Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Когда Уолт Дисней был ребенком, он замучил сову. С тех пор он решил оживить животных в мультиках.

Еще   [X]

 0 

Седьмой мир (Айсберг Кира)

На молодую целительницу возлагают большие надежды. Она готова служить добру и приносить пользу людям. Но ее планы рушатся. Как оказалось, целительница нужна силам зла. И вот, они начинают охоту на нее.

Год издания: 2015

Цена: 69.9 руб.



С книгой «Седьмой мир» также читают:

Предпросмотр книги «Седьмой мир»

Седьмой мир

   На молодую целительницу возлагают большие надежды. Она готова служить добру и приносить пользу людям. Но ее планы рушатся. Как оказалось, целительница нужна силам зла. И вот, они начинают охоту на нее.
   На помощь целительнице приходит странник, его Сила видеть грани между мирами и открывать в них Двери. Он уводит Ольгу в другие миры, чтобы спрятать от преследователей. Несмотря на неприятное чувство опасности, целительница восхищается новыми мирами, они кажутся ей сказочными.
   Герои книги оказываются, то в мире ангелов, то в мире титанов, то в мире ушедших душ и даже – в мире демонов.
   Но удастся ли страннику спасти целительницу? Ведь зло следует за ними по пятам.


Кира Айсберг Седьмой мир

   www.napisanoperom.ru
   Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения правообладателя.
   © К. Айсберг, 2015
   © ООО «Написано пером», 2015

Часть 1

   Мальчики росли все выше и выше, становились все сильнее и сильнее, в конце концов выросли в великанов. И было им имя исполины. Были они злы и несли раздор и войны. И были уничтожены.
   Девочки же внешне выглядели как обычные дети, но была в них скрытая сила, небывалая и мощная. И смогли они скрыться в человеческом мире и избежали гибели. Имя им нефилимы».
Из «Книги Забвения».

Пролог

   Принимая вид молящегося человека, она настраивалась и сосредотачивалась на цели. Чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, на всякий случай она окружила себя Сферой Небытия, совсем простеньким заклинанием, но теперь обычный человек не заметил бы эту молодую женщину, даже если бы натолкнулся на нее. Хотя такого произойти не могло, ведь Сфера Небытия не только скрывала находящегося под заклятием мага от посторонних глаз, она еще заставляла сторониться накрытого заклятием пространства.
   Для поиска подходила любая церковь или любое здание с высоким потолком, желательно куполообразным. Наличие такого потолка – самое важное в поисковом процессе. Энергия, посылаемая на поиск, сначала покидает пределы церкви, а потом возвращается с информацией, собирается в самой высокой точке и стекает, переплетаясь и образовывая узоры, несущие в себе данные, расшифровать которые может только сама искательница.
   Если бы люди, обычные, не обладающие врожденной силой, могли увидеть эту картину, то они любовались бы ею часами, настолько завораживающей и красивой была создающая ее магия. С потолка и по стенам спускались тягучие, переливчатые, полупрозрачные нити. Вот только эти нити не имели материи, которую можно потрогать, ощутить как нечто плотное и весомое. Эти нити являлись самой Силой, в которую умело вплеталась чистая, белая, как иней, магия. Однако Христина не воспринимала нити как нечто красивое, для нее это была лишь информация, поисковые лучи, отправленные искательницей девственные и возвратившиеся к ней пропитанные сведениями.
   Сегодня искательница была уверена, что ее поиск увенчается успехом. Раньше интуиция никогда ее не подводила, так как она была у нее сильнее и более развита, чем у человека. И как может быть иначе, ведь Христина не была человеком или была не совсем человеком.
   Христина не знала, кого именно ей предстояло найти. Но это чувство, когда ты вот-вот нащупаешь золотую жилу, дотронешься до сверкающего силой рубина, вызывало трепетное волнение и заставляло действовать быстрее. Поиск затруднялся тем, что ощущений, где именно нужно искать, тоже не было. Так бывает редко, когда искомый объект настолько неопределен. Обычно искательница знала, где и в какое время проявит себя новая сила. Поэтому, как всегда в трудной ситуации, она всё увеличивала и расширяла зону поиска. Сначала территориально, в пространстве, потом во времени.
   Видеть события в будущем, предсказывать их Христина могла всего на пару часов вперед. Дальше, во времени, события искажались, вели к нескольким реальностям, и ничего определенного сказать было уже нельзя. Судьба человека не предопределена и никем заранее не написана. Люди всегда стоят перед выбором и постоянно принимают решения, меняя направление своей жизни, иногда по несколько раз в день, но совсем не замечают этого. Они сами выбирают свою дорогу, а когда дорога приводит их к тяжелым испытаниям, сетуют на свою несчастную, тяжелую судьбу, которой на самом деле не существует.
   Все дело в выборе, он направляет людей по разным дорогам. Одни дороги ведут человека к счастливым событиям, другие – к ужасным. Более чувствительные люди могут даже почувствовать изменения жизненного направления. Таким людям снятся пророческие сны – сны о транспорте и дорогах. Человек может видеть во сне, будто он едет в трамвае или на поезде. Бывает, ему снится, что он не может сесть на свой, идущий домой автобус. Так же человек может увидеть себя на развилке железнодорожных путей или как он выходит не на своей станции. Тогда у человека возникает чувство потерянности, и он просыпается вместе с ним, пытаясь прогнать тревогу утренним кофе.
   Вот такие сны говорят о том, что происходит выбор, который влияет на направление его жизни. К таким снам нужно прислушиваться и особенно осторожно принимать решения. Если правильно истолковать сон, можно избежать больших проблем, особенно долгих неудач, так называемых «черных полос». На самом деле, если рассматривать проблему «черной полосы» в цвете ауры жизненных дорог, то цвет неудач будет не черный, а коричневый, как цвет ржавчины. Иногда проблемы и неудачи могут окрашиваться и в бордовый цвет, но лишь в том случае, когда в неудачах замешан близкий человек.
   Если же у человека «белая полоса» и ему во всем везет, цвета его дороги будут совсем другие, более нежные и светлые: голубые, синие, розовые и зеленые.
   Сейчас поисковые лучи возвращались к искательнице пропитанные обилием красок жизненных дорог. В этих разноцветных, переливающихся нитях, которые нарастали и сползали на стены маленькой церквушки на окраине подмосковного городка, Христина продолжала искать тот единственный, пропитанный силой рубин. Пока ничего особенного она не видела, улавливались только обычные всплески энергии. Простые, обыденные эмоции: гнев, любовь, боль, радость, разочарование, восторг, ненависть. Все в пределах нормы обычных людей. Кое-где попадались небольшие вспышки магии. Наверное, самодельные колдуны или ведьмы пытались приворожить, или наоборот отворожить чьих-то возлюбленных. Вред от таких колдунов, не имеющих врожденной силы, минимальный. Стоит тому, на кого направлено зло, посетить церковь или принять прохладный душ, постоять несколько минут под потоком воды, как наведенные чары сразу истаивают. Хотя сделанное такими же ведьмами добро тоже не долговечно.
   В своих поисках Христина напрягла свою врожденную силу до предела. Ее чувства были сейчас особенно восприимчивы ко всему, что ее окружало. Она вслушивалась и всматривалась, фиксировала самые незначительные внешние колебания. Где-то далеко в Москве, на ВДНХ, через один час и двадцать минут засияет яркая вспышка Силы. Христина увидела девушку в ярком сарафане, с длинными светлыми волосами, статус – целительница.
   Христина заликовала, ее два сердца забились быстро-быстро, прогоняя по жилам синюю кровь с немыслимой скоростью. Несмотря на внутреннее волнение, внешне она оставалась абсолютно спокойной. Лицо словно застыло в блаженно-умиротворенной маске.
   Целительница…! Она нашла целительницу! Теперь, чуть успокоившись, Христина рассматривала свою находку внимательно, стараясь запомнить каждую деталь.
   В последние годы целителей рождалось мало. Целитель – это белый маг, обладающий врожденной силой врачевания, способный лечить любые болезни. Конечно, целитель может быть колдуном или колдуньей, он также будет исцелять людей, как и белый маг, но скорее всего, только с выгодой для себя.
   Дело в том, что маги и колдуны изначально обладают врожденной силой, не имеющей цвета, абсолютно нейтральной, но по каким-то причинам их Сила приобретает статус и цвет. Иногда удается найти человека до того, как статус определится, тогда из него можно воспитать хорошего, нужного для лиги мага: хранителя, странника, охотника или целителя, того, в ком сегодня нуждается лига больше всего.
   Бывает, что найти вовремя человека с врожденной силой не удается, тогда он может полностью определиться сам, найти учителя среди обычных людей, освоить целительство, гадание, экстрасенсорику. При этом он не будет пользоваться врожденной силой напрямую, и его врожденная сила исказится и установит ограниченный статус, так называемый статус ведьмы.
   «Ну, вот! Нашла!» – Христина окончила поиск и теперь медленно втягивала в себя возвращающуюся к ней силу. Остатки магии и информации остались висеть по стенам маленькой церкви. Теперь эти обрывки были похожи на завядшие, засохшие цветы лианы. Краски нитей выцвели. Без подпитки Силой информация быстро истлевала, осыпалась мелкой пылью и, не касаясь пола, испарялась полностью и без остатка.
   Христина медленно вышла из церкви. Она была довольна, она нашла что искала. Сейчас ей нужен был Олег. Вернее, нужна была его врожденная сила, его умение. Лишь бы он не ушел в другой мир. Иначе придется искать белого голубя, чтобы отправить ему письмо, а на это уйдет время, которого и так мало. Она достала из маленькой черной сумочки, которая как-то незаметно висела на ее плече, телефон и набрала номер, почему-то по памяти, нажимая каждую кнопку. Один гудок, и Олег ответил. Хорошо, он на Земле.
   – Олег, ты нужен мне. Приди! – сказала она, крепко прижимая телефон к уху.
   Рядом с Христиной засияла точка. Она начала расширяться и расти, пока не образовала яркий овал, в который спокойно мог пройти высокий человек. Христина невольно сделала шаг назад. В то же мгновение из открытого в пространстве прохода вышел молодой человек.

Глава 1
Истина

   Проходя через главные ворота, которые венчает диадема рабочего и крестьянки, Оля, как всегда, загадала желание. Она делала это всякий раз, когда проходила здесь, и если эти желания были скромными, они обязательно исполнялись. Было ли это случайностью или стало уже закономерностью, Оля не знала, но почему-то ее всегда тянуло пройти именно через центральный вход.
   Сейчас ей хотелось, очень-очень хотелось, чтобы ее жизнь изменилась и наполнилась хоть каким-то смыслом. Молодой девушке всегда казалась, что она что-то не успевает, что-то не доделывает. Чувства, которые она испытывала, больше подошли бы женщине лет сорока, а не семнадцатилетней девчонке. Сегодня она ощущала тяжелую тоску, которая с самого утра в мучительный ком сдавливала грудь. Ком то подкатывался к горлу, и тогда на глаза наворачивались слезы, то, наоборот, падал куда-то в низ живота и обдавал все тело ледяным холодом.
   Ольга медленно дошла до любимой лавочки в глубине сада. Привычно села на нее, глядя на прохожих. Эта светловолосая девушка часто бывала здесь, всегда сидела тихо, в сторонке, читала книжку. Почему-то любила историю или фантастику. Она не могла понять, почему именно эти жанры нравились ей больше, чем, скажем, женские романы или детективы. Может, потому, что история включала в себя события давно минувших лет, а фантастика – те, которых никогда не было и не будет. Быть может, все из-за той же неудовлетворенности собственной жизнью? Оле интереснее переживать другие, полные приключений жизни, чем пытаться жить собственной, пусть даже эти жизни всего лишь плод чьих-то фантазий. В книгах она находила маленькую отдушину, и каждая новая книга была для нее глотком свежего воздуха, всегда по-своему интересным и увлекательным: то влюбленные вампиры, то мальчики-волшебники, то жадные космические воры…. Иногда ей казалось, что мир вокруг нее волшебный и в нем живут, существуют вампиры и оборотни, а по улицам ходят демоны. Хотя, конечно, это только ее богатое воображение, на самом деле ничего такого нет и быть не может.
   Бывало, Ольга часами сидела на лавочке и смотрела на людей, прогуливающихся по парку. Особенно ей нравилось наблюдать за родителями с детьми. Иногда ребенок начинал капризничать, и тогда его отец, показывая, как сильно он любит свое дитя, брал плачущего ребенка на руки и сажал на плечи. Ребенок сразу же переставал рыдать и начинал смотреть на всех людей с высоты и ширины папиных плеч. Наверное, он думал, что именно сейчас он настоящий король, ну, пусть если не всего города, то, по крайней мере, этой улицы.
   Но сейчас Оля никак не могла заставить себя отвлечься от печальных мыслей. Этот день был днем ее скорби. Ровно полгода назад в автокатастрофе погибли ее родители, и рана от утраты двух самых близких ей людей была еще очень и очень глубока. После трагедии Оля жила с бабушкой, единственным родным ей человеком, который у нее остался. Баба Валя не только смогла сама перенести потерю единственного сына, но и помогла Ольге пережить страшное горе.
   Девушка ощущала себя так плохо, что ей казалось, будто ее боль должны чувствовать все вокруг. Люди должны в унисон с нею быть угрюмыми, а погода, конечно, быть пасмурной и дождливой. Но сегодняшний день выдался жарким и ясным, лето набирало обороты, а люди вокруг выглядели счастливыми. И никому не было дела до Олиной боли.
   Оля надела свой любимый сарафан, он был сшит из двух больших красочных платков, просто прострочен по углам. Не спадать платкам удавалось только благодаря тонким, двойным черным лямочкам на плечах девушки. Оле шло платье, ей вообще шло все, что она носила. Может, благодаря ее внешности, а может, благодаря хорошему вкусу, но, скорее всего, из-за совокупности этих двух качеств.
   Кроме хорошего вкуса, Оля обладала отличной памятью, поэтому учеба давалась ей легко, без особых заучиваний и зубрежки. В медицинский университет девушка спокойно прошла по результатам ЕГЭ. Так же гладко окончила первый курс, с одной только четверкой.
   Несмотря на все ее успехи и привлекательность, у Оли не было близкой подруги, да и с парнями ей тоже не везло. Она тонко ощущала людей, чувствовала, когда ей говорят неправду, как-то по-своему, на понятийном уровне, предсказывала их дальнейшее поведение.
   В своей скорби девушка погрузилась в страшные воспоминания, они захватили ее. Полгода назад бабушке позвонили и сказали, что случилось несчастье. Большой КАМАЗ смял в гармошку пару автомобилей на въезде в город. Все, кто был в легковых машинах, погибли. Одной из этих машин была машина Олиных родителей. Водителя фуры, виновного в аварии, только поцарапало.
   «Не честно, – думала девушка, – не справедливо. Они были такие… такие добрые. Они любили меня. Я любила их».
   Через некоторое время родственникам погибших в той аварии сообщили, что у водителя той ночью рожала жена, и он всю ночь не спал, от усталости заснул за рулем.
   «Как мне больно!» – девушка застонала, но звука не последовало. Она плакала и кричала только внутри себя, где нет места зрителям, где никто не мог подглядеть ее боль.
   Суд над убийцей, а Оля считала водителя именно убийцей, так и не состоялся. Водитель фуры умер, не дождавшись суда. Упал с лестницы и сломал себе шею. Оле не было его жалко, она не могла заставить себя пожалеть его вдову или ребенка. Боль была еще велика.
   «Он это заслужил. Нельзя садиться за руль в таком состоянии. Он это…»
   Оля вспоминала, как в последний раз махала родителям из окна комнаты, когда они выходили из подъезда их девятиэтажного дома. И жалела, что не обняла и не поцеловала их на прощание. О! Кто бы знал, что они уезжают не на пару часов, а на целую вечность…?
   Слезы медленно покатились по ее щекам, но девушка их не замечала. Как не заметила подошедшую к ней молодую женщину.
   – Можно присесть? – спросила незнакомка, как только Оля обратила на нее внимание.
   На вид женщине можно было дать лет тридцать, ну, с большой натяжкой тридцать пять. Короткая стрижка и белые волосы прекрасно подчеркивали ее большие голубые глаза с длинными ресницами, над которыми размашисто чернели в меру густые брови.
   – Да, конечно, – Оля неуверенно сдвинулась к краю лавки.
   Женщина, с легкостью и грацией, которой позавидовала бы любая холеная кошка, села рядом с Олей.
   – Хорошая погода, – сказала она, голос ее был приветливым, и в нем чувствовалось желание поболтать.
   – Да… – вымученно ответила Ольга. Желания разговаривать у нее не было. Но обижать незнакомого человека тоже не хотелось.
   – Какое хорошее место, полное энергии и особой силы, я люблю находиться здесь, – продолжила незнакомка совсем уж по-дружески, словно знала Ольгу уже давно. – Я мешаю тебе?
   Оле хотелось сказать: «Да, Вы мне мешаете, я не хочу ни с кем сейчас говорить». Но сказала только:
   – Нет, все хорошо.
   – Я так и знала, ты не можешь обидеть человека. Это в твоей природе. Ты часть добра. Ты чувствуешь, Оля?
   Незнакомка назвала ее по имени, словно оговорившись. Тень растерянности промелькнула у нее на лице. Но глаза блестели азартным огоньком. Оговорилась она специально или нет, но Оля сразу насторожилась и удивленно уставилась на нее, пытаясь вспомнить, не знакомы ли они, но ее усилия были тщетны.
   – Ничего, Оленька, не переживай, ты меня не знаешь, – с доброй улыбкой сказала незнакомка. – Меня Христина зовут.
   Слова Христины прозвучали как-то по-детски, словно она знакомилась в песочнице с ребятами, которые не хотели с ней играть.
   – Необычное имя.
   Оля не могла понять чувства, которое метались у нее внутри: «Может, стоит встать и быстро уйти? А может, поговорить с ней, с этой странной женщиной? Ну откуда она может знать, как меня зовут? Угадала? А может… – Оле на миг стало не по себе. – Может, она следила за мной?! И на самом деле эта странная женщина маньяк-убийца, выслеживающая девушек и убивающая их на лавочках средь бела дня?»
   Несмотря на эти мысли, Оля совсем не чувствовала страха. Разум, конечно, говорил ей, давал наводку на самосохранение, давал советы уйти. А вот сердце трепетно мурчало, будто почувствовало пусть не родного, то, наверное, близкого человека.
   – Это имя дал мне мой отец, – продолжала говорить Христина так, словно была уверена в том, что эта тема должна быть крайне интересна Ольге.
   Слово «отец» она произнесла с почтением, любовью и грустью, натолкнувшими Олю на мысль, что отец Христины либо серьезно болен, либо уже умер, оставив любящую дочь одну. Что еще больше располагало к незнакомке.
   – Я ведь пришла сюда, чтобы увидеть тебя. Мне надо тебе кое-что рассказать. Оля, ты можешь меня выслушать? Дай слово, что как бы ни было удивительно то, что я тебе скажу, ты меня выслушаешь до конца. Хорошо?
   – Хорошо… – Оля вздохнула, ругая себя за то, что решила слушать сердце, а не разум.
   – Здорово! – обрадованно сказала белокурая женщина.
   И опять ее радость показалась Оле детской и наивной. Казалась, что женщина вот-вот бросится обнимать Олю.
   – Я знала, что ты согласишься меня выслушать. Ты когда-нибудь чувствовала, будто твоя жизнь неполная? Что ты можешь больше, но тебе не хватает каких-то знаний.
   Оля неуверенно махнула головой, это чувство не только знакомо ей, оно было ее проклятьем. Хотя Оля считала, что во всем виноват возраст. Думала, что со временем это ощущение вытеснят и заменят настоящие знания и уверенность в себе. Вот она выучится, станет хорошим доктором, приобретет опыт и все пройдет.
   – Представь себе, что наш мир не такой простой и плоский, как думают многие. Существует не только наша Земля, но и другие миры. Одни отличаются от нашего мира, другие похожи на него. И мы можем посещать некоторые из этих миров. Есть красивые миры, Оля, с парящими островами и необычными животными. Встречаются миры, в которые зло, в самом прямом смысле – зло, не может вступить. Есть и такие, где нет места добру.
   Между этими мирами находится разделительная грань, она местами бывает тонкая, хотя и прочная, а местами настолько толстая, что ее не пробьет даже самый сильный странник – человек, который умеет видеть эту грань и открывать в ней проходы.
   Оля неожиданно подумала, что все это мечта фантаста, а Христина, наверное, перечитала фантастики. О, как было бы интересно жить, если бы мечты были реальностью, а не бредом сумасшедшей!
   – Иногда, – Христина понизила голос и с интонацией человека, рассказывающего страшную сказку, типа «И тут серый волк как выскочит…», продолжила: – Иногда, грань становится очень-очень тонкой и те места, где это происходит, люди называют аномальными зонами. Бывает, что человек, находясь в местах с тонкой гранью, видит что-то необычное, демонов или ангелов, домовых или тарабашек. Чаще всего это лишь искаженный облик существ из других миров.
   – Здорово, – с досадой человека, который попался на своей доброте или глупости, сказала Ольга. И не менее раздосадованно зачем-то спросила: – Ну и сколько их?
   – Чего? – спросила Христина, делая вид, что не понимает вопроса.
   – Миров сколько? – досада начинала переходить в негодование.
   – А… миров много. Но ты все о них узнаешь в семинарии. Сейчас главное другое. Ты должна понять важное, ты – целительница! И держу пари – сильная целительница. Наверняка ты обращала внимание на то, как хорошо растут растения, если ты их посадила сама? Или как быстро выздоравливают больные, если ты ухаживаешь за ними.
   – Я просто знаю, какое лекарство нужно дать в том или ином случае. Вот и все.
   У Оли в голове метнулось воспоминание, как она дает больной бабушке таблетку от головной боли. У нее был гипертонический криз, два дня ей ничего не помогало. Оля приехала с турбазы, дала ей таблетку и стакан теплого чая. Бабушка через полчаса уже пекла оладушки. А цветы – их и в самом деле у нее дома много. Когда она училась в школе, ей обычно на лето давали самые чахлые и засохшие цветы. За каникулы они вырастали и зацветали. Но она всегда думала, что это из-за благоприятной атмосферы в ее квартире.
   – Нет, моя хорошая, дело не в том, какую таблетку ты дала, дело в том, что дала ее именно ты. Подержав ее в руке и пожелав выздоровления больному, ты зарядила ее врожденной силой. Твоя Сила еще не оформлена и ее не хватит, чтобы вылечить тяжелобольного человека, но головную боль снять или простуду облегчить вполне достаточно.
   – Вы тоже целительница? – принимая игру, поинтересовалась Ольга.
   – Я? Да что ты, нет. Я искательница и твоя наставница.
   – А… ну, тогда все понятно, – вставая с лавочки, сказала Ольга.
   «Угораздило же меня слушать эту сумасшедшую. И именно сегодня», – подумала она.
   – Извини, что именно сегодня, – словно услышала ее мысли Христина. – Но именно сегодня ты проявила свою Силу, когда загадала желание, проходя через врата. Сила твоя выбросила сигнальную ракету, а я ее увидела. Смешно. Но на самом деле желания людей выстреливаются из нашего сознания разноцветными салютами. У кого-то салюты маленькие, они только вспыхнут над головой и погаснут. А у кого-то летят высоко, прямо в небо. Твой салют был мощным. Сильно! – Христина одобрительно кивнула головой, при этом уголки ее губ опустились вниз, в знак восхищения и восторга.
   – Ага… – протяжно произнесла Оля.
   Ей ужасно захотелось уйти. Оля посмотрела на Христину, чтобы сказать, что ей пора, что ее ждут, но не смогла ничего произнести. Она оцепенела, уставилась на Христину широко раскрытыми от удивления глазами.
   – Ваши глаза… что с ними? – неуверенно и почти шепотом произнесла Оля.
   Глаза Христины и правда стали необычными. Они блестели и меняли цвет. Они переливались. Что-то похожее можно увидеть, если посмотреть на гладкую, серебряную поверхность компакт-диска, когда на него попадает солнечный лучик. Причем не просто лучик, а обязательно самый яркий, самый теплый и весенний. Глаза Христины становились то зелеными, то голубыми, то ярко-синими, то бледно-красными. Но красивее всего они были, когда ее глаза вспыхивали оранжевым или фиолетовым цветом. Тогда зрачки тоже присоединялись к изменениям и делались иными: золотыми с тоненьким синим ободком и с глубоким в них мерцанием. И это было по-настоящему волшебным, сказочным, фантастическим. Все вдруг стало неважным, второстепенным. Главным оставалось лишь одно – желание смотреть в эти красивые глаза.
   – Да, необычно, правда? – с этими словами глаза Христины приняли их обычный вид и морок рассеялся. – Вот почему так? Говоришь, объясняешь, а верят только после того, как покажешь какой-нибудь фокус?
   Христина печально улыбнулась:
   – Глаза я унаследовала от своего отца. Моя мама была из нашего мира, обычная земная женщина, а вот мой отец… – она замолчала, будто воспоминание причинило ей боль.
   – Ваш отец инопланетянин?
   – Давай на «ты», Оленька. Нам придется много общаться, так будет лучше и легче. Правильнее сказать «Мой отец чужемирец», – она засмеялась.
   – И что, наш мир посещают чужеземцы, – ненароком путая определения, спросила девушка, – и никто об этом не знает?
   – Чужемирцы, – поправила ее Христина, – в основном это демоны разных мастей и статусов. Людям лучше не знать о них.
   – А те, кто знают правду, они борются со злом?
   – Конечно, есть те, кто ведет невидимую войну – белые маги. Охотники – настоящие солдаты Света. Они сражаются не только с демонами, но и злыми ведьмаками, и колдунами.
   – Что, и ведьмы есть, и бабки-ежки, и лешие?
   Ольга начала нервничать, очень уж тяжело в такое поверить. И как защита, в ее голосе появились нагловатые нотки.
   – Бабок-ежек нет и леших, как в сказке, нет. Это всего лишь русский фольклор, появившийся на свет не без помощи хранителей. Хранители – белые маги, которые помогает скрывать все следы тайной войны.
   Христина говорила так, словно не замечала Олиного сарказма. И это пристыдило Ольгу, она сменила свой тон на более спокойный и заинтересованный.
   – А кто еще есть? Я поняла, что есть искатели, целители, хранители, все они со стороны добра. Демоны, ведьмы и колдуны со стороны зла.
   – В нашем мире рождаются еще странники, они на нашей стороне, – продолжила Христина, но на ее лице блеснула чуть заметная улыбка. Похоже, она заметила, что Оля успокоилась и поверила ей. – Людей с такими способностями мало, их меньше, чем охотников. Да и цель у них другая, они проводники, исследователи других миров. Благодаря странникам у нас есть карты, описание и даже кое-какие вещи, принадлежащие другим мирам. Врожденная сила странника – видеть грань между мирами и открывать в ней проходы.
   – Порталы?
   – Двери! Мы их называем – Двери. Порталы, придуманные фантастами, чем-то их напоминают. Но они описывают движение, полет, потерю времени, потерю ориентации. Такого на самом деле нет. Есть Дверь, в которой с одной стороны один мир, а с другой – уже иной. Шаг – и ты в другом мире. Странник может открыть Дверь не только из мира в мир, но и в одном мире, на большие расстояния. Например, из города в город. Или с одного материка на другой. Но, как правило, такие Двери он открывает только на Земле.
   – А как я смогу обо всем узнать? Научиться лечить? – Стоило девушке только поверить Христине, как ее глаза заблестели от перспектив, проносившихся в голове. Она испытывала неподдельную радость и от этого говорила быстро.
   – Исцелять! – поправила ее Христина, сделав голосом ударение на этом слове. – Ты будешь учиться исцелять, еще будешь изучать магию, заклинания разные. Еще будешь учиться управлению Силой и изучать другие дисциплины в семинарии, которая уже много веков готовит людей со способностями или, правильнее сказать, с врожденной силой. Ну а все твои друзья и родные будут думать, что ты продолжаешь учиться в медицинском институте. Ты, конечно, можешь отказаться, тогда все останется так, как есть. У всех есть выбор. Ты можешь продолжить свою учебу, окончишь институт, будешь хорошим врачом, в этом нет сомнения, но ты не сможешь помогать людям в полную силу. Ты не узнаешь правды. Не научишься управлять Силой. Не узнаешь, что такое настоящая магия. Не слишком уж трудный выбор. Правда?
   – Я хочу научиться! – Оля была уверена, что это слышалось в ее голосе и читалось в ее глазах. Только еще один вопрос мучил ее. – Скажите, Христина, кто Ваш… твой отец?
   – Все в свое время, все в свое время! Ты и так слишком много узнала сегодня. Мы встретимся с тобой завтра и продолжим разговор. Я думаю, на этом же месте, в двенадцать часов.
   Христина встала, попрощавшись, отправилась по дорожке в сторону станции метро ВДНХ, она шла медленно, прогулочным шагом. Люди не обращали на нее внимания. Оля сразу поняла и то, что пока Христина была рядом с ней, на них тоже никто не смотрел.
   Оле ужасно захотелось догнать Христину и еще расспросить, но она продолжала сидеть. Она знала, что завтра искательница придет вновь, и уж тогда она сможет задать ей свой вопрос. Она сможет задать ей множество вопросов и получить на них ответы. Она посмотрела на свои руки: «Я могу исцелять. Ну почему я не знала о своем даре полгода назад? Может, я смогла бы помочь своим родителям… Может, я могла…»
   Великая скорбь вернулась вновь, но теперь боль была еще сильнее.

Глава 2
Белая птица

   Всем известно, что в поездах метро дремота охватывает всех и всегда. Даже если ты бодр и свеж, и конечно, если тебе не удалось хорошо выспаться ночью. Причины бессонных ночей могут быть разные, от плача младенца в соседней комнате до шумных посиделок с друзьями на тесной кухне.
   Оля хотела спать, причина ее бессонной ночи была, как она полагала, уважительная. Девушка отмечала с друзьями свой день рождения. Вечеринка была в кафе, они просидели там до полвторого ночи. Потом Магадан, один из однокурсников Оли, подбросил ее до дома на машине. Хороший паренек, Оле он нравился, но не больше, чем просто друг.
   Бабушка уже спала, поэтому Ольга тихо просочилась в свою комнату, мечтая поскорее лечь и уснуть, но только застонала от отчаяния: вещи, которые она так и не уложила в дорогу, стопкой лежали на кровати, а красная дорожная сумка, пустая, одиноко стояла рядом. Мысленно обругав себя, но без злобы, конечно, чтобы не навлечь на себя порчу, Оля принялась укладывать вещи. Потом, вспомнив о подарках, которые ей подарили друзья, кинула их сверху одежды, прикрыв теплой кофтой, которую брала так, на всякий пожарный случай. В монастыре ей надлежало пробыть полтора месяца. Теплые вещи могли пригодиться, в последнее время природа любила пошутить.
   Сейчас в поезде метро она боялась закрыть глаза, чувствуя, что как только сомкнутся веки, она обязательно уснет. Поэтому девушка решила придумать себе занятие, она начала вспоминать последние три года жизни, стараясь подвести итоги достижений.
   Эти три года изменили Олю, сделали ее сильнее и мудрее. Конечно, ровно на столько, насколько может быть мудрой и сильной девушка в двадцать один год. Ольга, как и все в ее возрасте, чувствовала себя ужасно умной и не могла даже помыслить о том, что она может допустить какую-либо ошибку. Однако эта убежденность не уберегла ее от вчерашнего празднования дня рождения перед отъездом на важную практику.
   Оля улыбнулась про себя, когда вспомнила, как получила известие из семинарии, ровно через неделю после первой встречи в парке с Христиной. Письмо из семинарии «Белая птица», где проходили обучение маги – люди с врожденной силой.
   Письмо не принесла сова, как Ольге представлялось, вспоминая мальчика-волшебника из известных книг и не менее известных одноименных фильмов. Письмо просто-напросто бросили в Олин почтовый ящик, самое обычное письмо с двумя штемпелями, наклеенными на него марками и обратным адресом, в общем, все, как полагается, и никакого волшебства на первый взгляд. Чуть позже Оля узнала, что штемпель отправителя – вовсе не обычная печать, а магический пропуск, без него невозможно увидеть семинарию. Защитные чары, наложенные на «Белую птицу» много веков назад, не позволят этого сделать.
   Целительница до сих пор помнила каждое написанное в письме слово. Из содержания письма Оля узнала, что является студенткой первого курса семинарии «Белая птица» и что до места прохождения обучения ее сопроводит наставница Христина. Никакой фамилии или отчества Христины указано не было. Тогда Олю это удивило, уже позже она узнала, что такие, как Христина, вообще не имеют фамилии. Да и зачем она нужна, если ты живешь много сотен лет, и о твоем существовании даже не догадываются?
   Семинария «Белая птица» находилась недалеко от Москвы, в одном из монастырей, принадлежащих уже несколько веков лиге «Семи хранителей».
   Все студенты приезжали в семинарию за день до начала занятий, которые, как и во всех учебных заведениях, начинались первого сентября и заканчивались в начале июля. Учиться Оле было чрезвычайно интересно. И она бы ни капли не слукавила, если бы назвала семинарию своим вторым домом. В стенах этого тайного места не надо прятаться и скрывать свой дар. Здесь все были теми, кем являлись, были настоящими.
   Осознавать себя «владеющей силой», понять, что тебе дано больше, чем обычному человеку, достаточно легко и обладать даром, конечно, здорово. Вызывает одновременно гордость, радость, а какое-то время даже щенячий восторг. Последнее проходит сразу после первого занятия по дисциплине демонологии и уже никогда не возвращается, конечно, если ты белый маг, а не черный колдун, который пользуется Силой нечисти для своей выгоды.
   Гордость и радость, желание творить добро налево и направо тоже угасает во время учебы. На их место заступает уверенность в необходимости держать в тайне свои способности. И еще появляется печальное осознание того, что всем не помочь, даже если выкладываться каждый день и лечить, выжимая себя без остатка. Как бы ни было, но создать мир без боли, мечту каждого белого мага, пока невозможно, но всегда остается надежда на лучшее.
   «Белая птица» является единственной, в своем роде, на территории России. В ней проходили, да и по сей день проходят, обучение владеющие силой со всей России. Много разных чар прикрывают семинарию от людей, от колдунов, от демонов, и даже от всех форс-мажорных обстоятельств. Наверное, если на нее упадет огромный метеорит, семинария останется целой и невредимой. Появится какой-нибудь непробиваемый купол или подушка безопасности. Или семинария перенесется вместе со всеми ее обитателями в другое безопасное место. Наверное. В теории. Предсказатели не видели такой угрозы, но хранители всегда перестраховывались.
   В семинарии молодую целительницу учили владению силой и управлению магией. Оказалось, не так уж и трудно понять, что между Силой, которая рождается с человеком, и магией, которую маг постепенно выбирает из мира, есть большая разница, хотя они существуют в сродстве друг с другом, и могут при необходимости взаимозаменяться. Хороший целитель вполне может пользоваться не только врожденной силой для исцеления человека, но и обычной магией. Например, для того, чтобы посмотреть ауру у больного. Так можно быстрее понять, что тревожит человека.
   Этому заклинанию учат на первом занятии магии, как самому простому. Так называемое – Око. В самом его названии заключена магическая структура, позволяющая видеть ауру, Силу и магию. Забавно смотреть на человека или предметы сквозь заклинание. Похоже на то, что на твои глаза надели радужные линзы, все вокруг приобретает дополнительные цвета, формы и объёмы. Первое время Олю заклинание забавляло, и она постоянно ходила под этой магией. Потом ей наскучило, и она пользовалась заклинанием «око» только на занятиях или в библиотеке для чтения книг, которые написаны магическим способом и обычным зрением невозможно увидеть, что в этих книгах.
   После заклинания «ока» студенты изучали заклинание «ясный глаз», позволяющее видеть переломы и врожденные дефекты, его также называли – Рентгеновским взглядом.
   Вспомнив об этом заклинании, Оля накинула его на глаза, все сразу стало черно-белым, словно она попала в старое кино. Целительница оглядела немногочисленных, в столь ранний час, спутников. Люди как люди, ни у кого не обнаружилось старых переломов или сильных ушибов. Только одна девушка показалась немного необычной, что-то Олю в ней смущало. Но приглядевшись, она поняла, в чем тут дело. В области чуть ниже пупка шевелилось что-то маленькое и еще неоформленное – ребенок. Девушка была беременной, недель шестнадцать, не больше. Какое смешное все-таки заклинание «ясный глаз».
   Оля улыбнулась, ей тут же вспомнился мальчишка Колька, которому сейчас и тринадцати лет нет, а он уже семь лет живет при семинарии. Обладает Колька врожденным Рентгеновским взглядом. Оказалось, что его мать была ворожеей в третьем поколении и училась врачевать по конспектам своей бабки. Своей врожденной силы у нее не было, только остаточная от прабабки, которая была колдуньей.
   Изучала как-то ворожея заклинание «ясный глаз». Ей тогда показалось, что ничего у нее не вышло. Но случился конфуз, оказалось, что сама того не зная, ворожея была беременной, всего-то несколько дней. Поэтому магия, призванная ею, ушла в ребенка, и через девять месяцев на свет появился здоровенький, крепкий мальчик Колька с даром «ясного глаза», только слегка в странном исполнении. Видит всех людей изнутри, даже на фотографиях, хранители этот факт специально отдельно проверяли.
   Мать малыша, когда поняла, что произошло, попыталась на сыне подзаработать. Стала выдавать его за целителя, отмеченного Богом. К ним и потянулись люди, запись на два месяца вперед, и деньги, конечно, немалые.
   Их заметили хранители, стали проверять, что к чему. Тут и выяснилось, что мальчик и в самом деле со способностями. Оказалось, он родился сросшимся с этой нехитрой магией. Теперь Колька – любимчик всех учителей в семинарии, еще бы, к ним так редко попадают маленькие дети.
   Кольку пришлось учить видеть мир правильно. Видеть цвета, видеть красоту людей и животных. Для него были придуманы специальные заклинания, позволяющие мальчику стать нормальным человеком. Скорее всего, он будет хорошим хранителем.
   Если первый курс Оля вспоминала, как веселые дни, то второй – как год труда. Все дисциплины, от заклятия и заклинания до демонологии, стали включать в себя только магию защиты. Начиная с простой охраны жилища и заканчивая защитой от разных демонов. Ей то и дело приходилось готовить какие-то доклады, учить наизусть десятки заклинаний. Даже на анатомии они изучали органы животных, которые может использовать черный колдун против защитных заклинаний мага. Кто бы мог подумать, что глаза ворона могут пробить заклинание «нирвану», а ведь это заклинание достаточно мощное. Да… второй курс был самый сложный на протяжении всех трех лет.
   На третьем курсе Оля узнала, что существует магия, с помощью которой можно лечить людей, и хотя она была врожденной целительницей, с удовольствием ее изучала. Несмотря на слова преподавателя магии, весьма могущественной ворожеи Ирины Ивановны: «Целительнице, владеющей силой, не нужно заучивать заклинания по устранению боли или по удалению грыжи у ребенка. Достаточно воспользоваться своей Силой. Это ворожеям и ведьмам, не имеющим врожденной силы и пользующимся только чистой магией, нужно шептать заклинание, чтобы призвать магию исцеления себе на помощь. Магия исцеления интересна, но для целителей необязательна». Хотя сама Ирина Ивановна врожденной силы не имела, а была дочерью белого мага, она прекрасно манипулировала остаточной Силой, которая перешла к ней по наследству от отца.
   Эта ворожея творила настоящие чудеса, в ее арсенал входило даже крайне редкое заклинание «крылья ведьмы», которое позволяло летать. Хотя у этого заклинания были свои минусы. Во-первых, летать можно было только на метле. Во-вторых, подготовка самой метлы занимала несколько месяцев.
   Оля наверняка бы вспомнила об интересных занятиях по предмету «магия растений и животных», эта дисциплина был для нее обязательной, но поезд подъехал к станции «Проспект Мира», и Оле нужно было перейти на другую ветку метро, чтобы проследовать одну остановку до «Комсомольской». Поэтому мысли сразу улетучились. Она скинула с глаз магию «ясного взгляда», со стороны это выглядело, словно она убрала назад прядь волос, упавшую на лицо.
   Выходя из вагона, Оля задела дорожной сумкой молодого человека, стоявшего на платформе очень неудобно, так что он перегораживал часть выхода. Он был в капюшоне, который скрывал почти все его лицо, и показался Оле необычно странным, каким-то черным и холодным. Такое несуразное чувство, будто она задела покойника. Словно на занятиях в морге, когда нужно сказать, кто лежит под простыней и какие увечья на трупе. Она обернулась, чтобы еще раз посмотреть на странного человека, но двери поезда с шумом закрылись, поезд тронулся и унесся дальше в темноту.

Глава 3
Практика

   Ужасно хотелось спать, глаза закрывались сами собой, соблазняя сознание в приятную дрёму. Рядом с Олей стояла красная дорожная сумка, доверху набитая вещами. Если посмотреть на сумку сквозь магию «ока», она засияла бы белой магией. Так ярко горели подарки, которые целительнице подарили друзья на день рождения. В этом году Олю поздравлял весь ее небольшой курс, состоящий, если считать и саму Олю, из одиннадцати человек: пяти хранителей, четырех охотников и двух целителей, одним из которых была она сама. Считается, что в двадцать один год происходит полное энергетическое заполнение. Поэтому подарки принято дарить магические. Среди подарков были карты таро, заговоренные, конечно, они помогали человеку сделать правильный выбор. Еще синяя свеча – ее пламя давало тепло, словно от большого костра. Также среди подарков была серебряная цепочка с кулоном и с наложенной на цепочку магией сцепления для того, чтобы цепочка не порвалась и сохранила то, что на ней висит – кулон в виде сердца, наполненный солью с Мохоны – мира ангелов.
   Эту соль часто использовали в белой магии для защиты от зла. Редкая вещь в нашем мире. Соль приносят с Мохоны понемногу странники. Большое количество соли перенести через Дверь между мирами невозможно, уж очень мощная в ней заключена Сила. Те, кто рискнули взять с собою больше двухсот граммов магического песка, не вернулись обратно на Землю.
   Вадим, один из охотников, все обычно звали его Магадан, из-за того, что до учебы в семинарии он жил в этом далеком северном городе, подарил Ольге амулет в виде солнца, с волнистыми отходящими от круга лучами и нанесенным на него рисунком глаза в середине. На месте зрачка был вставлен маленький красный камушек. Сам по себе такой знак солнца и есть оберег против некоторых темных сил. Такие обереги использовали наши предки, поклоняясь богу солнца Ра или, как его еще называли, богу Рарогу. Хотя амулет испускал магию куда более сильную для простого оберега. Причину Оля сразу нашла, дело было в красном камушке. Да и не камушек это был вовсе, а маленькая ампула, в которую запаяли всего одну каплю крови.
   Магадан не захотел рассказывать, чья эта кровь и при каких обстоятельствах была собрана. Но мощь амулета заставляла думать, что кровь принадлежала умирающему человеку.
   Конечно, любая кровь – значительный источник Силы, магии и энергии, но кровь умирающего человека… а если это еще и женщина… а если это еще женщина, ждущая ребенка…. В общем, кровь обладает огромной мощью, хотя только одноразового действия. Пока кровь запаяна в амулет, ее Сила урезана, но и она усиливает мага, который его носит, на порядок. А если эту кровь привести в действие, размазать по телу, то маг становится практически неуязвим. Правда, ненадолго, длительность эффекта всегда неизвестна заранее, и от чего она зависит, установить не удавалось, хотя хранители изучали этот феномен уже много сотен лет.
   Теперь амулет-оберег, сверкая магией, лежал в Олиной дорожной сумке.
   – У тебя сумка сияет, как арсенал охотника, – пошутила Христина.
   – Ну зачем надо было тащиться в такую рань, а? – слегка раздраженно, игнорируя только что сказанное Христиной, проворчала Ольга.
   – Это первая твоя практика, надо произвести хорошее впечатление, и может, матушка выделит тебе келью с видом на восток. Там открывается прекрасный вид.
   На эти слова Ольга только хмыкнула.
   – Я ведь, тебя еще не поздравила, – продолжила, улыбаясь, Христина, протягивая Ольге маленькую оранжевую коробочку с бантиком того же цвета.
   – Спасибо! – благодарно сказа Оля, принимая подарок. И сразу же стала его распаковывать, не очень заботясь о сохранности упаковки и позабыв о сне.
   Внутри лежало что-то вроде круглой пудреницы, сверху, на гладкой зеленой малахитовой поверхности, был изображен золотой дракон с двумя головами по обе стороны его длинноватого тела, которое изгибалось и делало петлю. Головы дракона смотрели друг на друга.
   Открыв крышку подарка, Оля увидела, что это не пудреница, как ей представилось, а двойное зеркало.
   – Посмотри на него сквозь магию, – подсказала ей Христина, и ее улыбка стала еще лучезарнее.
   Оля и сама уже догадалась, что наставница подарила не простую вещицу, а, как принято на двадцать один год – магическую. Христина часто говорила, что этот возраст считается годом совершеннолетия Владеющих силой, таких людей, как Оля, как Вадим-Магадан, как Христина, наверное. «Интересно, а когда наступает совершеннолетие у нефилимов? Ведь Христина живет уже не одну сотню лет, да и летоисчисление у нефилимов какое-то свое, словно не от мира сего».
   «Око!» – произнесла целительница, и на ее глаза упала нежная пелена, позволяющая видеть магию, Силу и ауру.
   Зеркало вспыхнуло магией. По ее цвету можно было сказать, что ничего опасного нет. Магия разливалась розовым и белым. Значит, зеркало изготовил белый маг. Если бы создатель зеркала был колдуном, магия имела бы черный или серый оттенок.
   Оля поднесла зеркало ближе к лицу, так чтобы можно было хорошо разглядеть глаза. И увидела, как они расширяются от удивления. Во втором зеркале отражались ее волосы, собранные на затылке так, чтобы шея была открыта. Будто кто-то снимал ее на видеокамеру сзади, а изображение передавал в маленькое зеркальце. Оля медленно пошевелила головой, и изображение в двух зеркалах повторило ее движение.
   – Здорово! – восхищенно воскликнула Ольга. Она никогда даже не слышала о таком. Оля закрыла зеркало, и ей почудилось, всего на миг, что дракон на малахитовой крышечке пошевелился.
   Настроение поднялось, Оля опять открыла зеркало и стала рассматривать свои волосы, поправлять прическу, старалась совсем не думать о практике, которая должна была начаться уже сегодня. Практика – важная часть обучения по управлению врожденной силой. Целитель должен уметь контролировать свою Силу, в отличие от святых людей. Святые люди Силу аккумулируют в себе, преумножают и могут тратить в любом количестве без вреда для себя. А Сила целителя наполняется постепенно, прибывая извне. Никто не знает, откуда она приходит и почему выбирает тех или иных людей. Но мало обладать врожденной силой, ею нужно уметь управлять. Сильный её выброс может привести к полной потере Силы или, в самом худшем случае, даже к смерти целителя.
   Еще весьма важно развивать Силу в себе. Для этого целителю нужно отдавать ее небольшими порциями, понемногу увеличивая расход. Как молоко матери, чем больше берет у нее ребенок, тем больше в следующий раз прибудет молока.
   Теперь Ольге предстояло полтора месяца провести в монастыре Святой Екатерины. Монастырь Святой Екатерины много десятков лет служил хорошим прикрытием для владеющих силой. Целители учились управлению магией, оттачивали свое мастерство, но и для обычных людей монастырь делал много хорошего, можно сказать – волшебного.
   Работало все это очень просто. В монастырь привозили больных детей, с тяжелыми патологиями, как правило, неизлечимых больных. Неизлечимых, впрочем, только для обычных врачей, а не для целителя.
   Самое важное во всем этом – сохранение тайны о существовании владеющих силой. Тайны о том, что в мире живут маги, способные творить чудеса. Для этого в монастыре хранителями велась настоящая работа. Где-то магическая, на уровне легкой магии, для того чтобы люди не задавали лишних вопросов, где-то непомерно сильная, на уровне взаимодействия магии и Силы, а где-то без всякой магии создавалась видимость деятельности. Например, монашенки ухаживали за больными детьми и давали им укрепляющие травы. Обычные травки, ничего особенного, такие как мята или ромашка. Это не приносило вреда, но и помощи от этих травок не было никакой. На самом деле всю настоящую работу делали целители.
   Целители понемногу, чтобы это не выглядело, как внезапное чудо, лечили детей Силой. Конечно, целитель мог бы вылечить ребенка быстро, за один сеанс, но тогда это бы сразу стало сенсацией. Такое нельзя скрыть от общественности, не применяя серьезных магических вмешательств в сознание людей.
   Поэтому деток лечили медленно, такое чудо хранители легко приписывали святому месту, старому монастырю и, конечно, же, вере и молитвам.
   В это лето практику в монастыре Оле предстояло проходить одной. Кроме нее целителем, окончившим третий курс, был Максим из Белоруссии, но он сегодня должен был уехать домой. У Макса серьезно заболела младшая сестра, и он получил разрешение на ее исцеление. Так что свою практику он будет проходить дома, под присмотром своего наставника.
   За Олиными действиями должна будет следить Христина. Конечно, такое условие успокаивало Ольгу. Нужно, чтобы кто-то помогал, контролировал процесс исцеления. Отдать слишком много Силы означало бы опустошить себя, а это может привести к болезни или даже к смерти.
   В вагон электрички зашел молодой человек с большой клетчатой сумкой, наподобие тех, что возят с собою «челноки», набивая их разными вещами для продажи. В руках молодого человека были какие-то тряпочки, на шее висели штук десять фонариков на ярких веревках. Чтобы на него обратили внимание, он, перекрикивая стук колес электрички, начал говорить: «Прошу минуточку внимания! Я предлагаю вам приобрести эти чудо тряпочки – «Чистота без хлопот». С их помощью …»
   Оле стало неприятно, ей не хотелось, чтобы к ней приставали с предложениями что-либо купить. Она повернула голову к окну, стараясь не смотреть на продавца сомнительного товара. «Хорошо Христине, – думала Ольга, – зайдя в вагон, она отвела всем глаза». Христина часто использовала эту магию при Ольге, когда нужно было поговорить без свидетелей, и иногда просто для того, чтобы избавиться от лишнего внимания окружающих. Христине нравилось оставаться незаметной, а при ее внешности без магии это сделать было крайне нелегко. Нефилимы – красивые, притягательные и совершенные существа. Оле подумалось, не сделать ли ей то же самое, и не воспользоваться Сферой Небытия или «зеркальной паутиной», чтобы стать незаметной для людей, но когда продавец своего «супертовара» прошел мимо, не обратив на Олю никакого внимания, поняла, что Христина наложила заклинание и на нее. Каким-то образом она оказалась внутри Сферы Небытия и даже не заметила.
   Было чуточку обидно, что даже находясь под магией «ока», Оля не видела магии, которой воспользовалась нефилим. Ее Сила оставалась непостижима для молодой целительницы, и чувство немощности, связанное с этим, немного раздражало.
   Когда продавец прошел мимо, Оля осмотрела вагон. Людей в вагоне было человек пятнадцать, и все они по какой-то причине, скорее всего, так проявлялись чары, наложенные Христиной, сидели в начале вагона. Позади них оставались свободные сиденья, вероятно, их накрывало заклинание.
   Люди в вагоне на Ольгу и Христину не обращали никакого внимания, те, что сидели лицом к ним, либо смотрели в окно, либо спали, либо увлеченно читали.
   Оля попробовала разглядеть магию, наложенную нефилимом, через зеркало, но и с помощью его магией сияла только ее сумка. Тогда она решила рассмотреть людей. Это было похоже на шпионскую игру. Словно она лазутчик, который следит из-за угла дома за вражеским агентом, тайно передающим ценную информацию злым и жадным людям. И тут в том зеркале, что показывал вид сзади, Оля заметила радужную, похожую на мыльный пузырь, пленку. Эта была магия, недоступная Ольге, магия, которой владели только нефилимы. Она не походила ни на что, виденное ею раньше. Пленка была еле видна, к тому же она имела странную гибкую форму. «Да… – думала Оля, рассматривая мыльные стенки пузыря. – Такой магии нельзя научиться, с ней можно только родиться».
   Тут ее что-то смутило, Оля даже не сразу поняла, что именно. В зеркале, позади себя, Оля увидела человека, который пристально смотрел на нее, он видел ее. Видел прямо, сквозь магию, поставленную нефилимом.
   В сердце ее что-то екнуло, и оно провалилось куда-то вниз. Машинально Оля резко обернулась, но никого не увидела. Место позади нее, как и раньше, пустовало. Она посмотрела в зеркало еще раз, но и там никто больше не отражался. Но Оля продолжала видеть его перед глазами, его лицо словно отпечаталось на сетчатке Олиных глаз. Недобрый, тяжелый, голодный взгляд, тонкие сжатые губы, впалые щеки и капюшон, скрывающий его лоб и брови. Да… и еще кое-что, то самое чувство, что и в метро, словно незнакомец был мертвый, был трупом в морге. Только вот у трупов не бывает таких голодных глаз, а вот у демонов….
   – Ты видела? – Оля испуганно посмотрела на Христину, – Видела его?
   – Кого? – в глазах Христины сначала отразилось беспокойство, потом зрачки ее на пару секунд стали золотыми. – О ком ты? Кроме людей здесь никого нет.
   – Может, он ушел в другой вагон? Христина, он видел меня!
   – Во всем поезде маги только ты и я. Нас никто не может увидеть, я прикрыла нас Сферой.
   – Мне кажется, это был демон и вполне возможно, что именно его я видела сегодня в метро.
   – Ты устала, Оля, отдохни немного, – Христина привстала и нежно коснулась лица целительницы.
   Еще немного Оля пыталась проглядеть через свое новое зеркальце вагон и пассажиров, но все было обычно, все люди в вагоне были людьми, кроме Христины, конечно, ее-то нельзя было назвать человеком.
   Потом Оле стало казаться, что все это ей и в самом деле просто привиделось. Конечно, Христина заметила бы демона, почувствовала бы его, если бы он был здесь.
   «И чего только не привидится! Нужно все-таки спать по ночам, а не дни рождения отмечать», – тут же, словно мозг ждал этих мыслей, Олю охватило сонное состояние или все же прикосновение Христины оказалось магическим, но она ненадолго уснула. Ей даже что-то приснилось. Что-то сумбурное, непонятное и тяжелое, но проснувшись, она сразу все забыла.
   Христина с Ольгой вышли из вагона на небольшой станции. Похоже, на этой станции никто больше не вышел. На перроне было совсем пусто. Станция казалась заброшенной и неухоженной. В конце перрона одиноко стояла будка с большими буквами «к сса», первая буква «а» отвалилась, наверное, уже давно, и на ее месте металл совсем проржавел. Все окна в будочке были наглухо закрыты железными листами. Похоже, здесь очень давно не продавали билеты.
   Как-то по-особому пахло травой, какими-то полевыми цветами. Воздух, казалось, можно потрогать, он медленно колыхался и растекался, словно пар над кастрюлей кипящей воды. Оля повесила свою дорожную сумку на плечо, она была достаточно тяжелой и изрядно давила. Пожалев, что у сумки нет колесиков, она вздохнула и медленно зашагала, пытаясь вспомнить хоть какое-нибудь заклинание, которое помогло бы ей облегчить ношу.
   Христина уже ушла чуть вперед. Шаги ее были легкими и плавными. Оля не видела ее лица, но знала, что нефилим улыбается. У Христины не было ноши, кроме небольшой черной дамской сумочки на длинном кожаном ремне. Однажды Оля поинтересовалась у нее, почему та носит с собой только эту сумочку. На что наставница ответила, что она сшита из кожи какого-то редкого животного, кожа которого впитывает магию как губка. За это ее свойство несчастное животное истреблено колдунами и ведьмами еще в III веке. Оля не запомнила, как называли несчастное животное, но зато хорошо помнила, какие чары были наложены на эту сумочку. «Магия притяжения» как бы приклеивала вещь к ее владельцу. Такую вещь невозможно забыть или потерять, её так же нельзя украсть. Еще на сумочке были чары «фараона», охранная магия, которая защищала лучше, чем замки сейфа банка. Такая магия позволяла открыть сумочку только ее законному владельцу, то есть только самой Христине.
   Еще эта сумочка обладала редкой способностью вмещать в себя предметы намного больше и объемнее, чем она сама. Магия опасная и поэтому почти забытая. Заклинание «схрон» не использовалось уже много столетий. Заклинание не расширяло сумочку изнутри, не делало предметы меньше, чтобы они туда уместились. Заклинание «схрон» переносило предметы в тайное защищенное магией место, которое находилось в другом мире. Как правило, это был необитаемый мир. Заклинание творилось одновременно двумя магами. Нужно обязательно подобрать мир с точно таким же течением времени, как и на Земле. Это значило, что если в нашем мире прошла минута, в том, в другом мире тоже должна была пройти минута – ровно шестьдесят секунд и ни секундой больше или меньше. «Песчинка к песчинке», так прозвали эту магию странники. Если слова будут произнесены не синхронно, произойдет сдвиг, грань между мирами не даст образоваться соединению миров, пусть даже это совсем маленькое соединение, и тогда она может засосать мага в межпространство. Вместимость сумочки Христины была большой, целый кубический метр чужого мира. Максимум, на что способно заклинание «схрон».
   И еще одной особой способностью обладала сумочка Христины: какой бы магический предмет в нее ни положили, сумочка не излучала и не пропускала магию. Она делала предмет невидимым для любых поисковых чар. Оля не знала, видит ли сама Христина магию сумочки, но теперь ей захотелось посмотреть на нее при помощи своего нового зеркала, может, удастся увидеть хоть немного магии.
   Рождённая нефилимом: полуангелом – получеловеком, Христина обладала настоящей врожденной силой и могла гораздо больше, чем обычный человек. Она была полукровкой, такое обозначение давалось нефилимам в древних книгах. Такое отношение людей огорчало нефилимов, но они никогда не спорили. Полукровки были несчастны и счастливы по-своему. Нефилимы не создавали семей, у них не было детей. Но из них всегда получались прекрасные учителя.
   Самое большое отличие нефилимов от людей – отсутствие у них человеческой души. Когда умирает человек, его душа продолжает существовать, пусть и не в этом мире, а в другом. У души какое-то время сохраняется память о прожитой жизни и любовь к близким людям. А нефилимы просто исчезают. Они перестают существовать в этом мире и в каком-либо другом. Сознание того, что ты обречен умереть, исчезнуть в никуда – ужасно. Как нефилимам при этом удается любить людей, помогать им, учить их? Но они это делают, честно и ответственно исполняют свой долг.
   Оля внимательно изучала все о нефилимах, стараясь найти выход для Христины. И узнала, что некоторые хранители считали, что у нефилимов все же есть что-то наподобие души. И что после смерти они все же переходят в другой мир, не доступный даже странникам. Но такое предположение пока не нашло ни своего подтверждения, ни опровержения.
   К монастырю вышли быстро, хотя тяжелая сумка скорости Ольге не прибавляла. Дорога вела через лес и была прямой, никуда не сворачивала и не петляла. Солнце уже было в зените, и жара набрала свои обороты. Но несмотря ни на что, это была приятная, нежная и слегка парящая жара. Не та, знойная, что обитает в больших городах, где раскаленный асфальт проминается под ногами, а женские каблучки застревают, прилипая к нему. Здесь не было машин с их выхлопами, и не было человеческой толкотни и суеты, к которой Оля так привыкла. Казалось, время замерло, его никто не торопил, ему словно некуда было спешить.
   Дорога закончилась, как только дошла до поля, словно уткнулась в невидимое препятствие. Монастырь святой Екатерины стоял посередине, будто поле охраняло его.
   Монастырь был белокаменный, он величественно сверкал на солнце, словно возведен не из камня, а из больших соляных кирпичей. Прихожанам, на время останавливающимся в монастыре, выделяли небольшой домик из красного кирпича. Пристроенный к основному белокаменному зданию, он казался темным пятном на белоснежном фоне.
   Монастырь имел две белокаменных башни и одну звонницу с золотым куполом.
   Забора не было, наверное, поле, окружавшее монастырь, выполняло его защитную функцию.
   Защитное поле было алым из-за цветущих на нем маков. Они словно дышали, нежно покачиваясь на чуть ощутимом ветру.
   Оля накинула магию «ока» на глаза и увидела то, что и ожидала увидеть. Земля перед монастырем сияла защитой. Вернее, она горела белым холодным огнем. Святая земля. Не освященная, а именно – святая. На этой земле когда-то проливалась кровь, много крови. Поле брани, поле битвы, поле смерти. В земле осталось много погибших, очень много. Такая защита называется «тьма». Тьма – это тысяча, так учат детей в первом классе. Не менее тысячи человек должны отдать свои жизни, чтобы защита стала такой сильной, а еще нужен белый маг. Он должен сразу, пока земля не просохла от крови, наложить заклинание, тогда «тьма» станет настоящей защитой.
   – Тьма, – выдохнула Оля.
   – Да, – спокойно ответила Христина, – уже очень, очень давно.
   – А сам монастырь? – Оля боялась, что монастырь для защиты тоже могли построить на костях погибших, и ей от этой мысли сделалось неприятно.
   – Нет, там только охрана, поставленная хранителями.
   Они пошли через цветущее поле к калитке. Здесь никакой тропинки не было, маки ломались и приминались под их ногами, словно большие капли крови падали на землю. Оля обернулась и увидела, как позади нее цветы вновь поднимаются, распрямляются, отряхиваются и снова спокойно раскачиваются в такт дыханию ветра.
   – Знаешь Оля, о маках рассказывается в одной старой легенде. Говорят, что цветок этот не существовал изначально с сотворения мира, а появился после первого убийства на земле, когда Каин убил своего брата Авеля. Каин боялся этого деяния, хотя и был страшно зол на брата. Удар, который нанес Каин, только ранил его, рана была смертельной и болезненной. Авель испытывал ужасные мучения. Это были первые предсмертные муки на земле. Когда Авель умер, в тех местах, где кровь впиталась в землю, расцвели цветы. Их лепестки напоминали капли крови, а млечный сок обладал обезболивающим эффектом.
   – Понятно, – вздохнула Ольга, – появилась боль, появилось и средство от боли. Но как? Кто их создал?
   – Думаю, что остаточная магия земли и растений. Когда-то они имели полную магию.
   – А ты помнишь? – аккуратно спросила Ольга, она не знала, сколько нефилиму лет.
   – Я не такая старая, Оля, – засмеялась Христина. – Честно-честно.
   Навстречу к целительнице и ее наставнице вышла матушка-настоятельница. На вид женщина суровая, стройной стати, с остатками былой красоты на уже немолодом лице. Она была одета в длинное черное платье, и голова покрыта черным платком так, что все волосы были убраны под него. Оля сразу увидела ее статус, настоятельница была хранителем.
   – Христина! Я рада видеть вас. Как вы добрались? – голос матушки звучал твердо, но в то же время заботливо.
   – Все хорошо, матушка, – чуть склонила голову, в намеке на поклон, Христина.
   Настоятельница перевела взгляд на Ольгу, и некоторое время оценивающе смотрела на нее. Оля почувствовала, что ее умело сканируют, просматривают Силу, магию, статус, но сделала вид, что этого не заметила. То, что Оля почувствовала сканирование, означало, что Сила настоятельницы меньше, чем у целительницы. Показывать свое превосходство среди владеющих силой считалось неприличным.
   – Сейчас тебя проводят в келью, а через полчаса жду тебя у себя. Я расскажу, что и как будет проходить. Устав монастыря и распорядок дня висит в каждой комнате. Выучи их, – обращаясь к Ольге, сказала матушка, – если ты не успеешь к обеду, придется ждать ужина. А не поспеешь к ужину, будешь спать голодной.
   Матушка приподняла руку, и к ней тут же подошла девушка, одетая в скромное длинное платье, с золотистым платком на голове, улыбка ее была нежной и располагающей. Ольге она сразу понравилась. От девушки веяло магией.
   Матушка дала ей распоряжение проводить Олю в отведенную ей келью.
   – Ты целительница? – обратилась девушка к Оле, как только они отошли от настоятельницы на достаточное расстояние, и она не могла их слышать.
   – Да, я Оля, – она улыбнулась в ответ. – А ты хранитель?
   – Не совсем, я не могу стать настоящим хранителем. У меня нет врожденной силы, только остаточная от матери, она меня сюда и определила. Я – ворожея Оксана. Меня все так и зовут, смешно, правда? Ворожея Оксана. Травки – вот мои и Сила, и магия. Ты обращайся ко мне, если что нужно, вдруг вечером захочешь чай с печенками попить, я буду рада поболтать с тобой.
   – У нас в семинарии есть Ирина Ивановна, так вот, она преподает магию. Она тоже ворожея и весьма сильная.
   – Я бы тоже хотела учиться в семинарии, много о ней слышала, но мама… она считает, что мое место здесь, – лицо ее потускнело, стало видно, что ее это печалило.
   – Настоятельница строгая? – решила сменить тему разговора Ольга.
   – Игуменья Анастасия? – спросила Оксана, будто в монастыре была еще одна настоятельница. – Строгая, но добрая, ругает только за дело.
   Келья оказалась на третьем этаже основного здания монастыря. Это был жилой этаж, только для служителей монастыря. Она была уютнее, чем представляла себе Ольга. Как надеялась Христина, окна выходили на восток, из окна открывался отличный вид на маковое поле и лес за ним.
   На противоположной стене от окна висели две рамочки, в которых под стеклом нашлись устав и распорядок дня, и Оля узнала из них, что вставать ей теперь предстоит в шесть часов утра, завтракать – в восемь часов, обедать – в тринадцать. Можно пополдничать в пятнадцать часов, после дневного отдыха и, конечно же, ужин был – в восемнадцать часов. Хорошо, если бы Ольга хотела похудеть, а так, похоже, ей придется обращаться к ворожее Оксане за помощью. Ей никогда раньше не приходилось голодать. Дома готовила бабушка, и еда всегда была в холодильнике. А в семинарии был второй ужин, да и кефир с булочкой в столовой можно было взять в любой момент, если засидишься допоздна над домашним заданием. Еще из распорядка дня Оля узнала, что у нее целый час отведен для обязательного вышивания крестиком, хотя она этого никогда не делала. Ну что ж, ей всегда хотелось научиться вышивать, почему бы и не сейчас?
   В комнате, кроме кровати, стола и тумбочки, оказался еще и телевизор, хотя и старенький, на ножках, словно толстенький жучок с усиками-антеннами. И к большой радости целительницы в углу нашлась дверь в туалет, рядом с которой на стене оказался маленький, абсолютно чистый умывальник. Водопроводный кран был однорожковый, с одной отвинчивающейся ручкой. И конечно, вода в нем была только холодная. Но для того, чтобы умыться или попить, другой воды и не нужно.
   Монастырь казался старым, а водопровод провели совсем недавно. Оля посмотрела на трубы сквозь магию «ока». Ага. Трубы держались на чистой магии. Один слой накладывался на другой. Тот, кто проводил водопровод, должен был быть сильным магом или узкоспециализированным магом. Есть маги, которые целенаправленно развивают в себе только один вид магии, и достигают в своей области колоссальных успехов. Бывают маги учителя, повара, сантехники. Кто бы не хотел для своего ребенка настоящую Мери Поппинс в учителя? Отличного повара, который готовит так, что язык проглотишь, и может один приготовить обед на двадцать пять человек всего за пару часов? Узкоспециализированный маг не обязательно сильный, просто он использует для работы не только врожденную силу, но и магию: амулеты, заклинания, заговоры, нужные в той или иной области.
   Оля пригляделась к слоям, пронизывающим трубы, они переливались и искрились. Только магия, магия, магия – и вот он, тонкий след врожденной силы. Совсем слабый след, но он имелся. Значит, она права, сантехник был магом. Скорее всего – хранителем. Но чего только не бывает, почему бы и не быть хранителю хорошим сантехником? Проведенные им трубы будут служить веками. Никаких тебе протечек, никаких поломок, мечта домохозяек и коммунальных служб разных мастей.
   Через полчаса Оля спустилась в основной зал, Христина была там и о чем-то разговаривала с настоятельницей. Может, они говорили об Ольге, может, о чем-то своем, но как только собеседницы её заметили, разговор сразу прервали.
   – Проходи, Оля, присаживайся, – матушка настоятельница указала молодой целительнице на стул напротив себя. – Я очень рада, что ты проходишь практику именно в этом возрасте. Двадцать один год – год великой Силы. Ты будешь лечить троих детей, одного мальчика и двух девочек. Детей в монастыре пятеро, но исцелить разрешили только троих. Еще двоих должен был излечить Максим, но он, как ты знаешь, проходит практику в другом месте. А на исцеление нужно разрешение, ты понимаешь меня, Оля?
   Целительница кивнула, а настоятельница продолжила:
   – Нельзя лечить всех, кого хочется. Целителей мало, а больных с каждым годом становится все больше. Силы целителей небезграничны, их не хватит, чтобы помочь всем.
   – Но я смогу. Я постараюсь, – Оля вопросительно посмотрела на Христину. Но та проигнорировала ее. – Это несправедливо. Я могу исцелить всех! Матушка настоятельница, разрешите мне взять детей Максима.
   – Разрешение получено только на троих. Я сделала запрос, подождем, что ответят, – матушка Анастасия казалась абсолютно спокойной, но что-то выдавало в ней внутреннюю тревогу.
   – Когда я смогу начать? – обреченно спросила Оля.
   – Сегодня вечером. Родителям больных детей тебя представят как хорошего массажиста.
   Оле показали место, где она будет проходить практику. Комната была небольшой, посередине стояла кушетка, вдоль стен пять стульев. Христина наложила на все стены и потолок чары. «На всякий случай, – пояснила она Оле, – если что-то пойдет не так, все останется в этой комнате».
   Невыносимо для девушки было то, что на процедуры приводили всех пятерых детей, хотя исцелять разрешено только троих. И Оля понимала, для чего это было сделано. Ее обучали контролировать свою врожденную силу. Контроль над Силой – важная часть обучения. Нужно уметь сдерживать ее, но как это трудно сделать, если перед тобой находится маленькое беззащитное существо, как хочется помочь всем детям!
   Несколько дней Оля крепилась, и все шло так, как и должно было быть. Она исцеляла только тех детей, на кого дали разрешение. И каждый день спрашивала у матушки Анастасии, не пришел ли положительный ответ на двух других детей. Но нового разрешения на исцеление так и не было.
   – Я не понимаю, почему так долго не приходит разрешение, – как-то пожаловалась расстроенная целительница Оксане. Девушки подружились и много время проводили вместе.
   – Я думаю, что все происходящее – часть твоего обучения, тебя испытывают, Оля. Ты должна понять, что ты можешь так и не получить разрешение на исцеление.
   – А ты? Ты можешь им помочь своей магией?
   – Мне нельзя. Настоятельница запретила.
   Оля не знала, но ворожея Оксана уже говорила с настоятельницей и только получила строгий запрет. Конечно, она не могла исцелить детей полностью, но она могла бы попытаться помочь им.
   – Оксана, я боюсь, что я не справлюсь, мне очень плохо.
   С каждым днем Оле становилось все невыносимее смотреть на детей. На мальчика Витю, у которого с рождения паралич нижних конечностей, умного и веселого. Ему уже исполнилось семь лет и в этом году он должен пойти в школу. Если бы на него дано было разрешение, Витя пошел бы в школу на своих ногах.
   Еще мальчик Тема, постоянно кашляющий и задыхающийся, после нападения на него огромного бешеного пса. На него тоже не было разрешения. Эти два мальчика должны были остаться калеками?! Или ждать, когда Оле все же разрешат их исцелить.
   Оля страдала и переживала. Дни шли. Одни дети выздоравливали, другие продолжали угасать. Целительница каждый день видела туманную ауру двух несчастных ребят. Жалость переполняла ее, и на одном из сеансов Оля взорвалась. Она зарыдала. Из нее вырвался пронзительный, душераздирающий крик. Сквозь руки хлынул неудержимый поток Силы. Ей стало страшно, ведь жизненная сила привязана к врожденной силе целителя. Но целительница не в состоянии была с этим что-либо сделать.
   Христина, которая присутствовала на всех сеансах, подскочила к ней и всей своей магией стала останавливать вырывающуюся наружу Силу. Такой врожденной силы нефилим никогда не чувствовала у целителей, поэтому даже растерялась на мгновение. Сила била в Христину и детей, находящихся в комнате. Дети не могли увидеть ее, но они чувствовали.
   Чтобы не напугать детей, Христина создала иллюзию, которую заранее подвесила к потолку комнаты для подстраховки. Она привела ее в действие мгновенно, как только почувствовала выброс Силы, всего одно движение рукой, и дети видели, слышали только то, что им позволили увидеть и услышать. Дети видели плачущую Олю и успокаивающую ее Христину.
   На самом же деле целительница кричала, кричала, как никогда раньше, выпуская из себя гнев, сострадание и врожденную силу, а Христина снимала с себя какие-то амулеты, одевала их на Олю, шептала заклинания. Как она сейчас жалела, что всего лишь нефилим и у нее нет крыльев. Если укрыть человека крылом ангела, то можно сразу успокоить его.
   Когда Христине все же удалось прекратить поток Силы, а целительнице хоть немного взять себя в руки, Оля увидела, что на ее шее висят пять амулетов, а руки связаны серебряной цепью. Как они оказались на ней, девушка не помнила, она словно бы потеряла контроль не только над своей врожденной силой, но и над волей, чувствами и памятью.
   Она непонимающе смотрела на амулеты, с виду обычные фенечки, которые плетут подростки, чувствовала от них уже истлевающую магию. Понимание происходящего стало постепенно возвращаться, вместе с воспоминаниями и болью в руках.
   Христина остановила потерю Силы как раз на грани сплетения двух сил: врожденной и жизненной. Она не позволила Ольге отдать жизненные силы, что привело бы к быстрому старению. Но волосы все-таки успели отрасти на десять сантиметров и слегка посветлеть.
   – Что я наделала? – ноги Оли подкашивались, и ее покачивало.
   Христина молчала. Она смотрела на детей. Неудержимая Сила оказалась настолько мощной, что исцелила всех в комнате.
   – Я провалила практику… – Оля понимала, что не справилась, но в то же время целительница была счастлива. Все дети были здоровы. Они еще этого не поняли, но они были абсолютно здоровы.
   Оля провела в постели целые сутки, ее словно пропустили через мясорубку. Все тело болело, а на душе было неприятное ощущение. Единственным утешением была Оксана, которая приносила целительнице травяные отвары и успокаивала своими разговорами.
   – Вот это да! Оля, это невероятно. Все дети здоровы. Матушка настоятельница уже рассказала их родителям о целительной иконе, которую привезли в монастырь, легенда, которой мы всегда пользуемся.
   – Христина сказала, что раз лечить больше некого, на следующей неделе мы возвращаемся домой. Мне кажется, она разочаровалась во мне, – тихо произнесла Оля.
   – Ты сильная целительница, разве такое может быть разочарованием? К тому же не всем удается пройти практику в первый год.
   – Да, я знаю.
   Оля понимала, что Оксана права, и все равно ее мучило чувство, что она все сделала неправильно.
   – Мне будет тебя не хватать, – Оля тихо всхлипнула, сейчас ей ничего не стоило заплакать.
   – Ты будешь мне писать? – ворожея Оксана присела на край кровати.
   – Обязательно.
   – Только помни, что кроме электронной почты здесь до сих пор пользуются голубиной.
   Девушки засмеялись. Хотя Оксана вовсе не шутила, голуби прекрасные почтальоны и могут доставить письмо куда угодно, а белый голубь может принести небольшое сообщение даже в другой мир.
   Дорога обратно была тяжелой, и не потому, что Оля еще чувствовала себя неважно, а потому, что всю дорогу до Москвы Христина молчала. Конечно, Оля решила, что наставница сердится на нее и боялась заговорить, тем более задавать вопросы.
   – Я решила поехать к бабушке на дачу. Еще две недели до начала учебы, – поделилась своими намереньями с Христиной Ольга.
   – Нет. Отправляйся в квартиру, поставь защиту и никуда из дома не уходи. Ты должна все сделать правильно, поставь полную защиту, все, что сможешь, все, чему тебя учили.
   – Я понимаю, я провалила практику, но… это же не конец света! Христина, на что ты обижаешься?
   Оля негодовала, она чувствовала вину за свой провал, но в то же время она не понимала, почему так сердится Христина. Такое и раньше случалось. Не все овладевали Силой с первого раза. Поэтому-то практику и проводили, начиная с третьего курса, каждое лето в течение трех последующих лет. А Христина вела себя так, словно случилось что-то непоправимое и плохое. Да, и Оксана говорила, что они были готовы к такой ситуации, и легенда об иконе была заготовлена заранее.
   – Ты не переживай, – Христина всматривалась в Ольгу, словно видела ее в первый раз, – все будет хорошо. Только пока я кое в чем не разберусь, посиди дома. Хорошо? У тебя есть четверговая соль?
   – Да. Она у всех есть.
   – Хорошо, – нефилим достала из сумочки небольшой флакончик с белым песком. – Вот, возьми, хорошо перемешай с обычной и четверговой солью и рассыпь ее по всему периметру квартиры.
   У Оли расширились глаза. Они редко использовали в защите все три вида соли. Четверговая соль и так прекрасно справлялась с защитой жилища, хотя и была черной как уголь. То, что протянула ей Христина, было белее белого.
   – Это что, соль с Мохоны?
   Оля опустила на глаза магию ока, соль сияла, мерцала, она была пропитана белой магией. Правильнее сказать, что сама соль и была белой магией.
   – Да, она и есть. Сделай, как я говорю, и пока не сообщай никому, что ты вернулась домой, бабушке тоже.
   Вот это уже было и впрямь странно, теперь Оля стала подозревать, что дело не только в ее оплошности, было еще что-то, о чем ее наставница говорить не желала.
   – У меня есть немного соли с Мохоны, ребята подарили, – вспомнила Оля.
   – Ничего, возьми и эту. Главное, сделай все правильно.
   – Я обещаю, Христина.
   Христина слегка улыбнулась, хотя улыбка получилась нерадостной.
   Дома Оля выполнила все в точности, как ей наказала Христина. Вернувшись, она первым делом расставила в квартире охрану, воспользовавшись для этого защитной магией, от демонов и людей. Наложила чары «фараона» – простое охранное заклинание. Чары «чистой крови» – позволяющие пройти в квартиру только человеку. Через заклинание даже Христина не смогла бы зайти без приглашения, потому, что ее кровь не была человеческой. Эти чары особенно хорошо действовали против вампиров. Если бы нечисть все же изловчилась и смогла подойти к дверям или окнам близко, то сгорела бы в миг, как только переступила черту. Еще Оля поставила «желтый вьюн» – заклинание трудное, но для Ольги оказавшееся легко исполнимым. Не зря они весь второй курс учили защиту. Это заклинание должно было скрутить демона магическими веревками и не дать ему проникнуть в квартиру.
   «Да…. Бабушка не обрадовалась бы, увидь она под своим ковром и вдоль окон рассыпанную черную и белую соль», – думала Ольга, накладывая чары Отрицание зла. Но Христина настаивала, и Оля подчинилась, хотя так и не поняла, зачем нужна такая сверхзащита.

Глава 4
Нападение

   Все книги дома были перечитаны, телевизор надоел. И к тому же дома закончилась вся еда и деньги. Оля несколько дней заказывала продукты на дом, и деньги в кошельке «скончались». Сидеть и ждать, что Христина появится именно сегодня, стало крайне затруднительно, Олю словно тянуло на улицу. Поэтому целительница решила сбегать, очень-очень быстренько, сначала в банк, чтобы снять деньги, а потом и в магазин.
   Целителям полагалась неплохая пожизненная стипендия, и деньги у Ольги водились, к тому же целительница была аккуратной и экономной.
   Выстояв очередь в сбербанке, Оля несколько раз пожалела о том, что не завела банковскую карту, чтобы снимать деньги без проблем в любом банкомате.
   Потом Оля забежала в супермаркет, где пробыла целых сорок минут. Как бы быстро ей ни хотелось сделать покупки, время в магазине самообслуживания словно заколдовали, и оно неслось как реактивный самолет. Оля с корзиной ходила между всех этих бесчисленных секций и прилавков, на которых красиво расставлены разноцветные баночки, пакетики, симпатичные коробочки с надписью «специальное предложение» или «экономия 20 %», и которые так и тянет купить, хотя этот товар тебе совсем и не нужен.
   Есть одно самое главное правило похода по магазинам – ходить в магазин нужно хорошо поев, на сытый желудок, чтобы не кидаться на все подряд вкусности. Оля этим правилом пренебрегла.
   Пропорционально тому, как пакеты с продуктами тянули вниз, настроение поднималось вверх. Оля подумала, что хорошо бы зайти в книжный и купить что-нибудь почитать. По пути к дому очень удобно располагался небольшой магазин, там всегда можно выбрать хорошую книгу.
   Может, если бы в этот момент Оля приняла другое решение и поспешила домой, дальнейшие события развивались бы более спокойно и равномерно. Но она решила зайти в книжный магазин.
   В магазине было уютно, прохладно и пахло новенькими книгами. Оставив пакеты из супермаркета в ячейке камеры хранения, целительница принялась ходить по хорошо освещенному залу, подбирая себе книгу.
   Оля обратила внимание на молодую девушку. Почему-то она то и дело сталкивалась с нею: то у входа в магазин, то у стеллажа с надписью «фантастика», то у стойки «ужасы», и, наконец, у стола «хиты продаж», где аккуратными стопками лежали книги в жестком переплете. Конечно, можно было предположить, что магазин небольшой, и встретить в таком магазине одного и того же покупателя очень даже легко…. Но сразу появился вопрос – а почему эта покупательница берет и рассматривает именно те экземпляры книг, которые только что брала в руки и смотрела сама Оля? Ведь рядом стоят и другие, точно такие же книги.
   Незнакомка подносила книги к лицу, как будто принюхиваясь к их запаху. Один раз Оле даже показалась, что одну из книг девушка лизнула…. И к тому же целительнице стало чудиться, что незнакомка как-то странно на нее смотрит. Что-то злое уловила Оля в ее глазах и улыбке.
   Испугавшись не на шутку, Оля схватила первую попавшуюся книгу со стеллажа «хиты продаж» и быстрым шагом пошла к кассе, которая для удобства покупателей находилась возле выхода из магазина. В душе что-то сильно екало. Что-то пугало ее в этой девушке. Что-то говорило ей: «Брось книгу и уходи. Нет, лучше беги, беги быстро-быстро, как только сможешь». Сердце забилось с бешеной скоростью, будто секундная стрелка на ручных часах.
   Непонятно почему, но незнакомка сильно ее напугала. Девушка ничем не отличалась от других людей в магазине, ей можно было дать лет двадцать, и она была мила собой. Светлый цвет волос, прическа каре, с густой чуть ниже бровей челкой. Кофточка золотого цвета, черные джинсы и золотые туфли на невысоком каблучке. Точно такого же цвета, что и кофточка. Все смотрелось стильно и красиво. «Ну, что тут страшного? Напридумала себе злых глаз и коварных улыбок», – Оля уговаривала себя успокоиться, но страх не хотел ее оставлять. Целительница решила, что должна обернуться и посмотреть на незнакомку сквозь магию «ока», это нужно было сделать сразу, как возникло подозрение. «Око!» – шепнула она, и глаза заволокло невидимой пленкой, позволяющей видеть магию, Силу и ауру.
   Все сразу преобразилось, девушка за кассой приобрела желтоватое свечение, в ее ауре почти не осталось голубого цвета, спокойного и умиротворяющего. Но зато виднелись набухающие нити красного – раздражения и гнева. Оля увидела, что у девушки ужасно болят ноги. Для этого ей не надо было заглядывать за прилавок, холодные потоки она чувствовала и так.
   «Теперь обернись и посмотри на ту девицу… не веди себя как ребенок! Обернись!» – Оля заставляла себя. Потребовалось полминуты, чтобы она все же обернулась, но никого позади не оказалось. Оля с облегчением выдохнула воздух, который комом стоял все это время где-то в горле. Страх начал потихоньку ее отпускать, хотя ноющее чувство в груди все же оставалось.
   На полуавтомате Ольга протянула книгу кассиру-продавцу и вдруг поняла, что даже не знает, что это за книга. Целительница смотрела на продавщицу с жалостью, теперь она буквально видела ее боль, ноги у нее и впрямь сильно болели. «Что будет, если я сниму ее боль, совсем чуть-чуть? Без разрешения, они узнают или нет? Они не узнают, если я сама не скажу, а я могу и забыть», – оплачивая покупку, размышляла целительница.
   Кассир-продавец Ульяна, так сообщал бейджик на ее кофточке, вернула книгу. Она теперь лежала в плотном белом пакете, красная надпись на нем кричала «Книги для всех». Беря пакет из её рук, целительница дотронулась до неё, совсем немного, как бы случайно. Всего две секунды прикосновения. Оля почувствовала холод, который разливался по телу девушки, эта была ее боль. Оля зацепила ее и потянула мысленно, конечно. Потом почувствовала свое тепло и быстро, обжигаясь, выпустила Силу взамен холодным потокам.
   Забрав пакеты с едой из камеры хранения, Оля уже в дверях магазина посмотрела на продавщицу, она улыбалась, в ее ауре появился голубой тон, а красные нити почти рассосались. Боль оставила ее, может, даже навсегда, если Оля все правильно рассчитала. Контролировать Силу было все еще трудно.
   Дорога домой казалась совсем короткой. Оля уже не думала о странной девушке в кофточке золотого цвета, ее мысли заняла продавщица. Целительница была не уверена, что правильно все сделала, а рядом не было Христины, чтобы ее успокоить. Оле удалось снять боль у человека одним прикосновением и Силу удалось пустить дозированно, целенаправленно. Это у нее здорово получилось, и ей ужасно хотелось рассказать все Христине. Ведь она справилась и провала больше не будет.
   Но Ольга ждала Христину не только для того, чтобы рассказать ей о своих достижениях и получить от нее объяснения о цели ее заточения, но и потому, что Христина должна была принести ей приглашение на прохождение четвертого курса в семинарии. Нефилим, являясь наставницей Ольги, делала это каждый год. Без приглашения попасть в семинарию невозможно. Чары, охраняющие «Белую птицу», расступались только перед печатью, которой скрепляли письмо.
   Подходя к дому, Оля увидела молодого человека с большой серой сумкой через плечо. Он стоял около ее подъезда. В тот момент она подумала, что если бы у нее был парень, он обязательно был бы похож на этого высокого красавца. И мгновение помедлив, вошла в подъезд.
   На лестничной клетке оказалось темновато. Оля поднялась к лифту и нажала кнопку вызова. Не так давно в ее доме заменили старые лифты, которые отслужили свой срок, к тому же еще изрядно пострадали от неумных людей. Лифты поменяли на новые, зеленые, более прочные и скоростные, с двумя узкими дверцами. Пришлось, правда, походить больше двух месяцев по лестнице пешком, но зато теперь ездить в лифте стало намного приятнее. К тому же в нем висело зеркало, в котором при тусклом освещении все казались себе красавцами, и это повышало настроение. Секрет зеркала был прост, Оля наложила на него заклинание «свет мой зеркальце», оно немного увеличивало достоинства и уменьшало недостатки внешности человека. Этого было достаточно, чтобы, посмотрев на себя в зеркало, человек оказался доволен собой.
   Удивительно, но когда-то заклинание «свет мой зеркальце» использовали, чтобы увидеть, как выглядит человек внутри, увидеть его истинное лицо, его душу. Добрый, честный человек, посмотрев в зеркало, видел свое отражение, только лучше и идеальнее, чем на самом деле.
   Злой же человек видел искореженное лицо, все в шрамах и ужасных ожогах, и чем хуже была душа человека, чем больше человек сделал плохого, тем ужаснее искажалось его отражение.
   Потом кто-то поменял в заклинании несколько слов. И вместо строчки «Душу выверни и покажи», появилась другая строка «Бальзам на душу наложи» и получилось заклинание, которое теперь радовало людей.
   На табло над дверью лифта высветилась цифра один. Двери ожили и стали медленно открываться. У Оли в груди что-то опять зашевелилось, но уже с большей силой, чем в магазине. От неожиданности она вскрикнула. В лифте стояла та самая незнакомка из книжного магазина. Только теперь глаза ее горели, а сквозь густую челку пробивался синий огонь. Ольга поняла, что ее так испугало там, в книжном магазине. Вот чего она боялась! Эта незнакомая девушка не кто иной, как демон! Все вдруг стало ясней ясного. Стало понятно, зачем она брала в руки книги, которые ставила обратно на полку Оля. Демон, как ищейка, искала след, считывала информацию. А когда узнала, где живет целительница, пришла, чтобы устроить ей засаду. Зашла в лифт и стала ждать, когда Оля его вызовет.
   Незнакомка мгновенно выскользнула из лифта и очутилась за Олиной спиной. Демон с силой втолкнул Ольгу в еще открытые двери, и она влетела в лифт, больно ударившись локтем о металлический косяк. Ей чудом удалось устоять на ногах, она судорожно стала нажимать на кнопки лифта, пытаясь закрыть двери. Двери поползли друг к другу, демон хотела задержать лифт. Оля увидела, как ее рука, с длинными черными когтями, потянулась к ней. Но тут что-то ударило демона, отбросив его в противоположный от лифта угол. Двери сомкнулись, и лифт начал подниматься.
   Оля машинально посмотрела на себя в зеркало, из зеркала на нее смотрела девушка с ошалевшими от ужаса глазами, но прекрасная, как всегда, хотя и совсем бледная.
   Двери открылись на четвертом этаже, это был этаж, на котором жила Оля. Несмотря на панику, ей все-таки удалось нажать на нужную кнопку, и это обрадовало ее, хотя страха не убавилось. Она подбежала к двери, нужно только зайти в квартиру, а там уже защита, там-то она будет в безопасности. Руки тряслись, пока целительница судорожно открывала замки: верхний, а потом и нижний. Пакеты болтались на руке, мешали и тянули руки вниз. Дверь наконец-то поддалась вперед. Но тут внутри у Ольги все оборвалось, краем глаза она увидела, что кто-то бесшумно и быстро, с грацией кошки, скользнул по ступенькам.
   – Оля, ты обронила, – произнес спокойный мужской голос.
   Оля медленно обернулась, сердце готово было выпрыгнуть из груди, его стук раздавался в голове как удары молотка: Тук! Тук! Тук!
   Около нее стоял и протягивал ей пакет с надписью «Книги для всех» тот самый молодой человек, которого она видела у подъезда. В голове продолжало стучать, но теперь уже совсем быстро. Тук! Тук! Тук!
   – Ты уронила его около лифта, – также спокойно повторил незнакомец.
   Оля пристально посмотрела на него. Волосы, ниже плеч, убраны в конский хвост, только одна прядь более короткая выпала и свисала волной. Глаза были зеленые, над ними широкие черные брови. Лоб высокий, без каких-либо отметин, что говорило о том, что это был человек. У демонов на лбу татуировки с их именем, не у всех конечно, у самых сильных демонов их нет. Губы у незнакомца были мужественные, насколько вообще губы могут быть мужественными. Скулы ярко выраженные, подчеркивающие его волевой характер.
   Оля посмотрела на пакет. Конечно, это ее пакет из книжного магазина, она уронила его у лифта и даже не заметила. Непонятно, как она еще не потеряла все свои покупки?
   С надписи «Книги для всех» Олин взгляд перешел на одежду незнакомца. Рукава черной куртки, да и вся его одежда были покрыты какой-то серой пылью. На сумке, висевшей на его плече, была такая же пыль.
   – Это пепел?! – пазл в голове у Оли начал собираться в одну четкую картинку. Она присмотрелась к руке, в которой молодой человек держал пакет, и ее взгляд остановился на ее кисти. У основания большого пальца Оля увидела татуировку в виде ключа с крылышками, как у летучей мыши, и это могло означать только одно, перед ней стоял странник.
   Оля первый раз видела странника. За три года, что она провела в семинарии, она встречала хранителей, охотников, даже трех целителей, один из них был ее однокурсником, но ни разу ей не приходилось встречать людей с Силой странника. Конечно, Ольга знала о них, даже писала самостоятельную работу по истории Силы, которая называлась «Сила и магия странников и охотников». Странники владели интересной Силой, которая позволяла им открывать Двери, проходы между нашим миром и иными мирами. А еще они владели магией, позволяющей им быть невидимыми, то есть умением отводить взгляды людей от себя. А так же владели навыками борьбы с демонами. И они все по окончании семинарии делали себе татуировку в виде ключа. Как раз такую, какая была на руке незнакомца.
   – Ты странник?! – в голосе Ольги слышались нотки надежды. – А пепел? Ты убил ее?
   – Да, – странник, чуть улыбнулся, – и ты можешь успокоиться, ее больше тут нет.
   Оля взяла протянутый ей пакет, он чуть не выскользнул из ее рук.
   – Спасибо, – сказала она. В душе начало восстанавливаться равновесие.
   – Я Олег, – представился странник, отряхивая с одежды останки демона. – Тебе привет от Христины. И еще я бы не отказался от чашки чая с булочкой, – произнес он, посмотрев на большие пакеты в руках Оли.
   – О, да, конечно, – целительнице и самой не хотелось оставаться сейчас одной, она была рада неожиданному гостю-спасителю. Она распахнула дверь, и они вошли в квартиру.

Глава 5
Странник

   Поймав Олин взгляд на своем оружии, Олег решил, что лучше будет объяснить ей, что это за кинжал и зачем он нужен.
   – Кинжал странника, его подарил мне мой наставник после первого настоящего боя. Кинжал наделен сверхсилой, его лезвие состоит из особого сплава трех металлов, привезенных из трех миров, выкован он на Земле великим, в свое время, кузнецом – Безымянным монахом. Ты и сама понимаешь настоящую Силу имени.
   Оля кивнула, не сводя глаз с удивительного предмета.
   – Имя монаха держится в большом секрете, – продолжил Олег, – до сих пор. Безымянный монах в каждый свой кинжал вложил часть своей души, добавил туда поражающие заклинания, наделил оружие могучей магией. Сведение об имени создателя оружия может ослабить его Силу.
   Оля кивнула, давая понять, что понимает. Конечно, монах не отдавал буквально свою душу, он наделял оружие свой врожденной силой, что позволило магии в кинжале существовать вечно.
   – Рисунок лезвия тоже необычен, – зачем-то продолжил Олег, сам не понимая, к чему вдается в такие подробности, неужели он хочет произвести впечатление на Ольгу? – Рисунок меняется каждый раз, когда нож переходит из одного мира в другой.
   Олег вынул кинжал, положил его на ладонь острием к себе и протянул Ольге.
   Оля с восхищением взяла оружие, оно приятно давило своим весом на руку. Рукоять была красивой, резной и удобной. С каждой стороны были изображены глаза, ресницы напоминали крылья. В одном глазу вместо нарисованного зрачка была вставлена небольшая жемчужина.
   Оля стала рассматривать кинжал еще внимательнее, поднесла его поближе к лицу, опустила магию «ока» на глаза и тогда увидела то, о чем говорил Олег. Она увидела рисунок на лезвии, и он был похож на горы, вершины которых покрыты снегом. А затем целительница заметила свет внутри жемчужины, словно ее подсвечивали изнутри голубоватым огоньком. Огонек колыхался, мерцал, казалось, жемчужина была живой.
   – Слеза ангела. Она обладает самой белой из магий. Поэтому этот кинжал один из мощных творений Безымянного монаха, – Олег подумал, не пора ли замолчать, зачем столько рассказывать, ведь он почти не знал эту девушку. Конечно, он следил за ней в течение недели. И не из праздного любопытства, а по той причине, что его попросила Христина. Ее опасения оправдались, нападение все же произошло, и если бы не он, Оля, скорее всего, была бы уже мертва. Но все равно он ее не знает, хотя у него такое чувство, словно он знаком с ней уже очень давно. Оля вызывала у него ощущение удобной одежды, мягкой и приятной телу.
   – Безумно красиво, просто волшебно! – Оля вернула кинжал Олегу, и он отработанным движением вложил его обратно в ножны.
   На кухне царил уют. Мебель из светлого дерева, у стены круглый стол и четыре мягких стула с высокими спинками. Оля достала маленький чайничек и заварила чай. Делала она это правильно: сначала ополоснула чайник кипятком, накрыла его крышкой и слегка повернула против часовой стрелки два раза. Потом эту воду слила, положила одну чайную ложку черного крупнолистового чая, одну ложку мяты и одну ложку специального успокоительного сбора, который она сама собрала для бабушки. Залила все кипятком, накрыла крышкой, обернула полотенцем. По кухне поплыл аромат мяты.
   

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →