Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Энергии одной молнии хватит, чтобы поджарить 100 000 тостов.

Еще   [X]

 0 

Листы дневника. Том 3 (Рерих Н.К.)

автор: Рерих Н.К. категория: ТеософияУчения

Третий том "Листов дневника" Н. К. Рериха включает очерки-письма последних лет его жизни — 1942-1947 гг. Написанные в суровые годы мировой войны и разрухи, они несут призыв к культурному единению человечества и служению Родине, учат восприятию вечного и истинного.

Об авторе: Родился 27 сентября (9 октября) 1874 года в Петербурге в семье нотариуса. Учился в Академии художеств (1893-97) у А. И. Куинджи, а также в студии Ф. Кормона в Париже (1900-01). Был членом объединения "Мир искусства", занимал пост его председателя в 1910-18 гг. С 1920 он жил за рубежом, главным образом… еще…



С книгой «Листы дневника. Том 3» также читают:

Предпросмотр книги «Листы дневника. Том 3»

БОЛЬШАЯ РЕРИХОВСКАЯ БИБЛИОТЕКА
Николай Рерих
ЛИСТЫ ДНЕВНИКА
III том (1942 — 1947)
Международный Центр Рерихов
МАСТЕР-БАНК
Москва, 1996
Редколлегия серии:
Е. Б. Дементьева, Т. Я. Елизаренкова,
Л. В. Шапошникова, А. Л. Яншин
______________________
Николай Рерих
ЛИСТЫ ДНЕВНИКА
Том третий
Международный Центр Рерихов,
1996 — 688 с., илл. тон., цв. 1,5 п. л.
Третий том "Листов дневника" Н. К. Рериха включает очерки-письма последних лет его жизни — 1942-1947 гг. Написанные в суровые годы мировой войны и разрухи, они несут призыв к культурному единению человечества и служению Родине, учат восприятию вечного и истинного.
Тексты "Листов" воспроизводятся по материалам архива МНР, преобладающая часть которых публикуется впервые.
ISBN 5-86988-056-4
Составление, примечания Н. Г. Михайловой
Художник серии Е. Г. Клодт
Зав. редакцией П. Ф. Волков
Редактор С. А. Пономаренко
Младший редактор Т. О. Книжник
Формат 60x90/16. Бумага офсетная, мелованная
Печать офсетная. Усл. печ. листов 43,0; вклейки 1,5 п.л.
Тираж 3000 экз. Заказ 3189
Набор и верстка СНО "Интерком"
Типография "Новости" 107005, Москва, ул. Фр. Энгельса, 46
© Международный Центр Рерихов, 1996
______________________
ОГЛАВЛЕНИЕ


  • "1" Заветы высокой жизни
    
  • "2" Листы дневника
    
  • "3" Сказано
    
  • "4" Народная Победа
    
  • "5" Пути
    
  • "6" Переживем
    
  • "7" К будущему (24.01.1942)
    
  • "8" Лига Культуры
    
  • "9" Радость народа
    
  • "10" Америка (06.02.1942)
    
  • "11" Великолепная работа
    
  • "12" Тартюф
    
  • "13" Сингапур
    
  • "14" За Русь!
    
  • "15" Подвиг
    
  • "16" Америка (28.02.1942)
    
  • "17" Четверть века (07.03.1942)
    
  • "18" Час Культуры
    
  • "19" 24 Марта 1942
    
  • "20" Красота
    
  • "21" Дружество
    
  • "22" Америка (10.04.1942)
    
  • "23" Эфемериды
    
  • "24" Человечность
    
  • "25" Сложности
    
  • "26" Америка (27.04.1942)
    
  • "27" Переустройство мира
    
  • "28" Поздно
    
  • "29" Америка (09.05.1942)
    
  • "30" Пандитджи
    
  • "31" АРКА (29.05.1942)
    
  • "32" Вперед (03.06.1942)
    
  • "33" Страсти
    
  • "34" Переоценка
    
  • "35" Друзья Востока
    
  • "36" Вибрации
    
  • "37" Америка (15.06.1942)
    
  • "38" Америка (24.06.1942)
    
  • "39" Семья художества
    
  • "40" Катакомбы
    
  • "41" Выдумщики
    
  • "42" Странности
    
  • "43" Проблемы
    
  • "44" Памятки
    
  • "45" Америка (22.07.1942)
    
  • "46" Проверка
    
  • "47" Америка (07.08.1942)
    
  • "48" Грозные дни
    
  • "49" Трудные дни (14.08.1942)
    
  • "50" Америка (24.08.1942)
    
  • "51" Культура! (26.08.1942)
    
  • "52" Четвертый год
    
  • "53" Осколки
    
  • "54" Америка (14.09.1942)
    
  • "55" Сколько
    
  • "56" Америка (25.09.1942)
    
  • "57" Языки
    
  • "58" Единение
    
  • "59" Америка (12.10.1942)
    
  • "60" Знаки
    
  • "61" Америка (30.10.1942)
    
  • "62" Истинность
    
  • "63" Хвосты и когти
    
  • "64" Америка (16.11.1942)
    
  • "65" Чайка
    
  • "66" Америка (29.11.1942)
    
  • "67" Америка (10.12.1942)
    
  • "68" Зов о Культуре
    
  • "69" Мера искусства
    
  • "70" Америка (31.12.1942)
    
  • "71" Великое добро
    
  • "72" Русскому народу
    
  • "73" АРКА (14.01.1943)
    
  • "74" В Москву (09.01.1943)
    
  • "75" Америка (31.01.1943)
    
  • "76" Слава!
    
  • "77" Бывальщина
    
  • "78" Призраки
    
  • "79" АРКА (18.02.1943)
    
  • "80" О будущем
    
  • "81" Шамбала
    
  • "82" Америка (02.03.1943)
    
  • "83" Ганди
    
  • "84" АРКА (16.03.1943)
    
  • "85" Гималаи
    
  • "86" Москва
    
  • "87" Очаги красоты
    
  • "88" Америка (05.04.1943)
    
  • "89" Повторения
    
  • "90" Радостно
    
  • "91" АРКА (24.04.1943)
    
  • "92" Свобода познания
    
  • "93" Геростраты
    
  • "94" Америка (07.05.1943)
    
  • "95" Огрубение
    
  • "96" Метеоры
    
  • "97" Что ж такое?
    
  • "98" Америка (27.05.1943)
    
  • "99" Служители Индии
    
  • "100" Посевы (06.06.1943)
    
  • "101" Кредо
    
  • "102" Дума
    
  • "103" Америка (24.06.1943)
    
  • "104" Почему?
    
  • "105" "Промыслы"
    
  • "106" Америка (14.07.1943)
    
  • "107" Поддельная Европа
    
  • "108" Америка (24.07.1943)
    
  • "109" Респице финем!
    
  • "110" Ярость
    
  • "111" Показания
    
  • "112" Шестая колонна
    
  • "113" Шептуны
    
  • "114" Америка (12.08.1943)
    
  • "115" Америка (12.08.1943)
    
  • "116" Жданные сроки
    
  • "117" Америка (26.08.1943)
    
  • "118" Вазари
    
  • "119" Победа радости
    
  • "120" По дружбе
    
  • "121" АРКА (14.09.1943)
    
  • "122" Крылья Победы
    
  • "123" Америка (30.09.1943)
    
  • "124" "Забытый"
    
  • "125" Рим
    
  • "126" "Новый Мир"
    
  • "127" Культура (14.10.1943)
    
  • "128" Обращение к Лиге Культуры
    
  • "129" "Огонь — на меня!"
    
  • "130" Флюгера
    
  • "131" Культура (28.10.1943)
    
  • "132" "Эволюции"
    
  • "133" Неблагодарность
    
  • "134" Древности
    
  • "135" Культура (14.11.1943)
    
  • "136" Русскому литовцу
    
  • "137" Случаи
    
  • "138" Культура (28.11.1943)
    
  • "139" Памятка (03.12.1943)
    
  • "140" Культура (06.12.1943)
    
  • "141" Чутье
    
  • "142" "Пуп земли"
    
  • "143" Культура (22.12.1943)
    
  • "144" Динозавры
    
  • "145" Героический реализм
    
  • "146" Знамя Мира (04.01.1944)
    
  • "147" Культура (07.01.1944)
    
  • "148" Добрая мысль
    
  • "149" Неисправимые
    
  • "150" Культура (21.01.1944)
    
  • "151" К будущему (25.01.1944)
    
  • "152" Летопись
    
  • "153" Скорей!
    
  • "154" А. А. Игнатьев. "Пятьдесят лет в строю"
    
  • "155" Твердим
    
  • "156" Русскому сердцу
    
  • "157" АРКА (18.02.1944)
    
  • "158" Во славу
    
  • "159" 24 Марта (01.03.1944)
    
  • "160" Лонак
    
  • "161" АРКА (14.03.1944)
    
  • "162" Живем
    
  • "163" Борьба за Культуру
    
  • "164" Русь — Индия
    
  • "165" Дозор (07.04.1944)
    
  • "166" Знаменосцы
    
  • "167" Посылки
    
  • "168" Грабарь (25.04.1944)
    
  • "169" Старые письма
    
  • "170" Добрые вести
    
  • "171" Римский-Корсаков
    
  • "172" Камни проклятые
    
  • "173" Культура (18.05.1944)
    
  • "174" Рылов
    
  • "175" АРКА (01.06.1944)
    
  • "176" "Славяне"
    
  • "177" Культура (15.06.1944)
    
  • "178" Русский век
    
  • "179" На вышке
    
  • "180" Сбережем
    
  • "181" In India
    
  • "182" Каменный век
    
  • "183" Терпите
    
  • "184" Отвечаю
    
  • "185" Спешно (01.08.1944)
    
  • "186" Репин
    
  • "187" Прекрасный путь
    
  • "188" Шестой год
    
  • "189" Срывы
    
  • "190" Битва
    
  • "191" Поспешим
    
  • "192" Преодолевайте
    
  • "193" Знамя Мира (24.09.1944)
    
  • "194" Скоро
    
  • "195" Холст
    
  • "196" Не болей!
    
  • "197" Вперед (15.10.1944)
    
  • "198" Подивитесь
    
  • "199" Ладно ли?
    
  • "200" Мясин
    
  • "201" Хорошо ли?
    
  • "202" Заботно
    
  • "203" Печаль
    
  • "204" Герои
    
  • "205" Любите Родину
    
  • "206" Новый Год (01.01.1945)
    
  • "207" Плач
    
  • "208" За Культуру
    
  • "209" "Не укради"
    
  • "210" Вперед (01.02.1945)
    
  • "211" Четверть века (07.02.1945)
    
  • "212" В АРКА
    
  • "213" "Вивите фортес"
    
  • "214" Светику
    
  • "215" Сердце
    
  • "216" Памятка (24.02.1945)
    
  • "217" Общее благо
    
  • "218" Болезнь лжи
    
  • "219" Мозаика
    
  • "220" Вдаль
    
  • "221" Вперед (24.03.1945)
    
  • "222" Сергиева Лавра
    
  • "223" Антиклеветин
    
  • "224" Хорошее
    
  • "225" Санта Фе
    
  • "226" Собрания
    
  • "227" Спешно (01.05.1945)
    
  • "228" Непосланное
    
  • "229" Напоминайте
    
  • "230" Корабль Культуры
    
  • "231" Художники
    
  • "232" Борис
    
  • "233" Грабарь (18.05.1945)
    
  • "234" Победа
    
  • "235" Жизнь
    
  • "236" Русский музей
    
  • "237" Военная тропа
    
  • "238" Зажигайте сердца
    
  • "239" Душное лето
    
  • "240" Русь (04.07.1945)
    
  • "241" Трудно (15.07.1945)
    
  • "242" Мир движется
    
  • "243" Конец войны
    
  • "244" В будущее
    
  • "245" Грабарь (03.09.1945)
    
  • "246" Армагеддон Культуры
    
  • "247" Труд
    
  • "248" Друзья!
    
  • "249" Сотрудники
    
  • "250" Смятение
    
  • "251" Сотрудница
    
  • "252" Знамя Мира (24.10.1945)
    
  • "253" Круги
    
  • "254" Доплывем
    
  • "255" Индия
    
  • "256" Грабарю (24.11.1945)
    
  • "257" Дела!
    
  • "258" Продвижение
    
  • "259" Русь (16.12.1945)
    
  • "260" Другу (17.12.1945)
    
  • "261" Другу (20.12.1945)
    
  • "262" Новый Год (01.01.1946)
    
  • "263" Радость
    
  • "264" Из переписки
    
  • "265" Трудные дни (15.01.1946)
    
  • "266" Из письма Зинаиды Г.
    
  • "267" Давно
    
  • "268" Воины!
    
  • "269" Ценный памятник должен быть сохранен
    
  • "270" Наше Знамя
    
  • "271" Прага
    
  • "272" Памятный день
    
  • "273" Грозное время
    
  • "274" Из письма Зины
    
  • "275" Сокровище
    
  • "276" Стройка
    
  • "277" Пройдет
    
  • "278" Грабарь (16.04.1946)
    
  • "279" Из Шанхая
    
  • "280" Грабарь (апрель 1946)
    
  • "281" Вперед (01.05.1946)
    
  • "282" Дорогая наша сотрудница
    
  • "283" В Шанхай
    
  • "284" АРКА (14.05.1946)
    
  • "285" Движение
    
  • "286" Вестники
    
  • "287" Взлеты
    
  • "288" Оптимизм
    
  • "289" Письмо
    
  • "290" Грабарь (20.06.1946)
    
  • "291" Булгаков (24.06.1946)
    
  • "292" Спеши
    
  • "293" Бабенчиков
    
  • "294" Новые друзья
    
  • "295" Странники
    
  • "296" Жарко
    
  • "297" Памятка (14.08.1946)
    
  • "298" Ждать и надеяться
    
  • "299" Грабарь (20.08.1946)
    
  • "300" Спешим
    
  • "301" Сотруднице (02.09.1946)
    
  • "302" Шанхай (04.09.1946)
    
  • "303" Сад
    
  • "304" На дозоре
    
  • "305" Сеятели
    
  • "306" А.П.Х. (18.09.1946)
    
  • "307" Трудовой сезон
    
  • "308" Ждем
    
  • "309" Грабарь (15.10.1946)
    
  • "310" Дорогая наша В. Л.
    
  • "311" Дозор (20.10.1946)
    
  • "312" Другу (22.10.1946)
    
  • "313" Грабарю (23.10.1946)
    
  • "314" Радоваться вам!
    
  • "315" Сотруднику
    
  • "316" Булгакову
    
  • "317" Дружно
    
  • "318" Дорогой друг Валентин Федорович
    
  • "319" Сложно
    
  • "320" Грабарю (07.12.1946)
    
  • "321" Новый Год (15.12.1946)
    
  • "322" Сотруднице (16.12.1946)
    
  • "323" Друзьям (23.12.1946)
    
  • "324" Новое
    
  • "325" Весточка
    
  • "326" Опять труд
    
  • "327" Грабарю (20.01.1947)
    
  • "328" Дозор (01.02.1947)
    
  • "329" Сотруднице (01.02.1947)
    
  • "330" Булгаков (14.02.1947)
    
  • "331" Странно
    
  • "332" Грабарь (17.02.1947)
    
  • "333" Шанхай (27.02.1947)
    
  • "334" Март
    
  • "335" Благодушно
    
  • "336" Культура, где ты?
    
  • "337" Грабарь (24.03.1947)
    
  • "338" В Москву (28.03.1947)
    
  • "339" Трудно (01.04.1947)
    
  • "340" А.П.Х. (02.04.1947)
    
  • "341" Грабарь (02.04.1947)
    
  • "342" М.М.Л.
    
  • "343" Торнадо
    
  • "344" Сотруднице (19.04.1947)
    
  • "345" Грабарь (28.04.1947)
    
  • "346" Вперед (01.05.1947)
    
  • "347" Грабарь (12.05.1947)
    
  • "348" Грустное
    
  • "349" Грабарь (16.05.1947)
    
  • "350" Аввакум (А.П.Х.)
    
  • "351" Радоваться
    
  • "352" Из переписки
    
  • "353" Друзьям "Знамени Мира"
    
  • "354" Грабарь (13.07.1947)
    
  • "355" Преодолеваем
    
  • "356" Украина
    
  • "357" Монгольская песня
    
  • "358" Дорогой друг Игорь Эммануилович
    
  • "359" Доплывем
    
  • "360" Утрясется
    
  • "361" Дорогой друг мой Игорь Эммануилович
    
  • "362" Дорогой друг В. Ф.
    
  • "363" Друзьям (18.10.1947)
    
  • "364" Родные наши
    
  • "365" Листы без даты
    
  • "366" Подделки
    
  • "367" Судьба
    
  • "368" Собиратели
    
  • "369" И так бывало
    
  • "370" Театр
    
  • "371" Битва
    
  • "372" "А вор так ни в чем и не виноват?"
    
  • "373" Служители
    
  • "374" Народная Академия
    
  • "375" Жуть
    
  • "376" Финляндия
    
  • "377" Югославия
    
  • "378" Мир всему живущему
    
  • "379" Несказуемое
    
  • "380" Мистицизм
    
  • "381" Диковины
    
  • "382" Лик Индии
    
  • "383" Упаси!
    
  • "384" Оборона Культуры
    
  • "385" Посевы
    
  • "386" Для будущего
    
  • "387" Богатство
    
  • "388" Много примеров
    
  • "389" Преодоления
    
  • "390" Особенное
    
  • "391" Культура
    
  • "392" Тернии пути
    
  • "393" Сказка
    
  • "394" Quaerens quern devoret
    
  • "395" Славный уход
    
  • "396" Рущиц—Вроблевский
    
  • "397" Возражения
    
  • "398" Верь — не верь
    
  • "399" Листы, не вошедшие во II том
    
  • "400" Сила народа
    
  • "401" Первое мая
    
  • "402" Америка (07.12.1941)
    
  • "403" Именной указатель
    
  • "404" Указатель географических названий
    
  • "405" Алфавитный указатель очерков
    ______________________
    Заветы высокой жизни
    С выходом третьего тома "Листов дневника" Н. К. Рериха состоялась первая полная публикация главной части его литературного наследия.
    Обширная подборка предлагаемых читателю очерков-писем охватывает период с 1942-го по 1947-й год. Запечатленная в них масштабная картина мира развернута на историческом рубеже победоносного перелома второй мировой войны "в подвиге Земли русской", преодоления разрухи в условиях нарастающей западной русофобии и укрепления пресловутого "железного занавеса", в преддверии новой — "холодной войны" и углубления общего кризиса мировой цивилизации.
    В калейдоскопе отображенных Н. К. Рерихом событий середины века и последних лет его жизни четко прослеживается ведущее начало — стремление обозначить, высветить пути к человеческому единению и содружеству. Главными из них для мыслителя и художника, основателя многих просветительных, научных и общественных учреждений и начинаний в мире неизменно были неотложность "всемирного дела Культуры" и служение Родине.
    Идея сближения народов на почве Культуры пронизывает многие дневниковые страницы:
    "События доказали, — пишет Николай Константинович в очерке "Друзья", — насколько необходим человечеству щит Культуры... Сколько придушенной злобы, засахаренной ненависти, жалкого безумия! Сколько иссушающего горя! Армагеддон войны кончен, теперь — Армагеддон Культуры"
  • "p1" [1].
    "Чего только не пересмотрели за всю жизнь! — продолжает он в очерке "Сложно". — Сколько войн и каких свирепых! Сколько рушений империй!.. Помним все перевороты, куда же еще переворачиваться? Остается строиться, творить, преуспевать в великом сотрудничестве"
  • "p2" [2].
    Из очерка в очерк напоминает, повторяет, твердит он "непримененные истины": мир зарождается в человеческом сердце, но оно может "преисполниться доверием лишь через Культуру"; культурная связь "воздвигнет сотрудничество народов, даст содружество, отепляющее сердца"
  • "p3" [3]. Как бы открывая новый, глубинный смысл и значимость этих жизненных основ, автор просто подводит к пониманию, что они пока живут в нас неосознанными; вовсе не гром пушек, а "рычание сердец" является признаком войны.
    Грусти и горечи исполнены продиктованные безумием мира записи, доверительные и дружеские его послания: "Ох, как далеко народам до Культуры. Пока что они на степени хлеба и зрелищ"
  • "p4" [4]; "Отчего сейчас так трудно? Не оттого ли, что человечество задвигалось из одной пещеры в другую?"
  • "p5" [5] Откликаясь на происходящее, он заносит в дневник приметы времени, без которых история нашей сложной эпохи, пожалуй, не может обойтись до сих пор:
    Человек — "венец природы" — озверел... Доллар царит и запечатывает совесть... Вредительство — во всех оперениях... Единственно, в чем преуспело человечество — в цивилизации преступлений. Забыли о самом необходимом для эволюции — о человечности...
    "Еще некая война неизбежна, — предрекает Рерих, — война знания против невежества"
  • "p6" [6].
    В грозные годы написания "Листов" Рерих жил и творил в Гималаях, в неустанном "дозоре", "на вышке". Поэтому совершенно естественно и почти буквально воспринимаются его зовы к далеким корреспондентам — близким сотрудникам обратить свои "взоры ввысь", к вершинам духовной Культуры. Колесница последней, верил он, задвигается молодыми силами, молодым мышлением. И напутствовал молодежь: "Искусство жизни пусть будет самым высоким"
  • "p7" [7].
    Полем его деятельности на ниве Культуры был весь мир, но духом и сердцем он был устремлен к родным местам, в Россию — страну, которая в безмерных страданиях и лишениях приняла на себя, по словам Елены Ивановны Рерих, бремя искания истины за всех и для всех.
    Военной зимой 1942-го, вслушиваясь в доносившуюся в Гималаи на прерывистых радиоволнах тревожную информацию с Родины, Николай Константинович восхищенно отмечает, что воины перед ликом опасности стремятся "не только сразить врага, но и восполнить свое познавание"
  • "p8" [8]. А такая устремленность к знанию есть верный путь к победе.
    В каждодневном, часто безымянном подвиге преодоления на военном и хозяйственном фронте раскрывался, рос потенциал народного духа — культурой сердца и самоотречения всегда строилась и держалась Россия. И когда "молния русского подвига" осветила мир, он, всей жизнью вобравший в себя пути и судьбы страны, мог сказать: "Мы всегда знали, на какую высоту взойдет народ русский"
  • "p9" [9]; "Если где оскудела Культура, то поможет тогда русский подвиг"
  • "p10" [10].
    Знание о том, какие "сокровища захоронены в скрынях народных", огонь веры в предначертанную этому народу судьбу зажигают в нем желание непосредственно приложить силы на широком культурном поприще, приобщиться к общей восстановительной работе "после всех зверских немецких разрушений". Мы готовы потрудиться вместе, писал он Грабарю, — "клич кликните!"
    В письме к брату Борису — все о том же: "Покуда есть сила, хотелось бы приложить ее на пользу родной земли. Знание, опытность, любовь к славной Родине — все это надо дать туда, где оно будет особенно полезно"
  • "p11" [11]. Однако развернуть задуманную им эволюционно-просветительскую работу в стране, управляемой "суженными сознаниями", задернувшей "железный занавес" и закрывшей путь в нее зарубежным деятелям русской культуры, было не суждено.
    Драматически щемящие строки "Листов дневника" полны нарастающего стремления, томления деятельного духа, пронзительного ожидания, надежд...
    На его подоконнике — открытый компас. Стрелка неизменно тянет к Северу. А там — Родина. "Пишу ли, читаю ли, глаз вскидывается за путеводной стрелкою... И невозможно убрать эту стрелку — она зовет, она напоминает. Кажется, и без нее помним, но она как символ зова"
  • "p12" [12].
    Он торопит будто остановившееся в почтовых сношениях время: мало осталось "могикан, потрудившихся для русийской Культуры"... Досадует, что так нужные на Родине философские, научные и художественные труды семьи продолжают оставаться недоступными, за ее пределами. Мечтает, что преграды во взаимоотношениях должны исчезнуть, "общечеловеческое естество должно превозмочь зубчатые заборы ненависти"
  • "p13" [13]. Ищет "хоть какую-нибудь логику в происходящем", когда, расширяя круг общественных связей, пишет в Кремль, в Комитет по делам искусств, Академию наук и т. д., и все — "как в подушку". Ему кажется, что письма вместо почтового ящика летят в пропасть... "Иногда так ждешь, точно бы сила ожидания подгонит посылку"
  • "p14" [14].
    Он умел идти сквозь боль, не меняя курса, пронзая устремлением тьму, разворачивая все новые возможности...
    Очертившие высокий жизненный путь художника-гуманиста публикуемые "Листы дневника" несут отзвук величия духа их Автора. Неосуществленное в атмосфере непонимания, наветов, равнодушия и запретов его стремление донести вверенное духовное богатство в "сужденную страну" реализуется через полвека после сборов его на Родину.
    Изложенную в представленном литературном наследии широкую просветительскую программу вбирает лаконичный завет: "Всякое переустройство начните словом "Культура"... Ведите неоспоримую линию Культуры — под этим знаком пройдете"
  • "p15" [15].
    С. А. Пономаренко
    Листы дневника
    Сказано
    "Лучше войско баранов под предводительством льва, нежели войско львов под водительством барана". (Римская пословица).
    "Невежество — корень всех зол". (Буддийский завет).
    Муфтий обоих миров Кемаль-паша-задэ — да будет священна его тайна — изрек:
    "Дух святого может руководить в обоих мирах.
    Не говори: он умер, и что пользы от него.
    Дух — меч бога, а тело — ножны.
    Он совершает еще более высокие дела, когда
    освобождается от ножен".
    "Никогда не сообщай твоим друзьям того, о чем не должны знать твои враги". (Восточная Мудрость).
    "Война — самая зверская из глупостей". (Леонардо да Винчи).
    "Нынешний цивилизованный мир знает цену всему и не видит ценности ни в чем". (Оскар Уайльд).
    "Мы любим земную жизнь потому, что мы не знаем другой". (Еврипид).
    "Если твой спутник крив, то и ты поджимай глаз". (Монголия) .
    "Ничто так не ужасно, как невежество в действии". (Гете).
    "Кто хочет понять поэта, должен вступить в его область". (Гете).
    "Кто открывает школу, тот закрывает тюрьму". (Виктор Гюго).
    "Воины, воины — мы называем себя. Мы сражаемся за благородную добродетель, за высокое стремление, за высшую мудрость, за то мы зовем себя воинами". (Ангутара Никайя).
    "Слушать клевету — проклятие, но не возразить на нее — еще хуже". (Овидий).
    "Спросите в соседней деревне, что случилось в вашей собственной". (Татары).
    "На конце факела — тьма". (Татары).
    "Кто говорят, те не знают. Кто знает, тот не говорит". (Китай).
    "Кто из колодца наблюдает небо, тот немного увидит". (Китай).
    "Когда люди в дружбе, даже вода сладка". (Китай).
    "Собаки лают, караван идет". (Аравия).
    "Они болтают. Что болтают они? Пусть себе болтают". (Шотландия).
    "Под лежачий камень вода не течет". (Русь).
    "На всех путях ко мне встречу тебя". (Бхагавад Гита
  • "p16" [16]).
    1 Января 1942 г.
    Публикуется впервые
    Народная Победа
    Среди победных известий значительно звучат и культурные голоса. Вот географ-профессор рассказывает, как войсковые части зовут ученых приехать на фронт. Встречают их, как жданных братьев, и внимательно слушают воины научные сообщения. На очереди самого профессора еще одиннадцать таких докладов. Видано ли раньше, чтобы войска звали ученых на фронт, чтобы ждали слово науки и восторженно радовались ей!
    У других народов войска увеселяются песенками из кабаре. Там нужны легкие певицы и танцовщицы. Но русский народ и в окопах, в блиндажах ждет научное слово, а песни полны героических порывов. Не только всколыхнулся народ русский, он вырос в сознании своем, и такое достижение уже неизменно.
    Народ негодует, когда враги оскверняют Ясную Поляну или дом Чайковского, или музей Римского-Корсакова, или могилу Шевченко, или храм Новгорода. Народ осознал, где его культурные сокровища. И это знание уже нерушимо. Мало ли что бывало в прошлом: "Быль молодцу не укор!" Но теперь, в трудную годину, когда идет война народная, священная война, народ поднялся на ступень Культуры. На такую ступень, которая завоевывается лишь сердцем насторожившимся, воспрявшим.
    В своем яром устремлении народ может мыслить о будущем. В нем не будут растрачены никакие достижения. Все ладное, творческое, строительное будет любовно обережено. Сотрудничество не по приказу, а по сердечному осознанию вознесет все отрасли труда.
    Вспоминаю, как на Иртыше, в поездах, в гостиницах приходила молодежь и настойчиво хотела знать. Для них после дневной работы ничего не стоило бодрствовать до петухов, слушать, спрашивать, допытываться, желать знать. И вот воины перед ликом опасности стремятся не только сразить врага, но и восполнить свое познавание. Такая устремленность к знанию есть верный путь победы. Народ будет знать, народ преуспеет, народ сложит ступени светлого будущего.
    8 Января 1942 г.
    Публикуется впервые
    Пути
    Спрашиваете, как мы уживались со стариками. Ведь они бывали "старые, злые и опытные". Были особые причины наших долготерпении. Ведь эти старики были ниточками со многим замечательным. Как же ради того и не претерпеть? Да и не все же злые! Были и добрейшие. Хороша их бывальщина — только слушай.
    Тот знал Гоголя — самого живого или Брюллова или Александра Иванова. Тот был приятелем Островского или Глинки. Они знавали Мусоргского, Чайковского. Они дружили с Достоевским, Тургеневым. Деду при Бородине было двенадцать лет, а братья его уже были кавалергардами и были в битве. На наших глазах был Менделеев, Ключевский, Кавелин, Костомаров, Стасов, Владимир Соловьев. Неповторимо все это.
    Тут около были Бородин, Римский-Корсаков, Глазунов, Лядов. Ездили к Толстому, к самому Льву Николаевичу. "Пусть выше руль держит, тогда доплывет". Кто же так скажет о "Гонце"? Все это неповторимо. С нами были Куинджи, Репин, Суриков, а потом Врубель, Горький, Андреев. Крепкие связи с русской Культурой. Кто-то рассказывал о Пирогове, о Сеченове... Все это были живые нити. Старик Колзаков говорил о собирателях Строгановых. Еще появлялся бело-серебряный Милютин. Чуть ли ни к пушкинским памяткам тянулись нити очевидцев.
    Странно, но все это самое старое особенно легко укладывалось с самым новым. Всякие ближайшие занозы стирались и выступало лишь самое неоспоримое, значительное. Вот возвышенный поэт А. А. Голенищев-Кутузов толкует о Мусоргском, об Алексее Толстом. Вот Д. В. Григорович красочно оценивает своих современников. Вот М. К. Тенишева вспоминает о Тургеневе и Рубинштейне. Вот Бородин стоит у колонны зала дворянского собрания. Целая мозаика Культуры. Тургенев знал Пушкина, а Пушкин знал Державина — вон куда вехи пошли. Все эти имена сейчас живут в памяти русского народа. Берегутся дома-музеи. Вспоминаются и те деятели, имена которых почему-то временно были под спудом. Очередь истории не всегда понятна людям, но не ржавеет все совершенное.
    Русская Культура, выношенная в русском сердце, уже оценена всем миром, но и эта оценка еще не достаточна. Тютчев ласково улыбнулся:
    "Умом Россию не обнять,
    Ее аршином не измерить.
    У ней совсем иная стать.
    В Россию можно только верить"
  • "p17" [17].
    14 Января 1942 г.
    H. К. Рерих "Из литературного наследия". М., 1974.
    Переживем
    Жалуетесь на то, что наши культурные общества нарушились, что Лига Культуры, едва народившись, умерла, музеи разгромлены, издательства исчезли, всякие сношения пресеклись... О чем говорить, когда идет такое неслыханное переустройство мира!
    Как говорить о нашем французском Обществе в Париже, когда самый Париж, сама Франция в разоре. Поминать ли об американских грабительствах, когда Америка в войне и самовольство Розенфельда и его присных в апогее? Где тут Бельгия или Югославия? Какая такая сейчас академия в Загребе? Поминать ли еще раз о разгромах в Латвии и Литве? Из Китая и из Швеции письма возвращаются. Из Португалии почта идет три месяца. Пути нет в Швейцарию. Замолчала Австрия. Замолчала Австралия.
    Все это — внешность, и с нею нужно примириться. Но внутренние показания говорят о жизнеспособности зерен Культуры. То протолкнется весточка из Аргентины, то из С. Луи, то каким-то чудом из Болгарии. Из Новой Зеландии приглашают на конгресс реконструкции. (Конечно, это было 10 ноября). Везде не ржавеет. Пусть — без титулов и названий, пусть — в утеснении и в нужде, но смысл посеянного зерна не исчезает. Местами именно теперь, среди Армагеддона, надобность культурной связи и взаимоподдержки осознается особенно насущно.
    Потому не сетуйте, но зорко следите за совершающимися переломами, спусками и всходами. Не держитесь за внешность. Не слушайте голоса сомнения и шатания. Зовы о Культуре не умирают. Как радиоволны не имеют границ, так и мысль в пространстве не исчезнет. Бывшая внешность — ни к чему, лишь бы смысл сохранился.
    Вы жалеете, что Знамя Мира, Знамя-охранитель Культурных ценностей не было повсюду принято, что люди не домекнулись о внутреннем значении договора о Культуре. И об этом не жалуйтесь. Поверьте, что напоминания о своевременности такого договора вошли глубоко. Постоянно слышим в самых нежданных углах ссылки на все наши зовы. Переживем, а правда не ржавеет.
    20 Января 1942 г.
    Публикуется впервые
    К будущему (24.01.1942)
    Общество культурных сношений. Оно собирает в себе все, чем жив дух народа. Не холодно-официальными отношениями, но душевными зовами связано оно со всем миром, со всеми народами, мыслящими о Культуре. Безгранична Культура с ее постоянными достижениями. Также свободна и деятельность Общества, стоящего живым звеном со всем преуспевающим.
    Члены Общества — истинные друзья прогресса, не связанные ни суевериями, ни предрассудками, никакими лукаво измысленными ограничениями. Они — добрые вестники знания и человечности. Они умеют нести радость искусства. Нет таких захудалых островов, где бы неуместна была эта светлая радость. Повелительно могут стучаться вестники, гонцы этой радости. Они знают, какие ценные дары приносят они. Как врачи спешат к болеющим анемией духа. Такая убийственная эпидемия обнаруживается не только в дальних окраинах. Она найдется в самых кичливых центрах.
    Там могут пренебрежительно сказать вестнику: "О чем тревожитесь? Университеты, музеи, театры имеются. Происходят всякие съезды, конгрессы, чего же более?". Каждому приходилось слышать подобные тупо-самомнительные суждения. По счастью, зубры уже редкость. Можно надеяться, что и тигры и носороги станут редки. Если зубр не понимает значения культурных сношений, то и не пытайтесь его разуверять. Он — вымирающий тип.
    А вот среди молодежи найдете таких, кто сразу, без всяких предисловий, поймет зов о Культуре и пойдет радостно к действенному сотрудничеству. Много таких молодых среди русского народа. Само Общество культурных сношений образовалось в Москве. Опять же именно русский народ преуспел и в деле расцветания Культуры. Побывавший в Москве Антони Иден говорит о фанатическом патриотизме, им там встреченном. Истинная несломимая оборона Родины и ее культурных сокровищ есть залог мощного движения Культуры. Там, где яро живет такое светлое устремление, там и препоны становятся возможностями.
    24 Января 1942 г.
    Публикуется впервые
    Лига Культуры
    Спрашиваете об уставе нашей Лиги Культуры. Основные положения следующие:
    Всемирная Лига Культуры есть кооперативное объединение научных, художественных, промышленных, финансовых и прочих учреждений, обществ и личностей, работающих в пределах культурных путей.
    Организации, общества и другие коллективы вступают в Лигу на автономных началах, не теряя ни своей индивидуальности, ни наименования, но для взаимопомощи в различных сферах общения.
    Все организации, вступившие в Лигу по своему избранию, посылают представителя в Совет Лиги. Таковые Советы Лиги имеются в каждой стране и могут, в случае надобности, выделять из своего состава комиссии по специальным вопросам.
    Председатели Отделов Лиги образуют из себя Верховный Совет под председательством Верховного Президента. Председатели Отделов сносятся или через Верховного Президента или непосредственно, но препровождая копию сношения в секретариат В[ерховного] Президента.
    Для обсуждения вопросов общего значения могут быть созываемы общие или частичные конвенции, на которые могут быть приглашаемы по постановлению местного Совета и Учреждения и лица, не вошедшие в Лигу, но могущие оказать помощь делу Культуры своими познаниями.
    Выступления Лиги могут быть или совершенно самостоятельны или в кооперации с одним из вошедших в Лигу Учреждений. В последнем случае в объявлениях помещаются кооперативно оба действующие Учреждения. Во всяком случае, Лига есть начало способствующее и ни в коем случае не препятствующее и не стесняющее.
    Верховный Совет Лиги или собирается по приглашению Президента или сносится (за дальностью расстояний) между собою письменно о всех мероприятиях во имя и на процветание Культуры как основы человеческого прогресса.
    Сейчас в громах Армагеддона все умолкло. Посмотрим в будущее.
    1 февраля 1942 г.
    Публикуется впервые
    Радость народа
    Отказаться от собственности совсем не трудно. Кичливое, жадное "я" заменяется сотрудническим "мы". "Мое" непрочно, а "наше" уже устойчивее. Живем, как в гостинице, где никто не допытывается, кому принадлежат вещи. Во временном пользовании всякая движимость и недвижимость. Не унести ее за пределы земные.
    Все это ясно, но вот как же быть с собирательством? Сколько раз доводилось говорить о красоте собирательства, о развитии народного вкуса, о Культуре, растущей творчеством всего народа. Как же все это претворится, если не будет личных собирателей? Чем же заменится благородная страсть собирательства? Без меценатов не увянет ли достижение художника?
    Конечно, без собирательства не прожить. Но в новом строе и оно должно преобразиться. Вместо одиночного, личного, самостного оно станет коллективным. Человек творит, собирая. Так же могут сотрудничать целые группы, и дело лишь выиграет. Что не поднять одному, то удастся сложенным силам. Может быть, таким коллективом будет и семья, если вкусы и стремления ее не противоречивы. Может быть, объединятся группы людей, и собранное достояние может кочевать среди друзей.
    Нам приходилось встречаться с коллективными приобретениями, когда несколько лиц в складчину приобретали художественное произведение, и оно временно жило то у одного, то у другого сотрудника, по уговору. Получалась своеобразная жизнь произведения. Оно не застаивалось среди пресыщения, а всегда оставалось желанным гостем — светоносцем, вестником радости.
    Почему радость любования должна быть скаредно личною? В коллективе она может выражаться еще сильнее. В каждом строе жизни должна быть охранена радость о творчестве. Ничем, никакими рассуждениями не замените радость. И чем больше народа прикоснется к этой нетленной радости, тем плодоноснее будет народное достижение.
    Всеми мерами надо охранить радость народа. Нужно зажечь ее. И сколько маленького собирательства возможно во всех окраинах! Распространение лучших образцов народного творчества! Неисчерпаем этот источник, из него черпали лучшие творцы. Веселый, радостный коллектив бережно охранит давнишнее и новейшее достояние. "Из древних чудесных камней сложите ступени грядущего". Все — для будущего. Народная война, оборона Родины возбудит ярое устремление к своим прекрасным ценностям. Трудности преобразятся в возможности. Велико будущее народа русского, всей единой неделимой семьи народов.
    4 февраля 1942 г.
    Публикуется впервые
    Америка (06.02.1942)
    С 26 Октября не было Ваших писем. Можно себе представить, что происходит и с нашими письмами. Переписка становится невозможной. Не знаешь, что дойдет, а что исчезнет. И в каких именно недрах пропадет! Письма в Китай вернулись обратно. Не знаю, дошли ли письма в Португалию. Недавно пришло письмо из Нью-Йорка от какого-то Хермана Б. С. Франссона с двумя дипломами на почетного члена научных обществ — одно в Лос-Анджелесе, а другое на Яве. Адрес Франссона — 1879 Бродвей, комната 805. Пожалуйста, поблагодарите его по телефону за добрую присылку. Я его совсем не знаю, но, может быть, он полезный человек — Вы увидите. Скажите ему, как трудна почта сейчас. Посылаю Вам мой записной листок "Подвиг". Можно напечатать где-нибудь в добром месте. Надо бы это замечательное русское слово внести в словари. Ведь биософы протолкнули в словари слово "биософия", а ведь подвиг куда важнее. Если "указ" внесен в словарь, то непереводимое понятие подвига тем более заслуживает первое место.
    Что-то творится в наших разных обществах? Жив ли Конлан? Что Лукин? Даже и не вообразить, в каких положениях оказались друзья. На днях на юге Индии составилось наше Общество с очень выдающимся комитетом. Даже странно было увидеть, что и среди Армагеддона создается культурное дело, привлекшее к себе лучших людей. В Буэнос-Айресе "маленький" человек продолжает печатать мои статьи, конечно, оттиски доходят страшно медленно. А военные действия, верно, и совсем пресекут пересылку. Жизнь постепенно дорожает, вероятно, и у Вас те же обстоятельства. Как продвигается Ваш Комитет Красного Креста? Нет ли интересных встреч? Несмотря на все армагеддонные трудности, думайте о новых и молодых. Часто именно среди трудностей выявляются ценные сотрудники. Очевидно, и в С. Луи и в Лос-Анджелесе имеются хорошие друзья и такие же и в разных других городах. Когда в мире столько ненависти, то каждое дружеское явление особенно радостно. Привет друзьям! Пусть и пламя "Фламмы" не поникает. Такие пламенные зерна хранят свою жизненность. Буря пронесется, и солнце опять обогреет землю-страдалицу.
    6 февраля 1942 г.
    Публикуется впервые
    Великолепная работа
    Наверно, вы думаете, что речь идет о каких-то великолепных созиданиях, о красоте построений, о новых завоеваниях науки! Как бы не так! Разочаруйтесь! По армагеддонным условиям — все наоборот.
    Эпитет "великолепный" уже не принадлежит к чему-то созидательному. И работа вовсе не означает нечто положительное. Местные газеты и радио пышно сообщают о "великолепной работе" ("магнифисент уорк") разрушения. Бегущее войско "великолепно" уничтожает свои же достижения. Конечно, при отступлении многое неминуемо уничтожается, ничего не поделать! Дело не в стратегических приемах, а в выражении, широко прокатившемся по всему пространству. Вчера "великолепно" взорвут свои мосты. Сегодня "великолепно" уничтожат свои пути сообщения. Завтра "великолепно" прекратят музеи. Затем можно и "великолепно" закрыть школы. Нет края таким "великолепиям".
    О разрушении полезных построений следует сожалеть, но кому же придет в голову назвать великолепной разрушительную работу своих же инженеров на своей земле? Кто-то скажет, что газеты выразились неудачно, вот и все, и говорить дальше не о чем.
    Так ли? Не означают ли такие "неудачные" выражения огрубение и одичание? Слова начинают применяться извращенно, а читатели и слушатели в своем смятенном мозгу запомнят о "великолепии" разрушений. Молодежь подумает, как славно разрушить культурное достижение. Ох, как накрепко влезают в мозг крикливые словечки!
    Да, докатились люди до апологии разрушений. Даже не исчислить всего ущерба Культуре, совершаемого ежедневно, у всех на глазах. Половина всего уничтоженного составила бы счастье многих поколений. Расцвело бы просвещение. Нашла бы работу бедность. Не одеревенела бы молодежь, видя, как дозволено разрушение.
    Мало того, для определения разрушений употребляются прекрасные слова. Можно ли сказать: "Великолепное уничтожение культурных достижений"? Вчера казалось, что такую дичь нельзя сказать, а сегодня англо-индийское радио это выкрикивает, и газеты широко напоминают людям о "великолепной работе" разрушений. Экое несчастье, что в обиход влезла такая дикость!
    10 февраля 1942 г.
    Публикуется впервые
    Тартюф
    Думалось, что больше не придется отвечать на вопросы о вредителе, об Александре Бенуа. Но вот и вы просите сказать вам о наших отношениях с вечно враждебным кланом Бенуа. В гимназии Мая Бенуа, Сомов и Философов были на четыре класса старше меня и высокомерили эту разницу лет.
    Первый раз Бенуа накинулся на мои картины, даже не видав их, во время "Гонца". Затем он злился во время его выгона из редакторов журнала Общества Поощрения Художеств, хотя я не только не был виновен, но даже защищал его. Третий раз Бенуа вредительствовал в 1926 году в Москве, где мы оба были одновременно. Он знал, что его газетная клевета могла быть вредною, и тем не менее он давал в газеты облыжные измышления. В четвертый раз он напал на меня в 1939 году из-за монографии, изданной в Риге.
    Баста! Довольно! Для меня он более не существует. Понимаю, почему его называли двуличным, Тартюфом. С моей стороны Бенуа не видел ничего враждебного. Наоборот, много раз я имел из-за него неприятности. Поссорил он меня и с московским Союзом. Много раз я чистосердечно приближался к нему ради корпоративности "Мира Искусства", и каждая моя попытка к дружественности получала от него незаслуженный вредительский отпор.
    Вот и теперь, уже в Индии, я написал о нем сердечную статью, бывшую в трех газетах. Я хотел познакомить его с издательством и устроить ему заказы. По добру хотелось помочь ему, а чем он ответил!? Думалось, что члены "Мира Искусства" (а нас осталось так мало) должны держаться вместе, дружественно. Но, очевидно, такие мечты мои были неуместны.
    Надеялся я, что "человек человеку — друг", а выходит: "человек человеку — волк". Недаром римский мир сложил эту поговорку! Сам Макар на себя шишки набросал. "Неудавшийся талант", "нерусский художник", "пристрастный критик" — всякие такие эпитеты, видно, недаром сложились про Бенуа. Я сделал все, что мог, для улучшения отношений. "Ты сам захотел, Жорж Данден!" "Не верьте Бенуа", — предупреждала меня Тенишева, а она знала его тартюфную природу. Шут с ним!
    15 февраля 1942 г.
    Публикуется впервые
    Сингапур
    Сингапур сдался. Первоклассная крепость не могла продержаться и неделю. В плен отдались шестьдесят две тысячи войска. Гонконг тоже устоял всего одну неделю. Что же это значит?
    Порт-Артур держался одиннадцать месяцев при недостроенных укреплениях, при блокаде большого флота адмирала Того. Стесселя еще судили за эту сдачу. Верден держался год (до конца войны), и под ним полег миллион германцев. Теперь же большие крепости, сильно вооруженные, выдерживают одну, только одну неделю!
    Москва, однако, не сдалась и выдержала натиски всей германской армии, перед которой поникла вся Европа. Дюнкерк останется в истории как гибель огромных армий, а Москва все же устояла. Но что же случилось в Сингапуре, чтобы он пал в несколько дней? Был и флот, и морской и воздушный, было вооружение, был путь на Яву, и гарнизон был куда больше, чем в Порт-Артуре. Наверно, имелись опреснители.
    Крепостью этою гордились, писали о ее неприступности. Называли ее ключом к Востоку и вратами в Индию. Значит, знали значение Сингапура и вооружили его всеми силами. И вдруг неслыханное поражение и такое молниеносное! Гарнизон не был истреблен, ибо сдалось шестьдесят две тысячи. Вовсе не вся японская армия атаковала Сингапур. Многие силы японские требовались в различных местах. Крепостного снаряжения, видимо, было достаточно. Связь с другими островами не нарушалась. И вдруг все воинство сдалось, да еще безусловно, на волю победителя.
    Не великий вояка был Стессель, но все же держался почти год. А положение Порт-Артура было вовсе не такое выгодное. Неужели дух войска был настолько иной? Теперь так и посыпало! Вчера заняли Суматру, сегодня высадились на Яве. Подлинно, что Сингапур был ключом, но — к чему? И что такое откроется подобными ключами?
    Радио полно выдержками из газет. Какое смятение! А ведь это лишь дозволенные цитаты. Что же еще пишется и говорится? Вспоминается Кут-Эль-Амара из прошлой войны, но все-таки это было не в таких потрясающих размерах, как сейчас. Давно Сингапур поминался как знаменательная веха, и вот пришла она, показалась во всю невиданную величину!
    17 февраля 1942 г.
    Публикуется впервые
    За Русь!
    В бомбейском журнале четырнадцатого Февраля — русский номер. Сколько замечательных снимков и военных и народных! В тексте сказано о великих строительных достижениях, временно прерванных войною. Небывалый доселе великан-танк, грозный новый самолет! Ученые, едущие в Сибирь на новую работу! Веселая шахтерка! Врачебная помощь. Все всколыхнулось, поднялся народ.
    На обертке журнала славный старик и молодец, сын его. Надпись: "За Русь, мой сын!" Такие победят. Елена Ивановна хочет обрамить этот снимок. Такие славные русские люди живы. Они ведь там превозмогают и улыбаются.
    Отрадно, что напоказ всему миру можно дать лики таких героев. Не напыщены они, не загордились, и нет имен их. Просто русские люди — и какие здоровые, какие светлые, несломимые! Увидать бы их.
    Конечно, все мы, каждый по-своему, творим русское дело. На любом месте земли можно принести пользу Родине, оборонить ее от всего зла. Но, по-человечески, хочется быть безотлагательно с ними, там, где можно приложить полностью все знание, весь опыт.
    Вчера профессор Варсонофьева говорила, что победит тот, чей дух крепче. Напоминала о светлом и темном началах. Утверждала, что русский народ будет там, где Свет. Хотелось бы встретиться и с этим ученым-геологом, знающим о ценности духа. Хотелось бы привезти ей маленький гима&heip;
  • комментариев нет  

    Отпишись
    Ваш лимит — 2000 букв

    Включите отображение картинок в браузере  →