Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

На рывке медведь достигает скорости в 50 километров в час.

Еще   [X]

 0 

Секс в армии. Сексуальная культура военнослужащих (Кащенко Евгений)

Настоящая книга о сексуальной культуре военнослужащих – первое исследование гносеологических, аксеологических и методологических проблем социокультурного полового развития представителей данной социально-профессиональной общности. Выступая, по существу, частью социокультурной сексологии, это направление научных изысканий изучает сексуальную культуру в объеме структурных спецификаций определенного социального института.

Год издания: 0000

Цена: 100 руб.



С книгой «Секс в армии. Сексуальная культура военнослужащих» также читают:

Предпросмотр книги «Секс в армии. Сексуальная культура военнослужащих»

Секс в армии. Сексуальная культура военнослужащих

   Настоящая книга о сексуальной культуре военнослужащих – первое исследование гносеологических, аксеологических и методологических проблем социокультурного полового развития представителей данной социально-профессиональной общности. Выступая, по существу, частью социокультурной сексологии, это направление научных изысканий изучает сексуальную культуру в объеме структурных спецификаций определенного социального института.


Секс в армии Сексуальная культура военнослужащих Евгений Августович Кащенко

   © Евгений Августович Кащенко, 2015
   © Евгений Кащенко, дизайн обложки, 2015

   Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru
   Цель издания этой книги – представить читателям авторский взгляд на сексуальную культуру военных, показать ее сложившиеся уровни и подходы к формированию в советское время. Это первое комплексное исследование, явившееся результатом изучения наиболее характерных особенностей и специфики сексуального поведения военнослужащих.
   Сформулированные автором выводы и рекомендации могут найти применение в исследовательской, организационно-практической и просветительской деятельности военнослужащих, будут способствовать уменьшению негативных и аморальных проявлений в отношении сексуальных проблем, невежества со стороны представителей военнослужащих старшего поколения и вульгарности и цинизма со стороны нравственно незрелой молодежи и скептиков. Они также послужат повышению уровня сексуальной культуры россиян; стимулированию социологических, культурологических, психологических, исторических исследований, посвященных выявлению социально приемлемых форм сексуальной культуры и социокультурных механизмов их порождения и поддержания.
   Вместе с автором, доктором социологических наук, полковником Е. А. Кащенко над книгой работали военные ученые: доктор философских наук Э. А. Понуждаев, доктор социологических наук А. Г. Тюриков, кандидат психологических наук А. Н. Харитонов, кандидат медицинских наук Ю. А. Мягков, кандидат исторических наук В. И. Федотов, психоаналитик А. Л. Иванов, а также многие добровольные помощники, как из числа военнослужащих, так и тех, кто никогда не носил погоны.

   © Евгений Августович Кащенко, 2002.

От автора

   По мнению некоторых современников, Вооруженные Силы СССР, с одной стороны, напоминали огромный монашеский орден, во главе которого на протяжении многих десятилетий находился «настоятель» – член Политбюро ЦК КПСС, Министр обороны СССР с соответствующим идеологическим аппаратом в лице Главного политического управления СА и ВМФ. С другой стороны, сексуальное поведение военных ассоциируется с разухабистыми гусарами и вульгарными детьми лейтенанта Шмидта, развязно-пошлыми внуками поручика Ржевского и современными playboys. Такая оценка сексуальной культуры военнослужащих видится оскорбительной для мужского достоинства тех, кто с полным правом относит себя к потомкам Дениса Давыдова и героям художественного фильма «Офицеры» – сексуальной элите нашего армейского общества. Но все же факт остается фактом – сексуальное поведение военнослужащих Российской армии исключительно многообразно, противоречиво, специфично, обусловлено целым рядом социокультурных факторов, насыщено социально-нравственными и психосексуальными проблемами. Об этом написана данная книга. которая поможет разобраться в проблемах, поднятых на ее страницах, всем заинтересованным лицам. Хочется верить, что читатель найдет в ней не только интересный познавательный материал, развлечется армейским юмором, которыми автор попытался его заинтриговать, но и задумается над своим сексуальным поведением, половыми отношениями и уровнем собственной культуры.

Введение

   У скучающего на политических занятиях солдата спрашивают:
   – О чем это вы все время думаете, рядовой Иванов?
   – О женщинах, товарищ капитан!
   – А о чем-то другом вы можете поразмыслить?
   – Никак нет! Я все время только о них и думаю…
   Этот бородатый анекдот может вызвать улыбку у гражданского человека, военные – чаще ухмыльнутся и вспомнят о своей нелегкой службе и о сексуальных подвигах, многие из которых так и не были совершены. Причина – в самой армейской действительности, сексуальной культуре военнослужащих и тех проблемах, о которых и пойдет речь в настоящей книге…
   В последние годы явления социокультурной сексологии все активнее привлекают внимание представителей различных гуманитарных и социально-научных дисциплин. Будучи наименее разработанной сферой исследований, эта сторона «сексологического треугольника» вызывает яростные споры ученых и политиков, правоведов и социологов, обывателей и философов, наиболее подвергаясь радикальным изменениям.
   В сексологии как междисциплинарной области знаний о поле и половых отношениях, по мнению И. Кона, имеется, по большому счету, три стороны треугольника: биология, психология и общественные науки. В числе последних среди обилия общественно-гуманитарных дисциплин условно выделяют социокультурную сексологию.
   Деликатные вопросы интимной жизни людей не обходят стороной и военные ученые, пытаясь понять и объяснить суть вечно загадочных, противоречивых и жизненно важных процессов, связанных с человеческой сексуальностью. Гуманистический взгляд на основные вопросы человеческого существования, получивший широкое распространение в период сегодняшнего реформирования одного из крупнейших социальных образований – Российских Вооруженных Сил, мотивирует необходимость институционального анализа противоречий, связанных с формированием сексуальной культуры и регулированием половых взаимоотношений. Это противоречия между:
   существующим сексуальным поведением и желаемым уровнем сексуальной культуры военнослужащих;
   сложившимися формами, способами и методами полового воспитания и необходимым обществу уровнем сексуальной культуры;
   наличным уровнем сексуальной культуры, с одной стороны, и формами, способами, методами её формирования и оптимизации в условиях современного социокультурного развития – с другой;
   наличествующей организацией полового воспитания в обществе и желаемой системой полового просвещения и воспитания;
   имеющимся и желаемым уровнями сексуальной культуры военнослужащих.
   Среди множества противоречий наиболее значимым, по мнению автора, является социальное противоречие между неразработанностью теоретических вопросов сексуальной культуры и необходимостью компенсировать издержки складывающейся системы полового воспитания российских граждан.
   Разрешению этого противоречия и посвящена настоящая книга, актуальность которой обусловлена рядом причин.
   Во-первых, практическая необходимость в системных исследованиях проблем социокультурной сексологии выдвигает потребность гносеологического, аксеологического и методологического анализа сексуальной культуры как сущего, ибо сохранение конструктивной направленности развития современного общества обеспечивается продолжением и совершенствованием человеческого рода.
   Во-вторых, кризисное состояние российского общества и обострение многих проблем социальной жизни, которые оно решает на современном этапе своего развития, требуют теоретического осмысления подходов к поставленной проблеме. Сегодня в России имеют место:
   депопуляция населения;
   раннее начало половой жизни, часто мотивированное социальным экспериментированием на себе при полной безграмотности в вопросах безопасного секса, которое ведет к резкому росту нежелательных последствий: беременностей, абортов, психических травм, суицидов;
   правовая незащищенность отдельной личности на фоне криминализации общества и навязывание молодым людям стереотипов агрессивной мужественности, вызывающие рост преступлений на половой почве в допризывной среде;
   восприятие сексуальной жизни в вульгарной, приниженной, упрощенной форме, что приводит к нравственной деградации общества, ослаблению значимости семейно-брачных отношений, отсутствию позитивного взгляда на сохранение репродуктивного здоровья;
   падение нравов, апология вульгарности, торжество порнографии, пропаганда и поощрение сомнительной сексуальной ориентации, проституции с помощью средств массовой информации.
   Это тот фон, на котором происходит формирование современной сексуальной культуры, половая социализация военнослужащих, осуществляются реальные взаимоотношения между мужчинами и женщинами в определенной для исследования институциональной среде.
   В-третьих, исключительная сложность процессов преобразования и реформирования самой армии помимо прочих ставит на новую высоту проблему теоретического анализа сексуальной культуры военных. С одной стороны, армия переходит на новую систему комплектования, которая во многом изменяет положение военнослужащих,материальные условия их жизни, пути формирования семей, отношения между мужчинами и женщинами внутри армии и вне ее. С другой – из-за сокращения армии, передислокации войск, расширения зон участия ограниченных контингентов на незнакомых территориях и в «горячих точках».
   Помимо этого актуальность рассматриваемых проблем обосновывается следующими институциональными аспектами:
   Специфика армии как военной организации состоит в том, что период воинской службы совпадает с пиком сексуального развития курсантов, солдат, матросов, сержантов и старшин. Соблюдение этой социальной нормы требует определенной коррекции в либеральную сторону.
   Уровень репродуктивного и психического здоровья допризывной молодежи и военнослужащих Российской армии и флота, является достаточно низким, не соответствует современным требованиям развития и реформирования Вооруженных Сил. По данным военных медиков, за последнее десятилетие, 28% призывников имеют недостаточное интеллектуальное развитие, 40% физически не подготовлены к службе в армии, 30—40% имеют низкий уровень профессионально значимых качеств.
   Растет число венерических заболеваний среди военнослужащих. Например, количество только ВИЧ-инфицированных возросло с трех военнослужащих в 1989 году до нескольких десятков в 1997-м, а число заболеваний сифилисом, хламидиозом, гонореей среди призывной молодежи в 1996 году увеличилось в десять раз по сравнению с 1993 годом.
   Наблюдается распространение психосексуальных трудностей, препятствующих нормальному сексуальному взаимодействию; рост разводов и суицидов в семьях военнослужащих на почве сексуальной дисгармонии. Семейные и личные неприятности, сексуальные мотивы являются причинами 30—40% суицидных происшествий в армии; половина всех суицидных попыток среди офицеров ВВС в 1996 году, например, произошла на почве сексуальной дисгармонии.
   Уставные ограничения воинской службы, порядок размещения частей и подразделений, способы комплектования, боевые дежурства и тактические учения с выездом на полигоны, множественность национальных и этнических различий и многое другое накладывают свой отпечаток на сексуальную культуру военнослужащих, которая отличается у рядовых и прапорщиков, офицеров и генералов, представителей различных видов и родов войск.
   В-четвертых. Разрешение реального противоречия между существующим уровнем сексуальной культуры, с одной стороны, и формами, способами, методами её формирования и оптимизации в условиях современного социокультурного развития – с другой, требует поиска новых подходов к воздействию на половую активность военнослужащих в целях совершенствования их сексуального поведения.
   Теория сексуальной культуры вообще и сексуальной культуры военнослужащих в частности является одним из наименее разработанных направлений научных исследований в области социологии. И это при том, что за последнее столетие появилось немалое количество произведений, посвященных исследованию проблем сексуальности. Подавляющее их большинство было ориентировано на рассмотрение и постижение медицинских, психологических, биологических и исторических аспектов секса. Среди всего обилия литературных источников менее всего представлены работы, касающиеся проблем культуры секса.
   По мнению польского исследователя З. Лев-Старовича, «…культурная сексология находится в пеленках, и можно лишь предвидеть её развитие в будущем».
   Необходимо отметить, что важной теоретической предпосылкой решения поставленных в книге задач стали работы отечественных и зарубежных ученых, посвященные социально-философским, нравственным и педагогическим проблемам социокультурной сексологии (А. Форель, И. Блох, В. Джонсон, К. Имелинский, А. Кинзи, У. Мастерс, З. Лев-Старович, Э. Фукс, Г. Васильченко, В. Каган, И. Кон, В. Розин и др.). Исследование различных аспектов детерминации, формирования и развития сексуальной культуры носит комплексный характер. Решение проблем часто находится на стыке социологии и философии, культурологии и педагогики, психологии и исторических наук.
   В результате анализа литературы по социокультурному направлению сексологии можно сделать вывод о том, что нередко под психосексуальной культурой, половой жизнью, культурой секса понимается одно и то же. Много разночтений в дефинициях культуры секса и половой культуры. Сексуальная активность, сексуальное поведение, психосексуальное поведение, сексуальность зачастую заменяются ёмким словом «секс», а сами формулировки понятий пестрят разнообразием трактовок, а порой и отсутствием общепринятых определений (как, например, «сексуальная активность», «социокультурное половое развитие», «сексуальная культура»).
   Анализ изученной литературы показал, что в настоящее время в России существует дефицит серьезных работ, посвященных сексуальной культуре как в обществе, так и в армии. Сексуальная культура и половая социализация такой обширной социально-профессиональной общности, как военнослужащие Российских Вооруженных Сил, вообще остались вне поля зрения ученых. По этой проблеме нет должного количества научных изысканий.
   Известные прежде в Российском государстве литературные и научно-публицистические произведения различных авторов: педагогов, психологов, культурологов, врачей, историков, прозаиков и поэтов – подняли и описали некоторые исследуемые в книге проблемы. Но учесть такую социально-профессиональную группу, как военнослужащие, и провести её институциональный анализ стало возможным только сейчас ввиду открытости и гласности, снявших гриф «секретно» с сексуального поведения военных.
   Литература педагогического характера, исследования по теории воспитания и педагогического творчества позволили констатировать многообразие воспитательных систем, концепций, подходов, приоритетов в формировании и оптимизации сексуальной культуры различных социальных образований. В результате в настоящее время сложилось реальное противоречие между возрастающей потребностью в высоком уровне сексуальной культуры военнослужащих и отсутствием целенаправленной работы по половому воспитанию и просвещению, созданию высоконравственных половых взаимоотношений между людьми.
   В нашей работе существенно изменено традиционное представление о сексуальной культуре вообще и сексуальной культуре военнослужащих в частности, обоснован новый теоретический подход к формированию сексуальной культуры военнослужащих как социокультурному процессу, даны теоретические и методические рекомендации по оптимизации, формированию и развитию сексуальной культуры военнослужащих.
   Автор книги широко использует материалы опросов общественного мнения, характеризующие современное состояние полового поведения российских граждан, и статистические данные социокультурного развития в области половых взаимоотношений, приведенные в некоторых зарубежных источниках. Помимо этого он опирается на результаты социологических исследований, проведенных им в период с 1991 по 1998 год совместно с Э. Понуждаевым, А. Тюриковым, А. Харитоновым. В выборке имеются материалы опросных листов и анкет участвовавших в работе различных категорий военнослужащих из ряда воинских частей и подразделений Вооруженных Сил России, а также членов их семей.
   Материалы настоящей книги использовались при чтении курса «Основы сексологии» для слушателей и курсантов ВУЗов, были использованы в ряде телепередач на ОРТ и РТР при подготовке сценариев программ по проблемам сексуальной культуры и половых взаимоотношений военнослужащих. Впервые он был прочитан в качестве эксперимента слушателям факультета переподготовки и повышения квалификации с привлечением специалистов по психологии и педагогике. Сделано уже несколько выпусков преподавателей общественных наук и войсковых психологов, изучавших эту дисциплину. В ряде военных академий, институтов МО, ФСБ, ФПС этот курс уже читается специалистами, подготовленными с участием автора.
   На страницах книги помещен практически весь спектр проявлений сексуальной культуры военнослужащих: от обыденного среза (байки, анекдоты, фразы из солдатских блокнотов) до научных изысканий (институциональный анализ, выводы и рекомендации врачей, ученых, педагогов) и примеров из художественной литературы. Однако автор не претендует на истину в последней инстанции. Читатель вправе сам составить собственное мнение о сексуальной культуре российских военных.

Глава 1. Сексуальная культура

   В научно-теоретическом и бытовом пространстве ХХ века реализуются самые разнообразные идеи и возможности, апеллирующие к многообразному миру человеческой активности. В силу привлекательности её познания представители ряда наук пытаются исследовать различные аспекты этой активности в ряде областей знаний, среди которых находится и сексология. К числу явлений, которые изучает эта условно выделенная дисциплина социологами, культурологами, философами, психологами, историками и педагогами, относится «сексуальная культура». Исследование этого феномена видится в разрешении широкого комплекса теоретических проблем, определяющих различные аспекты жизни человека и общества. Одни из них детально изучены, о вторых ведутся дискуссии, третьи пока «белые пятна». К числу последних относится и сексуальная культура различных социально-профессиональных общностей.
   Среди ученых-сексологов нет единства во взглядах на понятие «сексуальная культура», как нет и институциональных исследований данного явления. Поэтому в ходе изучения сексуальной активности военных прежде всего следует уяснить, что понимается под сексуальной культурой вообще и сексуальной культурой военнослужащих в частности.

1.1. Понятие «сексуальная культура»

   Представления о культуре половых отношений противоречивы и далеко не универсальны. Не случайно одни ученые говорят исключительно об искусстве любви, другие акцентируют внимание на сексуальности, третьи не отделяют одно от другого. В современной сексологии исследование понятия сексуальной культуры крайне бедно. В последнее время в нашей стране кроме как у В. Розина и И. Кона нет, наверное, специальных работ, посвященных этой проблеме, а зарубежные авторы рассматривают её не в полном объеме и несколько с иных позиций.
   О сексуальной культуре писали Э. Берн и Э. Фукс, З. Фрейд и И. Блох, А. Форель и В. Соловьев, К. Имелинский и З. Лев-Старович. При многообразии подходов к изучению сексуальности – от религиозно-мистического до научного – исследователи определяли понятие сексуальной культуры в зависимости от поставленных целей. Большинство из них, анализируя социокультурные аспекты пола, говорят о любви и сексе, культуре половой жизни, сексе и культуре. И. Кон, например, в связи с этим выделяет двуединую задачу: с одной стороны, понять, как общественные отношения и культура формируют и видоизменяют взаимоотношения полов, а с другой – выяснить, как сексуальность и конкретные её формы проявления воздействуют на развитие общественных отношений и культуры. Он говорит о сексуальной культуре как об «очеловеченном» половом инстинкте, что означает определенное подчинение сексуального поведения социальным нормам.
   В. Каган под тем же самым понимает систему стандартов и норм, регулирующую психосексуальное поведение людей2.
   А. Сосновский, описывая развитие эротической любви и сексуальных отношений, определяет различные культурные эпохи со своими моральными приоритетами3.
   Однако такой социальный феномен, как сексуальная культура, охватывает не только прошлое и настоящее, выступая «очеловеченным» половым инстинктом, комплексом общения между партнерами, системой стандартов и норм, но и простирается в будущее. Он конкретизирует отношение людей к вопросам любви и пола, принятые в соответствующем обществе: от религиозных или мистических аспектов в исследовании сексуальности до анализа в естественноисторическом ключе, на основе достоверно установленных фактов, а не только с точки зрения религии и морали.
   Ведущей методологической проблемой любого анализа научного исследования является определение понятий, раскрытие сущности и структуры тех явлений, которые эти понятия отражают. Определение понятия сексуальной культуры осложняется, во-первых, тем, что как в отечественной, так и в зарубежной литературе практически не делалось попыток его сколько-нибудь глубокого институционального анализа. Во-вторых, тем, что это составное понятие, каждая из сторон которого требует рассмотрения.
   В социокультурной сексологии существуют различные понятия для обозначения какой-то сферы деятельности или отношений, связанных с областью пола, или совокупности процессов, в основе которых лежит и посредством которых удовлетворяется половое влечение. Это понятия половой и сексуальной жизни, половой морали и полового поведения, полового символизма, половой культуры, культуры секса, искусства любви и другие. Они зачастую либо уже обозначенного нами явления, либо не позволяют выразить всей его сути.
   Авторский подход к понятию «сексуальная культура» предполагает трактовать её как часть общей культуры, акцентированной на сексуальной активности человека. Поэтому в исследовании данного понятия предлагается рассмотреть его составляющие части: «сексуальная» и «культура».
   Вначале – о слове «сексуальное», которое имеет ряд значений. Прежде всего, слово «секс» произошло от латинского sexum (пол). Оно обозначает: 1) биологические аспекты, связанные с размножением; 2) сексуальность как совокупность человеческих чувств, установок и действий, связанных или ассоциирующихся с половыми отношениями; 3) принадлежность к мужской или женской особи как биологическому виду; 4) действия, связанные с половыми отношениями, или индивидуальные свойства личности и ее способность к реакции на эротическое воздействие.
   На бытовом уровне обычно нет сомнений в отношении того, что следует понимать под термином «сексуальный» (в него, правда, вкладывают порой «непристойный» смысл, такой, о котором не следует говорить вслух). Считается, что это показатель определенной активности, своего рода деятельности, поведения, отношений, реакций и многого другого, связанного с половой сферой.
   В советский период сложилось негативное отношение к словам «сексуальный» и «секс», употребление которых приписывали исключительно буржуазным авторам. Поэтому «секс» заменяли на более благозвучное – «пол». С одной стороны считалось, что «чужое» слово секс больше свойственно капитализму в отличие от «своего» – пол, применение которого в советской педагогике и в быту не вызывало возбуждающих ассоциаций. С другой стороны, при таком подходе появилось разночтение дефиниций «половое» и «сексуальное». В результате буржуазное общество якобы осуществляло сексуальное воспитание, а социалистическое – половое.
   Причиной разночтений явилась и многозначность подходов к понятию «пол».
   Во-первых, по мнению, например И. Андреева, оно изначально означало дуальность, раздвоение, сокращенную форму понятия половина, содержало в себе не только силу, разделяющую целое пополам, но и силу взаимного притяжения, слияния. От половин, соединенных в одно целое в браке, – вот откуда идет понятие пол. «Мужчина и женщина – разные элементы, и брак есть не просто двуединство, а нечто новое (подобно тому как водород и кислород дают воду)», – пишет автор, выражая православно-русское понимание явления.
   Во-вторых, понятие «пол» отражает идею разделённости единого высшего начала на мужское и женское. По мнению Ю. Эвола, существует, по меньшей мере, три уровня проявления пола: телесный, душевный, духовный4.
   В-третьих, до сегодняшнего дня многие российские авторы публикаций медико-биологического характера под термином «пол» понимают совокупность генетических, морфологических и физиологических особенностей, обеспечивающих половое размножение организмов (или, в широком смысле, комплекс репродуктивных, соматических и социальных характеристик, определяющих индивида как мужской или женский организм).
   В-четвертых, обилие переводной литературы (преимущественно англо-американской), где английское слово «sexual» иначе как «половой» не переводится, привело к тому, что термины «половой» и «сексуальный» ассоциируются как синонимы.
   При всём при этом не у всех специалистов и не во всех областях знаний существует однозначное отношение как к разграничению понятий, к подмене одного другим. Чаще всего сексом называют совокупность телесных, психологических и социальных процессов и отношений, в основе которых лежит и посредством которых удовлетворяется половое влечение (либидо)5. А под сексуальностью понимается характеристика сексуального влечения, сексуальных реакций, сексуальной активности6.
   Последнее определение кажется несколько аморфным, но для характеристики понятия сексуальной культуры вполне достаточным при институциональном анализе явления. Поэтому под «сексуальным», как характеристикой изучаемого понятия, в данном случае понимается совокупность соматических, психологических, социальных и иных процессов и отношений, в основе которых лежит половое влечение (либидо) и посредством которых оно удовлетворяется.
   Из всего многообразия подходов к такому широкому явлению, как культура, которую рассматривают и как совокупность созданных людьми материальных и духовных ценностей, и как качество человека, общества в целом, и как традиции, и как социальное наследие, и как характер человеческой деятельности, и как духовное состояние общества, и как способность к познанию и передаче опыта, умение любить, автор предпочитает деятельностную концепцию, которая получила свое обоснование в работах Э. Маркаряна, М. Кагана, Н. Злобина, Б. Сапунова и др.7
   Данная концепция культуры исходит из понимания деятельности как определенной активности живых систем (особей), направленной на преодоление их энтропийности и утверждение в окружающем мире. При этом имеется в виду, что человеческая деятельность носит чрезвычайно сложный биосоциальный характер и осуществляется как бы на двух основных уровнях. Первый уровень – биологический, инстинктивный, бессознательный, присущий человеку как всякому живому существу. Это уровень, на котором удовлетворяются его низшие потребности. Второй уровень, исходящий из культурных особенностей человека, направлен на реализацию его познавательных, этических, эстетических побуждений.
   По определению, человеческая деятельность является организованной активностью, осуществляемой по культурно установленным нормам и правилам8. Она же является средством создания мира искусственных объектов и освоения заученного поведения, то есть предпосылкой существования того, что принято называть культурой. Несомненно, что культура как категория, обобщающая имеющиеся в обществе совокупности идей, образов, вещей, технологий, регулятивных механизмов и ценностей, относима ко всем общественным структурам: материальному производству, политике, социально значимому знанию, быту, досугу9. Культурное содержание можно выделить в сфере любой социальной деятельности, направленной на максимальное развитие заложенных в человеке способностей, на реализацию его социальных целей. Поэтому не возникает сомнений в том, что понятие «культура» применимо и к таким чрезвычайно важным для человечества и для каждой личности сферам жизнедеятельности, как отношения полов, любовь, сексуальность.
   Сексуальная культура – это часть общей культуры (или субкультура) людей, отражающая сексуальную активность человека, направленную на утверждение каждого из них в окружающем мире половой жизни. Результаты именно такой культурной деятельности служат обеспечению актуального (в настоящее время) и исторического единства общества, средством общения людей. По определению В. Библера, «…культура есть форма одновременного бытия и общения людей различных – прошлых, настоящих и будущих – культур, форма диалога и взаимопорождения этих культур»10. Причем не только посредством полового поведения, направленного на продолжение рода. Функции сексуальности человека достаточно широки, и его сексуальная активность, проявляющаяся в соответствующем поведении, предполагает удовлетворение как биосоциальных потребностей, так и гедонистических, нравственных, эстетических интересов. Посредством её реализуются познавательные, коммуникативные, компенсаторные, созидательные запросы.
   На основании изложенного автор предлагает следующее определение: Сексуальная культура есть часть общей культуры, способ утверждения в социокультурном окружении посредством полового поведения, направленного на продолжение рода; удовлетворение биосоциальных потребностей; гедонистических, нравственных, эстетических интересов; познавательных, коммуникативных, компенсаторных, созидательных запросов.
   Данное определение трактует сексуальную культуру в широком смысле этого понятия, сущность которого сводится к отношениям между мужчиной и женщиной, основывающимся на продолжении человеческого рода, социальном и духовном единстве людей как личностей, удовлетворении потребностей человека. Представляя собой единение «сексуальности» и «культуры» как многозначных явлений, этот социальный феномен сочетает такие элементы, как духовное и плотское в половых отношениях. При этом в первую очередь особое, приоритетное место уделяется любви.
   Приведенное определение сексуальной культуры опирается на то, что секс без любви, то есть физиологическое действие, не одухотворенное культурой, выпадает из понимания ее сущности. Примем это утверждение как аксиому, так как более подробно разговор о любви пойдет в других главах.

1.2. Структура сексуальной культуры

   В целях полного уяснения того, что же понимается под сексуальной культурой, следует рассмотреть её структуру, которая представляет собой две стороны: функциональную, подразумевающую сексуальную активность (которая выступает как предметная деятельность по созданию мира искусственных объектов; как отношение цели, средств и результатов в процессе освоения заученного поведения; как общение; как единство с другими людьми), и нормативную (характеризуемую установками, правилами, нормами, ценностями).
   Рассмотрим последовательно ряд элементов структуры сексуальной культуры.
   1. Функциональная сторона сексуальной культуры
   Сложный социальный феномен сексуальной культуры предполагает определенные половые отношения, в которых проявляется мудрость природы через институт продолжения рода человеческого. Через конкретную активность, назовем ее «сексуальной», осуществляется коммуникация между прошлым, настоящим и будущим: люди, основываясь на инстинктах, знаниях, навыках, умении, на прошлом опыте, дают жизнь будущему человеку и создают новые отношения. Эту активность, в самом общем виде, можно определить как сексуальное поведение, специфически человеческую форму активности, содержанием которой является целесообразное изменение и преобразование половой жизни человека. Поэтому под сексуальной активностью (а именно она лежит в основе функциональной стороны сексуальной культуры) следует понимать определенную человеческую активность по реализации всей совокупности процессов, в основе которых лежат половые потребности и удовлетворение полового влечения.
   Может показаться, что сексуальная активность есть поведение, свойственное всему живому и представляющее систему или порядок действий, направленных на поддержание биологического существования и воспроизводство потомства. Так сказать сексуально-процессуальная деятельность (или форма сексуального поведения). Однако это утверждение опровергается уже тем, что репродуктивное соитие, приводящее к появлению человеческого эмбриона, в процентном отношении составляет тысячную долю всех тех половых актов, которые люди совершают в процессе половой жизни.
   Дело в том, что сексуальную культуру как сложное социальное образование необходимо рассматривать прежде всего со стороны характера и специфики самой деятельности. «Нужно изучать не отдельные поведенческие акты и мотивационные синдромы сами по себе, а жизненный мир личности как целое, и не только в его постоянстве и устойчивости, но в связи с конкретными жизненными ситуациями, в которых находится личность и от которых зависят содержание и смысл ее деятельности в данный момент»11. Это предполагает анализ таких компонентов функциональной стороны структуры сексуальной культуры, как соотношение цели, средств и результатов в процессе освоения заученного поведения.
   Со времен З. Фрейда и раньше представители психогидравлической теории либидо в основу мотивации сексуального поведения вкладывали половое влечение, удовлетворение которого сводится к разрядке спонтанно возникающего в организме психофизиологического напряжения. «Нервная система – это аппарат, функцией которого является избавление от достигающих его стимулов или сведение их к минимально возможному уровню», – писал по этому поводу З. Фрейд12. Такой подход идет вразрез с авторской трактовкой «сексуальной культуры», которая предполагает высший уровень человеческой деятельности при наличии потребности в творческой активности, любви, познании и пр.
   С развитием сексологии Р. Уэйлен, например, стал мотивировать сексуальное поведение готовностью сексуально-эротически реагировать на сексуальную ситуацию, а У. Саймон и Д. Ганьон начали учитывать сексуальные сценарии. В итоге возросло количество факторов, определяющих мотивацию сексуальной активности человека13. Исследования этих и других ученых позволили И. С. Кону утверждать, что сексуальное поведение радикально меняется в зависимости от того, каким потребностям оно соответствует14. С такой позиции сексуальная активность преследует достижение следующих целей:
   релаксации (разрядка полового напряжения);
   прокреации (деторождение);
   рекреации (чувственное наслаждение);
   познания (удовлетворение любопытства);
   коммуникации (достижение единства между партнерами);
   сексуального самоутверждения (проверка себя или доказательство другим собственной сексуальной привлекательности);
   достижения внесексуального самоутверждения (брак по расчету, повышение социального статуса и т. п.);
   проведения ритуала;
   компенсации недостающих форм деятельности;
   созидания (эротическое искусство и литература).
   При интимной близости достигаются различные результаты: появляется потомство, получается удовольствие, достигается материальная выгода, удовлетворяется любопытство, поощряется воображение и др.
   Средства здесь достаточно вариативны. При достижении этих и, возможно, иных целей используются такие средства, как танцы, мастурбация, гетеросексуальный коитус и иные проявления экстрагенитальных и генитальных форм половой жизни человека. Когда средство (интромиссия, оральный или анальный секс, петтинг, мастурбация и др.) полностью заменяет цель, зачастую происходит извращение половых отношений. И тогда мы будем иметь дело с пороком, извращением полового инстинкта, неестественным способом полового удовлетворения15. «Половая жизнь может служить источником величайших добродетелей, до самопожертвования включительно, но, с другой стороны, в ее чувственной силе кроется та опасность, что она может перейти во всепоглощающую страсть, быть источником величайших пороков. Необузданная страсть подобна вулкану, все разрушающему, все уничтожающему, подобна пропасти, поглощающей все – честь, состояние, здоровье»16. Уподобление Краффт-Эбингом порочной страсти пропасти наиболее точно отражает суть: культура стремится вверх, к совершенству, возвышению, облагораживанию, повышению своего уровня, а антикультура ведет вниз и потому – асоциальна.
   Именно в противоречии цели и средств заложены многие трагедии любовных и сексуальных отношений, отраженных в произведениях сексуальной культуры, которая выступает и как предметная деятельность по созданию мира искусственных объектов. Категория предметной деятельности – даже при самом содержательном и предельно ёмком ее истолковании – имеет свои принципиальные ограничения, свои не только временно-локальные, но и неустранимые границы. Из-за приписывания ей мнимой безграничности не работает и теряется целая совокупность проблем.
   По существу, это определенная часть материально-производственной и социально-преобразовательной составляющих практической деятельности, которая отражает половые взаимоотношения и сексуальное влечение людей в процессе создания искусственных объектов. Являясь функциональной стороной сексуальной культуры, она наиболее заметна. Эротическое искусство, музыка, произведения литературы, архитектуры и живописи, отображающие одну из самых значимых сторон человеческой жизни в сексуальных тонах, занимают видное место в человеческой культуре. Своды законов и правил, норм и предписаний являются тем, что реально отражает уровень сексуальной культуры.
   В сексуальной деятельности как общении и через общение проявляется сущность одной из сторон жизни человека – его половой жизни. Сексуальная культура является результатом общения различных людей, ибо вне общения ее формирование вообще невозможно. Только в процессе общения осуществляется избирательно-оценочный подход во взаимоотношениях между мужчиной и женщиной и соединение полов. Именно в процессе общения вырабатываются нравственные нормы и правила, определяющие характер сексуальной культуры, создаются стандарты поведения и стимулы для восприятия, характеризующие различные ее стороны. Общение выступает фундаментальным условием наличия самой сексуальной культуры, взаимоотношений между партнерами, и вместе с тем это способ развития как индивидов, так и социальных общностей.
   Можно предположить, что посредством сексуального общения сексуальная культура организуется и развивается. Подтверждением этого выступает известная в психологии «структура общения». С этой позиции три взаимосвязанные стороны общения функционально реализуются в половой жизни людей. Коммуникативная сторона сексуального общения заключается в обмене информации между партнерами. Составными элементами ее являются ответы на вопросы: «Кто?» «Что?» «Как?» «Кому?» «С каким эффектом?», – характеризующие простейшую модель межличностного общения. Интерактивная сторона состоит в организации взаимодействия между людьми. Обмен знаниями, навыками и умениями, идеями и информацией неизбежно предполагает, что достигнутый уровень взаимопонимания будет реализован в попытках развить и организовать совместную сексуальную деятельность. Перцептивная сторона общения означает процесс восприятия друг друга партнерами по сексу и установления на этой основе взаимопонимания, симпатии и любви. В ходе этого процесса осуществляется эмоциональная оценка партнеров и попытка понять друг друга, мотивы поведения в ходе идентификации и рефлексии17.
   Таким образом сексуальная активность как общение, являясь составной частью функциональной стороны сексуальной культуры, представляет собой совокупность некоторых многогранных и достаточно сложных процессов, которые характеризуют взаимодействие и взаимовлияние индивидов в ходе полового развития.
   Функциональная сторона сексуальной культуры выступает и как единство с другими людьми. В основе этого единства лежит целенаправленная сексуальная активность, обусловленная половым влечением. Исходя из биосоциального характера человеческой сущности, можно с уверенностью утверждать, что психобиологические особенности и физиологическое строение человеческого организма (особенно на первом, бессознательном уровне человеческой деятельности) предполагают удовлетворение заложенного природой полового влечения. Благодаря этому существует естественное деление на два пола, влечение между мужчинами и женщинами.
   В единстве с себе подобными осуществляются гетеро-, гомо– или бисексуальные отношения, объединяющие представителей различной сексуальной ориентации с целью сексуального поведения. Познавательные и коммуникативные цели, например, объединяют тех, кто испытывает соответствующие потребности по из реализации.
   2. Нормативная сторона сексуальной культуры
   Она заключается, прежде всего, в определении сексуальной культуры как ценности. Ориентация военнослужащих на определенные общечеловеческие и институциональные ценности сексуальной культуры возникает в результате их предварительной эмоционально-чувственной или рациональной оценки. Помимо этого существует множество объектов и явлений сексуальной культуры, которые военнослужащими признаются как ценности, но существенного влияния на их сексуальную активность не оказывают. Ценностная сторона исследуемого явления наиболее рельефно отражает институциональную специфику сексуальной культуры и более предметно будет рассмотрена в четвертой главе.
   Важнейшими структурными элементами нормативной стороны сексуальной культуры, которые регулируют сексуальное поведение людей, являются нормы, правила, принципы, каноны, установленные как обществом, так и человеком для самого себя. Именно они являются определяющим звеном в половой социализации – процессе формирования мужской или женской половой идентичности, – влияют на половую роль и избирательность в интимной сфере жизни индивида. Именно с нормами, разграничивающими «нормальное» и «ненормальное», «красивое» и «безобразное», «желательное» и «нежелательное», связывает, например, И. Кон само содержание сексуальной культуры. Именно благодаря им, по мнению ученого, половая жизнь перестает выглядеть инстинктивной, а регулирующие ее моральные нормы превращаются в сексуальную культуру общества или группы. Вряд ли можно сводить всю сексуальную культуру лишь к нормам, да еще только моральным, но, безусловно, им принадлежит большое значение. Не случайно система образов и норм, определяющих сексуальное поведение, получила «с легкой руки» И. Кона название «полового символизма».
   Для всех обществ сексуальная активность на протяжении тысячелетий была «больным местом». Она всегда бралась под контроль – нравственный или правовой – и была соответственно организована: абсолютная свобода могла привести только к социальному хаосу и угрозе дееспособности любой социальной системы. Поэтому нормирование сексуальной деятельности в процессе исторической деятельности закреплялось в обычаях, традициях, законах: от табуирования в архаичных обществах до строгих моральных норм и правил, регулируемых законами, религией и кодексами чести в государствах современной цивилизации.
   Если подходить к сексуальной культуре строго эмпирически, бросается в глаза условность норм, которые она приписывает своим носителям. Их использование вольно или невольно приводит к такому положению дел, при котором сексуальное поведение может низводиться до уровня ничтожной мелочи или подниматься до высот совершеннейшего явления, тем самым предполагая исключительную вариативность сексуальной активности в зависимости от соцокультурных установок, влияния различных культурных образований и факторов, детерминирующих конкретную сексуальную культуру.
   В роли субъекта сексуальной культуры может выступать как индивид, так и пара, и социальная группа, и общество в целом. Сравнительный анализ сексуального поведения и взаимоотношений полов представителей различных возрастов, конфессий, национальностей, профессиональной принадлежности, сексуальной ориентации показал особенности и специфику их сексуального поведения. Это позволило многим авторам определить субкультуры различных социальных групп: школьников и студентов, рабочих и крестьян, верующих и атеистов, – детерминированных различными факторами, но неразрывно связанных принадлежностью к определенным социальным группам.

1.3. Узкое значение понятия «сексуальная культура»

   Человек – существо социальное. Он живет в обществе и развивается в нем. Для утверждения человека в мире, ориентации в нем, общения с другими людьми у него должна быть целостная картина, модель окружающей действительности. Это способствует появлению определенных норм, правил, законов, идеалов, принципов, стандартов, которым он должен следовать в своем поведении. Хосе Ортега-и-Гассет писал: «Степень культуры измеряется степенью развития норм»18.
   При этом субъектом порождения и освоения культурных объектов является человек, конструктивная и деструктивная активность которого носит отпечаток социальных отношений прошлого и простирается в будущее. Активность освоения человеком культуры зависит от уровня его развития. Этот уровень отражает степень приобщения к ценностям сексуальной культуры, овладения знаниями (сексуальная осведомленность), умениями (техника «искусства любви»), навыками (сексуальное мастерство), идеями, накопленными человечеством за весь период своей истории.
   Составляющими сексуальной культуры, таким образом, выступают знания, навыки, чувства, умения, касающиеся как самого полового акта, так и всего комплекса общения, который обеспечивает партнерам сексуальное удовлетворение. В этом случае имеет значение знание не только «техники» проведения интромиссии и т. п., но и в равной мере всего комплекса сфер воздействия на партнера с целью вызвать соответствующее настроение и желание половой близости, необходимых для достижения сексуального удовлетворения в половой жизни.
   К. Имелинский в своей работе «Психология половой жизни» в ходе анализа психосексуального развития людей примерно так и представляет сексуальную культуру, видя в ней совокупность обозначенных выше факторов. Чаще всего именно так понимается сексуальная культура на обыденном уровне. Примерно в этом ключе на вопрос: «Что Вы считаете сексуальной культурой?» – отвечало большинство респондентов социологического опроса, проведенного автором.
   Нам особенно важно подчеркнуть здесь духовность в сексуальной культуре, когда человек растрачивает свою половую энергию не как животное, с целью одного только физиологического удовлетворения, а как истинный творец «великой поэмы любви». При таком подходе знания можно охарактеризовать словами «ограниченные», «удовлетворительные» или «богатые», чувства – «незрелые», «наивные», «грубые», «возвышенные», «светлые», «несущие духовное благо», технику секса – «совершенная», «искусная», «слабая» и т. д.
   Исследователи в области социокультурной сексологии различают примитивную сексуальную культуру и изощренную. Первая предполагает физиологический половой акт, направленный, как правило, на прокреацию; вторая подразумевает более высокий уровень сексуального поведения, более совершенную технику любовных игр, разнообразное искусство любви.
   Однако техника осуществления любой формы коитуса – это лишь средство, метод. Знание техники полового акта, мастерство в процессе совокупления – это лишь признак овладения «ремеслом». Необходимый, но не основной. Так, люди, даже не имеющие опыта половой жизни, интуитивно способны провести нормативный гетеросексуальный коитус. Но получить более полное удовлетворение и наслаждение в любви может только тот, кто овладел знаниями и умением их использовать на практике в «ars amande» (искусство любви).
   Степень освоения сексуальной культуры предполагает уровень овладения целым комплексом (или сферой) отношений между партнерами, обеспечивающих утверждение человека в мире. Этот комплекс можно представить совокупностью элементов, которые были исследованы рядом авторов19. Среди них наиболее характерными являются: сексуальная информированность, уровень полового влечения, удовлетворенность половой жизнью, владение техникой любовных игр, способность возбудить и удовлетворить партнершу (партнера), широта взглядов, терпимость к сексуальной свободе и экспериментированию, чувственность, важность соприкосновения при интимных отношениях, общительность, многообразие сексуальных стимулов, отношение к любви и сексу и др.
   Исходя из этого, уровнем сексуальной культуры следует считать степень освоения человеком совокупности знаний, навыков, умений, касающихся половой жизни и всего комплекса общения между партнерами для обеспечения сексуального удовлетворения.
   Уровень сексуальной культуры человека отражает реальное сексуальное поведение – конкретную активность индивида, характеризующую определенную динамику его развития. Уровень сексуальной культуры человека позволяет оценивать его способность управлять своими действиями, преобразовывать окружающую действительность, планировать и реализовывать намеченное, а также контролировать ситуацию и оценивать результаты своих действий в области половых отношений.

1.4. Сексуальная культура военнослужащих

   ‒ Охота и женщины…
    – А за кем Вы охотились?
   – За женщинами.
   Выделение сексуального поведения военнослужащих из всего многообразия половых отношений началось достаточно давно и имеет под собой историческую основу, о которой речь пойдет во второй главе. Здесь же имеет смысл уточнить то, что стоит понимать под их сексуальной культурой. Но сразу отметим тот факт, что она у военнослужащих отличается от окружающих в силу характерных особенностей поведения, специфики деятельности и условий комплектования и службы. Для того чтобы заявить о том, что сексуальная культура военных исключительно своеобразна, необходимо провести сравнительный анализ с другими социальными общностями. Но сегодня такие исследования автору неизвестны.
   В Вооруженных Силах Российской Федерации выполняют воинский долг солдаты (матросы) и сержанты (старшины), прапорщики (мичманы) и офицеры, генералы и служащие. И гипотетически каждая из этих категорий личного состава вправе претендовать на собственную субкультуру. Представители различных видов Вооруженных Сил и родов войск, мужчины и женщины, находящиеся на действительной и срочной службе, также имеют свою субкультуру.
   Совокупность сексуальных субкультур различных категорий военнослужащих условно можно называть определенной культурой данного социального образования, как самого массового и представительного из перечисленных выше. Поэтому под сексуальной культуройвоеннослужащих будет называться часть их общей культуры, способ их утверждения в социокультурном окружении посредством полового поведения, направленного на продолжение рода, удовлетворение биосоциальных потребностей, гедонистических, нравственных, эстетических интересов, познавательных, коммуникативных, компенсаторных, созидательных запросов, обусловленных их принадлежностью к армии, с одной стороны, и определенным слоям и субкультурам общества – с другой.
   Своеобразие сексуальной культуры данного социального института выражено рядом специфических особенностей, свойственных этой профессиональной общности. Специфика сексуальной культуры военнослужащих выступает ключевым фактором регулирования и формирования сексуального поведения и будет рассмотрена в дальнейшем.
   А. Форель, например, утверждал, что военная и морская служба а) поддерживает проституцию в самой грубой, опасной и низкой форме. Одна «солдатская девка» способна заразить целый батальон; б) лишает нормальных половых сношений в армии, ведет к педерастии, онанизму; в) способствует безобразным половым связям солдат, что в большинстве случаев развращает их, и ко времени женитьбы они приобретают дурные привычки, которые привносят в брак с сифилисом и гонореей, производят уродливое потомство.
   Сексуальная культура военнослужащих – это то лоно, где пестуются и сохраняются их традиции и в то же время идут постоянные поиски нового, ставятся эксперименты, ломаются привычные стереотипы и стандарты. Она имеет аксеологические характеристики, отличные от характеристик иных социальных формирований и определяющие целый пласт человеческой активности, связанной с взаимоотношениями полов. Многослойность, многомерность, «полифоничность» сексуальной активности, но в то же время относительное единство, определяющее сексуальную культуру как элемент социокультурной системы, делают её исследование весьма не простым делом, сопряженным со многими трудностями.

1.5. Уровни сексуальной культуры военнослужащих

   Анализировать состояние сексуальной культуры военнослужащих достаточно сложно, и трудности здесь объективного и субъективного характера. Ни один социологический срез, никакой приемлемый объем научного исследования не дают возможности охватить все её вариации, учесть разнообразие поведения, обусловленного психологическими, физиологическими, социальными и культурными факторами, характеризующими конкретное социальное образование. А субъективный характер трудностей проявляется в том, что военнослужащие мужчины и женщины не любят, да в России это и не принято, искренне рассказывать о своем интимном поведении.
   Между тем некоторые составляющие сексуальной культуры конкретных военнослужащих, определяющие её уровень, можно подсчитать: степень сексуальной осведомленности, удовлетворенности половой жизнью, освоения техники любви и ряд элементов комплекса эмоционально-чувственных проявлений оцениваются и сравниваются у различных категорий людей, в том числе и у военных.
   У английских ученых М. Яффе и Э. Фенвик была создана оригинальная методика определения сексуального профиля личности20, ряд показателей которого совпадают с составляющими сексуальной культуры, позволяя оценить её уровень. Разработав на основе этих и других методик опросные листы, автор провел исследование некоторых составляющих сексуальной культуры военнослужащих армии России.
   В целях обобщения социологических данных и получения наиболее достоверной картины о состоянии сексуальной культуры военнослужащих были определены три степени ее освоения: низкая, средняя и высокая, – а также выявлены ценностные ориентиры, социально-нравственные проблемы и отношение к некоторым аспектам половой жизни.
   Определение уровней сексуальной культуры на основании цифровых данных, полученных по результатам социологических опросов и трансформированных под российскую действительность указанной выше методикой, довольно условно. Тем не менее их анализ позволяет сделать вывод о том, что современное состояние, содержание и формы проявления сексуальной культуры военнослужащих неразрывно связаны с целостным миром индивида как личности, а через него – с образом жизни, ценностными ориентирами общества и армейской среды, в которой существует эта личность.
   Как показало авторское исследование, наиболее часто встречаемый уровень сексуальной культуры военнослужащих  средний и низкий. Согласно авторской методике21 балльная оценка их сексуальной культуры выглядит как посредственная: средний уровень, но ближе к низкому. Наиболее устойчивый средний уровень – у прапорщиков и мичманов, низкий – у солдат. А у офицеров различных возрастных категорий данные неоднозначны: у молодых лейтенантов – средний (ближе к низкому), у офицеров за 30 лет – устойчивый средний (встречались лишь единицы с высоким уровнем), в возрасте от 40 лет и старше – средний уровень.
   Что касается самого содержания сексуальной культуры, то те, кто имеет высокий ее уровень, согласно указанной выше методике, достаточно хорошо осведомлены в вопросах секса и половой физиологии, обладают сильным сексуальным темпераментом, способны расслабиться и естественно реагировать в сексуальной ситуации. Они удовлетворены качеством и частотой сексуальных отношений, весьма чувствительны к физической близости, у них есть постоянная сексуальная партнерша (как правило, жена), они хорошо общаются с ней и уверены в своей половой потенции. Судя по всему, это хорошие мужья (или любовники), имеют терпимое отношение к сексуальному самовыражению. У них, как правило, есть дети, они женаты, имеют высшее образование, опыт регулярной половой жизни и возраст зрелой сексуальности.
   Военнослужащие со средним уровнем сексуальной культуры, как правило, менее осведомлены в вопросах секса, степень их сексуального влечения достаточна и не препятствует регулярному половому удовлетворению. Но в силу ряда причин (страх перед сексом, чувство вины, условия жизни, службы и др.) они не в полной мере наслаждаются интимными отношениями. У них есть потребность в половых наслаждениях, но реализована она еще недостаточно. Они иногда скованы в общении с женщинами до застенчивости, им не хватает веры в собственные навыки и умения, что иногда создает впечатление о невысоких сексуальных способностях. У них существуют запреты, влияющие на сексуальную активность, не всегда реализуются возможности и к сексу подход несколько осторожный, хотя и доставляет им определенное удовольствие. Уровень образования колеблется от среднего до академического, возраст – от 18 лет до инволюционного периода (порой включая и его).
   У военнослужащих с низким уровнем сексуальной культуры слабые знания вопросов половой жизни, ограниченные навыки и умения, порой невысокий интерес к сексу. У таких военнослужащих низка оценка собственной удовлетворенности, часто отсутствует физическая контактность, вероятно отражающая эмоциональную холодность или недостаточность опыта, что серьезно влияет на умение вступать в близкие отношения. Они часто не умеют ясно выражать свои чувства, а невысокое мнение о собственных половых способностях ограничивает их успех в обществе и удовлетворение от секса. Наличие чрезмерного самомнения или потребность реализовать свою возрастную гиперсексуальность – другая крайность у представителей этой категории: не подкрепленное владением техникой ars amandy или напускное, порой вульгарное сексуальное поведение не обеспечивают им ожидаемого эффекта во взаимоотношениях с женщиной.
   Определяя уровень сексуальной культуры как высокий, средний или низкий по отношению друг к другу, военнослужащие в большинстве своем не дают позитивную или негативную оценку собственной сексуальной активности до тех пор, пока общаются с равными себе. В случаях несовпадения уровней возникает потребность в их выравнивании. Причем если низкие значения уровня, например, политической или правовой культуры ведут к существенным социальным просчетам и потому получают соответствующие ценностные оценки, то низкий уровень сексуальной культуры в благополучной для двоих паре к негативным последствиям не ведет. Так как если влюбленным хорошо вместе, супруги живут бок о бок не один десяток лет крепкой семьей, удовлетворенные своей половой жизнью, низкий уровень сексуальной культуры в таких парах не является пороком.
   Считается, что каждый ест то, что хочет, никто не заглядывает другому в тарелку, полагая прием пищи делом личным, интимным. Так же и с сексуальной культурой личности – важно, чтобы она была. А какой её уровень – дело каждого, кто любит и хочет быть любимым. Но это касается только индивида или пары, а не социального целого. В процессе социального общения ситуация изменяется: появляется необходимость соответствия партнеру или новым стандартам, возникает потребность развития или совершенствования отношений. Вот тогда речь идет о мерах по повышению уровня сексуальной культуры.

1.6. Социокультурное половое развитие

   Объектом современной сексопатологии и сексологии является физическое, психическое и половое развитие. Достаточно спорное понятие «половое развитие» акцентирует внимание на сексуальности человека. При этом под категорией «половое (у некоторых авторов – сексуальное) развитие» чаще всего понимается процесс формирования половых признаков человека, определяющих его половую принадлежность. Этот процесс подразумевает как бы две стороны:
   а) соматосексуальное развитие индивида, то есть процесс последовательных физиологических, телесных возрастных изменений, связанных с появлением первичных и вторичных половых признаков. В соматосексуальном развитии мужчин и женщин выделяют 6 периодов: внутриутробный, детства, полового созревания (пубертатный), половой зрелости, увядания и старости, – таким образом подчеркивая возрастную динамику;
   б) психосексуальное развитие – процесс психологических изменений человека, тесно связанный с общим биологическим развитием организма, в котором усваиваются определенные половые роли и правила сексуального поведения. В психосексуальном развитии тоже выделяются своеобразные «периоды»: пренатальный, парапубертатный, препубертатный, пубертатный, переходный, зрелой сексуальности и инволюционный.
   Все исследователи этих процессов отталкиваются от возрастной динамики полового развития. В то же время они отмечают важность социальных факторов, широкую вариативность и множественность типов сексуального поведения, решающее значение половой социализации в ходе социокультурного развития, которое при этом является как бы само собой разумеющимся, но до сего дня не определенным процессом. Между тем социокультурное основание – наиболее значимое для характеристики сексуального поведения военнослужащих, так как социокультурное половое развитие предполагает следующее наполнение:
   •социально обусловленный процесс формирования половых ролей, половой идентичности и сексуальной ориентации – социальное развитие мужчин и женщин;
   •освоение сексуальной культуры, её норм, установок, правил и ценностей – культурное развитие мужчин и женщин.
   Причем культурное развитие в этом случае – закономерное изменение уровня сексуальной культуры, в результате которого появляется её новое качественное состояние. Поэтому половое развитие в контексте социокультурного бытия предполагает: 1) сексуальную активность военнослужащих в рамках установленных и нормализованных отношений с партнерами (партнершами) в окружающей среде; 2) сексуальную активность, связанную с генезисом, изменением или разрывом этих отношений. Эта сторона рассуждений показывает, что поступательное социокультурное половое развитие обусловлено связью времен, диалектической преемственностью сексуальной культуры военнослужащих разных поколений, с одной стороны, и внесением в сферу половой жизни военных культурных инноваций – с другой.
   При таком подходе появляется новая дефиниция: социокультурное половое развитие, которое представляет собой детерминированный социальными и культурными факторами процесс утверждения сексуальной культуры индивида, пары (общности).
   Наличие определенного уровня сексуальной культуры является как бы некоторым условием для опосредованного или прямого воздействия на военнослужащих в целях дальнейшего совершенствования поведения в процессе социокультурного полового развития. Это совершенствование должно осуществляться как минимум до того уровня, на котором военнослужащие контролируют свое сексуальное поведение и руководят им без постороннего возбуждения. По оценке К. Имелинского, критерием культурного общества является именно такой уровень его представителей22.

1.7. Институционализация сексуальной культуры

   Понятие «институционализация» достаточно широко употребляется в последние годы для обозначения соотнесенности определенной деятельности человека с той или иной институциональной системой23, процессом, в ходе которого социальные практики становятся достаточно регулярными и долговременными, так что их можно представить в качестве институтов24. Институционализацией называют процесс формирования, складывания, создания институтов как устойчивых форм организации деятельности людей25 и процесс формирования различных типов социальной практики в качестве социальных институтов26. Неустоявшееся отношение к данному понятию в социологии культуры и отсутствие на сегодняшний день его дефиниции в социокультурной сексологии позволяют автору сделать выбор из имеющихся определений или предложить свое понимание институционализации сексуальной культуры, доказав правомерность предложенного подхода.
   Обозначение соотнесенности сексуальной активности человека с той или иной институциональной системой, представляющее понимание автором институционализации, является ограничением явления рамками конкретного социального образования. Это позволяет более достоверно анализировать крупные социокультурные явления, получая представление о более общем через частное.
   В силу принадлежности к Вооруженным Силам Российской Федерации и действительной службе в них среди обилия социальных институтов и социально-профессиональных общностей автор остановил свой выбор на военнослужащих Российской армии, на их сексуальной культуре. Аргументом в пользу этого выбора служит и тот факт, что основная масса мужского населения России в соответствии с Конституцией РФ проходила и проходит службу в армии, на флоте и других силовых ведомствах (внутренние, пограничные, строительные войска, Федеральная служба безопасности).
   Институционализация сексуальной культуры военнослужащих – процесс утверждения их сексуальной активности в обществе в соответствии с принятыми в данной социально-профессиональной общности устойчивыми ценностями, нормами, правилами и установками полового поведения. Институционализация сексуальной культуры означает замену спонтанной, непредсказуемой половой активности военнослужащих относительно предсказуемым, достаточно упорядоченным и организованным, регулируемым, контролируемым и нормативным поведением путем определения ценностей и норм, закрепления половых ролей и статусов в данном институте.
   Институционализацию сексуальной культуры военнослужащих можно рассматривать с двух сторон: с точки зрения содержания она представляет собой совокупность индивидуальных и стандартизированных образцов сексуального поведения военнослужащих; внешне – это совокупность мужчин и женщин (солдат, сержантов, прапорщиков, офицеров и генералов), военных формирований (частей, подразделений, учреждений и пр.) со свойственной им сексуальной культурой.
   В то же время институционализация сексуальной культуры военнослужащих может быть исследована и по другим основаниям. Во-первых, как исторический процесс зарождения и становления в Вооруженных Силах данного явления, ретроспективный анализ которого позволяет раскрыть причины и условия возникновения сексуальной культуры в этом социальном институте. Во-вторых, как детерминированная различными факторами одна из сторон функционирования Вооруженных Сил в рамках социальной системы в связи с процессами адаптации военнослужащих к институциональным требованиям в области половых взаимоотношений, в ходе которых происходит освоение ими сексуальной культуры через определенные механизмы, обеспечивающие стабильность и устойчивость социокультурного полового развития общества.
   Институционализацию сексуальной культуры в Российской армии можно исследовать, исходя из многообразной социальной структуры Вооруженных Сил, которая рассматривается по «вертикали» и по «горизонтали». По вертикали она представлена социальными формированиями, характеризующими воинский контингент: военнослужащие, подразделения, части, соединения, объединения, рода войск, виды войск. На каждом вертикальном уровне имеется горизонтальная структура Вооруженных Сил по ряду направлений: демографическому, экономическому, правовому, психологическому, географическому, религиозному и ряду других27. Каждое направление, в свою очередь, представляется более конкретным слоем с учетом, например, социально-географического подхода, когда ведется распределение военнослужащих по месту службы или призыва; социально-экономического подхода – распределение по доходам; социально-правового подхода – по выполнению или невыполнению норм права; социально-демографического подхода – по образованию, специальности, званию, выслуге лет и др.
   В данной книге на вертикальном уровне рассматриваются военнослужащие. Из множества категорий: солдаты и матросы, сержанты и старшины, прапорщики и мичманы, офицеры и генералы, состоящие на срочной или действительной службе, заключившие контракт или сверхсрочнослужащие, – автора интересует собирательный образ «военнослужащие Российской армии». Применяя социокультурный подход по горизонтали к данной социально-профессиональной общности, здесь будут рассматриваться мнения, оценки, установки, традиции, нормы, правила, ценностные ориентиры, нравственные проблемы, формы и способы изменения сексуального поведения тех категорий военнослужащих, среди которых автор проводит социологические исследования, анкетирование, опросы и т. п.
   Автор считает, что в Вооруженных Силах РФ назрела необходимость коррекции социокультурного развития военнослужащих в сторону гармонизации их сексуального поведения, совершенствования семейно-брачных отношений, создания условий, достойных человеческой природы и адекватных ей. Решение видится в социокультурной концепции изменения полового развития военнослужащих. В этой концепции заложена идея динамичного и сбалансированного физического, духовного и социального развития военнослужащих в половой жизни. Ключевым аспектом здесь выступает эволюция качества сексуальных отношений.
   По сути, речь идет об изменении сексуальной культуры, неразрывно связанной с духовными процессами и социальным поведением мужчин и женщин.
* * *
   Итак, можно выделить несколько аспектов, характеризующих понятие сексуальной культуры.
   Сексуальная культура военнослужащих является составной частью их общей культуры и представляет собой способ утверждения в социокультурном окружении посредством полового поведения, направленного на продолжение рода, удовлетворение биосоциальных потребностей, гедонистических, нравственных, эстетических интересов, познавательных, коммуникативных, компенсаторных, созидательных запросов каждого из них.
   Определение сексуальной культуры военнослужащих представляет собой некоторый логический конструкт, построенный на базе выявленных инвариантных свойств институциональной реальности и предназначенный для интерпретации половой жизни данного социального формирования, а также для предсказания мер по разрешению нравственных проблем и изменению сексуального поведения военных. Исследование сексуальной культуры военнослужащих является предметом институционального анализа особенностей сексуального поведения определенной социально-профессиональной общности.
   Сущность сексуальной культуры – в отношениях между мужчиной и женщиной, основывающихся на продолжении рода, социальном и духовном единстве людей как личностей, удовлетворении потребностей человека. Сочетая духовное и плотское в половых отношениях, этот социокультурный феномен оставляет приоритет за любовью, которая образует и наполняет собой все отношения между полами независимо от социального положения, расовой или национальной принадлежности, вероисповедания, профессиональной принадлежности и исторического периода.
   Структура сексуальной культуры представляет собой две стороны: функциональную и нормативную. В основе первой лежит сексуальная активность, которая выступает как предметная деятельность по созданию мира искусственных объектов, как отношение цели, средств и результатов в процессе освоения заученного поведения; как общение и как единство с другими людьми. Нормативная сторона сексуальной культуры заключается, прежде всего, в определении ее как ценности и как совокупности норм, правил и установок. В то же время сексуальная культура – это всегда творчество, как духовное, так и предметное, благодаря которому и происходит процесс изменения её уровня в ходе социокультурного полового развития.
   Социокультурное половое развитие – род человеческой активности. Это детерминированный социальными и культурными факторами процесс формирования, оптимизации и совершенствования сексуальной культуры индивида (пары, общности). Наличие определенного уровня сексуальной культуры является некоторым условием для опосредованного или прямого воздействия на военнослужащих (пару, группу, общность) с целью дальнейшего его повышения в процессе социокультурного полового развития.
   Наличие ряда уровней сексуальной культуры (степеней освоения этой категории) предполагает взаимный переход из количественных изменений в качественные в процессе социокультурного полового развития. В отрицании негативного и создании нового, в процессе единства и борьбы противоположностей осуществляется диалектическое развитие сексуальной культуры военнослужащих. Это так называемый диалектический аспект.
   В основе любой сексуальной культуры лежит, прежде всего, определенная активность, детерминированная биологическими, психическими, культурными, социальными и прочими факторами, состоящими в комплексном диалектическом взаимодействии. Это – поведенческий аспект.
   Сексуальное поведение военнослужащих основано на физиологических явлениях. Но способы его проявления, сопутствующие ему обстоятельства, его психическое отражение и т. п. обусловлены социальными факторами и потому чрезвычайно вариативны и многообразны. Это – социальный аспект.
   Военнослужащие как социально-профессиональная общность в процессе социокультурного развития сформировали собственную сексуальную культуру как часть своей общей культуры, способ утверждения в мире, характерный для данного института. Это – институциональный аспект.
   Онтологически сексуальная культура оказывается своего рода картиной, определяющей сексуальную позицию конкретного человека в мире. В совокупности своих составляющих данное понятие подвержено изменению, переходу от одного уровня к другому. Это позволяет утверждать, что наличие определенного уровня сексуальной культуры является условием её развития, местом применения и ориентации частных видов деятельности: педагогической, воспитательной, образовательной и др.
   Сексуальную культуру сформировавшейся современной цивилизации можно правильно оценить только тогда, когда она рассматривается в контексте общего процесса эволюции человека. Это – исторический аспект. А так как сексуальная культура военнослужащих институционализировалась в ходе исторического процесса социокультурного полового развития человечества, то становление и формирование исследуемого явления занимает достаточно широкий исторический пласт, который требует предметного к себе обращения.

Глава 2. История зарождения и становления сексуальной культуры военнослужащих

   В очереди беседуют пожилая и молодая дамы
   Та, что постарше, говорит:
   – Были же военные в наше время! Пригласят в ресторан, а там музыка, танцы, шампанское, веселье… Подарят очаровательное колечко, приведут в гостиницу… А утром нежно поцелуют, подарят цветы, отправят на извозчике домой.
   – Сегодня не так, – говорит молодая. – На дискотеке еле уговоришь его приехать к себе домой, весь вечер кормишь его и поишь. А утром… он денег на такси выпросит, бутерброд съест, простыню заберет и уедет…
   – А простыню-то зачем?
   – На подворотнички…

   Чтобы представлять сегодняшнее состояние сексуальной культуры военнослужащих, следовало бы знать о том, как она сформировалась, где и как зарождалась, прежде чем стала иметь современный вид. Правда, в самом начале следует оговориться, что полную и достоверную информацию о сексуальном поведении людей с оружием в руках собрать достаточно сложно из-за наличия только отрывочных сведений о нем в разного рода литературе. Однако и по ним можно определить несколько временных вех:
   а) Архаично-языческий период, который характеризовался свободным и лояльным отношением к сексуальным проявлениям каждого человека и в то же время строгим табуированием половых взаимоотношений людей (он существовал с момента осознания важности сексуальной сферы для военного человека в древнее время до попыток её регулирования после широкого проникновения мировых религий в общественное сознание);
   б) Запретительно-репрессивный период, который связан с активным регулированием сексуальных отношений между людьми, основанных на неравноправии половых ролей мужчин и женщин и жестком влиянии религиозных установок на сексуальное поведение личности (его исторические рамки имеют свое деление по мере развития и изменения доминирующей половой морали в соответствующих сексуальных культурах);
   в) Современный период, связанный с организацией институциональной половой социализации и осуществлением сексуального воспитания и просвещения (начиная с конца девятнадцатого века и по наши дни). Это время становления и развития сексологии как науки с соответствующим её влиянием на состояние, развитие и повышение уровня сексуальной культуры военнослужащих.
   Ретроспективный анализ каждого из этих периодов позволит раскрыть условия возникновения сексуальной культуры военнослужащих, определить необходимость её изменения и проследить реальные меры по её формированию и регулированию.

2.1. Архаично-языческий период

   Судя по наскальным рисункам, можно предположить, что первобытный человек не был безразличен к сексуальным отношениям. В палеолите и мезолите, на первых этапах развития человеческой культуры, уже имелись представления о регулировании влечения между мужчиной и женщиной, которые связывались древними людьми с жизнью и смертью. Позднее мифы и культы населения почти всех регионов Земли подтверждают, что в тех условиях для своего выживания внимание людей в первую очередь обращалось к таинственным явлениям оплодотворения, сохранения и умножения потомства.
   Ни у кого не вызывает сегодня сомнение тот факт, что имитирование спаривания однополых животных, имеющее социально-знаковый характер, – акт вызова или агрессии. «Отпугивающая» сила эрегированных половых органов – демонстрация собственной значимости и своего рода средство защиты от внешних врагов.
   В анналах истории по крупицам собираются сведения о нормах и обычаях в половой жизни первобытного общества, тем более сложно трактовать механизм регулирования сексуальных отношений. Воинами в этот период были практически все мужчины рода или племени, и их сексуальное поведение практически ничем не отличалось. Но в наиболее важных и спорных вопросах решающим было мнение коллектива, позднее – старейшины и вождя рода. Воины, наряду с охотниками, земледельцами и скотоводами, представляли собой одну из ведущих «профессий» того времени и пользовались правом обладать желанной женщиной, которая доставалось самому сильному, быстрому и ловкому.
   Отождествление половых атрибутов (например, фаллос – стрела, женское лоно – рана, женщина – дичь и т. д.) и самого сексуального действия (брачные отношения – охота) с «военизированными» элементами и охотой отмечает ряд российских ученых. Достаточно вспомнить сказку о «Царевне-лягушке», русскую свадебную лирику и былины о богатырях или калядковый репертуар славян, в котором «добрый молодец едет за куницей (серной, лисицей), а та оказалась девицей». В тюркских языках «АТА» – самец, отец, при «АТ» – стрелять; «АНА» – самка, мать, при «АН» – дичь28.
   До наших дней на островах Фиджи всякая женщина добровольно становится жертвой того, кто поймал ее во время состязаний в беге. Р. Тэннэхилл описывает племена, где существовал обычай, согласно которому все мужчины одинакового возраста женились в один и тот же день, причем каждый из них должен был поймать в темноте одну из девушек, которая и становилась его женой29.
   Естественные отношения между людьми поощряли сексуальные проявления каждого человека, они выражали наивную радость чисто полового характера, но уже на этом этапе реализм ситуации заключался в установлении племенем (стаей, кланом и т. д.) контроля над биологическими влечениями и приобретал характер объективной необходимости – в борьбе между складывающимися социальными установками и чисто животными инстинктами формировался воин.
   Объективная необходимость установления контроля над «животными» чувствами проявилась в различного рода табу – первыми регуляторами инстинктивного поведения. Контроль выражался в коллективной воле рода, определявшей систему запретов и норм, нарушение которых сурово каралось.
   Например, инициирование мальчика в племени онабасулу представляет собой анальный гомосексуальный акт или втирание семени. Семя заслуженных взрослых воинов, собранное при ритуальном коллективном прерванном половом акте с женщинами, втирается в сделанные на коже юноши-новичка надрезы. После этой процедуры его подбрасывают вверх. Если он, как кошка, приземляется на ноги – все в порядке, он достаточно силен. Если же падает на колени или на спину, втирание приходится повторять. Кроме анального осеменения и втирания в кожу юноше дают семя с едой и питьем30.
   По мнению ряда ученых, табу, запреты и предписания в половой сфере тогда действовали несколько неординарно. Акты оплодотворения, например, не только поощрялись, но и производились демонстративно, спаривание предчеловека происходило при полном равноправии самца и самки. Удовлетворение половой потребности, по образному выражению И. Блоха, «производилось без всяких стеснений, как еда и питье». Не омраченные страхом заражения венерическими заболеваниями женщины отказывались от половой жизни только в период беременности или кормления, а мужчины удовлетворяли свои потребности с другими из них, не задумываясь о нравственных правилах и супружеских обязанностях. Первобытный человек не стыдился своего тела и, считая себя производителем детей, естественно и непроизвольно смотрел на половые органы.
   Промискуитет более позднего времени отличает общность владения самкой, но в борьбе с соплеменниками. И опять право выбора оставалось за лучшими воинами. Как правило, именно они возглавляли племена, и заслуги перед родом предоставляли им эту привилегию. Но непредсказуемость полового влечения, выразившаяся в двустороннем избирательно-оценочном аспекте, предполагавшем своего рода определенную вариантность в выборе желаемого объекта сексуальных предпочтений, привела к возникновению сексуальных норм у древних людей с наиболее категоричными запретами в сфере межполового общения.
   Ригоризм принудительных браков подавлял свободу половых взаимоотношений, порождая новые, компенсаторные формы возмещения желаемого общения. Некоторые авторы отмечают у первобытных народов пороки, традиционно приписываемые более поздним ступеням цивилизации: гомосексуализм, лесбиянство, половой фетишизм и проч.
   Можно предположить, что некоторые из них были популярны в воинской среде. Отсутствие представителей противоположного пола во время набегов на другие народы и племена или в процессе многодневной охоты вынуждало мужчин искать себе формы и объекты компенсации нереализованной половой активности. Но в этот период длительные переходы были еще редкостью, а возможность насладиться победой над противником и его женщинами должна была перевесить.
   Появились: проституция, обычаи предоставлять свою жену гостю на ночь, брать чужую жену «внаем». Даже в наши дни у аборигенов Австралии старшие братья предоставляют своих жен для сожительства младшим, ещё не женатым (хочется думать, что это делается в целях совершенствования сексуального воспитания). Но взамен этого получают возможность впоследствии (когда младшие братья женятся) иметь половые сношения с их женами.
   Необходимо отметить, что в одних племенах невинность девушки до брака рассматривалась как неспособность привлечь к себе внимание. В других – муж тем больше уважал жену, чем больше у нее было мужчин. Наличие любовных связей поощрялось, а преимуществом здесь пользовались вожди и жрецы. Доходило и до того, что проституирование за материальное вознаграждение становилось нормой: отец считался счастливым и в перспективе богатым, имея красавиц-дочерей. Негры Того с пренебрежением говорят о девственных девушках: «Будь она красива, мужчины пришли бы к ней»
   Из-за отсутствия достоверных источников сексуальной культуры тех времен трудно говорить о конкретных особенностях полового общения воинов на территории Древней Руси. Тем не менее среди ценностей сексуальной сферы в древности, по наблюдениям исследователей, выделяются следующие: своеобразные эталоны красоты (первобытные красавицы, с присущей им стеатопагией и выраженной гипергенитальностью, отличались значительной полнотой), принадлежность самой достойной женщины лучшему воину, способность к эффективному деторождению и некоторые другие.
   С позиций двадцатого века духом варварства и дикости проникнуты нравственные устои архаическо-языческого периода, когда в основе половой морали лежал «обнаженный половой инстинкт», а формирование сексуальной культуры военных представляло собой усвоение запретов и предписаний, обычаев и норм, свойственных конкретному племени и группе. Оно осуществлялось в опосредованной форме половой социализации, так как получение элементарных знаний о поле происходило в ходе наблюдения за окружающими; половое обучение производилось специально обученными людьми (возможно, жрецами или наставниками), родителями и соплеменниками, стремившимися на собственном примере передать знания и навыки детям.
   Регулирование различных вопросов половой жизни (количество родившихся детей, время и место совокупления, брак, эксцессы и пр.) стало брать на себя коллективное сообщество, связанное кровными узами, создавая систему контроля за выполнением своих предписаний. А военный человек по мере половой социализации все более попадал в зависимость от моральных установок, регулирующих его сексуальное поведение.
   В первом периоде взаимоотношениями полов руководил прежде всего инстинкт, но стремление выжить, выстоять, родить и воспитать потомство выдвинуло следующие ключевые тенденции социокультурного полового развития в военной среде в доисторическом обществе: 1) осуществление контроля за сексуальным поведением людей и его регулирование; 2) установление требований к выполнению предписаний семейного, родового характера для каждого представителя племени (стаи, орды, клана). Свое развитие они получили в дальнейшем.

2.2. Запретительно-репрессивный период

   Со времен Боспорского царства (V век до н. э.), Скифского государства (III век до н. э.), а затем Сарматского (племена аланов, роксоланов, савроматов, языгов), Гунского (II – V век н. э.), Аварского (VI век н. э.), Болгарского (VII век н. э.) племенных союзов, а потом славян-антов на территории будущей России появились отряды людей, которые представляли собой социальные образования со своеобразной военно-профессиональной направленностью. Во второй половине IX века культурная эволюция славянских народов (полян, северян, уличей, древлян, волынян, дулебов, тиверцев, белых хорватов, дреговичей, полочан, родимичей, словен, вятичей, кривичей) подготовила условия для создания Руси как государства.
   Военная организация на Руси стала представлять собой сначала ополчение, лодейный флот и дружину. В различное время в состав русского войска входили наемники: варяги, печенеги, тюрки, берендеи и др. По оценке В. О. Ключевского, именно «дружина княжества составляла собственно военный класс»31. Последствия татаро-монгольского ига для Руси, экспансии Запада (немецкие, шведские и датские крестовые походы на Северную Русь) привели к тому, что в итоге появляются вооруженные силы с конницей, ополчением, пехотой, стрелецким войском, артиллерией. А в XVII веке в России создаются воинские части по образцу западноевропейских армий, которые комплектовались добровольно, а потом и в принудительном порядке. Появляется регулярное войско и воинский устав.
   Это уже не племя архаично-языческого периода, где воинами были все, кто в состоянии носить оружие. Специфика системы формирования (кастовая, наемная, милиционная, ополчение и постоянные отряды, а также их сочетание), образ жизни (с различными степенями свободы), продолжительность войн (походы на Византию длились месяцами, например), территориальное расположение (в своем городе или далеко за его пределами), принадлежность к роду войск (на флоте рабы были прикованы к веслам, а кавалерия скифов осуществляла многодневные марши), как и многие другие факторы, предполагали особенности сексуального поведения людей с оружием в руках.
   Под влиянием азиатской, восточной (эллинистической) и западной (европейской) цивилизаций сексуальная культура россиян впитывала в себя многие черты и особенности сексуального поведения других народов. Именно по ним можно представить характерные черты сексуальной культуры военных на Руси.
   Известно, что ополчение Древнего Египта, шумерские и аккадские воины, урартское, персидское и индийское войска, военные дружины и отряды Древнего Китая, как и славянское воинство, отстаивали независимость своих государств, обороняли и расширяли свои границы, совершали набеги в целях грабежа, захвата чужих богатств и приобретения рабов. А в промежуток между военными действиями занимались своими мирными делами.
   На раннем этапе данного исторического периода воины пленили рабынь, насиловали побежденных (восполняя тем самым погибших), при отсутствии жен и наложниц находили новые объекты сексуальных предпочтений (зоофилия и гомосексуализм, педофилия и мастурбация), прославляли половые наслаждения. Наглядное подтверждение тому – гедонистическое утверждение ассирийского военачальника – царя Сарданапала: «Пока я видел солнечный свет, – написано на его надгробии, – я ел, пил и предавался половым наслаждениям».
   Военные поклонялись множествам божеств, пантеоны которых насчитывали десятки имен. Ассоциируя свое поведение с избранниками небес, они ограничивали (или расширяли – в зависимости от индивидуальных пристрастий) свои сексуальные проявления. Согласно мифологии непосредственное отношение к сексуальной любви имели: у египтян – Баст и Исида, у аккадов – Иштар, у шумеров – Инанна, у славян – Ярило, у греков – Эрот, у римлян – Амур и другие. Поклонение божествам войны (Марсу – у римлян, Аресу – у греков) имело прямую связь с сексуальными проявлениями. Супругой могущественного Марса, например, была отождествляемая с Венерой (покровительницей сексуальных извращений, любовной страсти и желания) и Минервой Нериене. А символом Марса было копье, как известно, самый популярный фаллический символ.6
   Поклонение собственным богам порождало особенности сексуального поведения воинов, от которых требовалось соблюдение определенных ритуалов и предписаний. Так, древние скифы, пленив чужеземцев, нередко брали их в свои отряды и передвигались конными подразделениями вместе с нехитрым скарбом и семьями. Не исключено, что они использовали добычу не только как наложниц (как у персидского войска или ассирийцев), но и брали понравившихся женщин в жены. Скифы, как и древние индийские воины – кшатрии (кастовое сословие), умирая, забирали с собой в могилу помимо коней, оружия, доспехов и наложниц, и рабынь, и жен.
   Первые упоминания об обязанностях и правах воинов древних армий в сфере сексуальных взаимоотношений имеются в Законах вавилонского царя Хаммурапи (1792—1750 гг. до н. э.), знаменитой индийской «Ригведе», китайских трактатах Сунь-цзы.
   Констатируя предписания к гражданам в области права, в этих документах особо подчеркивается правовое положение военнослужащих, несущих строгую ответственность за нарушения на половой почве: совращение малолетних, прелюбодеяние, изнасилование, педофилию и инцест. В них прослеживаются характерные черты сексуальной культуры того периода. Популярные у нынешней молодежи бритые виски имеют корни в Др. Египте. Это там ребенку, заявившему родителям: «Ты мне не мать» или «Ты мне не отец» – брили виски, а евнухам или приемным детям за такое высказывание обрезали языки7.
   Пехота египтян, конница персов, оборонная система урартов, боевые слоны индусов и колесницы китайцев не только показывают главные силы их войск, но и дают представление: о времени полового воздержания (судя по тому, как долго велись боевые действия, у китайцев оно незначительное из-за кратковременности набегов, а у монгол – длительное); о регулярности половых отношений (судя по тому, какие силы принимали участие в военных походах, у многотысячных частей египтян, оставивших свои семьи – нерегулярные, у небольших отрядов скифов, кочующих вместе с женщинами и детьми, – эпизодические); об особенностях воинского быта, жилища, гигиены, одежды, наличии или отсутствии рядом семьи. Все эти факторы вырабатывали определенное сексуальное поведение, некоторые проявления которого требовали жесткого контроля и регламентации (например, сексуальное насилие, сексуальная свобода и пр.).
   Император Клавдий Второй в III веке нашей эры запретил воинам жениться, заводить семью. Он считал, что молодые люди, имеющие любимых, будут хуже проявлять себя на поле брани.
   Особое и наиболее значительное место в истории принадлежит институциональным формам воздействия на сексуальное поведение и половые взаимоотношения в Древней Греции и Древнем Риме. Именно в армиях этих государств зародились первые половые реформы и программы сексуального совершенствования.
   Так, например, Платон считал, что войско необходимо составлять из пар возлюбленных, ибо на глазах у любимой оставить поле брани солдату будет недостойно, а позднее он ратовал за сублимирование половых процессов в духовные (идеи его учения впоследствии развили Ницше и Фрейд).
   В древней Спарте осуществляли отбор в войско самых здоровых и сильных детей (с «неподходящими» младенцами варварски расправлялись), которые после получения военной подготовки в молодости считались военнообязанными с 18 до 60 лет (в Др. Риме – с 17 до 50 лет).
   Поддерживая Эпикура, который по гигиеническим соображениям высказывался вообще против половых сношений, некоторые последователи неоплатонизма того времени ратовали за подавление полового момента в армейской среде, объявив их вредными для здоровья. Предполагалось, что воины будут сильнее и решительнее в баталиях, если исключат из своей жизни сексуальное общение. Последствием такого взгляда на половые взаимоотношения стало поощрение воздержания – так называемый армейский аскетизм.
   Гиппократ рекомендовал половые сношения в браке и подчеркивал вредное влияние полового воздержания. Демокрит сравнивал половые наслаждения с временным апоплексическим припадком, а Антисфен называл любовь ошибкой природы.
   Особенности сексуального поведения того времени достаточно широко освещены в различной литературе. Анализируя философские подходы мыслителей древности, напрашивается один вывод: многообразие сексуального поведения определяется индивидуальными пристрастиями каждого человека. Такое положение было естественным в пантеоне богов и закономерно, что и у людей, им поклоняющимся, ситуация идентична.
   Однако специфика воинского быта предполагала отличие образа жизни воинов от окружающих. Одни из них оставляли дома любимых (достаточно вспомнить Пенелопу, которой, по мнению ряда исследователей, принадлежит изобретение фаллоимитаторов) и вынуждены были уходить в многомесячные походы; другие (холостяки) годами были вынуждены пользоваться «услугами» захваченных в битвах наложниц, не имея возможности создать свой семейный очаг; третьи предпочитали аномальные половые отношения.
   Существует легенда в армейских кругах, согласно которой фаланги А. Македонского внезапно раскрывали свои ряды перед наступающим противником, взору которого представали обнаженные женщины. Многомесячное отсутствие связей с ними, красота и привлекательность последних вызывали замешательство в стане врага, чем и пользовались воины великого полководца, сокрушая противника
   В городах и крепостях в мирное время их соотечественники могли жить регулярной сексуальной жизнью, в любое время и любым доступным способом удовлетворять своё желание. Поэтому задачи сохранения армии и поддержания в войсках высокого боевого духа требовали определенных институциональных мер для военнослужащих, выполнение которых должно было выразиться в изменении сексуальной культуры.
   Среди этих мер – появление полового лицемерия, которое позволяло не называть половые проблемы своими именами; двойной стандарт и мизогиния (женоненавистничество), пропитавшие неуважением к женщинам побежденного врага многие армии и оправдывавшие их повальное изнасилование. Однако в военной среде лицемерные моральные проповеди в вопросах половых взаимоотношений не всегда находили свой отклик. Среди варваров и рабов, составлявших большинство в войске, половые отношения были отнюдь не галантными и обходительными. Их грубость и жестокость подтверждают проявления сексуальной культуры шумерских, аккадских, индийских, персидских, греческих, римских воинов.
   Возможность пленения наложниц, изнасилования побежденных требовали определенного контроля со стороны старших по званию и должности, иначе командирам и начальникам, руководившим боевыми действиями и претендовавшим на большую и лучшую часть добычи, могло достаться не все, чего им хотелось бы. Кроме того, пресыщенное и увязшее в похоти войско не в состоянии было выполнить возложенную на армию миссию. В результате их сексуальная культура обогатилась своего рода регламентацией сексуального поведения: например, «три дня и три ночи в поверженном городе», отказ от присутствующих в обозе женщин, наказания за гомосексуализм.
   Характерные особенности сексуальной культуры военнослужащих: армейский аскетизм, воинская служба в репродуктивном возрасте, призыв в войска на пике гиперсексуальности мужчин, ведение боевых действий в гомогенных подразделениях, – становились социальной нормой в большинстве воюющих формирований.
   Сексуальная культура дифференцировалась, половые взаимоотношения высших чинов стали отличаться от таковых среди низших чинов. Но на это потребовалось время. Распутство, сексуальное насилие, перверсии были свойственны прежде всем военнослужащим. И лишь со временем некоторые проявления сексуального поведения офицеров табуировались, оставляя послабления для солдат. В семьях ряда офицеров, например, допетровских времен «любовь супругов по большей части холодна, преимущественно у богатых и знатных, потому что они женятся на девушках, которых никогда не видали, а потом, занятые службой, принуждены оставлять их, оскверняя себя гнусным распутством на стороне.
   А славянские воины (позднее – казаки) прославляли «вольницу» и участвовали в народных гуляниях, где гедонистические проявления в вопросах сексуальных взаимоотношений особо почитались. Народные обычаи допускали изрядную вольность в обращении полов и свои меры в борьбе за нравственное половое поведение. Например, у донских казаков супруг, которому почему-то не нравилось поведение супруги, выводил ее на общественную сходку, ставил посреди круга перед атаманом и всем обществом и объявлял во всеуслышание, что жена ему уже больше не нравится. После этого муж оборачивал жену кнутом и объявлял ее свободною в «силу супружеской власти». Брошенную таким образом женщину каждый стоявший на сходке мужчина имел право схватить, и она должна была беспрекословно считаться женою схватившего ее, который брал ее на свои заботы и попечения иногда только «до дня новой сходки».
   Сексуальная культура в русской армии формировалась под пристальным вниманием христианства, и в первую очередь – православия. За столетия существования этой религии заветы и предписания Библии менялись от доброжелательного отношения к полу (в период Ветхого Завета, в католицизме, армянской церкви) и почтения к женщине (положение Девы Марии – матери Христа в трудах теологов Климента Александрийского, Франциска Салези и др.) до навязывания доктрины аскезы, мужской доминации, негативных установок относительно супружества, секса (трактовки Нового Завета, утверждения Фомы Аквинского относительно гомосексуализма, мастурбации и вожделения, противных природе верующего).
   Надо заметить, что военное духовенство не всегда являлось примером в соблюдении религиозных предписаний. В пост некоторые священники до того умерщвляли свое тело, что даже больные «не принимают лекарств; но как только кончился пост, они погружаются во всякого рода распутство, причем более на гуляк, чем на монахов, похожи; пьяные шалят на улицах и, лишившись всякого стыда, нередко предаются там же сладострастию»32.
   Военнослужащие русской армии обязаны были венчаться у священника только своего полка. В случае развода на виновного офицера церковь накладывала взыскание – «всегдашнее безбрачие». Военное духовенство при заключении браков офицеров с девушками, исповедующими иную веру, требовало подписку о том, что «она не будет поносить или склонять через прельщение, угрозы и иным способом супруга в другую веру; что дети будут крещены и воспитаны в православной вере». Иностранец женился на русской женщине только с личного разрешения государя императора. Причем при заключении брака на территории Финляндии, например, мальчики воспитывались в православной вере отца, а девочки – матери33.
   О половых проблемах военнослужащих говорить было не принято, и вспоминали о них обычно в случаях распространения венерических заболеваний,так как зараженными часто являлись солдаты и матросы, прибывавшие на побывку и квартировавшие по деревням. Нижние воинские чины, расположенные по деревням на зимних квартирах, по закону должны были быть осматриваемы врачами, но так как «…собрать батальон, расположенный иногда по целому уезду, в одно место в зимнее время очень трудно, а врачам, имеющим занятия при лазаретах, почти невозможно делать частые поездки по ротам, то солдаты, не будучи осматриваемы и скрывая свою болезнь, распространяют в деревнях сифилис»34.
   Как и простой народ, они посещали самые худшие дома терпимости или довольствовались теми бездомными, развратными, пьяными женщинами, которых всегда можно было отыскать в кабаках, харчевнях, при фабриках, заводах, в больших артелях и т. п. «Матросские» жрицы любви имели татуировки с военным фрегатом, спасательным кругом и якорем, маяком – картинами морского быта, и с рисунками бессовестно-циничного содержания.
   Солдатские жены, дочери и вдовы пополняли ряды проституток, так как были не в силах самостоятельно поднять хозяйство, рассчитаться с долгами (или по иным причинам). Среди зарегистрированных проституток Петербурга в период с 1891 по 1893 год доля солдаток и солдатских дочерей составляла 7,3% – третье место после крестьянок и мещанок35
   В среду проституток поступали женщины из мещанского сословия, солдатских дочерей, государственных и помещичьих крестьянок, дворовых девушек, солдатских жен и вдов, женщин привилегированного звания, питомиц воспитательного дома. Число солдаток только в Москве простиралось до 12 200 человек в 1843 году, из которых больных венерическими заболеваниями 200 чел. (это те, кто обращался к врачу)36
   И все же православному христианскому воинству были свойственны: моногамия, патриархальность в семье, осуждение солитарного секса, негативное отношение к гомосексуализму, утверждение армейского аскетизма. Секс трактовался как необходимое условие для продолжения рода человеческого, был лишен утонченности, поэтичности, беден ласками. Ханжество, стыдливость, скованность характеризовали сексуальные отношения, ограниченные классической позицией.
   Характерные черты сексуальной культуры российских военных наглядно показаны в заветных сказках А. Н. Афанасьева. Среди всего обилия народных сказок с сексуальным содержанием армейские персонажи фигурируют в каждой шестой. От генерала до рядового сексом занимаются, о нем думают, мечтают. С большой долей юмора и, как правило, находчивые, лукавые, пользующиеся большим спросом у женщин всех сословий военнослужащие показывают довольно широкий спектр полового поведения.
   Квартируя в деревнях, воины не упускают возможность заняться любовью с теми, кто приглянется. Не останавливает ни наличие рядом детей, злого мужа, родителей. Солдат, лежа на одной кровати с семейной парой умудряется доставить себе и ей удовольствие (сказка «Солдат, мужик и баба»). Например, в сказке «Архиерейский совет» генерал удивляется проблеме полового воздержания у архиерея. И не мудрено: генералами становились на Руси не в пятьдесят лет, как сегодня, а намного раньше. Солдаты не гнушаются женщинами преклонного возраста (в сказке «Чудесная мазь» солдат переспал и со старухой-лекаркой, и с молодой озорной девицей)37
   Солдатская находчивость проявляется в самых деликатных вопросах непревзойденными способами: например, предлогом для удовлетворения сексуального желания выступают приказы командиров (!) о необходимости «перееть всех хохлов!» и «перееть всех попов!». А получают от этого удовольствие солдаты и легкомысленные женщины. Мало того, почти все военные славятся своими детородными органами (как «штыки от винтовок»!) и выступают «гигантами секса», как можно было бы их назвать сегодня.
   Сексуальная культура российских военных отличалась патриархальностью, семейственностью, раскованностью мужчин при сдержанности женщин в чувственных проявлениях. Мужчины, как и прежде, имели большую сексуальную свободу, а от женщин требовались сдержанность и добрачная чистота. Девушки воспитывались в строгости, а добрачные и внебрачные контакты у них осуждались.
   Насаждение аскетизма и подавление плотских влечений, утверждение догм церкви, строгие и жесткие рамки во взаимоотношениях между мужчинами и женщинами, отсутствие педагогического воздействия в вопросах пола, пренебрежительное отношение к женщине как человеку «второго сорта», замалчивание сексуальных проблем человека и суровая кара за несоблюдение установленных правил – вот характерные приметы сексуальной культуры этого времени.
   Регламентацию самого сексуального поведения, контроль и соблюдение законов и предписаний в этой сфере взяли на себя церковь и государство (бракоразводные процессы, ответственность за половые преступления, условия создания, сохранения и поддержания семьи, порядок посещения публичных домов и др.). А в армии помимо этого появились воинские артикулы и уставы, табуирующие определенное сексуальное поведение. Со времен Петра Первого в 1716 году были созданы Воинские артикулы, где ответственность за нарушения в области половых взаимоотношений выделена в самостоятельную 20-ю главу – «О содомском грехе, насилии и блуде». В них, например, жестоко караются военнослужащие за гомосексуальные контакты, прелюбодеяние, педофилию, инцест38.
   Стимулирование образования на Руси идет с петровских реформ, хотя образовательная половая социализация, выполнявшая важную культурную и личностно – творческую функции, имела место и раньше. Но она была ориентирована на христианское просвещение, не организована и проводилась опосредованно. Главными источниками информации о сексуальных отношениях были теперь уже не только наблюдения, интуиция и собственный опыт, но и произведения литературы, искусства, философские трактаты и размышления мыслителей,часть из которых сохранилась до наших дней.Правда, доступ к ним был лишь у образованной части армии (единицы из числа командного состава), а остальные военнослужащие были его лишены.
   Среди них можно назвать таких авторов, как Солон, Платон, Аристотель, Овидий, Сократ, Аристип, Гиппократ, Леонардо да Винчи, Анри де Мондевиль, Никола Венет, Левенгук, Датч, Мартин Шуринг, Жорж Бюффон, Чарльз Дарвин, Кант, Гегель, маркиз де Сад, Захер-Мазох, Е. Дюринг, А. Шопенгауэр; первые «учебники» сексуального воспитания – Библия, Коран, памятники литературы по искусству любви «Кама-сутра», «Искусство любви», «Книга попугая», «Сад благоуханный».
   Методологическую основу проблемы пробовали осветить представители русской философии эроса, но их труды отличались особым целомудрием и сдержанностью в вопросах сексуальности. Русская религиозная философия пыталась согласовать христианство с областью пола, разрешая противоречие между половым чувством как началом греха и его последствием – деторождением. Труды ученых отличались самобытностью, неординарностью мышления, характеризующего оригинальность подходов к проблеме.
   С легкой руки В. Шестакова в предисловии к сборнику «Русский Эрос, или Философия любви в России», которому вторит С. Ключников39, в этот период сформировались две линии в отечественной философии любви: неоплатоническая (Вл. Соловьев, Л. Карсавин, Б. Вышеславцев и др.) и ортодоксально-богословская (П. Флоренский, С. Булгаков, И. Ильин, Вл. Ильин и др.). Первые отрицали аскетизм, пытаясь рассматривать эротическую энергию как основу творчества, и подчеркивали огромное значение индивидуального любовного чувства; вторые ориентировались на высокую средневековую аскетику и подвижничество, давшие миру самые яркие образцы борьбы с грехом40.
   В дальнейшем были сформулированы требования половой морали – важнейшего нравственного закона, трактуемого в разных странах соответственно собственной культуре и почитаемого большинством.
   Вопросы половой морали, регулирующие половое поведение российских военнослужащих, отталкивались от заповедей Моисея:
   седьмой – «не прелюбодействуй»;
   десятой – «не желай дома ближнего твоего, не желай жены ближнего твоего, ни раба его, ни вола его, ни осла его, – ничего, что у ближнего твоего»;
   одиннадцатой – «люби ближнего твоего, как себя самого». (См. Новый Завет).
   Преобладающими становятся следующие характерные черты в социокультурном половом развитии военных: с одной стороны, асексуальные установки на половые отношения в армейской среде; с другой – стремление к разнообразию сексуального поведения военнослужащих; а также двойственность отношения военнослужащих к женщине.

2.3. Современный период

   В начале этого периода (конец XIX века – наши дни) «сфера регулирования проблем, связанных с жизнью семьи и половыми отношениями, явилась как бы полем боя, на котором схватились православная церковь, самодержавие и верхушка профессиональных групп в борьбе за установление основополагающих принципов…» в российской сексуальной культуре. Об этом пишет Л. Энгельштейн в крупнейшем историческом исследовании начального этапа освещаемого периода41.
   У военнослужащих в России сфера взаимоотношения полов регулировалась к двадцатому веку следующим образом: непосредственно военными уставами, гражданским правом, уголовным, церковным и административным правом, – что приводило к дублированию и препятствовало применению нормативных установок на практике.При этом существовавшая пенитенциарная система не предпринимала больших усилий для регулирования полового поведения, а административная не преследовала половую распущенность.
   В бытующей педагогике отсутствовало половое воспитание, церковь стала терять свое влияние. В результате с утратой традиционных ценностей (в области половой морали прежде всего) началось переформирование коллективной и индивидуальной морали, изменение сексуальной культуры. При этом консерваторы защищали религиозные основы семейной жизни и запрещали непрокреационные половые отношения в рамках семьи, а реформаторы добивались введения примата прав личности перед иерархическими приоритетами, равенства всех перед законом, изменения моральных норм сексуальной культуры.
   Проект половой педагогики в это время был еще бесконечно далек от своего осуществления, поэтому по призыву популярного в то время французского ученого А. Фореля предлагалось помогать делу кто как может.
   А. Форель писал: «…молодые люди, искренне стремящиеся к социальным реформам … по глубокому убеждению должны выступить делом и примером, устроением собственных половых отношений, осуждением старых нравов, противных истинной человеческой этике, и своим согласием с половой реформой – на борьбу с денежным браком, с общностью имущества в браке, с проституцией и т. п., и в защиту правильного подбора и воспитания»42.Этот призыв достиг военнослужащих. В воспитательной работе с ними требовалось «…произвести перемены к лучшему, усовершенствовать природу так, чтобы воспитываемый приобрел способность не только отличать дурное от хорошего, но и, уклоняясь от первого, постоянно приближаться к последнему – к тому, что обыкновенно… называется нравственной нормою»43.
   В инструкции кадетским корпусам было записано: «… для возможного предупреждения ранневременного полового развития и порождаемых им порочных наклонностей необходимы: регулярные медицинские осмотры, строгая чистоплотность, соответственный пищевой режим, участный и бдительный надзор воспитателей, пользующихся полным доверием своих воспитанников, тщательное отражение в их жизни всех факторов, изнеживающих и растлевающих тело, в особенности же таких забав, кои способны возбуждать чувственность и развращать воображение, доброе влияние товарищей, устранение праздности, посильная душевная деятельность с живым к ней интересом, целесообразные физические упражнения, благородная идеализация помыслов, укрепление чувств благопристойности, стыдливости и нравственного самообладания, пастырское наставление и увещания, наконец, своевременное ознакомление юношей с главнейшими требованиями здоровой гигиены относительно вступившей в свои права половой жизни и в случае надобности соответственные диетические врачебные меры»44.
   Началась борьба с так называемой половой распущенностью: мастурбацией, педерастией в закрытых военных учебных заведениях. Пребывание юнкеров в публичных домах и пивных в период увольнения в очередной отпуск стало считаться недостойным поведением и не поощрялось.
   После появления специальной Врачебно-полицейской комиссии, домов спасения и милосердия в ряде военных корпусов были созданы специальные комитеты, которые осуществляли профилактику венерических заболеваний, ратовали за нравственные устои и активно боролись с венерическими заболеваниями и нетерпимыми в обществе и армии проституцией, рукоблудием, прелюбодеянием.
   .В Москве, например, был учрежден отдельный комитет при корпусном штабе командующим гвардейским корпусом45
   В 1908 году прошел первый съезд офицеров – воспитателей кадетских корпусов, где обсуждались доклады офицеров, священников, врачей, заинтересованных в формировании сексуальной культуры военнослужащих. На нем отмечались характерные факты из сексуальной культуры кадетов и юнкеров того времени: случаи педерастии, мастурбации, подросткового вуайеризма, проституции, гомосексуальных контактов.
   Вот примеры, приводившиеся в выступлениях на съезде: «В одном из кадетских корпусов главари средней роты установили обычай подвергать младших товарищей периодическому циничному осмотру. Цинизм этих осмотров не знал пределов: один из главарей, например, обучил маленького кадета онанизму и заставлял его перед всеми предаваться этому пороку; на почве той деспотии товарищества, как это показало расследование в том же корпусе, выросли случаи педерастии»46.
   О повышении уровня сексуальной культуры и половом воспитании солдат и офицеров речи не было, хотя в ряде работ по зарождающейся сексологии приводились многочисленные примеры из половой жизни военнослужащих, которые требовали к себе пристального внимания. А принимаемые меры касались в первую очередь кадетов и юнкеров, так как в подготовке будущих военных видели залог успешного выполнения ими своих функциональных обязанностей и служебного долга.
   Исторические события в России, связанные с мировой войной и революциями, несколько отодвинули решение социально-нравственных проблем сексуальной культуры военнослужащих. Однако в двадцатые годы ситуация изменилась. Так, революционные события 1917 года в России привели к своеобразному «моральному вакууму», когда старая половая мораль, подходы к половой социализации были отвергнуты, а новые идеи и предложения еще не сформировались. Анализу этого периода посвящен ряд работ, среди которых выделяются исследования В. Роговкина, А. Харчева, Б. Яковлева47. Они отмечают, что в это время широкое распространение получила теория «стакана воды», дискуссии по половым проблемам и «12 половых заповедей революционного пролетариата».

   Последние выглядели примерно так:

   Не должно быть слишком раннего развития половой жизни в среде пролетариата.
   Необходимо половое воздержание до брака, а брак – лишь в состоянии полной социальной и идеологической зрелости (т. е. 20—25 лет).
   Половая связь – это лишь конечное завершение глубокой всесторонней симпатии и привязанности к объекту половой жизни.
   Половой акт не должен слишком часто повторяться.
   Половой акт должен быть лишь конечным звеном в цепи глубоких и сложных переживаний у любящих в данный момент.
   Не надо часто менять половой объект. Поменьше полового разнообразия.
   Любовь должна быть моногамной, моноандрической.
   При всяком половом акте всегда надо помнить о возможности зарождения ребенка и вообще помнить о потомстве.
   Половой подбор должен строиться по линии классовой, революционной целесообразности. В любовные отношения не должны вноситься элементы флирта, ухаживания, кокетства и прочие методы специального полового завоевания.
   Не должно быть ревности.
   Не должно быть половых извращений.
   Класс в интересах революционной целесообразности имеет право вмешиваться в половую жизнь своих сочленов. Половое во всем должно подчиняться классовому, ничем последнему не мешая, во всем его обслуживая48.

   В такой атмосфере были проведены социологические исследования проблем сексуальной жизни в воинских частях и подразделениях Красной Армии49. Они, по идее авторов, должны были подтвердить представление о том, что половая активность в те далекие годы была под стать революционному напору масс, и задачей дня становилась сублимация ее в дело строительства социализма. Но на вопрос анкеты: «Как отразилась революция на половом чувстве?» – были получены следующие ответы: у 42% опрошенных курсантов и красных командиров оно ослабело, у 54% не изменилось, и только у 4% – повысилось.
   «Культурный» военнослужащий человек того времени высказывал приблизительно следующие афоризмы: «Серьезное идейное общение невозможно там, где имеется половое возбуждение», «Товарищеские отношения кончаются там, где начинается половая связь», «Идейная общность расхолаживает в области половых устремлений»
   Сексуальная культура военнослужащих Красной Армии характеризовалась следующими моментами. 40% женатых военнослужащих имели внебрачные связи, а каждый четвертый из них – с проститутками. Регулярную половую жизнь вел каждый третий, у 18,8% опрошенных военнослужащих – один – два половых контакта в год, и каждый пятый ответил неопределенно или заявил об отсутствии половых контактов. Поллюции, мастурбация, импотенция, промискуитет отмечались в сексуальном поведении того времени. 40% опрошенных рассматривали проституцию как социальное зло и возмущались по поводу распространения венерических заболеваний. Авторы проводимых опросов в этот период сделали следующие выводы о состоянии сексуальной культуры военнослужащих:
   Среди военной молодежи вопросы пола менее заострены, чем в других группах населения. Причина этого в более здоровой обстановке и особенностях воинской службы, которые позволяют вырабатывать характер и волю, дают простор для физических упражнений и спорта.
   Горожане являются менее устойчивыми в вопросах половой морали, чем рабочие и крестьяне.
   Эпидемического онанизма в частях нет, и воинские части являются оздоравливающим началом для лиц, ранее занимавшихся им.
   Полузатворническая жизнь курсантов в отдельных случаях благодаря повышенному половому влечению делает из некоторых как бы половых мономанов50.
   Даже выводы с позиции сегодняшнего дня несколько наивны в силу дальнейшего развития сексологии, однако характеризуют ситуацию и уровень сексуальной культуры военнослужащих Советского государства. К тому же с тех пор до семидесятых годов в воинских частях подобных массовых опросов о сексуальном поведении военнослужащих автор не обнаружил.
   В последующем сексуальная культура военнослужащих должна была формироваться в процессе полового воспитания в советской школе. Его планировалось осуществлять на прогрессивных традициях отечественной и зарубежной педагогики, и в то же время предлагались качественно новые этические и педагогические аспекты. В центре этой работы должно было находиться формирование нравственных отношений между полами, воспитание товарищества, дружбы, любви с учетом особенностей физического, психического, нравственного развития мальчиков и девочек. Например, учитывалось появление в 60—70-х годах на Западе «единой половой морали», согласно которой современная женщина должна пользоваться равными с мужчиной правами на полигамные отношения.
   Однако доминировавшие в общественном сознании предложенные абсолютистские модели, основанные на принципах запретительно-репрессивной педагогики предшествующих десятилетий и сводившие половое воспитание к морализаторству и элементарному медико-гигиеническому просвещению, были только продекларированы и не осуществлены в государственном масштабе.
   Введение в школах в 70-х годах предмета «Этика и психология семейной жизни», например, не было подкреплено ни подготовкой педагогов, ни выпуском качественных учебников. В воинских частях и подразделениях доходило до того, что к проведению занятий привлекались политработники, которые о сексуальных отношениях имели представление на уровне собственного опыта половой жизни. Поэтому они воспитывали подчиненных на принципах коммунистического отношения к женщине51 в вопросах сексуальной культуры, читали лекции о семейно-брачных взаимоотношениях без учета сексуальной сферы, а профилактику венерических заболеваний оставляли на откуп медицинским работникам подразделений. Самой большой была проблема наличия людей, способных организовать половое воспитание грамотно, профессионально и эффективно. Педагоги, в том числе и военные, не могли преодолеть ничем не мотивированный страх и смущение перед этими «трудными» занятиями.
   В СССР в семидесятые годы одна из причин свертывания работы по половому воспитанию детей и подростков заключалась в том, что некому было проводить ее: учителя географии и биологии, начальной военной подготовки и физкультуры, которым поручалась эта «нагрузка», в большинстве своем не справлялись с данным направлением работы.
   При этом сексуальное поведение военнослужащих регулировалось теми же законодательными актами, моральными нормами, религиозными предписаниями в области половых взаимоотношений, которые были прописаны для всех людей.
   С начала девяностых годов в армейской печати стали появляться статьи и заметки о проблемах сексуального поведения. Сначала появились анекдоты в «Коммунисте Вооруженных Сил» на прежде запрещенную тему. Потом данные различных анкет, где вопросы дедовщины и неуставных взаимоотношений, оказывается, пересекались с самовольными отлучками к проституткам и неразделенной любовью. В ряде журналов были напечатаны рекомендации западных сексологов и советы отечественных ученых молодым воинам. В дальнейшем практически все армейские печатные издания не обошли вопроса об «этом», повествуя, что как и большинство вокруг, военные мастурбируют, в их среде есть девиантное поведение, гомосексуализм, трансвестизм и т. д.
   Сексуальная культура советских военнослужащих была отражением сексуальной культуры всего общества со свойственными ему материально-бытовыми, социально-нравственными, санитарно-гигиеническими и другими проблемами, которые в армейской действительности преломлялись своими особенностями и спецификой.
* * *
   Таким образом, зарождение и становление сексуальной культуры военнослужащих имеет следующие временные вехи: 1) архаично-языческий период (хронологически существовавший до широкого проникновения мировых религий в общественное сознание); 2) запретительно-репрессивный период (его исторические рамки имеют свое деление по мере развития и изменения доминирующей половой морали в соответствующих религиях); 3) современный период (начиная с конца девятнадцатого века и по наши дни).
   Интеграция сексуальной культуры военнослужащих как нового вида общественной практики в существующую структуру социокультурных отношений стала завершением процесса институционализации данного явления. Благодаря этому сформировался определенный набор формальных и неформальных санкций, с помощью которых осуществляется контроль за сексуальным поведением военнослужащих. Фактическая институционализация сексуальной культуры военнослужащих как части их общей культуры произошла в период создания армии как социального формирования с появлением норм, установок, ценностей, особенностей сексуальной активности военных людей и форм контроля за ними.
   Ретроспективный анализ воздействия на сексуальное поведение показывает, что социокультурное половое развитие военнослужащих осуществляется под воздействием мер половой социализации, полового воспитания и полового просвещения.
   Сексуальная культура военнослужащих определенным образом изменялась в процессе исторического развития. При этом повышался уровень сексуальной культуры её представителей. Подтверждением этому предположению является характеристика современного состояния и специфики сексуальной культуры военнослужащих, которая будет рассмотрена в дальнейшем.
   Социокультурное половое развитие военнослужащих прошло путь от наивного усвоения запретов и предписаний, обычаев и норм, свойственных конкретному племени и группе, до организации полового воспитания, появления сводов норм и законов, регламентирующих половую жизнь, нравственных кодексов и правил, соблюдение которых является нормой в процессе формирования сексуальной культуры.
   Ретроспективный анализ позволяет выделить ведущие тенденции в данной сексуальной культуре: стремление военнослужащих к выражению индивидуальности и разнообразию своего сексуального поведения; социальное нормирование асексуальных установок на половые отношения в армейской среде; установление институционального контроля и регулирования половых отношений в армии, – обусловленные широким спектром сексуальной активности на различных этапах развития общества. В противоречии между официально узаконенным сексуальным поведением в армейской среде и стремлением военных людей свободно выражать свои половые влечения проявляется характерная особенность сексуальной культуры военнослужащих.

Глава 3. Социокультурная детерминация сексуальной культуры военнослужащих

   На формирование и динамику сексуальной культуры военнослужащих влияет множество факторов, детерминирующих её современное состояние.Среди них:
   экономические факторы – уровень материального благосостояния военнослужащего и его семьи, обусловленный его социальным статусом, формой занятости супругов, их образованием, наличием финансовой поддержки со стороны родителей, жилищными условиями и т. д.;
   психологические факторы – особенности воинских коллективов, психологический склад личности и типология поведения военнослужащих, психосексуальное развитие индивидов, межличностные взаимоотношения и пр.;
   физиологические факторы — особенности биолого-анатомического строения, состояния здоровья и его уровень, половые особенности, возрастной ценз и др.;
   технократические факторы – степень технологического совершенства армии (например феодальное войско или армия, владеющая ядерным оружием), наличие и особенности вооружения, принадлежность к определенному виду и роду войск и др.;
   политические факторы – уровень стабильности в мире и государстве, в местах призыва и несения службы, характер политического строя и политические отношения в стране, а также многое другое;
   духовные факторы — религиозность (или ее отсутствие) военнослужащего, система норм и ценностей, уровень культуры, традиции жизнедеятельности, усвоенные до призыва, и пр.;
   социальные факторы – наличие различных форм социальной поддержки, доступность культуры, бытового обслуживания, учреждений здравоохранения и психологического консультирования, организация дошкольного воспитания и школьного образования и т. д.;
   территориальные факторы — экологическая ситуация, география призыва и самой службы, специфика межрегионального взаимодействия, миграционные потоки в регионе службы и местах проживания семьи и т. д.;
   социально-психологические факторы – характер военнослужащего, психический тип супругов, свойственные им поведенческие стереотипы, степень развития служб психологической поддержки и пр.;
   государственно-правовые – система юридических актов и указов, кодексов и положений, судебная система и порядок ответственности за несоблюдение правовых норм; организация принятия и исполнения документов, обеспечивающих права военнослужащих в части, касающейся половых взаимоотношений, и др.
   Среди перечисленных факторов наиболее значимыми, на наш взгляд, и определяющими в процессе формирования сексуальной культуры военнослужащих являются те из них, которые можно объединить по социокультурному основанию. Это так называемые факторы социокультурной детерминации сексуальной культуры, к которым, при достаточно общем подходе, можно отнести ряд движущих сил и явлений социального и культурного характера, обусловливающих половое развитие военнослужащих.
   При жесткой зависимости каждого индивида от природы, социума и культурной среды эти факторы детерминации сексуальной культуры военнослужащих наиболее значимы, так как их воздействие является определяющим в генезисе сексуальной культуры военнослужащих.
   Среди факторов социокультурной детерминации предлагается проанализировать следующие:
   тип цивилизации;
   тип армии;
   этнические различия и национальные отношения;
   тип религий;
   социальные общности и слои;
   семью;
   социальные группы;
   средства литературы и искусства.
   Рассмотрим их последовательно.

3.1. Соотнесенность с определенным типом цивилизации

   Этот объективный фактор выступает ведущим компонентом социокультурной детерминации в ходе формирования сексуальной культуры военнослужащих. «В нашу эпоху нет более острой темы и для познания и для жизни, – отмечал в двадцатом веке Н. Бердяев, – чем тема о культуре и цивилизации, их различии и взаимоотношении…»52 Особенности, специфика и нормы сексуальных отношений, принятые в той цивилизации, которой принадлежат военнослужащие, имеют характерные черты сексуальной культуры, которые усваиваются ими в первую очередь.
   Сексуальная культура имеет древнее происхождение53. Исследование ее корней связано с религиозными и светскими установками относительно секса. При этом сексуальное поведение военнослужащих России исключительно синтетично, так как оно обусловлено нормами и установками не только различных эпох, но и основных типов цивилизаций. В силу географического положения России оно детерминировано различными функциональными и нормативными процессами, характерными для дальневосточной, западноевропейской, восточноевропейской и ближневосточной цивилизаций54, так как впитала типичное из их сексуальной жизни.
   Не ставя перед собой задачу тщательного анализа и поиска всех факторов, способных охарактеризовать современное сексуальное поведение российских военнослужащих, остановимся на сексуальной культуре Востока, порожденной крупнейшими типами цивилизаций – ближневосточной и дальневосточной.
   Для сексуальной культуры Ближнего Востока, характерно позитивное отношение к сексу. Полигамия, богатая эротическая литература и сексуальная символика, доброжелательное отношение к плотской чувственности пророка Магомета, быстро распространявшиеся в ходе военных завоеваний арабов, отличают представителей этой цивилизации. Для них характерно проявление большой терпимости относительно традиций и обычаев в половых взаимоотношениях побежденных народов.
   Согласно Корану сексуальная жизнь – это религиозное деяние. Поэтому многие аспекты половых взаимоотношений нашли отражение в мусульманских установках относительно секса. «Законы, освященные исламом, регулировали многие вопросы сексуального поведения и навязывали определенные нормы, запреты и предписания»55. Это выразилось в требованиях для мужчин закрывать область гениталий, запрещении касаться тела другого мужчины от пупка до колен и обряде обрезания. Коран запрещает гомосексуализм, поощряет полигамию, восхваляет женскую красоту и осуждает поведение мужчин, хвастающих своими любовными «подвигами». У народов Среднего Востока фаллос использовался в качестве символа плодородия и военного трофея, который предъявлялся как доказательство победы над врагом, и тщательно оберегался (женщинам запрещено было повреждать генитальную область у мужчины под страхом суровой кары).
   Подобное отношение к мужским гениталиям имеет корни в более древней истории. В доказательство личной храбрости в войне с народом, имевшим обычай обрезания, египетский воин (редум, баирум), например, должен был представить или живых пленников, или же отрубленную правую руку врага, а «…у необрезанных врагов отрубались совсем другие части тела»56.
   В то же время европейские воины в большинстве своем считали секс греховным, а их современники на Дальнем Востоке, в частности в Китае, определяли сексуальные отношения как священный долг, выполнение которого необходимо для достижения гармонии с Космосом. Основная концепция Дао представляла собой глубокомысленную философию, пронизанную божественными откровениями, постижение которых достигалось большей частью за счет интуиции и благодаря инстинкту.
   В армии, впитавшей в себя определенные нормы даосизма, существовала самая широкая трактовка общих положений Дао. Например, воины Чань Чуэ – «желтые повязки», практиковали массовый секс в полнолуние и новолуние, провозглашая своей целью «освобождение от вины» для достижения бессмертия и излечения от болезней. (Позже в коммунистическом Китае «бесстыдно похотливые предводители», как писала газета «Куаньминжибао», в июле 1995 года, – заставляли своих приверженцев вести промискуитет в тех же целях).
   В сексуальной культуре военнослужащих русской армии основные постулаты даосизма не находили приверженцев, за исключением случаев, когда в Забайкалье и Приморье формировались части и подразделения, куда попадали выходцы из Китая. Однако последним более свойственны установки конфуцианства на подчиненное положение женщины и крепкую семью. Присущее Востоку критическое отношение к мастурбации (потеря семени здесь оценивается как утрата жизненной силы), отношение к сексу как к интимному личному делу каждого, уважение к традициям, сердечность, доброта, отсутствие агрессии по отношению к детям, как и многие другие черты, со временем стали типичными для данной цивилизации и для сексуальной культуры военнослужащих.
   В России никогда не отдавалось предпочтение полигамии, даже после массовой гибели мужчин в результате войн. Зато в Китае, например, в период средневековья гибель солдат в многочисленных походах позволяла обеспечить каждого мужчину тридцатью женами в послевоенный период. Военные начальники, предводители воинских формирований – выходцы из аристократии, имели до нескольких сотен жен и наложниц. А те, кто был победнее, ограничивали круг своей семьи, исходя из экономических условий. Бедняки, пережившие войну, имели одну жену. Те, кто был не в состоянии поддерживать порядок в китайской семье, считались неспособными занимать ответственную должность в армии.
   Военнослужащие Дальневосточного региона, воспитанные на относительно устойчивых традициях и сексуальных установках (в отличие, например, от представителей Ближнего Востока), наделяют женщину партнерским статусом, а близость с той, которая сама ее желает, считают великой ценностью. Сексуальные преступления против вдовы и девственницы наказывались в Китае гораздо строже, чем против замужней женщины или проститутки, из-за боязни оскорбить дух предка. Такое же отношение к правовой ответственности за преступления против женщин57 стало характерным и в сексуальной культуре военных на Руси.
   Военные в Китае, как и все, могли пользоваться услугами проституток. К XIII веку там было три разряда публичных домов: низший («ва-ше») – для нужд простых солдат и моряков (здесь работали девушки, плененные на войне), «винные дома» и «чайные дома» – для состоятельных офицеров, богатых клиентов. Посещение их являлось обыденным делом и не возбранялось никому: важно было лишь соответствовать порядку и правилам, установленным для каждого ранга.
   На Востоке превалирует обилие психических, порой мистических компонентов в сексуальности. Считается, что пара, которая занимается любовью, наверняка обеспечит себя миром и достигнет гармонии во всех отношениях. К этому стремятся, утверждая, что секс – единственное общее благо для всего человечества. Именно под влиянием Востока, менее ригористичного и более своеобразного, чем Запад, в сексуальную культуру военнослужащих стали входить достаточно устойчивые стереотипы с преобладанием мистики, а любовные связи наделялись загадочными свойствами Космоса. Именно отсюда пришел интерес к овладению высокой техникой секса и изощренными позами.
   Итак, принадлежность к определенной цивилизации – самому объемному и значимому социокультурному пласту – является ключевым фактором в формировании стереотипов сексуального поведения военнослужащих. Сексуальное поведение российских военнослужащих под влиянием различных цивилизаций на протяжении столетий не было неизменным и однородным. Оно изменялось по мере формирования институциональной сексуальной культуры и соответствовало предписаниям, установкам, нормам и ценностям, принятым соответствующим сообществом.

3.2. Принадлежность к типу армии

   Как до начала институционализации, так и позже сексуальная культура военных имела характерные особенности, прежде всего касавшиеся сексуального поведения: воины-победители насиловали побежденных, удовлетворяя свои гедонистические половые потребности любыми доступными средствами, армейский аскетизм был социальной нормой, призыв в армию осуществлялся в репродуктивном возрасте и проч. При этом во все времена войны и боевые походы, организованные с захватнической целью, характеризовались негативными проявлениями сексуальной культуры: изнасилованиями, прелюбодеяниями, содомией и др. А в освободительных боевых действиях к женщинам на территориях, освобождаемых от врага, относились более благосклонно, сдерживали проявления сексуальной свободы, карали за похотливое поведение, неприемлемое социальным окружением.
   Фашиствующие, тоталитарные, диктаторские режимы отличались тем, что возвышали роль мужчин, предоставляя им большее право выбора, и принижали роль женщин, в которых ценилась в первую очередь репродуктивная способность, обеспечивающая войска очередным пополнением. Демократический, либеральный, коммунистический режимы, борясь за свои идеалы и ценности, ратовали за равноправие полов и предоставляли некоторую свободу выбора партнеров. Правда, окружая их отношения лояльными или консервативными законами, предписаниями и указами, они оставляли под своим контролем область нравов.
   Соответственно отличаются поведение и сексуальная культура военнослужащих армий, сформированных на началах всеобщей воинской обязанности, и добровольческих, профессиональных и полупрофессиональных армий, армий демократических и тоталитарных государств, в которых правовые нормы, нравственные и профессиональные отношения неодинаковы. В них совершенно разное положение рядового и офицерского состава, условия создания семьи и общения с женщинами.
   Например, в русской армии, формировавшейся после военной реформы 70-х годов девятнадцатого века на принципах всеобщей воинской повинности, сексуальная жизнь офицеров и солдат отличалась достаточно сильно. Офицерский корпус, как правило, состоял из представителей дворянского сословия. И офицер вступал в брак не ранее 23 лет, прослужив в одном полку не менее двух лет, после внесения реверса, с разрешения командира дивизии. Желанием каждого молодого офицера было взять себе в жены девушку из дворянской семьи, а жениться на мещанке или крестьянке в ряде частей строжайше запрещалось. Жизнь офицеров, особенно в дальних гарнизонах, отличалась исключительной корпоративностью, замкнутостью, оторванностью от гражданского населения, а семейные отношения – однообразием и скукой, что нередко вело к серьезным трагедиям. Солдаты, призванные, как правило, из деревни, оставляли жен-солдаток на произвол судьбы, если женились до призыва, довольствуясь случайными связями. Такое положение существовало в то время и в других армиях (особенно европейских: германской, австрийской и пр.).
   Советская Армия «нового типа», как утверждалось многие годы, на самом деле была оружием тоталитарного государства. Она сформировалась в середине 20-х годов на принципах всеобщей воинской повинности. При отсутствии поляризации между командным (офицеры и генералы) и рядовым (солдаты и сержанты) составом, что было присуще царской армии, между ними существовал колоссальный разрыв в области быта, семьи, сексуальной жизни. Офицерский (особенно генеральский) состав был своеобразной интеллигентской элитой общества, жившей обычной регулярной сексуальной и семейной жизнью. Правда, достаточно специфично. Солдаты же срочной службы на 2—3 года изымались из привычной обстановки в самый репродуктивный период, на пике сексуальности, лишаясь половых отношений с женщинами. Об их сексуальных потребностях никто предметно не заботился. Эта сторона жизни военнослужащих почти не упоминалась в официальных документах, замалчивалась и в воспитательной работе.
   Между тем государство осуществляет регулирование почти всех отношений между людьми по ряду направлений: политико-законодательному, социально-классовому, этническому, национальному, материально-экономическому, культурно-воспитательному, информационному. При этом не забываются и их сексуальные отношения. Так, в области законодательной, например, ограничивается ряд сексуальных проявлений, регулируются семейно-брачные отношения. Военнослужащие несут определяемую государством ответственность наравне с другими гражданами. Но при каждом политическом строе и социально-экономическом положении ситуация различна, и нередко военнослужащие караются в большей степени, чем остальные представители государства.
   Например, в СССР начиная с 30-х годов принимаются указы и постановления о запрещении абортов, об ужесточении порядка разводов, ответственности за гомосексуальные связи и прочие «пережитки» в области половых отношений, фактически устанавливавшие государственный контроль за всей сексуальной жизнью советских граждан. В Москве, например, сообщение о разводе должна была публиковать «Московская правда». Эту информацию, по задумке авторов, не могли не прочитать люди, окружавшие «распутных членов семьи».
   Особый контроль чувствовали на себе военные, тем более члены Коммунистической партии, ибо они в первую очередь отчитывались за свои проступки на партийных собраниях и партийных комиссиях, получая взыскания и суровые наказания. В армии «отступники» попадали под тройной «гнет»: помимо дисциплинарного взыскания и груза собственно сексуальных проблем они нередко несли гражданскую и уголовную ответственность, а партийные встряски «за низкие морально-политические качества» офицера приводили зачастую к увольнению из рядов Вооруженных Сил.
   Итак, характер политического строя в государстве обусловливает принадлежность военнослужащих к определенному типу армии, особенности институциональной сексуальной культуры и социального положения, устанавливая приоритеты в нормах и правилах сексуального поведения, делая акцент на некоторые стереотипы, вариативность и ценностные ориентиры различных категорий военнослужащих.

3.3. Этнические различия и национальные отношения

   1. Психический склад и темперамент военнослужащих – представителей конкретного этноса.
   Например, наблюдения показывают, что у военнослужащих, призванных из южных районов, преобладает горячий темперамент, необузданная, все сжигающая страсть и трудно сдерживаемая демонстрация чувств. У представителей народов Севера – контроль разума над чувствами, уравновешенность. По оценке Г. Ферреро, южанин любит «чувственно», а северянин «мозгом». Первый становится рабом безумия, а второй контролирует свои чувства мыслью. В культуре народов Севера больше идеализации, а у народов юга – больше кипения страстей, пламенных чувств. Ученый пишет, что «в то время как южанин отчаивается, если он вынужден лишиться хотя бы на короткое время предмета своей любви, то немец и англичанин могут долго жить вдали от любимой, не страдая от лишения»58.
   Некоторые исследователи считают, что и физиологические причины объясняют различия в сексуальном поведении народностей, кое-кто ищет причину в экологической ситуации. Но факт остается фактом: национальное своеобразие также проявляется в сексуальном поведении военнослужащих и характеризует особенности их сексуальной культуры59.
   2. Присущий данному народу характер добрачных отношений, тип семьи и брака, положение женщины в семье, традиционное количество детей и т. д.
   Так, в допетровской Руси одно время женщины и мужчины даже не сидели за одним столом, женщинам не дозволялось принимать участие в мужских разговорах и показываться на люди. По оценке А. Ф Петрушевского, такое поведение было связано с последствиями татарского ига на Руси: «…татарщина забралась даже в домашнюю жизнь русских людей; у татар, как у всех народов магометанской веры, женщины жили взаперти, особняком и чужим мужчинам не показывались открытым лицом; этот дикий обычай перешел на Русь; знатные и богатые люди стали запирать своих жен в терема, не показывая их не только чужим, но иногда и близкой родне»60. Со временем, по свидетельству И. Корба, нравственность русского народа «…была испорчена до последней степени, причем женщины не уступали здесь мужчинам. Блуд, прелюбодеяние и подобный тому разврат существуют в Москве вне всевозможных размеров»61.
   В настоящее время диапазон влияния национальных и этнических установок на сексуальную культуру военнослужащих настолько велик, что встречается и полярное отношение к семье, браку, сексуальному поведению.
   3. Особенности быта, жилища (общие комнаты или отдельные спальни для членов семьи), гигиены.
   К специфике сексуального поведения военнослужащих, связанной с их национальными особенностями, можно отнести и различное отношение к помывке в бане. Например, солдаты, призванные из мусульманских районов, не соглашаются мыться полностью обнаженными вместе с сослуживцами, пытаясь всячески уклониться от санитарно-гигиенического мероприятия. Им нельзя показывать постороннему свое тело ниже пояса, так как принятые дома обычаи (последствия религиозного воспитания) запрещают подобное поведение. В 1743 году, в период царствования Елизаветы Петровны, был опубликован сенатский указ о запрещении париться в торговых рядах лицам обоего пола, который дублировался еще в 1760 и 1782 годах. Это было вызвано тем, что отрешиться от патриархальных привычек и обычаев русскому народу было не просто62.
   4. Традиционная национальная специфика способов совершения самого полового акта, достижения эрекции и т. п.
   Россия – многонациональная страна, и изучение традиционных черт сексуального поведения различных народов здесь затруднено достаточно широким спектром проявлений сексуальности. Однако в большей части у них принято возбуждение руками женской груди и области гениталий, помощь женских рук в достижении эрекции у мужчины, поцелуи в губы, классическая позиция при половом акте. Проявление индивидуальных особенностей сексуальной культуры военнослужащих при этом ощущается наиболее отчетливо и требует детального исследования.

3.4. Религия

   В ведических, тантристских, индуистских текстах, в католицизме, иудаизме, христианстве, исламе формировалось особое отношение к половым проблемам. На протяжении веков оно изменялось под воздействием светских норм и предписаний, но всегда господствовало над поступками верующих военнослужащих. Верящие в веды (священные заповеди древних) создатели «Тантра любви» имели весьма уравновешенный взгляд на секс. Для индусов это был достаточно интересный предмет, и поэтому они исследовали его с такой же настойчивостью, которую приложили к математике, физике или к физическому совершенствованию. Народ, подаривший миру понятие нуля, атомного строения материи, назвал науку экстаза «тантрой», и ее изучали специально осведомленные люди, в совершенстве владевшие «ремеслом».
   По оценке П. Сорокина, система культуры, основанная на принципе сверхчувственности и сверхразумности Бога как единственной реальности и ценности, имела место в христианстве, а восприняв отдельные религиозные аспекты по-иному, лежала в основе интегрированной культуры индуизма, ислама, даосизма63. Поэтому теологическая обусловленность сексуальных отношений у российских военнослужащих, исповедующих различные религии, отличается многообразием подходов к проблемам пола. Но ведущим остается предположение о том, что сексуальность ниспослана людям свыше – от Бога и предписывает им обязательные нормы и требования, несоблюдение которых жестоко карается божественными заветами.
   Древние исцелители-даосы написали откровенные и ясные книги о любви и сексе. Они не были застенчивы или похотливы, ибо относились к занятиям любовью как к чему-то необходимому для физического, умственного здоровья и благополучия мужчин и женщин. Придерживаясь собственной философии, они обращали большое внимание на мастерство секса: муж, умевший наслаждаться частыми и продолжительными сношениями, ценился гораздо больше, чем тот, кто был просто молод и привлекателен. Врачи-даосы рассматривали занятия любовью как часть естественного порядка вещей. Сексом не только наслаждались, но и рассматривали его как полезный и продлевающий жизнь акт. Правила полового поведения передавались из поколения в поколение, свято соблюдая устоявшиеся ритуалы64.
   Сексуальная культура российских военнослужащих регламентирована в большей степени установками христианства, чем какой-либо иной религии. В православии идеалом было воздержание супругов, которое со временем стало одной из социально-нравственных проблем сексуальной культуры военнослужащих. Им же предписывалась необходимость лишь тех сексуальных действий, которые были направлены на деторождение, а отклонения сурово карались.
   Суровое отношение к неверности жены, восхваление девственности у невесты, строгая подчиненность мужу, который «если бьет, то значит любит», сексуальная скромность, ограниченность в утонченных ласках и проявлении любви, насаждение скудного эротического словаря, патриархальности, ханжества, стыдливости – все это проникало в сексуальную культуру российских военнослужащих, обусловливая специфику их сексуального поведения.
   С зарождением христианства и развитием его в мире половое воспитание и изучение сексуальности заменяются созданием теорий и учений, оправдывающих поведение, достойное «сынов и дочерей божьих». Новая религия требовала своих подходов во всем, в том числе и в сфере половых отношений. В первое время христиане были далеки от разнузданности язычников и воинственного сектантства представителей аскетизма. Христианство поддерживало единобрачие, упорядоченную семейную жизнь, на женщин Иисус смотрел благожелательно, нередко признавая за ними равные права с мужчинами. Требования воздержания, соблюдения моральной чистоты касались не только состоящих в браке: («…всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с ней в сердце своем»), – но и холостых.65
   Значительную роль в том, что современная сексуальная культура военнослужащих гораздо богаче предписаний православия, сыграло проникновение в неё иных религиозных установок в области половых взаимоотношений. Например, исламское отношение к женщине как сексуальному партнеру, гомосексуализму, мастурбации. В Османской империи в свое время прославлялось не только воинское геройство элиты – янычар, но и их способность к сексуальному деянию. До сих пор в арабском мире существует поговорка: «Мужчина должен уметь ездить на мясе, есть мясо и втыкать мясо в мясо». Здесь же подчеркивалась роль евнухов, которых от гнева кастрировали из числа пленников, делая рабами; а в Персии – из числа красивых юношей в целях использования их для песнопений, на государственных постах или в гаремах.
   После походов в Индию, Манчжурию, с появлением океанского флота в сексуальной культуре военнослужащих изменялось отношение к женщинам (которым в тантризме, например, уделяется не меньше внимания, чем мужчинам), гомосексуальным и лесбийским отношениям. Половые контакты стали поощряться не только в репродуктивных, но и в гедонистических целях. Стал цениться пролонгированный коитус и проявился интерес к женскому оргазму, достижению которого уделялось особое внимание. Пути его достижения становились своего рода мифами сексуальной культуры у военнослужащих, как и практика отложенного и подавленного семяизвержения. (Эта практика, предложенная в различных тантристских руководствах по технике сексуального поведения, активно использовалась для контроля над рождаемостью турками, армянами и другими народами).
   В целом религиозные установки в области сексуального поведения в большей мере определяли содержание сексуальной культуры военнослужащих, чем светские нормы. В силу приверженности вере, большей известности норм и правил (из-за наличия сводов божественных заветов), боязни кары за их несоблюдение, неодобрения окружающими военнослужащие согласовывали свое сексуальное поведение с религиозными постулатами.
   Климент Александрийский подытожил отношение раннего христианства к слабому полу, заявив, что женщина равна мужчине во всем, но мужчины всегда и во всем были лучше женщин. Святой Павел считал, что женщина сотворена для блага мужчины и должна подчиняться ему во всем (она должна быть молчаливой, кроткой и покорной, поскольку является дочерью Евы, виновной в грехопадении Адама).
   Со временем у апостола Павла, например, обнаруживается своеобразное понимание проповедей Христа и решительное объявление женщины гораздо ниже мужчины. Тертуллиан клеймит чувственность и красоту тела, воспевая отречение от пола, называя женщину «вратами ада». Августин же видел преодоление греховности в его искуплении через брак для порождения детей, в сознательном подавлении похоти. Католики объявили «греховным» положение женщины сверху на мужчине при коитусе и пропагандировали «классическую позицию».
   Детерминацию сексуальной культуры военнослужащих религией или атеизмом опровергнуть довольно сложно. Как и оценить влияние каждой конфессии, секты, сообщества на формирование определенного сексуального поведения.
   Например, в тантризме – эзотерическом учении, передаваемое секретно только посвященным, все сущее возникает из мужского и женского элементов. Особенности сексуального поведения его сторонников:
   •сакральный характер сексуального акта как отражение космической связи;
   • высокая оценка мужского семени;
   • обилие и сложность сексуальной техники и фрикционных движений;
   • использование эротической музыки и искусства;
   • редкость сексуальных расстройств
   Характерные черты формирования сексуальной культуры в тантризме:
   • культ сексуальных отношений, ведущих к духовному преобразованию;
   • воспитание гармоничного единения в сексуальных отношениях;
   • мистический характер учения, где большое значение придается медитации, искусству йоги;
   •обилие анатомических, физиологических названий сексуальной символики

3.5. Принадлежность к социальным общностям и слоям

   Половое поведение военнослужащих во многом определяется принадлежностью до призыва к определенным социальными слоям и общностям, сложившимся в Российском государстве. Сексуальная культура – часть их общей культуры. Будучи выходцами из той или иной социальной среды, военные сохраняют и на службе основные, присущие данной группе населения черты. Причем определенным классам и социальным группам присущи свои особенности сексуального поведения, которые с этой точки зрения почти никто предметно не исследовал, хотя некоторые авторы и пытались дать им оценку. И. С. Кон66, например,считал, что современная клиническая сексология и результаты массовых опросов не позволяют утверждать, что рабочий человек или крестьянин сексуально (физиологически или психологически) превосходит интеллигента. А С. Е. Бурштын67 утверждал, что горожане менее устойчивы в вопросах половой морали, чем рабочие и крестьяне.
   Между тем даже на обыденном уровне известны особенности сексуального поведения представителей рабочих, интеллигенции, крестьян СССР, которые нивелировались в процессе строительства социализма и коммунизма политикой ликвидации классов и формирования социальной однородности общества. После революции представители аристократии, господствующих классов в России – основные носители культуры, в том числе и сексуальной, – оказались за рубежом или были уничтожены в ходе гражданской войны, экспроприации собственности, а затем в ходе репрессий. Такая же судьба постигла многих представителей интеллигенции. Вместе с ними был ликвидирован и большой пласт сексуальной культуры со всем накопленным в нем опытом сексуального поведения. Крестьянство было подвержено «чистке» в ходе коллективизации и частично переехало в города, составив костяк рабочего класса. Потомственные рабочие в составе последнего занимали ничтожное меньшинство. Новая интеллигенция в своем подавляющем большинстве также формировалась из рабочих и крестьян, и лишь к концу ХХ века появились ее представители во втором и третьем поколениях.
   Из названных социальных слоев вышла основная масса российских военнослужащих (генералов, офицеров, прапорщиков, солдат и сержантов) со свойственной советскому строю маргинальностью как в общественных отношениях, так и в сексуальном поведении. При этом военнослужащие – выходцы из деревень – в своем половом поведении сохраняют некоторые элементы сексуальной культуры, привитые в детстве и юношестве. Они пытаются привнести в сексуальную культуру военнослужащих патриархальность, сдержанность в поведении между мужчинами и женщинами.
   Именно в деревне существовал обычай долгого ухаживания за будущей невестой. Обида, нанесенная девушке, дольше не забывалась окружающими: в деревне все на виду. В семейных отношениях главенствовал, как правило, мужчина, а домашним хозяйством занималась женщина, на которую в основном была возложена забота о детях. У военнослужащих деревенской закваски сильны нравственные устои, они более внимательны и предупредительны к незнакомым людям, сложнее знакомятся с девушками и дольше добиваются ее внимания.
   Сексуальная культура военнослужащих – выходцев из городской среды – складывается под влиянием урбанизации, свойственного этому процессу образа жизни, с его относительной свободой общения, мимолетностью встреч и знакомств, слабым «соседским контролем» и, соответственно, приниженными моральными установками стыда и возрастанием личностного начала во всем поведении. Давно было подмечено, что прежде кадеты столичных корпусов, а потом курсанты военных училищ раньше и больше знакомились с женщинами, чем их гражданские сверстники. Решая демографические проблемы в стране, воинские части и военные училища дислоцировали специально в городской черте в целях формирования молодых семей.
   С. Бурштын еще в двадцатые годы отмечал, что горожане с невысоким уровнем образования являются менее устойчивыми в вопросах половой морали, чем крестьяне и рабочие, у которых физический труд и простые неизломанные городскими условностями взгляды на женщин создают более нормальные и спокойные отношения к вопросам пола, а духовная жизнь их не травмирована половыми интересами. Этого нельзя сказать про курсантов, «полузатворническая жизнь которых, несмотря на большую умственную и физическую нагрузку, тем не менее в отдельных, правда исключительных, случаях благодаря повышенному половому влечению делает из них как бы половых мономанов»68.
   Итак, сексуальная культура военнослужащих детерминирована особенностями сексуального поведения социальных слоев и общностей, призванных укомплектовать армейские ряды. С привлечением характерных проявлений, специфики и особенностей сексуальных субкультур различных социальных групп в среду военнослужащих сексуальная культура последних обогащается рядом проявлений. В то же время, адаптируясь к армейским условиям существования, сексуальное поведение выходцев из различных социальных формирований нивелируется, приобретая институциональные черты и обусловливая тем самым специфику сексуальной культуры российских военнослужащих.

3.6. Принадлежность к социальным группам

   Исследования показывают, что именно воинский коллектив, ближайшее окружение человека – формальная и неформальная социальная группа – самым тесным образом воздействуют на сексуальную ориентацию личности, характер сексуального поведения, социализацию и формирование половых ролей. Воинские коллективы – это в первую очередь группы сверстников, непосредственным образом обусловливающие становление как социального, так и асоциального поведения; и это влияние осуществляется в комплексе социальных и межличностных факторов. Причем структура их с возрастом изменяется, и в армии военнослужащий оказывается включенным в разные группы. Не только соответственно званию, согласно землячеству, по времени призыва, по общности интересов, но и по опыту половой жизни, сексуальной ориентации, эротическим предпочтениям, степени половой зрелости и др. Эти группы взаимосвязаны, взаимозависимы и меняют свою численность и степень близости отношений между членами.

notes

Примечания

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

   Он не объясняет, что вкладывает в понятие «сексуальное поведение», подразумевая, наверное, общепринятое представление о «половом поведении» – действиях человека, позволяющих оценить его принадлежность к определенному полу. Поэтому, думается, замена понятия «соответствие потребностям» на «цели сексуального поведения» сыграет в этом случае положительную роль, так как дает возможность охарактеризовать многообразие этих целей. (См.: Кон И. С. Введение в сексологию. С. 184—185).

15

   И это далеко не полный перечень того, что некоторые авторы именуют деструктивной культурой, сексуальной антикультурой, которые не следует путать с контркультурой, в широком смысле слова представляющей собой движение в культуре, направленное против господствующей системы ценностей и обладающее потенциалом обновления. А в узком смысле характеризуется рядом устойчивых признаков и установок, по каким-то причинам периодически воспроизводящихся в духовной истории разных народов и цивилизаций. (См.: Султанова М. Л. Концепции контркультуры: (США: 60—80-е гг.): Автореф. дис. … канд. филос. наук. М., 1993.

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

51

52

53

54

55

56

57

58

59

   См.: Блох И. Половая жизнь нашего времени и ее отношение к современной культуре. М.; СПб., 1910; Бойко В. В. Репродуктивное поведение семьи и личности: (Социально-психологическое изучение рождаемости): Дис. … д-ра психол. наук. Л., 1981; Васильев Л. С. История Востока: В 2 т. М., 1993; Имелинский К. Психология половой жизни. М.: Медицина, 1973; Тэннэхилл Р. Секс в истории. М.: КРОН-ПРЕСС, 1995; Фрезер Д. Золотая ветвь: В 2 т. М.: Полит. литература, 1983. Т. 2; Фукс Э. Иллюстрированная история нравов: В 3 т. М., 1993. Т.1—3.

60

61

62

63

64

65

66

67

68

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →