Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

У человека примерно 2 миллиона потовых желез.

Еще   [X]

 0 

Детективное агентство кота Макса (Будз Иван)

автор: Будз Иван

Увлекательные, невероятные и оччччень небезопасные приключения шефа детективного агентства кота Макса и его верных помощников – кролика Пини и лягушки Лизы! Коварный банкир Даг вместе с главарем банды Опрокинутым проворачивают свои темные делишки. Но отважные сыщики выведут преступников на чистую воду! Чтобы поймать распоясавшихся бандитов, Макс и Пиня устраивают в лесу ловушку с сюрпризом…

Год издания: 2015

Цена: 117 руб.



С книгой «Детективное агентство кота Макса» также читают:

Предпросмотр книги «Детективное агентство кота Макса»

Детективное агентство кота Макса

   Увлекательные, невероятные и оччччень небезопасные приключения шефа детективного агентства кота Макса и его верных помощников – кролика Пини и лягушки Лизы! Коварный банкир Даг вместе с главарем банды Опрокинутым проворачивают свои темные делишки. Но отважные сыщики выведут преступников на чистую воду! Чтобы поймать распоясавшихся бандитов, Макс и Пиня устраивают в лесу ловушку с сюрпризом…


Иван Будз Детективное агентство кота Макса

   © Книжный клуб «Клуб Семейного Досуга», издание на русском языке, 2015
   © Книжный клуб «Клуб Семейного Досуга», художественное оформление, 2015


Что же произошло после?.



   А после случилось такое, что лучше и не вспоминать. Как только среди гостей праздника появился озорник Макс, все замерли. Неизвестно было, что он сегодня умудрится натворить. Но, как ни странно, Макс вел себя очень пристойно. Он даже одет был, как следует воспитанному коту. Хотя какой он воспитанный? Никто и никогда в это не поверит. Так уж повелось, что закрепилась за Максом дурная слава. Все, что он вытворял по сей день, вынуждало считать его отъявленным хулиганом и авантюристом. И эта репутация преследовала его издавна – от самого рождения.
   Родился Макс, стыдно даже сказать, на обычной помойке. Он тщательно скрывал эти печальные детали своей биографии. Но разве можно от кого-то утаить то, что написано у тебя на лбу? Новая одежда, в которую он сегодня вырядился, никого ввести в заблуждение не могла. Макс мог надевать на себя что угодно, но все равно оставался типом подозрительным и непредсказуемым. Поэтому у присутствующих гостей были все основания ожидать, что сегодняшний праздник окажется полностью испорченным.
   Макса же волновали совсем иные проблемы. Он искал в большом, заполненном гостями зале Изабеллу. Она обязательно должна сегодня здесь появиться. Об этом ему доложил его вездесущий помощник-агент. Еще он упомянул, что вместе с Изабеллой на праздник должны прийти ее родные. Это обстоятельство и принудило Макса взять напрокат новый костюм, чтобы не стыдно было появиться им на глаза. Особенно он волновался перед встречей с отцом Изабеллы, который слыл известным в городе адвокатом.


   Несмотря на то что адвокат Щига происходил из породы мышей, он отличался очень горделивым характером. От него так и веяло спесью и пренебрежительным отношением к окружающим. Щига намеревался выдать замуж свою младшую дочурку – хрупкую мышку Изабеллу – за своего старого знакомого Дага, финансиста из породы крыс. Даг был уже в летах, но его возраст не имел никакого значения. Это меньше всего волновало Щигу. Главное, что у Дага было множество фабрик, заводов, а еще – конюшен и многочисленных поместий. Что и говорить, Даг был богатеем, а потому и первым женихом в городе, поскольку уже три года как оставался вдовцом.


   Макс об этом хорошо знал, будучи неплохим частным детективом. Кому, как не ему, было знать обо всех деталях светской жизни в их небольшом городишке? Конечно, Макс понимал, что его происхождение и его профессия не давали много шансов на благосклонность красавицы Изабеллы. И все же он надеялся на успех. Хотя бы потому, что знал Изабеллу с детства, забавляясь с ней и с другими соседскими малышами в различные игры. Подвал, в котором проживала семья Макса, находился неподалеку от большой усадьбы адвоката Щиги.
   Играя, малышня не раз забиралась через высокую ограду во двор Дага. Он тогда только начинал свою финансовую деятельность. Слуги Дага зачастую выгоняли озорников из роскошного сада финансиста, где они тайком лакомились фруктами.
   Еще с той поры Макс невзлюбил Дага и каждый раз старался устроить ему разнообразные пакости. Бывало, нарисует на заборе на него карикатуру, а то и припишет под рисунком неприличное словцо. Даг догадывался, чья это работа, но поймать злоумышленника на горячем не мог.
   Макс, будучи уже частным детективом, все же оставался бойким проказником, за что и недолюбливали его жители города. Никто особенно не верил в его способности сыщика, и, наверное, поэтому Макс в основном сидел без работы. Зато у него было много свободного времени, которое он тратил на сбор информации обо всех, кто его интересовал. Особенно о Щиге и Даге.
   Конечно, в городе были и другие персоны, за которыми следил Макс, но его давний недруг – Даг – интересовал сыщика в первую очередь. А когда Макс узнал, что финансист вознамерился взять себе в жены его Изабеллу, то совсем пришел в отчаяние. Он поклялся, что обязательно поймает финансиста на каком-либо преступлении и надолго засадит за решетку.
   В праздничный зал продолжали прибывать гости. Вскоре в парадных дверях появилось и семейство адвоката Щиги. Сам глава семейства был в черном смокинге, гладко причесанный, а его округлые, тщательно выбритые щеки прямо лоснились, еще больше подчеркивая значимость личности.
   Макс не видел прибытия семейства Щиги, так как его внимание в этот момент привлекло другое обстоятельство. Из противоположной двери зала выкатили тележку с большим праздничным тортом. Тележку толкали два бульдога в ливреях. Макса не так заинтересовал сам торт, как один из бульдогов. Под ливреей прислуги Макс опознал довольно известного бандита из шайки Опрокинутого. Это настолько его удивило, что он даже пропустил мгновение появления семейства Щиги, хотя именно ради этого он и пришел на праздник.


   «Для чего это Жмых (именно так звали бандита) нарядился в ливрею и притворяется прислужником?» – подумал изумленный Макс.
   Он знал Жмыха как туповатого бандюка, слепого исполнителя воли Опрокинутого. Он не способен был к подобным перевоплощениям, поэтому ливрея на коренастом Жмыхе выглядела тесноватой и кое-где даже треснула.
   Тележка с тортом катилась навстречу семейству адвоката. Они как раз приближались к середине зала. За широкой спиной Жмыха Макс не мог их видеть. Зато он заметил, как у того выпирает спрятанное под ливреей оружие. Теперь Макс окончательно уверился в том, что главарь шайки – Опрокинутый – готовит на этом празднике какой-то сюрприз.
   Банда Опрокинутого отличалась особой жестокостью и давно наводила ужас на жителей города. Особенно он любил нападать на горожан в кинотеатрах или на рынках. Ограбив самым дерзким образом всех присутствующих, Опрокинутый исчезал так же внезапно, как и появлялся.
   Свое же прозвище он получил, можно сказать, в день рождения, когда молодая неопытная акушерка нечаянно опрокинула колыбельку с грудным ребенком, и младенец шлепнулся на каменный пол. Тогда все подумали, что он разбился насмерть, но у этого дитяти, как оказалось, впереди еще было много дел. Очевидно, именно по этой причине новорожденный невзлюбил все человечество и теперь мстил всем, как мог. А что до прозвища, то оно ему даже нравилось.
   «Неужели Опрокинутый решился на грабеж такого многолюдного собрания? Ведь сегодня в этом зале собрались почти все жители города во главе с мэром», – подумал Макс.
   Не долго колеблясь, он кинулся к Жмыху, изо всех сил толкнув его на тележку с тортом. Жмых, погрузившись головой в торт, смешно отфыркивался кремовыми брызгами. Его напарник, узнав Макса, начал выдергивать из-под тесной ливреи пистолет. Но Макс не принадлежал к той категории котов, которые сначала долго думают, а потом уже что-то делают. Он всегда поступал как раз наоборот. Вот и теперь, не раздумывая, он толкнул второго бандита на Жмыха, и они вместе, падая, подтолкнули тележку.
   И тут Макс увидел, как тележка с тортом сбивает с ног обескураженного Щигу. Адвокат бухнулся в торт, потонув в нем почти с головой. Брызги крема обдали фонтаном жену Щиги и запачкали роскошное платье испуганной Изабеллы. Щига силился выбраться из торта, но это ему никак не удавалось.
   Ну а потом началось что-то невообразимое. Все прислужники сбросили с себя ливреи и открыли стрельбу из автоматов, не разбираясь, где свои, а где чужие. Макс словно бешеный метался среди перепуганных гостей и также стрелял. Он очень рассердился на банду Опрокинутого, так как именно из-за них сорвались все его сегодняшние планы. Стрельба могла продолжаться долго, если бы не подоспели полицейские. Они быстро навели порядок, арестовав виновников этих бесчинств.
   Как ни удивительно, но задержанным оказался один Макс, поскольку бандиты куда-то внезапно улетучились. Максу надели наручники и будто преступника повели через зал к выходу, прикрывая арестанта от обозленных гостей праздника. Они были уверены, что именно Макс устроил весь этот бедлам, и не жалели острых, обидных слов в его адрес. Макс краем глаза увидел, как Щига, который наконец-то выбрался из торта, погрозил в его сторону кулаком.
   Что ж, наверное, так и должен был закончиться этот праздник. Хотя бы потому, что на нем присутствовал непредсказуемый озорник Макс.

Отважный помощник детектива Макса

   Осторожно ступая на круглые скользкие камешки, перебирался на противоположный берег бурной речки кролик Пиня. Он боязливо посматривал на быстрое течение. Пине меньше всего хотелось оказаться в холодной воде. Но такая уж у него была судьба. Всегда, если он чего-то не хочет, – это обязательно случится. Вот и на сей раз он поскользнулся и оказался по шею в воде, в самом глубоком месте. Пиня собрался было позвать кого-нибудь на помощь, но он не имел права поднимать шум, поскольку его миссия сегодня была окутана строжайшей тайной.
   Пиня возвращался из соседнего городка, где выполнял задание своего начальника и партнера – детектива Макса. Он разыскивал в том городке неопровержимые доказательства на неправомерные действия их недруга Дага. Доказательства таковые обнаружились. Правда, их необходимо было еще дополнительно проверить, но Пиня уже спешил порадовать Макса. Он всегда, выполняя любую ответственную работу, очень спешил. Эта его поспешность зачастую заканчивалась для Пини конфузом. Наверное, поэтому среди своих коллег он постоянно служил объектом для насмешек.
   Ухватившись за большой скользкий камень, Пиня наконец вылез из воды, отряхнулся и беспомощно осмотрелся вокруг. Находился он в самый раз посреди речки. Возвращаться назад не было смысла, но и мерзнуть мокрым на камне не хотелось. Пиня еще раз боязливо взглянул на темную холодную воду и осторожно перепрыгнул на следующий камень. Он решил все же переправиться на противоположный берег, потому что, как всегда, торопился. Перепрыгнув еще на один камешек, Пиня снова поскользнулся, зачастил смешно лапками, даже жалобно всхлипнул и, конечно, еще раз плюхнулся в речку. На этот раз вода накрыла его с головой. Пиня не считал себя хорошим пловцом. Наоборот, он панически боялся воды, поэтому, уже не обращая внимания на секретность своей миссии, громко завопил:
   – Помогите! Спасите-е-е!..


   На его счастье, неподалеку в этот ранний час рыбачил старый бобер по прозвищу Студень. Услышав отчаянный вопль и увидев, как кто-то барахтается по шею в воде, Студень кинул утопающему конец длинной удочки, рассчитанной на ловлю большой щуки. Крючок удочки зацепился за рукав одежды Пини, и бобер с ловкостью опытного рыбака выдернул его на берег. Поскольку Пиня продолжал еще громко причитать, то Студень еще и стукнул его по голове толстой палкой, чтобы тот замолчал. Потому что какая может быть рыбалка после подобного вопля?
   – Тише, молодой человек! Зачем так шуметь?.. – Бобер отцепил от рукава пострадавшего крючок и, наконец, узнал Пиню. – О, да ведь это наш «всемирно известный детектив», – не без издевки в голосе промолвил он. – Ты что, Пиня, надумал купаться?
   – Да при чем тут купание?! – Пиня, прыгая на месте, чтобы согреться, начал стаскивать с себя мокрую одежду. – Какой дурак будет купаться в такой холод?..
   – Вот-вот, и я так полагаю… – Студень взялся помогать Пине выкручивать одежду.
   – Я, если хотите знать, – оправдывался помощник детектива, – возвращаюсь с тайного задания…
   Здесь он на миг запнулся, понимая, что так может выдать их с Максом секреты. Но сразу же продолжил:
   – Я иду… со свидания. Понимаете?
   – Да, конечно, чего тут не понять? Дело молодое. Я тоже когда-то привел себе жену из соседнего городка. – Бобер, улыбаясь, помог Пине одеться. – Но я ни разу не прыгал в воду в одежде.
   Рыбалка сегодня была испорчена. Студень собрал удочки, ведро с небогатым уловом, и они вместе отправились по домам.

Дальнейшие приключения горе-детективов

   – Всем оставаться на своих местах!.. – прозвучал грозный голос детектива.
   Старший инспектор криминальной полиции округа, человек уже пожилой, и его жена дрожали в своих кроватях в ожидании наихудшего.
   Макс ворвался сюда по наводке своего верного помощника Пини. Тот, выполняя задание детектива, узнал, что в этом отеле будто бы собираются на тайные совещания предводитель шайки Опрокинутый и финансист Даг.
   Именно так! Пиня уверенно доказывал, что Опрокинутый с Дагом задумывают свои зловещие планы теперь вместе.
   Эта новость так обрадовала Макса, что он даже не попытался проверить сообщение Пини. Макс давно мечтал отыскать компромат на ненавистного финансиста. Опрокинутый также весьма долго гуляет на свободе. И вот оно – наконец свершилось!
   Направив пистолет на испуганного инспектора, Макс включил в комнате свет. Картина, открывшаяся его глазам, ошеломила сыщика. Беспомощные немолодые люди дрожали в своих кроватях, прикрываясь одеялами. Старший инспектор даже начал икать от испуга. Макс сразу же узнал его. Тот не так давно требовал, чтобы у Макса отобрали лицензию частного детектива. И только настойчивая просьба комиссара полиции их города Бура, который хорошо знал Макса, спасла его от неминуемой безработицы.
   В этот миг в комнату ворвался Пиня. Он также воинственно что-то выкрикивал и размахивал пистолетом.
   В конце концов старший инспектор узнал Макса и его пришибленного помощника. Прекратив икать, он потянулся к телефону. И тут Макс понял: теперь его уже никто и ничто не спасет.
   Сразу же после телефонного разговора инспектора примчалась полиция. В гостиничный номер, закашлявшись, влетел комиссар полиции Бур. Выслушав от старшего инспектора все, что тот думал о нем самом и о его протеже, комиссар немедленно забрал у притихшего Макса свидетельство частного детектива и прогнал прочь.
   Вслед за пристыженным Максом номер оставил и вконец удрученный Пиня.
   – Вот тебе твоя разведка!.. Вот и Опрокинутый с Дагом!.. – приговаривая, дубасил Макс Пиню. – Из-за тебя, дурень, я остался без работы! Какой стыд! Надо мной теперь любой сможет насмехаться…
   – Полегче, Макс, не бей меня по голове!.. – просился Пиня. – Ты ведь знаешь, что по голове бить нельзя. Неужели трудно отыскать другое место?
   – Нет, я буду бить тебя именно по твоей глупой башке! Может, тогда ты поймешь, что врать – плохо, тем более своему начальнику!
   – А я и не врал. О встрече Опрокинутого с Дагом я узнал из надежных источников, – огрызался Пиня.
   – И что это за «надежные источники»? – продолжал дубасить Пиню Макс.
   – Об этом рассказывала сорока Грыза. Ты же знаешь ее? – Пиня прикрыл голову истрепанным портфелем, чтобы Макс ненароком не прибил его. – Я забежал вчера на базар купить у нее семечек, чтобы пощелкать в засаде. Недавно я вычитал в газете, что тыквенные семена хорошо помогают активной работе мозга. А Грыза всегда знает все новости в городе…
   – Нашел кого слушать, старую перечницу! Да она такое может придумать, что нормальному существу и в голову не взбредет. – Макс наконец перестал бить Пиню. – Ты что, в засаде теперь лузгаешь семечки? Ты хоть понимаешь, что таким образом оставляешь следы? Ну и помощник у меня!.. – Макс в отчаянии присел на скамейку.
   – И чего ты так переживаешь? – Пиня устроился рядом с ним.
   Он сразу же достал из кармана горсть семечек и начал лузгать, вкусно причмокивая.
   – Семечки может щелкать кто угодно. Разве я один в городе этим занимаюсь?
   – Спасибо, ты меня успокоил. – Макс, отвернувшись от помощника, обдумывал сложившуюся ситуацию. Без лицензии ему теперь никак не управиться с Дагом.
   Пиня, обидевшись на своего шефа, отодвинулся от него на край скамейки. Вокруг него очень быстро выросла кучка шелухи, но Пиня на это не обращал внимания. Зато шелухой заинтересовался маленький песик, выбежавший из-за кустов.
   – Гав-гав! – залаял песик, прыгая вокруг Пини.
   – Отцепись от меня, малявка. – Пиня отбивался от него, но напрасно.
   – Здравствуйте, – услышали Пиня с Максом хриплый голос.
   К ним из-за кустов подошел старый пес. Он был с тростью, в широкополой шляпе и в длинном пальто. Макс узнал в этом чудаке когда-то очень известного, даже знаменитого сыщика Зага.
   – Можно возле вас немножко отдохнуть? – Заг сел рядом с Максом, достал из потертой кожаной сумки трубку и задымил. – Как твои дела? – обратился он к Максу. – Я слышал, что у тебя возникли проблемы.
   – Есть немножко, – ответил Макс. Он был удивлен, что старый сыщик еще живой и на вид довольно бодрый. О Заге давно не было никаких вестей, поэтому Макс был уверен, что тот уже умер.
   – С лицензией у меня тоже случались неприятности. – Заг еще активнее задымил трубкой, отчего Пиня даже закашлялся. – Я когда-то подсчитал, сколько раз забирали у меня лицензию, и вышло немалое число – десять. А с тобой, насколько мне известно, такое случилось впервые?
   Макс удивился, откуда этот старик уже узнал о лицензии, ведь ее отняли у него буквально только что.


   – Не удивляйся моей осведомленности, – продолжал неспешно Заг. – Комиссар Бур – мой давний приятель, точнее – мой ученик, поэтому я знаю обо всех городских новостях. Если ты не против, то я поговорю с ним о твоей проблеме. Хорошо?
   Старик, не дав опомниться Максу, поднялся со скамейки, достал из кармана красивый, украшенный серебром ошейник и начал звать песика, который совсем уже затерзал Пиню.
   – Какой красивый ошейник! – удивился Макс, рассматривая и в самом деле замечательную вещицу.
   – Я купил его в новом магазине Дага. – Старик, поймав наконец неугомонного песика, надел на него ошейник. – И хотя этот непоседа не заслуживает такой ценной вещи, – Заг нежно погладил песика, – все же я не удержался и купил. Что ж, будьте здоровы, – попрощался старик. Он потянул за собой песика, которому, похоже, понравилось издеваться над Пиней.
   – Ты слышал? – встрепенулся Макс. – Даг открыл новый магазин.
   Пиня никак не отреагировал на это, поскольку снова начал активно щелкать семечки. Песик отвлек его от этого занятия, и надо было наверстать упущенное.
   – Перестань, в конце концов, лузгать эту гадость! Я строго-настрого запрещаю тебе этим заниматься! – уже закричал на помощника Макс. – Ты лучше бы… грыз сухари, чтобы меньше было мусора!

Щелкать семечки – очень полезное занятие

   Вентиляционный ход, которым пробирался Пиня, был настолько узеньким, что в нем не то что двигаться, но и дышать было тяжело. Пиня ощущал, что протер уже рукава на локтях и штаны на коленях. Почти час он ползал запутанными вентиляционными ходами нового супермаркета Дага. И самое главное, что этому не было никакого толкового объяснения. Почему они с Максом не могли, как обычные посетители, зайти сюда через дверь? Можно подумать, что Даг дежурит при входе и ждет не дождется, когда же они заявятся. Будто у него нет других, более интересных дел.
   Пиня уже собрался было повернуть назад, когда услышал приглушенные голоса. Через решетчатое окошко вентиляционного хода он различил внизу две темные фигуры. Один из присутствующих сидел в кресле, а другой, в неудобной позе, согнувшись, стоял рядом.
   – Если вы мне не верите, тогда спросите хотя бы у Щиги. Этот настырный детектив и без лицензии сможет нам здорово навредить. Мне стало известно, что он ищет на меня компромат. А то, что случилось на празднике, разве вас не настораживает? Я не верю, что он появился там случайно. Я вообще не верю в случайности, когда дело касается этого Макса.
   Пиня, конечно, узнал скрипучий голос Дага. Он только не мог разглядеть сидевшего в кресле, но был уверен – это Опрокинутый. Пиня даже пожалел, что сейчас с ним не было Макса. Пусть бы убедился воочию, что его верный помощник не ошибался, докладывая о связи их недруга Дага с Опрокинутым.
   Тем временем Даг продолжал тихо говорить:
   – До меня доходят слухи, что этот детектив хочет завладеть благосклонностью моей невесты – Изабеллы, а это уже не шутки. Ведь в случае его удачи из наших… верней – ваших, рук ускользнет все добро Щиги. А у него есть чем поживиться. Можете мне поверить… – Даг еще ниже согнулся перед гостем.
   – Если он такой надоедливый, тогда почему вы его терпите? – услышал наконец Пиня голос Опрокинутого.
   – Понимаете, здесь дело деликатное… – Даг выпрямился, держась за поясницу. Наверное, неудобная поза, в которой он долго находился, дала о себе знать. Да и возраст финансиста не позволял уже столь долго стоять, согнув спину.
   – Дело в том, – продолжал Даг, – что этот кот очень ловкий и подступиться к нему сложно. Мои агенты не один раз были близки к тому, чтобы покончить с ним. Их выводил на цель, как ни удивительно, его недотепа-помощник, который везде оставляет за собой кучи лузги. Но каждый раз детектив ловко избегал столкновений с моими посланцами.
   Пиня едва не поперхнулся. Подслушивая разговор, он не мог усидеть без дела и, как всегда, лузгал семечки.
   Услышав какое-то шуршание под потолком, собеседники затихли.
   – Наверное, мышка где-то скребется, – догадался Даг.
   – В вашем новом супермаркете уже завелись мыши? – недоверчиво откликнулся Опрокинутый, поднимаясь из кресла.
   – Ап-чхи! – послышалось снова сверху, и Опрокинутый, уже не раздумывая, схватил кресло и швырнул его на голос.
   – Ой-йой-йо-о-о-ой! – завопил Пиня, падая прямо на головы оторопелых Дага с Опрокинутым. Кресло таки пробило решетку вентиляционного окошка. Впрочем, падал Пиня вниз не один. Следом за ним сыпалась шелуха, засыпая глаза двум свидетелям этого приключения.
   Быстро подхватившись, Пиня поспешил к двери, но она оказалась запертой. Не раздумывая, он оттолкнулся от двери и бросился к окну, а через открытое окно – на улицу…
   Конечно же, жаль, что у Пини не было времени на раздумья. Иначе он не прыгал бы из окна, которое находилось на десятом этаже. Но теперь ничего уже не изменишь.
   «И что они там говорили о помощнике Макса и о каких-то кучах лузги? – еще успел, падая, подумать Пиня. – Неужели они имели в виду меня? Нет, я о шелухе докладывать Максу не буду…»
   Страшный грохот от падения смышленого помощника детектива разбудил, наверное, половину города. Упал Пиня не на мягкие подушки. Пробив кровлю одноэтажной пристройки, он грохнулся на кучу музыкальных инструментов, которые принадлежали муниципальному оркестру. Спасло Пиню то, что он упал на большой барабан, учинив грохот и дребезжание медных тарелок. После прокатился по клавишам рояля, звук которых по силе не уступал грохоту барабана.
   Из окна, откуда он выпал, раздались выстрелы. Держась за карманы, чтобы не растерять остатки семечек, Пиня выбежал на улицу.
   За углом дома его уже ждал Макс. Выстрелы не смолкали, поэтому они быстро спрятались в кусты.
   – Что там случилось? – начал расспрашивать Макс, крепко удерживая Пиню, который все еще порывался куда-то бежать. – Ты учинил такой тарарам, что разбудил, наверное, весь город!..
   – Что случилось, что случилось!.. – Пиня наконец успокоился и тотчас достал из кармана горсть семечек. – Ты, посылая меня на задание, мог бы хорошо все продумать! Знаешь, какие у Дага узенькие вентиляционные ходы? Он, наверное, умышленно сделал их такими тесными, чтобы я не сумел пролезть. А как там душно, ты хоть догадываешься?
   – Мне не интересно слушать о твоих проблемах. Рассказывай быстрее, что ты там слышал и кого видел.
   И Пиня с удовольствием начал рассказывать, какую непоправимую ошибку сделал тогда Макс, наказывая его за сообщение о связи Дага с Опрокинутым. У него еще и до сих пор ноет затылок от тумаков. Сейчас там, наверху, Пиня видел своими глазами, как они вдвоем разговаривали, и слышал, как они договаривались обезвредить его – Макса.
   – Ты ничего не путаешь? Они разговаривали обо мне? – Макс стряхнул с себя лузгу. – Может, ты из-за своих семечек плохо что-то расслышал? Я уверен, что ты и там оставил горы шелухи.
   – Я прекрасно все слышал, и не цепляйся к моим семечкам! – Пиня, лузгая, начал чавкать еще громче. – Говорили они только о тебе, так что можешь ждать неприятностей. Неизвестно, почему из-за тебя и я должен страдать. Денег ты мне за работу давно уже не выплачиваешь. А теперь, когда тебя оставили без лицензии, и подавно не будешь платить. Тогда хоть не запрещай мне лузгать семечки. Если бы не они, то мне пришлось бы снова начать курить. А ты ведь знаешь, как это вредно для здоровья! И вообще, ты хоть немножко беспокоишься о здоровье своих подчиненных?..
   – Перестань болтать всякую бессмыслицу, – осадил его Макс, напряженно раздумывая над сообщением Пини. – Мы приготовим для головорезов Опрокинутого хорошую ловушку. Ладно, пошли отсюда, Пиня.

Ловушка для Опрокинутого

   Солнце пекло немилосердно, и Пиня уже готов был закричать от боли – такие мучения доставляли ему ожоги. Но ни кричать, ни вообще двигаться он не имел возможности, так как был крепко привязан к стволу поваленного на землю дерева. И вообще, ему пока что надо было помолчать. От ствола дерева вплоть до асфальтной дороги тянулся ручеек из его семечек. Все это было частью хитро задуманной Максом ловушки для Опрокинутого и его бандитов. И хоть Пиня сопротивлялся и протестовал против подобного «мудрого» плана, но Макс настоял на своем.
   Им стало известно, что недалеко от этого места, возле старого дуба, всегда собираются на тайные сходки Опрокинутый и его ребята. Именно здесь они задумывают все свои коварные планы. А дорожка из семечек должна была сбить их с толку и заманить именно сюда, к поваленному дереву. Вдобавок, как только они выйдут из машин, Пиня должен создать шум, чтобы наверняка привлечь их внимание.
   Конечно, можно было его и не привязывать к стволу, но так надежнее, настаивал Макс, чтобы он, Пиня, испугавшись, чего доброго не убежал.
   То, что план Макса имел свои недостатки, Пиня подозревал с самого начала, а теперь убедился в этом окончательно. К стволу дерева, будто играясь раздвоенным языком, подползала длинная змея. Она, похоже, давно заметила Пиню и выжидала благоприятный момент, чтобы им заняться. А может, всего лишь ждала обеденной поры, строго соблюдая режим дня.
   Как бы то ни было, но змея приближалась, и Пиня подумал, что давно надо было найти себе другого начальника. От Макса одни неприятности, если угрозу попасть на обед подобной змеюке можно назвать просто неприятностями. Пиня уже не раз в затруднительные минуты давал себе слово найти другую работу, но все же продолжал покорно выполнять очередное «гениальное» задание Макса.
   – Ма-а-акс! – тихо подал голос Пиня. По их плану кричать было еще рановато. – Макс, ты где?.. – уже громче позвал он товарища, но ответа не дождался.
   Змея, не спеша, заползла на ствол, вползла на голову Пине и на минуту замерла, вглядываясь в свою жертву. Она будто хотела убедиться, что получила сегодня на обед что-то стоящее, в отличие от вчерашнего, когда вынуждена была удовлетвориться худосочным противным хомяком. Пиня от испуга не мог уже и пикнуть. Он, словно загипнотизированный, вытаращив глаза и не закрывая рта, смотрел на змею.
   А ей такой забавный вид сегодняшней жертвы понравился. Рептилия наклонилась к открытому рту Пини и начала внимательно рассматривать, что там внутри делается. Потом длинным язычком залезла ему в рот, будто пересчитывая зубы, и даже попробовала добраться до горла.
   В эту минуту Пиня окончательно решил, что давать поблажку прихотям Макса больше не будет. Пусть он сам удостоится таких приключений, выполняя свои же «мудрейшие» задумки!
   Змея, к счастью, передумала углубляться далее в рот жертвы. Возможно, ее напугали острые зубы Пини. Она сначала заползла ему под пиджак, а потом залезла и под рубашку. Похоже, что этот тайник ей понравился, и она, свернувшись в клубок, решила немного здесь отдохнуть. Надо полагать, догадалась хитрая, что ее жертва, будучи привязанной, никуда не денется, поэтому и не торопилась с обедом.
   Пиня не смел и пошевельнуться. Он продолжал лежать с разинутым ртом, не осмеливаясь потревожить змею.
   Над его открытым ртом закружили два черных шмеля. Они искали себе удобную нору, в которой можно было бы устроить гнездо, и, похоже, эта нора им понравилась. В ней можно будет откладывать мед и разводить семью. Шмели, конечно же, залетели в рот Пине, оставив там добытый нектар. Немножко отдохнув, они полетели снова за нектаром.
   Недалеко, на асфальтированной дороге, остановился кортеж дорогих машин. Из них вышли вооруженные охранники Опрокинутого. Из самого длинного, похожего на автобус лимузина вышел и их хозяин. Он потянулся, смачно зевнул и… вдруг увидел на обочине ручеек шелухи от семечек. Опрокинутый понял, что где-то рядом должен находиться помощник детектива Макса – известный любитель пощелкать семечки.
   Дорожка от семечек тянулась в поле, как раз в направлении старого дуба. Это Опрокинутому показалось странным и даже подозрительным. Он, кивнув своим головорезам, чтобы шли за ним, направился по дорожке в поле. Пройдя сотню метров, они увидели поваленный ствол дерева, а на нем – в самом деле, Пиню. Эта находка очень порадовала Опрокинутого. Он давно искал возможности поквитаться с этим надоедливым кролем. Уже не раздумывая, он с подручными бросился к стволу.
   Именно на это и рассчитывал Макс.
   Сделав несколько шагов, бандиты провалились в старательно замаскированную ветками и сорняками большую яму.
   – Ай-ай-ай!.. – раздалось многоголосье из ямы. И сразу же оттуда прогремела беспорядочная стрельба.
   Бандиты создали такой шум не только потому, что яма оказалась глубокой. Нет. Там их ждал сюрприз. Макс с напарником всю ночь напролет ловили в поле ежей и к утру насобирали их мешка четыре. Поэтому сейчас все дно ямы было усеяно колючими клубками.
   Стрельба и крики пострадавших разбудили в конце концов змею. Она, зевнув, выползла из-под рубашки Пини, еще раз проверила, привязан ли он, и неспешно поползла к яме.
   Появление змеи на краю ямы произвело на бандитов неизгладимое впечатление. На мгновение они даже перестали стрелять. А когда она, обрадовавшись богатому обеду, заползла в яму, то вопли и беспорядочная стрельба возобновились еще с большей силой.
   В эту минуту Макс подбежал к стволу и быстро развязал Пиню.
   Освободившись от веревки, Пиня выплюнул изо рта оставленное шмелями добро и набросился на своего начальника:
   – Чтобы я еще когда-либо послушался тебя!.. Меня… меня едва не проглотила змея, надо мной поиздевались какие-то сумасшедшие шмели, а ты сидишь в траве, и хоть бы что!
   – Ничего, Пиня, не переживай так, – успокаивал напарника Макс. – Видишь, все кончилось, как я задумал.
   – Как задумал?.. А змея – это тоже твоя задумка?
   – Змея появилась очень своевременно. Она помогла нам не меньше, чем ежи.

Вторая ловушка для Опрокинутого

   «Откуда ты только взялся? – сердился помощник детектива на ветер, держась за ветку и с опаской посматривая вниз. – Напрасно я так высоко забрался. Макс всегда придумывает задания, которые ставят меня в затруднительное положение!»
   Он вынужден был залезть на это дерево, чтобы наблюдать за дорогой – не приближаются ли машины. Сам Пиня был глубоко убежден, что для этого совсем не обязательно было куда-то залезать. Машины и так поднимут столько пыли, что будет видно за три километра. Но Макс любит перестраховаться, поэтому и заставил Пиню залезть на дерево по возможности выше. Сам он сейчас сидел за большим камнем в засаде, также наблюдая за дорогой.
   Дело в том, что по этой дороге должен был проехать Опрокинутый, направляясь к небольшому поселку, который находился за холмом. В поселке пряталась Изабелла после бегства из дому. Сбежала она, не желая соглашаться на брак с Дагом. И конечно же, это произошло при активном содействии Макса.
   Бегство Изабеллы наделало много шума. Щига вначале подумал, что его единственную дочурку похитили, чтобы получить за нее выкуп. Ну а потом он подумал уже про Макса. Он вообще любое неприятное событие в городе связывал с детективом. Почти все жители города придерживались такого же мнения. Так уж почему-то повелось.
   Вскоре выписался из больницы Опрокинутый. В городе все уже знали о том, как Макс поиздевался над ним, поэтому Опрокинутый сделал все, чтобы разведать, где прячется детектив. Он также был уверен, что, найдя Макса, он найдет и Изабеллу. За эту работу ему пообещали хорошо заплатить Щига с Дагом.
   Макс никак не мог понять, каким образом Опрокинутый узнал о местонахождении Изабеллы. А потом догадался, что об этом могли рассказать молочницы, которые каждый день ездят из поселка в город торговать на рынок.
   К встрече с ватагой Опрокинутого Макс хорошо подготовился, перепрятав Изабеллу в другом селении.
   Автомобили появились из-за поворота так неожиданно, что Макс даже на минуту растерялся. Он взглянул на дерево, недоумевая, почему Пиня молчит, не подавая никаких сигналов. Издали он не мог разглядеть, что там происходит с его помощником, но Макс был уверен, что Пиню снова отвлекла его извечная страсть к лузганью семечек.
   Но на этот раз он ошибся. Пине сейчас было не до семечек. Ветка, за которую он держался, обломилась еще до появления машин, и Пиня давно уже должен был упасть с дерева. Его спасли большие карманы, вернее, один карман. Пиня зацепился карманом за сучок и теперь висел высоко над землей, умоляя судьбу, чтобы она не отвернулась от него в эту злосчастную минуту. И судьба, как видим, не отвернулась. А возможно, судьба здесь ни при чем. Всего-навсего карман оказался пришитым на совесть, да и сучок попался крепкий.
   Как на беду, откуда-то прилетел дятел. Птица красивая, но имеет скверную привычку долбить крепким клювом все подряд. Он бесцеремонно уселся Пине на голову и несколько раз долбанул его по лбу.
   Здесь Пиня еще раз убедился в справедливости народной поговорки, что беда, по обыкновению, не приходит одна. Дятел об этой поговорке ничего не знал, поэтому еще раз клюнул свою жертву, отчего у неудачливого разведчика посыпались из глаз разноцветные искры. Пиня собрался уже позвать на помощь Макса, но как раз в эту минуту под ним промчал кортеж машин Опрокинутого, подняв огромный столб пыли.
   – Ап-чхи-и-и! – громко чихнул Пиня, отчего сук обломился, и он таки полетел вниз, в самую гущу пылищи. – Ой! – отчаянно заверещал помощник детектива.
   Но никто сейчас не мог прийти ему на помощь, так как все были очень заняты. Макс напряженно наблюдал за автомобилями, которые остановились неподалеку, а их пассажиры, в свою очередь, внимательно присматривались к дорожке из семечек, которая вела куда-то в кусты.
   – Они находятся там! – выкрикнул Опрокинутый. Он приказал, чтобы все ехали за ним, и его машина рванула в заросли кустов…
   Что было потом, лучше не рассказывать, так как, услышав это, малые дети не смогут заснуть.
   За теми кустами начиналась глубокая пропасть, а где она заканчивалась, могли рассказать только сами пострадавшие. Кто уцелел, конечно.
   Страшный грохот падающих в пропасть машин и ужасный вопль их пассажиров еще долго откликались громким эхом. Эти вопли были слышны в самых отдаленных поселках.
   В сравнении с этими душераздирающими криками вопль помощника детектива, который продолжал барахтаться в пыли, был похож на писк комара.
   – До каких пор, скажи, пожалуйста, я должен терпеть подобные издевательства над собой?! – набросился Пиня на Макса, когда тот наконец прибежал к нему на помощь.
   – Ты ничего себе не повредил, Пиня? – не обращая внимания на справедливое негодование напарника, спросил обеспокоенно Макс.
   – Повредил, и даже очень! – продолжал возмущаться помощник детектива. – Посмотри на меня, и сам увидишь!
   Пиня на самом деле выглядел сейчас не лучшим образом. Оборванный карман, исцарапанная мордочка, весь в пылище, а на лбу кровоточили раны от железного клюва полоумного дятла.
   – В следующий раз сам полезешь на дерево, – никак не мог успокоиться Пиня.
   – Не обижайся, дружище. Следующего раза не будет. Видишь, как снова помогли нам твои чудодейственные семечки? – Макс кивнул на кусты. – Кстати, у тебя не осталось немножко семечек? Дай и мне пощелкать. Теперь я верю, что это на самом деле замечательное и очень полезное занятие.
   – Ты, наверное, насмехаешься? – начал отряхиваться от пыли Пиня. – Мне совсем сейчас не до веселья…
   – Нет, не насмехаюсь. Ты молодец, Пиня. – Макс смачно чавкал губами, лузгая семечки. – Я еще раз удостоверился, что без твоей помощи не смог бы провести ни одной успешной операции. Ты заметил, что нам в последнее время везет? Я думаю, после сегодняшнего фиаско Опрокинутый не скоро придет в себя. Жаль, что вместе с ними не было Дага.
   – А почему ты так в этом уверен? – Пиня глянул на кусты. – Может, он как раз и был с ними.
   – Нет, Даг не настолько глуп, чтобы на виду у всех разъезжать в машине вместе с Опрокинутым. Для Дага мы должны придумать что-то более хитроумное…
   – Только на этот раз без моего участия. Хорошо?..
   – Что ты, что ты, Пиня! Без тебя у меня ничего не выйдет.
   Тем временем крики, доносившиеся из пропасти, затихли. И тотчас оттуда послышались взрывы. Не иначе как взрывались бензобаки поврежденных автомобилей.

Комиссар Бур демонстрирует решительность

   – Ха-ха-ха!.. – захохотал комиссар Бур. Он сидел в кабинете, разговаривая по телефону со своим учителем – старым сыщиком Загом. – Неужели Опрокинутый снова повелся на нехитрую приманку Макса? Ха-ха-ха!.. – еще раз рассмеялся Бур. – Хорошо, хорошо, я верну ему лицензию, – продолжал он, кивая головой. – Я согласен с вами. Макс совсем не плохой парень, и я даже люблю его, но, согласитесь, иногда он такое откалывает, что в никакие ворота не лезет. Старший инспектор до сих пор сердит на меня из-за последней затеи Макса в отеле… Итак, договорились, будьте здоровы.
   Бур положил трубку на место, смачно зевнул, и тут снова резко зазвонил телефон.
   – Слушаю… Где? Когда?.. Немедленно выезжаю!..
   Громкая сирена автомобиля, в котором ехал комиссар Бур, разрывала тишину пригородной зоны в районе вокзала. Перед закрытыми дверями вокзала толпились зеваки и метались озабоченные полицейские.
   – Что здесь случилось? – выйдя из автомобиля, обратился Бур к одному из стражей порядка.
   Полицейский, отдав честь комиссару, невнятно что-то промямлил. Ничего не поняв, Бур оставил полицейского и быстро направился к входным дверям вокзального помещения. Неожиданно его кто-то придержал за рукав.
   – Послушайте, комиссар, – заговорил незнакомец. – Лучше не заходите в здание. Через две минуты там прогремит мощный взрыв…
   – Вы кто? – Бур достал из кармана фонарик, но незнакомец куда-то исчез, будто растворился в воздухе.
   Посветив фонариком вокруг себя, Бур заметил рядом под деревом небольшую кучку шелухи от семечек. Свет фонарика пробежался по стволу дерева, по изгороди, по припаркованным на стоянке машинам, но ничего подозрительного Бур так и не заметил. В эту минуту из помещения вокзала начали в панике выбегать служащие и пассажиры. С криками: «Бомба! Бомба!..» они разбегались в разные стороны, подальше от этого места.
   Между тем Пиня с Максом сидели на дереве, наблюдая за возникшей суетой. Именно Макс успел предупредить комиссара об опасности, хотя тот и не послушался его.
   – Как ты думаешь, сработает на этот раз наш план? – промолвил Пиня, лузгая, по привычке, свои семечки.
   – Может и не сработать из-за тебя. – Макс недовольно взглянул на помощника. – Неужели хотя бы в такой ответственный момент нельзя перестать лузгать? Ты же видел, что комиссар заметил шелуху от твоих семечек?
   В это время с громким воем сирен к вокзалу подъехали еще две машины. Из них повыскакивали саперы. Прихватив свое оборудование, они забежали в помещение. К ним хотел присоединиться и Бур, но его попросили подождать до прояснения всех обстоятельств.
   К вокзалу подкатил еще один автомобиль – роскошный лимузин финансиста. Даг пулей выскочил из машины.
   – Мне стало известно, что здесь арестовали мое имущество, – обеспокоенно обратился он к Буру.
   – Я пока что не владею полной информацией. – Бур взглянул на ярко освещенные окна вокзала. – Дело в том, что вокзал заминирован. Саперы уже работают.
   – Приглашаем в помещение комиссара полиции, – послышалось из открытых дверей, и Бур, отстранив Дага, поспешил внутрь вокзала.
   Его провели к камере хранения, где толпились саперы. Их начальник держал в руках какую-то записку.
   – Мы отыскали запрятанный в мусорной урне сверток, но бомбы здесь не было, только вот эта записка… – протянул он комиссару клочок бумаги.
   Бур надел очки и начал вслух читать:
   – Предупреждаем полицию города, что в контейнере № 666, который прибыл с Аляски, заложена мощная взрывчатка!
   Бур растерянно взглянул на начальника саперов, а тот кивнул на контейнер, который находился рядом. На контейнере было написано:
   «КОНТЕЙНЕР № 666. ОСТОРОЖНО, НЕ КАНТОВАТЬ! СТЕКЛО!»
   – Кому принадлежит багаж? – сурово спросил у присутствующих Бур.
   – Мне, конечно! – откликнулся Даг. – Я ведь вам уже говорил. Меня предупредили по телефону, что мой контейнер арестован. – Он подошел к контейнеру и похлопал по нему ладонью. – Это что, чей-то неудачный розыгрыш?
   – Осторожно! – бросился к Дагу начальник саперов и оттащил его подальше от контейнера. – Там взрывчатка…
   – Взрывчатка? – переспросил удивленный Даг. – Откуда там взяться взрывчатке? Вот, прочитайте, что здесь написано, – он показал на надпись на контейнере.
   – А мы сейчас проверим, что там на самом деле, – вмешался в разговор Бур. Он приказал саперам немедленно вскрыть контейнер.
   – Вы не имеете права! – почему-то заволновался Даг. – Это частное имущество, и я требую санкции прокурора…
   – Здесь, возможно, в самом деле заложена бомба, – Бур жестом показал на контейнер. – А в мои обязанности входит защищать наших граждан от подобных неприятностей! Продолжайте свою работу, – кивнул он саперам.
   – Все же я заявляю протест! – не успокаивался Даг, но его уже никто не слушал.
   Саперы осторожно сорвали пломбы и открыли дверцу контейнера. Оттуда посыпались на пол большие пакеты… с ценным мехом. Саперы даже растерялись на минуту. Они осторожно заглянули в контейнер, но бомбы не увидели. Впрочем, мех, который находился там, был страшнее бомбы. Конечно же – для Дага. Он начал было отказываться и от меха, и от самого контейнера. Клялся, что это не его имущество. Все же в присутствии понятых упаковки с мехом пересчитали и составили официальный акт. Потом все пакеты загрузили обратно в контейнер, вновь опломбировали и приставили охрану из двух полицейских. Дага комиссар Бур арестовал и под аплодисменты присутствующих препроводил в полицейскую машину. Автомобили с громкими сиренами оставили привокзальную площадь.
   Свидетели этих событий также разошлись по домам. А из-за дерева, которое росло возле вокзала, неожиданно прозвучало громкое двухголосное «УРА-А-А!» Конечно, это Макс со своим помощником салютовали в честь удачно законченной операции.
   На следующий день полицейский участок взяла в осаду многочисленная армия журналистов и фоторепортеров. Бур не имел возможности даже выйти пообедать.
   По городу распространялись очень противоречивые слухи. Одни утверждали, что известный в городе финансист Даг не арестован. И что он, вообще, никакого отношения к вчерашним событиям на вокзале не имеет. Другие же, наоборот – гласили, что именно Дагу предъявляли обвинения в контрабанде меха, и пророчили ему долгосрочное тюремное заключение.
   Эти последние слухи активно распространял не кто иной, как Пиня. Он сновал между репортерами, нашептывая им ужасные сведения о деляге Даге. Якобы он давно уже связан со всеми преступными группировками их города, а бандит Опрокинутый ходит у него в подручных, выполняя все приказания. Пиня утверждал, что много нераскрытых преступлений в городе и даже убийств были совершены именно по заказу финансиста. Репортеры гурьбой вертелись вокруг Пини, записывая его откровения на диктофоны. Таким образом, где-то ко второй половине дня горожане утвердились в мысли, что Даг является самым страшным злодеем в их городе.
   Пиня поработал на славу, выполняя задание Макса. Он так старался, что забыл даже о семечках. Только закончив эту трудную работу, он наконец разместился на ступеньках полицейского участка и с наслаждением взялся за свое любимое занятие.
   – Эй, приятель! Уж не собираешься ли ты мусорить тут, перед участком? – остановил его голос комиссара. Бур, воспользовавшись тем, что ряды журналистской братии немного поредели, решил все же выйти пообедать. – Мне кажется, что твою шелуху я видел вчера возле вокзала. Что можешь сказать по этому поводу?
   Пиня от такого намека комиссара едва не поперхнулся семечками.
   – Ну что вы, уважаемый господин комиссар… Та шелуха, которую вы будто бы видели вчера под деревом, совсем не похожа на мою…
   – А откуда тебе известно, что я видел ее именно под деревом? – Комиссар, прищурив глаза и улыбаясь, взглянул на сбитого с толку помощника детектива. – Интуиция мне подсказывает, что вы с Максом таки приложили руки к вчерашним событиям на вокзале. Так или нет?
   – Конечно же… то есть нет, глубокоуважаемый господин комиссар. Как вы могли такое подумать? – Пиня поспешно спрятал семечки. – У нас и права нет заниматься подобными вещами. Мы ведь остались без лицензии…
   – Не думаю, что отсутствие лицензии может вас остановить. – Бур достал из кармана лицензию Макса и протянул ее Пине. – Можешь возвратить эту бумажку своему шефу. Надеюсь, в дальнейшем он будет более осторожным…
   – Конечно, господин комиссар. – Пиня, обрадовавшись, быстро спрятал лицензию в карман. – Теперь мы вообще не будем заниматься такими делами. Мы… мы решили сменить профессию. Будем отныне… торговать семечками.
   – Да-да, так я вам и поверил. Очень вы похожи на тех, кто занимается торговлей семечками.
   Бур пошел обедать, а Пиня стремглав бросился искать шефа. Макса как назло нигде не было. В конце концов Пиня увидел детектива, когда тот выходил из дешевой харчевни под красноречивым названием – «Собачьи омлеты».
   – Постой, гуляка, – остановил Макса помощник. – У тебя сегодня праздник какой-то или что? Вот взгляни-ка на это! – Пиня достал из кармана лицензию. – Теперь у нас в самом деле есть повод праздновать.
   Макс взял у Пини бумажку, глянул на нее, даже для чего-то понюхал и, обрадовавшись, вскричал:
   – Так это же моя лицензия!
   – Да, твоя лицензия. Ты бы лучше поинтересовался, как она ко мне попала. Я думаю, комиссар Бур догадывается, кто вчера устроил спектакль на вокзале.
   – Спектакль? Действительно, спектакль удался на славу. Я по этому поводу и праздную. Присоединишься ко мне?
   У Пини не было серьезных причин для отказа. Обнявшись, они направились ко входу в другую харчевню, которая имела не менее красноречивое название – «Кошачьи бутерброды».

С водопадом надо бы поосторожнее

   Пансионат разместился за высоким забором с колючей проволокой поверху. Густой лес вокруг и безлюдная местность давали повод думать, что заведение это не совсем обычное.
   Макс, остановив автомобиль возле широких металлических ворот, посигналил. Маленькое окошко в воротах отворилось, и оттуда выглянуло суровое лицо охранника.
   – Пожалуйста, пропустите меня, – насколько возможно приветливо обратился к охраннику Макс. – Мне необходимо увидеться с одной из ваших пациенток.
   Охранник еще больше скривил и без того перекошенное лицо, а затем, не промолвив ни слова, закрыл окошко. Макс выбрался из машины, подошел к воротам и постучал в них кулаком, но напрасно. Окошко больше не открывалось.
   «Неужели я напрасно сюда приехал?» – подумал раздосадованный детектив.
   В сердцах он громыхнул в дверь ворот ногой, но результат оказался тем же.
   Тем временем на улице начинало темнеть. Макс принял единственно верное в данном случае решение – когда стемнеет, попробовать перебраться через забор тайно. А сейчас спрятать машину в зарослях и разведать, в каком месте ограды было бы удобнее осуществить свой план.
   Ночь опустилась на землю как-то внезапно. Макс не обследовал еще и половины изгороди, но все же успел отыскать более или менее удобное место. Недалеко от изгороди разросся высокий клен. Макс ловко залез на него, забрался на ветку и… на минутку остановился. Он усомнился, хватит ли у него сил, чтобы перепрыгнуть через забор, не зацепившись за колючую проволоку.
   «Жаль, что я Пиню не взял с собой, – подумал Макс. – Он, конечно, оставил бы здесь следы от семечек, но прыгать вот так, неизвестно куда, Пиня все же больший мастак».
   Посильней оттолкнувшись, Макс таки перепрыгнул через забор. Но там его ожидал неприятный сюрприз. Как раз в этом месте за забором находилась глубокая лужа. Плюхнувшись в нее, Макс переполошил дремавших в ней гусей. Они подняли страшный гогот, а старый гусак даже больно клюнул нарушителя их покоя в темя.
   В здании сразу же засветились окна, а в глубине двора громко залаяли собаки. Макс, оттолкнув гуся, бросился вдоль забора искать какое-нибудь убежище. Собачий лай стремительно приближался. Благодаря свету от окон беглец имел возможность различать стволы деревьев, чтобы не наткнуться на них. И все же он наткнулся – правда, не на дерево, а на какую-то каморку. Дверь ее от удара отворилась, и Макс с разбегу упал вовнутрь, оказавшись на чем-то мягком. Это мягкое тут же задвигалось, тихонько захрюкало и обнюхало непрошеного гостя мокрым, скользким рыльцем.
   Макс понял, что находится в сарайчике для свиней. Он еще раз пожалел, что не взял с собой своего верного помощника, ведь Пиня, как никто другой, подходил для подобных нестандартных ситуаций.
   Затаившись за широкой спиной хрюшки, Макс прислушался к звукам извне. Он припомнил лицо охранника и подумал, что, наверное, лучше иметь дело со свиньей, чем с таким типом. Дотянувшись до дверки, Макс прикрыл ее, что было не лишним, так как сразу же после этого на дверцу начали бросаться собаки.
   Вскоре к сарайчику подбежали охранники и окружили его со всех сторон. Один из них, отворив дверь, посветил внутрь фонариком. Смрад от свиного жилища ударил ему в нос, и он, брезгливо скривившись, захлопнул дверь. Макса охранник видеть не мог, так как тот лежал за свиньей, спрятав лицо в ее жесткую шерстку.
   Недолго побродив возле сарайчика, преследователи побежали дальше, а за ними отдалялся и собачий лай.
   Свинья снова тихонько хрюкнула. Повернув голову, она еще раз обнюхала своего гостя.
   «Хорошо, что Пиня не видит меня сейчас, – подумал Макс, отворачивая от себя рыло любопытной свинки. – И зачем я поехал сам, когда у меня для таких дел есть помощник?»
   Он отодвинулся еще дальше от свиньи, а она, наоборот, начала прижиматься к нему, ощутив родственную душу.
   – Тьфу, – сплюнул Макс. – Отстань от меня, грязное животное! – уже выкрикнул он.
   Свинья, будто понимая его, еще раз тихонько хрюкнула. Похоже, она обрадовалась такой компании. Отодвигаясь, Макс ощутил за спиной стену и понял, что надо смириться со своей участью. Свинья, по-прежнему похрюкивая, прижалась к нему и спокойно заснула.
   «Вот попал в переплет! – подумал Макс, заткнув нос, чтобы не задохнуться от “благоухания” конуры. – Пожалуй, я здесь долго не выдержу…»
   Но куда было деваться? Во дворе все еще лаяли собаки и продолжали что-то выкрикивать охранники. Немножко расслабившись и согревшись возле свиньи, Макс также задремал и даже заснул. Ему приснилась Изабелла, которую он уже давно не видел. Он с нежностью обнимал и целовал Изабеллу, а она в ответ, как ни удивительно, почему-то по-свинячьи хрюкала.
   Проснувшись, Макс увидел, что обнимает и целует свинью. Он снова сплюнул от отвращения и выбежал во двор. Там было еще темно. Макс, крадучись, направился к ближнему окну здания, намереваясь все же отыскать нужную ему пациентку спецбольницы.
   Дело в том, что он вчера, роясь в старых архивах городской больницы, наткнулся на документ, который очень его заинтересовал. Это была справка, выданная гражданке их города Драге Антонине в том, что она прошла обследование в клинике при больнице и признана больной эпилепсией. Там же он нашел фотокарточку больной, на которой она была с сыном. Наверное, это фото вынули из семейного альбома. На обратной стороне Макс прочитал надпись: «Дорогому моему сыночку Паше, на день твоего десятилетия. Мама».
   Макса тогда будто током ударило. Он начал припоминать, откуда он знает эту фамилию, и в конце концов вспомнил. Паша Драга – это ведь настоящее имя его недруга – Опрокинутого. Значит, мама Паши заболела и может находиться где-то в больнице. Макс еще с большей настойчивостью начал рыться в архивных документах и таки нашел. Антонина Драга была переведена в спецбольницу их округа. Там же он отыскал и адрес лечебного заведения.
   Максу очень захотелось повидаться с этой особой. Он так спешил, что не успел даже никого предупредить о своем отъезде. Конечно, он знал, что поспешность может привести к обратным результатам, но не мог себя сдержать. Теперь, перепачкавшись возле свиньи и распространяя вокруг себя нестерпимый смрад, Макс понял, что напрасно так спешил.
   Он осторожно залез на подоконник и тихонько проник через полуоткрытое окно внутрь помещения. Это была кухня. Только под окном находился стол с кухонными принадлежностями. Макс неосторожно наступил на поднос с посудой. Поднос под тяжестью его веса поехал по столу, а потом все вместе свалилось на пол. В тишине помещения это падение прозвучало, словно разорвавшаяся бомба.
   Сразу же за дверью послышались голоса. Макс, не раздумывая, запрыгнул в большой котел, вмонтированный в плиту. Он еще успел накрыться сверху крышкой. В кухню, лязгая оружием, вбежали охранники. Порыскав по всем закоулкам, они остановились возле плиты.
   – Какая сегодня выдалась неспокойная ночь, – услышал Макс голос одного из охранников. – Давно уже у нас не было такого переполоха.
   – Да, но я думаю, что беспокоиться нечего. Никто не сумел бы незамеченным пробраться на территорию. А здесь, на кухне, наверное, кошка где-то лазит, – ответил его напарник.
   Макс сидел в еще не остывшем после приготовления пищи котле, понимая, что долго здесь не выдержит.
   – Вчера снова весь день орала наша бабушка из 45-й палаты, – продолжал разговор первый охранник. – Санитары едва успокоили ее.
   – Эта, как ее… Драга?.. – откликнулся второй охранник.
   – Она, она. Эта Драга – самая буйная пациентка.
   – Возможно, она не такая уж и больная. – Первый охранник приблизился к котлу, в котором затаился Макс. – Ты ведь знаешь, как иногда попадают к нам пациенты? Достаточно не понравиться, скажем, мэру, как сразу же окажешься в подобном заведении.
   Охранник взялся за крышку казана…
   – Оставь ты котел в покое! – остановил его напарник. – Он все равно пустой. Если хочешь есть, то пойдем, я угощу тебя домашними пирожками.
   Охранники направились к выходу. Вскоре их шаги стихли, а Макс наконец выбрался из котла. Точнее, он даже выскочил оттуда, рискуя грохотом крышки снова привлечь чье-либо внимание.
   – Сорок пятая палата… – прошептал Макс и тихонько выскользнул из кухни. Приоткрыв дверь палаты номер 45, Макс натолкнулся на ее обитательницу. Она будто ждала его. Неожиданный удар по голове чем-то наподобие утюга ошеломил детектива. Он едва не свалился на пол, но, ухватившись за напавшую на него пациентку, устоял. Сейчас детектив был похож на боксера, который, находясь в нокдауне, цеплялся за противника, чтобы не упасть.
   А обитательница 45-й палаты явно не собиралась ждать, пока ее гость придет в себя. Она, что-то бормоча, ухватила зубами Макса за ухо.
   – Ой-й-й!.. – неистово заверещал детектив, отталкивая агрессоршу от себя. Ухо ему удалось спасти, но она, словно дикая кошка, снова бросилась в бой. Макс на мгновенье увидел изборожденное морщинами и перекошенное от злобы лицо старухи.
   В конце концов, он применил один из борцовских приемов, после чего обитательница 45-й палаты обмякла и тихонько сползла на пол.
   

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →