Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

В 2011 году сыр был самым воруемым продуктом питания в мире.

Еще   [X]

 0 

Присоединение Центральной Азии к Российской империи в XVIII–XIX вв. (Бекмаханова Наиля)

Монография посвящена проблемам присоединения Центральной Азии к Российской империи в XVIII–XIX вв. Центральная Азия, как полиэтничная территория, тесно связана с судьбами Российского государства. Преемственность истории, культуры, правовых норм породила новую, евразийскую общность. В своей основе экономика и культура народов Центральной Азии стала частью как кочевой, так и оседлой цивилизации.

В XVIII–XIX вв. народами Центральной Азии была создана особая система евразийской государственности, гражданских и военных институтов власти.

Издание снабжено историко-географическими картами-схемами, подготовленными автором по источникам XVIII–XIX вв.

Год издания: 2015

Цена: 199 руб.



С книгой «Присоединение Центральной Азии к Российской империи в XVIII–XIX вв.» также читают:

Предпросмотр книги «Присоединение Центральной Азии к Российской империи в XVIII–XIX вв.»

Присоединение Центральной Азии к Российской империи в XVIII–XIX вв.

   Монография посвящена проблемам присоединения Центральной Азии к Российской империи в XVIII–XIX вв. Центральная Азия, как полиэтничная территория, тесно связана с судьбами Российского государства. Преемственность истории, культуры, правовых норм породила новую, евразийскую общность. В своей основе экономика и культура народов Центральной Азии стала частью как кочевой, так и оседлой цивилизации.
   В XVIII–XIX вв. народами Центральной Азии была создана особая система евразийской государственности, гражданских и военных институтов власти.
   Издание снабжено историко-географическими картами-схемами, подготовленными автором по источникам XVIII–XIX вв.


Наиля Бекмаханова Присоединение Центральной Азии к Российской империи в XVIII–XIX вв. Историко-географическое исследование

   © Бекмаханова Н. Е., 2015
   © Институт российской истории РАН, 2015
   ® Центр гуманитарных инициатив, 2015
* * *

Введение

   Проблема исторической географии присоединения Казахстана и Средней Азии к Российской империи в XVIII – начале XIX вв. не рассматривалась в историографии XVIII–XXI вв. Отдельные вопросы истории присоединения Казахстана и Киргизии XVIII – начала ХХ вв. рассмотрены в источниковедческих и историографических обзорах и главах 2-х монографий, сборников документов и коллективных трудах Н. Е. Бекмахановой[1] по истории народонаселения Казахстана и Киргизии в XVIII – начале ХХ в.
   В современных трудах по истории присоединения в республиках Казахстан, Кыргизстан, Таджикистан, Узбекистан, Туркменистан, Каракалпакстан остается неразработанным документальный материал по исторической географии присоединения к Российской империи в целом территории Казахстана и Средней Азии в XVIII–XIX вв.
   Автор проанализировал географию присоединения Казахстана и Средней Азии к Российской империи в XVIII–XIX вв., показал этот процесс на картах и актовом материале. Сопоставление документальных источников и карт дало возможность отразить динамику географической картины присоединения на протяжении веков, отметить фронтирные зоны и государственную границу Российской империи в Казахстане и Средней Азии с Китаем, Ираном, Афганистаном.
   Междисциплинарный подход, связывающий в единую систему данные ряда наук, таких как история, историческая география, демография, картография, юриспруденция, история международных отношений, дал возможность воссоздать географию присоединения Казахстана и Средней Азии в XVIII – начале XIX в.
   Статистический метод позволил проследить на материалах всероссийской переписи 1897 г. численность и этнический состав населения Казахстана и Средней Азии, его географическое размещение в рамках сложившейся во второй половине XIX в. российской административной системы.
   В работе отражена взаимосвязь историко-географических и историко-демографических процессов в Казахстане и Средней Азии; влияние природно-географических факторов на стихийные миграции населения и контролируемое государством переселенческое движение; а также на процесс присоединения Казахстана и Средней Азии к Российской империи в XVIII–XIX вв. Территориально исследование включает Казахстан, Киргизию, Кокандское и Хивинское ханства, Бухарский эмират, Памирские княжества и земли, где проживали казахи, киргизы, таджики, узбеки, туркмены, каракалпаки и другие народы, а также фронтирные зоны в Российской империи, где проживало полиэтничное население и размещались Сибирское, Семиреченское, Уральское, Оренбургское, Астраханское казачьи войска. Описано также становление государственной границы Российской империи с Китаем, Афганистаном и Персией, проходившей по землям Казахстана и Средней Азии, присоединенным к Российской империи.
   В исследовании показана историческая география присоединения Младшего и Среднего казахских жузов в XVIII в. и Старшего жуза – в середине XIX в., имевших как мирный, так и военный характер. Показаны мирные формы присоединений Северной Киргизии в первой половине XIX в. и завоевание Южной Киргизии во второй половине XIX в., завоевание большей части Хивинского, Кокандского ханств, Бухарского эмирата, земель туркмен. Часть племен Каракалпакии и Туркмении мирно вошла в состав Российской империи.
   Показана эволюция стратегических целей внешней политики России в Казахстане и Средней Азии. Определены методы, приемы и цели российской дипломатической практики в решении стратегических задач и оформлении государственной границы Казахстана и Средней Азии в XIX в.
   Отражены формирование этнических территорий в Казахстане и Средней Азии и численность населения на статистических материалах XVIII – начала XIX в. Проблема исторической географии присоединения новых земель к Российской империи как геополитическая проблема только начинает привлекать внимание отечественных и зарубежных исследователей. Отмечается эволюция государственных границ не только как результат индивидуальных инициатив и предприимчивости, но и как «оборонительный экспансионизм». Этот термин введен для определения пути многих стран в XVIII–XIX вв., по которому шло расширение и контроль над своими пограничными (фронтирными) землями и опережение экспансионизма как со стороны соседей, так и дальних заинтересованных стран. Это имело место в Центральной Азии, куда были направлены политические и экономические интересы Российской империи и где столкнулись интересы Китая, Афганистана, Персии, Индии, Англии. Присоединение Младшего, Среднего казахских жузов, Северной Киргизии совпало с интересами центральных властей и народов, испытавших агрессию со стороны Джунгарского государства и Китая. Казахи и северные киргизы выбрали российское подданство и оформили добровольно законодательные акты о вхождении в состав России и военной защите присоединенных земель. Старший казахский жуз частью, как и земли Средней Азии, были захвачены Джунгарией. После разгрома государства Джунгарии Китаем начала складываться приграничная территория России с Бухарским эмиратом, Кокандским и Хивинским ханствами, землями туркмен, каракалпаков. Российские центральные власти вели через научные и военные экспедиции изучение новых присоединенных земель и приграничных территорий.
   Одновременно организовывалось и планировалось строительство военных укреплений, постоянное пребывание там регулярных войск и казачества, применялось как местное законодательство на основе адата и шариата, так и сложившееся общероссийское новое законодательство. Велось активное строительство железных и грунтовых дорог, мостов, постоялых дворов, появлялись новые города и селения, опытные станции для разведения хлопка, шелковичного червя, велись гидротехнические работы по орошению Голодной степи в Казахстане и шло освоение судоходства на крупных реках Урал, низовьях Волги, Сырдарья, Амударья, Каспийском и Аральском морях. Центральные власти Российской империи организовывали, планировали и финансировали заселение Казахстана и Средней Азии мигрантами из Европейской России, Украины, Белоруссии. На вновь присоединенных и пограничных землях шла разработка минеральных ресурсов, нефти, угля, железных и медных руд, золота, драгоценных камней.
   С учетом громадных географических размеров присоединенных и пограничных земель в Казахстане и Средней Азии, где пограничная маркировка границы проводилась лишь в последней четверти XIX в., одновременно шла административная организация территорий, развитие дорог, транспорта, связи, финансов, торговли, переселения. Достаточно быстро присоединенные земли включались в существующую административную систему России. Это сопровождалось в XVIII–XIX в. региональными недовольствами и вооруженными выступлениями народов Казахстана и Средней Азии. Но одновременно развивались и интеграционные процессы.
   Приграничные земли России в Казахстане и Средней Азии привлекали внимание Англии, опасавшейся продвижение России в сторону Индии. В приграничной зоне проживали разделенные между разными странами народы – Персии, Афганистана, России, Китая. У кочевых народов казахов, киргизов, туркмен, каракалпаков были сезонные пастбища, при которых не соблюдалось условное, а не на местности, государственное разграничение, что приводило к межгосударственным осложнениям[2].
   Из-за внутренних конфликтов, сложной внешнеполитической обстановки по периметру этнических территорий и государств в XVIII–XIX вв. становятся важными геополитические проблемы. Казахстан и Средняя Азия в указанный период были составной частью крупных этнополитических и государственных образований.
   С XVIII в. Россия, Китай, Бухарский эмират, Кокандское и Хивинское ханства, казахские жузы проявляют взаимный интерес друг к другу в связи с геополитической значимостью своих территорий, их природным ресурсам, трансконтинентальным транспортным и торговым путям сообщения, освоению внутренних морей и речных систем.
   Российскую империю привлекали рынки Китая, Ирана, Афганистана, Индии. Морские пути в эти страны контролировала Англия и крупные страны Западной Европы. Поиски Россией новых торговых путей в Центральной Азии привели к столкновению интересов России и Англии. Присоединение этого региона к Российской империи, длившееся более 100 лет, завершилось во второй половине XIX в. (Памир – в начале ХХ в.). В результате международных переговоров были установлены фиксированные границы на основании изучения пограничных территорий, их топографирования и картографирования, подписания двухсторонних дипломатических актов. Вошли в научный и политический лексикон понятия: Центральная Азия, Казахстан, Средняя Азия, Русский Туркестан, Афганский Туркестан, Восточный Туркестан, находившиеся в составе разных государств и зон влияния России, Китая, Британии, Персии, Афганистана. Во второй половине XIX – начале ХХ в. в результате геополитических сдвигов определился круг проблем, связанных с государственными границами, спорными территориями, с раздроблением единых этносов по различным государствам. Сложным оказались и проблемы, связанные с разделенными транспортными сухопутными и водными коммуникациями.
   Через Центральную Азию пролегали дороги из Западной Европы – в Россию, Казахстан, Среднюю Азию, Китай; из Северной Европы – в Россию, Казахстан, Среднюю Азию, Персию (Персидский залив)[3].
   Российская империя XVIII – начале XIX в. была сложным организмом, включавшим центр и окраины, полиэтничное население, взаимодействие имперских структур и местных систем управления, разнообразие правовых структур в разных частях государства, особенности внешней политики в Азиатской и Европейской его частях. При исследовании названных проблем в дореволюционный, советский и новейший периоды историки, географы принимали во внимание полиэтничность и неоднородность империи в ее центре и на окраинах.
   На протяжении XVIII – начала XX вв. менялось пространство империи, ее внешние границы, административное устройство, правовая основа, соотношение сельской и городской структур. В управлении государством, его центром и окраинами, учитывался опыт как позитивный, так и негативный, что совершенствовало управленческие схемы и правовое законодательство для полиэтничного населения Российской империи. Накапливался опыт у местных элит участия в управлении отдельными регионами империи, в сотрудничестве управленческих структур центра и окраин как Европейской, так и Азиатской частей Российской империи.
   Численность и этнический состав населения различных окраин России постепенно менялся, активными становились как стихийные, так и организованные империей миграции населения, особенно из Европейской части в ее Азиатскую часть. Формировались во фронтирных зонах казачьи войска как за счет казачьей вольницы, так и по государственным указам. В работе фронтиров особенно активными были контакты представителей разных народов, исповедовавших разные конфессии, отличавшихся по образу жизни кочевников и оседлых народов. Эти контакты были как позитивными, так и негативными. Представители разных народов сотрудничали в области хозяйства, обменивались опытом. Одновременно возникали конфликты в области землепользования, водопользования.
   В XVIII – начале XX в. менялись под влиянием национально-освободительного движения представления об устройстве пространства империи. Образы национальных территорий, формируемые различными национальными движениями, отличались друг от друга и могут быть объяснены в рамках истории Российской империи как страны с полиэтничным населением.
   С распадом Российской империи, СССР, возникновением на рубеже ХХ – XXI вв. новых независимых государств становятся актуальными вопросы их географической, политической, демографической, этнической предыстории. Возникает новая историография этих стран, где на переломном этапе преобладают негативные и критические оценки исторического прошлого, в том числе и процесса присоединения разных регионов и народов к Российской империи. Необходима взвешенная историографическая оценка позитивных и негативных сторон истории присоединения и распада государств, формирования этнических и полиэтнических территорий внутри государств, изменений государственных границ, политико-административного деления в историческом прошлом, размещения и численности полиэтничного населения, картографирования названных процессов и территорий.
   Остановимся более подробно на выбранном нами географическом определении Центральная Азия. Это связано как с дореволюционной и советской историографическими традициями, так и хронологически длительным периодом пребывания региона в составе Российской империи и СССР. Хронологические рамки данной работы охватывают XVIII–XIX вв., когда сложилась административно-политическая система Российской империи, при которой Казахстан и Средняя Азия входили в состав Степного и Туркестанского генерал-губернаторств. Однотипно были выстроены гражданская и военная системы управления, правовые и фискальные институты. Это касалось и организации поликонфессиональной системы, системы образования светского и духовного институтов культуры и др.
   Сегодня в Центральной Азии появились новые независимые государства – Российская Федерация, Республики Казахстан, Кыргызстан, Туркменистан, Узбекистан, Таджикистан. И если в историографии Российской империи и СССР, куда они ранее входили, они изучались как области и генерал-губернаторства в Российской империи, и как союзные республики – в СССР, то в XXI в. каждое из новых, независимых государств сосредоточилось на истории своих территорий, дает свою, часто значительно отличающуюся интерпретацию исторических событий, процессов, личностей. Что касается источниковедения, то еще недостаточно привлекаются международные архивные и опубликованные документальные источники, особенно это затрагивает статистические материалы, географические и административно-политические карты, межевые планы, общегосударственные правительственные сводные отчеты, ведомственную, в частности министерскую, документацию для XVIII–XIX вв.
   Нами, как уже указывалось, из региональных названий были выбраны «Центральная Азия», и как ее часть, «Казахстан и Средняя Азия». Особо отметим, что высшие государственные органы Российской империи были правомочны устанавливать и менять государственные границы и внутреннее административное деление.
   Что касается термина «Центральная Азия», то он является емким для географического определения региона.
   История внешней политики, география и демография[4] Российской империи, формирование ее государственных границ в Центральной Азии в XVIII–XIX вв. затрагивали присоединенные районы Казахстана и Средней Азии и пограничные территории Центральной Азии – Китая, Афганистана, Ирана.
   К исследованию приложены, составленные автором, 3 исторические карты XVIII–XIX вв.

Глава 1
Центральная Азия накануне присоединения к России

Историческая география Казахстана и Средней Азии до присоединения к Российской империи

   В основе сближения России с ее восточными и западными соседями лежали причины геополитического и экономического характера. Стабилизация политической и хозяйственной жизни способствовала росту многонационального Русского централизованного государства. В XVI – XVIII вв. крепнут связи России с Казахстаном, среднеазиатскими и другими восточными государствами Центральной Азии. Русское государство, заинтересованное в безопасности проходивших по территории Казахстана транзитных торговых путей, приняло ряд мер для укрепления отношений с населением казахских степей. Были установлены дипломатические и торговые отношения.
   Расширение Российской империи происходило за счет процессов присоединения, завоевания, мирного вхождения. Формирование государственных границ завершилось к концу XIX в. с присоединением Туркмении (Закаспийский край).
   Политическая легитимность расширения государства для XVIII–XIX в. применительно к России как централизованному государству была связана с геополитической и религиозной доктринами. По идеи русских евразийцев, в частности М. Коркунова, сакральной основой государственной политики был провиденцинализм.
   Широкое распространение получила концепция «естественного права» для правового обоснования расширения государства.
   Присоединения в Центральной Азии в XVIII – XIX в. происходили в эпоху перехода от феодальной сословно-представительной монархии к буржуазной. Эволюция государственного строя Российской империи отражалась на методах и формах присоединения новых земель.
   Российский абсолютизм, существовавший в форме военно-феодальной монархии, достиг апогея в первой половине XIX в. Эволюция феодальной монархии в буржуазную произошла на рубеже XIX – ХХ в. Российский абсолютизм отличался от европейской модели. В Западной Европе абсолютные монархии сменили правовые государства с конституционной основой. В России до 1917 г. сохранилось авторитарное государство и самодержавная форма царской власти. Это вытекало из объективных исторических факторов: наличия крепостной системы до 1861 г. и дворянского сословия.
   Особенностью российского этатизма в отличие от Западной Европы была значительная роль государства в политике, экономике, общественной жизни России.
   Трансформация политической системы и создание империи тесно были связаны с административно-территориальными преобразованиями.
   Формирование централизованного Российского государства отличалось многообразием форм и вариантов присоединения соседних народов и стран в его Европейской и Азиатской частях. В результате созданная империя была унитарным по внешним признакам, но по существу многонациональным образованием. Российское государство не может рассматриваться статично для XVIII – начала ХХ в., как и однотипно рассматриваться процесс присоединения новых земель и народов.
   Образование централизованного полиэтничного российского государства отличалось сочетанием военных форм, дипломатических переговоров, завершившихся подписанием мирных договоров и соглашений с присоединяемыми странами и народами. Вырабатывались на практике правовые нормы, регулировавшие взаимоотношения в XVIII – начале ХХ в.
   Необходимо остановиться на историко-географическом экскурсе Казахстана и Средней Азии, где проживали многочисленные народы, возникали и исчезали оседлые и кочевые государства, имевшие прямую связь с Российской империей и регионом Центральной Азии.
   В Казахстане сложились три жуза как государственно этнических образования: Младший, Средний, Старший жузы, а также Букеевская орда, отличавшиеся родоплеменной структурой, во главе с ханами.
   В географическом плане Туркестаном на российских картах и в научных трудах считалось: площадь материка Азии от Мугоджарских гор и Устюрта на западе до Джунгарского Ала-Тау, Тянь-Шаня и Памира на востоке, от гор Кюрен-Даг или Копет-Даг и гор Хорасанских на юге до Тарбагатая, Чингиз-Тау и Арало-Иртышского водораздела на севере.
   Название Туркестан не распространяется на бассейн р. Тарима[6].
   Пески Кызыл-Кум, Муюн-Кум и Кызал-Кум занимали большую часть равниной части Туркестана.
   Наиболее важными центрами стоков рек были Аральское море и оз. Балхаш, а также котловина у города Перовска, где располагались озера Саумал-Куль, Ащи-Куль. В Каспийское море со стороны юга Туркестана впадала только пограничная с Персией р. Атрек. В Аральское море впадали важнейшие водные артерии края: Сырдарья и Амударья. Из протоков Амударьи важными были: Мургаб, орошающий Памир, Вахш, Сурхан и Зеравшан. В районе Питняка из Амударьи выходили огромные рукотворные каналы, орошавшие Хивинский оазис. Не менее важное значение для Туркестана имела Сырдарья с ее притоками Нарыном и Карадарьей, орошавшие населенную Ферганскую долину. В озеро Балхаш впадали реки Талас и Чу[7].
   Небольшой историко-географический обзор значительных изменений в размещении народов на территории Центральной Азии следует начать с XIII в., когда началось передвижение монголов с северо-востока Центральной Азии в Восточную Европу. Овладев всей Монголией и приняв титул Чингиз-хана, Темучин, преследуя бежавших из Монголии кочевников, двинулся на запад. С появлением монгольских отрядов во главе с Хубилай-нойоном, карлукский хан Арслан, убив кара-китайского наместника в Каялыке, подчинился Чингиз-хану. Правитель Алмалыка на р. Или также признал Чингиз-хана и принял титул Тогрул-хана. Монголы вступили в войну с Китаем и в 1215 г. взяли Пекин. В 1216 г. монголы впервые столкнулись с войсками Хорезм-шаха Мухаммеда. Жители города Баласагун не оказали монголам сопротивления. Началась подготовка военного похода монголов в Туркестан. Чингиз-хан с 200 тыс. войском двинулся на Мавераннахр. Хорезм-шах Мухаммед, располагая многочисленным войском, разместил его по городам. Под Отраром Чингиз-хан разделил войска. Часть под начальством его сыновей Джагатая и Угедея была оставлена для осады города; другая, под начальством Джучи была отправлена вниз по р. Сырдарье на Дженд; небольшой отряд двинулся вверх по Сырдарье на Бенакет и Ходжент. Сам Чингиз-хан пошел на Бухару. Город Отрар, после пяти месяцев осады, был взят. Джучи захватил также Сыгнак, Узкент, Яныкент, Ашназ, Джент.
   Отряд, двинувшийся в верховье Сырдарьи, взял Бенакет на р. Ангрен, и подступил к Ходженту. Сам Чингиз-хан, взяв Нур, подошел к Бухаре весной 1220 г. После взятия Бухары монгольское войско пошло на Самарканд, который после недельной осады был взят.
   Через год 300 тыс. отряд монголов был направлен в Хоросан для преследования Хорезм-шаха Мухаммеда. Монгольский отряд прошел всю Персию до Азербайджана и Каспийского моря, но Хорезм-шах скрылся на одном из островов, где умер в 1221 г.
   Чингиз-хан, покорив Термез в 1220 г., отправился на покорение Хорезма, где 100 тыс. воинов начали осаду столицы Гургандж и захватили ее.
   В 1221 г. Чингиз-хан переправился через Амударью и преследуя Джелал-Эддина, сына Хорезм-шаха Мухаммеда, дошел до берегов Инда. Возвратившись из Индии, Чингиз-хан провел зиму в Самарканде, в 1225 г. вернулся в Монголию, где в 1227 г. умер во время похода на Тангут.
   После нашествия монголов на Туркестан земли Мавераннахра в междуречье Сырдарьи и Амударьи были покинуты населением и заброшены. Позднейшие смуты между наследниками – сыновьями Чингиз-хана также мешали возрождению Туркестана.
   Наследником главной орды в Монголии и Тарбагатае был определен Угэдей. Хорезм, казахские степи и часть Семиречья достались, после смерти Джучи, его сыну Батыю и старшему брату Батыя – Орде; Мавераннахр и Восточный Туркестан – Джагатаю, а Хорасан – сыну Тулуя, Хулагу. Эти владения постоянно дробились между чингизидами, менялись их границы, что зависело от усиления власти того или иного наследника.
   В результате вторжения монголов в Дешт-и-Кипчак в XIII в. он был включен в удел старшего сына Чингиз-хана Джучи, т. е. в Золотую Орду. После Куликовской битвы (1380 г.), когда русским полководцем Дмитрием Донским был нанесен сокрушительный удар монгольским войскам, начался распад Золотой Орды.
   Восточная часть улуса Джучи (Белая Орда) была разделена между его сыновьями Ордой и Шейбаном. Последнему принадлежала территория к северу от Сырдарьи, между реками Яик (Урал), Иртыш и Чу.
   В Орде в середине XIV в. начался период «великой замятки», когда ханы менялись с каледоскопической быстротой. Золотая Орда начинает распадатся.
   Монгольская империя, объединявшаяся вначале сильной властью, способствовала возрождению торговли между западом и востоком через Туркестан, где важными торговыми пунктами были Отрар, Алмалык, Каялык. Стали развиватсья торговые связи России со Средней Азией. Русские удельные князья ездили в Орду за ярлыками на правление. Они также принимали участие в походах монголов против их врагов. Русские ремесленники, служилые и торговые люди находились на службе у великого хана (кагана). Монгольское государство недолго оставалось единым. Уже при кагане Хубилае, избранном на курултае, чингизиды правили в Китае, Индокитае и Монголии, а на остальных завоеванных территориях власть кагана была номинальной[8].
   С приходом монголов в Дешт-и-Кипчак происходит их смешивание с местными тюркскими племенами. Племена удела Шейбана и мангыты (ногайцы) – монгольское племя, отделившиеся от Золотой Орды в период междоусобиц, откочевали на земли между устьем Волги и Дона, частью к низовьям Сырдарьи, где смешались с местными тюркскими племенами. В эпоху Тимура и Тимуридов они стали известны в Средней Азии под именем кочевых узбеков. В XV в. началось их объединение под главенством потомка Чингиз-хана из рода Шейбана Абулхайр-хана (1428–1468). Он был возведен на престол в одном из городов Сибири представителями рода Шейбана, казахами и мангытами[9].
   Абулхайр-хан овладел укреплениями на Сырдарье – Сыгнаком, Сузаком и др. В 1448 г. он совершил набег на Мавераннахр и разрушил Самарканд. После смерти Абулхайр-хана в 1458 г. его государство распалось. Его внук Шейбани, которого поддержало племя мангытов, владевших крепостями на Сырдарье, укрепив свою власть в Дешт-и-Кипчаке, начинает борьбу за Мавераннахр и Хорасан. В 1499–1510 гг. он завоевывает государство Тимуридов и занимает Бухару, Самарканд, Ургенч, Герат, Кандагар, т. е. всю территорию Мавераннахра и Хорасана. Памирские княжества подчинялись ему номинально. Военный поход против горных племен Герата сильно ослабил войска Шейбани-хана.
   На западе Хорасана началось вторжение основателя государства Сефивидов шаха Исмаила (1502–1524). В 1510 г. шах Исмаил осадил Мерв. В сражении под Мервом Шейбани-хан был убит. Шах Исмаил захватил Мерв и Герат, началось возвышение династии тимуридов, прежде всего Бабура, правившего в Кабуле, в Афганистане. Получив от хана Исмаила войска Бабур занял Гиссар и в 1512 г. – Самарканд. Но династии Шейбанидов удалось удержаться у власти с помощью суннитского духовенства. Оно поддержало Убайдуллу-хана Шейбанида в борьбе с Бабуром, который потерпел поражение под Самаркандом.
   Иранский правитель Исмаил из династии Сефевидов оказал военную помощь Бабуру, послав на помощь 60 тыс. вооруженных всадников. Совместными силами был захвачен г. Карши. Бабур с войсками двинулся к Гиждувану, где потерпел поражение от узбеков. Бабур бежал в Кабул. В 1526 г. Бабур в результате военных успехов в Северной Индии основал Империю Великих Моголов[10].
   В течение 175-летнего периода владычества монголов Туркестан сотрясали междоусобицы и войны среди наследников Чингиз-хана, споривших из-за власти и владений. К политическим причинам добавились религиозные и экономические. Споры из-за земли и воды были между кочевым и оседлым населением. Переход монгольских ханов в ислам (первым принял ислам правнук Джагатая Мубарак-шах в 1266 г.) вызвало неоднозначный отклик у монголов-язычников. С течением времени значительная часть монголов приняла ислам в южной части Туркестана, о чем свидетельствуют новые географические термины: Могулистан (страна монголов) – для обозначения северо-восточной части Туркестана; и Узбекистан (страна узбеков) – для обозначения западной части северного Туркестана.
   В Средней Азии, в Мавераннахре, с 1346 г. усиливается власть тюркских эмиров, а ханы, возводившиеся ими на престол, управляли лишь номинально.
   В это время в г. Кеше (в округе Шахрисябз) родился Тимур (Тамерлан). Он происходил из монгольского рода Барулас.
   Враждуя с Гусейном, правителем Мавераннахра, Тимур приобрел власть и стал главой всей этой страны и перенес столицу в Самарканд. Первые годы правления он отдал завоеванию Восточного Туркестана и Могулистана. Затем Тимур овладел Хорезмом, Грузией и Арменией (1379), Хоросаном (1381), Сеистаном и совершил ряд военных походов в Персию и Мавераннахр (1388). Им были покорены земли на севере Иртыша, Большого Юлдуса на востоке и Волги на западе (1389–1391).
   Обезопасив Туркестан, Тимур продолжал свои завоевания в Персии (1392–1393), Индии (1398–1399), Сирии и Малой Азии (1400–1402), сосредоточив под своей властью Среднюю Азию, часть Западной Азии, и совершая набеги на южнорусские земли (1395).
   Вернувшись в 1404 г. в Самарканд, Тимур стал готовиться к походу на Китай, но на пути он умер в Отраре в 1405 г. Тимур создал на развалинах Монгольской империи новую огромную державу, военное и гражданское управление в которой было организовано по законам Чингиз-хана.
   После смерти Тимура начались смуты и междоусобицы. Его сын, Мираншах, недолго правил в Хорасане, Азербайджане и Закавказье. Другой сын, Шахрух, не смог удержать эти владения в своих руках. Прославился его сын – Улугбек, всемирно известный математик и астроном, построивший знаменитую астрономическую обсерваторию в Самарканде.
   Смуты возобновились при жизни Шахруха. Владения династии тимуридов были завоеваны в 1500 г. нахлынувшими на Туркестан с севера узбеками. Последний выдающийся представитель династии тимуридов Бабур не смог вытеснить узбеков из Мавераннахра и ушел в Индию, как уже было сказано. Еще во время господства в Туркестане династии тимуридов, в западной части казахских степей (Дешт-и-Кипчаке) кочевали узбеки, называвшие себя по имени потомка хана Джучи, Узбек-хана. Последний был главой Золотой Орды. Часть узбеков, недовольных своим главой Абулхайр-ханом, в 1465 г. с ханами из рода Джучи, Гиреем и Джанибеком, откочевала на юго-восток в Могулистан и заняла бассейн р. Чу и южную часть равнинного Семиречья, приняв имя казахов или киргиз-кайсаков. Их был 1 миллион человек.
   Казахский хан Касым, обосновавшись на р. Каратал, в 1510 г. разбил войска узбекского хана Шейбани, а в 1512 г. взял Талас, Сайрам и разграбил окрестности Ташкента. В Семиречье казахи столкнулись с киргизами (кара-киргизами), жившим на юге Семиречья и в горах.
   Казахи и киргизы воевали с узбеками, наступавшими с юга, а также с Могулистаном, в результате его правитель Сеид завоевал в 1514 г. Кашгарию и юг Семиречья. Здесь казахи потерпели поражение в 1538 г. от преемника Сеид-хана могульского хана Рашида.
   Казахи, потеряв в сражении хана Тугума и 37 султанов, отстояли свои кочевья как и киргизы в Семиречье.
   Что же касается узбеков, то их власть в этом регионе ослабела и усилилась лишь в конце XV в., при хане Шейбани. Он объединил под своей властью кочевников узбеков. Шейбани в союзе с ханом Махмудом, правившим в Ташкенте, произвел ряд набегов на Туркестан и в 1488–1504 г. завоевал Отрар, Ясы (г. Туркестан), Сыгнак, Бухару, Самарканд, Фергану, Хорезм, Баял и Хоросан, где еще правили тимуриды. Шейбани погиб в 1510 г. близ Мерва в сражении с персидским шахом Исмаилом. Наследниками его завоеваний стали султан Бабур и шах Исмаил[11].
   Господство потомков шейбанидов продолжалось в Мавераннахре до конца XVI в. Между потомками Шейбани начались распри, вызвавшие раздробление Мавераннахра на мелкие владения[12].
   При узбеках Бухара стала столицей Мавераннахра, теперь получившего наименование Бухарского эмирата, во главе которого стал Джани-хан, потомок Джучи. Он правил в Астрахани. Владычество потомков Джани-хана, или так называемой аштарханской династии (аштарханиды), продолжалось в Бухаре до середины XVIII в.
   Окончательный удар по аштарханидам был нанесен персидским шахом Надиром. Владычество Персии прекратилось со смертью Надир-шаха в 1747 г., но верховная власть Бухары в Средней Азии была подорвана. Это имело следствием обособление и укрепление Хивинского ханства и закаспийских туркмен, а также способствовало образованию нового Кокандского ханства.
   При последних правителях-аштарханидах в Бухаре выдвинулся род Мангыт, пользовавшийся наряду с родом Кунград влиянием в Средней Азии. Но уже при хане Абдулфеизе (1711–1747), его визирь Мухаммед-Рахим, убив хана, стал правителем Бухарского эмирата. Его преемником стал Даниял-бей, посадивший на ханский престол чингизида Абдулгази-хана. Но после смерти Даниял-бея, его сын принял титул Эмира Бухары под именем Шах-Мурада (1785–1799). Он в союзе с туркменами совершил ряд набегов на Хоросан, принадлежавший Персии, и воевал с афганцами. Им был разрушен г. Мерв и плотина на Мургабе, что погубило весь Мервский оазис[13].
   Насрулла, внук Шах-Мурада, вел упорные войны с узбеками Шахрисябза и Кокандским ханством. При эмире Музаффар-эддине (1860–1885) Бухарский эмират был подчинен России.
   Остановимся более подробно на исторической географии Хорезма (позднее Хивинского ханства). При хорезмшахе Мухаммеде (1200–1220) были завоеваны Мавераннахр, вся Персия и часть Аравии. В 1221 г. Хорезм был завоеван монголами, разрушившими плотины по Амударье. Правил в Хорезме Джучи-хан. С ослаблением могущества чингизидов в Хорезме образовалась самостоятельная династия Суфи из рода Кунград[14].
   Дважды Хорезм был опустошен Тимуром, который в 1391 г. разрешил восстановить столицу Гургандж (Ургенч) и заселить страну.
   В XV в. Хорезм стал предметом борьбы между потомками Тимура и династией Джучидов, а в 1431 г. подвергся нашествию кочевых узбеков во главе с Абул-Хайром. В начале XVI в. Хорезм был завоеван Шейбани-ханом и после короткого владычества Персии при Шах-Исмаиле, здесь окончательно утвердились узбеки, основавшие Хивинское ханство. Главным городом в XVII в. стала Хива. Немалую роль здесь сыграла природа. Из-за изменений в направлении течений рукавов Амударьи в северной части ханства стало мало воды, и жители были вынуждены заселять юг.
   В истории Хивинского ханства были постоянными набеги на Хорасан, откуда приводились рабы, войны с Бухарским ханством и Туркменией.
   Хивинскому хану Абулгази (1643–1663), принадлежит известный труд по истории ханства. После прекращения в 1688 г. династии основателей Хивинского ханства, ханы приглашались то из Бухары, то из казахских степей, но они не смогли утвердиться в Хиве.
   После недолгого владычества в Хиве персидского шаха Надира (1740–1747), править страной стали советники-инаки.
   В начале XIX в. инаку Ильтезеру из рода Куград удалось стать ханом и основателем Кунградской династии. Увод в рабство русских, казахов и каракалпаков – российских подданных – привел Хивинское ханство к столкновению с Россией, а затем и к его завоеванию.
   Фергана в XVIII в. сделалась независимой от Бухары, а затем распалась на самостоятельные владения, которые воевали между собой, с Бухарой и джунгарами в 1681–1685 гг. После завоевания китайской империей Джунгарии и Восточного Туркестана (1758–1759), ферганские беки приняли китайское подданство.
   Возникновение Кокандского ханства произошло в начале XIX в. Алим-хан (1807–1817) сумел объединить отдельные бекства Ферганы и подчинить себе Ташкент, Чимкент и Ура-Тюбе.
   В правление Омар-хана (1817–1822) к Кокандскому ханству был присоединен г. Туркестан, которым владели казахи, и построены укрепления Джулек, Ак-Мечеть на Сырдарье. При Омар-хане начались столкновения Кокандского ханства с Россией.
   Хан Мухаммед-Али, сын Омар-хана, распространил свою власть на Памир и припамирские страны (Каратегин, Дарваз, Рошан, Шугнан). Во время народных волнений Мухаммед-Али был убит, а Кокандское ханство временно присоединено к Бухаре в 1842 г. В последующий период Коканд был охвачен непрерывными дворцовыми переворотами, межэтническими столкновениями.
   На юге и юго-востоке Мервского оазиса также шло межгосударственное размежевание. Балх (древняя Бактриана) в течение нескольких веков зависел от Мавераннахра. В результате военных походов персидского шаха Надира Балх обособился.
   В 1747 г., один из потомков рода Абдали (Дурани), Ахмед-хан сумел объединить восточную часть Персии и явился основателем Афганистана. Территория последнего расширилась в 1850–1863 гг. при афганском хане Дост-Магомете, который завоевал Балх, Андхой, Меймене, Кундуз, Бадахшан и Герат.
   При преемниках Ахмед-хана, Ширали-хане и Абдуррахман-хане, после ряда войн с Персией и Англией, а также вследствии столкновения интересов России и Англии в Средней Азии, здесь начали военные действия российские войска.
   В Бухарском и Кокандском ханствах в XVIII в. имели неограниченную власть эмиры и ханы. Государственных учреждений в ханствах не было. В Бухаре при эмире был совет, имевший совещательный характер и состоявший из феодалов. Большие полномочия были у аталыка, распределявшего воду реки Зеравшан от Самарканда до Кара-Куля. Хозяйственными и административными делами ведал кушбеги. Он же отвечал за сбор поземельного налога-хараджа. Финансами эмирата распоряжался закатчи-калян. Судей (казиев) назначали и смещали эмиры. Муфтии готовили юридические заключения.
   У кочевников Средней Азии светские и судебные дела решали бии.
   Восточная Бухара делилась на вилаеты и тумены, возглавляемые амлякдарами[15].
   Земли от Шахрисябза до Памира были слабо связаны с центральным управлением Бухарского эмирата. В феодальных владениях и Припамирских княжествах сидели собственные правители и управляли почти независимо. Во главе Шахрисябза и Гиссара стояли хакимы; в Каратегине и Дарвазе – шахи.
   Торговые пути Бухарского и Хивинского ханств проходили через Байсун и Ширабад, по реке Амударье и далее через Гиссарский хребет (перевалы Мур, Шутур-Гардан, Анзой, Пакшив, Матча) в Самарканд, Джизак, Ура-Тюбе, Ходжент, Коканд в Ферганской долине[16].
   В XVIII в. Бухарский эмират был охвачен сепаратистскими тенденциями правителей Восточной Бухары, Ходжента, Ура-Тюбе. После убийства последнего хана из династии Аштарханидов – Абулфайза, началось правление династии – Мангытов, ее первым правителем был Мухаммед Рахим-хан. Для укрепления централизованной власти он создал сильную армию, основу которой составляли афганцы, приведенные из Персии, где он был на службе у Надир-шаха. Он вел борьбу с сепаратистами из Мианкаля, знатью узбекских племен бахрин, кипчак, кенегес, етти-уруг. Земли мятежных родов были конфискованы, а народ переселен поближе к Бухаре. Мятежи продолжались в Гиссаре, Кабадиане, Ургуте, Пенджикенте, Ура-Тюбе. Первый поход Рахим-хана был неудачным, во время второго похода ему удалось взять Пенджикент и Ургут, жители которых были переселены в окрестности Бухары. Борьба с феодалами Восточной Бухары, Ура-Тюбе и Ташкента шла с переменным успехом.
   Одновременно Рахим-хан Мухаммед вел борьбу с главой Афганистана Ахмад-шахом, захватившего в 1750–1752 гг. Балх, Шибирган, Андхой, Кундуз, Меймене, жителями которых были таджики и узбеки.
   После смерти Рахим-хана Мухаммеда от Бухарского эмирата отложился правитель Ура-Тюбе и Ходжента, захвативший Джизак, Катта-Курган, Хатырчи, Самарканд[17].
   Сохранились данные по 1794 г. о численности населения Бухарского ханства, которое исчислялось в 3 млн. человек.
   Верховья Зеравшана и Гиссара входили в Бухарский эмират; Канибадам, Исфара, временами Дарваз и Каратегин – в состав Кокандского ханства.
   Население Восточной Бухары и Памира составляло около 400 тыс. человек.
   Таджики составляли основное население Денау, Ширабада, Байсуна, Сары-Джуя, южных отрогов Гиссарского хребта (ущелий Ширкендарьи, Каратагдарьи, Ханакадарьи, Варзоба, Семиганча, Лучоба, Кафирнигана), долин Файзабада, Дашти-Будона, горных районов Куляба, Каратегина, Дарваза, Памира.
   Таджики и узбеки жили в крупных городах и селениях Ширабад, Байсун, Гузар, Келиф, Регар.
   Узбеки разных племен и родов жили в долинах Гиссара, Сурхандарьи, Явана, Кулябя, Вахша и Бешкента. В Сурханской долине селились узбеки рода кунград; в Гиссарской – юзы, марка, барлос, тюрки; в Яванской и Кулябской – карлуки и локайцы; в Сурхане, Кулябе, в низовья Вахша и Кафирнигана – катаганцы.
   Киргизы селились в Каратегине, Гиссаре и на Восточном Памире.
   В Курган-Тюбинском районе и Восточной Бухаре селились кочевники – туркмены-эрсаринцы, прикочевавшие из Чарджоу и Афганистана.
   Повсеместно с таджиками проживали в небольшом количестве евреи, персы, афганцы, арабы, лезгины, армяне, индусы[18].
   На престоле Бухарского эмирата сидел престарелый Абулгази-хан, но управлял страной аталык Даниёл-бий. Он под Кермине нанес поражение сепаратистам и освободил захваченные ими города.
   Аталык Шах-Мурад низложил Абулгази-хана и стал эмиром Бухарского государства. Он совершил военные походы на Мерв, северо-восточный Хоросан, воевал с Тимур-шахом афганским. Он подчинил себе непокорные Гиссар и Ура-Тюбе, служившие яблоком раздора между Бухарским и Хивинским ханствами.
   Кокандское ханство образовалось в первой половине XVIII в. В 1732 г. Абдул-Рахим-бий основал город Коканд. Его преемник Абдул-Карим-бий расширил пределы Кокандского ханства.
   В первой половине XIX в. таджики составляли большинство в Канибадаме и Исфаре, входивших в Кокандское ханство. За города Ходжент, Нау и Ура-Тюбе шла борьба Кокандского ханства и Бухарского эмирата. В первой половине XIX в. Ходжент и Ура-Тюбе оставались вассалами Коканда[19].
   В 1856 г. бухарскому эмиру удалось подчинить Шахрисябзское бекство, в состав которого входили Китаб и Яккабаг, населенные таджиками. Но через 10 лет Шахрисябз стал вновь независимым.
   Южные и юго-восточные территории с таджикским населением в начале были независимыми владениями. В 1800 г. Гиссар признал зависимость от Бухары, его жители участвовали в объединенных войсках Гиссара, Андхоя и Балха в бухарских военных походах. В первой половине XIX в. названные области перестали зависеть от Бухары. Независимыми феодальными владениями стали Каратегин, Дарваз, Рушан, Шугнан, Вахан, населенные таджиками.
   В 1877 г. Каратегин и Дарваз были подчинены Бухарским эмиратом.
   Балх, Меймене, Андхой, Катаган сохранили самостоятельность. Здесь правили узбеки, а основные жители были оседлыми таджиками.
   В середине XIX в. независимый Бадахшан распался на три самостоятельных района: Центральный с городом Файзабад, Западный – с городом Рустак, Восточный – с городом Ишкашим.
   В 60-х гг. XIX в. российские войска начали продвижение в Среднюю Азию. В 1865–1866 г. пали Ташкент, Ходжент, Ура-Тюбе и Джизак.
   В 1860–1885 гг. бухарский эмир захватывает Гиссар и Куляб[20].
   Таджики жили на территории Бухарского эмирата, Кокандского ханства и Афганистана. В последнем таджики составляли значительную часть населения Кабула, Джелалабада, Кухистана. Они селились в домиках Пяндшира, Горбенда, Ниджроу, Кунгара, Хосты. На севере Афганистана вместе с таджиками селились узбеки.
   В Бухарском эмирате и Кокандском ханстве таджики жили в сельской местности и городах Самарканд, Ходжент, Бухара, Ура-Тюбе, Гиссар.
   Таджики составляли большинство в верховьях рек Чирчик и Зеравшан и горных долинах, отделяющих Зеравшан от Сырдарьи. Их соседями были узбеки, казахи, киргизы.
   В XIX в. отмечались переселения таджиков из Бухары и Самарканда в пределы Кокандского ханства и наоборот. Таджики утратили родовое деление и селились как отдельными анклавами, так и смешанно с другими народами, в том числе и с узбеками, селившимся с учетом их родоплеменного состава[21].
   В правление Абдулло-хана Шейбанида (1583–1588) был завоеван Бадахшан, Ташкент и Хорезм. Из Самарканда он перенес столицу в Бухару, а ханство стало называться Бухарским, куда входили Самарканд, Ташкент, Бухара, Карши, Мианкальская долина, Балх, Гиссар.
   При шахе Персии Аббасе I Сефевиде (1587–1628) была завоевана значительная часть Хорасана. Казахский хан Тевеккель захватил Ташкент. Из-за отсутствия наследников прервалась династия Шейбанидов. Феодальная аристократия, в связи с гибелью наследников-шейбанидов, возвела на престол старшего сына Джонибека Дин-Мухаммеда Аштарханида. Этим было положено начало правления династии аштарханидов.
   В результате войн аштарханидов против казахского хана Тевеккеля и персидского шаха Аббаса им удалось удержать в своем владении бóльшую часть Средней Азии и область Балха.
   В результате междоусобиц среди феодально-родовой знати Мавераннахра у аштарханидов не прекращалась борьба за обладание верховной властью в ханстве[22].
   Еще в XVI в. в Хорезме возникло самостоятельное Узбекское ханство во главе с ханом Ильбарсом, одним из потомков чингизидов по линии казахских султанов. В период правления ханов Абулазиза и Субхон-Кули обострились отношения между Хивинским ханством и Бухарским эмиратом. После того, как бухарские ханы завладели долиной Кундуза, они делали набеги на Бадахшан, пытаясь овладеть рубиновыми копями, где добывалась шпинель.
   В XVII в. в связи с высыханием рукава Амударьи, снабжавшего водой столицу ханства – город Ургенч, столица, как сказано выше, была перенесена в Хиву и ханство стало называться Хивинским.
   При последнем представителе династии аштарханидов Абулфеиз-хане (1711–1747) ханство распалось на отдельные самостоятельные области[23], в том числе область Гур, так в средневековье называлась страна в верховьях р. Герируд. Она занимала земли от Герата до Бамиана и границ Кабула и Газны. С запада, севера и востока Гур граничил с землями таджиков. К середине XVIII в. образовалось феодальное государство Гуридов. Правители Гура периодически признавали власть династии газневидов, а затем восстанавливали свою независимость.
   В середине XVIII в. Средняя Азия подверглась нападению персидского шаха Надира Афшара. Он, одержав победы в Афганистане, на Кавказе и Индии в 1740 г. через Балх и Чарджоу вступил в Мавераннахр. Бухара стала вассальным владением Надир-шаха. Далее Надир-шах захватил Хиву, после упорного сопротивления Ильбарс-хана, погибшего в бою.
   В 1747 г. Надир-шах был убит своими царедворцами и созданное им огромное государство распалось.
   Ахмад-хан из рода абдали, военачальник Надир-шаха, после убийства последнего, отправился в Кандагар и сумел объединить вокруг себя вождей афганских племен. В 1747 г. он был провозглашен шахом Афганистана. В состав государства Ахмад-шаха вошли многие области, населенные таджиками и узбеками, в частности, Герат. В 1751 г. Ахмад-шах послал войска на южный берег Амударьи, населенный таджиками и узбеками. Временно были подчинены Ахмад-шаху ханства Андхой, Меймене, Ахча, Шибирган. В Балхе был размещен афганский гарнизон.
   Позднее, в XIX в. таджикские, узбекские и туркменские земли левобережья Амударьи в результате военных действий афганской стороны были включены в состав Афганистана. О положении перечисленных народов сохранились сведения афганского автора XIX в. Мухаммед-Хаят-хана в его сочинении «Хаяти Афган»: «Они давно потеряли права землевладения и переведены на положение арендаторов или подневольных батраков у афганцев»[24].
   В 1747 г. Мухаммед-Рахим-бий убил Абулфайз-хана и его наследников и стал эмиром Бухарского эмирата, основателем Мангытской династии. При нем усилилась феодальная раздробленность государства и сократилась его территория.
   В XVIII в. независимыми владениями объявили себя Шахрисябз, Гиссар и Бадахшан. Куляб в верховьях Зеравшана оставался полусамостоятельным и управлялся местными правителями[25].
   В Бухарском эмирате при эмире Шохмуроде (1785–1800) наступила стабильность, проводились реформы в государственном управлении и экономике. Эмир Шохмурод отвоевал у Ирана Мерв. Воюя со своим братом Умар-бием – наместником Мерва, Шохмурод разрушил Мургабскую плотину и переселил большую часть населения в Самарканд и Бухару, что привело к полному запустению Мервского оазиса.
   Эмир Шохмурод совершил несколько военных походов в персидский Хоросан, откуда привез в Бухару много пленных жителей, что способствовало развитию работорговли.
   Правление эмира Насрулло (1826–1860) в Бухарском эмирате отличалось постоянными войнами с Хивинским, Кокандским и Шахрисябским ханствами, что нанесло урон хозяйству и культуре Средней Азии.
   Кокандское ханство в Ферганской долине расширилось и укрепилось в правление ханов из династии Минг при Алим-хане (1800–1809) и Умар-хане (1809–1822). Алим-хан совершил 15 походов на Ура-Тюбе, воевал с Хорезмом и казахскими ханами, расширил границы Кокандского ханства далеко на север и в 1808 г. захватил Ташкент и земли по берегам р. Чу. В 30-х гг. XIX в. им были завоеваны Каратегин и Дарваз, населенные таджиками.
   Бухарский эмир Насрулло вел войны с Кокандским ханством, опустошил Ферганскую долину.
   Постоянными были военные столкновения между Шахрисябзским ханством и Бухарским эмиратом. Правитель Шахрисябза захватил часть Яккабага и Чиракчи. Только в 1856 г. эмир Бухары Нас рулло подчинил себе Шахрисябз.
   Большинство таджиков Средней Азии проживало в городах Бухарского эмирата и Кокандского ханства, в Ферганской долине, в Бухарском оазисе, в горных княжествах – Каратегине, Вахане, Шугнане, в меньшем количестве в Хивинском ханстве и казахских жузах (в районе Аулие-Аты, Чимкента), в Китайском Туркестане (Кашгаре, Хотане), в Северной Индии и Иранском Хоросане[26].
   C XVII в. история таджикского народа связывается с Бухарским ханством, населением которого являлись оседлые таджики и кочевники Дешт-и-Кипчака. Среди кочевых племен преобладали кипчаки.
   Дипломатические отношения России, Бухарского и Хивинского ханств начались при Имом-Кули-хане. В 1620 г. он послал эмира Одам-бия в Москву к царю Михаилу Федоровичу Романову, а 23 июня 1620 г. принял российского посла Ивана Хохлова. В Бухаре побывали посольства: в 1669–1671 гг. – братьев Пазухиных, в 1675–1676 гг. – С. Даудова и Касымова.
   При императоре Петре I в Среднюю Азию были направлены две военно-дипломатические экспедиции: в 1714 г. во главе с князем А. Бековичем-Черкасским и в 1715 г. во главе с капитаном И. Бухгольцем. Экспедиция А. Бековича-Черкасского прошла через Астрахань и достигла в 1717 г. Хивы. Экспедиция И. Бухгольца двигалась по Иртышу до Яркенда, а оттуда к центру Средней Азии. Обе экспедиции потерпели неудачу.
   В 1721 г. Петр I послал в Бухару российского посла Флорио Беневини для встречи с бухарским ханом Абулфайзом и заключения военного союза против Хивы. Это посольство было безрезультатным и вернулось в Россию в 1725 г.
   В это время усиливаются торговые связи между Средней Азией и Россией. Среднеазиатские купцы были посредниками в торговле между Россией и Китаем, а также между кочевой степью и русскими городами Сибири. Русские купцы в свою очередь были посредниками в торговле Средней Азии с Западной Европой. Но торговле препятствовали кочевники Хивинской и Кипчакской степей. Бухарский хан Субхон-Кули обратился к московскому царю с просьбой построить на р. Эмбе крепость для охраны купеческих караванов обеих стран от нападений. В 1675 г. хивинский хан Ануша обратился в Москву с просьбой построить крепость на Мангышлаке для безопасности торговых караванов[27].
   В Бухарский эмират из России были направлены в 1780 г. переводчик И. Н. Бекчурин; в 1794 г. горный инженер Бурнашев; в 1820 г. – дипломатическая миссия Негри; в 1841 г. – миссия К. Ф. Бутенева, в нее был включен востоковед Н. В. Ханыков; и в 1858 г. с дипломатической миссией был в Бухаре полковник Н. П. Игнатьев.
   В 1847 г. царские войска достигли Аральского моря, где было построено укрепление Раим, позднее – Аральский форт.
   Второй военный отряд продвигался из Сибири в Среднюю Азию. Оба отряда подошли с двух сторон к Кокандскому ханству.
   В 1853 г. оренбургский генерал-губернатор В. А. Перовский после 22-х дневной осады штурмом взял кокандскую крепость Ак-Мечеть, переименованную в форт Перовск. Генерал-губернатор В. А. Перовский присоединил к России часть земель Кокандского ханства (500 кв. верст).

Начало присоединения Казахстана и Средней Азии к России

   В 1731 г. хан Младшего казахского жуза Абулхаир начал переговоры с царским правительством о добровольном вхождении Младшего казахского жуза в состав России, что отвечало потребностям политического, социально-экономического и культурного развития казахского народа. 8 сентября 1730 г. Абулхаир-хан обратился к царскому правительству с просьбой о принятии его с 40 тыс. кибиток Младшего жуза в российское подданство[28]. Официально о принятии казахов Младшего жуза говорилось в грамоте за подписью императрицы Анны Иоанновны от 19 февраля 1731 г. 10 октября 1731 г. переводчиком А. И. Тевкелевым было осуществлено официальное оформление подданства и принята присяга у казахов Младшего жуза.
   В конце 1731 г. приняли присягу казахи северо-западной части Среднего жуза во главе с ханом Семеке; в начале августа 1738 г. повторно присягали в Оренбурге 27 старшин Среднего жуза; в 1740 г. – присягали на подданство северные, центральные и восточные районы жуза с султаном Аблаем и ханом Абулмамбетом. С 23 по 30 августа 1742 г. приняли присягу также 140 биев и батыров Среднего жуза[29].
   В декабре 1733 г. ханом Старшего жуза Жолбарысом были отправлены в Петербург послы Аралбай и Аразгельды с ходатайством о принятии в российское подданство. Одновременно на имя императрицы Анны Иоанновны поступило письмо султанов и старшин Старшего жуза: Коадарби, Тюляби, Сатай-батыра, Кангильди-батыра, Буляк-батыра. 10 июня 1734 г. была подписана грамота императрицей Анной Иоанновной о принятии казахов Старшего жуза в российское подданство. Грамота была отправлена со статским советником И. К. Кирилловым и переводчиком А. И. Тевкелевым, которые должны были принять присягу у казахов Старшего жуза. Но ввиду сложной внутренней и внешнеполитической обстановки в казахской степи они не смогли оформить присягу. 20 апреля 1738 г. хан Жолбарыс вновь обратился в Петербург с просьбой о принятии казахов Старшего жуза в подданство России. 19 сентября 1738 г. императрицей Анной Иоанновной была подписана грамота, подтверждающая принятие Старшего жуза в состав России. Тайному советнику В. Н. Татищеву было поручено привести хана Жолбарыса и его подданных к присяге, но это осуществить не удалось. 5 апреля 1740 г. хан Жолбарыс был убит[30]. И только 23–30 августа 1742 г. были приведены тайным советником И. И. Неплюевым в Оренбурге к присяге четверо старшин рода уйсин из Старшего жуза: Актам-Берди, Шулум Кубаев, Каллыбай-батыр Девлин, Актанбай-батыр[31].
   В 30–40-х годах XVIII в. определился курс на присоединение к России всей территории Казахстана. Однако удаленность южных и восточных районов Казахстана, сложная внешнеполитическая обстановка затянули вхождение части казахских земель в состав России. Этот процесс был завершен в первой половине XIX в.
   В первой половине XVIII в. царское правительство ведет строительство сети крепостей. Основной линией края стала Яицкая, протяженностью 1780 верст. Она проходила от Гурьева-городка до границы Западной Сибири, где дислоцировался отряд Алабужский. Она делилась на три самостоятельные линии (участка): от Каспийского моря вверх по р. Яик до впадения в него р. Илек – Яицкая (или Нижняя), по р. Илек – Илецкая (или Ново-Илецкая) и по рекам Курал и Бердянка – Бердяно-Куралинская. Селения от станицы Благословенной располагались по р. Яик и тянулись по ней до крепости Орской, отсюда следовали сухопутьем до селения Березовского и, наконец, достигали границ Сибири по рекам Уй и Тобол. Этот участок именовался Оренбургской линией. В крепостях и форпостах от отряда Алабужского до Озерного на р. Илек несли службу оренбургские казаки, а на остальной части – уральское казачество. До основания в 1835 г. Новой линии межа Оренбургской губернии с Младшим жузом пролегала от крепости Орской до селения Березовского, шла по рекам Урал (Яик в конце XVIII в. переименован в Урал), Кидыш, Уй и носила наименование Верхней (или Старой) линий[32]. Правительство России считало эти линии лишь административной межой оседлых поселений с казахской степью. Но в этом вопросе не было единого мнения. По карте Российской империи 1787 г. за межу принята р. Эмба, хотя центральные и местные власти твердо на этом и не настаивали. В указе Правительствующего Сената Военной коллегии от 20 января 1803 г. указывалось: «По сочиненной в 1787 г. карте Российской империи видит (Правительствующий Сенат. – Н. Б.) границею сей губернии от киргизских земель р. Эмбу, но поныне (1802 г.) сия граница губернии остается и, по какую черту степь и кочевье киргиз-кайсаков простирается. Ясного сведения ввиду нет»[33]. По карте И. Лютова, изданной в 90-х годах XVIII в.[34], следует, что на северо-западе, севере и северо-востоке казахи Младшего и Среднего жузов имели межу с Астраханской областью, Уфимским, Тобольским наместничествами, Колыванской областью.
   Яицкое казачество свои права на земли по правому и левому берегам Яика отстаивало с XVII в., т. е. со времени получения грамоты от царя Михаила Федоровича. Он «принял их под свою державу, пожаловал им грамоту на приуральские земли, реку Яик со всеми при ней угодьями до устьев включительно и со всеми впадающими в нее реками и выходящими из нее рукавами и разливами»[35]. Эта грамота была утеряна в результате пожара[36], и ее содержание удается выяснить, анализируя переписку казачества с русским правительством в XVIII–XIX вв. Фактически Петербург признал грамоту Михаила Федоровича: «Права эти… подтверждаются у казаков, почему уральцы и надеются, что земли, усвоенные России предками нынешнего поколения, ими заселены, оберегаемыя и которыя они считают неотделимою собственностью, останутся в их владении»[37].
   Целая серия правительственных актов закрепляла черту владений казачества по р. Урал, а следовательно, и определяла западные пределы казахских земель. В 1721 г. яицкие казаки обратились к русскому правительству с просьбой о возобновлении грамоты царя Михаила Федоровича, надеясь с ее помощью запретить крестьянам Самарской губернии и башкирам пользоваться рыбными угодьями по р. Яик. Правительствующий Сенат 28 октября 1732 г. издал указ «Военной, Иностранной и Комерц-коллегиям, Казанской и Астраханской губерниям не допускать башкир и низовых городов жителей ловить рыбу по Яику-реке, в озерах, ярках и протоках, где яицкие казаки рыбные ловли имеют»[38].
   Яицкие казаки ранее других районов освоили земли при впадении в Урал рек Сакмара, Илек и Чаган, т. е. места, богатые пахотными землями и лугами. В начале XVIII в. здесь проживало более 3 тыс. казаков. С увеличением народонаселения казаки поселились по левому берегу р. Чаган, а также по рекам Большой и Малый Узень, Чиж, и до конца XVIII в. с севера и северо-запада их начали теснить казенные крестьяне. Тогда казаки в 1796 г. просили Государственную военную коллегию об обмежевании их земель, что и было сделано в соответствии с распоряжением Правительствующего Сената специальной комиссией во главе с генерал-майором А. А. Черкасовым.
   Народам Казахстана и Средней Азии предстояли новые битвы за Семиречье с джунгарами (ойратами или калмыками).
   Во второй половине XVI в. джунгары начали воевать с казахами. Последние же производили успешные набеги на земли узбеков и, овладев Туркестаном и Ташкентом, даже достигали Самарканда и Бухары в 1598 г.
   Джунгары начали вытеснять из Семиречья казахов и киргизов. Туркестан и Ташкент оставались под властью казахов до 1723 г.
   Джунгары, продвигаясь на запад, опустошили Хорезм и достигли берегов Волги. В 1655 г. часть джунгар с Галдан-Бошокту-ханом продолжили войны с казахами, киргизами и Ферганой, утвердили свою власть в Семиречье.
   Хунтайджи Цеван-Рабтан разбил войско казахов и отнял у них Сайрам, Ташкент, Туркестан в 1723 г., а сын его Галдан-Церен захватил в 1741 г. земли Среднего казахского жуза, население которого частично находилось в российском подданстве.
   В 1758 г. джунгары были уничтожены войсками Китайской империи, в общей сложности погибло до миллиона человек.
   По сведениям, собранным в 1722–1723 гг. российским посольством капитана И. Унковского к хунтайджи Цеван-Рабтану, в Джунгарии было много пленных бухарцев, построивших городок в устье реки Хоргоса. В плену у джунгар с 1715 до 1733 г. находился швед Иоганн Густав Ренат, который научил их лить пушки, печатать книги и некоторым ремеслам. Возвратившись в Швецию, он составил карту Джунгарии, с указанием ставок кочевников в Джунгарском Алатау и по берегам рек. Все это помогло джунгарам одерживать победы над народами Центральной Азии.
   После падения Джунгарского ханства под натиском Цинской империи, казахи и киргизы заняли все Семиречье, считаясь номинально китайскими подданными, но фактически были совершенно независимыми до утверждения в Семиречье российского правления[39].
   В 1741–1742 гг. возобновилось наступление джунгар на казахские жузы. Джунгары продвинулись до р. Орь, но, не получив поддержки у волжских калмыков, по требованию русского правительства отошли на свои исконные земли. Казахи Младшего и Среднего жузов сконцентрировались вдоль линий русских укреплений. 5 марта 1741 г. указом Правительствующего Сената было разрешено в период опасности впускать в крепости казахское население в случае нападения джунгар. В 1742 г. для урегулирования отношений в Джунгарию был направлен Г. Ф. Миллер. Поездка оказалась успешной, ему удалось нейтрализовать натиск джунгар на казахские земли в верховьях Черного Иртыша и в районе Колывано-Воскресенских заводов и освободить из плена султана Аблая, заверив джунгарского хунтайджи Галдан-Церена, «чтоб оной хан верным подданным е.и.в. киргиз-кайсакам впредь никакого утеснения и разорения б не причинял и чтоб их оставил во всяком покое и войско бы свое впредь для разорения их не присылал»[40].
   В 40-х годах продолжалось укрепление линий и хозяйственное освоение Южной Сибири. В 1745 г. сюда был командирован генерал С. В. Киндерман с пятью драгунскими полками. По его распоряжению было дополнительно построено 24 укрепления: вдоль р. Иртыш – 3 форпоста, 11 редутов, маяки, защиты. Им же укреплена граница на Алтае для прикрытия Колывано-Воскресенских горных заводов от набегов джунгар, которые в 1744 г. разорили рудник Чарышский, и для защиты калмыков, живших в Кузнецком округе. Здесь была построена цепь укреплений через весь Алтай от форпоста Шульбинского на Иртыше до Кузнецка. Колывано-Кузнецкая линия состояла из 9 крепостей и 59 редутов[41]. Часть этой линии от Усть-Каменогорской крепости до Тигерецкого форпостов была передвинута в 1764 г. вперед и получила наименование Бийской линии. С северной стороны казахской степи вместо Ишимской линии С. В. Киндерман построил в 1752 г. Пресногорьковскую линию от Омска к Оренбургской губернии до крепости Звериноголовской. Новая линия тянулась на 548 верст и выдвинулась вперед от 50 до 200 верст, включала 11 крепостей, 93 редута, 42 маяка.
   На вновь построенных линиях были размещены Сибирский полк, приведенные С. В. Киндерманом драгунские полки и 2 тыс. крепостных казаков. Дополнительно для строительства крепостей и острогов посылались на временную службу сибирские крестьяне, под именем выписных казаков. В 1758 г. была командирована 1 тыс. человек из Донского и Яицкого казачьих войск на два года, а позднее на год посылались башкиро-мишарские команды. Часть из проходивших службу на линии добровольно поселялась здесь и входила в состав крепостных казаков. Кроме исполнения военной службы и строительных работ они занимались в крепостях казенным хлебопашеством, введенным С. В. Киндерманом для улучшения продовольствия у пограничных войск, которые не всегда надежно обеспечивались подвозом хлеба из сибирских округов. На казенные пашни наряжалось по всей линии 600 крепостных казаков. В 1800 г. казенное хлебопашество было отмечено Правительствующим Сенатом[42].
   В 50-х годах XVIII в. в Джунгарии обострилась династическая борьба между наследниками контайши Галдан-Церена. В 1754 г. один из претендентов на престол, Амурсана, обратился за помощью к цинскому правительству. Это послужило поводом для вторжения китайско-маньчжурских войск на территорию Джунгарии. Ойратское государство было разделено на четыре части. Это послужило причиной борьбы Амурсаны с цинами, в ходе которой было уничтожено Джунгарское ханство и истреблено его население. Небольшая часть ойратов, спасаясь от маньчжуро-китайских военных отрядов, бежала в пределы России[43].
   Создалась угроза в 50-х годах XVIII в. и для многочисленных алтайских племен, оказавших вооруженное сопротивление завоевателям. Одновременно они стали ходатайствовать перед российским правительством о принятии их в подданство. Присягу их принимали в укреплениях Южной Сибири и северо-восточного Казахстана[44].
   Присоединение Южного Алтая к России было официально проведено 8 июня 1756 г.[45] В состав России вошли земли в верховья Иртыша и при впадении в него рек Ульба, Бухтарма, Нарын, а также верхнее течение рек Бия, Катунь, Чу, Чарыш, Чулышман и Телецкое озеро. Вхождение Южного Алтая в состав России отвечало политическим и экономическим интересам местных племен.
   Наступление Цинской империи на северные районы Центральной Азии продолжалось. Под предлогом поимки Амурсаны цинские войска вошли в Казахстан, Казахское ополчение во главе с султаном Аблаем пыталось остановить их, но потерпело поражение[46]. Казахи, ойратские и алтайские беженцы стали сосредоточиваться у Сибирской линии. Русское правительство не имело здесь в этот момент достаточно вооруженных сил, чтобы препятствовать вторжению маньчжур в Казахстан. Но оно предприняло ряд мер. В Сибирь было направлено дополнительно несколько конных полков. 19 ноября 1756 г. русское правительство указом разрешило предоставить беженцам убежище в крепостях и за Сибирской линией. Но в связи с началом антицинского восстания в Монголии, поддержанного тувинцами, цинские войска были выведены из Казахстана[47].
   В 1757 г. военные действия вновь разворачиваются на территории Джунгарии и захватывают пограничные районы Казахстана. В этот период идут переговоры султана Аблая с цинским правительством. Но вернуть исконные кочевья в Северной Джунгарии казахам и киргизам не удалось. Цинское правительство запретило использование этих земель и силой оттеснило кочевников от границ Джунгарии.
   Разгром Джунгарии открыл цинам путь в Восточный Туркестан (Кашгарию). Попытки цинов утвердиться в Восточном Туркестане встретили в 1757 г. сопротивление уйгурского народа. Местные правители начали борьбу с завоевателями. В результате поражения они вынуждены были бежать в Среднюю Азию, что маньчжуры использовали как повод для вторжения своих войск через казахские и киргизские кочевья в Среднюю Азию. Но закрепиться здесь они не смогли[48].
   На протяжении XVIII в. угроза со стороны Цинской империи оставалась для народов Казахстана и Средней Азии. Особенно сложным было положение народов киргизских племен, входивших в состав Кокандского ханства. Несмотря на то что Коканд занял твердую позицию по отношению к цинскому правительству, вопрос о маньчжуро-китайской экспансии в этот район не снимался. Сложная внутренняя и внешнеполитическая обстановка в Кокандском ханстве способствовала росту русской ориентации в среде киргизских племен.
   В этот период экспансия маньчжурских войск в Среднюю Азию, Казахстан и Южную Сибирь облегчалась для завоевателей политической разобщенностью народов Центральной Азии, слабостью позиции России в этом районе, сложной международной обстановкой в Европе. Экспансия Китая вылилась лишь в эпизодические набеги в приграничные области. Россия сумела противостоять агрессии маньчжуро-китайских завоевателей и обеспечить защиту народам Казахстана и Южной Сибири, добровольно принявших российское подданство[49].
   Сложное положение на границах Казахстана и Южной Сибири с Цинской империей заставляет российское правительство помимо мер дипломатического характера продолжать укрепление пограничного района. В 60–70-х годах XVIII в. генерал И. И. Шпрингер, командир сибирских войск, возвел на Алтае укрепленную цепь поселений, вошедших в состав Бийской линии, так как построенная С. В. Киндерманом Колывано-Кузнецкая линия не прикрывала Алтайских горных заводов[50].
   17 октября 1760 г. по указу Сената были построены укрепления от Усть-Каменогорской крепости до Телецкого озера[51]. Здесь рекомендовалось разместить 2 тыс. крестьян и разночинцев Тобольской губернии, а также желающих из государственных крестьян Архангельской, Устюжской и Вятской губерний, находившихся на промыслах в Сибири.
   В районе рек Бухтарма, Белая, Тихая и Нарын селились беглые солдаты, крестьяне, раскольники, спасавшиеся от рекрутской повинности и крепостного гнета. Они получили название «каменщиков». В годы неурожая они обратились за помощью к царскому правительству. В 1792 г. императорским указом они были прощены.
   Укреплялись берега р. Иртыш от Усть-Каменогорской крепости до оз. Зайсан. Здесь в 1761 г. строились Бухтарминская крепость и Бухтарминская линия. В этот период по распоряжению И. И. Шпрингера была отрезана от казахской степи десятиверстная полоса вдоль р. Иртыш и Пресногорьковской линии и отдана в пользование сибирским казакам.
   Тогда же усиленно заселялись Пресногорьковская, Иртышская и Колывано-Кузнецкая линии длиной в 2125 верст. Здесь в 98 укреплениях и поселках находилось 7578 человек регулярных и нерегулярных войск, в том числе 779 крепостных казаков.
   Постепенно крепостные казаки получили некоторые льготы. После отмены казенного хлебопашества им дано было разрешение на меновую торговлю с кочевниками при крепостях. С 1773 г. они получили право на надел земли по 6 дес. на душу на пограничных линиях. В 1801 г. казакам было разрешено рыболовство и сбор хмеля в казахской степи, причем они освобождались от платежа таможенных пошлин. Разрешено было крестьянам селиться деревнями при казачьих форпостах[52].
   Помимо добровольного заселения были приняты меры и официального порядка. В 1770 г. были зачислены в казачество 138 запорожцев и пленных из польских конфедератов. В 1797–1799 гг. были обращены в казаки 2 тыс. солдатских детей. Чтобы прикрыть селения «каменщиков», в 1792 г. были перемещены форпосты Вороний, Черемшанский и Красноярский, была заложена Новая Бухтарминская линия с вновь укрепленной Бухтарминской крепостью. Вдоль р. Нарын воздвигли посты: Нижний Хайрюзовский, Верхний и Малый Нарынские, Баты, Чистый Яр, Мало-Красноярск. Старые и новые линии укреплений прикрывали Восточный Казахстан, Южную Сибирь от вторжения цинских войск. Заселение линий создавало условия для хозяйственного освоения земель края. Мужское казачье население на линиях в начале XVIII в. составляло 6 тыс. человек[53].
   С 1760 г. завоеванные маньчжуро-китайскими войсками Джунгария и Восточный Туркестан составили новую административную единицу Китая – наместничество Синьцзян. Угнетательская и грабительская политика цинов в Восточном Туркестане явились причиной антиманьчжурских выступлений в этом районе. Жестокие репрессии заставляли жителей уходить из Восточного Туркестана в Казахстан и Среднюю Азию. В 30–40-х годах XIX в. в Среднюю Азию ушли десятки тысяч уйгур[54].
   В первой половине XIX в. русско-китайские отношения, в основном торговые, оставались добрососедскими. Этому способствовала и сложившаяся в этот период историческая обстановка – угроза со стороны Англии интересам как России, так и Китая. С вхождением казахских и части киргизских земель в состав России складывались благоприятные условия для российско-китайской торговли в Синьцзяне. Эта торговля до XIX в. находилась исключительно в руках среднеазиатских купцов, так как существовал запрет цинских властей на прямую торговлю с русскими людьми, как не предусмотренную русско-китайскими договорами. Тем не менее прямые торговые контакты городов Синьцзяна с близлежащими русскими поселениями существовали с конца XVIII в. Заинтересованность китайского купечества в ввозе русских товаров привела к отмене монополии цинского правительства на внешнюю торговлю с Россией в Синьцзяне[55].
   Важное значение в торговле России с Китаем приобретает Кульджа – крупный торговый пункт. Но обусловленное Кяхтинским договором от 21 октября 1727 г.[56] ограничение торговых связей Кяхтой и Цурухайту создавали трудности в развитии русско-китайских торговых отношений. Необходимы были дополнительные соглашения по вопросу о дальнейшем развитии торговых связей.
   Важным этапом в урегулировании русско-китайских отношений явился Кульджинский торговый договор от 25 июля 1851 г.[57], предоставлявший равные права русской и китайской торгующим сторонам, заложивший юридическую основу для нормализации русско-китайских отношений на границе России с Синьцзяном.
   16 мая 1858 г. был подписан двухсторонний русско-китайский Айгунский договор[58], который устранил ограничения в торговле, введенные Кяхтинским договором.
   Новый русско-китайский договор в Тяньцзине (июнь 1858 г.)[59] распространял на Россию режим наибольшего благоприятствования в торговле. В ст. 9 говорилось о необходимости установления окончательной границы между Россией и Китаем.
   2 ноября 1860 г. был подписан Дополнительный договор, получивший название Пекинского. Он предусматривал открытие торговых пунктов вдоль всей русско-китайской границы. В ст. 2 определялся западный участок, где граница шла по «направлению гор, течению больших рек и линий ныне существующих китайских пикетов от последнего маяка, называемого Шабиндабага… на юго-запад до озера Иссык-Куль и называемых … Тяньшаньнаньлу … и по сим горам до Кокандских владений»[60]. Для реализации Пекинского договора необходимо было подтверждение пограничной линии топографическими картами. Значительные трудности возникли при уточнении центральноазиатского участка границы. Они были связаны с кочевым образом жизни казахского и киргизского пограничного населения и неопределенностью местоположения китайских пикетов, подразделявшихся на постоянные, передвижные и временные.
   В результате официальных переговоров уполномоченных от китайской и русской сторон 25 сентября 1864 г. в Чугучаке был подписан протокол[61] и карты намеченной границы от Алтая до Тянь-Шаня. По Чугучакскому протоколу граница обозначалась специальными пограничными знаками[62]. Временные маньчжуро-китайские пикеты должны были быть перенесены на китайскую сторону границы с северной стороны Большого Алтайского, Тарбагатайского и Алатауского хребтов и в западной части Илийского округа. Относительно приграничного населения в протоколе было указано: «Где помянутые народы жили до сего дня, там по-прежнему должны оставаться и спокойно жить на прежних местах, пользуясь представленными средствами жизни, и, к какому государству отошли места кочевок этих народов, к тому государству, вместе с землею, отходят и самые люди, и тем государством управляются»[63].
   Казахи и киргизы, жившие у оз. Зайсан (кроме его юго-восточной чисти), в верховьях рек Бухтарма и Курчум, на левобережье р. Черный Иртыш, долинах рек Кеген и Нарын остались в составе Российской империи. Это была территория в 25 960 кв. верст с 64 тыс. жителей[64]. Из них около 1 тыс. человек составляли русские, 60 тыс. – казахи, 3 тыс. – калмыки, уйгуры, дунгане, узбеки, таджики, туркмены, киргизы.
   25 сентября 1864 г. было создано Зайсанское приставство. Его территория простиралась от р. Ясатера, шла по государственной границе до верховьев р. Кендерлык, по меже Кокпектинского округа, рекам Тамырсак, Иртыш до устья р. Нарын. В 1867 г. в устье р. Джемени было построено укрепление Зайсан, заселение которого шло на льготных условиях. Переселенцам выдавалось денежное пособие и провиант. На «Карте южной части Средней киргиз-кайсацкой орды с прилегающими к ной азиатскими владениями»[65] не была показана государственная граница России, отмечены только озера Риянг-Куль и Кара-Куль.
   До 40-х годов XIX в. основное внимание России было приковано к Ближнему Востоку. Одновременно расширялись политические, экономические и культурные связи со Средним Востоком, шло активное заселение и хозяйственное освоение районов Южной Сибири и Казахстана. С развитием капиталистических отношений в России и изменениями во внешней торговле с Европой в 30-х годах XIX в. все большее значение приобретают азиатские рынки. Правительство императора Николая I предприняло ряд мер для активизации торговли со Средней Азией и Казахстаном, «ибо успехи оной необходимы (были) для процветания многих отраслей мануфактурной промышленности»[66]. Но развитию широких экономических связей мешали отдаленность среднеазиатских рынков от центральных губерний России, небезопасность торговых путей и ущемление прав русского купечества. Все это до 40-х годов XIX в. отодвигало среднеазиатские дела во внешней политике России на второй план, центральным направлением оставался Ближний Восток. Но оба направления были тесно взаимосвязаны[67]. Задачи ближневосточной политики во многом определяли действия царского правительства в Средней Азии и Казахстане. В этот период активизировалась политика Англии на Среднем Востоке за расширение своих колониальных владений, рынков сбыта и источников сырья.
   В 40-х годах XIX в. в низовьях р. Сырдарья и по р. Жанадарья кочевали каракалпаки. Но набеги хивинских феодалов заставили их мигрировать в низовья р. Амударья. В районе от Берканада до Кармакчи кочевали казахи Среднего жуза, родов кипчак, найман, аргын. От Кармакчи до низовьев р. Сырдарья на северо-восточном побережье Каспийского моря размещались казахи Младшего жуза поколений алимулы и байулы, родов: шомекей, жаппас, шекты, кичкине-шекты, торт-кара, кара-сакал[68]. Эта территория среднего и нижнего течения Сырдарьи, населенная прикаспийскими туркменами, устюртскими с сырдарьинскими казахами, оказалась под властью Коканда и Хивы. На левом берегу Сырдарьи хивинские правители построили крепости Чаганай-Ходжа, Чиргойла, Ходжанияз, Джана-Кала, Биш-Кала. Отсюда хивинцы вели наступление на казахские кочевья к северу от Мугоджарских гор и между р. Эмба и плато Устюрт[69].
   Хивинская экспедиция 1839–1840 гг. под командованием генерал-адъютанта В. А. Перовского закончилась неудачей[70]. Следствием этой экспедиции была активизация действий английских властей на Среднем Востоке, стремившихся укрепить сферу своего влияния в Афганистане, Иране, Бухаре, Хиве, Коканде, южных районах Казахстана[71]. В 1839 г. английские войска вступили в Афганистан, что укрепило позиции Англии на подступах к Южному Казахстану и Средней Азии. Хотя успехи англичан в Афганистане были временными, угроза нападения на Южный Казахстан и Среднюю Азию не снималась. Англичане пытались создать военно-политический союз со средназиатскими ханствами – Бухарой, Хивой и Кокандом против России, стремясь вытеснить ее со среднеазиатского рынка[72]. Но Англии не удалось подорвать давние экономические связи России с Казахстаном и Средней Азией.
   В этот период усложнилась международная обстановка в регионе. Кокандское и Хивинское ханства вели активное наступление на Казахстан и Киргизию. Часть территории Старшего жуза, южные районы Среднего жуза, Киргизия оказались в составе Кокандского ханства. Сырдарьинские и частью приуральские казахи как указывалось выше, находились под гнетом Хивинского ханства[73].

Глава 2
Историческая география и демография присоединения казахских жузов, Кокандского, Хивинского ханств, Бухарского эмирата к Российской империи в XVIII – XIX вв.

   Миграции народов Казахстана и Средней Азии происходили по разным причинам, в том числе и при подавлении сепаратистских восстаний отдельных феодалов. По свидетельству И. Григорьева, первый хан Мантытской династии Мухаммед-Рахим (1753–1758) вел борьбу с мятежными феодалами узбекских племен, стремясь подчинить их центральной власти Бухарского эмирата. Так при подавлении восстания Нурата военачальником Тугай-Мурад беркутом в Мианкале, в долине Зеравшана, между Бухарой и Самаркандом, Тугай-Мурад-хан отобрал у Нурата юрт. Автор «Тухфан-ханы» Мухаммед Вафа Керминеги рассказал в своей книге о ссылке Нурата в Бухарский тумен. Правитель Бухарского эмирата Мухаммед-Рахим приказал срыть крепости мианкальских кипчаков, казнил знатных узбеков, переселил узбекские роды: карлук – в Мианкаль, етти-уруг и бахрин – в район Бухары.
   В 1753 г. Мухаммед-Рахим покорил Ургут, Шахрисябз, Хисар и Куляб, а в последующие годы присоединил к Бухарскому эмирату Ходжент, Туркестан, Ташкент.
   Политический и экономический подъем Ферганы конца XVIII – начала XIX в. был результатом установления связей с Россией и обособления самостоятельного Кокандского ханства. Кокандский хан Рахим-бий Минг после присоединения Ходжента, Маргелана, Андижана, поставил во главе городов кокандских наместников.
   После завоевания Китаем Кашгара и разгрома государства Джунгарии (1750–1760) часть кочевников-калмыков двинулась в Ферганскую долину. Преемник Рахим-бия Минга – Абдулкарим остановил калмыков на подступах к Коканду. В Фергане нашли убежище бежавшие из Китая кашгарские мусульмане-уйгуры. Население Кокандского ханства увеличилось за счет переселенцев из Самаркандского вилайета. Рост экономических связей с Россией и развитие торгово-промышленных центров в Коканде, Андижане, Намангане, Маргелане усилили приток в эти города ремесленников с семьями. Постройка оросительных каналов способствовала росту земледелия, хлопководства, притоку сельского населения.
   При Кокандском правителе Нарбут-бие был подавлен сепаратизм правителей Чуста, Намангана и Ходжента.
   В 1747–1757 гг. в Хивинском ханстве правил казахский султан Каип, но ему не удалось договориться с правителями родов и племен, поддержавших восставшее население, недовольное тяжелыми налогами. В результате хозяйство Хивинского ханства пришло в упадок из-за феодальной раздробленности. Ирригационная система была разрушена, поля не возделывались, начался голод, резко сократилась численность населения[75]. Между правителями узбекских племен не было согласия. В 60-х гг. XVIII в. в Хиве выдвинулись инаки узбекского рода кунграт. Инак Мухаммед-Амин успешно отразил в 1770 г. нападение туркмен, а в 1782 г. – бухарцев.
   С 1800 г. в Бухаре к власти пришла узбекская династия Кунгратов. Началась борьба за централизацию земель ханства. При эмире Хайдаре некоторые области объявили себя независимыми. Восстали туркмены Мерва, затем керки на Амударье и Мианкаль.
   Эмир Хайдар воевал с Кокандом из-за Ура-Тюбе, бывшего в вассальной зависимости от Бухары, а также защищал от них бухарские города Джизак, Пешагир, Заамин и Урмитан.
   На юг и запад Бухарского эмирата в 1804 г. наступал хивинский хан Ильтузер. Но бухарцы разбили хивинские войска на берегу Амударьи.
   Распри начались среди родственников бухарского эмира. В Мерве отложился брат эмира Дин-Насыр-бек. Эмир Хайдар приказал разрушить Султанбендскую плотину, что привело к засухе и гибели посевов. Дин-Насыр-бек бежал в 1804 г. в Мешхед вместе с 1000 мервских семей. Эмир Хайдар переселил часть мервцев в долину Зеравшана, а в Мерв – 200 семей туркмен[76].
   На севере Бухарского эмирата кокандцами был захвачен Ташкент. Кокандский хан Омар начал наступление на г. Туркестан и захватил его. Это вызвало ответные набеги бухарцев на кокандские города. Хивинцы систематически совершали набеги на север и северо-восток Бухарского эмирата. Они объединили силы с китай-кипчаками, каракалпаками, кенегесами Шахрисябза, кокандцами, пытаясь захватить Самарканд. Но это им не удалось сделать.
   Правление в Бухарском эмирате Насруллы-хана (1826–1860) было направлено на укрепление и централизацию государства. Полунезависимыми владениями оставались Шахрисябз и Китаб, которые удалось покорить лишь в 1856 г.
   Одновременно бухарский эмир стремился увеличить свои владения за счет Хивинского и Кокандского ханств.
   В 1826 г. начались волнения в Мерве туркмен-сарыков – подданных Хивы. Они обратились за помощью к бухарскому эмиру, их поддержали другие туркменские племена. Хивинский хан Аллакуль жестоко расправился с жителями восставших туркменских аулов.
   В 1842 г. хивинский хан Аллакуль напал на бухарский Чарджуй. В это время бухарский эмир Насрулла начал осаду столицы Коканда. Казахи вторглись во владения кокандцев.
   Эмир Насрулла, в правление хивинского хана Рахимкула, в 1843 г., напал на крепость Хазарасп. Но эмир Насрулла был разбит хивинским войском и отступил в Бухару. В этот момент к нему явились туркмены и заявили о своей готовности подчиниться ему. Эмир Насрулла отправил в туркменский Мерв бухарского наместника[77].
   Начавшаяся в Фергане в XVIII в борьба за преодоление феодальной раздробленности продолжалось в XIX в. Алим-хану (1800–1809) удалось объединить Фергану, Ташкент и Чимкент.
   В 1815 г. кокандский Омар-хан захватил город Туркестан, подчинявшийся Бухарскому эмирату. Это привело к переходу под власть Коканда юга Казахстана до устья Сырдарьи. На месте пересечения торговых путей из Ташкента, Бухары и Хивы на Оренбург кокандцы построили крепость Ак-Мечеть. В 1812 г. Омар-хан отправил кокандское посольство в Россию. В 1813 г. Коканд посетил российский посол Ф. Назаров.
   В 1821 г. казахи Старшего жуза восстали против кокандцев и вернули казахские города Чимкент и Сайрам.
   В 1829 г. кокандский хан Мухаммед-Али (1822–1842) совершил военный поход на Кашгар, где восстало мусульманское население против Китая. С приближением значительных китайских сил, Мухаммед-Али покинул Кашгар. С ним ушли в Фергану 70 тыс. кашгарских мусульман, большая их часть была поселена в окрестностях и городе Шахрихане. Когда наладились кокандско-китайские отношения, часть кашгарцев вернулась в Кашгар[78].
   Кокандцам удалось подчинить себе таджиков Каратегина, живших в горах на юге Алайского хребта. Таджики Дарваза, Шугнана, Вахана и Рошана номинально подчинялись Кокандскому ханству.
   Бухарскому эмиру удалось подчинить Кокандское ханство, признавшего вассальную зависимость, и уступить Ходжент. В 1842 г. в Кокандском ханстве поднялось антифеодальное восстание. Бухарский эмир Насрулла жестоко подавил восставших и занял Коканд, кокандский хан был убит. Эмир заявил о присоединении Кокандского ханства к Бухарскому эмирату. Затем эмир занял Ташкент.
   Но летом 1842 г. в Бухарском эмирате вспыхнуло восстание кокандцев и эмир Насрулла был свергнут с престола. Причиной восстания были непомерные налоги со стороны бухарского наместника. Кокандцы вместе с казахами-кипчаками Ферганы провозгласили ханом казахского султана Ширали, кочевавшего на Таласе. Опираясь на казахов-кипчаков и узбекские племена, хан Ширали двинулся на Коканд. Бухарский наместник в Коканде бежал; бухарский военный гарнизон и чиновники были перебиты восставшими. Хан Ширали начал строить оборонительные стены вокруг г. Коканда. Бухарский эмир Насрулла пытался штурмом взять Коканд, но все его попытки закончились неудачей.
   В этот момент хивинский хан Аллакуль напал на г. Бухару. Бухарский эмир спешно вернулся обратно.
   Вскоре после этого горожане г. Ходжента изъявили желание о возвращении под юрисдикцию Кокандского ханства. Кокандцы взяли Ташкент. Кокандское ханство восстановилось в границах, которые сложились при Омар-хане[79].
   В Хивинском ханстве также шла борьба за объединение всех областей Хорезма. Хивинский хан Мухаммед-Рахим I (1806–1825) постепенно подчинил себе небольшие самостоятельные владения. После упорного сопротивления в 1811 г. было покорено Аральское владение, город Кунград был разрушен. Каракалпаки имели самостоятельное владение на северо-востоке от Хивинского ханства.
   В 1818 г. в походе на Хорасан Мухаммед-Рахим, пытался склонить к совместным действиям туркмен-гокленов и теке. За отказ участвовать в военных действиях он напал на туркмен, разорил их, многих взял в плен, ввел тяжелые подати, отобрал пахотные земли и присоединил их к своим владениям.
   Мухаммед-Рахим проводил гибкую политику у туркмен; так туркменам-чоудорам, кочевавшим на Мангышлаке и враждовавшим с хивинцами, он предоставил льготные цены на хлеб. Это открыло для хивинских караванов свободный проход через Мангышлак в Астрахань.
   Подчинение Хиве присырдарьинских казахов, уже находившихся в подданстве России, вызвало конфликт, когда хивинцы послали к казахам сборщиков податей. Казахи схватили сборщиков и отправили в Оренбург, что вызвало военный поход хивинского хана на Сырдарью против казахов, каракалпаков и аральцев. Постоянными были войны Хивинского ханства и Бухарского эмирата за туркменский Мерв[80].
   Мирными были связи хивинцев с Россией и Афганистаном. В 1819 г. командующий Отдельным Грузинским корпусом генерал А. П. Ермолов отправил в Хиву посольство во главе с капитаном Н. Муравьевым. Целью посольства было оформление присоединения прикаспийских туркмен к России и постройка крепости на восточном берегу Каспия. Была достигнута договоренность с хивинским ханом о направлении хивинских караванов не через Мангышлак, а через Красноводскую пристань.
   В первой четверти XIX в. Хивинское ханство вело войны за Хоросан. В его северной части проживали полукочевые племена – сарыки, салоры, теке, али-эли. Здесь же находились оазисы с городами Ниса, Абаверд, Дурун, Анау, Меана. Хивинский хан, опираясь на туркмен – йомудов, чоудоров, гокленов, а также казахов и каракалпаков, с регулярными узбекскими войсками вел постоянные войны за вышеперечисленные города. Успех был переменен, в случае захвата того или иного города там размещался хивинский военный гарнизон.
   В XIX в. положение среднеазиатских государств осложнилось. Эти земли стали ареной соперничества Англии и России.
   Англия в середине XVIII в. вытеснила из Индии голландцев, испанцев, португальцев и французов. Британский флот обеспечивал безопасность Индии с моря. Англия стремилась обезопасить сухопутные границы Индии. Но особенно беспокоило Англию начавшееся продвижение России на юго-восток.
   Еще в 1791 г. Екатерине II был представлен проект военной экспедиции в Индию, который она отклонила, но о проекте было известно Англии.
   Инициатором военного похода в Индию императора Павла I был Наполеон-Бонапарт, но после убийства российского императора этот поход был прекращен. Наполеон-Бонапарт в июле 1807 г. в Тильзите и в сентябре 1808 г. в Эрфурте вновь предлагал российскому императору военный поход на Индию для ослабления Англии. Кроме того, Наполеон-Бонапарт, перед походом на Москву, в Париже опубликовал известную фальшивку – «Завещание Петра Великого», где Петр I якобы оставил наказ потомкам завоевать Европу и Азию, включая Индию. В XVIII в. развитие российско-среднеазиатских связей носило мирный характер, было направлено на развитие торговых отношений[81].
   В 1732 г., уже после смерти Петра I, занятые им персидские провинции Гилян и Мазандеран были возвращены Персии.
   В 1741 г. Д. Гладышев и геодезист И. Муравин исследовали восточный берег Аральского моря для строительства города и пристани в низовьях Сырдарьи по просьбе хана Младшего жуза Абулхайра. В 1809 г. исследовали западное побережье Арала англичане Томсон и Гог. В 1821 г. Фрейзер посетил Хоросан; в 1825 г. Муркрофт и Требек через Пенджаб, Кашмир и Афганистан посетили Бухару; тогда же Стирлинг побывал в Афганистане; В 1830–1833 гг. английский дипломат А. Бернс совершил плавание по Инду до Лахора, затем пешком через Афганистан прибыл в Бухару. Он же в 1832 г. на пути из Бухары в Мешхед посетил низовье Мургаба. Политическое проникновение Англии сопровождалось увеличением ввоза английского текстиля.
   Россия также была заинтересована в ввозе хлопка для собственной текстильной промышленности и расширении рынка в Средней Азии для сбыта металлургической продукции российских заводов и мануфактур. Российское правительство опасалось Англии как торгового конкурента.
   Россия развивала торговлю со Средней Азией. Но и Средняя Азия выступала с инициативами по расширению объема и ассортимента необходимых ей товаров, договаривалась о торговых льготах и об отмене запрета на вывоз на восток российского металла и изделий из него, о строительстве портов на Каспии для транспортировки и складирования товаров.
   В 1757, 1761, 1763, 1774, 1790 гг. в Оренбурге и Астрахани были хивинские послы по конкретным торговым делам о беспошлинной торговле на Каспии, о поездке в Мекку через Россию, об использовании российских судов для перевоза хивинских товаров, вывозе из России в Хиву железа, присылке в Хиву хирурга для лечения хана; специалистов горного дела. Посланниками из Хивы были Ширбек, И. Максутов, Алагердиев, Достмуратов и др.
   От российской стороны в Среднюю Азию была послана экспедиция для описания берегов Каспийского моря в составе Вердена, Самойлова и князя Урусова. Ими была составлена в 1720 г. карта и отправлена в Парижскую академию наук; а также экспедиции: Д. Рукавкина в 1750, М. Бекчурина в 1771 г., Е. И. Бланкеннагеля в 1793 г., Бурнашева и Поспелова в 1799 г.
   П. И. Рычков при описании Ташкента, Каспийского и Аральского морей использовал все накопленные путешественниками, купцами и освобожденными из плена, сведения о Средней Азии, о ее природе, хозяйстве, быте народов, о городах. В частности, много интересного содержали наблюдения капитана Гладышева и И. Муравина, которые были посланы в 1741 г. к хану Младшего жуза Абулхаиру и поручика К. Миллера, посланного в Ташкент в 1738 г.
   В 1759 году в журнале «Сочинения и переводы к увеселению служащие» был опубликован труд П. И. Рычкова «История Оренбургская по учреждению Оренбургской губернии», а также «Прибавление к Оренбургской истории»[82].
   Сибирская линия укреплений была заселена Сибирским казачьим войском в 1716 г. После присоединения Младшего казахского жуза, в 1735 г. на Оренбургской линии военных укреплений было поселено Оренбургское казачье войско и на Яицкой (Уральской) линии – Яицкое (Уральское) казачье войско.
   В XIX в. связи со Средней Азией приобретают для России первостепенное значение.
   Были организованы новые экспедиции в южный Казахстан и Среднюю Азию: Субханкулова в 1809, 1818 гг., капитана Циолковского в 1825 г., П. И. Демензона в 1834 г., И. В. Виткевича в 1835 г., Е. П. Ковалевского и А. Г. Гернгросса в 1839 г. Целью поездок были научные исследования, оказание лечебной помощи местному населению, урегулирование торговых дел с Хивой и Бухарой, организация разработок рудных месторождений, дипломатического урегулирования и предупреждения конфликтов между Россией, Хивой и Бухарой[83].
   Первым научным трудом, в котором были подведены итоги всем научным знаниям, накопленным с 60-х годов XVIII в. по 30-е годы XIX в. стала, состоявшая из 3-х частей, книга А. И. Левшина «Описание киргиз-казачьих или киргиз-кайсацких орд и степей», изданная в 1832 г. Часть 1-я содержит «Известия географические», 2-я – «Исторические известия», 3-я – «Этнографические известия».
   А. И. Левшин использовал архивные материалы Азиатского департамента МИД Российской империи, Архив Оренбургской пограничной комиссии, а также материалы собственной экспедиции в Младший казахский жуз и Среднюю Азию, а также рукописные отчеты о путешествиях Е. Бланкеннагеля, Ф. Ефремова, Негри, Н. Муравьева, Ф. Берга в Среднюю Азию.
   Усиление позиций Англии в области торговли в Средней Азии обеспокоило правительство России. Оно воспользовалось обращением афганского эмира Дост-Мухаммеда к России за помощью против начавшейся английской агрессии и направило в Кабул и Кандагар миссию во главе с И. В. Виткевичем. Россия давала гарантии союзному договору Афганистана и Персии против Англии. Но затем Россия под давлением английской дипломатии, предупредившей о возможности закрытия проливов Босфор и Дарданеллы для российского Черноморского флота, дезавуировала заключенное И. В. Виткевичем соглашение с Афганистаном[84].
   В 1839–1840 гг. оренбургский военный губернатор В. А. Перовский, с разрешения императора Николая I, совершил поход в Хивинское ханство по завершению строительства на Мангышлаке Ново-Александровского укрепления и линии укреплений от Орска до Троицка.
   Поход не удался, проходил он зимой, в нем участвовало 5 тыс. чел. пехоты с двумя орудиями и обозом в 10 тыс. верблюдов. Много военнослужащих получило обморожения, начались массовые заболевания, много людей умерло, поэтому через два с половиной месяца Перовский, потеряв пятую часть военнослужащих, вернулся обратно.
   В это время в Афганистане началась англо-афганская война (1838–1842), в которой англичане потерпели поражение. Афганцам помогало население узбекских княжеств левого берега Амударьи: Хульма, Кундуза, Ханабада, Рустака, Мазари-Шерифа, Андхоя. Но бухарский эмир отказал афганцам в помощи. К узбекам примкнули кухистанские таджики, вместе с афганцами они остановили, а затем вытеснили английские войска к северу от Гиндукуша.
   Неудачный зимний поход в Хиву В. А. Перовского в 1839 г. английская дипломатия оценивала как реакцию правительства России на англо-афганскую войну.
   В 1840 г., после похода В. А. Перовского, хивинский хан Аллакули возвратил в Россию 424 русских пленных.
   В 1840 г. прибыло из Бухары узбекское посольство, просившее российского императора о покровительстве. В 1841 г. в Бухару были направлены горный инженер К. Ф. Бутенев, в Хиву – капитан Никифоров, который начал, а в 1842 г. продолжил переговоры о заключении мирного договора России с Хивой. В результате был подписан документ, в котором хивинский хан обязывался не предпринимать враждебных действий против России, не грабить торговые караваны, освободить из рабства российских пленных и уменьшить торговые пошлины с российских товаров до 5 %[85].
   Между Россией и государствами Средней Азии активно развивались экономические связи. Среднеазиатские товары в России облагались 10 % налогом от стоимости товара. Торговый баланс с Россией был в пользу ханств. Разрешалась среднеазиатским купцам торговля меновая и в долгосрочный кредит. Англичане предпочитали оплату своих товаров наличными, что было невыгодным, в частности для Бухары, вывозившей собственную продукцию в Россию. Хива и Коканд также имели выгоды в торговле с Россией[86].
   Остановимся на географическом и историческом экскурсе Каракалпакии, начиная с XVIII в. Каракалпаки принимали участие в событиях, происходивших в Хивинском ханстве, казахских жузах, Приуралье, Нижнем Поволжье.
   Основной территорией проживания каракалпаков в XVIII в. были дельта Сырдарьи и присырдарьинские районы. Каракалпаки торговали с Хивой, Бухарой, казахскими жузами, Россией.
   Часть каракалпаков проживала на землях казахов, узбеков, платило подати, несла службу в казахских войсках.
   Каракалпаки сложились как народность, делившуюся на племена и роды: конграт, кият, ктай, кыпчак, кенегес, мангыт, митан.
   У каракалпаков в XVIII – начале XIX в. не было своего ханского правления. Периодически каракалпаками управляли казахские ханы и султаны. В грамотах российского правительства к каракалпакам обращались не только к казахским ханам, султанам, но и каракалпакским бекам, батырам, родовой старшине. С каракалпакской родоплеменной знатью было связано и мусульманское духовенство – ходжи, шейхи, ахуны.
   Во второй половине XVIII в. закончилась зависимость каракалпаков от казахов[87].
   В 20-х гг. XVIII в. джунгары напали на казахов и каракалпаков, кочевавших в районе среднего течения Сырдарьи, Туркестана и присырдарьинских городов. Часть каракалпаков ушла вглубь Средней Азии и на северо-запад, в Россию, где вступила в борьбу за пастбища с российскими подданными – калмыками, которых оттеснили с Урала и Эмбы на правый берег Волги[88]. Каракалпаки разделились на верхних и нижних. Верхние каракалпаки поселились в верховьях Сырдарьи и у Ташкента. Нижние каракалпаки поселились в дельте Сырдарьи и на побережье Аральского моря, во владениях хана Младшего казахского жуза Абулхайра. Младший жуз не мог самостоятельно изгнать джунгар, надеялся на помощь со стороны России и в 1731 г. принял российское подданство.
   Каракалпаки при Петре I обратились в 1722 г. с просьбой принять их в российское подданство. В 1731 г. каракалпаки участвовали в присяге казахов на верность России.
   В 1742 г. часть свободных каракалпаков направила посольство в Оренбург, а в 1743 г. – в Петербург, где они были приняты в российское подданство. Не принявшие подданство каракалпаки подвергались набегам на их аулы российского подданного хана Абульхара, отгонявших скот, бравших в плен людей, не пускавших их для торговли в Оренбурге.
   Конфликты с казахами вынуждали каракалпаков уходить на юго-запад, к хивинским границам. Каракалпаки обосновались в низовьях Жанадарьи. Этот район в XVIII в. получил название «Каракалпакского владения». А земли в районе Сырдарьи, освоили казахи.
   Одновременно стали обостряться отношения каракалпаков с Хивинским ханством. В 1743 г. каракалпаки левобережной части дельты Амударьи мирно перешли в подданство Хивы. В то же время жанадарьинские каракалпаки не признавали власть хивинских ханов. Они были соседями отложившегося от Хивы Аральского владения, населенного узбеками-аральцами, против которых хивинские ханы посылали войска.
   В 1811 г. хивинский хан Мухаммед-Рахим одержал победу над каракалпаками и переселил их с Жаныдарьи на берег Аральского моря и в бассейн протока Кегейли.
   Постепенно, каракалпаки – подданные Хивинского ханства, были включены в его политическую и экономическую жизнь. За земли, отведенные каракалпакам в Хивинском ханстве, они платили высокие налоги и выполняли различные повинности. Значительная часть каракалпаков занималась земледелием, используя свой ирригационный и мелиоративный опыт. Часть населения занималась скотоводством и рыболовством.
   В середине XIX в. административный центр каракалпаков – Чимбай стал важным торговым пунктом, связанным водным путем с городами и селениями Хивинского ханства и крепостями российской Сырдарьинской линии.
   У каракалпаков сохранялось деление на племена и роды. Роды ктай, кыпчак, мангыт, кенегес составляли объединение (арыс) «онторт-уруг». Второй арыс «конграт» делился на две части: шуллук и жаунгыр. В шулук входило 8 родов: ашамайлы, колдаулы, костамгалы, балгалы, кандекли, кара-мойын, кият, мюйтен. Жаунгыр был крупным объединением[89]. Земля, закрепленная за племенами, распределялась между родами. Оросительные каналы имели название родов – Аралбай-жаб, Кият-жаб.
   В основе административного устройства было положено родоплеменное деление каракалпаков.
   После строительства российской Сырдарьинской линии военных укреплений, увеличилось число просьб от хивинских каракалпаков о принятии их в российское подданство. В 1857 г. о российском подданстве просили каракалпаки устья Амударьи. После восстания 1858–1859 гг., в котором против хивинского хана выступили узбеки, каракалпаки, казахи, восставшие попросили Россию о помощи и она была оказана, было отправлено вооруженное судно с капитаном А. И. Бутаковым. Однако восстание было подавлено и А. И. Бутаков с командой вернулись в Россию[90].

Кокандское и Хивинское ханства, Бухарский эмират, Ташкентское владение, земли Туркмении

   Кокандское ханство в первой половине XIX в. достигло наибольшей политической мощи и территориального расширения. В состав ханства вошли Ташкент, Ходжент, Куляб, Каратегин, Дарваз, Алай, велась борьба за Ура-Тюбе и Туркестан[91]. На завоеванных кокандцами землях были построены крепости[92]. Кокандское ханство включало часть земель Киргизии и Казахстана – от Тянь-Шанского хребта до оз. Балхаш и Аральского моря, граничило с Хивой, Бухарой и вошедшими в состав России районами Казахстана[93].
   Хива, Бухара и Коканд являлись феодальными государствами, подрываемыми изнутри феодальными междоусобицами и войнами с соседями. В среднеазиатских ханствах господствовал феодальный способ производства с рутинной техникой. Узбеки, казахи, киргизы, туркмены, таджики, каракалпаки подвергались жесточайшей эксплуатации со стороны феодалов, несли тяготы многочисленных ханских налогов, поборов и повинностей, страдали от феодальных междоусобиц, войн, тормозивших развитие производительных сил края.
   В начале XIX в. хивинские и кокандские ханы ограничивались грабительскими походами на неподвластные им киргизские и казахские земли. В 30–40-х годах XIX в. Хива и Коканд стремились воспрепятствовать вхождению Казахстана и Киргизии в состав России, претендуя на их земли, через которые пролегали важные для среднеазиатских ханств торговые пути.
   Казахи и киргизы вели длительную освободительную борьбу против гнета хивинских и кокандских феодалов. Эта борьба совпала с периодом усиления российской ориентации у южных казахов и киргизов, чему способствовал целый ряд факторов: двойной гнет кокандских, хивинских и собственных феодалов, налоги, повинности, поборы, служба в ханских войсках, междоусобицы, войны, неустойчивость внешнеполитического положения, раздробленность отдельных народов между несколькими государствами, заинтересованность в развитии торгово-экономических связей с Россией.
   В первой половине XIX в. усилилась совместная борьба казахов и киргизов против хивинского и кокандского владычества. В 20–30-х годах XIX в. волнения охватили районы, прилегавшие к крепостям: Туркестан, Чимкент, Сайрам, Аулие-Ата и Пишпек. В 40–70-х годах XIX в. эта борьба продолжалась и расшатала основы господства Коканда и Хивы над казахами, киргизами, туркменами, каракалпаками, ослабила ханства, что имело следствием усиление влияния России в этом районе и способствовало переходу народов края в русское подданство.
   В 1818 г. казахи Старшего жуза обратились к царскому правительству с письмом о принятии их в подданство. 18 января 1819 г. султан С. Аблайханов с 55 462 своими подданными принес присягу на верность России[94]. В 1823 г. просили принять в подданство России 14 султанов Старшего жуза с 165 тыс. мужчин, кочевавших в Семиречье. 13 мая 1824 г. императором Александром I была подписана грамота о принятии их в подданство России[95].
   В 1830 г. принята присяга у населения ряда волостей Среднего жуза (25 400 кибиток, 80 481 мужчин)[96].
   В 1845 г. подданство приняли из Старшего жуза роды уйсын, жалайыр, затем абдан, суан, шапрашты, ысты, ошакты, канлы[97]. В 1847 г. вошел в состав России многолюдный род дулат[98].
   В это же время подают прошение о принятии в подданство казахи рода байжигит из Среднего жуза[99]. В 1863 г. вошли в состав России 4 тыс. кибиток казахов рода каратай и 5 тыс. кибиток рода бес-танбалы[100]. К концу 60-х годов XIX в. завершается присоединение к России казахов Среднего и Старшего жузов.
   Территория Среднего и Старшего жузов административно устраивалась. Создавались внешние округа и области. Шло хозяйственное освоение земель. Были построены укрепления Актау, Улутау, Капал, Сергиополь, Лепсинск. Для административного управления Старшего казахского жуза в 1842 г. были определены Алатавское приставство и должность пристава Большой орды, подчинявшегося западносибирскому генералу-губернатору[101].
   Важным этапом в хозяйственном развитии Семиречья явилось освоение Заилийского края. В экономическом отношении он имел важное значение, находясь в узле главных торговых путей, ведущих в Кашгарию, Тибет, Среднюю Азию[102]. В 1854 г. в Заилийском крае К. Гутковским было заложено укрепление Верное. Освоение Заилийского края дало возможность оказать помощь казахам южных районов Среднего жуза и северным киргизам в борьбе с Кокандом. Отряд подполковника И. Карбышева занял и разрушил опорный пункт кокандцев в Семиречье – крепость Таучубек. Создались благоприятные условия для развития хозяйствования края. В интенсивном хозяйственном освоении земель Заилийского края принимало участие казахское, киргизское население, а также русские крестьяне – переселенцы из европейских и сибирских губерний, казачество. В 1856 г. была проведена административная реорганизация края. Введенное здесь ранее Алатавское приставство было преобразовано в Алатавский округ с центром Верное. С основанием этого поселения земли северных киргизов стали прилегать к территории, вошедшей в состав России. 26 сентября 1854 г. прииссыккульские киргизы обратились к губернатору Западной Сибири с прошением о вхождении их в состав России. 17 января 1855 г. в Омске прииссыккульские киргизы стали подданными России и были административно зачислены в состав Алатавского округа.
   В этот период усилилось противодействие кокандских феодалов сближению южных казахов и киргизов с Россией. Они оказывали на них военный нажим и чинили расправу над сторонниками принятия подданства России. В 1857 г. в районе кокандских крепостей Аулие-Ата и Чимкент произошло совместное выступление казахов и киргизов против кокандского гнета. Благоприятная обстановка складывалась для оказания помощи казахскому и киргизскому народам в их борьбе с Кокандом для успешного завершения присоединения южных районов Казахстана и Киргизии к России[103]. В 1859 г. в смежном районе, где проживали казахи Старшего жуза и северные киргизы, было построено укрепление Кастек. Здесь произошло первое крупное сражение между отрядом полковника Циммермана и кокандскими войсками. 26 августа этим же отрядом была взята кокандская крепость Токмак в Чуйской долине, а 4 сентября – Пишпек[104]. Но вскоре кокандцы предприняли со стороны Аулие-Ата наступление крупными силами и восстановили свою власть над киргизами Чуйской долины. В октябре у Узун-Агача русский отряд во главе с подполковником Г. А. Колпаковским разбил значительные силы кокандцев. В 1862 г. против кокандского господства восстали чуйские казахи. Они убили наместника кокандского хана в Пишпеке и обратились за помощью к русским властям в укреплении Верном. В ноябре 1862 г. русский отряд под командованием подполковника Г. А. Колпаковского при поддержке местного киргизского населения вторично овладел кокандскими крепостями Токмак и Пишпек, которые были разрушены. На месте последней в 1864 г. было построено укрепление Пишпек. С занятием Пишпека, Токмака и переходом племени солто и значительной части племени сарыбагыш в подданство Российской империи население Чуйской долины вошло в состав России[105]. В 1863 г. отряд русских войск при содействии киргизских племен захватил и разрушил кокандские укрепления Джумгал и Куртка на р. Нарысе. Одновременно восставшие киргизы племени саяк разрушили кокандское укрепление Тогуз-Торо. Это привело к падению власти кокандских феодалов над населением Центрального Тянь-Шаня. В состав России добровольно вошли киргизы племен саяк и чирик, населявшие Центральный Тянь-Шань. В 1864 г. на оз. Иссык-Куль было возведено Аксуйское укрепление, и в этом же году 10 тыс. кибиток долин Сусамыр и Кетмень-Тюбе приняли русское подданство, что завершило процесс мирного присоединения Северной Киргизии, на территории которой проживало многочисленное киргизское население, к России[106]. Это – киргизы крупных племен: сары-багыш, солто, бугу, черик, саруу, кушчу, чон-багыш и немногочисленных племен: азык, басыз, тёбёй, жетиген, конурат, монолдор, суу-мурун, жедигер, кытый[107]. Северная Киргизия включала Чуйскую долину, Иссык-Кульскую котловину, Центральный Тянь-Шань.
   Вхождение Северной Киргизии в состав России оказало решающее влияние на южные районы[108], аналогичный процесс на территории которых был тесно связан с восстанием 1873–1876 гг. против кокандского владычества, ликвидацией Кокандского ханства, на территории которого была образована Ферганская область в составе России.
   Рассмотрим ареал расселения казахов на территории Средней Азии в XVIII – начале ХХ в. До присоединения Казахстана к России в Хивинском, Кокандском ханствах и Бухарском эмирате в XVIII – первой половине XIX в. казахи проживали вместе с узбеками, таджиками, киргизами, туркменами, каракалпаками как одна из коренных этнических групп. С конца XVI в. Казахское ханство занимало Центральный Казахстан и Туркестанский вилайет до Ташкента включительно. Здесь проживало около 1 млн. человек и отсюда казахские ханы совершали военные походы на государства Средней Азии.
   Вторжение джунгар на казахские и киргизские земли в XVIII в. привело к миграциям казахов и киргизов как на север – в сторону России, так и на юг – в среднеазиатские ханства. Около 150 тыс. казахов Старшего, Среднего и Младшего жузов откочевали в Хивинское и Кокандское ханства, где традиционно кочевали в зимний период на пастбищах.
   Сезонные кочевые маршруты казахов в Средней Азии подробно описаны российскими учеными путешественниками, военными в XVIII–XIX в.[109], а также современными этнографами М. С. Мукановым, В. В. Востровым, П. И. Кушнером, В. М. Плоских[110]. Для указанного времени мы не имеем достаточных материалов об оседлых казахах и киргизах – жителях Средней Азии. Часть казахов и киргизов могла служить в войсках хивинского и кокандского ханов за жалованье, т. к. агрессивная политика среднеазиатских правителей требовала содержания больших армий.
   Джунгарское нашествие в XVII–XVIII вв. изменило традиционные маршруты сезонных кочевок всех трех казахских жузов и заставило временно казахов, киргизов оставаться в среднеазиатских ханствах, где не было свободных земель для круглогодичного кочевания.
   Определенная возможность появилась у казахов Младшего жуза оставаться на землях Хивинского ханства в XVIII в., когда ханов Младшего жуза как потомков чингизидов стали приглашать для правления в Хивинском ханстве. Но это было также временным фактором, в Хивинском ханстве не было свободных земель для круглогодичного кочевания.
   Изменение границ кочевания в Средней Азии было связано с борьбой Хивы, Коканда и Бухары в XVIII – начале ХХ вв. за земли южного Казахстана и Киргизии, где пролегали караванные и торговые пути из Средней Азии в Россию, Китай. Сложной была позиция бухарского эмира, который нуждался в поддержке казахских султанов против Коканда и Хивы. Именно казахи Старшего жуза с севера прикрывали эмират от продвигавшихся на юг российских войск с середины XIX в. На присоединенных землях Хивы и Коканда было образовано Туркестанское генерал-губернаторство. Казахские жузы сохранили зимние кочевые маршруты на территории Хивы и Коканда во второй половине XIX в. Они платили налоги среднеазиатской администрации. Данных о переходе к массовой оседлости казахов в Средней Азии российская статистика не приводит, в том числе переписи 1897, 1916, 1917 гг.
   Плоских В. М., Кобландин К. И. отмечают анклавы казахов на территории Каракалпакии, участии казахов и киргизов в антикокандских и антихивинских восстаниях второй половины XIX в. Выделены наименования населенных пунктов соответствующих названиям казахских родовых топонимов.
   В 1722 г. джунгары захватили города Ташкент, Сайрам, Туркестан, где проживали казахи и другие народы Средней Азии. Спасаясь от дужунгар, киргизы и казахи Младшего жуза ушли в Бухару и Хиву; Среднего жуза – в Самарканд, Бухару; Старшего жуза – в Самарканд, Ходжент, Фергану, Каратегин, Памир. Отдельные авторы констатируют географию размещения, так как не располагают статистическими и хронологическими данными о расселении кочевников в Средней Азии, а также времени их ухода из Средней Азии в Казахстан и Киргизстан после разгрома Джунгарского ханства Цинской империей в XVIII в.[111]
   Хивинское ханство вело наступление на казахские кочевья в районе рек Жанадарья, Кувандарья, низовьях Сырдарьи, Устюрта, Мангышлака в период правления Мухаммед-Рахим-хана (1806–1825 гг.). Он присоединил к ханству 27000 кибиток Младшего жуза. 10 тыс. казахов кочевали на побережье Аральского моря, в низовья р. Сырдарьи, в устье р. Амударьи, на плато Устюрт, у хивинских крепостей Кунград, Мангыт, Кипчак, Джана-Кала[112]. В результате завоевания российскими войсками Хивинского ханства в 1873 г. правобережная часть по р. Амударье отошла к Российской империи, а левобережье – к Хивинскому ханству. К Российской империи отошло 1920 кв.в. и 130 тыс. человек, а к Хивинскому ханству – 62225,8 кв.в. и 366615 человек.
   Хивинское ханство включало 26 бекств и 2 владения.
   Из присоединенных к Российской империи хивинских земель был создан Амударьинский отдел, состоявший из двух участков – Чимбайского и Шураханского. В Чимбайском, по данным 1874 г., было 20 тыс. казахов. В низовьях Амударьи кочевали 300 кибиток казахов из рода торткара, 600 – шекты, 300 – карасакал, 100 – шумекей и 40 из племени байулы. Они вели полукочевую жизнь, занимались земледелием, продолжая кочевать[113].
   После раздела территории Хивинского ханства начались миграции казахских родов из бывших хивинских территорий на российские и наоборот. Это было связано с нарастанием земельной тесноты, возобновлением меридиональных (с севера на юг) сезонных кочевок, ростом налогов.
   В 70–80-е гг. XIX в. большая часть казахов переселилась в Амударьинский отдел. Здесь они сосредоточились в Шурханском участке – 32,8 % и Чимбайском участке – 22,8 %. По данным Всероссийской переписи населения 1897 г. казахи составили 26,5 % от населения Амударьинского отдела, а по текущей статистике 1912–1913 гг. – 24,6 %.
   На землях Хивинского ханства проживало 17000 человек или 3,4 % населения[114].
   К 1913 г. в российском Амударьинском отделе из 33509 зарегистрированных хозяйств на долю узбеков приходилось 21,6 %, туркменов – 6,4 %, каракалпаков – 45,5 % и 649 хозяйств – 1,9 % приходилось на представителей других народов[115].
   В начале XVIII в. Кокандское ханство занимало земли вокруг Ферганы и Ходжента. В 1808 г. Кокандское ханство силой оружия овладело Ташкентским оазисом, где находились южные кочевья казахов. Это обострило казахско-узбекские отношения. Захват Ташкента открыл кокандским войскам дорогу на север вглубь казахских степей. Была захвачена большая часть земель Старшего казахского жуза, кроме низовьев и левобережья Сырдарьи и части пустыни Кызыл-Кум. В 1810 г. наместнику Ташкента подчинялось 400 тыс. казахов[116].
   При кокандском Алим-хане в первой четверти XIX в. были захвачены родовые территории казахских родов шанышыклы, бестамгалы, сихым, жаныс в Старшем жузе и тама – в Младшем жузе, а также оказались зависимыми от Ташкента и городов казахов – Чимкента, Сайрама, Туркестана, Ак-Мечети.
   Под власть Кокандского ханства перешли земли казахов на западе по среднему течению Сырдарьи, бассейн рек Или, Чу в Семиречье. Здесь кочевали казахские роды Старшего и Среднего жузов. Здесь проживало до 150 тыс. казахских семей[117].
   Во второй половине XIX в. казахско-кокандские отношения ухудшились, т. к. часть казахов выступила на стороне Бухарского эмирата против кокандских ханов. 50 тыс. казахов в 1842 г. находились в составе ташкентского войска, принимали участие в осаде Кокандской крепости.
   В 1857–1858 гг. казахи совместно с киргизами и каракалпаками приняли участие в антикокандском восстании, охватившем территорию от Чимкента до крепостей Пишпек и Мерке[118]. Кроме уплаты налогов Коканду казахи, киргизы, каракалпаки служили в кокандских войсках, участвовали в военных походах. Завоевание Южного Казахстана кокандцы вели силами горных стрелков-таджиков из Бадахшана. Правитель Кокандского ханства Лашкар кушбеги проводил умеренную налоговую политику по шариату у оседлого населения и адату – у кочевников. Были прекращены конфликты казахов с киргизами, в период между войнами налаживалась экономика и мирные взаимосвязи[119]. Китайские войска также периодически появлялись в Семиречье под предлогом сбора дани с казахов, в частности, такой случай описан Ч. Ч. Валихановым в 1840 г. о казахах рода чапрашты в урочище Тирен-Узек[120].
   Кокандцы, создав линии военных укреплений на юге Казахстана, контролировали земли казахов, киргизов, каракалпаков, собирали с них подати. По данным 1830 г., казахи составляли 400 тыс. человек, киргизы, каракалпаки, кураминцы – столько же. Оседлое население Кокандского ханства включало около 3 млн. чел.[121]
   На юге Казахстана Кокандскому ханству платили налог – зякет из Старшего жуза казахи родов – ысты, ошакты, сиргели, шымыр, шапрашты, жалаир, сыйкым, суан; из Среднего казахского жуза роды конкрат, часть кыпчаков, аргынов, найманов; из Младшего казахского жуза род жаппас[122].
   В Семиречье кочевали казахи Старшего жуза, родов шапрашты и дулат. Кокандское ханство вело наступление на юг и юго-запад Казахстана. Казахи Старшего жуза в 1818 г. обратились к России с просьбой о принятии их в подданство. В состав России были приняты казахи родов шапрашты, ысты, жалаир, обдан, суан, ошакты, каилы, уйсун[123].
   Россия вела переговоры, пытаясь ослабить наступление Коканда в Семиречье. В 1828 г. в Петербург прибыло кокандское посольство во главе с Турсун-Ходжой судуром. Шли переговоры о разделении зон российского и кокандского влияния рекой Чу, левый берег оставался за Россией, правый – за Кокадом. Первыми нарушили соглашение кокандцы, продвинувшись в Семиречье и горы Улу-Тау, где построили военные укрепления Кастек, Уч-Алматы, Тойчубек.
   В 1834 г. 6 тыс. кокандский отряд двинулся на север, к р. Ишим, где построил крепость и разместил гарнизон. Хивинское ханство находилось в Хорезмском оазисе, здесь кочевали казахи в зимнее время, часть постоянно находилась в Хивинском ханстве. Хорезм был частью улуса Джучи, в XVIII в. на хивинском троне правили казахские ханы Младшего жуза. В XIX в. власть перешла к узбекам рода кунграт. До 1811 г. они укрепляли свою власть среди туркмен, узбеков, каракалпаков.
   Хивинское ханство по численности населения уступало Бухарскому эмирату. Здесь управление строилось с опорой на ханско-султанское правление у узбеков, казахов, каракалпаков[124].
   У казахов Хивинского ханства были сложные земельные споры с каракалпаками после их переселения из Йонгидарьи, который заняли казахи. Хивинский правитель Мухаммед-Рахим считал эти земли своими владениями. Он направил посольство к Султан Тимур-хану с требованием покорности, выдачи хивинских пленных, прекращения нападений на торговые караваны из Мавераннахра, Хорезма, России. Не получив удовлетворительного ответа от казахов хивинский хан с вооруженным отрядом, включавшим узбеков, туркмен из родов чоудор и йомуд, каракалпаков направился в январе 1812 г. против казахов рода шомекей на Сырдарью и Кувандарью, где были их зимовки. Они захватили в плен 500 казахов, отогнали 140 тыс. голов скота. 15 февраля 1812 г. султан Тимур-хан отправил посланцев к хивинскому хану с письмом об изъявлении покорности.
   В 1815 г. правитель Хивы напал на казахов рода шекты. В хивинском отряде было 5 тыс. воинов, они захватили пленных и отогнали много скота.
   В декабре 1816 г. 200 казахов напали на каракалпаков. Во время хивинской карательной операции погибло 2 тыс. казахов, 700 чел. было взято в плен. После этого казахские султаны признали власть хивинского хана, который утвердил ханом казахов Жан-Гази-торе.
   Хивинцы восстановили крепости в низовьях Сырдарьи, где зимовали казахи Младшего жуза.
   Бухарский эмират находился в центре Средней Азии. Это государство не вело активную внешнюю политику на юге Казахстана. Но эмиры оказывали поддержку казахским султанам. Казахи помогали Бухарскому эмирату в борьбе с Хивой и Кокандом.
   В 1818 г. Абд ал-Карим Бухари, описывая ареал сезонных кочевок казахов Старшего жуза показал, что весной они приближались к русским границам, а зимой кочевали в Хиве, Бухаре, Туркестане. Но зимой казахи родов шекты и торткара Младшего жуза и туркмены родов кырк-милтык, бузачи, чоудар и каракалпаки кочевали вокруг Ургенча. Казахи родов шомекей, койут, жаппас, джагаблайлы из Младшего жуза, кыпчаки из Среднего жуза, каракалпаки зимовали у Ташкента, Самарканда, Бухары. Казахи родов конрат, уйсун, тама кочевали зимой до Ташкента, Коканда, Андижана, Намангана. Киргизы кочевали в районе Или и Аксу в Китае.
   Бухарские правители контролировали кочевки казахов, каракалпаков, узбеков из рода беркут в песках Кызыл-Кум, на левом берегу Сырдарьи, у крепости Чардара и в Нур-Ате – северном бухарском вилайете[125].
   Южные казахи были недовольны участием в тяжелых военных походах в составе кокандского войска Алим-хана. Решено было сместить его с престола. Последний, узнав о заговоре, двинулся с войсками к Коканду. Перед отъездом он казнил чингизидов Салимсак-торе и Адил-торе. Во время похода часть войска его покинула, а сам он был убит недалеко от Коканда весной 1810 г. Ему не удалось уменьшить влияние ферганской узбекской знати, возведшей на кокандский трон его брата, хана Умара, который правил в 1810–1822 гг. Ему не удалось закрепиться в Ура-Тюбе и Джизаке, что отсрочило экспансию Кокандского ханства в Южном Казахстане.
   Важным событием стало возвращение казахов из Китая во главе с Адил-торе в 1813–1814 гг. Он направил к кокадскому правителю Умар-хану своего сына Нуралы-торе с посланием, где сообщал о возвращении казахов и покорности Коканду. Нуралы-торе получил от кокандского хана охранную грамоту.
   Вскоре кокандским войскам удалось взять город Туркестан. Его правитель Токай-торе укрылся в Бухаре, где эмир Хайдар разрешил ему в подвластных ему землях собрать годных к войне казахов. Но вернуть казахам Туркестан не удалось.
   Крупное антикокандское выступление казахов и киргизов было организовано чингизидом Тентек-торе. В отряде было 12000 чел. Они потерпели поражение под Сайрамом и Чимкентом, где оборону возглавил казах Рустам. После поражения, Тентек-торе согласился платить Коканду подорожную пошлину.
   Коканд господствовал в Южном Казахстане с 1810 г. до начала 1840-х гг. Далее наступили годы политико-экономического упадка Кокандского ханства, завершившегося взятием Ташкента российскими войсками в 1865 г.
   В период кокандского господства в Южном Казахстане и Киргизии управлял кушбеги Гулам-шах по поручению кокандского Умар-хана. В присырдарьинских районах были построены: Ак-Мечеть, Чулак (Казалы-Джулек), Сузак. По данным Ю. В. Соколова, в 1813 г. бывшая бухарская крепость Джанги, на левобережье Сырдарьи была перенесена на правобережье под названием Ак-Мечеть; в 1814 г. – Чулак-Курган, на северные склоны Кара-Тау; в 1815–1820 гг., на правобережье Сырдарьи были перенесены крепости – Кумыс-Курган, Яны-Курган, Джулек, а в низовье р. Сарысу – крепость Яман-Курган; в 1821 г. – построены крепости Аулие-Ата на р. Талас; Кетмень-Тюбе на р. Нарын в Северной Киргизии; в 1822 г. – Кзыл-Курган на р. Куршабе, на юго-востоке Киргизии; Дароут-Курган – в Алайской долине, на юге Киргизии; в 1825 г. – крепости Мерке, Токмак, Ит-Кечук, Пишпек, Атбаши на р. Чу, в Северной Киргизии; в 1830 г. – крепость Джумгал на Тянь-Шане, у озера Сон-Куль; в 1830–1832 гг. – кр. Куртка – на р. Нарын и крепости Кумыс-Курган и Джена-Курган – на западе[126].
   Юнус-ходжа в 1803 г., собрав войско из казахов Ташкента и Курамы, вторгся в Ферганскую долину и через Ашт по Чадакской дороге подошел к переправе Гурумсарай на Сырдарье.
   Кокандский правитель Алим-бек также подошел по левому берегу Сырдарьи и стал напротив Гурумсары. В его войске были стрелки из горных таджиков. Йунус-ходжа начал бой силами казахской конницы. Им противостояла кокандская кавалерия во главе с таджиком Диванбеги Раджабом из Бадахшана. Они потеснили казахскую конницу и заставили ташкенцев отступить, потерпев поражение.
   После смерти Юнус-Ходжи в 1804 г. престол занял его старший сын – Мухаммад-ходжа, а затем – Султан-ходжа. Борьба противобрствующих сторон в Ташкенте ослабила Ташкентское владение. Казахские султаны с 1806 по 1809 гг. обрели власть над Туркестаном. Это были Ибрагим и Касым – султаны, Куват и Тогай – ханы.
   Завоевание Ташкента кокандским правителем Алим-беком прошло в два этапа. Вначале была взята Курама – область к югу от Ташкента, населенная казахами и узбеками, составлявшими 10 тыс. человек. Среди казахов преобладали выходцы из Старшего жуза рода шанышкылы, а также Младшего жуза родов тама и кереит.
   В 1807 г. Алим-бек использовал помощь для похода на кокандский Джизак Султан-ходжи – правителя Ташкента. На р. Чирчик ташкентские войска были разбиты, Султан-ходжа взят в плен.
   С новым правителем Ташкента Хамид-ходжой был заключен договор о признании его вассалом Коканда. В крепости Нийазбек был поставлен кокандский гарнизон в 500 человек во главе с Мумин-беком.
   В 1809 г. от Коканда отпало Ура-Тюбинское владение.
   Продолжалось сопротивление кокандцам жителей Ташкента. Кокандцы после 11-дневной осады штурмом взяли Ташкент. Наместником города был поставлен кокандец Сайид Али-бек.
   Взятие Ташкента стало началом завоевания Кокандом Южного Казахстана (Старшего жуза). У правителей казахских родов не было единства. Туркестанцы надеялись на помощь Бухарского эмирата. Жители Сайрама были союзниками Коканда. Казахский правитель Среднего жуза Адил-торе, сын Аблай-хана, откочевал на китайские земли с 10 тыс. кибиток. Казахские чингизиды в Ташкенте на начальном этапе поддерживали политику правителей Кокандского ханства[127].
   Кокандское и Хивинское ханство в первой четверти XIX в. завоевали земли южных казахов и киргизов. Причиной экспансии были конфликты между узбекской родоплеменной знатью и войском, основу которого составляли горные таджики (чала-бахадуры), а также стремление к расширению орошаемых земель и их освоению.
   Интересы Кокандского и Хивинского ханств столкнулись с планами Бухарского эмира. В 1806 г. он одержал над кокандскими войсками победу под Ура-Тюбе и Джизаком, что остановило их продвижение на запад и сдвинуло вектор движения на юг. Это давало возможность Коканду контролировать узел торговых путей, связывавших Среднюю Азию с Россией и Китаем. Конфликт существовал и между кочевниками Дешт-и Кипчака с оседлым населением Средней Азии или Мавераннахра, носивший политический и экономический характер.
   В 1810 г. ташкентский наместник Сайид Али-бек получил сообщение от казахов об отказе платить налоги: зякет со скота и харадж с урожая. Наместник запросил помощь Коканда против казахов. Кокандский хан отправил 12 тыс. войско для взятия Чимкента, Туркестана, Сайрама. Казахи, зимовавшие в этом районе, были ограблены.
   Осадой Сайрама руководил командовавший кокандскими отрядами таджик Зухур диванбеги. Одновременно он построил крепость в селении Чимкент, где оставил 200 пеших и 200 конных стрелков при двух пушках. Он начал строительство крепости в Аулие-Ата, где было оставлено 1000 воинов под началом таджика Абдаллах дадхаха и Шах-бек дадхаха. Во главе похода на Туркестан стояли кокандский диванбеги Зухур и ташкентский чингизид Салимсак-торе. Последний уговорил туркестанцев подчиниться власти кокандского правителя Алим-бека и послать ему подарки.
   Но события развивались в дальнейшем по сценарию диванбеги Зухура. Внезапно умер его брат, кокандский хан Умар-бек. Военачальники, его родственники из клана Минг, старая кокандская знать, ташкентские и казахские потомки Аблай-хана, казахские роды сиргели, бештамгалы, конрат, шанышкилы, а также каракалпаки поддержали Юнус-ходжу.
   Юнус-ходжа, покорив казахов, кочевавших у Ташкента и уничтожив в Старшем жузе ханское звание, предоставив управление ими казахским родовым биям и обложив их налогом-зякетом со скота. Им были взяты заложники из известных казахских семей. Казахи играли значительную роль в торговле Ташкента[128].
   Правители Коканда и Ташкента соперничали, что привело к конфликту Ташкента и Кокандского ханства. В 1799 г. кокандский правитель Алим-бек направил к Ташкенту правителя Ходжента Хан-ходжу. В местечке Карасу на него напал Юнус-ходжа. Кокандцы потерпели поражение. Хан-ходжа попал в плен и с 70 воинами был казнен. Юнус-ходжа захватил крепость Кураму. Кокандский хан потерял Ходжент. На севере Ферганской долины против Алим-бека выступил правитель города Чуста Бузрук-ходжа.
   Правитель Ташкента двинулся с войсками на Фергану, заключил союз с Ходжентом. Он также заключил союз с правителем Ура-Тюбе из узбекского рода йуз.
   Кокандское войско также подошло к Ходженту, но не стало переправляться через Сырдарью. Алим-бек захватил Чуст и убил Бузрук-ходжу[129].
   Южный Казахстан в начале XIX в. стал объектом экспансии Бухарского эмирата, Хивинского и Кокандского ханств, что нанесло серьезный урон жителям и хозяйству этого региона, где преобладало кочевое хозяйство казахов Старшего и частично Среднего жузов.
   В это же время Средняя Азия подвергалась нашествию персидского шаха Надира. Распалось государство династии аштарханидов. Началась борьба узбекских родов за передел земель и власти в Средней Азии. Казахские ханы восстановили свои права на земли Южного Казахстана, вернули Ташкент, стали через род кипчак вмешиваться в ферганские дела. Шигай-хан, сын султана Барака, правивший в Намангане и основавший Терсакан, ставший впоследствии резиденцией кокандских наместников в Северной Фергане. Позднеее его преемник Йазы-хан присоединил Южную Фергану и был провозглашен кипчаками ее правителем. Его правление было недолгим, он потерпел поражение от правителя Кокандского ханства Абд ал-Карим-бия[130].
   В 1798 г. кокандский правитель Алим-бек (1773–1810) создал новую армию в 10 тыс. чел. из таджиков Кухистана (горный район Таджикистана и Памира, до Гиндукуша). Это войско требовало больших средств на содержание и в результате Кокандское ханство вступило на путь грабительских военных походов и территориальных войн. В 1805 г. был захвачен Ходжент, защищавший Ферганскую долину, в 1806 г. взят Ура-Тюбе и Джизак. В это же время Алим-бек принял ханский титул. Одновременно Эльтузер (1804–1806) из узбекского рода кунграт стал правителем Хивы. Оба правителя опирались на легенду о принадлежности к династии чингизидов.
   Следующим шагом кокандской экспансии стали Ташкент и его округа[131].
   Ташкентскими владениями после изгнания джунгар в конце 90-х гг. XVIII в. правили казахи-чингизиды. Чимкент Аблай-хан передал казахскому роду Шымыр. Ташкент делился на четыре части: Бешагач – роду ысты, Кокча – роду конрат и Среднему жузу, Сибзар – роду жаныс, Шейхантаур – родам сиргели, ысты, ошакты.
   Селение Чинас получили роды кулас и найман; селение Паркент с округой – род шыктым.
   Сын Толе бия, Нийаз бек из рода жаныс, основал под Ташкентом крепость Нийазбек.
   Укрепленную усадьбу Байтек построил род сиргели; а Кибрай – род кыйят.
   Юнус-ходжа расширил свои владения до Кураминских гор на юге (долина р. Ангрен) и гор Бискам – на востоке, р. Сырдарьи – на западе и Чимкента – на севере. В 1799 г. Юнус-ходжа захватил Туркестан, до этого находившийся под покровительством Бухарского эмирата[132].
   В альбоме к путешествию В. Л. Громбчевского на Памир в 1888 г. показаны населенные пункты Канджут и Раскем со стороны Индии, а также китайский пограничный знак Сумма-Таш близ восточного берега озера Яшиль-Куль на Аличуре.
   А. В. Постников приводит данные о единственном сражении между китайцами с уйгурами и дунганами в Кашгарии. После поражения уйгуры и дунганы ушли в Туркестан по берегу озера Ранг-Куль и по р. Мургаб. Это подтверждают записи путешественника В. Л. Громбчевского в 1889 г., когда китайские войска проникли на Памир. Он также посетил китайский памятник Сома-Таш, поставленный в ознаменование победы 1759 г.
   В. Л. Громбчевский отметил на Памире бухарские строения, подтверждавшие владения Бухарского эмирата на Памире в прошлом, в частности Рабат Абдуля-хана на Аличуре и на Памире, служивших пристанищем и имевших цистерны с запасами воды[133].
   В 60-х гг. XIX в. Российская империя начала военные действия против Кокандского ханства. В 1865 г. был осажден и взят г. Ташкент, а затем занята российскими войсками вся территория Кокандского ханства. В военно-административное подчинение к российской администрации перешли и земли казахов ранее завоеванные кокандскими правителями.
   С XVI в. казахи кочевали и на землях Бухарского эмирата. При хане Тауке казахи владели Ташкентом, Андижаном и Самаркандом. В последнем был правителем Жалантос батыр из рода алимулы Младшего жуза. В середине XVII в. в районе Нурата и Канимеха жил и участвовал в судебных разбирательствах знаменитый бий казах Айтеке би[134].
   По данным Е. К. Мейендорфа, в начале XIX в. в Бухарском эмирате насчитывалось 2478000 человек, из них казахи и каракалпаки составляли 6 тыс., узбеки – 150 тыс., таджики – 650 тыс. человек[135]. Казахи кочевали на северо-западе эмирата, а часть занималась земледелием в пустыне Кызыл-Кум, на ключах Тамды, в урочище Караата, у колодца Арыстан и в Бухарских горах[136].
   Были установлены новые российские границы Туркестанского генерал-губернатора, Бухарского эмирата и Хивинского ханства[137].
   При пограничном размежевании произошли откочевки казахов в новые районы Бухарского эмирата и на территорию Хивинского ханства.
   После подавления восстания И. Тайманова и М. Утемисова из Западного Казахстана откочевали казахи Младшего жуза – 57 тыс. человек в Бухарский эмират и Хивинское ханство[138].
   В 1867 г. было образовано Туркестанское генерал-губернаторство и принято «Временное положение об управлении в Семиреченской и Сырдарьинской областях». Для кочевников было разработано «Положение» 1886 г. Предполагалось в волостях разместить до 2000, а в аулах – 200 кибиток казахов[139].
   В 1870-х гг. XIX в. в Сырдарьинской области было 567832 чел. или 63,28 % казахов. В Ташкентском уезде проживало 241543 чел., из них казахов – 45,64 %; в Амударьинском отделе – 220000 чел., из них казахов – 20,66 %. К 1889 г. казахи в Ташкентском уезде составляли 42170 чел., в Самаркандской области – 38059 чел.[140]
   В Амударьинском отделе, в Шуруханском участке было дворов: 2829 – узбекских, 2545 – казахских, 248 – каракалпакских, 1103 – туркменских. В Чимбайском участке было дворов: 10738 – каракалпакских, 4237 – казахских, 326 – узбекских.
   По Первой всероссийской переписи 1897 г. в Туркестанском генерал-губернаторстве (без учета населения Хивинского ханства и Бухарского эмирата) проживало 2352421 чел., в том числе узбеков – 1515611 чел. (64,4 %), таджиков – 173946 (7,4 %), русских – 44691 (4,0 %), казахов – 153569 (6,5 %), каракалпаков – 93153 (1,9 %) и др.
   В Ташкентском уезде проживало 163,1 тыс. чел., из них казахов 36,37 %; в Амударьинском отделе 47,1 тыс. чел., из них казахов – 24,24 %; в Джизакском уезде – 51,5 тыс. чел., из них казахов – 23,13 %; в Ходжентском – 11,3 тыс. чел., казахов – 6,19 %; в Самаркандском – 1,3 тыс. чел., из них казахов – 0,15 %; в Маргеланском – 38,3 тыс. чел., из них казахов – 11,92 %; в Кокандском – 11,6 тыс., из них казахов – 3,18 %, в Наманганском – 60,5 тыс. чел., казахов 16,64 %.
   

notes

Сноски

1

   Бекмаханова Н. Е. Формирование многонационального населения Казахстана и Северной Киргизии. Последняя четверть XVIII – 60-е гг. XIX в. М., 1980; Ее же. Многонациональное население Казахстана и Киргизии в эпоху капитализма (60-е годы XIX – 1917 г.). М., 1980; Ее же. Присоединение Казахстана и Средней Азии к России (XVIII–XIX века). Документы. М., 2008; Ее же. Центральная Азия в составе Российской империи. М., 2008. С. 31–57, 280–282, 407–423; Ее же. Российская империя от истоков до начала XIX века // Очерки социально-политической и экономической истории. М., 2011. С. 245–257; Большой Атлас истории, культуры Казахстана. Алматы, 2008. С. 454–480, 496–498, 504–528, 536–533, 446–554; 9 исторических карт. Автор Н. Е. Бекмаханова; Геополитические факторы во внешней политике России. Вторая половина XVI – начало ХХ века. М., 2007.

2

3

4

5

   На территории Западного Туркестана, присоединенного к Российской империи, в 1867 г. было образовано Туркестанское генерал-губернаторство; с 1886 г. официальное название – Туркестанский край. В результате национально-государственного размежевания советских республик Средней Азии, проведенного в 1924–25 гг., название «Туркестан» стало реже употребляться в исторической литературе и заменяться термином Средняя Азия. // Туркестан (Средняя Азия) и Казахстан (Младший, Средний, Старший жузы) являются западной, частично восточной и центральной частью материка Евразии, простираясь от р. Урала и Каспийского моря на запад до Алтая и китайской границы на востоке; от Персии и Афганистана на юге до Тобольской и Томской губерний России на севере.

6

   Ухтомский Э. От Калмыцкой степи до Бухары. СПб., 1891. С. 15; Катанаев Г. Е. Киргизские степи, Средняя Азия и Северный Китай в XVII и XVIII столетиях // Западно-Сибирское отделение ИРГО. 1893. С. 60; Яворский И. Л. Краткий отчет о научной командировке в Среднюю Азию. Одесса, 1895. Ч. I–III. С. 3; Он же. Отчет о географической и антропологической поездке в Туркестан летом 1894 г. // Записки Императорского Новороссийского университета. 1896. Вып. 7. С. 23; Туркестан. Энциклопедический словарь. Брокгауз Ф. А. Т. I. Лейпциг, 1910. С. 202.

7

   Мейендорф Е. К. Очерки Ферганской долины. СПб. 1882; Алфераки С. Кульджа и Тянь-Шань. Записки ИРГО. Т. ХХ. Вып. 2. СПб., 1891. С. 52–56; Гейер И. И. Путеводитель по Туркестану. Ташкент, 1901. С. 120; Долгоруков А. Путеводитель по всей Сибири и Среднеазиатским владениям России. Томск, 1900–1901 гг. С. 4; Эварицкий Д. И. Путеводитель по Средней Азии. Ташкент, 1893. С. 28; Окраины России: Сибирь, Туркестан, Кавказ. СПб., 1900. С. 20; Семенов П. П. Туркестан и Закаспийский край в 1888 г. // Известия ИРГО. 1882. Вып. V. С. 10; Липский В. И. Гиссарская экспедиция 1896. Вып. 2. СПб., 1897. С. 101; Киашко В. В. Военный обзор Закаспийской области. Асхабад, 1896. С. 30; Макшеев А. И. Исторический обзор Туркестана и наступательного движения на него русских. СПб., 1890. С. 98; Сборник материалов для статистики Ферганской области. Новый Маргелан. 1899 г. Вып. I–II. С. 73; Царская колонизация Казахстана (по материалам русской периодической печати XIX века). Алматы, 1995. С. 30–34; Россия. Туркестанский край. Т. 19. СПб. 1913. С. 17–21.

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

   Династия Аштарханидов Мавераннахра являлась потомками чингизидов, которые после распада Золотой Орды создали в Астрахани [Аштархан] ханство. Когда Иван Грозный присоединил Астраханское ханство к Русскому государству, хан Ер-Мухаммад с сыном Джонибеком бежали в Мавераннахр, где были хорошо приняты и породнились с местным правителем // Гафуров Б. Г. История таджикского народа. С. 380–381; Зайцев В. Н. Памирская страна, центр Туркестана. Историко-географический очерк // Ежегодник Ферганской области. Новый Маргелан. 1903. Вып. II. С. 27–31.

23

   Бекмаханова Н. Е. Формирование многонационального населения Казахстана и Северной Киргизии. Последняя четверть XVIII – 60-е гг. XIX в. М., 1980. С. 11–19; Серебренников А. Г. Шугнан // Сборник географических, топографических и статистических материалов по Азии. Вып. 70. СПб., 1896. С. 30–51; Гафуров Б. Г. История таджикского народа. С. 392–393; Югай Р. Л. История развития географических и картографических представлений о пустыне Кызылкум с древнейших времен до середины XIX в. Ташкент, 1966. С. 10–15.

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

   Это право исключительного владения также подтверждено: 6 марта 1734 г. промеморией Военной коллегии; указами Военной коллегии в Казанскую губ., Войсковую канцелярию и Уфимскую провинциальную канцелярию; манифестом о межевании; промеморией Саратовской рыбной конторы от 19 сентября 1748 г. о рыбных ловлях на реках Большой и Малый Узень; указом Правительствующего Сената от 5 июня 1751 г. о пользовании солью с озер, лежащих в казачьих землях, в пределах от 7 до 35 верст от крепости Горской, Гурьева-городка, форпостов Батенинского, Таловского, Глининского и 2-го Чижинского; разрешением оренбургского военного губернатора И. И. Неплюева об учреждении передовых постов для охраны селений, хуторов, лесов, сенокосов на левобережье Урала от Бударинского форпоста до Гурьева-городка; высочайшим повелением на имя оренбургского военного губернатора А. И. Апухтина от 29 июля 1783 г. о недопуске к р. Урал залинейных казаков ближе 15 верст, что подтверждено князем Г. С. Волконским 31 октября 1809 г. и графом П. К. Эссеном 30 октября 1817 г.; высочайшим указом 26 декабря 1809 г. об управлении Уральским вой ском. В пункте 9: «Войску, пребывающему в своих селениях, довольствоваться от тех преимуществ и выгод, которыми они доныне пользовались»; высочайше утвержденным мнением Государственного совета от 7 мая 1826 г. по делу о заливе Каспийского моря – Богатом Култуке, по которому: «Богатый Култук между Баксайскою косою и Пороховинским бугром, состоящий при князе Юсупове, без участия со стороны Уральского войска замежеванный в его дачи, как доказанную древнюю принадлежность уральских казаков, возвратить от князя Юсупова в первобытное их владение. По грамоте Михаила Федоровича признаны права казаков на Черхальское морце, лежащее за рекой Яиком в 40 верстах от линии и соединяющееся с Уралом р. Солянкой». (ЦГА РК. Ф. 4. Оп. 1. Д. 392. Л. 50–60).

39

40

   Казахско-русские отношения в XVI–XVIII вв. Д. 85. С. 198–200; Д. 33. С. 258–262. Была установлена межа: начиная с севера – от р. Урал между Мухрановским форпостом и Рассыпной крепостью до Общего Сырта, гребнем Общего Сырта и по меже Березовского кордона до Опустелого корона, который находился выше Таловского форпоста, по правой стороне р. Малый Узень и Камыш-Самарских озер до Порохового бугра, от него Каспийским морем до Грязного бугра, а от туда степной стороной соленых озер на Сарайчиковскую крепость до урочища Култук, затем параллельно р. Урал, обходя степной стороной Индерское соленое озеро, до урочища Каганого, потом до Березовского передового поста на р. Илек. По левой стороне р. Илек до Озерного форпоста, через который до точки соединения земель Озерного и Линевского форпостов и этой межой до межи между Мухрановским форпостом и Рассыпной крепостью. (ЦГА РК. Ф. 4. Оп. 1. Д. 392. Л. 50–60).

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

51

52

53

54

55

56

57

58

59

60

61

62

63

64

65

66

67

   Киняпина Н. С. Средняя Азия во внешнеполитических планах царизма // Вопросы истории. 1964. № 2. С. 36, 39; Халфин Н. А. Политика России и Средней Азии (1857–1868). М., 1960. С. 66–70; Он же. Присоединение Средней Азии к России (60–90-е годы XIX в.) М., 1965. С. 47; Он же. Ведущие мотивы действий России в Средней Азии в 60–70-х годах XIX в. // История СССР. 1972. № 4. С. 128, 133; Рожкова М. К. Экономические связи России со Средней Азией. 40–60-е годы XIX в. М., 1949. С. 214, 215, 225–230; Аминов А. М., Бабаходжаев А. Х. Экономические и политические последствия присоединения Средней Азии к России. Ташкент, 1966. С. 14, 15, 24–35; Хидоятов Г. А. Из истории англо-русских отношений в Средней Азии в конце XIX в. (60–70-е годы). Ташкент., 1969. С. 3, 42, 46, 47, 53.

68

69

   Подвластные Хиве казахи из родов табын, адай, тор-кара, алтын, шекты кочевали на западном, южном и восточном берегу Аральского моря, на острове Токмак-Ата, у устья р. Амударья, на островах Бузачи, плато Устюрт, у оз. Дау-Кала, Мангыт. По сведениям Е. Килевейна и ряда документов, казахов было около 10 тыс. человек. См.: Килевейн Е. Отрывок из путешествия в Хиву и некоторые подробности о ханстве во время правления Сейд-Мухаммедхана, 1856–1880 г. // Этнографический сборник. Вып. 5. 1862. С. 12; Документы архива хивинских ханов по истории этнографии каракалпаков. М., 1967. Д. 26–30; Данилевский Г. И. Описание Хивинского ханства // Записки ИРГО. Т. 5. СПб., 1851. С. 95; Туркестанский край: Сб. материалов для истории его развития. Т. 4. Ташкент, 1914. С. 312.

70

71

72

73

74

75

76

77

78

79

80

   Аральцами называлась часть хивинских узбеков и каракалпаков, обитавших в дельте р. Амударьи и имевших нередко владетелей самостоятельных от Хивы. Что касается каракалпаков, то они обращались к казахскому Абулхаир-хану, уже принявшему в 1831 г. российское подданство, о поддержке их прошения о присоединении их к Российской империи. Государственная коллегия иностранных дел представила в Правительствующей Сенат 12 августа 1843 г. прошение каракалпаков. Государственный Совет высказал следующее мнение: «Хотя оной народ за весьма великим отдалением от российских границ в действительной протекции и защищении содержать и неудобно; однакож по тогдашней онаго склонности и по обнадеживанию их об отдаче российских имеющихся у них пленников, кажется и от подданства отказать не пристойно». – Рычков П. И. Топография Оренбургская. Ч. I. Оренбург, 1897. С. 161–173; Средняя Азия. Ташкент, 1895. С. 40; Вельяминов-Зернов В. Исторические известия о киргиз-кайсаках и сношениях России со Средней Азией со времени кончины Абул-Хайр-хана (1748–1785 гг.). Ч. 1. Оренбург, 1897.. С. 40–88; Шалекенов У. Х. Казахи низовьев Амударьи. К истории взаимоотношений народов Каракалпакии в XVIII–XIX вв. Ташкент, 1966. С. 19–50.

81

82

83

84

85

86

87

88

89

90

91

   Во второй половине XVIII в. территория Коканда включала четыре автономных бекства: Андижанское, Маргеланское, Наманганское, Кокандское. К середине XIX в. Кокандское ханство состояло из Андижанского, Маргеланского, Наманганского, Ходжентского, Кокандского вилайетов и Ташкентского наместничества // Плоских В. М. Киргизия и Кокандское ханство. Фрунзе, 1978. С. 111–116; Корнилов Л. Г. Кашгария, или Восточный Туркестан: опыт военно-статистического описания. Ташкент, 1903. С. 21, 33; Валиханов Ч. Ч. Собр. соч. В 5-ти т. Т. 2. Алма-Ата, 1962. С. 326.

92

   На казахских землях: Ак-Мечеть, Аулие-Ата, Джана-Курган, Жулек, Кумыш-Курган, Чим-Курган, Кош-Курган; на юге Киргизии – Кызыл-Курган, Чиназ, Тюре-Курган, Дараут-Курган, Суфи-Курган, Таш-Курган, в Чуйской долине – Мерке, Чалдывар, Шиш-Тюбе, Аксу, Пишпек, Токмак, в Иссык-Кульской котловине – Каракол, Барскаул, Конур-Улен, на Центральном Тянь-Шане – Кочкор, Джумгал, Тогуз-Торо, Кетмень-Тюбе, Куртка. – История Каргизской ССР. Т. 1. Фрунзе, 1968. С. 262; «Шах-Наме» (Тарих-и Омар-хани) // Материалы по истории киргизов и Киргизии. Вып. 1. М., 1973. С. 227–229; «Мунтахаб ат-таварих» // Там же. С. 229–232.

93

94

95

96

97

98

99

100

101

102

103

104

105

106

107

108

109

   Вельяминов-Зернов В. В. Историческое известия о киргиз-кайсаках и сношениях России со Средней Азией со времени кончины Абул-Хайр-хана (1748–1785). Оренбург, 1855. С. 25–40; Бардашев И. Заметки о дикокаменных киргизах // Туркестанский край. Ежегодник. Вып. 3. СПб., 1874. С. 100; Галкин М. Н. Этнографические и исторические материалы по Средней Азии и Оренбургскому краю. СПб., 1868. С. 3–55; Живописная Россия: Русская Средняя Азия (Закаспийский край, Туркестан и Киргизские степи). Т. 10. СПб., 1885. С. 50–70; Азиатская Россия. Иллюстрированный географический сборник. М., 1903. С. 3–11.

110

   Востров В. В., Муканов М. С. Родо-племенной состав и расселение казахов (конец XIX – начало ХХ вв.). Алма-Ата, 1968. С. 80–102; Кушнер [Кнышев] П.И. Этнические территории и этнические границы // Труды Института этнографии. М., 1951. Новая серия. № 15. С. 70; Жданко Т. А. Специфика этнических обществ в Средней Азии и Казахстане [XIX – начало ХХ в.] // Расы и народы. Ежегодник. М., 1974. № 4. С. 42–48; Марков Г. Е. Оседание кочевников и формирование у них территориальных общностей // Там же; Он же. Кочевники Азии. М., 1976. С. 29–40; Плоских В. М. Киргизы и киргизское ханство. Фрунзе, 1977. С. 20–22.

111

112

113

114

   Косберганов Р. К. Положение каракалпакского народа в Хивинском ханстве в конце XIX – начале ХХ в. // Труды Хорезмской экспедиции. Т. 3. М., 1958. С. 215; Гиршфельд Х., Галкин М. Н. Военно-статистическое описание Хивинского оазиса. Ч. 2. Ташкент, 1903. С. 74; Ата-Мирзаев О., Гентшке В., Муртазаева Р. Узбекистан многонациональный: историко-демографический аспект. Ташкент, 1998. С. 46; Бекмаханова Н. Е Формирование многонационального населения. С. 139–140; Масальский В. Н. Туркестанский край // Россия. Полное географическое описание нашего Отечества. Т. 19. СПб., 1913. С. 366.

115

116

117

118

119

120

121

122

123

124

125

126

127

128

129

130

131

132

133

134

135

136

137

138

139

140

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →