Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Элис, третий по величине город Северной территории Австралии, когда-то назывался Стюарт.

Еще   [X]

 0 

Лермонтов и Москва. Над Москвой великой, златоглавою (Блюмин Георгий)

Михаил Юрьевич Лермонтов прожил краткую земную жизнь – всего 26 лет, при этом обессмертив свое имя великими творениями. В данной книге автор излагает факты и гипотезы, связанные с родиной гениального юноши – Москвой. Из книги читатель впервые узнает не только биографические подробности, но и многочисленные отражения, которые нашла древняя столица России в творчестве М.Ю. Лермонтова.

Год издания: 2014

Цена: 199.9 руб.



С книгой «Лермонтов и Москва. Над Москвой великой, златоглавою» также читают:

Предпросмотр книги «Лермонтов и Москва. Над Москвой великой, златоглавою»

Лермонтов и Москва. Над Москвой великой, златоглавою

   Михаил Юрьевич Лермонтов прожил краткую земную жизнь – всего 26 лет, при этом обессмертив свое имя великими творениями. В данной книге автор излагает факты и гипотезы, связанные с родиной гениального юноши – Москвой. Из книги читатель впервые узнает не только биографические подробности, но и многочисленные отражения, которые нашла древняя столица России в творчестве М.Ю. Лермонтова.


Георгий Зиновьевич Блюмин Лермонтов и Москва. Над Москвой великой, златоглавою

Пролог

Куда теперь нам ехать из Кремля?
Ворот ведь много, велика земля!

М.Ю. Лермонтов. 1836 г.
   Даты – это неизменные спутники всех людей, населяющих землю. Первую дату человек помнит всю свою жизнь, вторая остается (если остается) в памяти его потомков. Речь идет об обычных людях, которых много. Для человека необыкновенного, воистину великого, дата конечная словно бы отсутствует, определяя тем самым его бессмертие. Эта дата является особенным днем, и мы храним ее в памяти так же бережно, как если бы речь шла о самом близком нам человеке.
   Людям свойственно обозначать памятные даты годами, месяцами и днями. Цифры приобретают зачастую мистический смысл. Я знавал одного профессора, родившегося 13-го числа 13-го месяца (то есть января) 1913 года, прожившего тем не менее весьма долгую и счастливую жизнь. Год, как правило, обозначается численным рядом из четырех цифр. Так ведется в нашем календаре начиная с XI века. Причем две последние цифры имеют предательское обыкновение меняться местами при обозначении дат жизни. Я не стану здесь утомлять читателя многочисленными примерами такого рода, поскольку он и сам может в этом убедиться на примерах биографии известных людей.
   Недавно я благоговейно остановился в Санкт-Петербурге перед памятником М.Ю. Лермонтову, что на Лермонтовском проспекте, близ Балтийского вокзала. Прочитал обозначенные на граните пьедестала столь известные нам с детства названия произведений великого поэта: «Демон», «Ангел», «Бородино», «Герой нашего времени», «Песня про купца Калашникова», «Пророк», «Отчизна», «Валерик», «Мцыри», «Спор». Автор памятника – скульптор Борис Михайлович Микешин (1873–1937), сын тоже скульптора Микешина Михаила Осиповича, автора памятника «Тысячелетию России» в Великом Новгороде. Кстати, на новгородском памятнике в числе выдающихся людей России представлено изображение М.Ю. Лермонтова. Как заметил читатель, в датах жизни Б.М. Микешина – та же рокировка двух последних цифр, о чем я говорил выше.
   Хорошо еще, если эта самая рокировка обещает достаточно долгий жизненный путь. Но безмерно обидно, когда он, этот путь, страшно короткий и нет возврата к былому. Таков он, всего лишь длиною в 26 лет, для Михаила Юрьевича Лермонтова (1814–1841), великого поэта, замечательного писателя и драматурга, прекрасного художника и отважного воина.
   Юбилеи призваны продвигать вперед культуру Отечества. Надо сказать, что Лермонтову решительно не везло на юбилеи. В самом деле, столетие со дня его рождения, которое предполагалось широко отметить в 1914 году, как в России, так и во всем цивилизованном мире, пришлось на начало Первой мировой войны. Тогда памятник Лермонтову работы Микешина, заложенный еще в 1913 году, несмотря на идущие боевые действия, все же открыли 9 мая 1916 года. Другие юбилейные мероприятия отложили, как говорится, до лучших времен.
   Вскоре грянула Октябрьская революция, и уже в 1918 году в одном из первых подписанных В.И. Лениным постановлений Совнаркома «О сооружении памятников великим деятелям социализма, революции и пр.» в разделе «Писатели и поэты» имя Лермонтова названо сразу после Л.Н. Толстого и Ф.М. Достоевского. С 1918 по 1920 год вышли в свет 19 изданий сочинений М.Ю. Лермонтова с предисловием, написанным русским поэтом Серебряного века Александром Блоком.
   В начале 1941 года Совет народных комиссаров вынес постановление об открытии памятника великому поэту на его родине – в Москве. Бронзовое изваяние Лермонтова решили установить близ места его рождения у Красных ворот и выбрали проект скульптора И.Д. Бродского. На гранитных стелах, окружающих памятник, выбивали вечные слова поэта о Москве:
Москва, Москва!.. люблю тебя, как сын,
Как русский, – сильно, пламенно и нежно!
Люблю священный блеск твоих седин
И этот Кремль, зубчатый, безмятежный.
Напрасно думал чуждый властелин
С тобой, столетним русским великаном,
Померяться главою и обманом
Тебя низвергнуть. Тщетно поражал
Тебя пришлец: ты вздрогнул – он упал!

   В том памятном 1941 году, в октябре, исполнялось ровно сто лет со дня гибели поэта. Готовились издания книг Лермонтова, открывались его музеи. Но грянула Великая Отечественная война. В октябре немцы стояли под Москвой, и стихотворение поэта «Бородино»: «…не Москва ль за нами? Умремте ж под Москвой…» – звучало в окопах защитников Москвы в устах политруков-красноармейцев. Памятник Лермонтову у Красных ворот установили лишь через двадцать лет после окончания войны, 4 июня 1965 года, когда отмечался всесоюзный Пушкинский праздник поэзии. Следующий подобный юбилей – 150 лет гибели Лермонтова – пришелся на конец 1991 года, когда распался СССР. И тогда снова было не до юбилеев…
   Немало страданий было в краткой земной жизни поэта. Но Москва, Россия, да и весь мир с оптимизмом идут навстречу двухсотому дню рождения Михаила Юрьевича Лермонтова, уверенные в том, что на этот раз удастся достойно отпраздновать этот замечательный юбилей. Справедливы слова Ираклия Андроникова, сказанные этим выдающимся литературоведом о Лермонтове: «И через всю жизнь проносим мы в душе образ этого человека – грустного, строгого, нежного, властного, скромного, смелого, благородного, язвительного, мечтательного, насмешливого, застенчивого, наделенного могучими страстями и волей и проницательным беспощадным умом. Поэта гениального и так рано погибшего. Бессмертного и навсегда молодого».
   В одном из своих «Устных рассказов» И.Л. Андроников вспоминает свою встречу со старым смотрителем могилы Лермонтова в Тарханах. Смотритель этот сказал тогда ему: «Если бы наш Михаил Юрьевич прожил бы не двадцать шесть лет, а как Пушкин, хотя бы тридцать семь, то неизвестно, кто из них был бы Пушкин!»
   Стихотворение «Смерть поэта», написанное 10 февраля 1837 года, когда умер от раны, полученной на дуэли, А.С. Пушкин, сразу принесло его автору венок славы и венец мученика. Ибо написавший эти стихи никому тогда еще, в сущности, не ведомый двадцатидвухлетний поэт, корнет лейб-гвардии гусарского полка Михаил Лермонтов выдвинулся в число первых русских поэтов и подвергся гонениям и ссылке. Только один-единственный сборник его стихотворений вышел при жизни Лермонтова в 1840 году, но еще до его выхода В.Г. Белинский предсказал Лермонтову место в литературе рядом с Пушкиным и Гоголем: «Черт знает – страшно сказать, а мне кажется, что в этом юноше готовится третий русский поэт и что Пушкин умер не без наследника».
   Я думаю, что 1837 год явился неким водоразделом в судьбе поэта, но никак не в его творчестве. Подобно столь любимому Лермонтовым Эльбрусу, или Шат-горе, который, несмотря на присутствие двух вершин, являет собою единое целое, творчество поэта – это единый монолит, могучий и прекрасный. Шат-гора в переводе с персидского означает Царь-гора. 31 мая 1837 года Лермонтов писал М.А. Лопухиной из Пятигорска: «У меня здесь очень славная квартира; из моего окна я вижу каждое утро всю цепь снеговых гор и Эльбрус. И сейчас, покуда пишу это письмо, я иногда останавливаюсь, чтобы взглянуть на этих великанов, так они прекрасны и величественны».
   До стихотворения «Смерть поэта» Лермонтов создал около трехсот стихотворений, а это составляет почти три четверти его лирического наследия. Кроме того, им были написаны двадцать четыре поэмы из двадцати девяти, пять драм и неоконченные произведения – повесть «Вадим» в прозе и роман «Княгиня Лиговская». Из этого немалого числа сочинений до 1837 года было напечатано только стихотворение «Весна» (1830) и поэма «Хаджи-Абрек» (1835). Позже из ранних сочинений при жизни поэта только лишь одно стихотворение «Ангел» (1831) напечатано в 1839 году и повесть в стихах «Казначейша» (1836) напечатана в 1837 году. Ни одно из его драматических произведений при жизни поэта не увидело свет.
   Литературовед У.Р. Фохт (Институт мировой литературы в Москве) пишет: «Таким образом, раннее (1828–1836) творчество Лермонтова не стало фактом литературной жизни своего времени». Несколько произведений и зрелого периода были опубликованы значительно позже: «Сашка» (1839) напечатан в отрывках в 1862, полностью в 1882; «Демон» (1841) напечатан в отрывках в 1842, полностью в 1856; «Кавказец» (1841) напечатан только в 1928-м.
   Лермонтов жил в нашей литературе 1830—1840-х годов как автор нескольких десятков лирических стихотворений (около восьмидесяти), написанных в 1837–1841 годах, пяти поэм («Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова», 1837; «Беглец», 1839, напечатан в 1846; «Мцыри», 1839, напечатан в 1840; «Демон», имевший широкое распространение в рукописных списках; «Сказки для детей», 1840, напечатана в 1841), стихотворной повести «Казначейша» (1836, напечатана в 1837), драмы «Маскарад» (1835, напечатана в 1842) и романа «Герой нашего времени» (1839, напечатан в 1840)». И конечно же воль но думное стихотворение «Смерть поэта» – мгно венная реакция великого поэтического сердца на гибель А.С. Пушкина в январе 1837 года, тогда же в десятках тысяч рукописных экземпляров разошедшееся по всей России.
   В Институте русской литературы (Пушкинский Дом) ИРЛИ РАН в Петербурге находится комнатасейф, в которой хранятся все найденные рукописи трех величайших русских поэтов – А.С. Пушкина, М.Ю. Лермонтова и Н.В. Гоголя. Здесь же, в музее ИРЛИ, заботливо сберегаются картины Лермонтова-художника, от легких и удивительно мастерских карандашных набросков до подлинных живописных полотен с пейзажами и портретами, с замечательным искусством написанными поэтом на холсте масляными красками. Ценность собраний ИРЛИ настолько велика, что для их защиты, в течение всего трагического срока – восемьсот семьдесят один день блокады Ленинграда во время Великой Отечественной войны, – здесь, в Малой Неве, напротив здания ИРЛИ стояла в полной боевой готовности военная субмарина.

   Герцог Лерма.
   Картина М.Ю. Лермонтова

   Предком своим поэт полагал испанского герцога и государственного деятеля XVII века по имени Франсиско Лерма. Портрет герцога таким, каким он пригрезился поэту, Лермонтов написал красками. И этот портрет украшает Лермонтовский зал ИРЛИ. Даже собственную фамилию он записывал через «а»: Лермантов, на московский акающий лад. Под многими его стихами, вплоть до 1835 года, вместо подлинного и вечного – Лермонтов – стоит подпись: Michel Lerma. Испанские страсти кипят и в первом драматическом сочинении Лермонтова – трагедии «Испанцы» (1830).
   Пройдет совсем немного времени, и поэт узнает правду о своем подлинном предке, передавшем свою фамилию русскому гению. Это шотландский дворянин и бард Томас Лермонт (Learmonth). О нем рассказывается в следующих главах.
   Три русские дворянские фамилии теснейшим образом связаны с биографией поэта – это Арсеньевы, Столыпины и конечно же Лермонтовы.

Глава 1
«Веков протекших великаны»

Редеют бледные туманы
Над бездной смерти роковой,
И вновь стоят передо мной
Веков протекших великаны.
Они зовут, они манят,
Поют, и я пою за ними…

М.Ю. Лермонтов. 1831 г.
   Иной раз его величество случай дает повод к последующим событиям, важным и знаменательным.
   В 1814 году заболел преподаватель русской и латинской словесности в Царскосельском лицее Н.Ф. Кошанский. Кошанский был сух и педантичен: лицеисты на его лекциях должны были блюсти дисциплину, изучать теорию, не сходя с места, не переговариваться. По его мнению, экзамен должен был обнаружить глубокие знания предмета, без восторгов и эмоций. И предмет Кошанского, в связи с его болезнью, тогда стал преподавать наезжавший в Царское Село из Петербурга профессор Александр Иванович Галич (Говоров). Была середина шестилетнего курса лицейского обучения: лицеисты отучились ровно три года. Воспитанникам лицея предстоял экзамен для перехода на старший курс, экзамен, назначенный на октябрь 1814 года. Галич предложил лицеисту Пушкину сочинить к экзамену стихи – так явилось гениальное стихотворение пятнадцатилетнего поэта «Воспоминания в Царском Селе». Это было первое стихотворение, напечатанное в журнале «Российский музеум» в 1815 году за полной подписью «Александр Пушкин», стихотворение, так потрясшее на экзамене Г.Р. Державина, специально приехавшего в Царское Село из Петербурга. Событию посвящены известные стихи в «Евгении Онегине»:
Старик Державин нас заметил
И, в гроб сходя, благословил.

   Экзамен перенесли с октября 1814 года на 8 января 1815 года, но стихотворение «Воспоминания в Царском Селе», разумеется, было написано Пушкиным в октябре 1814 года. И в последних строфах этого стихотворения встают образы современных Пушкину русских поэтов старшего поколения Г.Р. Державина, В.П. Петрова, В.А. Жуковского:
Державин и Петров героям песнь бряцали
Струнами громозвучных лир.

   Вот как сам Пушкин рассказывает о лицейском экзамене в позднейшей дневниковой записи: «…Наконец вызвали меня. Я прочел мои «Воспоминания в Царском Селе», стоя в двух шагах от Державина. Я не в силах описать состояния души моей: когда дошел я до стиха, где упоминаю имя Державина, голос мой отроческий зазвенел, а сердце забилось с упоительным восторгом… Не помню, как я кончил свое чтение; не помню, куда убежал. Державин был в восхищении; он меня требовал, хотел меня обнять… Меня искали, но не нашли…»

   Александр Сергеевич Пушкин

   Но мне, когда я перечитывал «Воспоминания…», вдруг подумалось: а не угадал ли всеобъемлющий гений Пушкина в последней строфе этого сти хотворения рождение нового великого поэта России, которому суждено будет воспеть подвиги российских героев? Ведь этот поэт действительно родился 15 октября 1814 года в родной Пушкину Москве в доме у тех Красных ворот, что сооружены были первоначально деревянными в 1742 году на средства московского купечества в честь коронации императрицы Елизаветы Петровны. Ворота, от которых Хоромный тупик вел к самому крыльцу Юсуповского дворца, где впитывал первые впечатления бытия маленький Пушкин. Еще раз напомню: напротив Красных ворот стоял дом Ф.Н. Толя, где в ночь с 14 на 15 октября 1814 года родился М.Ю. Лермонтов, новый певец героев Бородина. И в ту самую ночь написаны Пушкиным вещие строки:
Да снова стройный глас героям в честь прольется,
И струны гордые посыплют огнь в сердца,
И ратник молодой вскипит и содрогнется
При звуках бранного певца.

   «Бранный певец» – поэт, воспевающий военные подвиги. Только что закончилась война с Наполеоном, и стихи Пушкина насыщены высокой патетикой и гордостью за Россию.
   Профессор Галич был прямая противоположность Кошанскому: воспитанники лицея горячо спорили на его лекциях, окружали профессора плотным кольцом, садились на пол или на подоконники. Именно Галич сказал: «Не желаете ли, господин Пушкин, изъясниться на экзамене стихами? У вас это выйдет блистательно. О чем писать? О Царском Селе, разумеется. О воспоминаниях ваших здесь за три года ученья».
   И Пушкин написал «Воспоминания в Царском Селе». В ночь рождения Лермонтова. Провидя это рождение и предвидя будущее лермонтовское «Бородино» и другие стихотворения нового «бранного певца», которому предстоит в будущем воспеть подвиги русских воинов.
И из далекой северной столицы,
Сам, как поэт, едва успев родиться,
Уж предрекал другому появиться
В первопрестольном городе Москве
Навстречу ожидающей молве.


   Церковь Трех Святителей у Красных ворот.
   Раскрашенная литография, 2-я пол. XIX в.

   Юсуповский дворец в Москве расположен близ станции метро «Красные Ворота». В самом этом названии звучит напоминание о Красных воротах, действительно возведенных в 1753–1757 годах по проекту архитектора Д.В. Ухтомского, взамен деревянных ворот, сгоревших в 1748 году. Восстанавливая ворота теперь уже в камне, московские купцы не пожалели средств: Красные ворота сияли позолотой, резьбой по слоновой кости и уникальными росписями и были красивы необычайно. Красные и означает красивые. Бездумно снесенные в конце 1920-х годов, стояли они как раз на месте нынешнего вестибюля метро, с выходом к Мясницкой улице, а рядом с ними находилась церковь Трех Святителей, построенная в XVII веке.

   Елизавета Алексеевна Арсеньева

   Интересен сохранившийся архивный список знатных прихожан церкви Трех Святителей на 1737 год: контр-адмирал В.А. Дмитриев-Мамонов, капитан С. Долнин, Я. Дашков, князь А.М. Черкасский, барон В. Поспелов, Г. Лапшин, П. Стрешнев, князь Б.Г. Юсупов, князь М.И. Мещерский. В этом самом храме в 1882 году отпевали знаменитого генерала М.Д. Скобелева, героя войны на Балканах. В церкви Трех Святителей и был крещен 11 (23) октября 1814 года М.Ю. Лермонтов. Погода в Москве стояла уже холодная, и новорожденного завернули в теплый шотландский плед, привезенный отцом поэта Ю.П. Лермонтовым и сберегаемый им как семейная реликвия. Крестной матерью явилась родная бабушка поэта Елизавета Алексеевна Арсеньева. Запись под № 25 в 1-й части метрической книги церкви Трех Святителей у Красных ворот за 1814 год, сохранившаяся в тексте свидетельства, выданного Е.А. Арсеньевой из Московской духовной консистории 25 октября 1827 года, воспроизводит ряд имен жителей города Москвы того времени, причастных к рождению гения: «Октября 2-го в доме господина покойного генерал-майора и кавалера Федора Николаевича Толя у живущего капитана Юрия Петровича Лермонтова родился сын Михаил, молитствовал протоиерей Николай Петров, с дьячком Яковом Федоровым, крещен того же октября 11 дня, восприемником был господин коллежский асессор Фома Васильев Хотяинцев, восприемницею была вдовствующая госпожа гвардии поручица Елизавета Алексеевна Арсеньева, оное крещение исправляли протоиерей Николай Петров, дьякон Петр Федоров, дьячок Яков Федоров, пономарь Алексей Никифоров».

   Тарханы. Вид домовой церкви

   Крестным отцом новорожденного мог стать один из многочисленных представителей старинной фамилии Столыпиных, к которой принадлежала бабушка будущего поэта. Но, очевидно, по настоянию его отца в восприемники был взят скромный коллежский асессор Фома Васильевич Хотяинцев. Фома по-английски Томас, а шотландец Томас Лермонт – прародитель русского рода Лермонтовых.
   Вполне вероятно, что маленького Лермонтова, еще до того как его увезут из Москвы весной 1815 года за 600 верст от столицы в пензенское имение Тарханы, принадлежащее его бабушке и крестной матери Е.А. Арсеньевой, выносили на прогулки в пышный по-зимнему Юсупов сад, находившийся рядом с церковью Трех Святителей. Известный всей Москве этот по-восточному диковинный сад, творение и собственность князя Николая Борисовича Юсупова, хотя и пострадал во время пожара 1812 года, но после изгнания французов немедленно стал восстанавливаться. И пушкинские слова: «Первые впечатления. Юсупов сад» – могут быть отнесены и к первым, пусть младенческим, московским восприятиям Лермонтова.

   В числе слуг, которых привезла с собою из Тархан в Первопрестольную столицу Москву Елизавета Алексеевна Арсеньева в ту памятную осень 1814 года, находилась ее крепостная крестьянка Лукерья Алексеевна Шубенина (1786–1851). У Лукерьи Шубениной было пятеро детей, одна из которых – дочь Татьяна – родилась в том же году, что и Лермонтов. Лукерью взяли к Михаилу Лермонтову кормилицей, а Татьяна стала его молочной сестрой. Примечательно родственное отношение поэта к семье Шубениных и в детские, и последующие годы. Свою кормилицу поэт называл «мамушкой». Многие предания о Лермонтове и его бабушке в народе жили от их изначального изложения Шубениными. Даже фамилия Шубенины оказалась в конце концов утраченной, и все Шубенины писались в бумагах как Кормилицыны.
   Вспомним теперь имена Трех Святителей, в честь которых была освящена и московская церковь, где крестили Лермонтова, и многие другие православные храмы. Вот эти их святые имена: Василий Великий, Григорий Богослов, Иоанн Златоуст. Архиепископ Константинопольский и богослов Иоанн Златоуст (род. ок. 347) был приглашен на кафедру Константинополя по просьбе императора и паствой наречен Златоустом. Он почитается как один из трех Вселенских святителей и учителей вместе с Василием Великим и Григорием Богословом, которые были близкими друзьями и сподвижниками. Церковь отмечает день Трех Святителей 30 января (12 февраля). Наименование «Три Святителя» не однажды присваивалось героическим кораблям российского флота.
   Акафист – хвалебное церковное песнопение. Я приведу здесь слова акафиста Трем Святителям, которые произносит священник в храме и которые удивительным образом прямо отражают судьбу русского поэтического златоуста Михаила Юрьевича Лермонтова: «Боли, ярости и гнева воздвигоша, о Златоусте, безумнии людие, клевещущее на тя изгнати от царствующего града повелевающе. Ты же, Златослове, на камени веры Христовы непоколебимо пребывая и благодатию Святаго Духа укрепляем, бурю гонений и мучений мужественно претерпел еси и страданьми венец нетленный на небесех себе уготовал еси, научая всех в терпении нести крест Христов и взывати Богу: Аллилуиа». Всё заключено в этих мудрых словах акафиста: и клевета на великого поэта, и его изгнание из царствующего града Петербурга, и буря гонений и мучений, которые он мужественно перенес, и, наконец, венец нетленный, что он себе уготовал на небесах.
   Так уж выходит, что многие поэты родились осенью. Возьмем, например, день 3 октября – день замечательный и знаменитый. Мы говорим не о политике. Мы говорим о дне Поэзии в ее высшем значении, ибо именно в этот день в разные годы родились сразу четыре русских поэта. Их наследие прекрасно, их земная человеческая жизнь была до обидного краткой.
   3 октября (по юлианскому календарю) 2014 года – 200 лет со дня рождения Михаила Юрьевича Лермонтова: «Ночь тиха. Пустыня внемлет Богу, и звезда с звездою говорит…» Его жизнь (и это вместе с младенчеством) составила лишь 26 лет.
   3 октября (по григорианскому календарю), ровно 190 лет назад, родился поэт Иван Саввич Никитин: «Здравствуй, гостья-зима! Просим милости к нам песни севера петь по лесам и степям…» Он прожил на земле, подобно Пушкину, всего лишь 37 лет.
   3 октября (по юлианскому календарю), 205 лет назад, родился поэт Алексей Васильевич Кольцов. Он прожил 42 года. Это его чудесное поэтическое слово:
Красным полымем
Заря вспыхнула;
По лицу земли
Туман стелется…

   И наконец, 3 октября (по григорианскому календарю) родился ровно 119 лет назад поэт Сергей Александрович Есенин: «Родился я с песнями в травном одеяле…» Его земная жизнь составила только 30 лет.

   Памятная плита в честь М.Ю. Лермонтова

   Вернемся, однако, в Москву, на площадь у Красных ворот. Одноименное метро имеет два входа. Один вход – в высотном здании, с памятной доской, рассказывающей о том, что на этом месте стоял когда-то дом, где родился Лермонтов. Другой вход выполнен в виде полукруглой каменной ракушки. И снова приходится говорить, что здесь когда-то стояли те самые Красные ворота, и если обратиться лицом к Садовому кольцу, то правее находился храм Трех Святителей, где крещен Лермонтов. Теперь на месте храма лишь небольшой сквер, ограниченный с одной стороны высокой глухой стеной здания, принадлежащего НИИ электромеханики.
   В 70-х годах XX века на этой высокой глухой стене расположили огромный портрет тогдашнего генсека Брежнева, так что его можно было увидеть от самой Сухаревской площади. На груди генсека было множество наград, к которым он испытывал, как известно, большую симпатию. Как раз в это время Брежнева наградили пятой Золотой Звездой. Весь состав НИИ, как мне рассказывали сотрудники, был поднят по тревоге. Предстояло дорисовать пятую звезду, ибо на портрете их было только четыре. Но звезда никак не умещалась на груди. По заданию райкома партии в течение одной только ночи портрет переписали заново вместе со злополучной звездой, укрепили на стене, так что поутру непросохший еще портрет был всем хорошо виден. Ранние прохожие по тогда еще Лермонтовской площади шутили вполголоса: «И звезда с звездою говорит».
   Лермонтовской площадь Красные Ворота наименовали в 1941 году, к 100-летию памяти поэта. Ныне площадь поделили на две части. Собственно Лермонтовской теперь именуется та часть площади, которая примыкает к высотному зданию и к Ново-Басманной улице и в центре которой стоит памятник поэту. Площадь Красные Ворота потеснилась теперь ближе ко второму входу в метро, и от нее Хоромный тупик ведет к проходной того самого НИИ электромеханики. Тупик назван Хоромным не случайно: здесь действительно располагались хоромы богатых и знатных москвичей.
   Достаточно сказать, что тут же, совсем рядом, находится московский Юсуповский дворец, возведенный в XVIII веке на месте Охотничьего дома царя Ивана Грозного. А если пройти через проходную на территорию НИИ электромеханики, то взору предстает пышный дворец железнодорожных магнатов фон-Дервизов и нефтяных – Зубаловых. Дворец, по обилию собранных там драгоценных раритетов, москвичи в свое время называли пещерой Али-Бабы. Владельцы даже отгородили дом со стороны Садового кольца высокой оградой из массивных гранитных блоков, сооруженной по проекту известного московского архитектора Чернецова.
   Но еще больший интерес представляет тоже сохранившийся и находящийся на территории того же НИИ дом Авдотьи Петровны Елагиной (Хоромный тупик, 4). В доме располагался известный всей Москве литературный салон. По свидетельству современника, салон «был средоточием и сборным местом всей русской интеллигенции, всего, что было… самого просвещенного, литературно и научно образованного». А.П. Елагина (1789–1877) – это мать известных славянофилов и литераторов братьев Киреевских, племянница поэта В.А. Жуковского. Частым посетителем здесь бывал А.С. Пушкин.