаясь в дикой местности, пока через 20 дней пути не достигли ее границы. Они убили эфиопов и до сей поры воюют с жителями эфиопских царств.
13
   И эти племена – дан, нафтали, гад и ашер – живут в Древнем Хавилахе, где есть золото (а еще в красивых местах в царстве Паравима под властью Орейнос), и они верят в своего Создателя, и Господь помогает им. Эти племена держали за горло своих врагов и каждый год воевали с семью царствами и семью странами. Имена этих царств: Туссина, Камти, Куба, Тариоги, Карма и Калом, и находятся они по другую сторону рек Эфиопии. У этих четырех племен было золото, серебро и драгоценные камни, много овец и скота, верблюдов и ишаков. Они сеяли и жали и обитали в шатрах, а когда хотели, то путешествовали и располагались лагерем. И от границы до границы – два дня пути туда и два дня – обратно. В тех местах, где они вставали лагерем, не было места, куда бы ступала нога чужака, а лагерь они ставили в полях и виноградниках.
14
   А имя их царя Уззиэль, и имя их великого принца – Элизафан из детей Ахолиаба, из племени дан, и их знамя – белое с черной надписью «Услышь, о Израиль, Господь наш Бог есть Бог единый». А когда они идут на войну, глашатай кричит под звук трубы, и военачальник ведет армию в 120 тысяч (?) с маленькими белыми флажками. Каждые три месяца другое племя вступает в войну, и это племя отсутствует три месяца, и все, что приносит оно в качестве добычи, делят среди людей своего собственного племени. Но наследники Самсона из племени дан превосходят всех. Они никогда ни от кого не бегали, ибо это было бы большим позором для них. Они многочисленны, как морской песок, и нет у них другого занятия, кроме войны. Когда они воюют, то говорят, что негоже сильным мужчинам бегать от врагов, пусть они лучше умрут молодыми, чем побегут. Пусть Бог укрепит их сердца, и пусть они несколько раз проговорят и вместе прокричат: «Услышь, о Израиль, Господь наш Бог есть Бог единый».
15
   И все это продолжается до тех пор, пока не истекут три месяца, после чего они возвращаются и приносят всю свою добычу царю Уззиэлю, и он делит ее со всем Израилем. Так повелел закон от царя Давида до сего дня, и царь Уззиэль берет свою долю и отдает долю всем мудрецам, толкователям закона, жителям шатров, и после этого все забирают свою долю и свою долю получает военачальник. То же самое происходит в те три месяца, когда выступает нафтали, и через три месяца, когда выступает гад, а также ашер. Так продолжается до тех пор, пока не истекут 12 месяцев, а затем все повторяется снова.
16
   Что же до племени Моисея, учителя нашего, да будет мир ему, праведному слуге Господа, чье имя у нас произносится как Джанус, поскольку он избежал идолопоклонства и устремился к Богу, то страна этого племени окружена морем на расстоянии трех месяцев пути на три. Люди Моисея живут в роскошных домах и красивых зданиях и замках, и ради удовольствия они приручают слонов. При них нет ничего нечистого: нет нечистых птиц, нечистых зверей, нечистого скота, нет мух, нет блох, нет вшей, нет лис, нет скорпионов, нет змей и нет собак. Все это было в стране идолопоклонников, где они пребывали в рабстве. У них были только овцы, быки и домашняя птица, и их овцы два раза в год приносили потомство. Они сеяли два раза в год; они сеяли и жали и растили сады с оливами, гранатами и фигами, а также все виды бобов и огурцов, дыни и лук, чеснок и ячмень, а также пшеницу, и один плод приносил сотню.
17
   Они люди совершенной веры; их Талмуд написан на иврите, а учение звучало так: «Так учили нас наши раввины из уст Иисуса, сына Нана, из уст отца нашего Моисея и из уст Всемогущего». Но они не знают раввинов, поскольку те были из Второго храма и до них не дошли.
18
   И они могут говорить лишь на Священном языке, и они принимают ритуальные ванны и никогда не сквернословят. Они одергивают тех, кто упоминает имя Господа всуе, и утверждают, что грех сквернословия приведет к ранней смерти сыновей. Но они живут долго – до 100 и 120 лет, их сыновья не умирают при жизни отцов, и одновременно живет три или четыре поколения. Они сеют и жнут сами, поскольку не имеют в услужении ни мужчин, ни женщин, и они все равны и не запирают домов на ночь, поскольку это считается у них позором. Их юноши уходят на 10 дней пасти овец и не боятся ни грабителей, ни призраков. Они все левиты, и нет среди них ни священников, ни израилитов, и они пребывают в святости учителя нашего Моисея, слуги Господа.
19
   Более того, они никого не видят и их не видит никто, кроме тех четырех племен, что живут по ту сторону рек Эфиопии. Есть место, где они могут видеть друг друга и говорить, если будут кричать, но между ними течет река Самбатион, и они говорят: «Так случилось с нами во время войны», и они рассказали всему Израилю, что случилось с ними. Когда им нужно передать что-то важное, они используют голубя, известного всем; они пишут письма и прикрепляют их к крыльям или к лапам этого голубя. Голуби пересекают реку Самбатион и прилетают к своим царям и принцам. У этих людей есть много драгоценных камней, серебра и золота. Они сеют лен, выращивают кошениль и изготавливают прекрасные наряды в огромном количестве. Их в пять раз больше, чем тех, что пришли из Египта, ибо они бесчисленны. Ширина реки равна 200 локтям, или дальности полета стрелы; эта река полна камней, крупных и мелких, которые грохочут, словно шторм, словно буря на море, и ночью этот грохот слышен на расстоянии целого дня пути. Там есть шесть источников, и, соединив их, люди получили озеро, которое используется для орошения земель, а еще там водится вкусная рыба. Река бежит и гремит камнями шесть рабочих дней, но на седьмой день она отдыхает и спит до самого конца субботы. А на другой стороне реки, на той стороне, где живут четыре племени, есть костер, который возгорается в субботу, и никто не может подойти к нему ближе чем на милю. А вот мое имя, Эльдад бен Маха-ли бен Эзекиэль бен Хезекия бен Алук бен Абнер бен Шемайя бен Хатер бен Тур бен Эльканах бен Хилл ель бен Тобиас бен Подат бен Айнон бен Нааман бен Таам бен Таами бен Онам бен Таул бен Шалом бен Калеб бен Омрам бен Думайн бен Обадия бен Авраам бен Иосиф бен Моисей бен Иаков бен Каппур бен Ариэль бен Ашер бен Иов бен Шаллум бен Элиху бен Аха-лиаб бен Ахисамах бен Хушим бен Дан бен Иаков, наш отец, да будет мир ему и всему Израилю.
   Эти письма господин Эльдад послал в Испанию в 43 (883) году, и этот господин Эльдад был приверженцем закона и заповедей, и если сидеть с ним с утра до вечера, то он не перестанет беседовать о законе на Священном языке, и его слова будут слаще, чем мед в сотах. Да вознаградит его Господь в этом мире и в следующем.
   На этом заканчивается книга Эльдада Данита.
Случай Эльдада Данита
(по тексту, напечатанному в Константинополе в 1519 г.)
   Вот какой вопрос задали кайруанцы гаону раббену Земаху об Эльдаде Даните, о племенах, живших в Древнем Хавилахе на Эфиопской земле, которых он посетил [после всяческих приветствий гаону]:
   – Да будет известно вашей светлости, что у нас появился гость, чье имя Эльдад Данит из племени дан. Он поведал нам, что в одном месте живут четыре племени, дан, нафтали, гад и ашер. Оно называется Древним Хавилахом, где есть золото. У них есть Судия, которого зовут Абдон, и у них есть четыре способа смертной казни. Они живут в палатках и во время своих передвижений с одного места на другое становятся лагерем. Они воюют с пятью (или семью?) царями Эфиопии, а их земли простираются на семь месяцев пути. Пять этих царей окружают их с тыла и с двух сторон и постоянно воюют с ними, а тех, кто дрогнет сердцем, помещают в Божий лагерь[3]. Они знают всю Библию целиком, но не читают свитка об истории Эсфири, потому что не причастны к этому чуду, а также не признают Плача Иеремии, чтобы не разбивать себе сердце. Они нигде не упоминают имен мудрецов в качестве авторитета, но утверждают: «Иисус сказал, что тот, кто услышит из уст Моисея, услышит из уст Всемогущего». Все мужчины их племени помещаются в военные лагеря, и каждый занимается своим делом. Одни воюют, другие изучают Тору. Их четыре племени, но, когда доходит дело до войны, они не смешиваются. Сильные мужчины племени дан воюют три месяца. Они сражаются верхом и неделями не слезают с коней, но накануне субботы они спешиваются, где бы они ни оказались. Их лошади остаются в боевой оснастке, и враги к ним не приближаются. Они должным образом отмечают субботу, и если враги все же нападают, то даниты сражаются с ними в полном вооружении и убивают столько врагов, сколько Бог даст им силы убить.
   Среди них есть силачи, ведущие свой род от Самсона, сыновья Далилы; они любят воевать. Самый малый из них стоит многих, а голос каждого из них подобен грозному рыку льва. Они идут вперед с криком: «Господь дарует спасение. Твоя сила в Твоем народе, в племенах Иешуруна Села». Они воюют, покуда не истекут три месяца, а после этого приносят свою добычу царю Аддиелуи делят ее поровну между всеми израилитами, а когда царь получает свою долю, то отдает ее мудрецам, которые изучают закон. Свою долю получает каждый, кому она причитается; так же поступают и племена гад, ашер и нафтали, пока не истекут 12 месяцев. Затем все повторяется вновь.
   Их единственный язык – Священный язык, и этот Эльдад Данит не понимает ни слова на других языках – ни языка Эфиопии, ни языка Измаила, только иврит, а иврит, на котором говорит он, содержит такие слова, которых мы никогда не слышали. Он называет голубку «тинтар», птицу – «рекут», перец – «дармос». Мы записали много таких слов из его уст, потому что мы объяснили ему, в чем дело, и он назвал нам имя на Священном языке, и мы записали его, и через некоторое время мы вновь попросили его назвать каждое слово и обнаружили, что эти слова совпадают с теми, которые он произносил в первый раз. Их Талмуд написан на простом иврите и не упоминает ни одного мудреца, ни раввина Мишны, ни раввина Талмуда, но в каждой Галахе сказано: «Это мы познали из уст Иисуса, из уст Моисея, из уст Бога». Он говорит о том, что запрещено, и о том, что разрешено, и мы увидели, что это тот же закон, но слегка измененный, и мы посчитали правильным познакомить вашу светлость с теми частями их Талмуда, которые кажутся нам необычными, чтобы Ваша Светлость изучила их. <…> [Далее приводятся законы, изложенные Эльдадом.]
   Он также поведал нам, что, когда Храм был разрушен, израильтяне пришли в Вавилон и халдеи поднялись и ответили сыновьям Моисея: «Спойте нам песни Сиона». Сыновья Моисея встали и с плачем перед Богом отрубили себе пальцы и сказали: «Этими пальцами мы играли в Храме, как же мы можем играть ими на нечистой земле?» И пришло облако, и унесло их вместе с их палатками, и овцами, и скотом, и принесло их в Хавилу и ночью опустило на землю. Более того, они сообщили нам: «Наши отцы сказали нам, что наши отцы слышали от своих отцов, что в ту ночь раздался громкий шум и утром они увидели могучую армию. Но они были окружены рекой, которая текла вместе с камнями и землей там, где никогда ее не было. И эта река без воды, с камнями и землей, все еще течет с ужасным грохотом. Эти камни и земля были бы рассеяны, если бы на ее пути встретилась железная гора; но река течет шесть дней в неделю, наполненная камнями и землей, без капли воды, а в субботу отдыхает. Когда же наступают сумерки, на нее опускается облако, и ни один человек не может к ней прикоснуться до конца субботы. Название этой реки – Самбатион, а мы называем ее Саббатинус, и на этой реке есть места шириной всего 60 локтей. Те, что на одной стороне, могут говорить с теми, кто на другой, но они изолированы, потому что их окружает река, и мы не можем дойти до них, и они не могут оттуда выбраться.
   И среди них нет диких зверей и нет нечистых, только скот. Нет насекомых, нет ползучих гадов, только овцы и скот. Они жнут и сеют сами, поскольку рабов у них нет. Они разговаривали друг с другом и рассказывали сыновьям племени дан о том, как был разрушен Храм, о котором те и не знали.
   Но нафтали, гад и ашер после разрушения Храма пришли к племени дан, потому что раньше, в городах Иссахара, они жили вместе. Они спорили с ними и говорили им: «Вы дети служанок», и они боялись, как бы между ними не началась война, и они отправились к племени дан, и четыре племени объединились в одном месте.
   Вот какой ответ дал гаон Земах кайруанцам, которые спрашивали об Эльдаде Даните и отличиях в его законе:
   – Что касается раввина Эльдада Данита, о котором вы спрашивали нас, и того, что вы узнали от него, то мудрецы сообщили нам, что они слышали от раббана Исаака бен Мара и раббана Симха, будто бы они видели этого раввина Эльдада Данита и были удивлены его словам, потому что некоторые из них соответствовали словам раввинов, а некоторые – нет.
   Когда мы задумались над этим вопросом, то поняли, что есть отрывки, которые соответствуют учению наших мудрецов, потому что, когда Синахериб пришел и отправил племена зебулум и нафтали в изгнание в восьмой год правления царя Ахаза (а от построения Храма до восьмого года Ахаза прошло около 64 лет) и когда сыновья племени дан, которые были доблестными воинами, увидели, что царь Ассирии начал править Израилем, они ушли из Израиля в Эфиопию и стали жить на земле садов и пастбищ, полей и виноградников. Это самая большая земля, полная всякого добра, и их сердца подсказывали им, что они должны служить Господу с благоговением и выполнять все Его заповеди с любовью. И он согласился, что их следует увенчать двумя коронами: короной закона и короной царства, как утверждал Эльдад Данит.
   И наши мудрецы учили, что было 10 пленений, в которые попадал Израиль. Четыре – от Синахериба, четыре – от Навуходоносора, одно – от Адриана. Но племя дан не упоминается нигде, потому что оно ушло в Эфиопию за 135 лет до разрушения Храма. Эльдаду казалось, что в этом вопросе не было изъянов, если бы племя дан не ушло в изгнание до третьего пленения.
   Ребе Эльдад утверждает, что у них было четыре способа смертной казни: побивание камнями, сжигание, обезглавливание мечом и повешение, но смерть через повешение не упоминается в Писании, и раввины толковали это так: где бы в Писании ни упоминалась казнь, это означало смерть через повешение.
   Что касается вопроса о том, что сыновья Моисея жили рядом с ними, а Самбатион их окружал, то Эльдад был прав, ибо наши раввины в Мидраше говорят следующее: «Навуходоносор послал в изгнание левитов, сыновей Моисея, 60 мириад», и, когда они пришли к рекам Вавилона и принесли свои арфы, с ними произошло то, о чем поведал вам ребе Эльдад.
   Перед тем как наши предки пришли на землю Ханаана, они были уже опытными воинами, но они забыли Мишну, которую получили от Моисея, и даже сам Исаак сказал, что после смерти Моисея у него возникли сомнения по этому поводу. Из всех племен, живших на этой земле, племена Иуды и Вениамина более строго, чем другие, придерживались закона.
   Не удивляйтесь вариациям и различиям, которые вы услышали от Эльдада, поскольку мудрецы Вавилона и Палестины изучают одну и ту же Мишну, не добавляя и не изымая из нее ничего, но иногда одни дают одно толкование, а другие – иное, и, когда два мудреца садятся вместе, чтобы понять Писание или Мишну, один находит одно объяснение, а второй находит другое, и даже в Писании, которое зафиксировано на письме, есть различия в Вавилонской и Палестинской версиях. Это касается ошибочных или лишних букв, открытых и закрытых разделов, а также ударений и разделения стихов. Еще больше различий в Мишне, но это закрытая тема и очень, очень глубокая. Кто сумеет справиться с этим?
   Однако необходимо отметить, что вполне вероятно, что Эльдад ошибся и перепутал многое из-за тех злоключений, которые на него обрушились, а также из-за того, что тяготы пути измучили его плоть, но Мишна – это единый закон. К ней мы не можем добавить ничего и не можем ничего отнять. Мы не можем допустить отклонений ни в большом, ни в малом. Талмуд изучается в Вавилоне на сирийском, в Палестине – на таргумском, а мудрецами, изгнанными в Эфиопию, на иврите, который они понимают. Что же касается вопроса о том, что Эльдад не называл мудрецов по именам, то это произошло потому, что во всей Мишне, которую израильтяне изучали в Храме, законы были общими и мудрецы не цитировались. Но Закон остается тем же самым, будь это Мишна или Талмуд; все пьют из одного источника, а он не приспособлен, чтобы открывать все, как сказано в Пословицах (25: 2): «Честь царей – исследовать вопрос».
   Что касается рассказа Эльдада о том, что они молились сначала за мудрецов Вавилона, а потом – за весь Израиль в изгнании, то они поступали правильно, поскольку главные мудрецы и пророки были изгнаны в Вавилон и основали закон и создали Дом учения (Иешиба) на реке Евфрат со времен Иегоякима, царя Иуды до этого самого дня, и создали цепь мудрости и пророчества, и оттуда вышел Закон для всех людей, и, как мы уже говорили вам, все пьют из одного источника, поэтому запоминайте усердно все, что проповедуют мудрецы, и Талмуд, которому они вас учат. Не отклоняйся ни вправо, ни влево от их слов, ибо так предписано (Втор., 17: 2): «Ты должен будешь поступать согласно букве Закона, которому они научат тебя, и в соответствии с суждением, которое они тебе представят».

ПОСЛАНИЕ РАВВИНА ХИСДАЯ ИБН ШАПРУТА, СЫНА ИСААКА (БЛАГОСЛОВЕННОЙ ПАМЯТИ) ХАЗАРСКОМУ ЦАРЮ И ОТВЕТ ЭТОГО ЦАРЯ
(ок. 960)
[4]

   Хисдай Абу Юсуф, сын Исаака, сына Эзры, из семьи Шапрут, врач, был визирем у калифа Абд эр-Рахмана III (911–961) и у его наследника калифа Хакема (961–976). Византийский император Роман II, доведенный аббасидским калифом Багдада почти до бедности и желая снискать дружбу Абд эр-Рахмана, послал ему греческий медицинский манускрипт Диоскоридов, поручив монаху Николаю перевести его с греческого на латынь. Николай стал другом Хисдая. Абд эр-Рахман послал Хисдая в Наварру, где тот излечил тамошнего короля Леона от ожирения и помог ему вернуться на наваррский трон. Оттон I, король Германии, в 956 году отправил посольство калифу Абд эр-Рахману, и Хисдай провел с ним переговоры, которые завершились подписанием благоприятного для евреев договора. В качестве нази (принца) или временного лидера еврейских конгрегаций Кордовы Хисдай защищал интересы евреев и еврейской науки в Испании и других странах. От восточных путешественников он узнал, что в Азии существует еврейское царство, которым управляет еврейский царь. Купцы из Хорасана сообщили ему, что такое государство действительно существует и называется Хазарией. Слыхал Хисдай и об Эльдаде Даните. Послы византийского императора, прибывшие ко двору халифа, подтвердили, что хорасанские купцы говорили правду, и Хисдай послал Исаака бен Натана с письмом, которое мы приводим, и рекомендациями к императору. Исаак провел в Константинополе полгода, но дальше не поехал; император Византии писал, что дорога в Хазарию очень опасна, а по Черному морю можно плавать лишь в отдельных случаях. Тогда Хисдай решил послать письмо в Иерусалим, евреи которого обещали переслать его в Нисибис, оттуда – в Армению, а из Армении – в Бердаа и, наконец, в Хазарию. Однако, пока он обдумывал свой план, ко двору Абд эр-Рахмана прибыли послы царя Гебалима (славянского правителя). Среди них были два еврея – Саул и Иосиф. Они обещали отвезти письмо Хисдая к своему королю, который из уважения к Хисдаю перешлет его венгерским евреям, а те – в Румелию и Болгарию, откуда оно попадет в Хазарию. Этим путем послание Хисдая и добралось до хазарского царя Иосифа, и царь прислал свой ответ, который тоже приводится здесь. Хисдай, как полагают, умер в 1014 году. Подлинность этих писем, теперь признаваемую всеми, долгое время оспаривали Бухторф, Баснаж и др. Великий поэт-философ Иуда ха-Леви написал в 1140 году поэму «Кузари», где рассказывается об обращении хазарского царя, жившего в Крыму, и части его людей в иудаизм. Если верить арабским историкам, это произошло во второй половине VIII века.
   «Я, Хисдай, сын Исаака, сына Эзры, принадлежащий к изгнанным из Иерусалима евреям и живущий в Испании, слуга господина Царя, падаю перед ним ниц и простираюсь в сторону обиталища Вашего Величества, из далекой земли. Радуясь вашему спокойствию и величию, я протягиваю руки к Богу на небесах, чтобы Он продлил ваше царствование в Израиле. Но кто я такой? И что такое моя жизнь, раз я осмеливаюсь посылать письмо моему господину Царю и обращаться к Вашему Величеству? Полагаюсь, однако, на чистоту и честность моей цели. Как же иначе можно было бы изложить простыми словами мысль тем, кому пришлось бродить по земле после того, как слава их родной страны погибла; кто долгое время переносил страдания и лишения и больше уже не видел флагов своей земли? Мы, остатки полоненных израильтян, слуг моего господина Царя, мирно живем на земле своего временного обитания (ибо наш Бог не оставил нас и Его тень от нас не отлетела). Когда мы согрешили, Он осудил нас, наполнил наши чресла страданиями и омрачил разум тех, кто подчинил себе израильтян и назначил сборщиков дани, кто наложил иго на израильтян, жестоко преследовал их, вверг их в печаль и подверг бесчисленным бедствиям. Но когда Бог увидел их несчастье и непосильный труд и их беспомощность, Он повелел мне предстать перед царем и великодушно обратил ко мне его сердце, но не потому, что я праведник, а потому, что Он милостив, и потому, что Он решил заключить соглашение. Согласно этому соглашению, жизнь бедного стада стала безопасной, руки угнетателей разжались, и они перестали мучить [израильтян], и по милости нашего Бога иго ослабло. Так будет же известно царю, моему господину, что страна, в которой мы живем, на Священном языке называется Сефарад, а на языке арабов, населяющих ее, Аландалус (Андалузия), а столица этого царства именуется Кордовой. Протяженность ее 25 тысяч локтей, а ширина – 10 тысяч. Она располагается слева от моря (Средиземного), которое протекает между вашей страной и великим морем (Атлантическим) и окружает всю вашу страну. От этого города до великого моря, за которым нет больше никаких обитаемых земель, лежит расстояние 9 астрономических градусов; солнце каждый день проходит 1 градус, если верить астрономам; каждый градус содержит 66 миль и еще две части мили, а каждая миля включает в себя 3 тысячи локтей; таким образом, эти 9 градусов составляют 600 миль. От этого великого моря расстояние до Константинополя составляет 3100 миль, но Кордова [находится] в 80 милях от берега моря, которое течет в вашу страну (Средиземное). Я прочитал в книгах умных людей, что Хазарская земля протягивается на 60 градусов, что составляет 270 миль (от Константинополя). Таково путешествие из Кордовы в град Константина. Однако, прежде чем я расскажу о нем, я укажу меру длины в его пределах. Ваш слуга знает, что самый малый из слуг моего господина Царя больше всех умных людей нашей страны, но я не поучаю, а только излагаю факты.
   С помощью математических принципов мы выяснили, что расстояние от нашего города до экватора составляет 38 градусов, от Константинополя – 44, а от ваших границ – 47. Мне пришлось привести эти цифры, поскольку, к моему удивлению, мы ничего не знаем о вашем царстве, и я думаю, что причиной этого является огромное расстояние, [которое отделяет] наше королевство от государства моего господина Царя. Но я недавно услышал, что туда, где живет мой господин Царь, прибыли два человека из нашей земли и одного из них зовут раввин Иуда, сын Местра, сына Натана. Это достойный и образованный человек. Другого именуют раввин Иосиф Хаггарис, это тоже мудрый человек (да будет счастливой и благословенной судьба тех, кто сподобился увидеть славное величие и великолепие моего господина Царя, а также положение и условия, в которых живут его слуги и министры), и я думаю, что Богу в Его великом милосердии не трудно было бы сотворить чудо и для меня и сделать меня достойным милости увидеть Ваше Величество и царский трон моего господина и насладиться его великодушным обществом. Я сообщу моему господину Царю имя короля, который правит нами. Его имя – Абд эр-Рахман, сын Мохаммеда, сына Абд эр-Рахмана, сына Хакема, сына Хишама, сына Абд эр-Рахмана, которые правили друг за другом, за исключением Мохаммеда, отца нашего короля, который умер, не восходя на трон, то есть еще при жизни своего отца. Абд эр-Рахман, восьмой из [династии] Омейядов, прибыл в Испанию, когда ею правили сыновья Аль-Аббаси[5], чьи соседи в настоящее время являются соверенами земли Шинар. Абд эр-Рахман, восьмой из Омейядов, освободил Испанию, когда в ней начался бунт против сыновей Аль-Аббаси, сына Муавии, сына Хишама, сына Абд эль-Малика, которого звали Амир аль-Муминин (Правитель правоверных), чье имя известно каждому. Ни один из царей, живших до него, не сравнится с ним. Протяженность Испании, которой правит Абд эр-Рахман, Амир аль-Муминин (да будет Господь благосклонен к нему!), составляет 16 градусов, или 1100 миль. Это богатая земля, изобилующая реками, источниками и акведуками; это земля пшеницы, масла и вина, фруктов и всякого рода деликатесов; в ней есть сады для удовольствий и фруктовые сады, плодоносящие деревья всех сортов, включая деревья, листьями которого кормится шелкопряд, водящийся у нас в изобилии. В горах и лесах нашей страны собирают огромное количество кошенили. У нас можно найти горы, покрытые шафраном и [пронизанные] жилами серебра, золота, меди, железа, олова, свинца, серы, порфира, мрамора и хрусталя. Испания, кроме того, производит то, что в арабском языке называется А лулу. В нее съезжаются купцы и торговцы со всех концов земли, из Египта и соседних стран, которые привозят пряности, драгоценные камни, прекрасные вещицы для королей и принцев и все, чем так богат Египет. Наш король собрал огромные богатства серебра, золота, драгоценных вещей и таких ценностей, каких никогда не имел ни один король. Его ежегодный доход, как я слышал, составляет около 100 тысяч золотых кусков, большая часть которых поступает от купцов, которые приезжают сюда из разных стран и островов; и все их торговые сделки находятся под моим контролем.
   Хвала Всемогущему Богу за Его милость ко мне! Цари земли, которым известны Его величие и мощь, приносят Ему дары, добиваются Его милости с помощью дорогих подарков. Среди них царь германцев[6], царь Гебалима, где живут ас-саглабы[7], царь Константинополя[8] и другие. Все их дары проходят через мои руки, и я должен в ответ одаривать их (пусть мои губы вознесут хвалу Богу на небесах, который простирает Свою нежную заботу обо мне не из-за того, что я достоин ее, а от полноты Своей милости). Я всегда расспрашиваю послов этих монархов о наших братьях-израильтянах, остатках неволи, слышали ли они что-нибудь о судьбе тех, кто остался в рабстве и не обрел покоя. Однажды купцы, посланные из Хорасана, сообщили мне, что существует царство евреев, которых именуют хазарами (и что между Константинополем и этой страной лежит морской путь в пятнадцать дней, а на суше между нами и ими проживает множество народов). Но я не поверил этому, ибо подумал, что они рассказали мне обо всех этих вещах только для того, чтобы добиться моей благосклонности и милости. Поэтому я сомневался и колебался до тех пор, пока не явились послы из Константинополя с подарками и письмом от их царя нашему королю, которых я спросил об этом деле. Они ответили: «Это истинная правда; в этом месте расположено царство Алькузари, от которого до Константинополя надо плыть по морю пятнадцать дней, а по суше – рассеяно много народов. Правящего сейчас царя зовут Иосиф; из их страны в нашу иногда приходят корабли, которые привозят рыбу, шкуры и самые разные вещи; люди [в этой стране] – наши братья, и мы их очень уважаем; наши страны часто обмениваются посольствами и подарками; они очень сильны, они содержат многочисленные армии, которые время от времени отправляются в походы». Этот ответ внушил мне надежду, поэтому я поклонился и возблагодарил Бога.
   Теперь я стал искать надежного посланника, которого я мог бы отправить в вашу страну, чтобы узнать всю правду об этом деле и удостовериться в процветании моего господина и его слуг, наших братьев. Но дело казалось безнадежным из-за большого расстояния до того места, но через некоторое время, по милости и желанию Бога, ко мне явился человек, назвавшийся Мар Исааком, сыном Натана. Он вверил свою судьбу в руки Бога и охотно предложил отвезти мое письмо моему господину Царю. Я щедро отблагодарил его, снабдив золотом и серебром на его собственные расходы и на расходы слуг, а также всем необходимым. Более того, из своих собственных запасов я послал дорогой подарок царю Константинополя с просьбой помогать моему посланнику всеми возможными способами, пока он не прибудет во дворец, где живет мой господин. Соответственно, этот посланец отправился в путь, явился к царю и показал ему мое письмо и подарки. Царь, со своей стороны, принял его с честью и держал при себе шесть месяцев вместе с послами моего господина короля Кордовы. Однажды он велел им и моему посланнику возвращаться домой, дав последнему письмо, в котором писал, что дорога [в Хазарию] очень опасна, что страны, через которые ему пришлось бы проехать, воюют между собой, что море очень бурное и плавать по нему можно только в определенное время. Когда я узнал об этом, то расстроился чуть ли не до смерти и очень сожалел, что он не послушался моих просьб и не выполнил моего желания.
   После этого я подумал, что надо бы послать свое письмо через Иерусалим, потому что люди, живущие там, обещали отправить это письмо в Нисибис, а оттуда – в Армению, из Армении в Бердаа и оттуда – в вашу страну. Как раз во время моих раздумий прибыли послы от короля Гебалима, а с ними два израильтянина: одного звали Мар Саул, а другого – Мар Иосиф. Эти люди поняли мое беспокойство и успокоили меня, сказав: «Дай нам твое письмо, и мы проследим, чтобы оно было доставлено к королю Гебалима, который ради тебя пошлет его израильтянам, живущим в стране венгров, а те перешлют его на Русь, оттуда – в Болгарию, пока, наконец, оно не прибудет, согласно твоему желанию, к месту назначения».
   Тот, кто испытывает сердца и держит в руках поводья, знает, что я сделал это не ради моего собственного возвышения, а только ради желания узнать, удалось ли израильским беженцам создать где-нибудь независимое царство и не стать подданными какого-нибудь иноземного правителя. Если бы я узнал, что так оно и есть, то, презрев всю свою славу, отказавшись от высокого положения, оставив семью, я пошел бы через горы и холмы, через моря и земли, чтобы прибыть туда, где живет мой господин Царь, и увидеть не только его славу и величие, и славу и величие его слуг и министров, но и спокойствие израильтян. От вида этого мои глаза просветлели бы, нервы расслабились, а губы исторгли бы хвалу Господу, который не лишил несчастных Своей милости.
   Поэтому, и пусть это порадует Ваше Величество, я прошу Вас учесть желание Вашего слуги и велеть Вашим писцам, которые у Вас под рукой, послать ответ из Вашей далекой страны Вашему слуге и подробно рассказать о тех условиях, в которых живут израильтяне и как они там оказались. Наши отцы рассказывали нам, что место, где они сначала поселились, называлось горой Сеир, но мой господин знает, что гора Сеир находится далеко от того места, где Вы живете; наши предки говорят, что они подвергались свирепым гонениям, одна беда следовала за другой, пока, наконец, они не осели в том месте, где живут и сейчас.
   Более того, древние сообщают нам, что, когда был издан указ о гонении на евреев из-за их грехов и халдейское войско с яростью напало на них, они спрятали Книгу Закона и Священное Писание в пещере. По этой причине они молились в пещере и учили своих сыновей молиться здесь утром и вечером. Со временем, однако, по прошествии времени и многих лет, они забыли об этом и впали в невежество касательно значения этой пещеры и не знали, почему они должны в ней молиться, однако продолжали соблюдать обычай отцов, хотя и не понимали, откуда он взялся. После долгого времени к ним пришел один израильтянин, который хотел понять истинное значение этого обычая, и когда он вошел в пещеру, то увидел, что она полна книг, которые он вынес наружу. С тех самых пор они начали изучать Закон. Вот что рассказали нам наши отцы – то, что досталось нам от древних времен. Двое мужчин, пришедших из страны Гебалим, Мар Саул и Мар Иосиф, пообещав передать мое письмо моему господину Царю, сказали мне: «Примерно семь лет назад к нам пришел мудрый и образованный израильтянин, пораженный слепотой, по имени Мар Авраам, и он сказал, что явился из страны Хаз, что жил в доме царя, ел за его столом и был уважаем царем». Услышав это, я послал слуг, чтобы они привезли его ко мне, но они не нашли его, тем не менее это обстоятельство укрепило мою надежду.
   Поэтому я пишу это письмо Вашему Величеству, в котором покорнейше прошу не отказать в моей просьбе и велеть Вашим слугам написать мне обо всем, то есть что такое Ваше государство? Какова природа Вашей земли? Какие племена ее населяют? Как осуществляется управление? Как цари сменяют друг друга – выбирают ли их из одного какого-либо племени или семьи, или сыновья наследуют отцам, как было принято у наших предков, когда они жили в своей земле? Прошу также моего господина Царя сообщить мне о размерах своей страны, ее длине и ширине. Какие города ее обнесены стенами, а какие – нет? Снабжается ли она водой с помощью сооруженных руками людей или природных источников, как далеко простираются ее владения, а также сколько у нее армий и командующих этими армиями? Молюсь, чтобы мой Господин не подумал, что я интересуюсь числом его армий из дурных побуждений («Пусть Господь Бог умножит их» и т. д.). Мой господин знает, что я спрашиваю об этом только для того, чтобы порадоваться, узнав, что святого народа стало больше. Я хочу, чтобы он сообщил мне о том, сколькими провинциями он управляет, сколько дани ему платят, выделяют ли ему десятину, живет ли он постоянно в царском городе или объезжает все свои владения, есть ли поблизости какие-нибудь острова и обратились ли их обитатели в иудаизм? Судит ли он своих подданных сам или назначает для этого судей? Как он посещает дом Бога? С какими народами воюет? Позволяет ли прекращать военные действия в субботу? Какие царства или народы живут вдоль его границ? Как называются эти народы и страны? Что представляют собой города, расположенные рядом с его царством, Хорасан, Бердаа и Баб-эль-Абваб? Как их караваны проходят на территорию его страны? Сколько царей правило до него? Каковы их имена, сколько лет правил каждый из них и на каком языке разговаривает его народ? Во времена наших отцов среди нас жил один израильтянин, очень умный человек, который принадлежал к племени дан, который был потомком Дана, сына Иакова. Он говорил очень красиво и давал всякой вещи название на святом языке. Его выражения были очень необычны. Излагая Закон, он любил приговаривать: «Так Офниэль, сын Кеназа, если верить легенде, свисал изо рта Джошуа, а тот – изо рта Моисея, которого вдохновлял Всемогущий». И еще одну вещь я хочу спросить у моего господина – пусть он скажет мне, есть ли среди вас человек, который сообщит мне, есть ли среди вас человек, который верит в то, что для евреев наступит наконец освобождение, которого мы ждем уже столько лет, переходя из одной неволи в другую, от одного изгнания в другое. И насколько сильна в нем надежда на приход этого события? И о! Как я могу быть спокойным и невозмутимым, видя запустение дома нашей славы и вспоминая о тех, кто, избежав меча, прошел огонь и воду и довольствуется теперь малым! Мы лишились нашей славы, и нам нечего ответить, когда нам ежедневно говорят: «Все народы имеют свои царства, а от вас на земле не осталось никаких следов». Поэтому, услышав о славе моего господина Царя, а также о мощи его владений и многочисленности его войск, мы были поражены, мы подняли головы, дух наш воспрянул, а руки наши обрели прежнюю силу. Царство моего господина вооружило нас аргументом против этих насмешек. Так пусть же ваш рассказ подтвердит Вашу силу, ибо наше величие от этого только возрастет. Будь же благословен Бог Израиля, который не оставил нас без родственной защиты, а страдающие племена Израиля – без независимого царства. И пусть мой господин Царь вечно процветает…»
Ответ Иосифа, царя Тогармы, Хисдаю, предводителю алута, сыну Исаака, сына Эзры, испанцу, любимому и уважаемому нами
   «Сообщаю тебе, что твое прославленное письмо было передано мне раввином Иаковом, сыном Элеазара из земли немцев (Германии). Мы обрадовались ему и оценили по достоинству твое благоразумие и мудрость, которую обнаружили в нем. Я увидел это в описании твоей земли, ее длины и ширины, родословной твоего соверена Абд эр-Рахмана, его величия и силы; и как, с Божьей помощью, он подчинил себе весь Восток, благодаря чему слава о его королевстве разнеслась по всему миру и все короли наполнились страхом перед ним. Ты также сообщил нам, что, если бы не приезд тех послов из Константинополя, которые рассказали тебе о людях моего царства и о наших учреждениях, ты считал бы все это выдумкой и не верил бы в нее. Ты также задал вопросы о нашем царстве и моей родословной, о том, как наши отцы чтили закон и религию израильтян, как Бог просветил наш разум и рассеял наших врагов; ты также хотел узнать, какова длина и ширина нашей земли, о том, какие народы с ней соседствуют и какие из них дружат с нами, а какие – нет; могут ли наши послы добраться до твоей земли, чтобы поприветствовать вашего выдающегося милостивого короля, который возбуждает в сердцах всех людей любовь и желание дружить с ним совершенством своего характера и прямотой своих действий, потому что люди других национальностей говорят вам, что у евреев нет своих владений и своего царства. Гели бы у них все это было, пишешь ты, евреи получили бы от этого большую выгоду, их мужество пробудилось бы снова, и они получили бы повод гордиться собой, достойно ответив тем, кто говорит: «На земле не осталось евреев, у которых было бы свое царство или свои владения». Поэтому мы, порадовавшись твоей мудрости, решили с уважением ответить на все твои вопросы, которые ты задал в своем письме.
   Мы уже слышали ранее о том, что ты сообщил нам о своей земле и о семье своего короля. Наши отцы обменивались письмами, и об этом написано в наших книгах и известно всем старикам в стране. А теперь мы расскажем тебе, что произошло с нашими отцами до того, как мы появились на свет, и что мы оставим в наследство своим детям.
   Ты также спрашиваешь в своем письме, из какого народа, из какой семьи и из какого мы племени? Знай же, что мы – потомки Яфета, через его сына Тогарму. Мы прочитали в генеалогических книгах наших отцов, что у Тогармы было десять сыновей, чьи имена таковы: Агиджое, Тирус, Оувар, Угин, Бизал, Зарна, Кузар, Санар, Балгад и Савир. Мы происходим от Кузара; о нас пишут, что в его дни наших отцов было очень мало. Но Бог дал им мужество и силу, когда они вели войны со многими могущественными народами, так что они изгнали их с нашей земли и преследовали до самой реки Дуна (Дунай?), где захватчики живут по сей день, недалеко от Константинополя, а хазары завладели их территорией.
   Что касается твоего вопроса о протяженности нашей страны, ее длине и ширине, знай, что она располагается по берегам реки неподалеку от Гаргальского моря в сторону востока, в четырех месяцах пути. Рядом с этой рекой живет множество обильных людьми племен: у них есть деревни, города и крепости, и все они платят мне дань. Отсюда граница поворачивает в сторону Гаргальского моря, и все племена, которые живут на его берегу, в одном месяце пути, платят мне дань. На южной стороне – пятнадцать очень многолюдных племен, до самого Баб-эль-Абваба, которые живут в горах. Также и обитатели земли Басса и Тагата, [протягивающейся] до самого Константинова моря, в двух месяцах пути, платят мне дань. В западной части – тринадцать племен, тоже очень многочисленных, живущих по берегам Константинова моря, и отсюда граница поворачивает на север и идет до великой реки под названием Джанг. Эти люди живут в городах, не имеющих стен, и занимают всю степь до самой границы с югрианами; их столько же, сколько песчинок в море, и все они мои данники. Расстояние до их земли составляет четыре месяца пути. Я живу в устье реки и не позволяю русским, которые приплывают на лодках, вторгаться на их территорию, как не позволяю их врагам, приходящим по суше, вторгаться на их земли. Мне приходится вести с ними кровопролитные войны, ибо если я поддамся им, то они опустошат всю землю мусульман до самого Багдада.
   Более того, я сообщаю тебе, что живу на берегах реки, милостью Божьей, и имею в своем царстве три царских города. В первом живет царица со своими служанками и помощниками. Длина и ширина [этого города составляет] 50 квадратных парасангов вместе с его пригородами и соседними селами. Здесь живут евреи, мусульмане, христиане и другие люди, говорящие на разных языках. Второй вместе со своими пригородами имеет 8 квадратных парасангов в длину и ширину. В третьем живу я вместе с принцами, слугами и всеми своими министрами. Это небольшой город, его длина и ширина составляет 3 квадратных парасанга; река протекает в пределах его стен. Всю зиму мы проводим в городе, а в месяце нисане (марте) покидаем его, и все разъезжаются по своим полям и садам, чтобы возделывать их. У каждой семьи есть свое наследственное поместье. Они приезжают и живут там с радостью и с песнями. Среди нас не слышно голосов угнетателей; у нас не бывает стычек и ссор. Я со своими принцами и министрами совершаю путешествия на расстояние 20 парасангов к великой реке Арсан, откуда мы объезжаем всю провинцию до самой крайней ее точки. Такова протяженность нашей земли и место, где мы отдыхаем. Нашу страну не часто посещают дожди; она изобилует реками и ручьями, которые кишат рыбой; у нас много источников; почва очень плодородная и богатая; поля, виноградники, сады и огороды орошаются реками, мы имеем в изобилии фруктовые деревья всех видов.
   Здесь я хочу добавить, что граница нашей земли, если ехать на восток до самого Гаргальского моря, находится в 20 парасангах; в 30 парасангах – на юг и 40 – на запад. Я живу на плодородной земле и, милостью Божьей, пребываю в покое.
   Что же касается твоего вопроса о чудесном спасении, то наши глаза обращены к нашему Господу Богу и к мудрецам Израиля, которые живут в Иерусалиме и Вавилоне. Хотя мы находимся далеко от Сиона, мы слышали, что из-за наших особенностей расчеты ошибочны, не знаем мы и того, касается ли это нас. Но если Бог пожелает, то Он сделает это ради своего великого имени; ни беды, постигшие его дом, ни отказ от помощи евреям, ни все напасти, свалившиеся на нас, не будут считаться в его глазах пустяками. Он выполнит свое обещание, и «Господь, посланец Завета, которого вы ищете, неожиданно войдет в Свой Храм и обрадует вас; ждите, Он придет, говорит Повелитель небесных сил». Помимо этого, у нас есть только пророчество Даниила. Пусть же Бог ускорит возрождение Израиля, соберет всех полоненных и рассеявшихся по свету, тебя и меня, и весь Израиль, который любит Его имя, еще при жизни всех нас.
   Наконец, ты писал, что хочешь увидеть мое лицо. Я также желаю и стражду увидеть твое славное лицо, полюбоваться твоей мудростью и величием. Мне бы хотелось, чтобы все было так, как ты сказал, и чтобы мне было позволено соединиться с тобой, чтобы ты мог стать моим отцом, а я – твоим сыном. Весь мой народ воздал бы тебе почести: по твоему слову и праведному совету мы бы уходили и приходили.
   Прощай».

ИУДА ХАЛЕВИ
 (1085–1140)

Его паломничество в Сион
Моя душа твоя, о Боже! В страхе и надежде
Перед Тобой склоняю я главу.
Усталый пилигрим, я радуюсь Тебе,
В скитаниях Тебя благодарю,
Когда корабль мой по морю летит,
Расправив парус, словно аист крылья,
Или когда глубины океана
Стенают в такт моим стенаньям.
Когда бушует и кипит волна
И заглушает ревом ветра свист;
Или когда по морю мусульман
Плывет христианин, страшась
Попасть пиратам местным в лапы,
Или когда преследует корабль
Чудовище морское, вот-вот прыгнет
И схватит жертву, а сама та жертва
Спасенья ищет, но – увы! – напрасно.
Так я, голодный, умирающий от жажды,
Шатаясь, воздаю Тебе хвалу.
И ни потеря всех моих богатств,
И ни того, чем сердце дорожит:
Ни расставанье с дочерью моей,
Единственной, заботливой, родной,
Меня рыдать от горя не заставит.
И сына дочери я навсегда забуду,
Которого с рожденья полюбил,
Ребенка милого, кровинушку мою,
Иуду своего заботою оставлю.
Все это пустяки. Ведь нет любви сильнее,
Чем Господа Всевышнего любовь.
Спеши же, смерть; в Твои ворота
Я с радостью войду. На Твой алтарь
Я сердце положу, о Боже!
Прими ж навек залог моей любви.

ВЕНИАМИН ИЗ ТУДЕЛЫ
(1165–1173)

   Маркус Натан Адлер в 1907 году опубликовал в издательстве Оксфордского университета текст записок Вениамина, его перевод и комментарии к нему. Больше, к сожалению, его никто не перепечатывал. Мечтая о втором издании, его сын Герберт М. Адлер великодушно разрешил включить часть записок Вениамина в эту книгу. Вениамин отправился в свое путешествие из Туделы, расположенной на севере Испании, проехал через Рим и Отранто до острова Корфу, пересек Грецию и посетил Константинополь, Родос и Кипр и оттуда добрался до Антиохии. Прожив некоторое время в Палестине, он из Антиохии отправился в Дамаск, Багдад и Персию, а отсюда, через Персидский залив, в Индию, на Цейлон и, возможно, в Китай. Он возвратился в Испанию через Аден, Ассуан, Каир, Александрию. Он пересек Средиземное море и, побывав на Сицилии, задержался в Риме.
   Означенный раввин Вениамин отправился в путь из Туделы, своего родного города, и посетил много дальних стран, о чем рассказывается в его книге. В каждом месте, в которое он приезжал, он записывал то, что видел или о чем ему рассказывали надежные люди и о чем не слыхивали в стране Сефарад (Испании). Он упоминает также о мудрецах и знаменитых людях, живущих в этих местах. Вернувшись в страну Кастилию в 4933 году (1173), он привез с собой свою книгу. Означенный раввин Вениамин – мудрый и понимающий человек, знающий Галаху, и, проверяя его утверждения, мы всегда находили, что они точны, соответствуют истине и логичны, ибо это человек, которому можно доверять…
   Трехдневное путешествие приводит вас в Абидос, который располагается на берегу морского протока, текущего между горами, а после пятидневного путешествия вы добираетесь до великого города Константинополя. Это – столица земли Яван, именуемой Греция. Здесь находится резиденция царя Эммануэля, императора. Ему подчиняются двенадцать министров, каждый из которых имеет в Константинополе дворец и владеет замками и городами; они управляют всей страной. Во главе их стоит царь Гиппарх, вторым по значимости является Мегас Доместикус, третьим – Доминус и четвертым – Мегас Дукас, а пятым – Экономус Мегалус; остальные носят сходные имена. Окружность города Константинополя составляет 18 миль; половина его окружена морем, а вторая половина – сушей, и он стоит на берегах двух морских протоков, один течет из Русского моря, другой – из моря Сефарад.
   Сюда приезжают самые разные купцы из Вавилонской земли, из земли Шинар, из Персии, Мидии и всех суверенных [государств] Египетской земли, из земли Ханаана и Русской империи, из Венгрии, Пацинакии (Дакии), Хазарии и Ломбардской земли и Сефарада. Это очень оживленный город, и купцы приезжают в него изо всех стран по морю или по суше; в мире нет другого такого города, за исключением Багдада – великого города ислама. В Константинополе есть церковь Святой Софии, где сидит греческий папа, ибо греки не подчиняются римскому папе. Здесь есть церкви по числу дней в году. Богатства, которые невозможно исчислить, поступают сюда год за годом в виде дани с двух островов и замков и сел, которые расположены здесь. И подобные им богатства невозможно найти ни в одной другой церкви мира. И в этой церкви колонн из золота и серебра, и светильников из золота и серебра больше, чем человек может сосчитать. Рядом со стенами дворца есть место для развлечений, принадлежащее царю, которое называется Ипподром, и ежегодно на Рождество Христово царь устраивает здесь большое представление. В этом месте люди всех рас мира появляются перед царем и царицей, и одни показывают ловкие трюки, а другие – не показывают их, и они выводят львов, леопардов, медведей и диких ослов и заставляют их драться друг с другом; то же самое проделывают и с птицами. Ни в одной другой стране не найдешь таких развлечений.
   В дополнение к дворцам, которые построил его отец, царь Эммануэль построил на берегу моря большой дворец для своего правительства и назвал его Влахерном. Он выложил его колонны и стены золотом и серебром и выгравировал на них изображения битв [случившихся] до его дней и его собственных битв. Он также установил трон из золота и драгоценных камней, а над троном на золотой цепи подвесил золотую корону, чтобы можно было сидеть под ней. Она украшена драгоценностями, не имеющими цены, и по ночам не нужно света, ибо все драгоценные камни освещают все вокруг. В городе встречаешь бесчисленное количество других зданий. Каждый год сюда привозят дань со всех частей Греческой империи, и все склады заполнены одеждами из шелка, пурпура и золота. Ничего похожего на эти хранилища и их богатства не найдешь во всем мире. Говорят, что ежегодная дань городу составляет 20 тысяч золотых монет, получаемых как в виде платы за аренду лавок и рынков, так и в виде дани с купцов, которые приезжают по морю и по суше.
   Греки, живущие здесь, очень богаты – у них много золота и драгоценных камней, и они ходят облачившись в одежды из шелка с золотой вышивкой, и они ездят на лошадях и выглядят как принцы. И в самом деле, эта земля очень богата всякими тканями, хлебом, мясом и вином.
   Таких богатств, как в Константинополе, не найдешь больше ни в одной стране мира. Здесь есть и ученые люди, прочитавшие все греческие книги, и они едят и пьют – каждый человек под своей виноградной лозой и своим фиговым деревом.
   Они нанимают почти во всех странах мира воинов, именуемых лоазимами (варварами), чтобы воевать с султаном Масудом, царем тогарминов (сельджуков), которых называют турками, ибо сами местные жители не обладают воинственным характером и, подобно женщинам, не имеют сил воевать.
   Евреи живут не в городе, ибо их поселили за морским заливом. С одной стороны их запирает залив Мраморного моря, и они не могут никуда выехать, кроме как по морю, когда они хотят совершить сделки с населением [города]. В еврейском квартале обитает около 2 тысяч раввинских евреев и около 500 караимов, и их разделяет забор. Среди их ученых есть несколько очень умных людей; во главе их стоят главные раввины Абталион, Обадия, Аарон Бечор Шоро, Иосиф Шир-Гуру и смотритель Элианим. И среди евреев есть производители шелка и много богатых торговцев. Ни одному еврею не позволяется ездить верхом на лошади. Единственным исключением является раввин Соломон Хамицри, который служит у царя врачом и благодаря которому евреи пользуются значительным облегчением гнета. Ибо условия их жизни очень плохие, и к ним относятся с ненавистью, которую подогревают кожевники, выливающие грязную воду перед дверями еврейских домов и загрязняющие еврейский квартал (гетто). Поэтому греки ненавидят евреев, хороших и плохих одинаково, и подвергают их сильным гонениям, и бьют их на улицах, и всякими разными способами унижают их. Тем не менее евреи богаты и добры, доброжелательны и милосердны и без уныния несут свой крест. Район, населенный евреями, называется Пера…[9]
   В 9 милях от реки Хиддекель (Тигр), протекающей у подножия горы Арарат, располагается место, где пристал Ноев ковчег, но Омар бен аль-Хатаб снял его с гор и превратил в мечеть для магометан. Рядом с ковчегом до наших дней сохранилась синагога Эзры, и 9 [дня месяца] аба евреи приходят сюда из города, чтобы помолиться. В городе Изирет-Омар живет 4 тысячи евреев, во главе которых стоят раввины Мубхар, Иосиф и Хийя.
   Отсюда два дня [пути] до Мосула, который является Великим Ассуром, и здесь живет около 7 тысяч евреев, во главе которых раввин Заккай Нази, Давидова семени, и раввин Иосиф по фамилии Бурхан аль-Мулк, астроном царя Саиф эд-Дина, брата Нур эд-Дина, царя Дамаска. Мосул стоит на границе с Персией. Это очень большой и древний город, расположенный на реке Хиддекель (Тигр) и соединяющийся с Ниневией с помощью моста. Ниневия лежит в руинах, но среди руин имеются деревни и села, а протяженность города можно определить по стенам, которые тянутся на 40 парасангов до города Ирбил (Арбела). Город Ниневия стоит на реке Хиддекель. В городе Ассур (Мосуле) есть синагога Обадии, построенная Ионой, а также синагога Нахума Элькошита.
   Отсюда три дня пути до Раббака, который стоит на реке Евфрат. Здесь живет около 2 тысяч евреев, во главе которых – раввины Хезекия, Тахор и Исаак. Это очень красивый город, большой и укрепленный, который окружают сады и возделанные поля.
   Отсюда один день пути в Каркисию, где находится Карчемиш на реке Евфрат. Здесь живет около 500 евреев, во главе которых стоят раввины Исаак и Эльханан. Отсюда два дня пути до Эль-Анбара или Пумбедиты в Нехардее. Здесь живет 3 тысячи евреев, и среди них есть ученые люди, во главе которых стоят главные раввины Хен, Моисей и Неголким. Здесь есть могилы Раба, Иегуды и Самуила, и перед каждой из могил стоят синагоги, которые они построили в течение своей жизни. Здесь также есть могила Бостаная Нази, лидера галута, и раввина Натана и Раб Нахмана, сына папы.
   Отсюда пять дней пути до Хадара, где живет около 15 тысяч евреев, во главе которых стоят раввины Закен, Иегосеф и Нефанел.
   Отсюда два дня до Окбары, города, который был построен царем Иекониахом, где живет около 10 тысяч евреев, и во главе их стоят раввины Ханан, Ябин и Ишмаил.
   Отсюда два дня пути до Багдада, великого города и царской резиденции калифа (Мустанджида) аль-Аббаси из семьи Мухаммеда. Он стоит во главе всех мусульман, и ему подчиняются все исламские цари. Он занимает то же положение, что и папа у христиан. Он имеет дворец в Багдаде протяженностью 3 мили, где есть большой парк со всевозможными деревьями, плодовыми и другими, и всякими тварями. Все это окружено стенами, и в парке есть озеро, которое питают воды реки Хиддекель. Когда царю хочется отдохнуть, повеселиться и устроить праздник, его слуги ловят разных птиц, всякую дичь и зверей, и он приходит в этот дворец со своими советниками и принцами. Здесь великий царь аль-Аббаси Калиф (Глава) держит свой двор, и он добр к евреям, и многие, принадлежащие к людям Израиля, являются его слугами. Он говорит на всех языках и хорошо знает стихи Закона Израилева. Он умеет читать и писать на Священном языке (иврите). Он ест только то, что было [куплено на деньги], заработанные его собственным трудом. Он делает одеяла, которые отмечает своей печатью; его придворные продают их на базаре, их покупают великие люди земли. Таким образом он получает средства для жизни. Он правдив и внушает доверие, поскольку говорит с миром, со всеми людьми. Люди ислама видят его лишь раз в году. Паломники, приходящие из дальних земель, чтобы посетить Мекку, находящуюся в Аль-Йемене (sic), жаждут увидеть его лицо, и они собираются у его дворца и восклицают: «Повелитель наш, свет ислама и слава нашего закона, покажи нам свое лучезарное лицо», но он не обращает на их слова никакого внимания. Тогда принцы, которые помогают ему [править], говорят ему: «Наш повелитель, даруй мир людям, которые явились из дальних стран и которые хотят постоять в тени твоей милости», и тогда он встает и просовывает край своего платья в окно, и паломники подходят и целуют его, а калиф говорит им: «Идите с миром, ибо наш Хозяин и Повелитель Ислама дарует вам мир». Он считается у них Мухаммедом, и они расходятся по домам, радуясь милостивым словам, которые сказал им калиф, и ликуя в душе, что сумели поцеловать край его одежды.
   Все его братья и члены семьи имеют комнаты в его дворце, но все они закованы в железные цепи, и у дверей стоит стража, чтобы они не могли восстать против великого калифа. Ибо так случилось с его предшественником – братья свергли его с трона и провозгласили одного из них новым калифом; после этого вышел указ, чтобы все члены семьи были закованы, чтобы они не могли свергнуть правящего калифа. Все они живут в его дворце в роскоши и великолепии, владеют деревнями и городами, и их слуги приносят им поступившую оттуда дань, и они едят, пьют и радуются каждый день своей жизни. На территории дворца калифа стоят большие здания из мрамора с колоннами из серебра и золота, а стены украшает резьба по редким камням. Во дворце калифа собрано множество богатств, а башни наполнены золотом, шелковыми одеяниями и всякими драгоценными камнями. Он выезжает из своего дворца только один раз в году, на праздник, который магометане называют Эль-ид-бед (sic) Рамазан, и они приезжают из далеких земель, чтобы увидеть калифа. Он едет на муле, облаченный в царские одежды из тонкого полотна с серебром, на его голове – тюрбан, украшенный драгоценными камнями, не имеющими цены. Поверх тюрбана он надевает черную шаль в знак своей скромности; [эта шаль] свидетельствует о том, что в день его смерти его слава скроется во тьме. Его сопровождают все исламские идолопоклонники, облаченные в красивые одежды и едущие верхом, принцы Аравии, принцы Тогармы и Дайлама (Гилана), и принцы Персии, Мидии и Гузза, и принцы Тибетской земли, которая лежит на расстоянии трех месяцев пути, а западнее ее лежит земля Самарканда. Он едет от своего дворца к большой мечети Ислама, которая стоит у ворот Баерах. Вдоль дороги стены украшены шелком и пурпуром, и жители встречают его разными песнями и ликованием, и они танцуют перед великим царем, называемым калифом. Они приветствуют его громкими криками: «Мир тебе, наш повелитель, и Царь, и Свет Ислама!» Он целует край своей одежды и протягивает его в сторону толпы в знак приветствия. Потом он входит во двор мечети, поднимается на деревянную кафедру и разъясняет им их закон. После этого исламские ученые встают и молятся за него и превозносят его величие и милосердие, на которое они все отзываются. После этого он благословляет их, и они подводят к нему верблюда, которого он закалывает в качестве пасхальной жертвы. Он передает ее принцам, и они распределяют ее на всех, так что они могут попробовать жертву, принесенную [Богу] их царем; и все они радуются. После этого он покидает мечеть и один возвращается в свой дворец по берегу реки Хиддекель, а исламские вельможи сопровождают его по реке на лодках до самого дворца. Он не возвращается тем же путем, которым пришел; за дорогой вдоль реки следят весь год, ибо ни один человек не имеет права проходить по его следам. Он больше не покидает дворец в течение всего года. Он доброжелательный человек.
   На другом берегу реки, на излучине Евфрата, протекающего здесь по границе города, он построил больницу, состоящую из отдельных домов и приютов для больных бедняков, которые приходят сюда, чтобы излечиться. Здесь около шестидесяти лекарских складов, которые снабжаются лекарствами и всем необходимым из дома калифа. Больные, которые приходят сюда, содержатся за счет калифа и получают нужное лечение. Здесь есть здание, называемое Дар-аль-Маристан, где содержатся умалишенные, которые потеряли разум в городах во время сильной летней жары, и их заковывают в железные цепи, пока к ним зимой не вернется рассудок. Пока они живут здесь, им приносят пищу из дома калифа, а когда разум к ним возвращается, их отпускают, и все они расходятся по домам. Перед возвращением домой всем, кто пробыл в приютах, раздают деньги. Каждый месяц чиновники калифа беседуют с ними, чтобы выяснить, вернулся ли к ним рассудок, и если вернулся, то их выписывают. Все это калиф делает из милосердия по отношению к тем, кто приходит в город Багдад больным или безумным. Калиф – праведник, и все его действия направлены на благо людей.
   В Багдаде около 40 тысяч евреев, и они живут в безопасности, богатстве и уважении под властью великого калифа, и среди них есть великие мудрецы, возглавляющие академии, где изучают закон. В этом городе десять академий. Во главе самой большой академии – главный раввин, Самуил, сын Эли. Он глава академии Гаон Иаков. Он левит и прослеживает свой род до Моисея, нашего учителя. Главой второй академии является его брат, раввин Ханания, смотритель левитов; раввин Даниил – глава третьей академии; раввин Элеазар, ученый – глава четвертой; и раввин Элеазар, сын Земаха, возглавляет Орден, и его род пошел от пророка Самуила, корахита. Он и его братия поют мелодии точно так же, как это делали певцы в ту пору, когда Храм еще стоял. Он стоит во главе пятой академии. Раввин Хисдай, слава ученых, стоит во главе шестой академии. Раввин Хаггай – глава седьмой академии. Раввин Эзра – глава восьмой академии. Раввин Авраам, которого называют Абу Тахир, стоит во главе девятой академии. Раввин Заккай, сын Бостаная Нази, глава Сиума (то есть последней, или десятой академии). Это десять Батланимов, и они не занимаются никакой другой работой, кроме общего управления; и все дни недели они судят евреев, своих соотечественников, за исключением второго дня недели, когда все они приходят к главному раввину Самуилу, главе Йешибы гаона Иакова, который совместно с другими Батланимами судит всякого, кто приходит к нему. А во главе их всех стоит Даниил, сын Хисдая, которого называют «Наш Повелитель, предводитель галута всего Израиля». Он владеет книгой, где указаны все роды, восходящие к Давиду, царю Израиля. Евреи называют его «Наш Повелитель, глава галута»; а магометане – «Саидна бен Дауд», и ему была вручена власть над всеми конгрегациями Израиля, находящимися в руках Эмира Мунимина, Повелителя ислама. Так завещал им Мухаммед касательно его самого и его потомков; и он дал ему печать для управления всеми конгрегациями, которые живут под его властью, и повелел, чтобы каждый, магометанин, или еврей, или принадлежащий к любой другой нации в его владениях, вставал при появлении [экзиларха] и приветствовал его, а всякий, кто откажется вставать, должен будет получить сто ударов.
   И каждый пятый день, когда он наносит визит великому калифу, всадники, идолопоклонники, а также евреи сопровождают его, а герольды при его приближении провозглашают: «Дорогу нашему повелителю, сыну Давида, как и полагается ему». По-арабски это звучит так: «Amilu tarik li Saidna ben Daud». Он едет верхом, облаченный в вышитый шелк, с огромным тюрбаном на голове, и с этого тюрбана свешивается длинная белая ткань, украшенная цепью, на которой выгравирован шифр Мухаммеда. Потом он появляется перед калифом, и калиф встает и усаживает его на трон, который был сделан для него по приказу Мухаммеда, и все магометанские принцы, которые находятся при дворе калифа, встают. И лидер галута садится на трон напротив калифа, в соответствии с заповедью Мухаммеда, записанной в законе: «Скипетр не должен отделяться от Иуды, как и дающий закон от пространства между его ступнями до тех пор, пока он не прибудет в Шилох: и собрание людей должно быть для него». Власть лидера галута простирается над всеми [еврейскими] сообществами Шинара, Персии, Хорасана и Шебы, который есть Эль-Йемен, и Дьяра Калаха (Бекра), и земли Арам Нахараим (Месопотамии) и над людьми, живущими в горах Арарат и на земле аланов. Это страна, окруженная горами и не имеющая прохода, за исключением железных ворот, которые создал Александр, но позже они были сломаны. Здесь живут люди, называемые аланами. Его власть простирается на земли Сибири и общины в земле Тогарлик до гор Асвех и земли Гурган, жители которой зовутся гурганимами (грузинами). Они живут на реке Гихон, и это гиргашиты, которые исповедуют христианство. Далее она простирается до ворот Самарканда, земли Тибет и земли Индии. Из уважения ко всем этим странам лидер галута дает общинам право назначать раввинов и министров, которые приезжают к нему за посвящением в сан и получают от него власть. Они приносят ему подношения и подарки со всех концов земли. Он владеет полями в Вавилоне, и много земли он унаследовал от своих отцов, и никто не имеет права силой отобрать у него владения. Он имеет фиксированный еженедельный доход, поступающий от еврейских приютов, рынков и купцов, помимо того, что привозят ему из отдаленных земель. Этот человек очень богат и хорошо знает Писание, а также Талмуд, и многие евреи каждый день обедают за его столом. <…>

   В Нихаванде живет 4 тысячи израильтян. Отсюда четыре дня пути до земли Мулахид. Здесь живут люди, которые не исповедуют магометанскую веру, но живут высоко в горах и обожествляют Старца из земли Хашишим. И среди них есть четыре еврейские общины, которые идут с ними в бой в годы войны. Они не подчиняются персидскому царю, но живут высоко в горах и спускаются с этих гор для грабежа и захвата добычи, а после этого уходят в горы, и никто не может их победить. Среди евреев их земли есть несколько ученых мужей. Эти евреи подчиняются лидеру галута, живущему в Вавилоне. Отсюда пять дней пути до Амадии, где около 25 тысяч израильтян[10]. Это – первая из тех общин, которые живут в горах Хафтон, где более 100 еврейских общин. Здесь начинается земля Мидия. Эти евреи принадлежат к первому пленению, которое царь Шалманезар увел за собой; они говорят на языке, на котором написан Таргум (арамейский перевод Библии). Среди них есть ученые люди. Общины живут от провинции Амадия до провинции Гилан, что в двадцати пяти днях пути, на границе с Персидским царством. Они находятся под властью царя Персии, и он собирает с них дань руками своих чиновников; кроме того, они ежегодно выплачивают ему подушный налог в размере 1 золотого амира, что равно 1 мараведи с третью (этот налог платят все мужчины в исламских землях, старше 15 лет). В этом месте (Амадии) в этот самый день десять лет назад появился человек по имени Давид Алрой из города Амадии. Он учился у Хисдая, лидера галута, и у главы академии Гаон Иаков в городе Багдаде, и он хорошо знает Закон Израиля, Галаху, а также Талмуд и всю мудрость магометан, а также светскую литературу и писания магов и предсказателей. Он вынашивал идею восстания против персидского царя и объединения всех евреев, живущих в горах Хафтон, для того, чтобы начать войну против всех народов, пойти на Иерусалим и захватить его. Он показал евреям хорошо подготовленные чудеса и сказал: «Святой Бог, да будет Он благословен, послал меня захватить Иерусалим и освободить вас от ига идолопоклонников». И евреи поверили ему и провозгласили его своим мессией. Когда царь Персии услышал об этом, он прислал за ним, чтобы он приехал и поговорил с ним. Алрой отправился к нему безо всякого страха, и когда царь беседовал с ним, то спросил его: «Ты и вправду царь евреев?» Тот ответил: «Да». Тогда персидский царь разгневался и велел схватить Алроя и бросить в царскую тюрьму, место, где царские пленники томятся до самой своей смерти, в городе Табаристан, который стоит на большой реке Гозан. В конце третьего дня, когда царь сидел и решал со своими принцами, что делать с восставшими евреями, перед ним неожиданно предстал Давид. Он убежал из тюрьмы, и об этом не знал ни один человек. И когда царь увидел его, он сказал: «Кто привел тебя сюда и кто тебя освободил?» – «Моя собственная мудрость и ловкость, – ответил Давид, – ибо я не боюсь ни тебя, ни твоих слуг». Царь громко закричал своим слугам, чтобы они схватили его, но они ответили: «Мы не видим никого, хотя наши уши слышат его». Царь и все его принцы поразились хитрости Алроя, но он сказал царю: «Я пойду своим путем» – и ушел. И царь пошел вслед за ним, а принцы и слуги последовали за царем и вскоре дошли до реки. Когда слуги царя увидели, что он пересек ее, стоя на плаще, они бросились за ним в небольших лодках, желая вернуть назад, но это им не удалось, и они сказали: «Во всем мире нет другого такого мудреца». В тот же самый день он отправился в десятидневное путешествие в город Амадию волей Того, чье Имя нельзя произносить всуе, и рассказал евреям обо всем, что с ним случилось, и они поразились его мудрости.
   После этого царь Персии послал письмо эмиру аль-Муминину, калифу мусульман в Багдаде, убеждая его предупредить лидера галута и главу академии Гаон Иаков, чтобы они помешали Давиду Алрою осуществить свои замыслы. И он пригрозил, что в противном случае убьет всех евреев в своей империи. Тогда все конгрегации в Персидской земле пришли в великое волнение. И лидер галута и глава академии Гаон Иаков послали сообщить Алрою, что «время возмездия еще не пришло; мы еще не получили знаков об этом; а один человек не осилит эту задачу. Наше веление таково: откажись от своих замыслов или ты будешь изгнан из нашей церкви навсегда». И они отправили письмо Заккаю Нази, живущему в земле Ассур (Мосул), и раввину Иосифу Бурхан аль-Мулку, местному астроному, прося их отправить послание Алрою; более того, они сами написали ему, чтобы предупредить его, но он не принял их предупреждения. Тогда в дело вмешался царь по имени Саиф эд-Дин, царь Тогармины, и вассал персидского царя, который послал за тестем Давида Алроя и дал ему взятку в 10 тысяч золотых монет, чтобы тот тайно убил Алроя. И тесть пришел в дом Алроя и зарезал его, когда тот спал в своей кровати. Так были разрушены его планы. Тогда царь Персии отправился в поход на евреев, живших в горах; и они отправили к лидеру галута гонца с просьбой помочь им и умиротворить царя. Он в конце концов отказался от похода, получив подарок в 100 золотых таланов, который они ему прислали, и на их земле снова воцарился мир.
   От этих гор двадцать дней пути до Хамадана, самого большого города Мидии, где живет 30 тысяч евреев. Перед одной из синагог похоронены Мордекай и Эстер (Эсфирь).
   Отсюда (от Хамадана) четыре дня пути до Табаристана, который стоит на реке Гозан. Здесь живет около 4 тысяч евреев. Отсюда – семь дней пути до Исфагана, большого города и царской резиденции. Его окружность составляет 12 миль, и около 15 тысяч евреев живет здесь. Главный раввин – Сар Шалам, который был назначен руководителем галута. Шаламу подчиняются все раввины Персидского царства. В четырех днях пути отсюда расположен Шираз, город фарсов, и в нем живет 10 тысяч евреев. Отсюда семь дней до Гхазнаха[11], большого города на реке Гозан, где живет около 80 тысяч израильтян. Это важный торговый город; люди всех стран и языков приезжают сюда со своими товарами. Земля здесь очень плодородная.
   Отсюда пять дней до Самарканда, большого города на границе Персии. Здесь живет около 50 тысяч евреев, а их главой назначен раввин Обадия Нази. Среди них есть мудрые и очень богатые люди.
   Отсюда четыре дня пути до Тибета, страны, в лесах которой добывают мускус.
   Отсюда за двадцать восемь дней можно добраться до гор Нишапур[12] на реке Газан. А в Персидской земле есть евреи, которые говорят, что в горах Нишапур живет четыре племени Израилевых, а именно: племя дан, племя зебулун, племя ашер и племя нафтали, которые были включены в первое пленение царем Ассирии Шалманесером, как написано во второй Книге Царей (18: 2): «И он посадил их в Галахе и в Хаворе на реке Гозан и в городах Медеса».
   Протяженность их земли – двадцать дней пути, и они имеют города и большие села в горах; река Гозан с одной стороны протекает по границе. Они не подчиняются власти идолопоклонников, а имеют своего собственного принца, чье имя – раввин Иосиф Амаркала Левит. Среди них есть ученые. И они сеют и жнут и ходят войной через пустыню до самой земли Туш.
   Они состоят в союзе с Куффур ат-тюрками, которые поклоняются ветру и живут в пустыне и которые не едят хлеба, не пьют вина, но живут на сыром, не приготовленном на огне мясе. У них нет носа: вместо него у них на лице две маленькие дырочки, через которые они дышат. Они едят чистых и нечистых животных, и они настроены дружелюбно к евреям. Пятнадцать лет назад они вторглись в Персию с большой армией и захватили город Райю[13]; они покорили его своими мечами, захватили богатую добычу и вернулись к себе через пустыню. Такого набега Персия не знала уже много лет. Когда царь Персии узнал об этом, его гнев обратился на них, и он сказал: «Ни в дни моих отцов, ни в мои дни из этой пустыни не появлялось войско. Теперь я пойду и сотру с лица земли саму память о них». По всей империи был объявлен набор воинов, он собрал свои войска и стал искать проводника, который показал бы им путь в их лагерь. Тут один человек пообещал показать им путь, поскольку был из этого племени. И царь обещал озолотить его, если он это сделает. И царь спросил его, какая провизия потребуется для перехода через пустыню. Этот человек сказал: «Возьми хлеба и вина на пятнадцать дней, ибо вы не найдете никакой пищи, пока не дойдете до их земли». И они сделали так, как он сказал, и шли через пустыню пятнадцать дней, но ничего не нашли. Продукты у них стали заканчиваться, и люди и животные стали умирать от голода и жажды. Тогда царь позвал проводника и спросил его: «Где же твое обещание помочь нам найти нашего врага?» На что проводник ответил: «Я заблудился». Царь пришел в ярость и повелел отрубить ему голову. После этого он отдал приказ по всему лагерю, что тот, у кого осталась еда, должен поделиться ею со своим соседом. И они съели все, что у них было, включая своих животных. Наконец после тридцатидневного перехода они дошли до гор Нишапур, где жили евреи. Они пришли сюда в субботу и стали лагерем в садах и полях, у родников, которые были на берегу реки Гозан. В это время созревали плоды, и они съели все. Ни один человек не явился к ним, но на горах они видели города и множество башен. Тогда царь повелел двоим слугам пойти туда и расспросить людей, живших в горах, переправившись через реку на лодках или вплавь. Слуги отправились в путь и нашли большой мост с тремя башнями, но ворота на мосту были закрыты. С другой стороны реки стоял большой город. Тогда они стали кричать у моста, пока не вышел человек и не спросил, что им нужно и кто они такие. Они не поняли его, но вскоре появился переводчик, который знал их язык. И когда он спросил их, они сказали: «Мы слуги персидского царя и пришли спросить, кто вы и кому служите». На это они получили такой ответ: «Мы – евреи, у нас нет царя или принца от иноверцев; нами правит еврейский принц». Тогда они спросили его, [есть ли среди них] неверные, сыновья Гхузза из Куффур ат-тюрков, и он ответил: «Поистине, они наши союзники, и всякий, кто хочет причинить вред им, причиняет его нам». Тогда слуги вернулись в лагерь и рассказали об этом персидскому царю, который очень встревожился. В один день евреи предложили ему вступить с ними в бой, но он ответил: «Я пришел воевать не с вами, а с Куффур ат-тюрками, моими врагами, и, если вы начнете воевать со мной, я отомщу вам, приказав убить всех евреев в своей империи; я знаю, что здесь вы сильнее меня, а мои солдаты прошли через великую пустыню и теперь голодают и умирают от жажды. Отнеситесь ко мне с добротой и не воюйте против меня, ибо я пришел сразиться с Куффур ат-тюрками, своими врагами, и продайте мне продукты, которые нужны мне и моей армии». Тогда евреи посовещались и решили помочь царю, не желая подвергать опасности евреев, которые жили в изгнании в его империи. Тогда царь вошел в их страну со своим войском и пробыл там пятнадцать дней. И они воздавали ему почести, но послали гонца к своим союзникам Куффур ат-тюркам и сообщили им обо всем. Поэтому те заняли горные перевалы, направив туда большую армию, состоящую из народов, живущих в той пустыне, и, когда царь Персии пришел туда, чтобы сразиться с ними, они изготовились к бою. Войско Куффур ат-тюрков одержало победу, и в битве погибло много персов, а царю Персии удалось бежать в свою страну в сопровождении всего лишь нескольких своих сторонников.
   После этого один всадник, слуга царя Персии, убедил еврейского раввина по имени Моисей отправиться с ним в Персию, но, когда они прибыли туда, этот всадник превратил еврея в своего раба. Однажды к царю явились лучники, желая показать ему свое искусство, и ни один из них не стрелял из лука лучше Моисея. Тогда царь стал расспрашивать его, с помощью переводчика, который знал еврейский язык, и тот поведал, как обошелся с ним всадник. Царь сразу же даровал ему свободу, одел его в шелк, всячески одарил и сказал ему: «Если ты примешь нашу веру, я сделаю тебя богатым и назначу управляющим своим домом», но еврей ответил: «Мой господин, я не могу этого сделать». Тогда царь поместил его в доме главного раввина Исфаганской общины Сара Шалома, который женил его на своей дочери. Этот самый Моисей и рассказал мне обо всех этих событиях.
   Отсюда возвращаемся в землю Хузистан, которая располагается на реке Тигр, и спускаемся по этой реке, впадающей в Индийский океан, к острову Киш. До этого острова шесть дней пути. Его жители не сеют и не жнут. У них есть только один колодец, и на целом острове нет ни речки, ни ручья, так что пьют они дождевую воду. Купцы, приезжающие сюда из Индии и островов, останавливаются здесь со своими товарами. Более того, люди из Шинара, Эль-Йемена и Персии привозят сюда шелка всякого рода, пурпур и лен, хлопок, пеньку, обработанную шерсть, пшеницу, ячмень, рожь, просо и все виды продуктов и всякую чечевицу, какая только бывает, и продают это друг другу. Купцы из Индии привозят сюда большое количество пряностей. Островитяне действуют как посредники и этим зарабатывают себе на жизнь. Здесь около 500 евреев.
   Отсюда десять дней пути по морю до Эль-Катифа, рядом с Бахрейном, где живет около 5 тысяч евреев. Здесь добывают бделлиум[14]. 24 дня месяца нисана на воду падает дождь, и маленькие морские твари плавают по поверхности моря и пьют дождевую воду, а потом захлопывают свои створки и погружаются на дно. Примерно в середине тишри люди опускаются с помощью веревок на дно моря и собирают этих моллюсков, потом раскрывают их раковины и извлекают оттуда жемчужины. Вся ловля жемчуга принадлежит царю этой страны, но управляет ею еврейский чиновник.
   Отсюда семь дней пути до Хулама (Квилона), где начинается страна огнепоклонников. Это сыновья Куша, которые читают по звездам и все с ног до головы черные. Они ведут честную торговлю. Когда из далеких стран прибывают купцы и входят в гавань, к ним являются три царских секретаря, записывают их имена и приводят к царю, а царь принимает на себя ответственность за их собственность, которую они оставляют на открытом месте без охраны. В особом кабинете сидит чиновник, и владелец пропавших вещей должен всего лишь описать их ему, чтобы они к нему вернулись. Такой обычай царит по всей стране. С Пасхи до Нового года, то есть в течение всего лета, никто не может выйти из своего дома из-за того, что в этой стране стоит невыносимая жара, и с третьего часа дня до самого вечера все сидят по домам. Вечером они выходят и зажигают огни на всех рынках и улицах и занимаются работой и делами ночью. Ибо они превратили день в ночь вследствие сильной жары. Здесь растет перец. Они сажают перечные деревья на полях, и каждый человек в городе знает, где его плантация. Деревья небольшие, а перец белый как снег. Собрав его, они кладут его на сковородку и заливают кипящей водой, чтобы он стал сильным. Потом они вытаскивают его из воды, сушат на солнце, и он становится черным. В этой земле растет аир и имбирь и много других пряностей.
   Люди в этой стране не хоронят своих мертвецов в земле, а бальзамируют с помощью разных специй, после чего сажают их на стулья и покрывают тонким полотном. Каждая семья имеет дом, где сохраняются набальзамированные останки предков и родственников. Плоть усыхает, и набальзамированные тела выглядят словно живые, и каждый человек может узнать своих родителей и членов семьи через многие годы. Они поклоняются солнцу, и за городом, на расстоянии примерно в полмили, у них повсюду есть высокие места. И каждое утро они бегут приветствовать восход солнца, ибо на каждом высоком месте имеется очень хитро сделанный солнечный диск, и, когда солнце поднимается, этот диск вращается с громовым шумом, и все, мужчины и женщины, курят фимиам, держа в руках кадила. Такова их суеверная служба. По всему острову, включая все города, живет несколько тысяч евреев. Жители здесь чернокожие, и евреи тоже. Последние добры и благожелательны. Они знают Закон Моисея и пророков и немного Талмуд.
   Отсюда двадцать три дня пути по морю до Ибрига[15], жители которого – огнепоклонники, которых называют дучбинами. Среди них живет около 3 тысяч евреев, и эти дучбины имеют священников в нескольких храмах, которые являются большими мастерами в колдовстве всякого рода, и равных им нет на всей земле. Перед высоким местом, на котором стоит их храм, вырыт ров, где в течение всего года горит огромный костер, и они называют его божеством. И они заставляют своих дочерей и сыновей проходить через огонь и даже мертвых бросают в него. Некоторые из великих людей страны дают обет умереть в огне. <…>
   Отсюда (из Ибрига), чтобы добраться до земли Зин (Китая), нужно плыть сорок дней. Зин расположен на самом крайнем Востоке, и некоторые говорят, что там есть море Никпа (Нинг-по?), где царит звезда Орион и постоянно дуют сильные ветра. Иногда кормчий не может удержать свой корабль, и свирепый ветер уносит его в море Никпа, где он не может сдвинуться с места; и моряки вынуждены оставаться там до тех пор, пока у них не закончатся запасы еды и они не умрут. Так погибло множество судов, но люди в конце концов нашли способ спастись из этого гиблого места. Команда берет с собой бычьи шкуры. И когда поднимается свирепый ветер, уносящий корабль в море Никпа, моряки заворачиваются в эти шкуры, которые делают водонепроницаемыми, и, вооружившись ножами, бросаются в море. Большая птица гриф высматривает их и, принимая моряка за животное, хватает его, приносит на сушу и кладет его на гору или в ложбину, чтобы съесть. Тогда человек быстро бросается с ножом на птицу и убивает ее. После этого он сбрасывает с себя шкуру и уходит в поисках населенного места. Так многие люди спаслись от гибели.
   Отсюда до Аль-Гингалеха пятнадцать дней пути. Здесь живет около тысячи евреев. Отсюда по морю до Чулана семь дней пути, но евреев там нет. От Чулана двенадцать дней до Зебира, где есть несколько евреев. Оттуда восемь дней пути до Индии, которая расположена на суше, именуемой Аденской землей, и это Эден, который в Феласаре. Это гористая страна. Здесь живет много израильтян, и они свободны от ига мусульман – они владеют городами и замками, стоящими на вершинах гор, откуда они спускаются на равнину, называемую Ливией[16], которая является христианской империей. Это ливийцы из земли Ливии, с которыми евреи ведут войну. Захватив добычу и людей в плен, они возвращаются в горы, и ни один человек не может их победить. Многие из этих аденских евреев приезжают в Персию и Египет. Отсюда до земли Ассуан двадцать дней пути по пустыне. Это Себа на реке Пишон (Нил), которая вытекает из земли Куш. И некоторые из этих сыновей Куша имеют царя, которого они называют Султан аль-Хабаш. Среди них есть люди, которые, подобно животным, едят травы, растущие на берегах Нила, и в полях. Они ходят голыми и имеют меньше ума, чем обычные люди. Они живут со своими сестрами и со всеми, кого могут найти. Климат здесь очень жаркий. Когда люди Ассуана совершают набег на их землю, они берут с собой хлеб и зерно, сухой виноград и фиги и бросают этим людям пищу, а те прибегают за ней. Таким способом они захватывают многочисленных пленников и продают их в Египет и окружающие страны. И они становятся черными рабами, эти сыновья Хама.
   Ассуан на расстоянии двенадцати дней до Хелуана, где живет около 300 евреев. Отсюда караваны за пятьдесят дней пересекают великую пустыню, называемую Сахарой, и попадают в землю Завилах, которая зовется Хавилах в земле Таны (Феззан к югу от Триполи). В этой пустыне есть песчаные горы, и, когда поднимается ветер, он засыпает караваны этим песком, и многие умирают от удушья. Те же, которые выживают, привозят с собой медь, пшеницу, фрукты, разные сорта чечевицы и соль. А отсюда они везут золото и всякого рода драгоценности. Это в стране Куш, которую называют Аль-Хабаш, на западных рубежах. От Хелуана тринадцать дней пути до Кутца, который есть Кус, и это начало Египетской земли. В Кутце живет 300 евреев. Отсюда 300 миль до Фаюма, то есть Пифома, где живет 200 евреев; и в наши дни здесь можно увидеть руины зданий, которые были сооружены нашими предками.
   Отсюда до Мизраима четыре дня пути.
   Мизраим – большой город на берегах Нила, то есть Пишона или Аль-Нила. Число еврейских жителей здесь приближается к 7 тысячам. Здесь есть две крупные синагоги, одна принадлежит людям из Израильской земли, а другая – людям из Вавилонской земли. Синагога людей из Израильской земли называется Кенисат-аль-Шамийин, а синагога людей из Вавилонской земли – Кенисаб-аль-Иракийин. Они по-разному трактуют отдельные главы и разделы Закона, ибо люди Вавилона привыкли читать по одной главе в неделю, как это делают в Испании и у нас, и в конце года завершать чтение Закона. Люди же из Палестины делают по-другому – они делят каждую главу на три части и завершают чтение Закона через три года. Однако обе общины имеют обычай объединяться и молиться совместно на день Обретения Закона и на день Дарования Закона. Среди евреев есть Нефанел, Принц принцев и глава Академии, который руководит всеми конгрегациями в Египте; он назначает раввинов и чиновников и живет при дворе великого царя. Царь обитает в своем дворце в Зоан эль-Медине, который считается у арабов царским городом. Все его подданные называются «алавийим», поскольку они не признают Амира аль-Муминина, живущего в Багдаде. И между этими двумя партиями идет непрекращающаяся борьба, ибо первый создал соперничающий трон в Зоане (Египет).
   Дважды в год египетский монарх уезжает [из своего дворца] – первый раз на большой праздник, а второй – когда разливается река Нил. Зоан окружен стеной, а Мизраим – нет, ибо с одной стороны его омывает река. Это большой город, в нем много базаров и гостиниц. Евреи, которые живут в этом городе, очень богаты. Дождей здесь не бывает, а снега или льда никто никогда не видел. Климат очень жаркий.
   Река Нил разливается раз в году, в месяце эллуле; вода покрывает всю землю и орошает ее на расстоянии пятнадцати дней пути. Вода стоит в течение месяцев эллул и тишри, орошает землю и делает ее плодородной.
   У местных жителей есть мраморная колонна, воздвигнутая с большим мастерством, которая показывает, как сильно поднялся уровень воды в Ниле. Она стоит перед островом на самой середине реки и имеет высоту 12 локтей. Если воды Нила заливают всю колонну, жители знают, что река поднялась и полностью затопила землю на расстоянии пятнадцати дней пути. Если же только половина колонны скрыта под водой, то это означает, что затоплена только половина всех земель. Ежедневно специальный чиновник измеряет высоту колонны и объявляет об этом в Зоане и в городе Мизраим».

РАВВИН ПЕТАХИЯ ИЗ РАТИСБОНА
(1170–1187)

   Р. Петахия (сын р. Иакова, брат Госафиста, р. Исаака ха-Лавана и р. Нахмана из Ратисбона) родился в этом городе в первой половине XII века. Прожив несколько лет в Праге, он отправился в путешествие и посетил Польшу, Киев, Крым, Татарию, Армению, Мидию, Персию, Ирак, Сирию, Палестину и Грецию. Он совершил свое путешествие всего лишь десять или пятнадцать лет спустя Вениамина из Туделы, поэтому их рассказы дополняют друг друга. Описание караимов, сделанное Петахией, было единственным источником сведений о них до тех пор, пока в начале XVIII века их изучением не занялся профессор Тригланд.
   Петахия побывал в Дамаске, вероятно, между 1174 и 1187 годами, поскольку он приехал в этот город после того, как его захватил Саладин, и когда крестоносцы находились еще в Иерусалиме.
   Рассказ об этом путешествии озаглавлен «Сиббуб», или «Круговое путешествие». Это не собственноручное описание Петахии, а рассказ, составленный по его запискам современником, раввином Иудой Набожным бар Самуилом, который, по-видимому, сопровождал его в этой части пути.
   Текст основан на рукописи, которая была опубликована в Праге в 1595 году и переведена на немецкий в Альтдорфе в 1687 году; на латынь – Вагенсейлем в том же самом году в Страсбурге; на французский – Кармоли в Париже в 1831 году и на английский – Бенишем в Лондоне в 1856 году (второе издание вышло в 1861 году) и отредактирована Грюнхутом в Иерусалиме.
   Это – путешествия, предпринятые раввином Петахией, который объехал много земель. Он выехал из Праги в Богемии и прибыл в Польшу, а из Польши – в Киев в России. Из России он семь дней ехал по реке Днепр. На другом берегу этой реки он начал свой путь по стране Кедар[17]. Здесь не делают лодок, а сшивают десять растянутых лошадиных шкур, у которых по краям протянуты ремни; люди садятся на шкуры и грузят на них свои телеги и вещи. Потом они привязывают ремни к хвостам лошадей, которые заходят в воду, и так путешествуют по воде. Люди страны Кедар питаются не хлебом, а рисом и просом, которые варят на молоке, а также молоком и сыром. Они кладут кусочки мяса под седло лошади, на которой едут, и, погоняя животное, заставляют его потеть. Когда мясо разогревается, они съедают его. В стране Кедар путешествуют только в сопровождении охраны. А вот как сыновья Кедара доказывают друг другу свою преданность. Один человек вонзает себе в палец иголку и предлагает своему будущему спутнику слизнуть кровь с пораненного пальца. Таким образом они становятся одной плотью и кровью. Есть и другой способ побрататься. Наполняют жидкостью медный сосуд в форме человеческого черепа, и путешественник и сопровождающий его человек пьют из него, после чего они знают, что другой никогда не предаст. У них нет царя, а только князья и их приближенные.
   Раввин Петахия пересек землю Кедар за шестнадцать дней. Жители ее обитают в шатрах; они дальнозорки и имеют красивые глаза, поскольку не едят соли и живут среди благоухающих трав. Они отличные лучники – сбивают птицу на лету. Они различают и распознают предметы на расстоянии более одного дня пути. В их стране нет гор, одни равнины. А в одном дне пути позади страны Кедар находится залив[18], вдающийся в сушу между страной Кедар и страной Хазария[19]. У женщин в обычае день и ночь стенать и оплакивать больных отцов и матерей. Они делают это до тех пор, пока их сын, или дочь, или кто-нибудь из членов семьи не умрет. Последний (из оставшихся в живых) оплакивает всех тех, кто умер до него. Они учат своих дочерей, как надо причитать над мертвыми. По ночам они стонут и воют, а их собаки скулят и лают в ответ.
   Оттуда раввин ехал восемь дней до самой крайней точки Хазарской земли; семнадцать рек[20] окружают это место, и тот, кто собирается отправиться в путь, чинит здесь свое снаряжение. С одной стороны здесь море, от которого исходит страшная вонь[21], а с другой – море, не испускающее никаких неприятных запахов. От одного моря до другого – около дня пути. Если кто-нибудь вздумает пересечь смердящее море, то тут же умрет. Когда отсюда в сторону моря, не испускающего никаких дурных запахов, дует ветер, многие умирают. Люди появляются там только тогда, когда ветра нет.
   Раввин Петахия проехал в землю Тогарма[22]. Отсюда и далее люди верят в закон Мухаммеда. Из Тогармы он вступил в страну Арарат. За восемь дней он доехал до Нисибиса, оставив высокие горы Арарата справа.
   В земле Кедара нет иудеев, а только караимы[23]. Раввин Петахия спросил их: «Почему вы не верите словам мудрецов?» Они ответили: «Потому что наши отцы этому нас не учили». Накануне субботы они режут весь хлеб, который будут есть в субботу. Они едят в темноте и сидят весь день на одном месте. Их молитва состоит из одних псалмов. И когда раввин Петахия обучил их нашему ритуалу и молитве после еды, они были очень довольны. Они также сказали: «Мы никогда не слышали о Талмуде».
   В стране Арарат он путешествовал по горам до Нисибиса и города Хизн-Кайфа[24] (что означает Сила огромной скалы). От самой крайней точки гор Арарат он ехал два дня до противоположного конца. В Нисибисе – большая еврейская община, а также синагога раввина Иуды, сына Ветеры, и две синагоги, построенные Эзрой Писцом. В одной из них в стену вделан красный камень, который Эзра принес с собой и который был одним из камней Храма. От Нисибиса и его окрестностей простирается земля Ассур. В Хазарии говорят на своем языке; в Тогарме говорят на своем языке (они платят дань царю Греции[25]), и в Кедаре говорят на своем языке.
   Из Нисибиса раввин доехал за три дня до Новой Ниневии[26]. Перед Ниневией протекает река Тигр. На другом берегу реки он еще три дня ехал в другом направлении до Старой Ниневии, которая сейчас заброшена. Вся почва в Ниневии черная как смоль. Само место Ниневии, там, где стоял город, выжжено, словно в Содоме. Здесь нет ни травинки, ни кустика. Новая Ниневия стоит напротив, на другом берегу реки. В ней живет большое число евреев, более 6 тысяч душ. Эта конгрегация имеет двух руководителей. Имя одного из них – раввин Давид, а другого – раввин Самуил. Они сыновья двоих братьев и происходят из семени царя Давида. Каждый человек платит здесь ежегодно золотой флорин; из тех денег, что поступают от евреев, половина принадлежит царю или султану (которого они называют не царем, а султаном), подчиняющемуся царю Бабеля (калифу Багдада). Другая половина принадлежит принцам; у них есть поля и виноградники.
   В этих странах нет регентов хоров, нет их и в Персии, Мидии и Дамаске. Но при дворе принцев много ученых людей. И они вызывают то одного, то другого, чтобы те читали молитвы. У принца есть также тюрьма, куда сажают преступников. Если поспорят идолопоклонник и еврей, он отправляет в тюрьму того, кто виновен, не важно, еврей он или мусульманин.
   В Ниневии Петахия заболел, и врач султана сказал, что он не выживет. Здесь такой обычай – если странствующий еврей умирает, то половина его собственности отходит к султану, а поскольку Петахия был одет красиво, то они решили, что он богат, и к нему явились писцы султана, чтобы в случае его смерти забрать его вещи. Но Петахия, несмотря на то что был очень болен, велел переправить его на другой берег реки Тигр. Река широка, и ее почти невозможно пересечь на лодке, ибо течение очень быстрое и бурное и лодка может перевернуться. Поэтому они сделали из камыша плот, который мы называем флосс, и погрузили на него раввина и все его вещи. Вода лечит, и он тут же поправился. В Ниневии был слон. Его голова совсем не выступает [над телом]. Он большой и за один присест съедает примерно 2 воза соломы; рот у него расположен на груди, и когда он хочет есть, то вытягивает свою губу (хобот), которая примерно два локтя в длину, берет ею солому и кладет себе в рот. Когда султан приговаривает кого-нибудь к смерти, то слону говорят: этот человек виновен. Тогда он хватает его своей губой, подбрасывает вверх и убивает его. То, что человек делает своими руками, слон делает своей губой; это необыкновенное чудо. На спине слона установлено сооружение вроде крепости, в которой находятся двенадцать вооруженных воинов; когда слон протягивает вверх свою губу, они взбираются по ней, используя вместо лестницы.
   В Ниневии был астролог по имени раввин Соломон. Среди всех мудрецов Ниневии и земли Ассур нет лучшего специалиста по планетам, чем он. Раввин Петахия спросил его, когда придет Мессия. Тот ответил: «Я часто видел это очень четко среди планет». Но раввин Иуда Набожный не записывал этого, чтобы никто не подумал, что он верит словам раввина Соломона.
   После этого раввин Петахия сел в лодку и поплыл вниз по Тигру. Через пятнадцать дней он оказался в саду руководителя Академии[27] в Бабеле. Путешествие (посуху) заняло бы месяц. На пути из Ниневии до Бабеля в каждом городе и селе есть своя община. Он пришел в сад главы академии. В саду росли плоды всех возможных видов. Сад очень велик, и в нем растет мандрагора. У нее лицо человека, а листья очень широкие. Отсюда он за один день доехал до Багдада, что в Вавилонии. Никто не плавает по реке Тигр, поскольку его воды быстрые и бурные, но ездят на верблюдах и мулах посуху, привязывая мешки с поклажей к спине верблюда.
   Багдад – это столица. Здесь живет султан или калиф. Это – великий царь[28], управляющий и повелевающий народами. Багдад очень велик, от одного его конца до другого более дня пути, а чтобы объехать его кругом, надо три дня. В городе Багдаде живет тысяча евреев. Они ходят закутавшись в ткань. Никто здесь не смотрит на женщин и не заходит в дом своего друга, если знает, что увидит его жену, которая немедленно скажет ему: «Негодник, зачем ты пришел?» Но он стучит в дверь молотком, и тогда друг выходит и разговаривает с ним. Они все ходят закутанные в свои шарфы для молитв. Эти шарфы сделаны из шерсти и украшены бахромой. Глава академии Багдада – раввин Самуил, Левит, сын Эли, главы академии. Он – самый главный, знает всю мудрость письменного и устного Закона и всю мудрость Египта. Ничто не может укрыться от него. Он знает святые имена[29] и весь Талмуд наизусть.
   Во всей Вавилонии, Ассирии, Мидии и Персии нет более невежественного человека, хотя он знает двадцать четыре книги[30], пунктуацию, грамматику, лишние и опущенные буквы, ибо Священное Писание на уроке читает не регент, а человек, которого вызвали. Он берет свиток и зачитывает его.
   У главы академии одновременно бывает до 2 тысяч учеников; более пяти сотен собираются вокруг него, и все они хорошо образованны. Пока они не созреют для академии, их учат в городе другие учителя, а когда созреют, то предстают перед главой академии. Рош Гола (экзиларх) здесь раввин Элеазар, и глава академии подчиняется ему. Глава академии живет в большом доме, увешанном коврами; сам он одевается в расшитые золотом одежды. Сам он сидит на возвышении, а ученики – на земле. Он обращается к толкователю, а тот – к ученикам. Ученики задают вопросы толкователю, и если тот не знает ответа, то спрашивает у главы академии. Первый толкователь Талмуда излагает одну точку зрения по своему «Трактату о Талмуде», а второй – другую, согласно своему «Трактату». Трактат сначала зачитывается, а потом объясняется.
   За год до приезда Петахии умер раввин Даниил, лидер галута. Он имел больше власти, чем глава академии. У них у всех имеется своя генеалогическая книга, [где прослеживается история рода] от основателя племени. Раввин Даниил происходил из дома Давида. Монарх назначает руководителя галута только по рекомендации главных людей среди евреев. Возглавить галут могут только два принца из рода Давида, и из них некоторые вожди предпочитают раввина Давида, а другие – раввина Самуила. По этому вопросу пока еще не достигли соглашения. Оба они – очень мудрые люди. У раввина Даниила нет сыновей, одни дочери. У раввина Самуила есть книга по генеалогии, начинающаяся с Самуила Рамаха, сына Эльканаха. Он не имеет сыновей, а только одну дочь. Она прекрасно знает Священное Писание и Талмуд. Она обучает молодых людей Священному Писанию через окно. Она находится у себя дома, а ученики сидят внизу на улице и не видят ее. Во всей Ассирии и Дамаске, в городах Персии и Мидии, а также в земле Бабеля нет ни одного судьи, который не был бы назначен раввином Самуилом, главой академии. Он выдает разрешения в каждом городе на право преподавать и судить. Его власть признают во всех странах, а также в Израильской земле. Все его уважают. У него есть около шестидесяти стражников, которые держат людей в повиновении с помощью палок. После ухода учеников старшие получают от раввина Самуила уроки по астрономии и другим отраслям знания.
   В стране Арарат[31] есть большие города. Здесь мало евреев. В древности в этой стране жило много евреев, но они убивали друг друга, а потом разделились и ушли в города Бабеля, Мидии и Персии. Но в землях Куш[32] и Бабель живет более 600 тысяч евреев и столько же в Персии. В Персии евреи угнетены и сильно страдают. Поэтому раввин Петахия посетил в Персии только один город. Каждый еврей в Бабеле платит ежегодно 1 золотой флорин главе академии в качестве налога, ибо монарх не требует уплаты налога, только глава академии. Евреи в стране Бабеля живут в мире.
   Монарх, правивший в дни раввина Соломона, отца раввина Даниила, был другом раввину Соломону, поскольку сам монарх происходил из семьи Мухоримеда, а лидер галута вел свой род от царя Давида. И он сказал раввину Соломону, что хочет увидеть пророка Иезекииля, который творил чудеса. И раввин Соломон ответил ему: «Ты не можешь его увидеть, поскольку он святой. Не должен ты и открывать его могилу». Но монарх ответил, что хочет исследовать ее. Тогда раввин Соломон и его приближенные сказали ему: «Мой царь и повелитель, Барух, сын Нерайи, его ученика, похоронен рядом с гробницей Пророка. Открой сначала его могилу. Если ты не сможешь увидеть ученика, тогда можешь попытаться увидеть учителя». Тогда он собрал всех своих принцев и велел им копать. Но все люди, начавшие раскапывать могилу Баруха, сына Нерайи, тут же упали и умерли. Там был один старик, мусульманин, который сказал монарху: «Пусть копают евреи». Евреи ответили: «Мы боимся». Но царь сказал: «Вы соблюдаете закон Баруха, сына Нерайи, и он вас не тронет, ибо все мусульмане, которые копали, упали и умерли». Тогда раввин Соломон произнес: «Дай нам время, три дня, и мы станем поститься, чтобы получить его прощение». Через три дня евреи стали копать, и никто не пострадал. Гроб Баруха, сына Нерайи, находился среди двух мраморных плит, он лежал между ними. Часть его таллитха (шарфа для молитвы)[33] торчала между двумя плитами. Царь сказал: «Два царя не могут довольствоваться одной короной[34]; этому праведному человеку не подобает лежать рядом с Иезекиилем. Я перенесу его в другое место». И они унесли мраморные плиты вместе с гробом. Но, оказавшись на расстоянии мили от гробницы Иезекииля, они не смогли сдвинуться с места. Ни лошади, ни мулы не могли сдвинуть гроб с его места. Тогда сказал раввин Соломон: «Праведник хочет, чтобы его похоронили здесь», и они зарыли его гроб в этом месте и построили прекрасный дворец над его могилой.
   Раввин Самуил, глава академии, выдал раввину Петахии документ за своей печатью, удостоверяющий, что его должны пропускать, куда бы он ни захотел поехать, и показывать ему могилы учеников мудрецов и праведников. В земле Бабеля изучают комментарий раввина Саадьи Гаона, который он сделал для всей Библии и для шести законов Мишны, а также комментарий раввина Хая Гаона. Оба они похоронены под горой Синай. Говорят, что отсюда до горы Синай всего одна горная цепь, которая находится недалеко от Багдада. Раввин Петахия увез с собой документ с печатью раввина Самуила, и люди выполняли все его просьбы и боялись его. И раввин Петахия приехал в город под названием Полос[35], [который расположен] в одном дне пути от Багдада. Здесь живет выдающийся священник, и все говорят, что он из рода Аарона-священника, как со стороны матери, так и со стороны отца, безо всяких примесей. У него тоже есть генеалогическая книга. Перед этим городом есть могила, над которой построен красивый дом. Ему рассказали, что один богач увидел во сне призрак, который сказал ему: «Я – еврей по имени Бросак, один из принцев, которые ушли вместе с Иекониахом. Я – праведник. У тебя нет детей. Если ты построишь красивый дом над моей могилой, у тебя будут дети». Богач построил этот дом, и у него родились дети. Тогда они во сне задали вопрос, кто похоронен здесь, и получили ответ: «Я – Бросак, у меня нет другого имени».
   Тогда священник отобрал около пятидесяти юношей, вооружил их копьями и выдал другое оружие, чтобы они его сопровождали, ибо в окрестностях Бабеля есть люди, которые не уважают власти царя. Эти люди живут в пустыне и называются чарамимы (проклятые), поскольку они грабят и убивают людей всех других национальностей. Их лица похожи на траву грону. Они верят только в Бога Иезекииля, и все мусульмане так их и зовут.
   Примерно в полутора днях пути от Багдада в пустыне расположена могила пророка Иезекииля. Она находится под властью чарамимов. Город (Кифл) стоит в миле от могилы. Ключи от нее находятся у евреев. Вокруг могилы Иезекииля – стена, и большой город, и большое кладбище. Евреи открывают ворота, которые так низки, что людям, желающим войти, приходится ползти на четвереньках. На празднике Кущей здесь собираются люди из всех стран, и тогда вход сам собой расширяется так, что туда можно въехать даже верхом на верблюде. От 60 до 80 тысяч евреев собирается здесь, не считая мусульман. На кладбище Иезекииля сооружают Кущи. После этого вход уменьшается до своих прежних размеров. Все это видят. На могиле пророка даются клятвы и приносятся добровольные жертвы. И люди, которые бесплодны или чей скот бесплоден, дают обеты или молятся на его могиле о зачатии.
   Раввину Петахии рассказали такую притчу: у одного уважаемого человека была бесплодная кобыла, и он дал обет, что если она родит жеребенка, то он отдаст его Иезекиилю. Его желание было исполнено. Жеребенок был так красив, что он решил оставить его себе. Однако жеребенок убежал от него на кладбище Иезекииля и прошел в ворота, которые для этого расширились. Хозяин искал жеребенка повсюду, но безуспешно. Под конец он понял, что поскольку он обещал его Иезекиилю, то жеребенок ушел на могилу праведника; там он его и нашел. Он захотел увести его с собой, но не смог, потому что ворота стали очень низкими. Тогда один еврей сказал ему: «Конь чудом прошел в эти ворота, наверное, ты пообещал его святому». Он признался и сказал: «Да, я обещал ему жеребенка. Что мне надо сделать, чтобы вывести его отсюда?» Еврей сказал: «Возьми деньги и положи их на могилу пророка; если ты положишь столько, сколько стоит этот конь, то сможешь вывести его». Хозяин постепенно пополнял количество монет, пока, наконец, не набралась требуемая сумма, и тогда ворота стали выше, и жеребенок в них прошел.
   Раввин Петахия отправился к могиле Иезекииля, взяв с собой золото и золотой песок, но песок выпал из его рук, и он сказал: «Мой господин Иезекииль, я пришел отдать тебе дань уважения, но золотые песчинки пали из моих рук и затерялись. Где бы они ни были, они твои». И тут он увидел вдалеке нечто похожее на звезду. Он подумал, что это, наверное, драгоценный камень. И он пошел в этом направлении, и нашел песчинки, и положил их на могилу пророка. Каждый мусульманин, отправляющийся в паломничество к гробнице Мухаммеда, проходит мимо могилы Иезекииля и приносит ему что-нибудь в дар или добровольно жертвует чем-то, давая обет и молясь: «Наш господин Иезекииль, если я вернусь назад, я подарю тебе то-то или то-то». От могилы пророка до Самбатиона нужно идти сорок дней по пустыне. Всякий, кто собирается в дальний путь, кладет на могилу Иезекииля кошель или какие-нибудь ценные вещи и говорит: «Наш господин Иезекииль, возьми эти вещи и храни их, пока я не вернусь, и пусть никто их не берет, кроме законного наследника». И многие кошельки с деньгами лежат здесь и гниют, потому что они лежат здесь многие годы. Когда-то здесь лежали книги, и какой-то негодяй захотел унести одну из них, но не смог, ибо тут же испытал приступ боли и ослеп; поэтому все боятся Иезекииля. Можно сказать, что тот, кто не видел большого прекрасного сооружения на его могиле, не видел красивых зданий. Изнутри оно выложено золотом. Над могилой возвышается сооружение из известняка высотой в рост человека, а вокруг него и поверх него стены из древесины кедра, которые позолочены; глаз человека никогда не видел ничего подобного. В нем есть окна, в которые люди просовывают голову и молятся. Наверху большой золотой купол, а внутри все выложено коврами. В гробнице есть также красивые стеклянные вазы, а еще тридцать ламп, которые заправлены оливковым маслом и горят день и ночь. Масло для них покупается на подарки, которые делаются специально для того, чтобы эти тридцать ламп никогда не угасали. Подарками, которые пилигримы кладут на могилу, распоряжается около двух сотен специально назначенных смотрителей; они выполняют свои обязанности по очереди, сменяя друг друга. Деньги, положенные на могилу, идут на ремонт синагог, приданое сиротам и поддержку неимущих учеников.
   В Багдаде три синагоги, включая ту, которую построил Даниил на том самом обрыве над рекой, где стоял ангел. Две другие стоят на обоих берегах реки, как и указано в Книге Даниила.
   Когда раввин Петахия был на могиле Иезекииля, он увидел в здании птицу, лицо которой было похоже на лицо человека[36]. Узнав об этом, смотритель, служащий здесь привратником, очень опечалился и сказал: «До нас от отцов дошло поверье – дом, в который залетит такая птица, будет разрушен». Но когда смотритель увидел, что птица, собиравшаяся вылететь в окно, умерла, он сильно обрадовался, сказав, что раз птица мертва, то примета не подействует. Глава академии сообщил раввину Петахии, что раньше над могилой Иезекииля стоял столб огня, но пришли какие-то негодяи и осквернили могилу, ибо на праздник Кущей явилось около 80 тысяч человек, среди которых оказались нечестивые, и огненный столб исчез. Кущи сооружают на том же самом кладбище, поблизости от могилы.
   Река Евфрат и река Чебар[37] сливаются, но их воды хорошо различимы. На другом берегу реки Евфрат, примерно в миле напротив могилы Иезекииля располагаются захоронения Ханании, Мишаэла и Азарии. Все они лежат в отдельных могилах. Эзра Писец тоже похоронен здесь. После этого раввин Петахия вернулся и за два дня добрался до Нехардеи. Чтобы обойти этот город, нужно около трех дней; но все здесь находится в запустении. В одной части города есть еврейская община. Когда раввин предъявил печать главы академии, ему показали синагогу Шай-Виатхиб[38]. Три ее стены сделаны из камня, а западная – на реке Евфрат, изготовлена не из камня или кирпича, а сделана из земли, которую Иехония принес с собой. На синагоге нет крыши, ибо все здесь в разрухе. И евреи рассказали раввину, что ночью они видят огненный столб, поднимающийся над синагогой, который доходит до могилы Бросака, описанной ранее. Затем он снова тронулся в путь и добрался до города под названием Мелла[39], где расположена могила раввина Мейра; этот раввин Мейр упоминается в Мишне. Перед городом, у воды, есть поле, а на этом поле – Мейрова могила. А поскольку Евфрат, разливаясь, затапливал ее, с евреев и мусульман был взят налог, и на эти деньги был построен город вокруг могилы. Его башни стоят посреди воды. Над могилой сооружен красивый дом, который мусульмане назвали Чинук (Удушающий). Причиной тому был тот факт, что однажды сюда приехал султан и вытащил один камень из ступеньки лестницы, ведущей к могиле. Ночью раввин Мейр явился ему во сне, схватил его за горло, словно хотел задушить, и сказал: «Зачем ты унес мой камень? Разве ты не знаешь, что я праведник и любим Богом?» Султан стал просить у раввина прощения. Но тот ответил: «Я не прощу тебя, пока ты сам на своем собственном плече не принесешь этот камень назад на глазах у всех людей, приговаривая при этом: «Я поступил подло, ограбив этого праведного господина». Утром султан принес на плече камень и, уложив его на прежнее место, сказал: «Я поступил подло, ограбив этого праведного господина». Поэтому мусульмане боятся раввина Мейра, молятся на его могиле, подносят ему дары и обещают, что если вернутся сюда живыми, то подарят ему то или это.
   Всякий раз, когда раввин Петахия показывал печать главы академии, его тут же окружали люди, вооруженные копьями, и сопровождали дальше.
   От могилы Иезекииля до гробницы Баруха, сына Нерайи, миля, а от могилы Баруха, сына Нерайи, до могилы Нахума Элкошита – около 4 парасангов. Между ними, на полпути, находится могила аббы Арека. Ее длина – 18 локтей, ибо здесь похоронено пять амораимов[40]. Мельница, которую раввин построил для своих учеников, стоит здесь, но воды рядом нет. В его дни в ней мололи пшеницу. Над ней сооружен красивый дом. Легенда гласит, что могил пророков и амораимов ровно 550, подобно числу Сарим. Если рядом с могилой праведника имеется община евреев, то они покрывают ее дорогой тканью, и, когда они приезжают на могилу, над которой не сооружен дом, то кладут на нее коврик. Под ткань и коврики, покрывающие могилы, часто заползают змеи. Свернувшись в кольцо, змея охраняет могилу. Поэтому говорят: когда поднимаешь коврик, берегись змеи. Глава академии записал для раввина имена амораимов, похороненных здесь, но Петахия забыл об этом и оставил список в Богемии, ибо он приехал сюда из Богемии. Он пишет, что, покинув Богемию, он все время ехал на восток; Богемия располагается восточнее Ратисбона, Россия – восточнее Польши. Оттуда он снова поехал на восток и через шесть дней прибыл на могилу нашего господина Эзры Писца. Говорят, что в древности эта могила была разрушена. Потом сюда пришел пастух, который увидел канаву и лег в нее спать. Во сне ему явился человек, который сказал: «Скажи султану, что я – Эзра-писец. Пусть люди, называемые евреями, заберут меня отсюда и отнесут в такое-то место. Если он этого не сделает, то все его люди умрут». Однако султан не послушался его, и многие люди умерли. Тогда позвали евреев, и они перезахоронили Эзру с честью. На могилу положили мраморную плиту с табличкой, на которой было выгравировано: «Я Эзра-писец». Они похоронили его там, где сказал пастух, и соорудили красивый дом над его могилой. В одиннадцатом часу над этой гробницей поднимается в небо столб огня. Это продолжается в течение одиннадцатого и двенадцатого часов. Его видно также и в первый час ночи. Люди могут пройти 3 или 4 парасанга при свете этого столба. Все мусульмане молятся здесь. Ключи от домов над могилами находятся в руках евреев. Они тратят деньги, полученные от пожертвований, на приданое сиротам, поддержку учеников и ремонт синагог для бедняков.
   Перед тем как раввин Петахия отправился к могиле Эзры-писца, он восемь дней ехал до Шушана, бывшей столицы. Здесь живут всего два еврея, и они работают красильщиками. Он предъявил им печать академии, и они показали ему гроб Даниила. Первоначально Даниил был похоронен на одном берегу реки, и всюду царило изобилие, процветание и благословение. Тогда люди, жившие на другом берегу, сказали: «Наш район не получил благословения [небес], потому что праведник похоронен не у нас». И два района постоянно воевали между собой и грубо перетаскивали гроб с берега на берег. Наконец явились старцы, которым удалось помирить людей, и они взяли гроб и подвесили его на железных цепях на высоких железных колоннах, сооруженных в середине реки. Гроб сделан из полированной меди, хорошо виден с берега и висит на высоте 10 локтей над водой. На расстоянии он кажется сделанным из стекла. Евреи рассказали ему, что судно свободно проходит под гробом, если люди, сидящие в нем, соблюдают законы Божьи, если же нет, то оно тонет. Еще ему рассказали, что под гробом живут рыбы с золотыми подвесками в ушах. Он, однако, не проплывал под гробом, а стоял на берегу реки и смотрел на него.
   

notes

Примечания

1

2

3

4

   Перевод на английский язык А.И.К. Дэвидсона был опубликован в «Сборнике еврейской литературы». Лондон: Трубнер, 1872. Т. 1). Текст этого письма на иврите впервые был опубликован в Константинополе в 1577 г. в книге Kol Mebasser Исаака Акриша. Большую часть писем Хисдая издал Зеднер на иврите с немецким переводом и примечаниями в своей книге Answahl historischer Stücke (Берлин, 1840). Русский перевод опубликовал Гаркави, сделав его по рукописи, хранящейся в Ленинграде. Маркварт в своем труде Osteuropäische und Ostasiatische Streifzäge (Лейпциг, 1903) подверг сомнению подлинность царского ответа на письмо Хисдая, по причине того, что хазары по крайней мере 100 лет были евреями. Однако более поздняя информация подтвердила общую правдивость этой истории. Шехтер опубликовал в «Еврейском квартальном обзоре» (N.S. III. 81) найденный в Генизе замечательный фрагмент письма XII в. одного из подданных царя Иосифа. В рукописных материалах из трудов раввина Иуды бен Барзилая, жившего в XI в., приводятся новые подробности о хазарских евреях. Новый материал был удачно обработан в статье историка С. Дубнова о хазарах, которая была приведена в книге «Livre d’Hommage… à …Poznanski» (Варшава, 1927).

5

6

7

8

9

   Далее приводится описание дороги в Иерусалим через Архипелаг, Антиохию и Сидон, в котором Вениамин пишет: «Иерусалим имеет четверо ворот – ворота Авраама, ворота Давида, ворота Сиона и ворота Гушната, которые являются воротами Иегосафата, стоящими напротив древнего Храма, в наши дни именуемого Templum Domini (Божьим храмом). На месте этого храма Омар бен Хатааб воздвиг сооружение с очень большим величественным куполом, в которое благородные люди не приносят никаких изображений или статуй, а просто приходят помолиться. Перед этим местом расположена Западная стена, которая является одной из стен Святая святых. Ее называют Воротами милосердия, и сюда приходят все евреи, чтобы помолиться перед Стеной Храмового двора».
   После Иерусалима Вениамин добрался до реки Тигр, проехав через Вифлеем, Хеврон, Аскелон, Тивериас, Дамаск, Баальбек, Хамаф, Алеппо и Нисибис.

10

11

12

13

14

15

16

   Г и н г а л е х – это, вероятно, Кангалур, сокращенная форма от Кодунгалур (Кранганоре). Кохинские евреи называли его Сингили или Синголи (см. примечание на с. 319). Густав Опперт в своей книге «Семитские исследования в память о прей, докторе Александре Кохуте», изданной в 1897 г. в Берлине, отождествляет Гингалех с Шинкалой Абулфера и Цинкилумом Одориса Франкфуртского.
   Ч у л а н – это, вероятно, Квилон, или Хулам, а в одном из манускриптов это название встречается в форме Хулан.

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →