Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

В одном году 31 557 600 секунд.

Еще   [X]

 0 

Острые грани (Красавина Маргарита)

В мире, где черные маги полностью истреблены и даже упоминания об их былых деяниях боятся как огня, сыну главы всех магов Гидонии самому приходится скрывать свои не совсем «белые» способности. Но приходит момент, когда вновь пробудившейся Лунной магии способна противостоять только подобная ей сила. И вот уже веет в воздухе запах грядущей войны, становятся явью древние страшные сказки и, словно судьбы мира, рассыпаются осколками мечты молодого мастера магии, сверкая острыми гранями и складываясь в совершенно новый, неожиданный узор.

Год издания: 2015

Цена: 119 руб.



С книгой «Острые грани» также читают:

Предпросмотр книги «Острые грани»

Острые грани

   В мире, где черные маги полностью истреблены и даже упоминания об их былых деяниях боятся как огня, сыну главы всех магов Гидонии самому приходится скрывать свои не совсем «белые» способности. Но приходит момент, когда вновь пробудившейся Лунной магии способна противостоять только подобная ей сила. И вот уже веет в воздухе запах грядущей войны, становятся явью древние страшные сказки и, словно судьбы мира, рассыпаются осколками мечты молодого мастера магии, сверкая острыми гранями и складываясь в совершенно новый, неожиданный узор.


Маргарита Красавина Острые грани

Ночи три простоять
И три дня продержаться,
Лунным пламенем стать,
Огнем белым сражаться.

Три часа прорыдать,
Три минуты смеяться,
Научиться терять
И сквозь боль улыбаться.

В три секунды забыть,
На три мига забыться
И себя дать добить,
Чтоб победы добиться.

И три мира найти,
И в три мира влюбиться,
Три дороги пройти
И три раза родиться.

Попросить отложить
Неизбежную встречу.
Попросить подождать
Любопытную вечность…
[1]

Грань 1
О пользе медовухи, вредности карликовых драконов и планах на будущее

   Нет, только не подумайте ничего такого. Эли просто моя подруга. И сейчас ей, похоже, не дает покоя вопрос, где же мы будем отмечать окончание Академии. А прижимается она ко мне просто, чтобы наши разговорчики не засек магистр Нардиш, последние два года куратор нашей группы.
   – Конечно в «Медовый пряник». Я уже договорился, – отвечаю я.
   – Р-разговорчики! – Неусыпный магистр Ледовский недовольно прожигает нас взглядом, и Элия как ошпаренная шарахается в сторону.
   Обычные будни нашей Академии. Жаль только, что они скоро закончатся. И начнется уже другая, не студенческая, а вполне взрослая жизнь.
   После любимого окрика магистра шум в аудитории быстро затихает, и Нардиш, прокашлявшись и грозно сверкнув глазами на нерадивых студентов, торжественно начинает:
   – Вот, лоры студенты, и подошла к концу ваша привольная жизнь, кхм-гм, прошу прощения, я хотел сказать, подошло к концу ваше обучение в Государственной Гидонской Академии магии. Поздравляю вас с успешной сдачей экзаменов. Теперь все вы по праву носите звание мастеров магии. Не посрамите же его!
   Не знаю, как другим, а мне за нарочитой серьезностью и даже торжественностью магистра Нардиша всегда чудится неприкрытый сарказм. Слишком уж насмешливо щурит глаза мастер снега и льда, выдавая такие пафосные речи.
   – А сейчас, – возглашает он, – вручение дипломов!
   Зал взрывается аплодисментами. Фух… не отстаю и я. Как все же быстро пролетели эти семь лет.
   – И первым приглашается Леор фо Нойр. Прошу, мастер, что вы там застряли? – А это уже мне. Вот судьба – быть сыном архимага! Опять вызывают первым.

   Счастливые новоиспеченные мастера гомонящей толпой вываливались из дверей главного корпуса и группками разбредались праздновать кто куда. Эли побежала в общежитие искать Рори и Шори. Только и мелькнули в толпе светлые кудряшки миниатюрной блондинки. А я устроился на ветвях старой яблони, облюбованной мной еще на первом курсе. Как ни странно звучит, но это дерево было единственным местом, где я мог по-настоящему остаться наедине с собой и собраться с мыслями.
   Вся территория Гидонской Академии магии утопала в зелени. Величественная белая громада заснеженным горным пиком вздымалась над городом и, казалось, плыла по зеленому морю парка. Выше нее были только дворец и Башня магов. Но отсюда, с территории Академии, их не было видно. И если не смотреть в сторону беломраморного исполина, то можно представить, что находишься в настоящем лесу, а не в столице.
   Ну что тут сказать? Да, я столичный житель. Последние семь лет. Детство же я провел в семейном поместье, находящемся в пятидесяти ле от Лорелеи. Как вы уже, наверное, поняли, я сын архимага Гидонии Дария фо Нойра, по совместительству директора Академии и председателя Совета Белой башни. Архимаг у нас в стране только один. Так что это не только ранг, но и неофициальная должность. Ну а я – его единственный сын. Повезло, скажете вы, родиться «с золотой ложкой во рту». Наверно. Не знаю. За все время обучения я никогда не видел особой разницы между своим положением и положением большинства студентов Академии. У всех нас был тот или иной магический дар. Все мы жили и учились в равных условиях, и ко всем нам преподаватели относились одинаково. Мои одногруппники, видя это, также принимали меня за своего. И если в чем и выражалось отношение к моему родству с директором Академии, так это в редких беззлобных шутках со стороны ребят и в подтрунивании преподавателей во время экзаменов. «О, Леор, что, опять «автомат»? Нет? Хочешь отвечать сам?» А так как все экзамены я обычно сдавал на высший балл, то часто в продолжение приходилось слышать усталое: «Может, все-таки автомат, фо Нойр?»
   В общем, эти семь лет в Академии были очень даже неплохим периодом моей жизни. Магия Солнечного огня, моя обожаемая стихия, мои друзья – Элия, Родерик и Шоренн, степень мастера магии и алмазный венец, который, кстати, должен завтра возложить мне на голову на последней торжественной церемонии выпуска мой отец. Все было бы просто замечательно, если бы не одно «но». Гнетущее чувство пустоты внутри. Там, где трепетал крылом, как птица, мой огненный дар. Там, где у птицы не хватало одного крыла.

   «Пряник» на то и был «медовый», что здесь подавали лучшую в городе медовуху. А медовуху любили маги. Что-то было в этом напитке такое… эдакое. Даже ходило поверье, что хорошо приготовленная медовуха помогает восстанавливать магический резерв. Вот и повелось, что, как пчелы на мед, слетались в ресторацию маги всех сортов и окрасов. Попасть сюда всегда было делом непростым. Надо было или заказывать место заранее и готовить кругленькую сумму, или же быть постоянным клиентом, что опять-таки предполагало наличие тугого кошелька. Так что, будучи студентами, мы с приятелями выбирали заведения попроще. Рори и Шори были всегда очень ограничены в средствах. А я и Эли… мы теоретически могли бы позволить себе поход в «Пряник». Отец никогда не ограничивал меня в деньгах. Как и Элию ее родители. Другое дело, что тратить их мне особо было не на что. Вот как, например, с «Пряником» – возможность есть, а желания идти одному нет.
   Но сегодня было совсем другое дело. Мы отмечали окончание Академии и обмывали звания мастеров. К тому же вдобавок к дипломам нам выдали подъемные. Так что мы решили не скупиться. Когда еще соберемся все вместе? Куда разбросает вскоре нас жизнь?
   Я, Эли, Рори и Шори сели за столик у окна и теперь с увлечением обсуждали предстоящую завтра церемонию и свои планы на будущее.
   – Вот Лео наверняка останется служить в столице. Я вообще уверена, что его примут на службу во дворец. Ты же боевой маг и сын альта фо Нойра! – повысила голос Эли в ответ на мои воздетые к потолку глаза. Я-то точно был уверен, что не буду работать при дворе ни за какие коврижки.
   – А мой отец уже требует, чтобы я быстрее возвращалась домой. Мол, наконец-то появился маг в семье. Какая удача! Дочь князя, долг, бу-бу-бу… – расстроенно закончила девушка.
   Элия была дочерью владетельного западного князя Эндрю фо Мейна, эмпатом и телепортером, а учитывая, что в княжестве Мейн уже много лет вообще не рождались маги, то дочь-мастер была для князя дороже золота.
   Кстати, вырождение магов для Гидонии стало очень большой проблемой. Из-за чего это происходило, до сих пор точно не установлено. Хотя самых странных гипотез пруд пруди. Но факт оставался фактом – магов с каждым поколением рождалось все меньше и меньше. Это пугало Совет и доставляло неудобства обычным обывателям – магия уже прочно вошла в повседневную жизнь, к ней привыкли. Создавался дефицит. Но лично для нас, выпускников Академии, такое положение дел было совсем даже не плохо. Проблем с работой не будет, обеспеченная жизнь гарантирована. Да, а что? Мы штучный товар!
   Эли загрустила, и я, чтобы отвлечь ее, обратился к близнецам:
   – Шори, Рори. А вы? Куда хотите отправиться?
   Родерик и Шоренн, похожие как две капли воды зеленоглазые шатены, были отпрысками разорившегося древнего рода Кавиков, «кочующих князей», отличными бойцами и повелителями стали. Я уже знал, что они мечтают занять места боевых магов в нашей славной армии и сделать блестящую военную карьеру. Теперь же я хотел знать, где именно они намерены служить, благо выбор им должны были предоставить. Наверное, они могли бы остаться служить в столице, под началом генерала фо Кереса, в надежде медленно, но верно продвигаться по карьерной лестнице. Или отправиться на границу с западниками, дикими лесными племенами, которых почему-то очень раздражали их соседи, подданные князя фо Мейна, и чьи набеги приходилось время от времени отражать. В этом случае слава и деньги могли бы достаться братьям гораздо раньше – действующая армия все-таки. И к тому же тогда их служба проходила бы недалеко от…
   – Ребята, а давайте, правда, к нам! Будем совсем недалеко друг от друга. И не придется расставаться! – воскликнула, прерывая мои размышления, Элия.
   Мне вот тоже не хочется, чтобы нас разбросало-раскидало далеко друг от друга. Чтобы завтра был последний день, когда мы увидимся.
   – Да мы так и подумывали сделать. Только с вами не успели поговорить, – смущенно ответил Шори.
   – Ну да. А что мы в столице не видели? Что тут сидеть киснуть? – подхватил Рори. Что и следовало ожидать – близнецы всегда были неугомонны.
   – Лео, а давай ты тоже к нам? Ну что огненному магу в столице делать? Что ты здесь поджигать будешь? А у нас просторы, толпы дикарей бегают, жги – не хочу. А еще свежий воздух и виноград… – Эли так воодушевленно блестела глазами, сжимая в руке кружку медовухи, что мне страшно захотелось поддаться на ее уговоры, махнуть на все рукой – все равно меня здесь ничего не держало – и отправиться с друзьями.
   – А знаешь, почему бы и нет? Согласен!
   «Плевать на все!» – подумал я, мысленно усмехнувшись, и чокнулся с Эли. Тут же к нам присоединились близнецы, и мы закончили дружным «ура!».
   До последнего времени я по-настоящему не задумывался, чем занять свою дальнейшую жизнь, смутно подозревая, что у отца на меня уже выстроены свои планы. Но сейчас, в данный момент, мне казалось, что я смогу пойти против всего на свете и сделаю как хочу, как считаю нужным. И кажется, я наконец четко понял, чего же хочу. Не быть одному. Не следовать покорно воле отца. Нарушить его планы. Сбежать, в конце концов. Остаться вместе с друзьями.
   – Лео, – засомневалась Элия, – а отец тебя отпустит? Вдруг он хочет для тебя чего-то другого?
   Тэшш! Эли, конечно, эмпат, но эмпаты читают только чувства. А сейчас мне казалось, что прочла она мои мысли. И попала в точку. В душе густой волной закипел гнев. Не на нее. На отца. Просто Эли понимает, что это такое – деспотичный родитель. Ей тоже приходится делать все по указке, исполняя долг дочери князя. Но я попытаюсь. Попытаюсь противопоставить свою волю воле отца. Не может же он быть всегда прав! Тем более теперь, когда сделал меня безопасным, когда забрал половину моего дара.
   – Плевать, Эл. Это не его дело. Я люблю его и уважаю. Но сделаю все по-своему. Я ему ничего не должен, отдал и так уже много. – Все же прорывается горечь в словах. Но братья не замечают. А вот Эли настороженно замирает. Она знает. Она чувствует.

   Вечер удался. Сгущались майские сумерки, а посетители и не собирались расходиться. Предстояло еще ежевечернее представление, традиция ресторации. Да, «Медовый пряник» славился неординарными выступлениями отличных артистов, будь то певцы, акробаты, фокусники или жонглеры. Для них в углу зала была даже выстроена небольшая сцена. Все дело было в том, что каждый раз зрелище было новым и необычным. Таким, что потом можно еще долго хвастаться друзьям, что был в «Прянике» и видел гуттаперчевую женщину, которая, словно астролийская пегая змея, свивалась в три кольца, или трогал перья астролийских же попугиев кару, очень красивых птиц, прикосновение к которым, по преданию, приносило удачу. Так что ничего удивительного в том, что народ не расходился, не было. Маги тоже не чужды развлечений и «чудес». Конечно, не таких, как в нашей повседневной работе. А легких, веселых и зрелищных. И никак не связанных с настоящим волшебством.
   Мы с друзьями заказали еще медовухи и мясной пирог. Жизнь казалась прекрасной, будущее радужным, а перспективы головокружительными. Эли сидела раскрасневшаяся и веселая. Братья Кавики подначивали друг друга, предлагая поспорить, кто сегодня будет выступать – группа менестрелей или акробаты. А я, отставив в сторону кружку с напитком, расслабленно блуждал чуть затуманенным взглядом по соседним столикам, наблюдая за довольными и счастливыми людьми вокруг. Хотелось, чтобы так было всегда, жизнь била ключом, а рядом были друзья.
   Неожиданно мой взгляд наткнулся на что-то неправильное, выбивающееся из общей картины. Это был внимательный взгляд человека за столиком в углу. Мы встретились глазами. Молодой русоволосый мужчина и правда выделялся на фоне других посетителей. Нет. Вовсе не внешностью. Просто он был один, в то время как вокруг преобладали пары или компании. Но даже не это насторожило меня – почему бы, если можешь себе позволить, и не скоротать свободный вечерок, пусть даже и одному, но в таком приятном месте? Но взгляд и вся поза мужчины говорили о каком-то внутреннем напряжении и собранности, которые не вязались с веселой и расслабленной атмосферой вокруг. Как будто он пришел не отдыхать, а…
   В этот момент зал взорвался аплодисментами, и он отвел глаза. Я посмотрел на сцену и в тот же момент забыл про изучавшего меня человека. На подмостках стоял дрессировщик – дрессировщик драконов! А над его головой, делая почетный круг, легко парили три дивных разноцветных создания воздуха и огня. Три дракона. Красный, синий и черный.
   Все завороженно замерли, ожидая представление.
   Да, похоже, нам и вправду крупно повезло. Редкое зрелище и мечта каждого мага – карликовый дракон. Невероятно дорогие и редкие создания. Поистине волшебные, но вымирающие. Прекрасные, грациозные, умные и смертоносные, хотя размером и не больше собаки, драконы оставались лучшими спутниками, охранниками и посланниками магов. Иметь такого было не только полезно, но и престижно. Каждый маг мечтал о подобном питомце с детства, но далеко не каждый мог себе его позволить. И дело не только в огромной цене в несколько сот золотых, но и в уровне мага. Надо как минимум иметь звание мастера и уметь управлять своевольным созданием, чтобы не объясняться потом со стражей по поводу соседей, предъявляющих ожоги разной степени. Ах да! Еще нужна такая сущая мелочь, как разрешение Совета. Башня магов ждет всех желающих сдать на права! Благо их каждый год совсем немного.
   Еще драконами могли владеть и такие вот обученные дрессировщики, как стоящий на сцене черноусый мужчина в цилиндре. Конечно же маг. Цирковой. Просим любить и жаловать!
   Между тем представление началось. Драконы выделывали в воздухе замысловатые пируэты, проскальзывали в подставляемые дрессировщиком кольца и даже изображали воздушное сражение. Но чего они не делали, так это не дышали огнем. Из-за опасности сего действа.
   – Лео, это восхитительно, правда? – Эли завороженно следила за представлением. Рори и Шори, похоже, напрочь позабыв о своем недавнем споре, толкали друг друга локтями, показывая на очередной невероятный кульбит. Да и сам я был не лучше.
   – Вот бы и мне такого! – вырвалось у меня.
   – А где ты его держать будешь? Это с учетом, что выложишь за него все подъемные и получишь разрешение на содержание. – Рори, хотя и слыл сорвиголовой, при этом умудрялся быть тем еще прагматиком.
   – Так мы же все равно решили уехать в дикие западные края, жить под открытым небом в суровых военных условиях. Вы что, уже забыли, будущий лор рыцарь Родерик? – не остался в долгу я.
   – Ну уж, прямо под открытым небом! Папа наверняка пригласит вас всех жить у нас в замке. И не так уж у нас и дико, – обиженно вставила Эли.
   – Да ладно! О чем спорить, все равно эти драконы цирковые и наверняка не продаются, – примирительно заметил Шори.
   – А если бы продавались, вы бы какого выбрали? – полюбопытствовала Эли.
   – Красного! – хором ответили братья.
   – Синего! – выпалила Элия, как будто спеша, пока всех драконов не разобрали. – Лео? – напомнила она, что мне тоже предлагается сделать выбор.
   – Я бы выбрал черного!
   – Черный же по преданию приносит… проблемы? – удивилась подруга, деликатно заменив слово «несчастья». Ага, а еще по преданию ими в давние времена владели черные маги, проклинаемые подопечные Лунной богини, несшие с собой смерть и разрушение. К которым, при всем своем родстве с архимагом Солнечного, имел некоторое отношение и я. И, как я уже говорил, Эли знала об этом. Также как и мой отец.
   А еще этих редких и овеянных дурной славой ящеров со мной роднило обладание черным, Лунным пламенем. Но эта способность тоже была из области древних легенд. Вряд ли этот малыш кроме необычной окраски умудрился сохранить еще и столь редкий и опасный дар.
   – Вот и пусть бы у моих врагов были… проблемы. А у меня был бы самый эффектный дракон!
   – Лоры и лори! Сиятельные маги и магессы! Сейчас кому-то из вас выпадет уникальная возможность поближе познакомиться с этими замечательными созданиями, – меж тем продолжал выступление мастер драконов.
   – Прямо сейчас один из драконов выберет самого сильного мага в этом зале. И пусть этим драконом будет… Пусть им будет… Ну же, уважаемые лоры и лори, выбирайте! Пусть это будет…
   – Черный! – донеслось из зала. Я скосил глаза. Произнес это тот самый светловолосый одиночка за угловым столиком.
   – Превосходный выбор! Черный дракон! – воскликнул дрессировщик и вытянул руку, на которую тут же спланировал черный дракончик.
   Только сейчас я обратил внимание, что приглянувшийся мне дракон был немного мельче своих собратьев. Хотя в своих трюках и кульбитах он ничем им не уступал.
   – А теперь – лети!
   Взмах рукой, и черный, как вороново крыло, летун, молнией пронесшись через весь зал, спикировал… на наш стол. В зале раздались удивленные, взволнованные и даже возмущенные возгласы. Как же! Ведь дракон должен был выбрать сильнейшего мага из присутствующих. А сел на стол каких-то желторотых юнцов, наверняка еще учеников, которые и обруч мага-то еще не получили.
   Ну, юнцами мы уже не были. Академию оканчивают в двадцать два года. А обручи торжественно возложить нам на головы должны уже завтра. Но кого это волновало? Зал возмущенно загудел.
   Меж тем дракончик, похоже, вполне удобно расположился за нашим столом и, сложив крылья, с интересом косился на недоеденный мясной пирог.
   – Так, что тут у нас? – приблизился к нашей компании дрессировщик. – Похоже, наш «ужасный» черный дракон выбрал кого-то из этих молодых людей. Тише, тише, лоры! Ведь это ученики нашей славной Академии! Не так ли, молодые люди? Возможно, кто-то из них в будущем станет великим магом и прославится в веках! – пафосно вещал цилиндр, пытаясь успокоить разочарованную публику.
   А черныш тем временем, внимательно оглядев каждого из нас, неуклюже проковылял через весь стол в мою сторону, чудом не сбив ни один прибор. И пока его хозяин гипнотизировал своими речами публику, принялся пристально сверлить меня взглядом. Ситуация становилась забавной. Когда еще придется так близко посмотреть на потомка древних архаичных тварей? И я принялся не менее внимательно разглядывать дракончика.
   Чернильно-черный, изящный, гибкий и сильный, он склонил голову набок, не отрывая от меня блестящих темных бусин маленьких глаз.
   «Коршун, – подумал я. – Вот как бы я его назвал, если бы он был мой. Или коротко – Коршик», – непроизвольно растянулись в ухмылке губы.
   Это ли или что-то другое спровоцировало дракона. Я успел только заметить, как глаза крылатого ящера блеснули золотом. Взмахнув крыльями, он подпрыгнул, и мне в лицо полетела струя черного пламени.

Грань 2
Об удачных сделках, древней истории и страшных снах

   – Лео, Лео, Лео… – звенело у меня в ушах. Почему Эли меня зовет? Я пошевелился и понял, что лежу на полу рядом с опрокинувшимся вместе со мной стулом. А Родерик и Шоренн уже тянут меня за руки, помогая подняться. Похоже, я просто отшатнулся назад, спасаясь от драконьего пламени и даже не подумав о магической защите, – столь невероятным казалось нападение дрессированного дракона в присутствии его мастера. Стул упал, и это меня спасло. Иначе сейчас бы я ощущал не головную боль, а вообще ничего не ощущал. Огонь дракона очень опасен. И человек, которому его выплюнули в лицо, должен был бы выглядеть как… в общем, как человек с головешкой вместо головы.
   – Хвала Солнечному! Молодой лор, вы в порядке? – суетился вокруг мастер драконов. – Простите! Это просто недоразумение! Тэшшева тварь! Он у меня совсем недавно и казался таким послушным! Никогда, никогда такого не было!
   – Все в порядке! – Это уже посетителям «Пряника», которые покинули свои места и пытались подобраться поближе, как они думали, к месту трагедии. Люди всегда падки на самые отвратительные зрелища. – Молодой человек жив и здоров! Все обошлось! Приношу всем извинения за возникшее недоразумение. Представление окончено!
   Я опять сидел на стуле, бешеный дракончик куда-то испарился, люди стали расходиться. Кто посмелее – к своим столикам, чтобы обсудить происшествие, а кто-то уже спешил покинуть ставшее вдруг опасным место. Вокруг меня остались только друзья да горе-дрессировщик, зачем-то подсевший за наш столик.
   – Еще раз прошу прощения, лор… – оборвав конец фразы, обратился он ко мне, желая узнать имя.
   – Фо Нойр, – злорадно представился я. Фамилию альта архимага в Лорелее знает каждый. И когда до него дойдет… Я не привык кичиться своим родством с неофициальным главой всех гидонских магов, но пусть это будет моя маленькая месть. В конце концов, пять минут назад я чуть не умер.
   – Прошу прощения, лор фо Нойр, – наклонил голову мастер, – за сие досадное недоразумение.
   Как я понял, речи он толкал, как пел. И сейчас, наверное, мог бы, еще немного поизвинявшись, свалить как ни в чем не бывало. Но мне пришла в голову идея попробовать извлечь из сложившейся ситуации какую-никакую выгоду. Я сделал каменное лицо и мрачно уставился на усатого дядьку. Сбоку хихикнула Элия. Я несильно толкнул ее ногой под столом.
   До него, кажется, начало постепенно доходить, кто я. И что это не очень хорошо может сказаться на одном заезжем дрессировщике. Дядька напрягся и выдавил:
   – А… То есть… А вы случайно не родственник…
   – Родственник, – припечатал я. – Сын.
   – О-о, это меняет дело, – пробормотал он. – То есть я хотел сказать, может, мы как-то сможем разрешить это недоразумение? Может быть, определенная сумма…
   – У меня есть деньги, – опять отрезал я. И стал сверлить его еще более мрачным взглядом. В конце концов, я и правда был зол. И понимал это все более отчетливо. Так что тебе, дядя, придется кое с чем расстаться, если уж я по твоей вине чуть не расстался с жизнью.
   – Так что же вы хотите? Я не богат и не знаю…
   – Я хочу вашего дракона, – тихо выговорил я, склонившись к нему.
   – Что? Но… Впрочем, если хотите, забирайте этого черного. Все равно, после такого случая… Только я тут ни при чем! Вы сами видели, что он опасен. Но если хотите – берите. Только давайте договоримся. Никто не должен знать, что отдал вам его я. И вашему глубокоуважаемому отцу вы ничего не расскажете об этом досадном случае. А я завтра же уезжаю из города. По рукам?
   Похоже, мастер был даже рад отделаться так легко. Покушение на жизнь единственного сына главы Белой башни тянуло на смертную казнь. А драгоценный дракон? Один раз без приказа напавший на человека, он подлежал немедленному уничтожению, стоило только слухам об этом дойти до ушей стражи. Так что мужчина поступал совершенно верно, собираясь как можно быстрее смыться из города.
   – По рукам, – согласился я.
   – Тогда выходите на улицу минут через десять, – с облегчением произнес черноусый.

   В сгустившихся сумерках мы стояли у стены недалеко от входа в «Медовый пряник». Пока мы болтали с дрессировщиком, большинство посетителей разошлись, и на улице мы были одни. На ухо мне тихим голосом возмущался нетерпеливо переминающийся с ноги на ногу Родерик:
   – Леор, я тебе удивляюсь! С одной стороны, это, конечно, круто – бесплатно получить дракона. Но все же куда ты его денешь? Мы еще живем в общежитии. И прав у тебя нет! Как только кто-нибудь увидит тебя с ним или, что еще хуже, его без тебя… Да он же дикий, в конце концов! Он тебя чуть не убил!
   – Род, я разберусь. Все равно из столицы я уезжаю. Я уже решил. Вывезу его незаметно. Выдрессирую. А в западных лесах у меня разрешения уж точно никто спрашивать не будет.
   – Так мы все-таки едем? Да? Вы не передумали? – расплылась в улыбке Эли. На волне эйфории от произошедших событий ее, похоже, ничто другое уже не волновало.
   – Едем-едем, куда же мы денемся, – проворчал Рори. А Шори просто похлопал меня по плечу и улыбнулся. Хотя сам я начинал уже немного сомневался в благоразумности своего поступка, мой друг, похоже, его полностью одобрял.
   В это время из темноты выскользнула тень и приблизилась к нам. Это был давешний мастер, а на руке у него, точно большая птица, сидел черный дракон.
   – Он в наморднике. Забирайте, и мы в расчете, – прошептал он, протягивая мне свою ношу. Дракончик и правда был в небольшом кожаном наморднике. На удивление безропотно он перебрался на подставленную мной руку, цепляясь когтями за куртку и балансируя крыльями. В другую руку дядька быстро сунул мне цепочку, к которой был прикован крылатый ящер, а сам бесследно растворился в темноте.
   – Ну, здравствуй, Коршик, – не смог сдержать я улыбку, глядя, как сонно и мирно он устроился на моей руке.

   Дверь «Медового пряника» тихо скрипнула, когда его покинул последний посетитель. Светловолосый одиночка, на которого, к его неописуемой досаде, обратил внимание Леор фо Нойр, был не кто иной, как начальник королевской охраны. В свете последних событий альт архимаг предложил Альрику Витте присмотреться к своему сыну, заверяя, что если кто и сможет противостоять черным жрецам, буде они все же решатся напасть на короля и его семью, так это один новоиспеченный мастер.
   Альрик уже знал о некоторых специфических способностях молодого человека. Также как знали о них теперь король и королева. Решение было рискованным, и Альрик, чтобы хоть как-то успокоить себя и получить представление об объекте, с которым предстоит вскоре работать, отправился наблюдать. Место было очень удобным. В ресторации полно людей, и затеряться среди них не представлялось сложным. Кроме того, заранее узнав, какой столик заказал фо Нойр, Витте выбрал свой так, чтобы хорошо видеть молодого мага.
   Надо сказать, что вечер и впрямь подтвердил некоторые слова архимага, а также позволил лору сделать свои собственные выводы об этом парне.
   Сцена с драконом, выдыхающим пламя в лицо сына главы Белой башни, заставила Альрика похолодеть. Но не успел он представить себе весь ужас ситуации, как стало ясно, что с парнем ничего не произошло. После всего случившегося он был абсолютно цел! Похоже, никто в зале ничего не понял, даже его друзья и дрессировщик драконов, которые находились рядом. Но безопасник все хорошо разглядел. Пламя на пару секунд окутало голову юноши. А уже потом он упал. И с ним ничего не случилось! Абсолютно. Потому-то все и решили, что он успел отшатнуться. Ведь если бы настоящее пламя дракона коснулось головы человека, он был бы уже мертв. Но Витте обратил внимание на одну еще более важную вещь, которая и объясняла случившееся.
   Пламя дракона было черным! Абсолютно черным. Ни алым, ни желтым, никаким другим. В общем, оно не было обычным пламенем.
   Это было пламя черного дракона. Настоящего черного дракона из старых легенд. Лунное пламя, пламя Лунной богини. Поэтому оно и не навредило другому своему носителю. Как недавно узнал Альрик, Леор фо Нойр обладал магией не только Солнечного огня, белого дара, как у его отца. Он также являлся носителем дара Лунного пламени, сейчас заблокированного, но спящего у парня внутри. Дар Лунной богини, который не встречался уже сотни лет. Который боялись и проклинали. Но что поделать, если именно сейчас он оставался последней надеждой Гидонии? Надеждой в борьбе с черными жрецами.

   «Амалайне». «Я тебя люблю». Так переводилось с древнеэлератского название загородного поместья фо Нойров – место, где я провел детство. Слуги шептались, что отец назвал его так в память о маме, женщине, о которой я почти ничего не знал. Отец не рассказывал о ней никогда, как я его ни упрашивал. «Мы любили друг друга. Родился ты. Сейчас она в лучшем мире, чем наш, сын». – Вот все, что я смог от него добиться.
   Несмотря на то что я рос без матери, детство мое было счастливым и безоблачным. Большую часть времени меня окружали слуги и воспитатели, а родителя я видел только в редкие свободные от его трудов дни. Уже тогда он исполнял обязанности архимага в столице, но один день в неделю неизменно проводил с сыном, обучая меня.
   А еще каждое лето к нам приезжала тетя Диана, урожденная девица фо Нойр, вдовствующая лори фо Киари. Своих детей у нее не было, и на меня изливалась неизрасходованная нежность моей любимой тетушки. Другой жизни я не знал и считал то, что имею, за счастье. Точнее, я не знал горя. До определенного момента.
   Как я уже сказал, воспитанием моим занимались наставники. При рождении отец с радостью обнаружил у сына дар Солнечного бога. С тех пор в семье архимага Гидонии рос наследник не только знатного рода, но и магического таланта.
   Мне всегда нравились занятия магией. При этом я как будто ощущал весь мир. А себя чувствовал его неотъемлемой частью. Каждый раз, узнав или научившись чему-то новому, я, кажется, начинал видеть окружающее еще чуть ярче и полнее.
   А когда мне исполнилось семь лет, у меня появилась своя маленькая тайна.

   С малых лет я знал, что магическую силу посылает своим избранным детям бог Солнца, которому поклоняются все жители Гидонии. Сила эта светлая, потому может нести только добро. Основным ее проявлением является Солнечный свет, основа дара любого белого мага. На основной дар уже накладывается индивидуальный дар каждого отдельного волшебника. Это может быть дар стихии – огня, воды, земли или воздуха. Но существует и множество других видов дара: магия льда, стали, погоды, исцеления и так далее. Но самым сильным проявлением дара Солнечного бога считается Солнечное пламя. Потому что именно пламя создает свет, а не наоборот. Именно таким даром обладает мой отец, сильнейший маг страны. Его он передал и мне.
   Но кроме бога Солнца, правящего днем, существует и богиня Луны, время которой – ночь. И триста лет назад поклонялись ей не меньше, чем Солнечному сейчас. Так же, как и бог Солнца, дарила богиня Луны силу своим детям – Лунный свет. И владели им черные маги.
   Черный маг. Белый маг. Эти понятия тогда были распространены как деление по разновидности основной силы. Белая магия всегда была больше направлена на созидание, а черная на разрушение. И если бы в те времена провели подсчет, то оказалось бы, что большинство боевых магов – черные. Нет, конечно, маг огня легко может сжечь противника, а маг стали ее порубить его на сотню мелких кусочков, лишь шевельнув пальцем. Но таким разнообразием способов убийства, как черные маги, больше не владел никто. Начиная от проклятия, от которого человек умрет только через несколько лет, и до мгновенного уничтожения, после чего от несчастного и горки пепла не останется.
   В те времена быть законопослушным черным магом было даже престижно. Их опасались, но нельзя сказать, что ненавидели. Большинство из них состояли на службе в армии или страже и, следовательно, защищали простых горожан от различных напастей.
   Но однажды появились они. Черные жрецы. Культ. Секта. Тайная организация. Себя они называли «истинными детьми Лунной богини».
   Сначала они просто перестали прятаться и заявили о себе открыто, проповедуя избранность черных магов и верховенство Лунной богини над Солнечным богом. Тех, кто осмеливался открыто противостоять им, они начали убивать. Не остановившие их в самом начале власти теперь просто не справлялись – черных жрецов и их последователей стало слишком много. Убийства, жертвоприношения, запугивание, похищения и пытки – вот как утверждали они свою власть. И хотя лишь малая часть черных магов имела отношение к жрецам, ненавидеть стали абсолютно всех. Правящий тогда король Лалий Догар испугался, что скоро не сможет ничего противопоставить стремившейся захватить власть в стране секте, и отдал приказ уничтожить черных магов. Всех. Без разбора. Даже тех, кто служил в его личной охране. Он не знал, кто разделял преступные взгляды и входил в состав жрецов, а кто продолжал верно служить стране и своему государю. Времени выяснять не было. Под королем шатался трон, а в стране царила паника. И Лалий бросил всех белых магов и просто верных людей против черных.
   Была ли это война или бойня, сейчас об этом с точностью не может сказать уже никто. Но в итоге в Гидонии больше нет ни одного черного мага. И нет уже около трехсот лет. Более того, дети с Лунным даром больше вообще не рождались. Ни одного. И никто не знает почему. Может быть, причиной стало нарушение баланса. Может, что-то еще. Гипотез множество. Но они ничего не меняли. А потом стали замечать, что и детей с белым даром тоже с каждым поколением рождается все меньше. Это назвали вырождением. Этого боялись, но старались не замечать. И никто не знал, чем все закончится.

   Как и все, эту историю я знал с раннего детства и полагал, что дела давно минувших дней не имеют ко мне ровным счетом никакого отношения. Пока мне не исполнилось семь лет.
   На следующий день после весело отмеченного вместе с отцом и тетей дня рождения я гулял в небольшом парке, окружавшем наш дом. Просто бегал по тропинкам и газонам за птицами и бабочками, пугая их пускаемыми с рук шарами и языками белого пламени, но не причиняя вреда. За такое безответственное использование магии отец наверняка отругал бы меня. Если бы увидел. Но сейчас он видеть меня не мог, и я просто беззаботно развлекался.
   В очередной раз создав на ладони огонь и взмахнув рукой, я послал его вдогонку за какой-то мелкой птахой, при этом стараясь сдержать его силу и скорость. И очень удивился, когда понял, что цвет пламени не белый, а черный. Помню, тогда я испугался. И быстро погасил огонек. Сразу вспомнились истории об ужасных черных магах и о сильнейших из них – Лунных, способных, как я или отец, создавать мощнейшее оружие, только не Солнечное, а Лунное пламя. И цвет его был как раз черным.
   «Но я-то белый маг», – подумал я и еще раз создал черный огонек. Больше я его не боялся. Наоборот, обрадовался мысли, что могу то, что не может никто другой из ныне живущих. И, помня страшные истории, пообещал себе, что никогда не буду использовать черное пламя во вред хорошим людям. Я же хотел, чтобы меня все любили, а не ненавидели, как черных жрецов.
   Свое новое умение я не показал никому, даже тогда подозревая, что получу, если проболтаюсь, большие проблемы. Так у меня появился свой секрет. Но всем секретам однажды приходит конец.

   Почему я вспоминаю все это сейчас? А потому, что лежу в холодном поту на кровати в своей комнате в общежитии. На дворе глубокая ночь. А на груди у меня свернулся калачиком, словно кошка, маленький черный дракон.
   Коршик каким-то образом порвал, пока я спал, держащую его цепочку и спикировал со шкафа, где я из одеяла устроил ему гнездо, мне на грудь. Видимо, причиной стал крик, с которым я очнулся от приснившегося кошмара, вскочив на кровати. И тут же заметил летящую на меня тень, которая бухнулась прямиком мне на колени.
   Тэшш! Я здорово испугался, пока не вспомнил, что у меня в комнате теперь нелегально живет целый, хотя и карликовый, дракон. А странное создание, которое накануне хотело спалить мне лицо, теперь вело себя вполне дружелюбно. Дракончик, хотя и покрытый мелкой чешуей, на удивление, был довольно гладкий и теплый на ощупь. Сейчас он копошился у меня на коленях, пытаясь поудобнее устроиться, и мимоходом вылизывал мне пальцы раздвоенным тонким язычком. Я окончательно успокоился и лег обратно в постель. Довольный малыш устроился у меня на животе и затих. А я лежал, пялясь в темный потолок, и все никак не мог снова заснуть, перебирая в голове обрывки давешнего сна, отражения моего прошлого.

   Стоял прекрасный летний день, и мы с тетушкой пошли гулять к реке.
   Путь наш проходил через небольшую рощу и непаханое, заросшее дикими цветами и травами поле, расположенное в пяти ле от ближайшей к поместью деревушки. Места уединенные и, как до этого дня мы думали, спокойные.
   Мы только выбрались из-под сени деревьев и шли по тропинке через поле. Стрекотали кузнечики, в кустах чирикали птицы, солнце уже начинало припекать, и я мечтал быстрее добраться до реки. Тетушка начала плести венок, и шла, изредка наклоняясь, чтобы сорвать новый цветок. А я радостным вихрем носился вокруг и просил ее что-нибудь спеть. До сих пор помню, как я тогда обожал свою жизнерадостную тетю Диану и такие прогулки с ней.
   Мы не сразу обратили внимание на группу всадников, двигавшихся через поле в нашем направлении.
   – Кому это взбрело в голову здесь кататься? – удивилась тетушка. – Прибавим шагу, Лео.
   Меня тогда мало заинтересовали эти люди, и я только обрадовался, что смогу скорее искупаться. Но всадники продолжали целенаправленно скакать к нам, и не успели мы проделать и половину пути, как нас окружили.
   Сейчас я понимаю, что это были какие-то мимоезжие наемники. Тогда же я видел только вооруженных мужчин с раскрасневшимися лицами, хохочущих и вусмерть пьяных. Они стали отпускать скабрезные шуточки в адрес тети, кажется, принимая нас за местных крестьян. Хотя как такое вообще возможно, ума не приложу. Мы были одеты как дворяне, хотя из-за прогулки и более просто, чем обычно. Но этим уродам, похоже, было море по колено, так они напились. И все, чего они хотели, так это поразвлечься.
   – Кто вы и что вам надо, лоры? – обратилась к ним лори фо Киари, пытаясь загородить меня собой. Но в ответ посыпались только новые непристойности.
   Один из наемников спешился и подошел к тете, хватая ее за руку и дергая на себя.
   – Иди-ка сюда, девка! И не артачься! – хохотнул детина.
   Каким-то образом тетушка сумела извернуться и со всей силы отвесила наемнику звонкую пощечину, больше похожую на хорошую затрещину.
   – Да как вы смеете! – От неожиданности мужчина отступил, и тетя, воспользовавшись моментом, высвободилась из его рук и отскочила в сторону. – Я – Диана фо Киари, лори и сестра владельца этих земель. А этот мальчик – его сын. Немедленно отпустите нас!
   Но ее никто не слушал. Скорее всего, этим скотам просто было плевать. Как ни пытался отец позже узнать, кто и откуда были эти люди, как очутились в наших краях, ему это не удалось. И немудрено. Во все времена излюбленным источником заработка для лихих ребят служили вот такие отряды наемников, рыскавшие по стране на полулегальной основе.
   – Ах ты, дрянь! Получай! – Что-то мелькнуло в руке человека, напавшего на тетю, и она вскрикнула.
   А я не мог сдвинуться с места и широко раскрытыми глазами смотрел, как медленно оседает в траву моя любимая тетя, прижимая руки к животу, поднимает глаза на меня и одними губами шепчет: «Беги!»
   – Тетя!
   Я отмер и бросился к ней, падая на колени. Мой безоблачный мир рассыпался на осколки, разрывая острыми краями сердце девятилетнего мага. На энергетическом уровне я видел, как утекает жизнь родного мне человека. О Солнечный! Несмотря на свой возраст, я чувствовал это и все понимал. «Не может быть. Этого просто не может быть!» – билось в голове. А в зеленой траве, как ни в чем не бывало, продолжали стрекотать кузнечики. Над головой носились беззаботные птицы.
   Удар. И меня грубо отшвырнул в сторону тот самый наемник.
   – Пошел прочь, щенок! С тобой я разберусь позже. – И под улюлюканье своих товарищей это чудовище всадило охотничий нож в сердце женщины, которая любила меня как сына.
   – Нет! – Я снова пополз к ней, не отрывая взгляда от торчащего из груди тети Дианы ножа.
   – Я сказал – прочь! – зарычал мужчина и пинком заставил меня отлететь в сторону.
   Воин склонился над телом и одним рывком выдернул нож. А я видел лишь кровь, которая толчками вытекала из груди тетушки, и, не переставая, шептал: «Нет. Нет. Нет…»
   Я сидел, скорчившись в траве, и смотрел, как убийца с окровавленным ножом и перекошенным в страшной улыбке лицом приближается ко мне.
   – А теперь ты, маленькое отродье, – с удовольствием произнес он, склоняясь надо мной. – Умри, – занеся нож и глядя мне прямо в глаза, спокойно предложил он. Будто и не собирался сейчас убить ребенка, а просто хотел, чтобы тот попробовал конфету.
   А я даже не видел его лица, лишь размытое пятно – глаза мне застилали слезы. Я думал лишь о том, как его ненавижу. Ненавижу их всех. За то, что они сделали! И желаю им смерти. Изо всех сил. Со всем жаром, на который только способен! И хочу, чтобы их не стало!
   Я поднял голову и посмотрел ему прямо в глаза почти незрячим, но ненавидящим взглядом.
   – Умри сам, – произнес я ему в лицо. И призвал огонь. Пламя. Не разбирая, Лунное или Солнечное. Просто зажег его в себе. От ненависти, которая полыхала ничуть не хуже огня. И выпустил наружу. В этого наемника. В них всех.
   Выставив перед собой ладони и зажмурив глаза, я протягивал к ним руки, выпуская всю злобу, что бурлила во мне. А в ответ слышал их страшные крики.

   Не знаю, сколько прошло времени, но я так и сидел на земле, шаря вокруг пустым взглядом. Все поле было угольно-черным. На нем не осталось ни трупов, ни оружия, ни травы. Ничего. Просто выжженная черная земля. А вокруг меня в воздухе еще плясали язычки пламени. Черного. Лунного. Но я и не думал их убирать. Мне было все равно. Тети не стало. Я ее не спас. Убийцы мертвы. Но ее уже не вернуть.
   Так, сидящим посреди выжженного поля, и нашел меня бегущий со стороны поместья отец. Как я потом узнал, он почувствовал выброс черной энергии и, зная, что в той стороне находимся мы с тетей, поспешил на помощь.
   Из-за сошедшего с ума энергетического фона он не смог телепортироваться. Представляя себе самое ужасное, а все указывало на черную магию, он бросился бежать к сестре и сыну, позабыв даже про охрану и лошадей.
   А достигнув места выброса, архимаг Гидонии вместо толпы оживших черных жрецов, которых он уже был готов там обнаружить, увидел только меня, одиноко сидящего посреди выжженной пустоши, на которой не оставалось больше ни следа жизни.

   Дарий фо Нойр бросился к своему любимому и единственному ребенку, безумно радуясь, что он жив. Куда пропала Диана и что здесь случилось, можно выяснить чуть позже.
   Но то, что он увидел, упав на колени перед Леором, просто потрясло мага. Вокруг мальчика, не причиняя ему вреда, парили языки черного пламени, которого мир не видел уже несколько сотен лет.
   Как такое вообще было возможно, Дарий не понимал. Ведь его сын унаследовал от него силу Солнечного. Он был белым магом!
   – Леор! Не бойся. Это я. Все хорошо, – пытался привлечь внимание мальчика архимаг. Но Леор продолжал смотреть на отца невидящим взглядом, а язычки черного пламени вокруг него начали двигаться и угрожающе заплясали.
   «Значит, они все же принадлежат сыну. И охраняют его», – подумал глава Белой башни, чуть отодвигаясь в сторону. Если хотя бы один из язычков черного огня коснется кожи, не поздоровится даже ему.
   Маг продолжал разговаривать с ребенком, пытаясь привлечь его внимание и привести в чувство. Постепенно взгляд мальчика прояснился, и он уже осмысленно посмотрел на отца.
   – Они убили тетю Диану. А я ничего не смог сделать.
   Сердце Дария сжалось. Его сестру убили!
   Невероятным усилием взяв себя в руки, архимаг попытался успокоить сына и хоть как-то прояснить ситуацию.
   – Успокойся. Ты не виноват. А сейчас постарайся убрать эти огоньки. Они ведь твои?
   Леор недоуменно посмотрел на летающие вокруг него язычки черного пламени, и они тут же пропали.
   – А теперь пойдем домой. Все будет хорошо, – уводя сына за собой, говорил сильнейший маг королевства, сам в этот момент не веря своим словам.

   В общем-то отец не так уж и сильно погрешил против истины. Последующие шесть лет мы жили тихо и спокойно. Я рос, учился магии, правда только белой, и старался забыть случившееся тем летом.
   Меня по-прежнему окружали воспитатели и слуги, прибавилась только охрана. Даже отец стал проводить в поместье больше времени. Правда, я все время ощущал его тревогу, хотя он и старался ее не показывать.
   Изменились только две вещи. Не было больше тети, и не было больше Лунной магии – моего маленького секрета.
   Остаток того страшного для нас с отцом дня я почти не запомнил. Знаю только, что, вернув меня домой, отец поспешил заблокировать черную часть моего дара.
   Я все рассказал ему тогда. Он не ругался и не упрекал меня. Ни в том, что я скрывал от него свой второй дар – проклинаемый в народе огонь Лунной богини, – ни в том, что не спас тетю и убил людей. Только сказал, что сам поступил бы так же.
   А потом тихо сообщил, что ему придется заблокировать эту часть моего дара, что она опасна. И никому нельзя об этом знать. Так нужно. И я поверил ему.
   Последнее, что я помню, – как он отвел меня в подземелье, где находилась его лаборатория. И на этом все.
   Жизнь продолжалась, шли годы, и я почти забыл о тех событиях. Во всяком случае, я очень старался. Только сны иногда напоминали о них. Мне снилось, как я играю в саду с язычками черного пламени, и они кажутся мне дружелюбными и почти живыми существами, а не опасным оружием, как говорил отец. Тогда, просыпаясь, я ощущал острую тоску и пустоту внутри. Как будто потерял нечто важное. И как остро мне этого не хватает!
   Когда я однажды пересказал этот сон отцу, он помрачнел и потребовал, чтобы я постарался больше не вспоминать об опасном даре.
   Реже мне снился день, когда убили тетю. Вначале радостный и полный счастья сон в конце оборачивался кошмаром, где я был бессилен что-либо изменить. Об этом сне отцу я не говорил никогда.
   Вот и сейчас события того дня снова пришли ко мне во сне. Так ярко и правдоподобно, как будто это произошло только вчера.
   Я вздохнул и поерзал на кровати. «Забудь, Леор. Что было, то давно прошло. Иди вперед и ничего не бойся», – повторил я, как заклинание, стишок из детства. Теперь я – мастер магии, и пусть вторая половина дара для меня навсегда утеряна, я не слабак. И доступных мне сил с лихвой хватит, чтобы защитить себя и тех, кто мне дорог…
   Дракончик приподнял голову и заинтересованно блеснул на меня вспыхнувшим в темноте глазом.
   – Что, приятель, хозяин тебе проблемный достался? Сам не спит и тебе не дает? Все-все! Обещаю исправиться. Вот смотри: я уже сплю, – демонстративно захлопнул я глаза, предварительно потрепав ящера по холке.
   «И тебя я тоже защищу. И никому не отдам, Коршик, – твердо решил я. – Пусть только кто посмеет отобрать! Испепелю!»
   А внутри, где-то в районе сердца, зашевелилось что-то радостное и яростное. Как будто, чуя свободу, шевельнуло черным крылом.

Грань 3
О старых приятелях, новых неприятностях и бешеных псах

   – Ты говоришь о проклятой черной магии, Дарий!
   Мужчины, спорящие в великолепном бальном зале дворца, где, кроме них, не было больше ни души, явно были на взводе. Единственное, что не давало одному просто отказать другому и, развернувшись, уйти, так это старая и крепкая дружба. А еще понимание, что как бы ни хотелось ему обратного, но маг, кажется, прав.
   Король и глава Академии стояли друг напротив друга, пытаясь найти компромисс. И для каждого требуемое решение было совсем не простым.
   Государь, подтянутый русоволосый мужчина с короткой стрижкой и намечающимися залысинами, сейчас без короны, которую надевал только в положенных этикетом случаях, всем своим видом выражал упрямство и неодобрение. Он всю жизнь недолюбливал и опасался магов и магии, и в своем дворце до сих пор терпел только периодически наведывающегося старого друга, архимага Гидонии, с которым был знаком с юных лет. Дарий был одним из немногих, кому король безоговорочно доверял.
   Маг, по виду примерно такого же возраста, как и король Алесандр, на деле был несколько старше. Что не мешало ему выглядеть ровесником фор Акора. Как известно, время для волшебников идет чуть иначе, и их внешний вид – понятие субъективное. Поэтому абсолютно белые волосы, стянутые серебряным обручем с большим бриллиантом в центре, вовсе не говорили о преклонном возрасте мага. Да и, сколько помнил его Алесандр, Дарий всегда был белобрыс как лунь. Тэшш возьми! Судя по лицу друга, тот вообще решил больше не меняться, так и замерев в среднем возрасте.
   Тонкая игла досады по отношению к волшебникам на секунду кольнула Акора и тут же пропала. К несчастью, ближайшие дни должны были решить не только судьбу короля и его семьи, но и всего государства.
   – А что делать, если черную магию лучше всего может остановить только черная магия! – продолжал настаивать маг.
   – Тэшш! Но есть же ты и твое Солнечное пламя! Оно-то остановит этих выродков!
   – Прости, Алес. Но я не могу сейчас неотступно находиться во дворце с тобой, Эрин и детьми. Надо оберегать оба столпа государства: и королевскую власть и Белую башню с Академией. Я просто не могу разорваться.
   – Так оставь эту затею и отправляйся в свою Башню! Мы сами способны позаботиться о себе и отстоять дворец! В конце концов, черные пока никак себя не проявляли.
   – Поверь, теперь, когда они поняли, что мы знаем о них, они начнут действовать. Незамедлительно! Пока мы, по их мнению, еще не готовы.
   – Да знаю, – принялся расхаживать по залу король. – Но откуда они вообще взялись? Прошло три сотни лет. Три сотни, Дарий! Как это вообще возможно? И именно сейчас, в мое правление!
   – Откуда? – пожал плечами маг. – С Юга, ваше величество, с Юга. Но даже я не мог представить, что секта возродится в южных королевствах… Сузудский союз и черные жрецы! Кто бы мог подумать! Эти «человеколюбивые» криводушцы. Свобода вероисповедания! Свобода всем и во всем! Как они не понимают, этот черный мор сожрет их самих!
   – Дар, успокойся, – похлопал мага по спине король. Отчего-то стало вдруг неудобно, что он недавно вот так же ярился и бегал по комнате. Кроме того, для его рассудительного друга такие вспышки были редкостью. Подобным скорее грешил сам король.
   – О Солнечный… – поник фо Нойр. – Я и сам слабо представляю, что предпринять. Собирай войска, окружи себя и семью верными людьми и допусти же, наконец, во дворец моего сына. Если кто и сможет их остановить… А я подготовлю пока магов. Всех – от выпускников до магистров. Только ничего не сообщай народу.
   – Но если это война…
   – Пока нет. Пока они постараются убрать нас. Не будет власти – начнется анархия. И они добьются того, чего не сумели много лет назад.
   – О да, больше такой ошибки жрецы не допустят. Наверняка постараются действовать скрытно.
   – Главное, чтобы не началась паника, Алесандр. Пусть все знают только твои доверенные люди.
   – Мы даже не представляем, сколько их, Дарий!
   – Мои шпионы не всесильны.
   – Как и мои. В Сузуде всегда было сложно работать. Они никогда не были глупцами. До недавнего времени. Пока не разрешили у себя многобожие. Но легализовать секту Лунной богини?!
   – К сожалению, их уже поздно спасать. В нескольких королевствах главные посты уже занимают люди черных.
   – И мы узнаем об этом только сейчас! – прижал ладонь ко лбу король.
   – А они уже тайно действуют и у нас, – вздохнул архимаг.
   – Неужели твои люди не могут почувствовать их?
   – Маги – не боги. Мои люди прочесывают сейчас город, но почувствовать мы их можем только на близком расстоянии. Пока схвачен только один. И чего это нам стоило! Три ферра убиты, двое ранено. Мы не готовы, Алес. Как же мы не готовы…
   Слова закончились, и собеседники замолчали.
   – Эрин знает? – снова заговорил архимаг.
   – Да. Она моя жена и королева, я не мог не рассказать ей.
   – Понимаю. Но детей ты, надеюсь, пугать не собираешься?
   – Валентин должен знать. Ему уже двадцать шесть, и, как наследнику, ему грозит наибольшая опасность.
   – Только не говори ему, что Леор еще и носитель Лунного дара. Незачем.
   – Черного, альт, черного. Уж вам ли прятаться за словами? – неприятно поморщился король.
   – Пусть черного, фор. Но равно как и белого. К тому же пока заблокированного.
   – Вот в этом-то и проблема, Дарий! Я доверяю тебе. Могу доверять и твоему сыну. Ты думаешь, что знаешь его. Допустим. Но ты знаешь белого мага! А что будет, когда ты разблокируешь его черную силу? Вдруг он съедет с катушек, ведь он просто не умеет ею управлять! Поправь, если я ошибаюсь – ты ведь заблокировал ее, как только она проявилась в ребенке.
   – Не совсем, пару лет ему удавалось скрывать свои новые способности.
   – Какой одаренный мальчик! Ты им прямо гордишься! – ухмыльнулся Акор.
   – Насмешка здесь неуместна! – вспылил архимаг.
   – Да он же черный, Дарий!
   – Он мой сын! – Кажется, даже сам воздух наэлектризовался вокруг закутанной в мантию фигуры. – Я уверен в нем!
   – Ладно-ладно. – Король и не подозревал, что у его невозмутимого друга такой темперамент. Даже у него, отца четырех детей, родительский инстинкт не был так развит. Хотя… может, в этом и дело? Единственный ребенок – все, что осталось от возлюбленной. Но это старая история.
   – Просто подумай, – продолжал он. – Пусть твой сын нас не подведет и будет защищать от черных моих детей. Но ему вполне хватит могущества одного белого дара – благо передалось от тебя. А вот как он справится с новой, черной силой, которой его никто не учил управлять, мы не знаем. Не лучше ли оставить все как есть? Несмотря ни на что, он остается обладателем Солнечного пламени. Разве этого мало?
   – Мало! – отрезал немного успокоившийся маг. – Я переживаю за сына, но как можно не использовать такой козырь, когда мы практически безоружны перед врагом. Магов мало. А что могут противопоставить черным простые люди? Ты же король, Алесандр. Здесь просто придется рискнуть. Представь, что перед битвой, исход которой, скорее всего, будет не в твою пользу, ты мог бы не вступать в заведомо проигранное сражение, а просто уничтожить врага до начала боя. Спасти сотни людей от неминуемой смерти! Что бы ты выбрал? И, кроме того, принципы работы с божественным пламенем не так уж разнятся, будь оно Солнечным или Лунным. Одним даром он уже владеет на уровне мастера, сможет работать и с другим.
   – Все равно ты рискуешь. Лучше пришли во дворец группу обученных магов. Или хотя бы ферров. У твоего сына еще нет опыта.
   – При чем тут опыт? Опыт тут не поможет. Мы уже триста лет не сталкивались с Лунной магией. Она коварна. И направлена только на убийство. Вспомни легенды: какими отличными бойцами были черные маги! Мы не знаем, как ее блокировать. Придется действовать методом проб и ошибок. А Леор сможет просто ее отразить, нейтрализовать, пересилить. Что может быть лучше в борьбе с магией Лунной богини, чем Лунное пламя?
   И, наверное, этот спор мог бы продолжаться еще долго, если бы увлекшихся мужчин не прервал оглушительный звон разбитого стекла.
   – Что это? – пораженно ахнул король.
   Стекло в огромных оконных рамах зала, находящегося на нижнем этаже дворца, разлеталось острыми осколками во все стороны, а внутрь помещения прыжками врывались какие-то звери.
   Взмахнув рукой, архимаг выставил энергетический щит, по которому тут же забарабанили посыпавшиеся на них с королем стекла. В следующий миг об него уже бешено билась ворвавшаяся первой во дворец тварь. Рык, лай, вой, пена, клочьями спадающая с оскаленных клыков…
   Первый язык Солнечного пламени сорвался с вытянутой руки архимага и, беспрепятственно пройдя сквозь прозрачную защитную сферу, охватил огнем несколько окруживших их тварей. Прочь откатились охваченные пламенем скулящие клубки.
   Животные уже заполнили весь зал. Но интересовали их только люди. И, видимо, исключительно в гастрономических целях. Дарий фо Нойр, закатав рукава мантии, повыше поднял руки, намереваясь разом спалить всех тварей, но его остановил растерянный голос короля:
   – Йохан, Фрай, Чисса! – с болью в голосе звал зверей Алесандр. – Это же я! Хорошие мои, что с вами? Прекратите, успокойтесь, фу!
   Только сейчас маг понял, что это всего-навсего собаки. Но в каком они были состоянии! Ближе всего к определению этого было бы слово «бешенство». Но чтобы сразу взбесилась вся королевская псарня, и никто бы ничего не заметил? Так не бывает!
   Команды короля не произвели на собак никакого эффекта, они лишь яростней продолжали атаковать людей.
   – Это же мои борзые! Что с ними случилось? – повернулся король к магу.
   Но увидев, что тот уже поднял руки, воскликнул:
   – Стой! Не убивай их!
   – А что еще прикажешь мне делать? – проворчал белоголовый волшебник. – Дать им сожрать нас?
   – Неужели ничего нельзя предпринять?
   – Они околдованы. И угадай, магию какого цвета я сейчас чую?
   – Что? Нет… Проклятье!
   – Ну, почти. Скорее черная магия просто выжгла им мозги, а жрецы вложили туда одну-единственную команду и, используя магию крови, нацелили их на тебя.
   – Тэшш!
   – Их все равно уже не спасти, Алес.
   – Но здесь не все. У меня большая псарня. Наберется уже, наверное, собак шестьдесят. А здесь явно меньше. Ты сказал – магия крови, Дарий? Значит, они нападут и на детей? – ужаснулся король. – Убей их уже! Что ты стоишь!
   Вздохнув, маг Солнца выпустил наконец собранную за это время силу, и стена огня обрушилась на беснующихся собак, превращая весь зал в воющее и скулящее огненное море.
   Оборачиваясь к своему венценосному другу, Дарий фо Нойр уже понимал, что рядом никого нет. Только мелькнул в дверях размытый силуэт.
   Прошептав нечто нелицеприятное в адрес владыки, маг бросился за королем, перепрыгивая по пути через догорающие трупы собак. Солнечное пламя действует быстро.
   Выскочив в коридор, архимаг чуть не врезался в королевскую спину. Алесандр стоял, держа за плечи старшего сына. Только сейчас фо Нойр заметил, что тот сжимает в руке окровавленный меч.
   – Все нормально. Маму, сестер и Тэрила мы успели спрятать в спальне. С ними все в порядке, только немного напуганы, – рассказывал принц. – Мы с Альриком и его людьми убили всех напавших собак. Загрызено несколько стражников и слуг. Папа, что это было? Почему они напали?
   – Мы выясним, Валентин. А сейчас возвращайся к сестрам и брату. Успокой их. Я сейчас приду, – ответил Алесандр.
   Когда принц отошел достаточно далеко, король повернулся к архимагу:
   – Я согласен.
   – Это ты сейчас о чем? – не сразу собрался с мыслями маг.
   – О твоем сыне. Приводи его во дворец.
   – Только он наверняка захочет взять с собой друзей, – заметил Дарий, подумав про себя, что теперь ему придется как-то уговаривать самого Леора. А зная независимую натуру сына и его давнюю обиду на отца… В общем, друзья могли бы стать в предстоящем разговоре неплохим аргументом.
   – Чего уж там, пусть берет, – устало ответил архимагу его величество король Гидонии Алесандр фор Акор.

Грань 4
О волшебных венцах, сердитых отцах и крутых поворотах

   Поскольку прошедшая ночь не забыла одарить меня старым кошмаром и лишь малой толикой сна, наступившее утро я встречал недовольным, встрепанным и усталым. И с раскалывающейся после вчерашних посиделок головой. Кажется, излишнее количество медовухи может отрицательно сказаться даже на маге. Выглянув в окно, я понял, что погода вторит моему настроению. Небо затянули дождевые тучи, грозя Лорелее первой весенней грозой. Как и всякий маг, я старался прислушиваться к своей интуиции. А она намекала, что висящая над городом завеса разродится именно громом и молниями, не говоря уже о самом дожде.
   От такой перспективы я помрачнел еще больше и, покосившись на беззаботно дрыхнущего на шкафу дракончика, стал собираться на церемонию.
   Да-да, именно сегодня, в такой неприветливый и хмурый день, нам должны были вручить венцы магов.
   Одевшись и посмотрев в зеркало на свою невыспавшуюся физиономию, серые глаза и пепельные волосы, я понял, как своевременно получил звание мастера. Ведь если бы сегодня я вышел на улицу в привычной серой мантии студента Академии, мне грозила бы перспектива превращения в невидимку, причем без всякой магии. Серая ткань моментально слилась бы с цветовой гаммой серого весеннего дня, и заметить меня, идущего по улице, смог бы разве что очень внимательный ферр. Но начиная с этого момента я наконец могу сменить надоевшую форму на темно-синюю мантию мастера, а в свободное от обязанностей мага время вообще имею право расхаживать в чем хочу. В рамках приличий конечно же. Позора рода фо Нойров отец мне не простит.
   Я потряс головой, одновременно пытаясь отогнать ненужные мысли и хоть чуть-чуть привести в порядок растрепанную шевелюру. Ни та, ни другая затея, к сожалению, не увенчалась успехом. Взяв в руки расческу, я попытался выгнать из головы несвоевременные мысли о том, каким образом изменится сегодня моя жизнь.
   Наскоро причесавшись, я вышел из комнаты, машинально накладывая на дверь личное охранное заклинание, и поспешил в главный корпус, где должно было проходить торжество.
   Сбежав по лестнице и не обнаружив в холле ни одной живой души, я понял, что опаздываю, и уже бегом вылетел за дверь.
   В ускоренном темпе пересекая академический парк, я заметил две знакомые фигуры, которые маячили впереди. И в отличие от меня, они никуда не спешили. Почти догнав их, я, наконец, узнал Рори и Шори.
   Мельком взглянув на часовую башню главного корпуса, которая уже виднелась из-за деревьев, я понял, что до начала церемонии осталось еще десять минут. Успеваем! И даже остается время на маленький розыгрыш, который только что пришел мне в голову.
   Незамеченным следуя за близнецами, я наколдовал две дюжины мельчайших светлячков, эдаких солнечных зайчиков, совершенно безвредных, но очень шустрых. Такими, только размером побольше, мы обычно пользуемся, чтобы осветить себе путь в темноте. Обычная бытовая магия.
   На время притушив светлячков, я отправил их вперед, заставив зависнуть перед лицами братьев и лететь рядом с ними. А потом усилил свет.
   До этого вяло бредущие по дорожке Кавики заметно оживились и завертели головами. Шоренн даже замахал перед собой руками, как будто пытался что-то отогнать.
   – Род, мне это мерещится или как? – горестно вопросил он брата.
   – Не тебе одному. Что это за ерунда? – возмутился Родерик. – Не могли же мы вчера так перебрать, что у нас теперь коллективные галлюцинации?
   – Говорят, так бывает, если стукнуться головой, – глубокомысленно заявил Шори.
   – Я сам тебя сейчас стукну. Или того, кто это сделал, – догадался, наконец, обернуться Рори.
   Я тут же убрал светлячки и, с невиннейшим видом спрятав руки за спину, потихоньку стал обходить парней полукругом.
   – Привет, ребята!
   – Леор! – возмущенно вскричали в ответ два голоса.
   – Какого тэшша! – Рори.
   – Так с друзьями не шутят! – Шори.
   Обиженные близнецы, горя праведным гневом, кинулись ко мне. А я, оказавшись благодаря своему маневру чуть впереди, весело хохоча, со всех ног кинулся к зданию Академии. Кажется, мое настроение потихоньку начинало улучшаться.
   – Догоняйте! – бросил я им. – Мы опаздываем!
   Но мои слова, похоже, дошли до новоиспеченных мастеров только после того, как братья, догнав обидчика, как мяч, потолкали меня между собой и взлохматили мои многострадальные волосы. «Похоже, перед отцом я все же предстану полным чучелом», – подумал я, пытаясь рукой пригладить изрядно отросшие из-за собственной лени космы, и побежал догонять отомщенных и оттого довольных братьев.
   Так, посмеиваясь и толкаясь, мы втроем ввалились в парадно украшенный и заполненный народом Большой зал Академии, чудом не опоздав к началу церемонии.

   – Вы чуть не опоздали! – возмущенно прошептала Элия, когда мы заняли места рядом с ней. В отличие от нас с братьями, Эли могла похвастаться безупречным внешним видом и сияющим лицом. И это несмотря на нашу вчерашнюю вечеринку! М-да, у девушек свои секреты…
   Зал был почти полностью заполнен. Здесь присутствовал весь наш курс, несколько преподавателей и еще парочка незнакомых мне лиц. Конечно, пришел и наш куратор – магистр Ледовский. Мелькали радостные и взволнованные лица, стоял гул голосов – молодые мастера увлеченно переговаривались между собой, обсуждая предстоящую церемонию.
   Но вот раздался стук посоха. На возвышение поднялся представитель Белой башни, всегда присутствующий на торжественном возложении венцов на головы выпускников Академии. Шум тут же стих. А ничем не выделяющийся маг в стандартной синей мантии члена Совета молча занял место в кресле справа от кафедры, рядом с профессорами.
   Никто никогда не представлял новоиспеченным магам этого человека. Такова была традиция. Безымянный посланник Башни появлялся в их жизни всего лишь раз, в этот судьбоносный для каждого мага день. Но именно он символизировал появление нового члена в магическом сообществе и принятие его под протекторат Белой башни. Он же передавал директору Академии венцы магов для возложения на головы выпускников. Именно Белая башня испокон веков создавала этот символ магической силы и принадлежности своего носителя к магической братии. Именно венец мага являлся наглядным доказательством мастерства и направления магического дара.
   Простой серебряный обруч по центру был украшен драгоценным или полудрагоценным камнем, символизирующим дар конкретного мага. Так для мага огня это был рубин, для мага воды – сапфир, воздуха – топаз, земли – янтарь. Маги природы носили изумруд, целители – бирюзу, повелители зверей, которых в наше время почти не осталось – редкий желтый сапфир. Для эмпатов, как Элия, предназначался жемчуг. Мастера металла, как Рори и Шори, в центре обруча носили застывшую стальную каплю. И так далее. Мне, как носителю не обычного, а Солнечного огня, предназначался не рубин, а алмаз. Все камни не были огранены. Только архимагу был положен в обруче покрытый множеством граней блистающий бриллиант. Надеюсь, мой алмаз никогда не огранят. Меня совсем не прельщала роль сильнейшего мага страны. Уж я-то знал, каких трудов стоит отцу занимаемая им должность.
   Ах да, совсем забыл! Черные маги древности тоже придерживались этой традиции. Их венцы украшали драгоценные камни всех темных оттенков, от черного алмаза до аметиста. Но сейчас уже вряд ли кто-то вспомнит, какой именно камень принадлежал некроманту, а какой – боевому магу.
   – Архимаг Гидонии, председатель Совета Белой башни и директор Государственной Гидонской Академии магии альт Дарий фо Нойр! – вновь стукнув посохом, громогласно объявил распорядитель торжества.
   А вот и мой отец. Стремительными шагами поднимающийся на кафедру в развевающейся белоснежной мантии архимага величайший белый маг королевства! Тьфу-тьфу, чтоб мне таким не быть!
   – Дорогие друзья! Мастера! – начал он. – Все вы прошли долгий, нелегкий, но плодотворный путь. За эти семь лет в стенах Академии мы постарались передать вам все знания, которыми владеем сами. С радостью вижу, что эти годы не прошли для вас даром. Все вы в ходе непростых испытаний подтвердили свое право называться мастерами магии и носить венец мага. Искренне поздравляю и горжусь вами! А теперь начинаем!
   Архимаг повернулся в сторону мага из Башни, а тот уже протягивал ему на синей бархатной подушке появившийся словно из воздуха серебряный венец.
   – Шейла фо Чиар! Поднимись и прими свой венец! – провозгласил первое имя директор. Слава Солнечному, на этот раз первым был не я.
   Церемония продолжалась, и когда уже почти все, включая Элию, Родерика и Шоренна, получили заветный приз, я даже начал беспокоиться. Похоже, меня на этот раз оставили «на закуску».
   – Леор фо Нойр! Поднимись и прими свой венец! – произнес в очередной и последний раз ритуальную фразу архимаг.
   Тэшш! Все-таки оставил меня напоследок!
   Еще раз пригладив волосы, я с невозмутимым лицом поднялся на возвышение и встал перед отцом. Не удержался и покосился на свой трофей. Шутка ли! Для меня это был символ свободы, за обладание которым я отдал семь лет жизни. Получив его, я сам смогу распоряжаться своей судьбой и выбирать жизненный путь. Вдали от столицы и от отца, как я надеялся.
   Приглядевшись, я почувствовал смутную тревогу. Что-то было неправильно. «Алмаз», – понял я. Вместо одного прозрачного, как вода, отполированного камня я увидел два. И только один из них был белым. Точнее, одна половинка. Как брат-близнец соседствовал с ним темный, черный алмаз!
   Меня будто молнией прошибло. Я вздрогнул и недоуменно посмотрел на отца. Что это значит? Это что, намек на мой черный дар? Отцу ли открывать эту бережно хранимую им тайну? Или это все игры Белой башни?
   Вопросы вихрем пронеслись в моей голове. А меж тем отец невозмутимо взял серебряный обруч и поднял его над моей головой. «Неужели не замечаешь? Или это все-таки твоя задумка? Только зачем?» – мысленно вопрошал я, глядя архимагу прямо в глаза.
   – Носи с честью! – наконец опустил он обруч мне на голову, плотно сжимая на висках. «Как будто хочет впечатать мне его в череп!» – чуть не дернулся я в сторону от неожиданности. Но отец удержал меня, продолжая крепко сжимать мою голову.
   «Что за шутки?» – только и успел подумать я, поднимая на него взгляд. И увидел, как губы мага беззвучно зашевелились, будто шепча какое-то заклинание. Два больших пальца вдавились в камень, и я почувствовал мгновенную вспышку боли. Впрочем, она тут же прошла, а меня отпустили.
   Чувствуя легкое головокружение, я стал спускаться с кафедры. Что-то заставило меня обернуться. Это был пронзительный и заинтересованный взгляд магистра Нардиша.
   Усевшись на свое место и получив поздравления и любопытные взгляды в сторону странного венца от друзей, я понял, что нас все еще не собираются отпускать. Распорядитель церемонии вновь постучал посохом об пол, призывая всех к тишине. Уже начавшие подниматься со своих мест выпускники, недоумевая, стали рассаживаться обратно. В отлаженной годами церемонии на глазах происходили какие-то изменения.
   – Лоры маги! – начал архимаг. – С прискорбием приходится сообщить вам, что для нашей страны настали тяжелые времена. То, что я сейчас скажу, является государственной тайной и не может быть разглашено вне магического сообщества под страхом смертной казни. Может быть, рассказанное покажется вам сказкой. Но эта сказка ожила. И я прошу вас со всей серьезностью отнестись к моим словам. На нас напали! Черные жрецы! – Дарий фо Нойр обвел ошарашенные недоуменные лица внимательным взглядом. – Да, вы не ослышались. Сейчас это уже установленный факт. До сих пор они действовали скрытно. Но недавно ими было совершено покушение на короля. К счастью, государь жив и здоров. И мы лишь можем гадать, что предпримут дальше черные маги. Мы не знаем точное их число, но они уже ходят неузнанными по улицам нашей столицы.
   Что требуется от нас? – после наполненной звенящей тишиной паузы продолжал архимаг. – Никто, кроме магов, не сможет противостоять черным жрецам. Поэтому принято решение: пока жрецы не начали действовать открыто – ничего не разглашать населению. Мы собираем силы. Оповещены и стягивают людей в столицу военные части генерала фо Кереса. Оповещены также все маги, кроме учащихся. Белая башня собирает силы. Я понимаю, что все вы уже задумывались о планах на будущее. Кто-то уже решил, чем заняться в жизни. Но сейчас опасность угрожает каждому магу. В первую очередь черные жрецы постараются уничтожить именно нас. Будьте осторожны! И будьте готовы к тому, что любого из вас в любой момент могут призвать для укрепления наших сил. А пока, повторяю, будьте бдительны и не распространяйтесь о том, что услышали здесь.
   Архимаг так же стремительно, как до этого поднимался, сбежал с кафедры и быстрым шагом удалился из зала. За ним ушли профессора и куда-то незаметно испарился маг Башни. Гнетущая тишина, царившая на протяжении всей речи директора, взорвалась недоверчивыми возгласами, разговорами и спорами. Никто уже не спешил расходиться.
   Я посмотрел на друзей и встретил такие же растерянные взгляды, каким, наверное, глядел сейчас и сам.
   – Невозможно, – потрясенно выдохнул Родерик. – Этого просто не может быть.
   – Ты знал? – с дрожью в голосе обратилась ко мне Эли.
   – Как же! Ты думаешь, он со мной откровенничает! – возмутился я.
   – Что же нам теперь делать? – растерянно спросила Элия.
   – Точно знаю только одно: мне надо немедленно поговорить с отцом! – решительно сообщил я им и, вскочив с места, выбежал вслед за архимагом.

   – Отец! Что вообще происходит?! – ворвался я в кабинет архимага и тут же сконфуженно замер в дверях. Альт фо Нойр был не один. Вопросительно приподняв бровь, на меня из второго кресла взирал магистр Нардиш Ледовский.
   – Леор, похоже, за дверью ты забыл свои манеры. Вернись и, прежде чем войти второй раз, прихвати их с собой, – устало пожурил меня отец.
   Чувствуя, как горят уши, я вышел и захлопнул за собой дверь. Ну вот, почему всегда получается так, что не прав именно я? И извиняться опять придется тоже мне. Развернуться бы сейчас и уйти восвояси! Выяснять семейные отношения перед своим бывшим, но все же куратором? Выставить себя полным невежей и хамом? Увольте! Но отступить было бы совсем малодушно с моей стороны. И, сделав глубокий вдох и постучав, я снова распахнул злополучную дверь.
   – Прошу простить мое недостойное поведение, магистр, – слегка поклонился я Нардишу. – Мне нужно было поговорить с вами, альт архимаг, – уже отцу, – но если вы заняты, я мог бы…
   Не успел договорить, как меня, вставая, перебил куратор:
   – Не торопитесь, Леор, я как раз собирался уходить. А вам, мне кажется, стоит задержаться. Встретимся в Совете, альт фо Нойр, – кивнул на прощанье мастер снега и льда моему отцу, прежде чем покинуть кабинет.
   – Так что за безотлагательное дело у тебя, сын? – указывая на освободившееся кресло, спросил меня архимаг.
   Собрав разбегающиеся мысли, я опустился на предложенное мне место.
   – Это правда? Про войну, черных жрецов? Покушение на короля?
   – Да уж, не шутки, – вздох в ответ.
   – И что теперь? Все маги подлежат мобилизации? – напряженно спросил я.
   – Нет, не все. Некоторые, – уклончиво произнес отец. Похоже, мне не собираются так просто открывать все карты. Но я буду терпелив. Этот разговор должен был состояться уже давно, и мне просто необходимо было расставить все по своим местам.
   – А если кто-то уже сейчас собирается покинуть столицу и отправиться служить совсем в другие места… – тяну я.
   – То не всем это будет позволено, – закончил архимаг.
   – И как же узнать, кому именно это не будет позволено? – выдавил я сквозь стиснутые зубы.
   – Просто спросить.
   – Просто спрашиваю.
   – О себе?
   – Не только.
   – Элия фо Мейн, Родерик и Шоренн Кавики, – перечисляет отец.
   – Да.
   – Они вольны уехать.
   – А я?
   – Тебе придется остаться.
   Не выдержав напряжения, я вскочил на ноги:
   – Нет! Ни за что!
   – И почему же? – Не в пример мне это прозвучало тихо и совершенно спокойно.
   – Потому что получил диплом и венец! Потому что хочу уехать, и чем дальше, тем лучше! Потому что теперь я сам себе хозяин! – выкрикнул я ему в лицо.
   – Леор, – поморщился в ответ белый маг, – скоро будет введено военное положение, и если ты уедешь, тебя объявят дезертиром.
   – Да пусть объявляют! Что вы ко мне привязались? Что вам от меня вообще нужно? Я только выпускник, без опыта и навыков реальных боевых действий!
   – Пожалуйста, держи себя в руках. Пойми, это будет война не на жизнь, а на смерть. А ты мой сын. Я знаю тебя. И есть одно очень важное дело, с которым можешь справиться только ты.
   – Только я?! Да чем я лучше остальных? Только тем, что у меня есть Солнечное пламя? Ну и что? Да любой из твоих доверенных мастеров справится с твоим так называемым «важным делом» во сто крат лучше. Просто отпусти меня. Чего тебе стоит? Хватит уже распоряжаться моей жизнью так, как нравится тебе!
   – Прости, сын, наверное, ты прав, – встал из-за стола отец и, подойдя ко мне, взял меня за плечи, глядя прямо в глаза. – Я знаю, о чем ты. Возможно, мне не стоило тогда блокировать твой дар. Ты был ребенком, и я боялся, что ты не справишься со свалившейся на тебя силой, с новым отношением к тебе людей. Но теперь я исправил эту ошибку.
   – Что? Нет! Зачем? – в ужасе отшатнулся я от него, непроизвольно хватаясь за обруч на голове. – Так вот что это было? Там, на церемонии… Ты разблокировал мой дар.
   Я застыл столбом, не веря услышанному. Да, я мечтал об этом всю сознательную жизнь, страдал и тосковал по потерянному дару, чувствуя во сне, как он бьется, запертый внутри меня. Но сейчас, просто поставленный перед свершившимся фактом, я думал совсем о другом.
   – Да как ты мог? Не спросив меня! Через столько лет! Ты хоть представляешь, что сломал мне жизнь? От меня все отвернутся, будут ненавидеть. А теперь, когда начинается война с черными жрецами – они будут убивать нас, а мы их, – ты делаешь черным магом меня? Может, лучше убьешь меня прямо сейчас, собственными руками?
   – Не драматизируй, – сказано холодным и отстраненным тоном. – Я виноват, что не сообщил тебе заранее. Но у нас не было другого выхода.
   – Значит, цель оправдывает средства, и можно вот так запросто вертеть жизнью своего сына? – С горечью слов вырывалась наружу боль.
   – Я уже попросил прощения. И я не собираюсь жертвовать тобой, потому что уверен – ты справишься. Твоя сила – это единственное, что может сейчас спасти нас и всю страну.
   – И чем же она поможет? – уже успокаиваясь, поинтересовался я. И создал на ладони маленький язычок черного пламени.
   – Леор! Прошу тебя, только не здесь, – как от зубной боли, поморщился архимаг.
   – Так зачем вам это? – Я сжал кулак, схлопывая огонек. – Я же знаю, что оно опасно.
   – Опасно. Только что сможет защитить от Лунной магии лучше Лунного пламени?
   – Солнечное?
   – О нет. Не всегда. И с большим трудом. Так что ты теперь наш щит.
   – И меч?
   – Если понадобится.
   – Король будет против. Ты не можешь скрывать от него, что я черный.
   – Черно-белый.
   – Да хоть буро-малиновый.
   – Он уже знает и согласился.
   – Просто невероятно! – саркастически улыбнулся я. – Так что ты хочешь от меня?
   – Чтобы ты отправился во дворец. И, если понадобится, защитил короля и его семью. Прошлого покушения удалось избежать по чистой случайности. Чудо, что я был там в тот момент. Но теперь дела будут держать меня в Башне. Нужно выявить всех шпионов и диверсантов жрецов, чтобы остановить покушения. Черные четко обозначили свою позицию. Они хотят устранить всю верхушку власти в Гидонии. И начали с короля. Он самая уязвимая наша фигура. Не станет его и наследника – они тут же начнут наступление. В стране воцарятся хаос и безвластие. И жрецы добьются того, чего не смогли триста лет назад.
   – Трудно вообще поверить, что черные жрецы, эти древние страшилки, восстали из мертвых. В стране тишь да гладь. И ни одного черного мага не рождалось уже сотни лет. Ну, кроме меня. Откуда же они взялись в Гидонии?
   – В том-то и дело, что «взялись», как ты сказал, они не в Гидонии, а в Сузуде. Видимо, туда все же сбежала и укрылась на многие годы горстка поклонников Лунной богини. Там они тайно продолжили свой род и свою веру. И захватили умы не сталкивавшихся с ними раньше жителей двадцати королевств. Сузудцы всегда были слишком лояльны к разным религиозным организациям. За что и поплатились. Теперь черные жрецы опутали их, словно пауки сетью. А они даже не заметили этого.
   После этих слов в кабинете директора Академии повисла тишина. Я молчал, усевшись обратно в кресло и обдумывая услышанное. Отец также занял свое место и ожидал моего решения.
   – Что ж, пожалуй, я буду не против прогуляться во дворец.
   – И пожить там, находясь рядом с королем и его семьей, – добавил отец.
   – И даже пожить там, – соглашаясь, хмыкнул я. – Только у меня будут два условия.
   – Какие же?
   – Во-первых, я возьму с собой друзей. Если они согласятся, конечно, работать с черным магом.
   – Принимается. А что второе?
   – А второе… Ты разрешишь мне взять с собой моего карликового дракона и обеспечишь правами владельца, – расплылся я в хулиганской улыбке. – И это не обсуждается! – вскакивая с кресла, быстро ретировался я из отцовского кабинета.
   – Какого еще, к тэшшу, дракона?! – раздался из-за закрытых дверей гневный крик архимага. Ему вторил гром. Начиналась гроза.

Грань 5
О незаконных детях, откровенных разговорах и обменах любезностями

   – Проходи и не паясничай, Альрик. Время дорого, – бросил недовольный взгляд на офицера государь.
   – Дело касается Леора фо Нойра, не так ли, отец? – закинув ногу на ногу, вольготно устроился на миниатюрном диванчике молодой мужчина.
   – Сколько можно просить тебя быть осмотрительнее и не называть меня так? Даже у этих стен могут быть уши! – Осуждающий тон короля, казалось, мог смутить и пристыдить кого угодно. Но только не сидящего напротив человека.
   – Ну что вы? – притворно возмутился он. – Уж в таких-то вещах вы могли бы доверять мне больше. Все-таки безопасность – это моя работа. В том числе и от прослушивания. – С этими словами русоволосый наглец покрутил на пальце подвешенный на короткой цепочке небольшой блестящий предмет, ощетинившийся десятком острых шипов. – Вот, только взгляните. Изумительная вещица! Амулет, глушащий голос говорящего в пяти шагах от него. Последняя секретная разработка Белой башни! И от магов бывает польза, отец. И при этом необязательно держать одного из «синих» рядом с собой.
   – Все это очень хорошо, сын. Но прошу тебя: воздержись от подобного обращения в дальнейшем. Одна оговорка на людях и… Сына-бастарда, да еще и старшего, церковь Солнечного не простит даже королю. Особенно королю.
   Дождавшись понимающего кивка в ответ, король продолжал:
   – Что касается «синих». Одного из них нам в самое ближайшее время все же придется терпеть. Или нескольких. Если мальчишка притащит с собой друзей, – поморщился Алесандр фор Акор.
   – Все-таки альт архимаг уломал тебя! – восхитился Альрик.
   – Уломали меня, как ты выразился, мои в одночасье взбесившиеся борзые.
   – Да, мое упущение. Но предположить такой вариант нападения не мог ни один аналитик. Управление разумом животных всегда считалось прерогативой мастеров Зверей. И чтобы черные…
   – А что мы знаем, а точнее, помним о них? Почти все забыто. Книги, рукописи, архивы – все уничтожено вместе с самими черными магами. Тогда люди очень хотели вычеркнуть эту страницу своей истории, забыть про́клятых. Но все возвращается на круги своя. Мы считали их вымершими, а они возродились из пепла. К тому же Дарий говорил, что мозг собак был уничтожен. Так что это скорее дело рук эмпата и некроманта, чем мастера Зверей. Но к делу! – осадил сам себя король. – Что ты думаешь о сыне архимага?
   – На первый взгляд обычный молодой человек – непримечательная внешность, ничем не выделяющееся поведение. Однако внимателен, находчив и решителен.
   – Можно подумать, ты мне «маску» расхваливаешь или ферра Дария, – проворчал фор Акор. – Что с его даром?
   – Носительство Лунного дара подтверждено.
   – Поведение?
   – На момент наблюдения – вполне адекватное.
   – Степень опасности?
   – Даже не учитывая черный дар, молодой фо Нойр – мастер Солнечного пламени. Несомненно – высшая.
   – Что ж, согласие я уже дал. Да и ситуация требует крайних мер. Но, Альрик, – король взял в руки и протянул Витте какой-то завернутый в ткань предмет, – если того потребуют обстоятельства, если поймешь, что черный заодно со жрецами… – Ткань соскользнула на пол, и в руки начальнику королевских масок лег богато инкрустированный, но оттого имеющий не менее хищный вид кинжал. – Это древний артефакт. Из тех времен, когда черные жрецы были наиболее сильны. Они сами и создали его. Одна царапина, и он полностью лишит силы любого мага – что белого, что черного. Леор фо Нойр – сын моего друга. Но если понадобится для защиты семьи, сын, используй его по назначению.
   – Лишение силы или полное устранение? – Голос главной маски звучал ровно, но скрыть удивление во взгляде Альрику Витте так и не удалось.
   – На твое усмотрение, – твердо ответил фор Акор.

   Свершилось! Четверка бравых выпускников Академии бодро вышагивает по коридорам королевского дворца. Ну, во всяком случае, я надеюсь, что со стороны мы хотя бы отдаленно напоминаем картину, нарисованную моим воображением. Но если присмотреться более внимательно, можно заметить некоторые детали, которые не позволяют действительности слиться с придуманным мной образом.
   Из всех четверых только молодая лори чинно шествует по богатым дворцовым паркетным полам. Однако по тому, как крепко зажат в кулачке подол строгого синего платья и скромно опущены вниз глаза, видно, что девушка смущена и взволнована. Трое же молодых дворян, окруживших лори полукругом, беззастенчиво вертят по сторонам головами, время от времени путаясь в длинных форменных плащах новенького обмундирования, выданного им накануне.
   Все вкупе выдает, что молодые люди новички в помпезных залах и анфиладах королевской резиденции. А некоторая скованность в ношении собственных нарядов и молодость просто кричат, что дворяне – недавние выпускники одной из трех Академий Гидонии – военной, магической или всеобщих наук. Но даже обывателю, неопытному в вопросах обмундирования должностных лиц королевства, сразу становится ясна принадлежность упомянутой четверки к магической братии. По синей расцветке одежд. И по венцу мага на голове каждого.
   Вот такую картину и видели перед собой стражники и немногочисленные придворные, встречающиеся на нашем пути в этот ранний час.
   Дело в том, что меня вместе с согласившимися послужить отчизне друзьями с утра пораньше нагло вытурил из Академии зашедший в общежитие якобы пожелать успеха отец. На самом деле самолично явившийся архимаг вручил мне строгий форменный камзол с серебряными вставками. Вкупе с такими же по стилю рубашкой, брюками, сапогами и завершающим весь комплект длинным темно-синим плащом, который путался в данный момент в моих ногах. Заявление о том, что меня вполне устраивала и новая мантия мастера, было безапелляционно отвергнуто ввиду того, что находящиеся на королевской службе маги обязаны носить означенную форму, дабы не позорить родную Академию и Белую башню. Мое возражение, что на королевскую службу я не подписывался, а согласился оказать лишь временную услугу, было в зародыше убито просьбой не позорить своего отца. Причем просьба почему-то была произнесена не терпящим возражений приказным тоном.
   Да, еще забыл упомянуть, что все время напряженного разговора альт фо Нойр беззастенчиво пялился на моего карликового дракона, чем окончательно засмущал Коршика. Быстро обжившийся в моей комнате ящер развлекался, носясь из угла в угол и сбивая все подвернувшиеся по пути предметы. С приходом архимага наглая животина, устроившая у меня бардак, испуганно забилась на шкаф и оттуда, склонив голову набок, настороженно косилась на отца блестящим черным глазом. Тот отвечал дракону полной взаимностью. Впрочем, хотя я и опасался этого, ни слова по поводу моего ручного зверька сказано не было. Лишь перед самым уходом отец молча вручил мне бумагу на право владения карликовым драконом. Последним напутствием прозвучало пожелание использовать Лунную магию лишь в самом крайнем случае. Только при нападении черных жрецов.
   Что касается моих друзей, новость о том, что я наполовину являюсь черным магом, они восприняли намного спокойнее, чем я втайне боялся. Когда после разговора с отцом я вернулся к друзьям и, с трудом выдавливая из себя слова и запинаясь, честно рассказал им все о себе, признаться, я ожидал в ответ чего угодно – от отвращения и презрения до откровенной агрессии. Мало кому будет приятно узнать, что водился с ненавидимым всеми чудовищем. Но столкнулся только с удивлением и недоверием близнецов. Если бы не Элия, было бы намного труднее убедить их, что это не розыгрыш. Моя подруга была единственным человеком, с которым я в свое время поделился этим секретом. И получил в ответ сочувствие и поддержку. За что, наверное, буду ей вечно благодарен.

   – То есть это не шутка? Леор – черный маг, на нас напали черные жрецы, и нас четверых просят спасти короля? – в очередной раз недоверчиво переспросил Шоренн.
   – Звучит как полный бред, – поддержал брата Родерик.
   – А ты, Эли, давно все знала, но ничего нам не сказала?
   – И вовсе не все! Я только про Лео знала.
   – То есть ей ты все рассказал?
   – Тэшш, да Эли же эмпат! От нее не так просто что-либо скрыть. А вообще, тайна была строжайшая. Отец думал, что заблокировал Лунное пламя на всю жизнь. Я и представить не мог, что он вернет мне мой дар. Лишнее подтверждение того, что дело серьезное.
   – Сын председателя Совета Белой башни – черный маг! Скандал, однако, – фыркнул Рори.
   – А докажи, что ты черный, – потыкал, как бы проверяя, меня пальцем в бок Шори.
   – Чувствуешь жажду убийства? Или хочешь захватить власть в стране?
   – Ребята, ну что за дурацкие шутки? – набросилась на них Элия, кинув взгляд на мои округлившиеся глаза. – Леор вам честно во всем признался, а вы с ним так! Он же не виноват в том, каким родился. Ему наша помощь нужна, а не насмешки!
   Мне стало уже совсем неудобно, что защищать меня приходится хрупкой девушке. Я встал:
   – Я пойму, если вы больше не захотите иметь со мной ничего общего. Простите, что врал. И спасибо. Вы были отличными друзьями.
   Уходя, я до боли сжал кулаки. Я поступил, как должно. Но обидно было все равно.
   На полпути к комнате меня догнали близнецы.
   – Ладно, прости, мы пошутили, – хлопнули меня по плечу.
   – Плевать нам, что ты черный.
   – Наполовину, – пробурчал я.
   – А хоть бы и целиком! Это же все равно ты.
   – И во дворец мы с тобой поедем. Вы ж с Элией без нас не справитесь.
   – Ага. Нельзя оставлять беззащитную девушку наедине с ужасным черным магом.
   – А ужасного черного мага нельзя отдавать на растерзание принцессам. Я слышал, они такие капризные. Ужас!
   – И красивые.
   – Да! Так что мы пойдем с тобой.
   – Архимаг же разрешил, правда?
   – Разрешил. Но как же путешествие в Западное княжество? Свобода, подвиги и слава? – спросил я.
   – А! Никуда не денутся! Потом все вместе поедем, как и решили.
   – И начать карьеру во дворце тоже неплохо.
   – Так что мы решили! – подвели итог близнецы. Я невольно расплылся в улыбке, чувствуя неимоверное облегчение. Все-таки я совсем не хотел терять друзей.
   – А Лунное пламя все равно покажи, – пихнул меня локтем в бок Шори.
   Я хмыкнул и, раскрыв ладони, создал на них черную пламенную птицу. Она била крыльями и будто пыталась взлететь. С двух сторон раздались восторженные вздохи.
   Что ж, похоже, дар Лунной богини проснулся ото сна и был готов послужить своему хозяину.

   Альрик Витте ожидал прибытия магов из Академии в своем кабинете. Правда, один «маг из Академии» уже вольготно расположился в любимом кресле начальника королевской охраны. К неописуемой досаде последнего.
   Альрик с раздражением покосился на незваного гостя, и тот, видимо заметив его взгляд, обратился к хозяину кабинета:
   – У вас прекрасное вино, лор Витте. Урожай какого года, позвольте поинтересоваться? – Маг покрутил бокал в руке, любуясь насыщенным бордовым оттенком.
   – Прошлого, – мстительно ответил Альрик, еще раз недобро зыркнув на невозмутимый «синий балахон».
   «Король будет в ярости, – подумал глава охраны государя. – Мало того, что мальчишка фо Нойра решил захватить с собой трех своих однокурсников, так еще принесла нелегкая некоего магистра Нардиша Ледовского». Как следовало из короткого объяснения последнего, ему, как опытному преподавателю и бывшему куратору новоиспеченных мастеров, альт архимаг поручил присмотреть за молодыми магами. И оказать посильную магическую поддержку в случае нападения черных жрецов.
   И все бы ничего – присматривать за магами нужно так и так, на одного больше, на одного меньше – роли не играет, но вот фор Акор будет недоволен таким количеством «синих» на своей территории.
   – О! – решил поддержать беседу магистр снега и льда. – А по вкусу и не скажешь. Просто отменное.
   Похоже, магистр решил оправдать принадлежность к своей непоколебимой стихии. И ни явное недовольство хозяина кабинета, ни холодный прием ничуть не портили его настроение. Гость вел себя так раскованно, будто являлся завсегдатаем дворца, а все встречные были его хорошими знакомыми.
   «Или он просто издевается?» – подумал Альрик и решил чуточку потрясти магистра:
   – Что-то ваши подопечные опаздывают, уважаемый лор маг. Может, что случилось?
   – Что вы, что вы! Все в порядке. Я их уже чувствую. Через пять – семь минут будут здесь.
   – Как интересно! – притворно восхитился тот, кого называют маской. – Вы можете чувствовать друг друга? Это природная способность магов или ваша личная? Я слышал, в Геланди, откуда вы, кажется, родом, водится такая магия, которая жителям Гидонии и не снилась.
   Как было известно безопаснику, черноволосый маг всего несколько лет назад эмигрировал в королевство с более чем наполовину покрытого льдом северного острова-государства, жители которого и вправду обладали некоторыми умениями, несвойственными гидонийцам. Вот и мастеров снега и льда в Гидонии отродясь не водилось. Но один все-таки прижился. И даже стал профессором Академии.
   – О, вовсе нет! – экспрессивно взмахнул рукой маг. – Просто у вас тут, во дворце, такой разряженный магический фон, что ребята на нем прямо светятся. Вам тут хоть какую-нибудь магическую защиту не мешало бы поставить. Ситуация опять же требует. Если позволите, сегодня этим и займусь. – И магистр вперил в Альрика пронзительный взгляд черных глаз.
   – Возможно. Если его величество позволит.
   – Кстати, от вас, молодой человек, тоже исходит повышенный магический фон. А поскольку магом вы не являетесь, смею предположить, что при вас находится какой-то довольно мощный артефакт.
   – Наверное, вы почувствовали амулет от прослушивания. Недавняя разработка. Слышали, наверное, – не моргнув глазом, соврал Витте. А сам подумал, что при себе амулета у него как раз и нет. Зато имеется другой артефакт. Сбоку на бедре, не занятом мечом, висели ножны с древним кинжалом против магов, который передал ему накануне отец.
   В дверь постучали, и в проеме появилась голова адъютанта Альрика – Шейна.
   – Лоры маги прибыли, – доложил он, прервав любезный обмен колкостями двух мужчин.
   – Пусть проходят, – приказал Витте.
   В дверях незамедлительно появилась группа молодых магов в форме военного образца в неизменной для волшебников синей гамме. Такого зрелища дворец не видел с правления прошлого короля. Нынешний-то магов не жаловал. И эти были здесь первыми за несколько лет, не считая, конечно, давнего друга фор Акора альта Дария.
   «Совсем зеленые, – с досадой подумал Альрик. – То есть «синие». Большинство молодых магов за время долгого обучения в стенах Академии теряли представление о реалиях стремительно меняющегося внешнего мира. А те, кому, помимо волшебного дара, от родителей доставался дворянский титул, в понимании маски зачастую являлись еще и высокомерными изнеженными поганцами.
   – Простите, мы, кажется, опоздали. Стража почему-то очень долго не желала нас пускать, – чуть поклонился пепельноволосый парень со странным черно-белым камнем в обруче мага, в котором начальник королевской охраны сразу узнал свой недавний «объект».
   «Интересно, он у них за главного? – подумал Витте. – Во всяком случае, не боится брать на себя ответственность». И пояснил:
   – Ничего страшного. Просто маги у нас гости не частые. Вот стража и перестраховывается.
   – Позвольте представиться. Леор фо Нойр, мастер Солнечного пламени. Элия фо Мейн, мастер эмпат и телепортер. Родерик и Шоренн Кавики, мастера стали. Прибыли в качестве магической поддержки для усиления охраны дворца.
   По мере того как сын архимага представлял их, молодые маги молча приветствовали присутствующих. Миниатюрная блондинка с волнистыми волосами присела в реверансе и бросила быстрый взгляд в сторону расположившегося в кресле магистра. А два высоких шатена, совершенно одинаковые на вид, склонили головы в приветствии.
   – Альрик Витте, начальник королевской охраны, – слегка поклонившись, представился в ответ маска. – А магистра Нардиша Ледовского вы наверняка знаете. Добро пожаловать!
   – Магистр, вас тоже направили с нами? – робко пискнула лори фо Мейн. «Кстати, дочка западного князя Эндрю фо Мейна», – вспомнил Альрик.
   – Да-да, личная просьба архимага. Присмотреть тут за вами, оболтусы, – с усмешкой проворчал Ледовский.
   – Не могли бы вы ввести нас в курс дела, лор Витте? – обратился к начальнику королевской охраны фо Нойр.
   – Как раз собирался, мастер. Присаживайтесь. – Садясь сам, Витте указал гостям на стулья и диванчик.
   – Все присутствующие, надеюсь, в курсе сложившейся ситуации, и разъяснять ее никому не нужно?
   Дождавшись утвердительных кивков, Альрик продолжал:
   – Так вот. Вам пятерым поручается охрана короля и членов его семьи. Так как нападение может произойти в любой момент и в любом месте, вам надлежит постоянно находиться в непосредственной близости от подопечных. Вместе с моими людьми. Днем всем вместе, если семья в сборе, или, если они разделятся, каждый за своим объектом вы неотступно следуете за королем и его семьей. Если члены королевской семьи находятся в своих покоях, что днем, что ночью вы несете дежурство в сопредельном помещении. Благо это будет несложно, так как король, королева и их дети обитают по соседству, а двери их покоев выходят в общую гостиную. Где вы и будете дежурить. Других выходов их комнаты не имеют. В случае нападения действуете по своему усмотрению, но, надеюсь, согласованно. Моим людям при этом прошу не мешать! Координирую охрану я. Поэтому со всеми вопросами прошу обращаться непосредственно ко мне. На этом в общем-то все, – подвел итог Витте и замолчал.
   – Надеюсь, все понятно? – решил уточнить он. И, услышав вразнобой прозвучавшее «да», закончил: – А теперь мы идем на обед, где все вы и будете представлены королевской семье.

   Маги, тихонько переговариваясь, тонкой цепочкой потянулись по коридору за Альриком.
   «Какое чу́дное зрелище мы, наверное, представляем со стороны, – подумал мужчина. – Ужасный глава тайной службы, словно стадо баранов, водит по дворцу толпу магов. Куда только смотрит его величество?
   Это придворные еще не знают, что первым за «ужасным маской» следует еще более ужасный черный маг из детских сказок. И слава Солнечному, что не знают!»
   А «ужасный черный маг» в обличье встрепанного – когда только успел? – молодого человека тем временем нагнал Альрика и, заглядывая ему в глаза, явно старался привлечь к себе внимание начальника королевской охраны.
   – Вы что-то хотели, мастер?
   – Да, лор. Видите ли, мне пришлось взять с собой своего питомца. Его просто нельзя было оставлять одного. Но он совсем ручной и послушный. Хлопот не доставит. Ничего, если я поселю его в своей комнате?
   «Да уж, видел я, какой он у тебя ручной и послушный, – внутренне присвистнул Альрик. – Неужели этот болван додумался притащить сюда того самого дракона? Понятно, почему стража их так долго не пускала. Но все же пропустила. За что у меня и получит!»
   – А права владельца у вас на этого питомца есть? – не подавая вида, безразлично спросил начальник королевской охраны.
   – Да, вот. Все в порядке. – Тут же в руки Альрику был вручен свернутый в трубочку листок. Развернув его и узнав печати Башни, мужчина только подивился наглости мага. «Тэшша с два он бы успел получить их сам. Явно папочка постарался. Гадские маги!»
   – Тогда можете оставить его во дворце. Только держите своего питомца на привязи и не выпускайте из комнаты. Это обязательное условие! – добавил он строго.
   – Да-да. Если б вы только его раньше видели, то так бы не беспокоились. Добрейшее создание. И мухи не обидит, – забирая документы и отступая назад, ехидно сощурился наследник архимага.
   «Вот же стервец! Все-таки запомнил меня тогда, наглая морда!» – с досадой подумал Витте, вспоминая, как в ресторации «добрейшее создание» пыталось спалить лицо одному злополучному магу.

Грань 6
О королевских пирожках, незваных гостях и подлых предателях

   Эту ночь во дворце я вместе с друзьями и магистром Нардишем проводил в королевской гостиной, расположившись на дежурство в одном из мягких и глубоких кресел. Первыми вызвались дежурить мы с Шори. Магистр и Родерик тоже устроились в просторных креслах и уже, кажется, спали. Элии, как единственной в нашей команде девушке, была оставлена небольшая кушетка у окна, на которой она сейчас беспокойно вертелась, не в состоянии заснуть. Видимо, события минувшего дня, наполненного новыми впечатлениями от знакомства с дворцом и королевской семьей, слишком взволновали ее. Впрочем, то же самое я мог сказать и о себе.
   Кроме нас в зале присутствовали еще шестеро стражников, которые несли караул у дверей, ведущих в спальню королевской четы, наследника, девичью и детскую комнаты. Замершие неподвижными и молчаливыми истуканами, они не обращали на нас ровным счетом никакого внимания. Меня их присутствие напрягало.
   К сожалению, легендарных масок короля к нам так и не приставили. А я так надеялся их увидеть! Хотя… Даже если бы и увидел, наверное, не опознал бы. На то они и маски – мастера маскировки. Сколько жутких и захватывающих историй о них ходило по всему королевству! Не то что о феррах отца. Про тайных агентов Белой башни вообще знали единицы. А вот о существовании масок знали все. Но никто их никогда не видел. А кто видел и понял, кто же на самом деле предстал перед ним, тот уже не мог никому ничего рассказать. В общем, интригует жутко.
   Снова обведя взглядом зал, я передернул плечами. Вся нарочито спокойная атмосфера вокруг давила тревожным ожиданием. Но я надеялся, что все обойдется. Ну не может же нападение произойти в первую ночь нашего дежурства, через день после предыдущего покушения? Или все-таки может? Ясно одно – расслабляться определенно не стоит.
   Я потянулся в кресле и покосился на Шоренна. Мой всегда беззаботный друг недовольно скривился в ответ – ему здесь нравилось не больше моего, зевнул и отвернулся. Да, обстановка к разговорам не располагала.
   Я поерзал, устраиваясь поудобнее, и невольно пригладил свои непослушные волосы, снова вспоминая, с каким видом прямо перед дверями обеденного зала тэшшев безопасник протянул мне извлеченный словно из воздуха небольшой гребешок.
   – Вам бы не помешало, мастер, – небрежно бросил он, указывая взглядом на мою голову.
   Пришлось, краснея, принять расческу и быстро привести свои непослушные волосы в порядок. И что же я не подстригся? А все эти экзамены! Я же не думал, что сразу после вручения диплома и венца меня отправят во дворец.
   Тогда я так и не определился, стоит ли мне разозлиться или, наоборот, поблагодарить начальника королевской охраны за то, что не дал мне предстать перед королевскими особами в неподобающем виде. Сейчас же я решил для себя, что лучше буду злиться. Потому что вся эта эскапада слишком смахивала на маленькую месть за мою шутку о драконе. И наш «заботливый» лор просто решил совместить приятное с полезным.
   Я уставился на большие напольные часы, с глухим тиканьем продолжавшие отсчитывать минуты. Время перевалило за полночь, все было спокойно, и, чтобы хоть как-то себя занять, я принялся вспоминать события прошедшего дня.

   – Что ж вы, милая, совсем ничего не кушаете? Угощайтесь! – с материнской заботой обратилась королева Эрин к Элии.
   Девушка кивнула и только крепче стиснула в руках вилку и нож, словно новобранец, в глаза не видевший настоящей битвы, но получивший приказ к наступлению.
   – Спасибо, ваше величество, – почти прошептала она, отчего королева только сокрушенно покачала головой. Было видно, что она хочет успокоить и приободрить девушку.
   Лично я такое волнение Элии считал излишним. Ну и что, что вокруг собрались придворные, привычно перешептывающиеся и переговаривающиеся между собой? Ну и что, что сидим мы рядом с правителем всея Гидонии, его женой-королевой и четверкой принцев и принцесс во главе стола? И что такого в том, что мы, недавние ученики Академии, призваны во дворец для спасения короля, наследника, его брата и сестер от такой призрачной, но оттого не менее страшной напасти, как легендарные черные жрецы? Разве должны эти факты волновать нас настолько, чтобы не пить и не есть?
   «Великая честь! – воскликнет кто-то. – Огромная ответственность!» Да пусть хоть десять раз так! Но лично я, да и мои друзья тоже, на эти «честь» и «ответственность» не напрашивались. Так что пусть волнуются сами! Я свою часть договора с отцом выполню. А затем с чистой совестью смоюсь из дворца. И моему аппетиту ничто не помешает.
   С этими мыслями я вонзил зубы в кусок восхитительно нежного ягодного пирога и чуть не заурчал от удовольствия. Готовят во дворце все же отменно!
   «С другой стороны, Эл тоже можно понять», – с сочувствием покосился я на девушку. Бедняжке кусок в горло не лез. Однако героическое сражение с куриным крылышком продолжалось вот уже как полчаса. Элия – эмпат. Сидит вот сейчас, наверное, и «слышит» чувства всех этих лощеных лори и лоров, украдкой бросающих взгляды в нашу сторону. Что же они могут чувствовать? Интерес, насмешку, досаду, презрение, превосходство? Я могу только гадать. А вот Элия знает наверняка, и ей приходится несладко. Видимо, чувства лоров придворных в отношении пятерки волшебников, прибывших во дворец, далеки от восхищения, раз уж моя подруга так остро реагирует. Кто мы для них? Потеха? Помеха? Ведь, кроме королевской семьи и присутствующего за столом начальника королевской охраны, о настоящей цели нашего пребывания здесь не знает больше никто.
   – Вы, я смотрю, любитель сладкого, лор маг? – с едва заметной усмешкой покосился на мою протянутую к очередному пирожку руку сидящий рядом Альрик Витте. – Неужели Академия держит своих адептов на строгой диете?
   – Вовсе нет, – фыркнул я, сграбастав вожделенную добычу. – Но при любом удобном случае ни один маг не откажется от сладкого. Возможно, не каждому обывателю известно, но это самый быстрый и действенный способ пополнения магических сил.
   – О, тогда угощайтесь! – взял с центра стола и переставил мне под нос блюдо с пирожками уязвленный «обыватель».
   – Спасибо, – невозмутимо ответил я, и еще два пирожка перекочевали на мою тарелку.
   – А вот ваши спутники, я заметил, предпочитают мясо, – кивнул мне безопасник на братьев Кавиков, остановивших свой выбор на сочной оленине. – А лори фо Мейн так вообще почти ни к чему не притронулась.
   – Мясо любят все. А лори просто следит за фигурой, – отрезал я.
   – Рад, что у сына моего старого друга столь отменный аппетит, – раздался слева голос короля. От меня его отделял только сидящий по правую руку от государя наследник престола принц Валентин, с улыбкой наблюдавший за нашими препирательствами, и – куда без него! – сам начальник королевской охраны – лор Альрик Витте. Рядом с фор Акором расположилась королева Эрин. По левую руку от нее рядком устроились принцессы Сианна и Мирей и младший принц Тэрил. Следующей как раз посадили Элию, близнецов и магистра. А вот меня от них сослали на противоположную сторону стола. Так что сейчас я находился как бы в изоляции, опекаемый вездесущим Витте.
   Не доверяют? Наверняка! Я же ужасный черный маг – вся королевская семейка, ну, может, кроме младшего принца и принцесс, в курсе. Вон даже сидящий рядом безопасник вооружен до зубов. В отличие от всех остальных гостей, прошу заметить. Не исключаю, что ему в случае чего даже позволено применить это оружие против меня – кто знает, чего ожидать от черного? Вдруг прямо сейчас вскочит и всех поубивает? Однако все прикрыто благообразной маской обеспечения безопасности. И направлены все эти меры конечно же не против меня. Просто лору по долгу службы положено быть вооруженным и очень опасным. Мои же рассуждения – лишь пустые домыслы.
   – Спасибо, ваше величество. У вас отменная кухня, – сидя поклонился я государю.
   – Как, кстати, поживает альт архимаг? – осведомился король.
   Ой, как будто вы не виделись накануне, обсуждая мою скромную персону.
   – У него все хорошо. Благодарю за заботу, фор, – ответил я, чувствуя на себе заинтересованные взгляды членов королевской семьи и всех придворных.
   – Как же быстро растут дети! Я помню вас еще совсем крошкой, Леор, – отчего-то печально сказала королева.
   – Вы бывали в поместье фо Нойров? – искренне удивился я.
   – Да, мы были дружны с вашей матушкой.
   – Вы знали маму? – пораженно уставился я на Эрин фо Акор. Может, хоть она сможет пролить свет на личность моей матери? – Если вас не затруднит, ваше величество, может, позже вы расскажете мне что-нибудь о том времени?
   И получил в ответ благосклонный кивок. А вот король почему-то недовольно нахмурился.
   – Вы, кажется, недавно закончили Академию, молодой человек? – как бы между прочим, поинтересовался Алесандр фор Акор.
   – Да, ваше величество. Все мы, – кивнул я на Элию, Шоренна и Родерика.
   – Маги, знаете ли, очень редко бывают у меня во дворце, – притворно вздохнул король. – Может быть, вы расскажете нам что-нибудь интересное о ваших обычаях. А то от Дария не дождешься. Все дела да дела обсуждаем. Вот, например, что обозначают эти камни на ваших обручах? – указал мне на лоб король.
   К чему бы этот разговор?
   – Они указывают на основной дар волшебника.
   – Основной? Разве не все мастера обладают одинаковыми способностями и навыками, полученными в стенах Академии?
   – Да, все получившие звание мастера обладают всеми положенными такому рангу умениями и знаниями. Например, любой старшекурсник, не говоря уже о выпускнике Академии, может создать стандартный файербол или энергетический щит. Но ненадолго и в ограниченном количестве. Зато такие действия проще и лучше совершат мастер огня и мастер телекинеза, потому что именно эти таланты у них врожденные. Они родственны этим стихиям.
   – Ясно-ясно. И на какой же талант указывает, к примеру, ваш камень? – въедливо вопросил король. «Понятно теперь, к чему вы ведете», – сжал зубы я.
   – Солнечное пламя, ваше величество.
   – Как и у вашего многоуважаемого отца, не так ли? Но камень Дария, помнится, выглядит по-другому?
   – Несомненно. У него, в силу звания архимага, это бриллиант. У меня же неограненный алмаз, – попытался выкрутиться я. И что мне придется наплести, если он сейчас обратит внимание на темную половинку камня?
   Весь обеденный зал тем временем погрузился в тишину. Придворные прекратили перешептываться. Слуги замерли с подносами. Все с интересом прислушивались к нашему разговору. А вот друзья выглядели обеспокоенными. Они-то уже знали мой секрет и сейчас, наверное, переживали, как бы он не был раскрыт.
   – Что-то он у вас какой-то странный. Темноват, что ли, немного? – продолжал допрос король. На что же вы хотите спровоцировать меня, ваше величество?
   Я только пожал плечами:
   – Какой есть.
   Пауза затянулась, а тишина за большим, торжественно накрытым обеденным столом натянулась как струна, готовая в любой момент со звоном порваться.
   – Ну что вы пристали к мальчику, муж мой? – разбил гнетущую атмосферу голос королевы. – Зачем нам все эти высокие магические сферы? Давайте лучше поговорим о чем-нибудь более приземленном.
   – Как хочешь, любовь моя, – разом согласился Акор, тепло улыбнувшись жене. Слава Солнечному, напряжение в зале спало и наполнилось шепотками и звоном посуды. – Вот, например, недавняя новость. Мне ее рассказал вчера сан Кодрий. Представляете, верховный жрец Солнечного утверждал, что один из монахов монастыря в Верхних горах сделал предсказание, что в мое правление родится первый за триста лет черный маг.
   – Что за ужасы тебе опять наговорил уважаемый сан Кодрий, дорогой! То конец света, теперь вот пришествие черного мага. Сдается мне, он немного преувеличивает.
   – Мрачные предсказания – любимый конек сана Кодрия, – улыбнулся принц Валентин. Принцессы, переглянувшись, весело захихикали. Я тоже улыбнулся, вспомнив главного жреца Солнечного, главу церкви Гидонии, строгого, но доброго старика, любящего пространные и пафосные речи.
   – Ну, в этот раз он казался по-настоящему обеспокоенным, – пожал плечами король. – Страшно представить, что произойдет, если он окажется прав. Мой предок, король Лалий Догар, когда-то истребил этих тварей. И если они вдруг вернутся, я намерен сделать то же самое, – припечатал он. – Вы согласны со мной, мастер фо Нойр?
   Да что ж он ко мне привязался?!
   – Полностью, ваше величество.
   – Вот как? Похвально. Хотя что еще можно ожидать от белого мага? – сделав акцент на слове «белого», впился в меня взглядом король. – Это черные маги, не задумываясь, лгут, предают и бьют в спину. На вас же, сына Солнечного мага, сильнейшего белого мага королевства, самого являющегося носителем дара Солнечного бога, я, бесспорно, могу рассчитывать. Не так ли, мастер?
   – Именно так, – склонил я голову. На что же он намекает? Чего от меня хочет? Вывести из себя? Запугать? Удостовериться в моей преданности?
   Но фор Акор не собирался так просто оставлять скользкую тему:
   – Кстати, касаемо нашего предыдущего разговора… Я где-то читал, что черные маги тоже носили такие обручи, как у вас. Только камни у них были темные. Так их и отличали.
   – Ну, вряд ли вы смогли бы отличить темного мага по этому признаку сейчас, ваше величество, – заметил все это время хранивший молчание магистр Нардиш. Я облегченно выдохнул. Вот бы куратор отвлек короля от этой темы! В профессоре я не сомневался. Сколько раз во время учебы он покрывал наши шалости, выгораживая своих студентов перед другими преподавателями и даже перед директором. За что мы его и любили. – Даже если бы такой и появился, кто бы ему выдал венец? Это право издавна принадлежит Белой башне и Академии. А наши иерархи легко бы вычислили черного. И не только не выдали бы ему обруч мага, но и к обучению точно не допустили.
   – Вам виднее, магистр. А скажите, что сделали бы ваши иерархи, если бы обнаружили такого мага?
   – Видимо, пленили бы. Изучали. Возможно, он даже мог бы стать ключом к пониманию так называемого феномена вырождения, – пожал плечами мастер льда.
   – Но не уничтожили?
   – Если опасность была бы велика, уничтожили.
   – Ох уж вы, волшебники, со своими опытами! А я вам говорю, что заразу надо уничтожать сразу, на корню. Иначе она расползется по всему миру, и глазом моргнуть не успеешь. Неужели уроки истории вас так ничему и не научили? Попадись мне в руки черный маг, приказал бы убить его на месте! Без суда и следствия! Пока мерзкая тварь не успела причинить вред!
   Ни тэшша себе! Учитывая, что король прекрасно осведомлен, что я наполовину черный маг, он сейчас прямым текстом заявил, что собирается меня убить. Так, что ли?
   – Даже если этот гипотетический черный маг был бы ребенком? – не удержался я. – А что? – обвел я взглядом удивленные лица. – Согласно этому вашему предсказанию, вполне возможно, что где-то прямо сейчас в какой-то счастливой семье родился маленький черный маг. Предположим, вы узнали об этом. Каковы были бы ваши действия?
   – Я уже сказал, – взвился король, – к будущим убийцам не может быть никакой пощады! Даже если они пока невинные дети.
   – Простите за дерзость, уверен, такого никогда не произойдет. Но что бы вы сделали, если бы такой ребенок родился в вашей семье? – тихо спросил я.
   – То же самое, – проскрежетал фор Акор. – Это мой долг. А что бы сделали в таком случае вы, лор маг?
   – Не убивал.
   Зал взорвался охами и ахами. А королева возмущенно бросила мужу:
   – Как ты можешь, Алесандр? Не думала, что ты такой жестокий!
   – Да, пап, нельзя убивать маленького ребенка. Может, он вырастет хорошим! – чуть не со слезами обратилась к отцу младшая принцесса, Мирей. Вторя сестре, с чувством закивала старшая, Сианна. Как мило! Вот и золотоволосые принцессы на моей стороне. Похоже, ваше величество, этот словесный поединок вы проиграли.
   – Да нет никакого ребенка, – чуть не взвыл фор Акор, пытаясь угомонить свое семейство. – Хватит уже причитать!..
   Ужин, не в пример началу, завершился чинно и спокойно. И я даже успел доесть полюбившиеся мне пирожки.

   Слова лора Витте о том, что нам с друзьями придется весь день неотрывно следовать за членами королевской семьи, не оправдались. А точнее, все произошло с точностью до наоборот.
   Теперь вместо короля слово взяли его дети, и, закончив ужин, мы всей компанией переместились в дворцовый парк, где в тени изящной беседки дружно травили молодым королевским особам байки, бывшие в ходу во время нашей учебы. А вся венценосная семья во главе с королем и королевой благосклонно нам внимала.
   Оказалось, что ни наследник, ни принцессы, ни даже малыш Тэрил никогда раньше не общались и даже не видели вблизи ни одного волшебника. Поэтому им было интересно все. Абсолютно все. Начиная с просьбы показать фокус и заканчивая расспросами об учебе. Все это воспринималось ими не как обыденность, а как чудо и сказка. В какой же изоляции от внешнего, пропитанного магией мира держал король своих детей!
   А стоило мне вскользь упомянуть в разговоре, что я являюсь владельцем собственного карликового дракона, как на меня обрушился хор просьб незамедлительно показать его. Пришлось вести всю королевскую семью, включая схватившегося за голову короля и повисшую на его руке супругу, к себе в комнату. Где я, с большим трудом не подпустив к ошалевшему от такого внимания ящеру принца Тэрила, уговорил Коршика показать пару фокусов из своего прошлого репертуара. Сделав несколько кульбитов и сальто в воздухе, благо выделенные мне покои позволяли, дракончик с гордым видом устроился на гардине над окном и больше не изъявил желания развлекать незваных гостей. Не знаю, как удалось уговорить его и на это. Ведь я еще совсем не дрессировал своего питомца.
   К этому времени на Лорелею уже опустился вечер, и королевская семья отправилась в свои покои. А мы за ними. Сторожить. Так и прошел наш первый день во дворце.

   Что-то отвлекло меня от воспоминаний. Что-то было не так. Я вскинул голову и встретился взглядом со вскочившей с кушетки Элией.
   – Прорыв пространства! – срывающимся голосом крикнула она.
   – Где? – вскочил я на ноги. Вслед за мной сорвались с мест и все остальные мои спутники.
   – В детской!
   Не обращая внимания на остальных, я кинулся в комнату, где вместе с няней ночевал маленький Тэрил. Но меня опередил стражник, стоящий у дверей в его спальню. Распахнув створки, он, достав оружие, ворвался в комнату. И тут же вылетел обратно, покатившись к моим ногам, как сломанная кукла. В прямом смысле. Руки, ноги, шея. Все тело неудачливого стражника было вывернуто под немыслимыми углами.
   Я затормозил, чуть не запнувшись об него. Зато теперь в открытый дверной проем мне было видно, что происходило в детской. Прямо напротив крутилась черная воронка непривычного вида портала. И из нее вылезали люди в черных балахонах.
   – Это черные! – обернувшись, крикнул я друзьям. И, окутав себя пеленой Солнечного пламени, метнулся в помещение.
   – Лео! – истошно закричала мне вслед Эли.
   Что бы ни использовали сейчас в качестве оружия черные жрецы, защита из белого огня сожжет все на своем пути. Во всяком случае, так должно было быть. Держать ее долго было очень сложно – энергозатраты зашкаливали. Но я надеялся, что долго мне и не придется.
   За считаные мгновения, прошедшие с момента прорыва, комната превратилась в полуразрушенное поле боя. Няня мальчика оказалась не так проста, как я думал, и, заслонив собой маленького принца, метнула кинжал в первый же появившийся в комнате балахон. Видимо, не ожидавший такого от женщины, темный завалился на спину с пронзенным горлом и, хрипя, вцепился в кинжал. Но вот второй, непостижимым образом размазавшись в пространстве темной дымкой, схватил женщину за горло, и я услышал неприятный хруст позвонков. Я даже моргнуть не успел, не то что помешать ему. Отбросив тело в сторону, черный медленно повернул ко мне укрытую капюшоном голову.
   – Белый! – с ненавистью выплюнул он.
   Видеть меня за пеленой огня он конечно же не мог. В отличие от него, я прекрасно различал сквозь свое пламя все происходящее в комнате. Похоже, черный маг просто не сомневался, кому может принадлежать бешено вращающийся кокон белого огня.
   – Черный! – из чувства противоречия крикнул ему в лицо я, одновременно снимая щит, выпуская из сведенных вместе рук струю Лунного пламени и загораживая собой сжавшегося на кровати мальчика.
   Не теряя времени на зрелище рассыпающегося пеплом человека, я повернулся в сторону последнего балахона и чуть не получил в лицо летящим в меня Призрачным хлыстом, вырвавшимся из руки мага. В последний момент подставленная ладонь с распустившимся на ней цветком белого света отбила кнут в сторону. Но основа белой магии почему-то не смогла уничтожить оружие черного. Плюнув на магические изыски, я запустил во врага тривиальным огненным файерболом. Правда, состоящим из Лунного огня. Вновь обретенная стихия слушалась идеально, а рисковать сегодня я больше не хотел.
   Превратив нападавшего в очередную горстку пепла, я бросил взгляд на продолжавший вращаться в центре комнаты черный провал, подхватил принца на руки и выбежал из детской. Все описанное заняло считаные мгновения.
   И чуть не наткнулся на облако летящих в меня мечей, пик и кинжалов.
   – Лео! – возмущенно вскрикнули братья, и железяки с оглушительным лязгом обрушились мне под ноги.
   – Зачем ты пошел туда один? – набросилась на меня Эли.
   – Мой мальчик! – Подбежавшая королева Эрин уже забирала сына из моих рук.
   – Назад! Все назад! – оттеснил я женщин вглубь гостиной. – Там все еще портал открыт!
   Сейчас я видел, что здесь собралась вся королевская семья, включая принцесс и наследника, выбежавших на крики из своих покоев. А также куча стражников и даже удивительно быстро подоспевший Альрик Витте.
   

notes

Сноски

1

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →