Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Мозг неандертальца был больше, чем сейчас наш.

Еще   [X]

 0 

Между прочерками: фантазии в манере Гештальта (Медреш Евгений)

Вторая книга известного мастера психотерапии, посвященная действительно важнейшему для человека искусству – искусству быть живым. Искусству встречаться и расставаться, работать, путешествовать, создавать и прислушиваться, побеждать и сдаваться, не чувствуя себя при этом ни жертвой жизни, ни ее начальником. Друзья и ученики автора настоятельно рекомендуют эту книгу всем, кто сознательно, добровольно, по счастливой случайности, а также по неосторожности или недосмотру встретился с ней.

Год издания: 2015

Цена: 139 руб.



С книгой «Между прочерками: фантазии в манере Гештальта» также читают:

Предпросмотр книги «Между прочерками: фантазии в манере Гештальта»

Между прочерками: фантазии в манере Гештальта

   Вторая книга известного мастера психотерапии, посвященная действительно важнейшему для человека искусству – искусству быть живым. Искусству встречаться и расставаться, работать, путешествовать, создавать и прислушиваться, побеждать и сдаваться, не чувствуя себя при этом ни жертвой жизни, ни ее начальником. Друзья и ученики автора настоятельно рекомендуют эту книгу всем, кто сознательно, добровольно, по счастливой случайности, а также по неосторожности или недосмотру встретился с ней.


Е. В. Медреш Между прочерками : фантазии в манере Гештальта

   Но изнутри жизни всё выглядит иначе. Как минимум, не так симметрично. Изнутри моя жизнь представляет собою неуправ ляемое, не очень последователь ное и временами очень внезапное множество дат. Это события и встречи, идеи и отношения, переживания и осознавания…
   Между двумя прочерками.
   Между этими прочерками можно успеть многое. А кое- что даже можно успеть записать.

Диалоги с доктором
…он под деревом сидит, приходи к нему лечиться…

   И здесь возникали трудности, поскольку люди в основном привыкли обретать счастье в борьбе, а несчастье – в любви и мирной жизни.
   – Что чувствуешь, как дышишь? – достаточно добродушно спрашивал доктор.
   – Да причем тут чувствуешь, дышишь, – сопротивлялся в ответ честно страдающий собеседник. – Что я, животное? У меня разум возмущенный кипит в сомнениях, ему мысль крупная нужна, ответственное знание или, на худой конец, – твердая вера. Я же гомо сапиенс, как-никак… – Сапиенс ты, дорогой, только до тех пор, пока твое гомо дышать соглашается. А ежели дышать не будешь, ежели кислород в разум по причине стыда, обиды или какого иного предубеждения не пустишь, – то и сапиенс твой придет в негодность, а не только желудок и печень. Давай снова попробуем, только без лишних страхов и упреков… Вот что сейчас чувствуешь? А хочешь чего?..
____________
   Время от времени отдельный человек прибегал к доктору для того, чтобы вручить ему ответственность за свою жизнь. Видимо, отдельный человек уже изрядно надорвался и поранился, присваивая себе других, и теперь уже хотел сам кому-то принадлежать.
   – Доктор, что со мной будет? – Не знаю.
   – Но это же вам должно быть интересно! – Не должно.
   – А со мной вам вообще интересно? – Не всегда. Сейчас – нет.
   – Тогда, наверное, всё без толку…
   – Подожди. Ты кому планируешь быть нужнее: мне – или себе самому?
   – Себе, наверное… Но тогда что я тут делаю? И что вы мне можете дать?.. И вообще – кто вы мне такой?
   – А вот теперь – да. – Что – да?
   – Теперь мне с тобой интересно. Итак, что ты тут делаешь, и кто я тебе?..
____________
   Пришли к доктору два брата. Почти близнецы, но не совсем. Оба весьма приятной наружности, отличные костюмы, тонко подобранные шейные платки, ремень с туфлями идеально гармонирует, аккуратный цвет лица, усы подстриженные, глаза выразительные … Только у одного выразительно веселые, а у другого выразительно печальные.
   – В чем дело? – задумчиво спросил доктор, понимая, что так он не будет выглядеть никогда. – Одному как будто везет, а другому как будто нет?
   – Брату везет. А мне – нет. Хотя мы, в сущности, одинаковые. – Видимо, не совсем… Вот ты зачем всё это с собой делаешь? – Я это делаю, чтобы понравиться женщинам, – ответил печальный.
   – А ты зачем это делаешь? – спросил доктор у другого. – А я это делаю, потому что мне нравятся женщины!..
   – Правда же, я могу ничего не пояснять? – на всякий случай уточнил доктор.
____________
   Требовательный, серьезный, но несколько обидчивый тип десяти с половиной лет любил беседовать с доктором о пиратах, ихтиозаврах и космических путешествиях. Он очень уважал мнение доктора, возможно потому, что редко разрешал ему говорить. Зато они много вместе рисовали, чертили схемы и графики, а также разыгрывали сценки из жизни пиратов, ихтиозавров, межпланетных путешественников и иных космических тел.
   Сам он к доктору приходить не мог, его приводила мама. Немножко по настоянию бабушки и, в основном, – вместо себя.
   – Скажите доктор, – спрашивала она, тревожно глядя в неведомую даль, – он нормальный?
   – Ну, как вам сказать, – осторожно подбирал слова доктор, – безусловно. Если только не считать нормальными исключительно людей малозаметных и удобных в быту, с компактными мозгами и характером. Сверстники смогут понять и признать его классу к десятому, когда поумнеют и тоже начнут читать. Примерно тогда же и они станут ему интересны…
   Бабушку вашу он уже готов беречь от лишней информации. А вот вас – нет. Поскольку доверяет… Будете это ценить – или будете продолжать соперничать с бабушкой?..
   Кризисы доктор уважал. Но только не массовые, а индивидуально-человеческие. Означали они одно из двух: либо человек сопротивлялся какой-то своей беде и болезни, либо отказывался дальше игнорировать тот факт, что он в беде или болен.
   Однако переживавший кризис индивид уважение это, как правило, не разделял. Поскольку всем своим экзистансом безраздельно отдавался томительному ощущению катастрофы и бесформенного хаоса.
   – Кризис… кризис, – в отчаянии повторял он. – Куда бежать, что делать… – Ну да, кризис, – соглашался доктор. – Поздравляю. Мудрое решение организма, способ выхода из болезни. Луч ше, конечно, к здоровью, но можно и наоборот… Как распорядишься… Но уж раз ты здесь, и говоришь обо всем этом мне, а не своей предсмертной записке, то, пожалуй, можно предположить, что ты еще кого-то или что-то любишь. И у тебя еще осталась надежда и кое-какие силы для этого. Так не томи, рассказывай, что еще возможно любить и на что надеяться в этой странной жизни… Тем более – у тебя кризис, а значит бежать, собственно, никуда не нужно. Поскольку пока что некуда…
____________
   Как-то раз в больших сомнениях к доктору пришла девушка. Она и раньше, как правило, сомневалась, но теперь ее сомнения достигли гигантских размеров. Ее молодой че ловек предложил скрепить их отношения узами брака. И девушка не смогла ничего ответить, поскольку это предложение ее привлекало в точно такой же степени, в какой и отталкивало.
   – Мне иногда кажется, что вот я выйду за него, рожу детей…
   А потом встречу другого человека и пойму, что люблю именно его, – а всё, уже поздно, поезд уехал… – Тебе только это кажется?
   – В том-то и дело, что нет! Еще мне кажется, что я ему откажу, а потом пройдут годы, и я так больше никого и не встречу, – и пойму, что именно это был мой шанс, мой единственный мужчина, – а всё, уже поздно… Я не вижу, где выход… – Ясное дело. Для того чтобы увидеть, где выход – нужно сначала увидеть, где вход.
   – А где тут вход?
   – Ну, смотри. Тебе практически все равно, какое решение сейчас принять. Что бы ты ни решила, – ты пожалеешь об этом в любом случае. К парню твоему это не имеет никакого отношения, только к тебе… Остается выбрать, о чем ты предпочитаешь жалеть… Только никак не в будущем, а именно сейчас…
____________
   Была еще одна девушка, которая не сомневалась ни в чем. Знала всё точно и видела, в основном, насквозь. Излишний опыт не мешал ей владеть истиной во всей её возможной полноте…
   К доктору она приходила за подтверждением своей исключительности, а также чтобы осчастливить его. Девушке было совершенно ясно, что именно её доктор любит глубокой тайной страстью, и она чувствовала себя обязанной как-то о нём позаботиться… Доктор же все эти идеи и поползновения системно фрустрировал, а попросту говоря – был немного вял.
   – Я не ждала, что вы такой осторожный, закрытый, и даже местами пугливый. Я так стремилась к вам, так надеялась на взаимопонимание и близость… А сейчас мы на грани разрыва, – разочарованно упрекала его девушка.
   – А по-моему мы сейчас на грани знакомства. Только без иллюзий и уверенного ясновидения. Потому что знакомство в стиле иллюзий и уверенного ясновидения обеспечивает расставание в стиле проклятий и обид, – осторожно будил ее доктор.
   Удручая самого себя собственным удручением, к доктору ходил печальный юноша с глубокой клинической убежденностью в собственном одиночестве. Он так надежно умудрился законопатить свое пространство, что куда бы он ни попал и кто бы там ни находился – всё равно никто в итоге не попадался и не находился. И он никак не мог обнаружить вокруг себя какую-либо одушевленную субстанцию, хотя бы немного доступную органам чувств.
   – А самое странное и ужасное, – говорил юноша отдалённым тихим голосом, – что мне никто и не нужен… – Это правда, – соглашался доктор, – мало кому нужен никто. Мне вот никто – вообще ни к чему… Да что там, можно смело утверждать – никому не нужен никто… Другое дело – кто-то… Но чтобы никто стал кем-то, нужно разрешить себе то ли прибавить любопытства, то ли убавить осторожности и нечеловеческого величия…
____________
   Случалось доктору бывать на ярмарках у коллег, работающих с запредельными энергиями на сверхчеловеческом уровне. Тут он соблюдал осторожность, не пил и от подарков, в основном, берегся. Как-то раз встретился ему коллега шаман.
   – Продаю ясновидение и интуицию! Интуицию продаю! – Мужскую или женскую?
   – Интуиция бесполая! – укоризненно и почему-то немного обидевшись сказал шаман.
   – Ну, и куда она такая?.. Нет уж, бесполую не берем, – решительно заявил доктор и для убедительности покачал головой.
   А с экстрасенсом доктор встречался два раза в неделю. Этот экстрасенс ценой нанесенных и перенесенных травм получил особый дар, и теперь хотел что-то еще дополучить. А точнее, от чего-то избавиться – то ли от травм, то ли от дара.
   Экстрасенс говорил:
   – Ну и что? Ну и что мне с этим делать? Они все в восхищении, а я… Вот в цирке выступать зовут…
   А доктор тоже говорил:
   – Конечно, они в восхищении. И я в восхищении. Все люди видят, допустим, на пять сантиметров. Ты видишь метра на полтора. Другие не просто так не умеют – они даже представить себе такого не могут. Полтора метра – это же ого! Правда, ближайшая достопримечательность километров за двадцать отсюда, не меньше… И ты, похоже, про это догадываешься… Так что живи не скорбя, и восхищаться тобою не мешай. А заработанные деньги трать с достоинством. Нострадамусу – привет.
____________
   Приходила женщина. У женщины был всего лишь один, но очень существенный недостаток: она была без недостатков. Умна, деликатна, вообще не капризна. Могла всё понять и примерно столько же простить. Помощь принимала крайне редко, да и то лишь для того, чтобы как-то порадовать помогающего. Мужчины ее замечали с устойчивой регулярностью, но рядом надолго не задерживались. Исчезали в смутных чувствах, словно их сносило потоком с идеально гладкой поверхности.
   И женщина приходила к доктору, чтобы всесторонне обсудить этот феномен.
   – Когда он ушел, я не расстроилась. Я ему очень благодарна за искренность. Он хороший человек, и он имеет право… Нет, я не расстроилась, но просто еще сильнее заинтересовалась: что именно я делаю не так?.. Что?.. Вот вы знаете?
   – Боюсь, что знаю, – отвечал доктор. – Рядом с таким неуязвимым и уравновешенным человеком прочие живые люди чувствуют свою гнетущую ненужность. Если тебя вообще никак нельзя задеть, то в итоге только этого с тобой и хочется…
   Они же не догадываются, что ты просто путаешь сюжеты, когда уместно расстраиваться, а когда интересоваться…
____________
   Приходил мужчина и приносил с собою свои анализы. Хотя это еще спорный вопрос, кто из них кого приносил. Анализы неумолимо свидетельствовали о том, что мужчина живет ярко, насыщенно, и его тело за ним просто не поспевает. А потому вступает в конфликт с его жизненными планами.
   И вот его тело сильно скучало в кабинете у доктора, а сознание, захваченное вихрем недобрых предчувствий, словно мальчик Кай каретой Снежной королевы, уже было безнадежно далеко, и откуда-то оттуда горестно взывало о помощи.
   – Как же я тебе там помогу, – огорчался доктор. – Ты заполняешь собою будущее. Но там, кроме тебя, пока никого нет. И помочь тебе там некому, и поговорить там не с кем… Другое дело, если бы ты отважился заполнить собою настоящее. Это, конечно, требует некоторых усилий. Зато в настоящем ты точно не пропадешь. Люди пропадают лишь тогда, когда отрываются от настоящего, и либо тонут в прошлом, либо проваливаются в будущее… Так что возвращайся сюда подобру-поздорову, пока ты там себе еще не всё отморозил своими страхами…
____________
   Человеку творческому всегда было нелегко вдвойне. Только наладишь отношения с людьми и окружающим пространством – творчество куда-то пропадает. Только разберешься с творчеством – а уже почти весь мир то ли ушел, то ли против тебя. И не только близкие люди, но и люди средней дальности…
   – Как-то мне хуже всех, – жаловался творческий человек. – Может, я каких-нибудь законов психологических не знаю? И поэтому их нарушаю, и мир наказывает меня… Так расскажите же мне эти важные законы немедленно!.. Или дайте, где почитать… – Что, струсил? – участливо спрашивал доктор. – Или забыл, что знание законов не освобождает от незаживающих потерь и неуместных приобретений? Зато вселяет коварную уверенность в место, предназначенное для доверия и надежды… Так где копать будем – там, где у тебя сейчас нет ни формы любви, ни формы звучания?.. Или там, где залежи слабительного, сно – творного, а также научных правил избегания и подмены жизни?..
____________
   Случалось, что после человека, в принципе недовольного жизнью, к доктору приходил человек, конкретно недовольный своими родственниками. При этом про родственников доктор понимал лучше, чем про самого человека, недовольного ими.
   Родственники человека в его рассказах представали во всем богатстве и многоцветии своих ярких, выпуклых, эгоистичных индивидуальностей, невзирая на их физическое отсутствие в кабинете. В то время как сам физически наличный человек был исключительно неопределенным, безвидным и пустым, словно земля до разделения света и тьмы.
   – Они меня используют, – возмущался человек. – И так используют, и эдак… Буквально как хотят – так и используют…
   Ну разве так можно?..
   – Да-да… А ведь только так и можно, – по-своему поддерживал его доктор. – Сначала нужно хотеть, и только потом получается использовать. Это неверно, что все всех используют: в действительности, используют только те, кому посчастливилось хотеть… Родственникам твоим посчастливилось: они хотят, в том числе и тебя. Завидно, конечно… Но если выпутаешься из зависти и позволишь себе хотеть – люди тоже станут тебе полезны, а не как сейчас… И, возможно, увидишь, что это хорошо…
____________
   Бывший министр, владелец завода и двух небольших партий, приходил к доктору жаловаться. Но у него не получалось. Потребность жаловаться у него была огромная, однако практически делать этого он не мог.
   Получалось примерно вот что:
   – Мне после Цюриха нужно было срочно лететь в Лондон на переговоры, оттуда вылет задержали из-за пресс-конференции премьер-министра, я понял, что у меня график рушится, пришлось просить подать машину прямо к трапу, так что последний раз я ел вчера утром в Кроненхалле… Вы мне сочувствуете?
   Доктор:
   – Не в силах. По моим ощущениям, я отстал еще в Лондоне, и сейчас объясняю слетевшимся журналистам, как я горжусь нашим знакомством.
   Б. министр:
   – Но я действительно выматываюсь от такого темпа! Ну и что из того, что у меня все успешно – у меня даже нет времени этому порадоваться, потому что единственное, что я успеваю – это успевать! У меня каждый день расписан по минутам. Одни проекты, другие проекты. Встречи, совещания, переговоры, мозговые штурмы…
   А доктор:
   – Кто много ест – тому и в туалет чаще бегать. Трудоголизм – это ж никакая не болезнь и не подвиг, это чистая физиология. Иначе – разорвет. Откажись от пары-тройки блюд – реже бегать будешь. Может, оно и понравится…
   А может и наоборот – жаловаться наконец-то начнешь понастоящему…
   – Доктор, они все умерли! – Кто?
   – Волосы у меня на голове! – и мужчина, энергично страдая, указал на свою голову. – Мне тревожно и плохо! Их уже нет… – Дайте-ка я гляну… Ну да, там действительно никого нет… – Что же делать, доктор? – Будем хоронить. – Кого?
   – Волосы покойные… Родственники у них имеются? – Вы надо мной смеетесь?
   – Ну что вы! Я со всей серьезностью. Если бы у вас волосы выпали – мы бы разбирались, как и зачем жить лысому мужчине. Как теперь ухаживать за кожей лица… и там, сверху лица…
   А вот если ваши волосы умерли – что ж, их, видимо, следует хоронить. Отпевать и оплакивать…
____________
   – Пусть он что-то решает в конце концов!
   – А вот вы сейчас о ком говорите? – осторожно спросил доктор у слегка миловидной и весьма возбужденной женщины, которую он видел впервые.
   – О своем муже, о ком же еще, – удивленно ответила женщина, решив не тратить время на прояснение такой досадной непонятливости.
   – Здравствуйте, – искренне поприветствовал ее доктор, отметая наиболее тревожные свои предположения. – А каких решений вы от него ожидаете?
   – Да уж каких-нибудь! – голос женщины вновь выдавал самые высокие формы возмущения. – Он уже третий месяц не ночует дома. Я хочу, чтобы он, наконец, принял решение… – Третий месяц?
   – Третий месяц!
   – Ну, тогда у меня для вас есть важная новость… не знаю, обрадую или огорчу… в общем, он уже принял решение. Это решение: не ночевать дома… И теперь никто другой, особенно он, не сможет принять за вас других, – то есть ваших собственных решений… Это, правда, возмутительная необходимость. Но неизбежная.
____________
   Когда доктора пригласили к известному профессору, он был, конечно, горд собою и откровенно доволен. Однако, увидев профессора, расстроился, и о суетном уже не думал. Голова у профессора еле держалась на одном шурупе, все остальные части организма находились в совершеннейшем расстройстве и несогласии друг с другом.
   При этом профессор старался неприятного не замечать, вид хранил важный и ободряюще кивал доктору.
   – Я всё отлично могу объяснить!.. – А жить можешь?
   – Жить не могу… Но объяснить могу всё.
   – Всё не нужно, не запомню. Где тут у вас руки моют? И ключ девять на двенадцать нам тоже понадобится.
____________
   Иногда люди приходили вдвоем. Не потому, что им некуда было пойти, – а потому, что им нужен был третий. И не для того, о чем иногда в таких случаях мечтал доктор, а чтобы перевести им то, что они не слишком успешно пытались сказать друг другу. Доктор с нежностью относился к этим романтичным перфомансам в старовавилонском стиле.
   – С этим я никогда не смогу смириться, и простить никогда не смогу! – звучали высокие ноты.
   – Она говорит, что она сейчас немного растеряна и расстроена, – расшифровывал сообщение доктор.
   – Ну, знаешь, тогда делай что угодно, мне все равно, – следовал встречный текст.
   – Он смущен, и не очень понимает, что ему делать, – подтверждал доктор…
   Тот из двоих, у кого заканчивались патроны, обычно поворачивался к доктору.
   – Я так не могу! Какая может быть близость, когда задеты принципы! Как можно быть с человеком, который неправ?.. если человек неправ – с ним нужно расставаться без сомнений, как бы тяжело это ни было… – И я тоже так делаю, когда хочу страдать, – вздыхая, признавался доктор. – А если я на самом деле хочу расстаться, то я тогда не думаю о том, кто неправ… А если я хочу ругаться и скандалить, то важнее того человека, с кем я хочу это делать, у меня вообще нет… Просто это необходимые, увлекательные, но совершенно различные занятия – страдать, скандалить и расставаться…
____________
   Поздними вечерами доктора радовал своей прямотой и искренностью невысокий плотный господин в костюме металлического оттенка, который он иногда менял на бетонного цвета свитер.
   А знакомство их проистекло следующим образом.
   – Слушай сюда, Айболит. Я реально в тупике. Ем плохо, сплю плохо, жену – только ревновать могу… Тебя не знаю, и еще бы сто лет не знал. Не верю ни на копейку, и морда у тебя хитрая. Но ходить я к тебе буду. Что скажешь, анализатор?
   – В детстве у меня был друг, который заикался и шепелявил, – отвечал доктор, который впал в несколько сентиментальное настроение и с удовольствием вспоминал свою жизнь. – Для меня это был очень неприятный дефект его речи, так как я не всегда мог понять, чего он от меня хочет. Ему это тоже мешало, хотя он полагал, что виноват дефект моего слуха… Но в итоге мы сблизились, когда оказалось, что он великолепно умеет шевелить уша ми, а я знаю много неприличных анекдотов…
   – Я пока ничего не понял.
   – Форма твоего общения мне неприятна. Поэтому я отношусь к тебе как к человеку с дефектом речи. Хотя, в сущности, мне мешает понимать тебя дефект моего самолюбия…Так что по дефектам у нас пока ничья, один-один. И это поможет нам меньше бояться друг друга…
____________
   Приходили к доктору публичные люди. Публичные мужчины и женщины. По мнению доктора, их работа состояла в том, что они публично выражали свои тайные соблазны в мыслях и желаниях, – а все остальные люди платили им деньги за то, чтобы они успокоились и не настаивали на безусловном осуществлении оных.
   С одним таким своим собеседником доктор доверительно поделился этим предположением.
   – Доктор, вы сумасшедший!
   – Что ж, это вполне возможно… Только не заставляйте меня с этим обязательно соглашаться, даже путем голосования. А то мне рассказывали, что навязывающий свое мнение другим – уж точно сумасшедший. И тогда мы можем перестать различать друг друга…
____________
   Изрядное время доктор проводил в поезде. Чтобы сэкономить на прыжках и падениях, он старался проводить это время на нижней полке купе. И тогда кому-то с некоторой безысходностью оставалась лишь верхняя полка. Особенно если доктор был со своим коллегой, который тоже любил внизу.
   Однажды этим «кто-то» оказалась миловидная женщина, путешествующая с молодым человеком. Молодой человек был достаточно заботливым. Отправив свою спутницу погулять, он обратился к доктору:
   – Мужик, я тебя очень прошу, вот тебе пятьдесят рублей, – поменяйся с моей полками. А то она дергается… Я там все кассы облазил, к начальнику ходил – нигде не было нижней… Ты извини, деньги возьми, я тебя очень прошу.
   Доктор подумал немного, взял деньги и переместился на верхнюю полку. Довольный молодой человек пошел курить и пить пиво.
   Коллега доктора не был доволен, он недоумевал.
   – Что ты делаешь? Зачем ты взял эти жалкие деньги? Ты что, не можешь сделать доброе дело просто так, из благородства и великодушия?
   – Но меня не просили о благородстве и великодушии, меня просили уступить по сходной цене. И сейчас он в своих глазах и глазах своей дамы герой. Было почти невозможно, – но он добыл ей комфорт. Добыл и оплатил, а не я ему подарил. И они счастливы, и я книжку читаю. И ни с кем не конкурирую своим благородством.
   – Но теперь этот парень будет думать, что ты жлоб!
   – Да… Если ему наскучит его дама – тогда он будет думать обо мне. Будет думать, что я жлоб. Но пока у них всё хорошо и она его живо интересует – моя репутация в безопасности.
____________
   Учеников своих доктор любил. Поэтому старался им не мешать и заботой особо не портил. Лозунгами и предписаниями также не искушал, но на вопросы отвечал всей душой. То есть из не очень вразумительного места.
   Некоторые ученики пытались ему помочь. Доктор был к этому чуток.
   – Это несложно: нужны ясные и конкретные приемы, или примеры, – пробовал правильно сориентировать его ученик. – Чтобы не только все понимать, но и кое-что уметь. Особенно такое, что другие не умеют. Если есть у вас – выкладывайте!
   – Ну конечно есть, – радовался вопросу доктор. – Конечно. Причем именно такое, что другие не умеют… Вот вчера, например, пошел я на рынок и купил карася…
   – Угу, карася, – проникался идеей ученик, готовясь ко встрече с сокровенным.
   – Принес его домой, стою над ним и осознаю: зачем я его купил? Зачем он мне? Что хорошего я жду от него?..
   – Так, так, понимаю, – повторял ученик с видимыми признаками приближающегося просветления.
   – И пока я осознавал, – вел свою линию доктор, – карась выскользнул у меня из рук, упал… я инстинктивно – за ним, наступил на него, поскользнулся, тоже упал… И карась уже после этого никакой, и я… И вот мы, такие разные до этой встречи, теперь выглядим одинаково несвежими…
   – Это намек, – догадывался ученик.
   – Еще нет. Но вот ты – ты кому-нибудь из нас уже сочувствуешь?
   – Нет…
   – Радуешься? – Нет вроде…
   – А что, злишься? – Тоже нет…
   – Ну, тогда я пойду за вторым карасем, – теперь уже намекал доктор. Иногда этого хватало.
____________
   Принимать различные экзамены доктора старались не приглашать. И справедливо. Принимать различные экзамены доктор совершенно не умел.
   Он довольно скептично относился к правильным ответам, не выражал по их поводу формального одобрения, и в ведомостях отмечал таковые не плюсиком, а знаком вопроса. При этом искренне радовался ответам неправильным и странным. Говорил, что в эти моменты испытывает счастье удивления и своей нужности. Любой экзамен доктор норовил перевести во встречу и беседу, а если экзаменуемые не знали этих слов – то в лекцию. Оценки же ставил исключительно хорошие и очень хорошие.
   – Так не годится, – втолковывали ему. – И что здесь сложного? Вы просто должны дать им стандартное задание, а потом оценить людей так, как они того заслуживают. И дело с концом… – Оценить людей так, как они того заслуживают? Помилуйте, это еще более бесчеловечно, чем давать стандартные задания. Нет уж, увольте…
   И его обычно увольняли.
____________
   Доктор не всегда был доктором. Когда-то он был ангелом, которого зачем-то сунули на землю, не сообщив точно – зачем. Возможно, для того, чтобы он маялся, потому что он маялся.
   Он последовательно перепробовал самые различные виды деятельности. Потом, еще более последовательно, – различные виды бездействия… Деньги, власть, общественное признание, острые ощущения и модные стили, увлеченность какой-нибудь сверхценной идеей, – всё это было бы таким заманчивым, если бы только он хуже видел, меньше понимал и реже думал… Единственное, что его действительно вдохновляло – это были любовь и свобода. Но их, как правило, никогда не было. А когда они всё-таки появлялись, то отказывались уживаться друг с другом и предлагали выбирать между ними…
   …и тогда он позволил одному человеку быть своим учителем, и сказал ему:
   – Я умею делать многое, но я не чувствую любви и желания к тому, что умею. У меня есть несколько близких людей, но это делает меня еще менее счастливым: одни из них не так близко, как хочется, а другие – не так далеко. Осмысленные вещи мне кажутся безвкусными, а вкусное чаще всего не имеет смысла…
   Назови мне хоть одну надежную причину для жизни, за которую я бы смог здесь зацепиться.
   И учитель ответил:
   – Надежных причин я не знаю. Зато очень радуюсь ненадежным. Вот, например, ты: понятия не имею, как ты меня встретил, но с тобой мне определенно лучше, чем без тебя…
   И теперь у нас есть какое-то время, чтобы разговаривать друг с другом о том, о чем было бы безумием не разговаривать… И интересоваться тем, чем тянет интересоваться. Это пойдет? – Это пойдет.
   Вот так доктор и стал доктором. Никакой другой причины он так и не нашел. Ищет до сих пор – но только в свободное от работы время.
____________

Психо-терапевтический словарь практика
на все буквы

   Адаптация – добровольное согласие организма на то, чтобы получать из внешней среды всё недостающее и выделять в неё всё избыточное.
   Альтруизм – способ обслуживания своих потребностей, заключающихся в обслуживании потребностей других людей и иных внешних феноменов.
   Апатия – виноватое, мстительное или стыдливое нежелание организма испытывать живые чувства, влечения и отвращения.
   Близость – форма отношений, основанная на взаимной чувственной импровизации, не обусловленной контрактно- договорным регламентом.
   Болезнь – один из способов избегания организмом адаптации и успешного конфликта со средой путем перевода конфликта внутрь себя.
   Боль – субъективное мнение тела об отношении к нему со стороны жизни. А также способ, которым тело сообщает сознанию о своих потребностях в доступной сознанию форме.
   Боль душевная – попытка сознания говорить с телом на его языке.
   Вина – общее название для двух различных феноменов, которыми являются:
   • реальная виновность;
   • чувство вины.
   Виновность предполагает процедуры признания, соглашения и искупления. А чувство вины – это отделенное от реальной ситуации эмоционально-ментальное переживание, предписывающее человеку болеть, саморазрушаться и утрачивать волю.
   Влечение – способность организма распознавать и определять во внешней среде процесс или объект, в достаточной мере подходящий для удовлетворения какой-либо своей потребности.
   Воля – способность организма осознавать свои потребности и открыто признавать их именно своими.
   Гиперпроекция – ощущение или фантазия, что весь мир ждет от меня того, чего я и сам хочу, но боюсь, стыжусь или еще как-то не решаюсь.
   Граница контакта – любое место, которым я способен чувствовать другого человека и прочие феномены окружающей среды.
   Диагноз – способ описания живого органического процесса, дающий формальные основания для терапии.
   Доброжелательность – искренний интерес к тому, что именно для данного конкретного человека в данный момент является добром.
   Доверие базовое – способность просто обнаруживать свои желания и фантазии, не настаивая на безусловном исполнении оных.
   Договор – форма отношений, предусматривающая регламентацию процедур обмена потребностями.
   Единственность – представление о том, что все другие люди созданы для того, чтобы радовать, удивлять, злить и всяческими иными способами обслуживать чувства, потребности и ожидания обладателя данного представления.
   Жизнь – способ выстраивания отношений с миром, теоретически и практически поддерживаемый терапией.
   Зависимость – превращение живой потребности в мертвую фиксацию.
   Здоровье – осознанное согласие человека на творческую и доброжелательную конфронтацию собственных потребностей и ресурсов с внешней средой.
   Идентичность – способность организма произвольно выбирать определенную форму и осуществлять определенную роль, позволяющую совершать результативные действия.
   Интеллект – нравственный поступок организма, выбирающего сложный, но достойный путь осмысленной жизни.
   Интеллектуализация – защитная реакция организма на внутреннюю или внешнюю блокировку способности к действию.
   Интроекция – подмена себя объектами и событиями внешней среды, их опытом и правилами. А также замена собственных желаний ожиданиями окружающих.
   Использование – способ удовлетворения своих потребностей, не обусловленный обязательным наличием отношений.
   Конкуренция – форма отношений, обеспечивающая для ее участников процесс развития в осознанно либо неосознанно выбранном ими направлении.
   Кризис – сложный, временами тягостный акт встречи организма со своей потребностью, характеризуемый следующими возможными переживаниями:
   • я не знаю, чего я хочу;
   • то, чего я хочу, в мире не существует, это вообще невозможно;
   • я не могу себе позволить сделать то, что хочу;
   • я хочу одновременно двух и более различных вещей.
   Лень – попытка организма убедить сознание не делать:
   • то, что от меня хотят другие;
   • то, что я еще сам не успел захотеть в достаточной степени;
   • то, что я уже хочу в достаточной степени, но боюсь не смочь;
   • то, что я уже хочу в достаточной степени, если рядом с этим есть то, что я хочу существенно больше.
   Любовь – форма отношений, обеспечивающая максимальную безопасность для участников.
   Манипуляция – способность реализовывать свои желания не только своими ресурсами.
   Нарциссизм – личностная акцентуация, направляющая все интересы и влечения человека в конкуренцию с самим собой за достижение безупречно идеальных и величественных результатов.
   Невротизм – личностная акцентуация, превращающая отношения любви, приязни и близости из средства реализации определенных потребностей в безусловную сверхценность и самоцель.
   Ничего не происходит – заблуждение органов чувств, которое означает, что происходит не то, чего я хочу.
   Норма – законспирированная форма личной позиции, выбранной из следующих вариантов:
   • я так хочу;
   • я так думаю;
   • я боюсь или не умею по-другому.
   Обсессия – вызванный чувством утраты или чувством вины отказ от собственной воли и творчества. Оплачивается избеганием конфликтов и уходом от ответственности.
   Одиночество – ощущается и осознается только тогда, когда вокруг меня достаточно много людей… При этом ни у кого из них нет того, что нужно мне, – и никому из них не нужно то, что есть у меня.
   Ожидания – потребности, избегающие реального опыта встречи с внешней средой.
   Ответственность человеческая – способность самостоятельно принимать решения в отношении своих чувств. А также способность обеспечивать собственными или легально полученными ресурсами свои желания.
   Ответственность нечеловеческая – способность старательно выполнять то, чего от меня хотят другие, не отвлекаясь на выяснение вопроса, зачем мне, собственно, это нужно.
   Отношения – способ удовлетворения своих потребностей, основанный на взаимном обмене желаниями либо договорами.
   Отчаяние – последний козырь организма в борьбе с неизбежностью перемен.
   Потребность – естественный феномен, принципиально отличающий живые процессы и объекты от неживых.
   Причина – упрощенное и несколько мифологизированное представление о связи и смысле феноменов в некотором процессе.
   Проекция – обнаружение себя через внешние объекты, которым я приписываю свои желания.
   Просветление – осознавание отсутствия необходимости в просветлении.
   Психоз – безответственное сверхценное просветление, не разделяемое другими людьми и отделяющее меня от них.
   Развитие – итог успешной, но кратковременной договоренности между организмом и окружающей средой.
   Ревность – древний проективный стыд по поводу собственного бессилия и отмены своей исключительности. А также ужас, что враг проникнет в мое жилище и выведает тайны, поскольку мой близкий человек уже не принадлежит мне.
   Самоубийство – крайнее проявление патологически болезненного жизнелюбия. Отчаянно-нетерпеливый приговор действительности, вынесенный и приведенный в исполнение страхом, обидой или стыдом.
   Свобода – жизненное пространство, заполненное исключительно тем, чего хочу я сам.
   Секс – интегральная форма контакта, в котором реализуются сразу три фундаментальные потребности: потребность в отношениях, потребность в чувствах и потребность в массаже. Или любые две из них. Или какая-нибудь одна…
   Симптом – соматическая проекция моих потребностей, чувств и событий.
   Слабость – отсутствие способности совершать действия в соответствии со своими потребностями и желаниями.
   Соблазнение – способ удовлетворения своих потребностей, избегая обсуждения вопросов про условия и ответственность. Часто реализуется в форме убегания со скоростью меньшей, чем скорость догоняющего.
   Стыд – интроективное либо проективное прерывание возбуждения, влечения, агрессии или гордости. Происходит путем отождествления себя со своими ресурсами и продуктами, а также путем отказа признать свои желания и действия несовершенными, но достаточно приемлемыми.
   Творчество – поиск и создание формы для чувств, желаний, идей и прочих разновидностей человеческого возбуждения. Любое творчество терапевтично: какую бы форму я не создавал – я создаю (или воссоздаю) форму самого себя.
   Терапевт – плотная поверхность другой температуры, на которой может конденсироваться и стать виден бессознательный пар клиента.
   Терапия – способ прояснения отношений с миром, приводящий при благоприятном развитии к увеличению свободы в отношениях с миром, а при неблагоприятном развитии – к ее уменьшению.
   Тоска – признак наличия чувств при отсутствии соответствующих им отношений.
   Травма – отторгаемое организмом содержание некоторого процесса, коммуникации или события. Незаживающий источник энергии.
   Тревога – сигнал обнаружения потребности без ее распознавания.
   Унижение – форма агрессии, позволяющая с большей выгодой и удобством для себя использовать объект агрессии.
   Усталость – эмоциональный феномен, означающий, в большинстве случаев, одно из двух:
   • мои действия не основаны на моей реальной потребности и не подпитываются соответствующим возбуждением;
   • я трачу свои ресурсы не на реализацию своего возбуждения, а на его подавление.
   В иных случаях я могу встретиться с отсутствием сил, но не с усталостью.
   Феномен – событие, процесс или объект, существование которого не зависит от чьего бы то ни было к нему отношения, или мнения по его поводу.
   Форма – способ, позволяющий попытаться использовать определенный ресурс по отношению к определенной потребности.
   Характер – достаточно стабильный для данного организма набор предпочитаемых форм восприятия, переживания и действия.
   Цель – доступное сознанию отражение потребности, размещаемое им во внешней среде.
   Чувство – доступная сознанию и проживаемая телом информация о наличии у организма некоторой потребности.
   Шизоидность – личностная акцентуация, сводящая содержание и смысл жизни к достижению максимальной без опасности, обеспечиваемой заменой самой жизни на непробиваемый свод законов, правил, успокоительных и спасительных ритуалов.
   Щекотка – любая попытка добиться любви и близости, не задействуя мозг.
   Эгоизм – труднообъяснимое с точки зрения заинтересованного наблюдателя явление, при котором некоторые люди или группы людей любят себя больше, чем данного наблюдателя.
   Экстаз духовный – это когда мужчина медленно входит в море, и плывет, и испытывает к морю чувства нежности и восторга, хотя в нем, по крайней мере в зоне ближайшей видимости, нет женщин.
   Экстаз физический – то же самое, но только, как правило, без моря и с женщиной.
   Юмор – форма агрессии, направленная на установление более близких отношений с объектом агрессии.
   Ярость – форма агрессии, вызванная серьезной дезориентацией в отношении объекта агрессии и своих потребностей, возможно связанных с ним.
   Ятрогения – травматический болезненный опыт и процесс, требующий врачебного вмешательства, единственным основанием для которого стало предыдущее врачебное вмешательство.
   Я – читатель этих строк исключительно для читателя этих строк.
____________

Любовь как потребность и форма отношений
трактат в трех действиях

Действие первое:
Возникновение любви
   Ответ, возможно, будет звучать несколько категорично, но я уве рен, что другой и не бывает. Любовь возникает именно с первого взгляда. Но только это не взгляд на какого-то другого человека, – это взгляд вовнутрь, взгляд в себя. Просто он чаще всего остается незамеченным.
   Возникновение любви является откликом на некоторую потребность, и первоначально проявляется она в виде чувств. Сама потребность не очевидна, она скрыта в глубине бессознательного, и с сознанием ее связывают именно чув ства. Чувства – это язык, на котором мое бессознательное разговаривает со мной, посылает сообщения моему сознанию. Вообще говоря, все мои чувства, влечения, поступки, формы и способы поведения являются проявлением какой-то моей потребности. Хорошо, когда собственно моей, да к тому же верно воспринятой моим сознанием. Хуже – когда они как бы индуцированы потребностями других людей, или когда моя потребность оказывается неверно расшифрованной. В этом случае мои чувства и действия оказываются в конфликте с моей потребностью, и я расплачиваюсь за это тревогой, болезнями и печально известным субъективным переживанием, которое именуется несчастьем…
   Если в бытовой повседневности можно представить себе великое разнообразие потребностей, то с точки зрения человеческой психологии имеет смысл говорить о трех базовых потребностях:
   • Потребность в безопасности и самосохранении.
   

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →