Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Батология – изучение ежевики.

Еще   [X]

 0 

Русско-японская война. 1904-1905 (Мартин Кристофер)

В книге подробно и ярко описывается ход военных действий между Россией и Японией в 1904–1905 годах. Автор исследует предпосылки вооруженного конфликта двух мощных держав, анализирует причины поражения русских войск, а также описывает важнейшие, имеющие поворотное значение в Русско-японской войне, сражения – осаду и капитуляцию Порт-Артура, бои на Желтом и Японском морях.

Год издания: 2003

Цена: 149.9 руб.



С книгой «Русско-японская война. 1904-1905» также читают:

Предпросмотр книги «Русско-японская война. 1904-1905»

Русско-японская война. 1904-1905

   В книге подробно и ярко описывается ход военных действий между Россией и Японией в 1904–1905 годах. Автор исследует предпосылки вооруженного конфликта двух мощных держав, анализирует причины поражения русских войск, а также описывает важнейшие, имеющие поворотное значение в Русско-японской войне, сражения – осаду и капитуляцию Порт-Артура, бои на Желтом и Японском морях.


Кристофер Мартин Русско-японская война. 1904—1905

Введение


   У современного читателя возникает закономерный вопрос: какой интерес представляет для него столетней давности история столкновений в 1904–1905 годах двух мощных империй, таких, как Россия и Япония?
   А вот какой. Если бы лидеры Америки тщательно проанализировали этот исторический факт, то нападение на Пёрл-Харбор не стало бы для них неожиданным. Усовершенствованная японцами техника внезапной атаки, примененная против американской военно-морской базы в Пёрл-Харборе 7 декабря 1941 года, была впервые использована японским адмиралом Того против русского флота в Порт-Артуре в 1904 году. Пока японские дипломаты вели переговоры в Санкт-Петербурге, японские корабли переплыли Желтое море и обратили свое смертоносное вооружение на ничего не подозревавшего и совершенно изумленного врага. Врага ли? Русские даже не подозревали, что являются врагами японцев, а глава русской делегации на переговорах, адмирал Алексеев, наместник царя в Азии, пока не загрохотали орудия, был совершенно уверен, что японцы никогда не осмелятся напасть на великую Россию.
   Если бы Британское колониальное правительство и военные силы в Азии были готовы к такому нападению, тогда не было бы мгновенной потери Гонконга и Сингапура. Через несколько месяцев японцы не устремились бы через Тихий океан, захватывая острова и территории, которые потом отвоевывались войсками западного альянса в тяжелых битвах, когда каждый фут земли доставался ценою огромной крови.
   Спорный вопрос: повторяется ли история… История не повторяется в деталях. Но основные тенденции и направления необходимо уметь видеть. Анализируя ход военных действий 1904–1905 годов между Россией и Японией, можно многому научиться и в итоге понять, почему именно так, а не иначе обстояли дела на Дальнем Востоке вплоть до Второй мировой войны.
   Почему, например, Корейский полуостров при оккупации в 1945 году был разделен по 38-й параллели и американцы заняли территорию, лежащую ниже этой параллели, а русские оккупировали север страны? Как связан остров Сахалин с войной 1941–1945 годов? Если знать, что русские отстаивали в Северной Корее свои интересы еще до начала двадцатого века и держали казачьи войска в северной части этой страны, тогда все становится ясно. Если знать, что царская Россия нуждалась в незамерзающих портах и пользовалась портами Северной Кореи вплоть до 1900 года, то многое становится понятно.
   Если знать, что русские владели островом Сахалин до Русско-японской войны, тогда становится ясно, почему во время Второй мировой войны русские так упорно настаивали на своем вступлении в войну против Японии уже на одиннадцатом часу войны, когда никто из западных союзников этого не хотел. Становится ясно, почему Сталин посылал для взятия Корейского полуострова первоклассные войска, дав им приказ пробиться через Маньчжурию в Порт-Артур. Все сразу становится очевидным, если знать, что происходило в Корее и Маньчжурии в 1904–1905 годах и ранее.
   Когда русские, захватив в 1945 году Маньчжурию, вывозили оттуда целые заводы, они были уверены, что японское оружие попадет в руки китайских коммунистов. Лишь немногие понимали, что Сталин продолжает то, что должен был сделать еще царь Николай II. Лишь некоторые знали, что японцы захватили эти заводы у русских и производили на них вооружение на русском оборудовании. Не всем известно, что это русские построили железную дорогу от Харбина в Порт-Артур через Ляоян. Большинство не знает, что Порт-Артур был русским городом. Японцы захватили его в 1905 году и превратили в японский город. Все слышали о Квантунской армии Японии, но мало кто знал, что эта армия была создана в результате войны, начавшейся в 1904 году.
   Нужно вернуться к Русско-японской войне, чтобы понять, почему в 1945 году Советская Россия поддержала в Китае коммунистический режим, который сама же боялась и ненавидела, из-за его отклонений от линии российских коммунистов. Русские обнаружили, что Япония является их врагом в Азии, и когда Японию оккупировали американцы, то русские справедливо заволновались и настояли на контроле над хорошо им известными территориями с теплыми портами, к которым они давно стремились и в которые их так долго не пускали.
   Чтобы понять события, происходившие в Азии в двадцатом веке, нужно заглянуть в девятнадцатый век и ранее, начиная с походов казачьего атамана Ермака, ведшего свои дружины через Уральские горы в Сибирь. Необходимо учитывать, что Российская империя неудержимо стремилась на восток, к Тихому океану. Нужно понять важность того, что командор Мэтью Перри обратил Японию к западным странам, вынудив ее открыть для американских судов японские порты. Разбуженная Япония начала преобразования на западный манер и стала проводить индустриализацию. Незадолго до конца девятнадцатого века Япония поняла, что индустриализация требует ресурсов и рынков, которых у нее не было. Оглядевшись, она обнаружила, что западные колониальные державы со всех сторон отламывают куски территории Китая. И последовала за ними. Она заняла остров Тайвань (Формозу), создала плацдармы в Корее, где слабое китайское правительство теряло силу и по поводу которых алчное российское правительство вынашивало свои планы. Нужно вернуться к 1806 году, когда русские поселенцы на Камчатке стали продвигаться в северные пределы Японии. К середине века Россия захватила сначала северную часть японского острова Сахалин, а в 1875 году аннексировала и южную его часть.
   Зародыши Русско-японской войны надо искать в этих действиях, а также в том, что в ноябре 1860 года под давлением России Китай отдал ей все восточное побережье Маньчжурии, от Амура до реки Ялу. Эта территория называлась Приморьем или Приморской областью Российской империи. В 1861 году русские высадились на острове Цусима и попытались оккупировать эту территорию.
   До 1900 года Япония и Россия захватывали новые территории. Их проникновение было откровенным, их алчность не отличалась от алчности многих европейских монархий; но между двумя великими державами была большая разница.
   Япония была вынуждена становиться современным государством. Ее лидеры поклонялись современности. Если в проливе Ла-Манш появлялся новый эскадренный миноносец, японцы готовы были перевернуть каждый камень, чтобы разузнать секреты нового вооружения и скопировать его. Если у европейцев появлялись скорострельные орудия, японцы стремились тут же заполучить их. Если у европейцев появлялись четырехколейные железнодорожные пути, японцы тоже должны были иметь их. Они жаждали благосостояния, могущества и территорий.
   Россия тоже хотела благосостояния, могущества и территорий. Но если Япония была вынуждена из феодального общества превращаться в современную индустриальную олигархию при правящей военной верхушке, то русские оставались в западне феодализма. Миллионы русских были крепостными, рабами правящего класса. Даже свободные люди не были так свободны, как весь остальной мир. Русские сочетали социальную слабость феодальной системы с самонадеянностью осознания изобилия их страны и, подстрекаемые своими победами в сухопутных войнах, считали себя непобедимыми. Они были так спокойны в своей слепоте, что даже не заметили, что их обгоняют со всех сторон.
   В конце девятнадцатого века вся Азия была охвачена брожением. Китай, проигравший Японии войну в 1894–1895 годах, растаскивался на куски колониальными державами. Китайской империей в это время правила маньчжурская династия Цин, жившая в Пекине в Запретном городе, обнесенном илистым рвом. К 1895 году, когда Япония по Симоносекскому договору заняла Порт-Артур, Тайвань (Формозу), Пескадоры и другие территории, в империи произошла бойня.
   Китайские националисты попытались силой принудить старую вдовствующую императрицу освободить державу от иностранных «дьяволов». В 1899 году эти националисты, маскируясь под членов общества китайского бокса, начали готовить изгнание иностранцев из Китая. Разразилось так называемое Боксерское восстание (Ихэтуаньское восстание), явившееся полномасштабным проявлением ненависти против чужеземцев. Боксерское восстание было безжалостно подавлено иностранными войсками, и Китай потерял остатки независимости и прежнего могущества.
   К 1900 году Китай стал поставщиком рабочей силы для колониалистов, а Россия и Япония пытались извлечь прибыль из его слабости. Россия стремилась сохранить контроль над Маньчжурией и хотела наблюдать за Кореей. Япония охраняла Корею и уже положила глаз на Маньчжурию. Таким образом, место действия было определено.

Глава 1
Накануне войны

   Летом 1903 года, когда над пыльными улицами Санкт-Петербурга сияло жаркое солнце, японский министр Курино, стремясь остановить российскую экспансию в Восточной Азии, начал переговоры с царским правительством Николая II. К концу июля 1903 года стало ясно – если не будет достигнуто соглашение между этими двумя неустанно расширявшимися державами, то вскоре может начаться война. Ее угроза беспокоила всю Европу: Россия была союзницей Франции и Германии, а Япония подписала союзнический договор с Великобританией. Возможная война между Россией и Японией могла перерасти в мировой конфликт. Каждый день ситуация становилась все более тревожной и к осени не улучшилась. Было ясно, что, несмотря на переговоры, война неизбежна. И Россия, и Япония следовали одинаковыми курсами на Азиатском континенте, которые когда-нибудь должны были привести к конфликту. Ни в России, ни в Японии никто не стремился к войне для собственной выгоды. Проблема заключалась в политике обоих государств, политике, корни которой уходили на полвека назад.
   Еще до Гражданской войны в Америке, осенью 1860 года, Россия начала экспансию в Азии. Причины этого были достаточно простыми: единственный российский порт в Азии, Владивосток, замерзал на несколько месяцев. Долгое время цари и их министры мечтали о незамерзающих портах в теплых морях Маньчжурии и Кореи, где корабли могли бы разгружаться и стоять в доках в любое время года.
   14 ноября 1860 года русское правительство подписало с Китаем договор, по которому восточное побережье Маньчжурии от реки Амур до реки Ялу оккупировалось русскими. На следующий год Россия высадила военный отряд на острова Цусима, недалеко от Японии, и убрала его, только когда мощная британская морская эскадра вошла в этот район. В это время Япония как раз осуществляла переход от феодальной системы, мешавшей ее контактам с западным миром, и была слишком занята своими собственными делами, чтобы заниматься еще общеазиатскими проблемами. Британские интересы состояли в поддержании ее собственных позиций на Дальнем Востоке и в предотвращении усиления положения других. В 1861 году попытки русских установить контроль над Японским морем были силой остановлены, но Россия не оставила своих амбиций.
   Следующие десять лет западные государства маневрировали на Дальнем Востоке, где Британия поддерживала равновесие сил, что удерживало Россию от дальнейших шагов. В 1875 году Россия получила контроль над островом Сахалин, который стал плацдармом русских в этом районе и усилил их позиции. Это произошло за счет Японии и вызвало болезненную реакцию в островном королевстве. В течение нескольких следующих лет, пока Япония модернизировала свое управление и стиль жизни по западному образцу, в умах японцев поддерживался страх, что Россия попытается доминировать в Азии.
   Правители Японии, руководствуясь этой боязнью, начали предпринимать шаги по усилению японских позиций. Исторически гарантом мира в этом регионе был Китай, но маньчжурская династия Цин, правившая в Китае, была не в состоянии гарантировать независимость Кореи, в то время как русские явно имели там свои интересы. Япония становилась все более современным государством, которому необходимо было расширяться. После некоторых колебаний она стала устанавливать контроль над Кореей, что в 1894 году вылилось в Японско-китайскую войну, продолжавшуюся восемь месяцев и закончившуюся победой Японии. В результате был заключен Симоносекский договор, по которому Япония заставила Китай отказаться от своего влияния в Корее и согласиться на полную независимость Корейского королевства. Японцы получили контроль над Тайванем (Формозой), Пескадорскими островами и Ляодунским полуостровом, выступающим в залив Бохайвань. На южном конце этого полуострова был заложен город, на Западе называемый Порт-Артур.
   Россия была так обеспокоена перспективой японского контроля над Ляодунским полуостровом, что заключила трехсторонний российско-французско-германский союз. Эти три государства имели серьезные намерения установить контроль над различными частями Китая и рассматривали Японию как своего взаимного врага. Поэтому до того, как правительства Китая и Японии подписали Симоносекский договор, министры трех западных держав потребовали от министерства иностранных дел в Токио, чтобы Япония отказалась от своих планов оккупации Ляодунского полуострова. Тогда Япония была еще не в состоянии противостоять трем таким сильным державам, и, обиженная, она выполнила их требования, но японцы ничего не забыли.
   Теперь Россия наряду с другими державами стала спешно укреплять свои позиции на Дальнем Востоке. В 1891 году она приступила к строительству Транссибирской железной дороги. Ситуация в Азии менялась очень быстро, и русским пришлось пожертвовать качеством во имя скорости. Они построили железную дорогу за пять лет, но сумели сделать за это время только одноколейку, успокаивая себя тем, что этого достаточно для расширения российского влияния в Азии. Немцы захватили бухту Цзяочжоу и в 1897 году превратили в колонию лучший район Шаньдунской провинции. Вскоре Британия захватила Гонконг, а Франция – Кантон. Русские стали форсировать свою мечту о порте в теплых водах и появились в Порт-Артуре, таким образом продемонстрировав силу и заставив китайское правительство подписать договор о долгосрочной аренде Порт-Артура и соседнего порта Далянь (Дальний) на двадцать пять лет, плюс выторговали право на строительство железной дороги в Маньчжурии. В Японии было принято решение остановить экспансию России в Азии, но русские этого не подозревали. В Китае реакция на иностранный контроль вылилась в Боксерское восстание, в которое под предлогом наведения порядка вмешались иностранные государства, оправдывавшие таким образом свою борьбу за территорию Китая. После восстания русские получили контроль над большей частью Маньчжурии под предлогом сохранения мира в этом регионе.
   К 1902 году весь мир был обеспокоен русской экспансией на востоке и удивительным ростом могущества Японии. Англия и Япония подписали странный договор о протекции. Если одна из стран окажется втянутой в войну на Дальнем Востоке, другая должна поддерживать нейтралитет и пытаться удержать третьи страны от вступления в войну. Но если на стороне врага в войну вступят третьи страны, тогда подписавшая договор держава должна поддержать своего союзника. Этот договор был подписан, чтобы грядущая Русско-японская война не вылилась в мировую бойню. Вслед за ним в 1902 году последовали подобные договоры между Францией и Россией.
   Тогда, подстраховавшись на случай грядущих событий, будучи уверенными, что другие нации не ударят им в спину, Россия и Япония начали честную борьбу за Китай, Маньчжурию и Корею. Пользуясь договором с Китаем 1902 года, русские опустошили Мукден и другие области, которые они захватили во время восстания боксеров два года назад. Выполнив эту часть работы, русские потребовал от Китая новых концессий. Великобритания, Соединенные Штаты и Япония протестовали против этих новых требований, которые увеличивали власть России в Маньчжурии.
   Особенно беспокоилась Япония, потому что в 1902 году русские двинулись в Корею. Русские стали валить строевой лес вдоль берега реки Ялу на корейской стороне, и вскоре российские войска использовали этот предлог для оккупации всей области. Эти события произошли до лета 1903 года, и к июлю дела находились в таком состоянии, что министерство иностранных дел Японии во главе с министром Курино предупредило русских о том, что Япония считает, что Россия ведет экспансию в Азии и угрожает Японии. Японцы стремятся к переговорам, говорили дипломаты, но переговоры должны произойти немедленно.
   Это было лишь отвлекающим маневром. Японцы представили проект договора из шести статей, касающихся особых интересов обеих стран. Русские настаивали, чтобы переговоры происходили в Токио, и выдвинули контрпредложения. Лето медленно тянулось в обсуждениях, подошел октябрь, когда русские все же выдвинули свои идеи. Русские заявили, что нужно говорить о Корее, а не о проблемах Маньчжурии, потому что Маньчжурия находится в сфере их влияния. Между 16 октября 1903 года и 13 января 1904 года дипломаты двух стран обменялись шестью различными проектами договора. Было очевидно, что нет основы для принятия соглашения. И Россия, и Япония стремились к контролю над Маньчжурией и Дальним Востоком. А тем временем оба государства продолжали вооружаться в ожидании войны, хотя и не верили, что она может произойти. Наконец 13 января 1904 года Япония согласилась считать Маньчжурию вне сферы своих интересов, если только русские уйдут из Кореи, оставив ее Японии. Россия вряд ли могла надеяться на большее, но она хотела большего. Японский министр попросил немедленного ответа на это предложение, но русские тянули с ответом. Японцы ждали около трех недель. Между тем они получали все больше сведений о русских военных приготовлениях и планах русских послать свой мощный флот вокруг Европы, Африки и Азии на Дальний Восток. 4 февраля 1904 года японцы решили, что они достаточно долго ждали. Через два дня министр Курино сообщил графу Ламздорфу, русскому министру иностранных дел, что он имеет указание прервать дипломатические отношения с Россией и вернуться в Японию. Русские засуетились, чтобы исправить дело. Поток закодированных телеграмм был отправлен русскому министру в Токио, адмиралу Алексееву, и он обратился в министерство иностранных дел; но было слишком поздно. Японцы уже приняли решение. Переговоров больше не будет.
   Все месяцы переговоров обе стороны лихорадочно готовились к войне, которая могла начаться. Это была задача сухопутного и морского командования обеих стран, поскольку вооруженные силы всегда должны быть готовы силой претворить в жизнь политику национальных интересов, пусть даже и противоречащую интересам других государств.
   У русских приготовления были особенно поспешными, потому что и сухопутные и морские дела были у русских на Дальнем Востоке в запущенном состоянии. Между 1882-м и 1898 годами русское командование повысило эффективность армии, но военно-морские силы были улучшены в меньшей степени. Но в 1898 году военным министром стал генерал Алексей Николаевич Куропаткин, и проблемам Дальнего Востока впервые было уделено внимание, которого они заслуживали. Генерал Куропаткин начал усиление крепостей и перевел туда новые войска. К 1900 году в Маньчжурии и Сибири было сосредоточено 60 000 русских войск. Куропаткин не мог действовать быстрее, потому что требовалось обеспечить снабжение войск, а у него был ограниченный бюджет, и доставка грузов по одноколейной Транссибирской магистрали происходила медленно. В 1900 году он заявил, что ему потребуется от шести до семи лет, чтобы усилить вооруженные силы, и он попросил «величайшей осторожности в наших внешних отношениях, дабы мы не ввергли себя в войну в невыгодном положении».
   К 1902 году русские военные ясно сознавали опасность войны с Японией. Они планировали усилить мощь с 19 батальонов в 1898 году до 128, еще 40 батальонов нужно было держать в Сибири в качестве резерва; но к моменту разрыва дипломатических отношений, зимой 1904 года, это выполнено не было. Войска в Сибири и Маньчжурии только начали снабжаться современным вооружением.
   Между российскими генералами и чиновниками были серьезные расхождения. Генерал Куропаткин предпочитал действовать постепенно и не вызывать враждебность Японии. Вице-адмирал Алексеев, командующий Квантунским укрепленным районом и действующий командующий Маньчжурскими войсками, прекратил организованную эвакуацию Маньчжурии, которая была обещана русскими в 1902 году. Это было сделано по совету статс-секретаря Безобразова, после серьезных возражений генерала Куропаткина. Мукден, из которого в первые полгода производилась эвакуация, был вновь оккупирован. Ньючуань (Инкоу) также был реоккупирован. Войска были посланы в Корею для охраны лесных концессий, что было совершенно ненужным.
   В 1903 году российский кабинет погряз в разногласиях. Безобразов и адмирал Алексеев проводили свою независимую политику на Дальнем Востоке, несмотря на решения кабинета министров в Санкт-Петербурге. Генерал Куропаткин и несколько других министров обратились к царю, и он согласился, что война с Японией в этот момент нежелательна. Весной 1903 года Куропаткин был послан на Дальний Восток, чтобы взять ситуацию под контроль. Между тем статс-секретарь Безобразов вернулся в Петербург и в отсутствие Куропаткина очень успешно отстаивал свое предложение. В июне 1903 года государственный совет заседал в Порт-Артуре. Там были Куропаткин и адмирал Алексеев. Заседание было столь важным, что были приглашены послы России в Китае и Корее. Безобразов также присутствовал. Все согласились, что надо остановить события, происходящие в Маньчжурии и Корее, и в дальнейшем заставить японцев уйти. Куропаткин вернулся в Петербург, уверенный, что дал правильные инструкции и что оставленные на Дальнем Востоке люди их выполнят. Но вместо этого адмирал Алексеев в результате интриг получил большую власть и пост наместника на Дальнем Востоке. Он взял на себя участие в переговорах с Японией. Генерал Куропаткин как военный министр подписал протест. Он попытался убедить царя, что Алексеев ведет Россию прямо к войне, отказываясь отдать концессии, которые требует Япония. Алексеев был уверен, что Япония далеко не готова к войне и что он сможет сохранить важные концессии, держа твердую линию. Он считал, что любая отданная концессия ведет к новым уступкам и что политика уступок будет рассматриваться как признак слабости.
   Но генерал Куропаткин знал, что к войне была не готова не Япония, а Россия.
   Явных признаков этого не было видно. У России была регулярная армия в миллион человек, а вместе с резервами (каждый годный к военной службе мужчина был резервистом) 345 000 отважных казаков и ополчением Россия могла быстро мобилизовать 4 500 000 человек. В 1900 году на Дальнем Востоке находилось 150 000 русских войск, но в результате договора с Китаем их численность была сокращена. Когда дипломатические отношения с Японией были прерваны, в Сибири, Маньчжурии и вдоль корейской границы находилось только 80 000 русских солдат.
   Русские военно-морские силы на Дальнем Востоке в это время были недостаточно современными и сильными. Зная это, находясь перед угрозой войны, морское командование отправило туда два мощных современных линкора «Цесаревич» и «Ретвизан», которые должны были прибыть в Порт-Артур перед началом боевых действий. «Цесаревич», являвшийся последней моделью французского линкора, был заказан во Франции, чего русские обычно не делали, а «Ретвизан», хотя был несколько меньше, был построен по тому же проекту на верфи в Филадельфии.
   Русский флот после начала войны был разделен между Владивостоком и Порт-Артуром, и основные морские силы были сосредоточены в Порт-Артуре. У России было в Порт-Артуре семь тяжелых броненосных крейсеров, а во Владивостоке – четыре тяжелых крейсера. Эти силы были подкреплены эсминцами, торпедными миноносцами и различными транспортными кораблями. Для боевых действий самыми важными были линейные корабли, и их было всего восемнадцать.
   В начале 1904 года, когда стало очевидным, что переговоры с Японией благополучно не закончатся, Россия приготовилась к усилению своих военно-морских сил на Дальнем Востоке. В это время Россия держала флот в Средиземном море, и двенадцати кораблям этого флота был отдан приказ проследовать через Суэцкий канал в Красное море, потом через Индийский океан, вокруг южной оконечности полуострова Малакка, в воды северной части Тихого океана и в Желтое море. Эскадра была собрана в Порт-Саиде: большой линкор «Ослябя», современный корабль водоизмещением 12 000 тонн, который делал девятнадцать узлов (больше, чем любой японский линкор), два крейсера, несколько легких крейсеров и много торпедных миноносцев.
   Таково было положение русских к началу войны. Центры народонаселения России и ее правительство находились далеко от театра военных действий. Ее линии снабжения были слабыми и плохо защищенными. Ее приготовления к войне были неудовлетворительны, несмотря на заверения адмирала Алексеева, чьи великолепные борода и усы маскировали круглое, наивное лицо ребенка. Алексеев и вел себя как ребенок в дипломатических переговорах, уступая японцам в умении вести дискуссию. Он был уверен, что Япония слабее России и не хочет войны и что японцы просто блефуют.
   А насколько были подготовлены в это время японцы?
   С 1895 года японское самолюбие сильно страдало под давлением западных держав, когда Японии пришлось сдать завоеванные позиции в Маньчжурии. В 1896 году японцы наблюдали, как русские открыли Русско-Китайский банк и начали строить железнодорожную линию в Маньчжурии, которая только укрепляла могущество России. Они наблюдали, как на следующий год немцы вошли в Циндао. В 1903 году они наблюдали, как министр Павлов поехал в Корею и договорился о лесных концессиях. Они узнали о попытках русского министра скрыть аренду корейского порта Масан на южном побережье Кореи, выходящем к Японии. Последней каплей стал шаг Павлова, когда тот обеспечил права России на шахтах в Корее в 1903 году и русские войска оккупировали Йонампхо на южном берегу реки Ялу. Тогда японцы запротестовали и начались переговоры.
   В это же время японская армия и военно-морские силы тайно готовились к войне. Маршал Ямагата, создатель модернизированной японской армии, полагал, что разведка является наиболее важной частью его работы, и с 1892 года начал посылать военных экспертов в Маньчжурию для оценки русских сил. Офицеров командировали в наиболее развитые европейские государства для обучения языкам, чтобы потом они переводили на японский книги по тактике врагов. Японский кабинет министров был прекрасно осведомлен о стремлении России к экспансии на Дальнем Востоке, и такие деятели, как маркиз Ито, граф Иноуе, министр иностранных дел и фельдмаршал Ояма, командующий японской пехотой, больше знали о силе и слабости каждой великой державы, чем дипломаты и военные других стран мира. Япония сознательно начала в 1850 году программу модернизации. Вместе с этим возникло желание обезопасить империю так, как это делают другие державы, и, когда в 1868 году завершился переход от феодализма, эти планы были разработаны.
   Японцы приняли в своей армии модель организации германского генерального штаба, изучив предварительно организацию армии в разных странах и решив, что германская наиболее рациональна. К 1904 году, как раз перед началом войны, у японцев была постоянная армия из 180 000 человек, которая вместе с резервами достигала численности в 850 000 человек. Она была гораздо меньше российской, но японская армия целиком была сконцентрирована в Азии, и это давало ей преимущество. По качеству японское вооружение было примерно таким же, как и в России. Русские развивали скорострельные полевые орудия, но не многие из них находились на Дальнем Востоке к моменту начала боевых действий. У японцев не было к началу войны пулеметов, но во время войны были приняты на вооружение пулеметы Хотчкисса. У русских были пулеметы «Максим».
   Между тем на море у японцев было значительное превосходство над русскими: и в организации военно-морских сил, и в боевых кораблях. В апреле 1985 года русские морские силы на Дальнем Востоке значительно превосходили японские. В этом году оба государства начали строить новые корабли. У России были все преимущества, потому что она большинство кораблей строила сама, в то время как Япония в 1895 году еще не имела судостроительной промышленности, способной строить военные корабли, поэтому их приходилось покупать за границей. Япония начала дорогостоящую программу строительства, используя в основном британские верфи. К 1902 году баланс морских сил на Дальнем Востоке сильно отличался от того, который был семью годами раньше. У Японии было шесть новых больших линкоров, превосходивших российские линкоры, шесть больших бронированных крейсеров, десять легких крейсеров и шестнадцать крейсеров либо со старым вооружением, либо тихоходных, поэтому их нельзя было считать лучшими кораблями флота. Также у Японии было девятнадцать эсминцев, делавших до тридцати узлов, и пятьдесят восемь первоклассных торпедных миноносцев, которые могли сыграть наиболее важную роль в грядущей морской войне.
   Несмотря на предупреждения некоторых российских военных и морских военачальников, почти ничего не было сделано для усиления флота в Азии, особенно в Порт-Артуре, где некоторые корабли были построенны еще китайцами в 1880–1892 годах. Здесь была гавань, док и военно-морская база, со складами для провианта и боеприпасов. Портовые службы были электрифицированы, но они едва могли бы удовлетворить нужды военного флота. Порт Владивостока, где размещалась часть русского флота, замерзал на три холодных месяца в году, и связь с ним поддерживалась только ледоколами, что делало корабли уязвимыми, когда они пробирались в блокированную гавань.
   У Японии было четыре военно-морские базы, все хорошо укрепленные и способные снабжать и ремонтировать суда флота. Ее морские силы по численности уступали русским, но ее корабли были гораздо мощнее, и ее снабженческие линии были гораздо короче.
   Японцы понимали зимой 1904 года, что переговоры не дадут плодов. Они знали своих противников, а также понимали: чтобы победить в сражении, которое представляется неизбежным, они должны первыми установить контроль на море. За месяцы до разрыва дипломатических отношений японцы детально разработали комплексные планы морских и сухопутных приемов ведения войны. Их план состоял в том, чтобы внезапно ударить по врагу и, уничтожив его морские силы, сразу ввести войска в Корею и Маньчжурию. Эти войска должны были опрокинуть русских до того, как те смогут получить подкрепление, раньше, чем русские сумеют получить людей и вооружение по Транссибирской магистрали.
   5 февраля, за день до того, как японский министр в Петербурге порвал отношения с царским правительством, главные силы русского флота бросили якорь в гавани Порт-Артура под флагом вице-адмирала Старка. Главные же силы японского флота бросили якорь в гавани Сасебо под командованием адмирала Того. Как похожи и как различны были их приготовления к этому дню! Адмирал Алексеев так плохо понимал положение, которое он сам создал на недавних переговорах, что не верил, будто Япония может спровоцировать войну. Японцы хорошо изучили российские сухопутные и морские силы, но и Россия изучила японцев, хотя и плохо понимала их. Что касается сухопутных сил, то адмирал и его ставка недооценивали японских солдат, считая их более плохими воинами по сравнению с русскими. Русские говорили о «замешательстве» японцев при выполнении маневров, о низком качестве японской кавалерии: «Даже когда им предоставляется блестящая возможность, они не стремятся быстро продвигаться вперед, гораздо больше опасаясь упасть с лошади, чем перейти в аллюр».
   Русские пренебрежительно отзывались об использовании японцами артиллерии; они отмечали, что японцы не любят ночные атаки и рукопашный бой со штыковой атакой.
   Японцы, напротив, не позволяли себе высокомерно отзываться о русских военных, чьи солдаты и матросы имели репутацию самых выносливых в мире. Одно из британских военных официальных лиц объявило, что российская армия «непобедима». Японский генерал Фуджи, глава коллегии японского штаба, изучал русских солдат и счел их смелыми и очень выносливыми, имеющими волю к сражению в штыковой атаке, но не слишком умелыми в ней. Но вместе с тем японцы не позволяли себе недооценивать врага. «Сила и смелость – это их характеристики в бою, и именно поэтому мы должны быть всегда хладнокровны и осторожны», – писал генерал Фуджи.
   5 февраля – это был день, когда в двух противостоящих силах встретились два совершенно разных способа мышления. Японцы едва ли могли подозревать, что адмирал Старк отправит вооруженный крейсер «Варяг» в корейский порт Чемульпо для защиты русских интересов и прикажет ему не покидать порт без особого разрешения. Как приказ будет передан? Ответ был весьма неопределенным. Тем или иным способом, сказал он.
   В Японии военные и моряки строили предположения, как быстро они сумеют занять порты Кореи и пройти на север до реки Ялу или отрезать порты от России. И в то время когда адмирал Алексеев собирался поужинать в своей штаб-квартире, а линии связи между Петербургом и Токио раскалялись от закодированных сообщений, четыре батальона сухопутных войск 12-й японской дивизии получили приказ выступить в поход и погрузиться на борт трех больших японских транспортных кораблей. «Дайрен Мару» и «Хэйджо Мару» перевозили 2500 человек. «Отару Мару» стал временной пристанью для миноносцев, паровых баркасов и других плавсредств для быстрой высадки войск. К двум часам утра 6 февраля войска начали грузиться на корабли. В то же самое время все адмиралы и капитаны соединенного японского флота собрались на борту линкора «Микаса», на котором был поднят флаг адмирала Того, и им было зачитано воодушевляющее послание, которое пришло непосредственно от императора. Русские в это время ничего не знали; не знали они и до середины следующего дня, что жребий брошен. Японцы начали войну.

Глава 2
Первые сражения

   К шести часам вечера 8 февраля японский флот достиг острова Роунд, что в шестидесяти милях восточнее Порт-Артура в заливе Бохай. Время пришло. Через час эсминцы были посланы в атаку. По плану в этот момент первая, вторая и третья флотилии эсминцев (всего десять кораблей) должны были идти прямо в Порт-Артур, а оставшиеся девять эсминцев – в Дальний, где, по данным разведки, могли стоять на якоре отдельные русские корабли.
   Русские в Порт-Артуре были совершенно не готовы к какой бы то ни было атаке. Они знали, что японский министр отозван из Петербурга, но не ожидали войны. Адмирал Алексеев был совершенно уверен, что японцы слишком слабы, чтобы вести войну, поэтому жизнь в Порт-Артуре шла своим чередом.
   Адмирал Старк не был ни слепцом, ни глупцом. Он предполагал, что роковые события могут произойти в любой момент. Ему стало известно, что японский консул в Чифу зафрахтовал британский пароход «Фу Чоу», который забрал в Порт-Артуре и Дальнем всех японских граждан. Это была очень важная информация. Адмирал Старк попросил у адмирала Алексеева разрешения привести флот в боевую готовность. Алексеев отрицательно покачал головой. «Такие действия могут оказаться преждевременны», – сказал он. Поэтому торпедные сети не были поставлены, тяжелые орудия на корабли русского флота не погрузили, и экипажи спали в подвесных койках вместо того, чтобы стоять на своих орудийных станциях. Некоторые русские корабли были на паровой тяге.
   В ночь на 8 февраля эсминцы русского флота стояли во внутренней гавани Порт-Артура, а большие корабли в сопровождении только двух эсминцев стояли на внешнем рейде. Эти два эсминца, «Расторопный» и «Бесстрашный», были в морском дозоре, в их задачу входила охрана флота. Им было приказано то же, что и в мирное время: они должны были осмотреть море в радиусе двадцати миль вокруг гавани, встать на якорь и доложить командующему флотом. Они должны были идти с огнями, фиксировать каждый замеченный корабль, останавливать его и осматривать. Никто не говорил, что они не должны стрелять, но никто и не отдавал специального приказа открывать огонь, если покажется предполагаемый враг.
   В десять пятьдесят вечера «Расторопный» и «Бесстрашный» крейсировали недалеко от флота, когда заметили десять странных кораблей, подходивших к ним по ветру без огней. Их намерения были явно недружелюбными. Поэтому два русских эсминца поспешили назад на якорную стоянку, где их капитаны явились с докладом на флагманский корабль адмирала Старка.
   Когда на флотилии японских эсминцев опознали русские корабли-разведчики, головной эсминец отвернул в сторону, чтобы по возможности избежать встречи с русскими, и атаки не произошло. Было запланировано, что эсминцы должны начать атаку одновременно, но теперь это было уже невозможно. Корабли в темноте быстро рассеялись.
   Крейсер «Паллада» дежурил в эту ночь на рейде, охраняя российский флот, и его огни, ярко горевшие на горизонте, были прекрасным ориентиром для японских эсминцев, которые направились прямо на них.

   Русские моряки с борта «Паллады» заметили появление неизвестных кораблей, но были не готовы к тому, что это могут быть враги. Капитаны с кораблей-разведчиков поспешили на борт «Петропавловска», где доложили адмиралу о замеченных кораблях. И все же никаких мер не предпринималось. Капитан Асаи на борту японского эсминца «Чиракумо» вел атакующих, которые направлялись прямо на «Палладу». Подойдя на расстояние выстрела, он выпустил торпеду. Торпеда направилась к цели, оставляя за собой белую дорожку, и поразила «Палладу» в левый борт, проделав большую дыру в угольном трюме, причем запасы угля воспламенились.
   Один за другим японские эсминцы выходили на линию атаки, выпускали торпеду, резко поворачивали и уходили. Всего было выпущено восемнадцать торпед, но только три из них попали в цель. После того как «Паллада» была поражена, сильный взрыв раздался на борту линкора «Ретвизан». Торпеда попала в левый борт и повредила переднюю мачту.
   Через мгновение содрогнулся от взрыва «Цесаревич», и яркое пламя вырвалось из его трюма. Он тоже был подорван торпедой в левый борт. Торпеда вдребезги разбила переборку между складом боеприпасов и корабельным магазином и вышла, оставив позади горящий линкор.
   Около двух утра японские эсминцы ушли под защиту основного флота. Русские корабли, получившие повреждения, подняли якоря и направились на мелководье внутренней гавани. «Паллада» встала на якорь около маяка к западу от входа. Два линкора попытались войти внутрь, но встали у входа и почти блокировали гавань.
   Поскольку японские эсминцы возглавляли флот, то третий дивизион под командованием контр-адмирала Девы направился в Порт-Артур. Этот дивизион состоял из четырех легких крейсеров. Его задачей было узнать о повреждениях, нанесенных русскому флоту, и доложить обстановку, чтобы адмирал Того смог принять решение – стоит ли ему рисковать своими линкорами и броненосцами, атакуя укрепленный фортами порт.
   Когда адмирал Старк узнал о потерях русского флота, он послал легкий крейсер «Новик», чтобы тот обнаружил врага, догнал его и ввязался в бой, но «Новик» вернулся в порт в пять часов утра с сообщением, что врагов не обнаружил. Русский командующий предположил, что атака японцев завершилась.
   Лишь после торпедной атаки был отдан приказ к бою по русскому флоту и в порту. Форты были быстро, но недостаточно эффективно поставлены в ружье. Русские настолько были не готовы к войне, что орудия были в смазке, защищающей их от маньчжурской зимы; боеприпасы, хранившиеся в подземных складах, были розданы не всем.
   Убежденный, что японская атака закончилась, адмирал Алексеев созвал командиров, чтобы разработать стратегию, и поэтому адмирала Старка вызвали на берег утром 9 февраля, когда адмирал Дева приблизился с третьим японским дивизионом к рейду, чтобы оценить разрушения. Он увидел, что три русских корабля имеют обширные пробоины, и, выяснив все, что требовалось, быстро ретировался.
   Японские крейсеры были замечены, и русский крейсер «Боярин» был отправлен капитаном «Петропавловска» на разведку. В это время адмирал Алексеев проводил на берегу совещание со старшими офицерами.
   Адмирал Дева оперативно доложил свои наблюдения адмиралу Того, который с главными силами японского флота осторожно продвигался в направлении Порт-Артура, будучи готовым к любым неожиданностям. Дева рапортовал, что русский флот находится на своих прежних позициях на внешнем рейде и представляет собой прекрасную мишень для атаки.
   Этим утром «Боярин» встретился с главными силами японского флота: шесть линкоров, шесть броненосцев и четыре легких крейсера ровно шли под парами на линии к юго-востоку, в направлении русской базы. Капитан «Боярина» повернул назад, приказав дать полный ход, и ринулся к Порт-Артуру, подняв вымпел «Враг на виду и в силе».
   В десять тридцать «Боярин» был уже в защищенных водах, сигнал его прочли, но никакие действия предприняты не были. Лишь через час русский флот пришел в движение, потому что адмирал Старк был на берегу и некому было отдать приказ. Наконец его флаг-капитан приказал флоту поднять якоря, но в полночь адмирал Того повел свой первый дивизион линкоров в атаку курсом на запад. Адмирал Старк вернулся с совещания на флагманский корабль как раз тогда, когда японцы пошли на сближение.
   На дистанции в 10 000 ярдов, в шести милях от русского флота японцы начали наводить орудия, а с 9000 ярдов адмирал Того приказал открыть огонь. Каждый корабль выходил на линию атаки, где начинал стрелять в русские военные корабли, стоящие на внешнем рейде. Те русские корабли, которые стояли под парами и были готовы поднять якорь, не вышли из-под защиты береговых батарей и не сделали попытки напасть на врага. Вместо этого они открыли ответный огонь с тех позиций, на которых находились. Их четырех-и пятидюймовые орудия не могли сравниться с шестидюймовыми орудиями японских линкоров и крейсеров. Намного эффективнее оказался огонь береговых батарей.
   Исключение составил лишь один русский корабль: крейсер «Новик» сблизился с противником на 3000 ярдов и бросился на него, как сторожевой пес бросается на стаю волков. Он выпустил единственную торпеду, которая прошла вблизи одного из японских броненосцев, но не разорвалась. После этого «Новик» развернулся и под сильным огнем вражеского флота лег на обратный курс.
   Адмирал Того вел японские корабли прямым курсом ко входу в гавань, и на дистанции от 9000 до 7000 ярдов они постоянно стреляли, пока флот не достиг мыса Лаотешань, где выстрелы стали попадать в цель. Затем они прекратили атаку, потому что не могли подойти ближе под огнем орудий фортов; на этом внешнем краю их огонь не был особенно эффективным. Бой начался сразу после полуночи, закончился через сорок минут, и японский флот на всех парах ушел на юг.
   Как только огонь прекратился, адмирал Старк в Порт-Артуре начал оценивать потери. Броненосцы «Новик», «Аскольд», «Диана» и «Баян» были атакованы и получили повреждения, особенно серьезно был поврежден «Новик». Но важнее был психологический эффект этого поражения. Русские морские силы на Дальнем Востоке были разбиты, три больших корабля сели на мель и были серьезно повреждены, еще четыре получили менее серьезные повреждения.
   Японцы не потеряли ни одного корабля, хотя несколько военных кораблей были повреждены попаданием снарядов.
   Людские потери были незначительны: в двух атаках было убито 150 русских и 90 японских матросов.
   Когда мир узнал о поражении сильного русского флота от японцев, все пришли в изумление. Японцы были очень осторожны и до настоящего времени не привлекали внимание к росту своей морской силы. Внезапно Япония оказалась одной из наиболее сильных морских держав в мире. С того момента японский военно-морской флот стал проводить наступательные операции, а русские вынуждены были защищаться. Флот, собравшийся в Порт-Саиде, дошел только до Красного моря. Российское высшее командование поняло, что, если флот придет на Дальний Восток, его можно потерять, и это отразится на европейской мощи российского флота.
   Это явилось первым ударом. Когда новость об этом бое стала известна в мире, пришла новость о высадке японских войск в Корее. Высадка была так же успешна, как морское сражение в маньчжурских водах.
   Через пять часов после того, как адмирал Того вывел главные силы японского флота из Сасебо, 6 февраля, контр-адмирал Уриу вышел с небольшими силами для сопровождения высадки войск в корейский порт Чемульпо, около столицы Сеул. Пять крейсеров и восемь торпедных катеров сопровождали три транспорта в корейские прибрежные воды, и утром 8 февраля к ним присоединился легкий крейсер «Чиоде», который в одиночку вошел раньше в гавань Чемульпо для разведки и возвращался, чтобы доложить атакующим об обстановке. Японский план был полностью выполнен. Несмотря на переговоры, проводившиеся в последние дни января, в Токио была запущена военная машина для проведения устрашающей атаки.
   Капитан «Чиоде» рапортовал, что русский крейсер «Варяг» и канонерская лодка «Кореец» стояли в гавани на якоре вместе с британскими, французскими, итальянскими и американскими военными кораблями. Поскольку остальные корабли принадлежали нейтральным странам, а у русских были слабые по сравнению с японскими силы, адмирал Уриу решил высадить войска в этот же день. Три крейсера и торпедные лодки должны были сопровождать транспорты в гавань, а три крейсера должны стоять на внешнем рейде для защиты нападающих от сюрпризов с моря.
   Когда японцы начали движение ко входу в гавань, они увидели «Кореец», выходящий из гавани. Он вез депешу от русского министра в Сеуле к наместнику по русским делам на Дальнем Востоке адмиралу Алексееву. Но когда маленький русский корабль вышел из гавани, стало ясно, что японцы не позволят ему уйти. Японские корабли решили изолировать канонерку. Капитан русского корабля отдал команде приказ задействовать боевые расчеты. Было сделано два выстрела – самые первые выстрелы в этой войне. Тут капитан «Корейца» понял, что нет смысла биться с превосходящими силами противника, и повернул назад в гавань. Позже он скажет, что до его выстрелов японцы выпустили три торпеды в его лодку, но не попали.
   Японские атакующие силы вошли в гавань, и две торпедные лодки были посланы на сближение с «Варягом» и «Корейцем», чтобы открыть огонь, если те двинутся. Затем началась высадка войск. В первые часы утром 9 февраля все войска высадились на берег, используя плоскодонные баркасы-сампаны, которые были доставлены в корейские воды на борту транспортов. Каждый сампан вмещал около пятидесяти человек. Как только войска высадились, пятнадцать сотен их были посланы на поезде в Сеул для оккупации столицы.
   В середине дня 9 февраля капитан Руднев с российского крейсера «Варяг» получил письмо от адмирала Уриу. «Если русские корабли не уйдут из гавани Чемульпо до полудня, они будут затоплены на якоре», – сообщил японский командующий. А если они уйдут, угрожал адмирал, то будут затоплены в открытом море. У русских не было выбора: японцы обладали во много раз превосходящими силами.
   В семь часов капитан Руднев собрал свои слабые силы в гавани. Через полчаса действия начались. Два японских крейсера, «Нанива» и «Асама», пошли на юг, а «Чиоде» последовал за ними. Три других крейсера вышли в открытое море тоже с целью атаковать русский крейсер и канонерскую лодку.
   Через пятнадцать минут «Асама» открыл огонь из восьмидюймовых орудий с расстояния в 7500 ярдов. «Варяг» ответил огнем, но не очень эффективным. Артиллерийская стрельба русских была не слишком хорошей, похоже, что у них было не все в порядке с артиллерийскими снарядами. Большинство из них не взрывались ни в воде, ни на японских кораблях. Японцы стреляли очень хорошо, и их вооружение было в отличном состоянии. Один из первых снарядов ушел в сторону от капитанского мостика «Варяга», вызвал пожар в штурманской рубке и убил штурмана и наводящих на главном боевом посту. Вскоре четырнадцать орудий «Варяга» были выведены из строя, и большая часть команды главных орудий была ранена или убита. Начались пожары в двух местах, один на юте, а другой на бронированной палубе, но оба были ликвидированы командами. Рулевое устройство «Варяга» было выведено из строя через пятнадцать минут после нападения, и капитану пришлось вручную крутить штурвал. В это же время капитан Руднев был ранен снарядом, который разорвался около фок-мачты, а сигнальщик и барабанщик, передававшие его команды звуковыми сигналами, которые можно было слышать и понимать по всему кораблю, были убиты при этом выстреле.
   Капитан Руднев попытался спастись за маленьким островом, чтобы выйти из-под огня, но «Варягом» было тяжело управлять, поскольку его рулевое управление было нарушено. К этому времени все японские крейсеры присоединились к стрельбе по русскому кораблю, и один восьмидюймовый снаряд, очевидно с «Асамы», попал в его левый борт ниже ватерлинии, сделав огромную пробоину, через которую хлынула вода и в несколько мгновений вызвала сильный крен на левый борт.
   Под непрерывным японским огнем «Варяг» вошел в гавань Чемульпо под прикрытие военных кораблей нейтральных стран. Капитан Руднев знал, что он должен пожертвовать кораблем, но хотел спасти команду. Японские корабли шли за ним по пятам в открытую гавань, продолжая обстрел, но вскоре прекратили его, боясь задеть нейтральные суда и спровоцировать международный инцидент, который может заставить другие страны вступить в войну. Так «Варяг» или то, что от него осталось, был на некоторое время спасен.
   «Кореец» попробовал, но не сумел сыграть хоть какую-то роль в происходящих событиях. Его орудия были слишком слабы и стреляли на короткую дистанцию, поэтому он не мог подойти ближе к любому атакующему японцу и вскоре перестал расходовать снаряды, которые все время не долетали. Японцы просто не обращали внимания на эту канонерку, сосредоточившись на крейсере. Один хороший выстрел, и «Кореец» взлетит на воздух.
   В час дня оба русских корабля бросили якорь в гавани Чемульпо, и британские, французские, итальянские и американские суда прислали своих врачей для помощи раненым. Капитан Руднев теперь решил лучше затопить оба судна, чем позволить им попасть в руки врагов. Команды перебрались на французские, английские и итальянские корабли (американцы отказались взять русских моряков, чтобы не нарушить свой нейтралитет), открыли кингстоны «Варяга», и он стал медленно крениться на левый борт, пока его мачты не легли на воду. В «Кореец» заложили заряд и взорвали его. Русский пароход «Сунгари», который также был в гавани, был расстрелян и затонул. Там, где надо было себя не щадить, русские выполняли свой долг до конца. В неравном бою они выпустили по нападавшим японцам 1100 снарядов. Японцы никогда не сообщали, какие повреждения нанес им «Варяг».
   Русские не скрывали своих потерь в этом первом столкновении и неготовности русского военно-морского флота к войне.
   В Чемульпо наиболее серьезно раненные русские моряки были высажены на берег, остальные были переправлены в Гонконг и Сайгон, где англичане и французы позволили им вернуться домой, взяв с них обещание не участвовать больше в войне. Те русские, которые остались в Чемульпо и выздоровели, были отправлены домой на тех же условиях.
   9 февраля, как только ушел японский флот, русские в Порт-Артуре стали оценивать разрушения и пытаться восстановить свои корабли. В этот день «Новик» притащили в док, а севшая на мель «Паллада» была вытащена и приведена в гавань. Вскоре броненосец «Цесаревич» также был поднят и приведен в гавань. «Ретвизан» между тем получил слишком сильные повреждения. Его нельзя было поднять, и он остался на мелководье прохода, называемом «горловиной», и частично блокировал проход в гавань.
   Теперь русские перешли к обороне порта. Минный заградитель «Енисей» послали, чтобы поставить минные заграждения у входа в бухту Далянь (Дальний). Недостаток опыта и некомпетентность некоторых русских офицеров стали важным фактором в этой войне. Эсминец «Боевой» был поврежден в столкновении с эсминцем «Сильный» во время сильного шторма в ночь на 10 февраля. «Енисей» два дня успешно ставил минные заграждения. Случилось так, что одна мина отвязалась и всплыла, ее попытались расстрелять из орудия с минного заградителя. Но при попытке уничтожения мины заградитель натолкнулся на одну из поставленных им же мин, был серьезно поврежден взрывом и затонул меньше чем за двадцать минут, вместе с четырьмя офицерами и восьмьюдесятью девятью матросами, словом, всей командой, включая капитана, который, очевидно, предпочел умереть вместе со своим кораблем, чем оказаться судимым за катастрофу.
   Когда об этом стало известно в Порт-Артуре, то сначала решили, что это явилось результатом японской атаки, и легкий крейсер «Боярин» в сопровождении четырех эсминцев был послан из Порт-Артура, чтобы атаковать врага. Расположение минных полей, поставленных «Енисеем», было неизвестно. Мнения разошлись: контр-адмирал Молас называл один район, капитан «Боярина» Сарычев – другой. «Енисей» и его лаг были потеряны, и никто ни в чем не был уверен. Было решено держать курс в открытое море, чтобы избежать минного поля, не важно, где оно расположено.
   «Боярину» не повезло, он наткнулся на минное поле и взорвался возле самого южного острова бухты Далянь. Были спущены все шлюпки, и команда покинула корабль; но он не затонул. Его несколько раз пытались торпедировать, но безуспешно. Эсминцы вернулись в Порт-Артур. На следующий день эсминцы были посланы опять, чтобы найти «Боярина» и затопить его, и они выполнили приказ. «Боярин» был затоплен при сильной снежной буре.
   Плохая погода, принесшая столько трудностей русским, мешала также и японцам. Адмирал Того вернулся в Сасебо, чтобы сообщить хорошие новости и с восторгом узнать об успешной высадке пехоты в Чемульпо и гибели «Варяга». Он решил опять атаковать русских, если на внешнем рейде остались еще какие-нибудь корабли. Дивизион эсминцев был послан для атаки, но в шторм при холодном северо-западном ветре (силой от 7 до 10 баллов) с обильным снегом только три эсминца вышли 13 февраля в Порт-Артур. Два из них потеряли ориентацию во время шторма и вернулись назад в порт, но «Асагири» стойко продолжал плавание и дошел до входа в бухту. Он обнаружил три русских эсминца, патрулировавших вход в гавань, но не стал вступать с ними в бой и утром 15 февраля подошел к входу, где выпустил торпеду по стоявшему там «Ретвизану». Тут его обнаружили русские эсминцы, и ему пришлось спасаться бегством под сильным огнем русских.
   «Хайатори», другой японский эсминец, появился в Порт-Артуре утром 14 февраля, но не обнаружил русских кораблей. Он выпустил одну скорострельную торпеду в сторону гавани и спешно ретировался. Вернувшись в Японию, оба эсминца доставили важные разведданные, подтверждавшие, что русский флот сейчас в гавани и что русские патрулируют ее эсминцами. Адмирал Того решил, что следует блокировать вход в гавань Порт-Артура и таким образом закрыть русский флот.
   Для этого были выбраны пять торговых судов: «Теншин Мару», «Хококу Мару», «Жинсен Мару», «Буйо Мару» и «Бушу Мару». Они все были загружены угольной пылью и начинены взрывчаткой, чтобы их быстро взорвать, как только они достигнут заданного места. Семьдесят семь добровольцев вызвались отдать жизнь, если понадобится, но взорвать корабли под носом у противника. Суда были укомплектованы личным составом. 20 февраля корабли вышли с базы японского флота, которая теперь была перенесена на юго-западную оконечность Кореи. Их сопровождали эсминцы, торпедные катера и другие корабли. Через три дня, при подходе к Порт-Артуру, был дан прощальный вечер для семидесяти семи доблестных мужчин, которые шли на неминуемую смерть. Произносились здравицы в честь императора, и военные салютовали. В четыре утра следующего дня началась атака. Впереди шел «Теншин Мару». План состоял в том, чтобы незаметно подойти вдоль берега и стремительно броситься в гавань. Но русские теперь были начеку. После произошедших в начале войны катастроф на минных полях руководство было передано контр-адмиралу Лощинскому. Он окружил Порт-Артур заградительными минными полями. За несколько дней было установлено до восьмисот мин, на некотором расстоянии от гавани, в окружающих бухтах, чтобы избежать опасности для собственного флота. Шел ремонт поврежденных русских линкоров и крейсеров. «Ретвизан» по-прежнему сидел на мели при входе в гавань, но он был полностью укомплектован личным составом и кессонами для производства подводных работ по его подъему. «Ретвизан», хотя и сидел на мели, был особенно полезен в это время, держа вход в гавань под прицелом своих орудий.
   Японская 5-я флотилия эсминцев подошла к Порт-Артуру, где корабли выпустили несколько торпед по «Ретвизану», не причинив ему вреда. За эсминцами шли торговые суда.
   Обогнув восточную оконечность Лаотешаня (или Тигрового полуострова), они попали под лучи морских прожекторов, и береговые батареи открыли огонь по торговым судам и их сопровождению.
   Японцев ослепили прожектора и привел в замешательство огонь орудий. «Теншин Мару» сел на мель у скал южной оконечности полуострова. «Хококу Мару» сумел близко подойти ко входу в гавань и почти достиг цели, но подвергся интенсивному обстрелу береговых батарей и орудий с «Ретвизана», был выведен из строя, загорелся и сел на мель у западной стороны, около маяка. «Жинсен Мару» на всех парах шел ко входу в гавань, но наткнулся на скалу или затопленный корпус старого корабля и крепко сел на препятствие. Ему осталось только подорвать себя и затонуть. Капитан «Буйо Мару» должен был затопить свое судно около «Теншин Мару», и он это сделал, не зная, что это произошло совсем не в том месте, как требовалось по плану. Капитан «Бушу Мару» также затопил свое судно рядом с соседними кораблями, но не около входа в гавань.
   Блокирование полностью провалилось. Эсминцы и торпедные катера попали под яростный огонь русских, который длился до рассвета, пока японцы не ушли из этого квадрата, рискуя командой трех заградительных кораблей. Команда двух других на спасательной лодке направилась в Чифу. Был убит только один человек, кочегар, которого поразил разорвавшийся русский снаряд.
   В течение следующих двух дней японцы устраивали перемежающиеся атаки на гавань и русский флот, открывая огонь по «Новику» и «Баяну», не нанося им повреждений и бомбардируя гавань. В результате этого «Аскольд» был поврежден двенадцатидюймовым снарядом, который вывел из строя два его орудия; «Баян» потерял дымовую трубу, а в «Новик» попал небольшой снаряд. В других операциях у русских сел на мель один эсминец, который был окружен в Голубиной бухте превосходящими силами японцев.

   Теперь у японцев было сложное положение. Их престиж поднялся благодаря неожиданной атаке на русский флот, но разгромить этот флот они не сумели. Отдельная эскадра крейсеров по-прежнему существовала во Владивостоке, и четыре крейсера в сопровождении ледоколов вышли из гавани 9 февраля и приблизились к берегам Японии в поисках японских военных кораблей. Они затопили один торговый корабль и повредили другой. Главные силы русского флота теперь были в безопасности в закрытой гавани Порт-Артура, защищенные мощными береговыми батареями. Правда, ремонтные мощности доков Порт-Артура никогда не отвечали требованиям морской базы, но русские показали достаточную компетентность в ремонте военных кораблей собственными средствами. Адмирал Того понимал, что для решающего удара по русскому флоту необходима сухопутная военная экспедиция против Порт-Артура, прежде чем русский флот сумеет отремонтировать свои корабли и подготовиться к новому сражению.

Глава 3
К реке Ялу

   События двух первых недель войны заставили японцев изменить их планы. Они ожидали, что встретят сопротивление, что им придется высадиться на южном оконечье Кореи, потом совершить длинный марш-бросок от Пусана к Сеулу и дальше на север. Но благодаря их быстрой победе при Чемульпо необходимость в этом отпала. Теперь японцам нужно было к концу февраля перебросить как можно больше войск в Чемульпо и севернее и подготовить армию к сражению с русскими. Японцы стали быстро перебрасывать войска в Корею, по дивизии за раз.
   Вскоре после высадки в Чемульпо небольшая группа из двадцати человек под командованием одного офицера была направлена в Пхеньян для оккупации города. Здесь произошел первый контакт с сухопутной русской армией, представленной отрядом казаков, появившимся Пхеньяне, и произошла перестрелка. Казаки были выбиты из города. Теперь главным было наступать единым фронтом, заставив русских быстро отойти на юг. Японская кавалерия продвинулась на 150 миль от Сеула, чтобы занять город до конца февраля. Через месяц на территорию вступила пехота и двинулась сначала на север в Анджу, а потом к реке Ченшен, которая разделяла русские и японские войска.
   Следующим шагом японских военных было обеспечить для себя порт дальше на севере, чтобы сократить длинные марш-броски. Был выбран порт Чемульпо, хотя в феврале там море еще покрыто льдом, но в начале марта гавань уже начинала освобождаться ото льда.
   В это время генерал Куроки был назначен командующим 1-й японской армией, которая должна была сражаться с русскими в Корее. Барон Куроки – дворянин, родился в провинции Сацума и готовился стать самураем или военным. В революцию он сражался за императора и сделал военную карьеру. В 1885 году, когда ему исполнился сорок один год, он стал генерал-майором. Отличился в Китайско-японской войне, будучи командиром дивизии.
   Как только в гавани Чемульпо сошел лед, генерал Куроки послал передовые отряды своей армии в Корею. 29 марта они вышли из Хиросимы, где готовились к боям, и высадились на Корейском полуострове. Японцы настраивались на решающее сражение.
   Русская армия готовилась к сухопутной войне, так же как и моряки, не имея достаточной информации о мощи и натиске японцев. Войска сибирских и маньчжурских военных областей не были полностью собраны. Мобилизация началась после приказа наместника адмирала Алексеева, приказ вышел только после первого нападения на Порт-Артур. 20 февраля генерал Куропаткин, тогдашний военный министр, был назначен командующим военными силами в Маньчжурии. Он сразу отправился по Транссибирской магистрали из Санкт-Петербурга в Харбин, куда и прибыл 27 марта. Генерал Куроки теперь был в Пхеньяне. Враги сближались. Но японцы были готовы к сражению, а русские сухопутные войска – еще нет. Им потребовалось долгих шесть недель для мобилизации пехоты, что было для них первостепенной задачей. Когда генерал Куроки прибыл в Корею, он узнал, что там находится около двух тысяч казаков и других кавалеристов, но к югу от реки Ялу не было других организованных русских сил. Японцы двинулись на север, наводя мосты через реки и строя дороги на своем пути. В маленьком городишке Чонджу у японцев было столкновение с шестью сотнями казаков, которые атаковали их с трех сторон. Небольшой передовой отряд был окружен несколько часов, пока японская инфантерия не подошла с тяжелыми орудиями и не спасла кавалеристов. Была небольшая перестрелка, но маленькая победа родила у японцев большие надежды.
   В начале апреля японцы продолжали двигаться на север. Продвижению мешала плохая погода, лили дожди, мосты заливало, и половину времени армия проводила на залитой водой земле. Телеграфные столбы подмывало, провода рвались, и связь выходила строя. Линии чинили, но дожди вновь разрушали их. К 3 апреля генерал Мищенко с казаками был отброшен на другой берег реки Ялу, где они соединились с наскоро организованными русскими войсками, которые бросили на защиту этого района. К концу апреля русские и японцы встретились лицом к лицу у реки, обозначавшей границу. Генерал Куроки мог сделать попытку вторгнуться на территорию противника, и генерал-лейтенант Засулич приготовился отразить его попытку.
   Русские занимали позицию на северном берегу реки Ялу, фронт простирался на четыре мили к западу от Аньдуна и изгибался до реки Айхэ (Эйхо), притока Ялу. Долина была ровной, песчаной равниной, шириной около четырех миль, единственными укрытиями служили небольшие группы деревьев и кустарников. Фронт имел здесь около двадцати миль в ширину. Перед русскими позициями располагались предгорья Вечно Белых гор, с крутыми склонами, позволявшими удобно расставить орудия, чтобы иметь широкое поле для обстрела.
   Японцы двигались к городу Ыйчжу на южном берегу реки. Ялу образовывала в этом месте дельту, и японцам пришлось бы пересечь пять или шесть ее рукавов, решись они атаковать здесь русские позиции. Генерал Куроки вошел в Ыйчжу, чтобы изучить местность и выбрать тактику для проведения атаки. Он приказал инженерам исследовать реку, чтобы найти подходящее место для строительства моста или брод. Главной задачей было скрыть от русских место атаки, чтобы им пришлось держать широкий двадцатимильный фронт и они не смогли сконцентрировать свои войска в точке будущего удара японцев. В середине апреля японские войска начали наступление. В тех местах, где путь наступления просматривался с северного берега реки Ялу, наступающие несли перед собой защитные экраны из гаоляня (высокие просовые растения) и низкорослые деревья. Три японские дивизии были переброшены и спрятаны в низине между берегом реки и сопками на юге.
   Генерал Куроки решил, что понадобится по крайней мере дюжина мостов, если армии придется переходить реку. Ночью 27 апреля было начато строительство моста через один из рукавов реки к острову Контонто, западнее Ыйчжу, и утром, сразу после рассвета, мост был завершен. Когда на следующий день русская артиллерия обнаружила мост, то обстреляла его, но недостаточно метко. Ночью 29 апреля японцы переправили свою артиллерию на остров, где она была скрыта деревьями и камуфляжными сетями и растениями.
   Чтобы переправить большее число орудий, был построен еще один мост – в нескольких сотнях ярдов западнее Ыйчжу. Когда стали производить работы, русские засекли это и подвергли мост артиллерийскому обстрелу, но строительство продолжалось, и орудия были переправлены. 30 апреля генерал Куроки решил, что можно переправить артиллерию на расстоянии полутора миль от русских позиций через основное русло реки Ялу, имевшее в ширину четыре сотни ярдов.
   Японцы старались ввести русских в заблуждение, выполняя ряд других маневров. Русские войска, растянувшиеся вдоль северного берега, насчитывали 5000 человек кавалерии, 15 000 пехоты и 60 орудий. Японцы сконцентрировались на южном берегу. У них было 28 000 пехотинцев, около 2000 кавалерии и 128 орудий. Японцы имели по крайней мере одно преимущество: они уже пересекали эту реку раньше – в войне с Китаем в 1894 году.
   Генерал Куроки послал один отряд в обход правого фланга русских, пытаясь их убедить, что там будет нанесен главный удар. На самом деле у него были другие намерения. Вечером 25 апреля японцы обстреляли несколько русских позиций и захватили два острова в середине реки. Теперь строительство мостов активизировалось. (Всего японцами было построено 10 мостов, большинство под огнем противника.) Небольшие части японских войск двигались в разных точках у реки, занимая ключевые позиции, но по-прежнему скрывая главное место атаки. 28 апреля две команды атаковали высоту, известную как Тигровая сопка, и захватили ее. На следующий день русский батальон выбил японцев с высоты и вернул ее, но временное занятие японцами этой высоты заставило русских покинуть деревню Чончагтай, которую они сожгли, оставив неповрежденным только храм. Этот бой продемонстрировал стратегию русских: генерал Куропаткин намерен оттягивать сражение при Ялу.

   Теперь 12-я японская дивизия должна была переправиться через Ялу в тринадцати милях севернее Ыйчжу, где русские силы были очень слабы, и прикрывать на следующий день переправу главных сил японской армии. В соответствии с планом генерала Куроки к 1 мая все войска должны были оказаться на северном берегу.
   Воспользовавшись хитрым маневром, генерал Куроки обманул русских, считавших, что основой удар будет нанесен около Аньдуна, где генерал Засулич, имевший растянутый фронт, сосредоточил основные силы.
   В ночь на 29 апреля началась переправа, и к трем часам утра 12-я японская дивизия в темноте благополучно перешла реку. Наутро русская артиллерия открыла огонь с вершин сопок севернее реки. Японские орудия пока молчали, и их позиции были неизвестны русским; но, когда русские открыли огонь по понтонным мостам, японские орудия ответили, и под их прикрытием пехота 12-й дивизии начала атаку на сопки, чтобы захватить орудийные позиции русских и защитить основные силы своей армии.
   В этот день Гвардейская дивизия и 2-я дивизия взяли Тигровую сопку и Храмовый остров. На следующий день, 1 мая, была назначена атака. Вот как английский корреспондент Уильям Максвелл описывает японскую атаку для «Лондон стандарт»:
   «…мы ждали атаки. Солнце поднялось над полем битвы, отгоняя мысли о войне. У наших ног текла река, формирующая дельту. Главный поток реки Ялу темно-синим поясом извивался между желтым песком и темной зеленью деревьев.
   В стороне от речной глади поднимались пустынные и молчаливые сопки. Под их сенью дремала деревушка Тюренчен, с крытыми черепицей домиками из светлого камня. Только вблизи можно обнаружить признаки надвигающегося столкновения. Среди кустарников вблизи острова мелькает темная форма солдат и офицеров; перед обуглившимися руинами домов на Храмовом острове лежат темные фигуры; ими полны траншеи и выбоины в земле. Неподвижность жуткая, и с губ срывается вопрос: «Ушли ли русские?»
   Потом возникло легкое движение. От японских позиций двинулись разведчики. Ничего не произошло. Японцы начали бомбардировку, стреляя в сторону высот за рекой. Опять никакого ответа от русских. Тридцать шесть орудий стреляли в сторону Тигровой сопки, и склон каждой сопки был накрыт шрапнельным огнем. С половины пятого утра примерно до семи продолжалась японская бомбардировка. Ни выстрела, ни звука не раздавалось в ответ со стороны русских.
   Тогда был отдан приказ об атаке, и японские солдаты в своей темно-синей униформе начали движение. С правого фланга наконец донеслись звуки вражеской артиллерии, но впереди, где наносился основной удар, ничего не происходило. Японские пехотинцы начали форсировать реку вброд, вступая в илистые воды реки Айхэ. Тогда, и только тогда зазвучала русская артиллерия в центре. С сопок над деревней Тюренчен и с других высот начался артиллерийский огонь, а с более низких холмов донеслись оружейные выстрелы. Синие фигурки начали падать в реку и по ее берегам, и атака захлебнулась, первая линия отошла назад для переформирования. Японская артиллерия снова открыла огонь, пытаясь выгнать русских защитников из укрытий.
   

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →