Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

В книгах Конан Дойля Шерлок Холмс никогда не говорил «Элементарно, Ватсон!».

Еще   [X]

 0 

Зол уш'Ка (Пол Наш)

автор: Пол Наш

Гомоэротическая повесть о темном эльфе по имени Зол уш'Ка. Любящий отец, злая мачеха и сводные сестры – все как обычно, даже «принц» есть. Вот только следует учесть матриархальное общество, далекое от сказки…

Год издания: 0000

Цена: 20 руб.



С книгой «Зол уш'Ка» также читают:

Предпросмотр книги «Зол уш'Ка»

Зол уш'Ка

   Гомоэротическая повесть о темном эльфе по имени Зол уш'Ка. Любящий отец, злая мачеха и сводные сестры – все как обычно, даже «принц» есть. Вот только следует учесть матриархальное общество, далекое от сказки…


Зол уш'Ка Темноэльфийская Золушка Наш Пол

   © Наш Пол, 2015
   © Наш Пол, фотографии, 2015

   Редактор Sao-san
   Редактор Grammar-naci

   Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru
   Миром правят женщины. Эту простую истину с пеленок знал каждый дроу. Знал ее и Зол из рода уш'Ка. Будучи сыном матери дома уш'Ка и одного из скрытых воинов дома, он даже обрадовался, когда женщина, давшая ему жизнь и с того дня ни разу им не интересовавшаяся, пала. Однако радость была недолгой – в роду уш'Ка не было больше сильных женщин и вскоре род был вынужден просить покровительства у дома но'Га. Его отца – Килга уш'Ка – опять взяла мать дома и Золу осталось довольствоваться лишь короткими нечастыми встречами.

   Он безмерно уважал и любил Килга уш'Ка как скрытого воина, как отца и как мужчину. Был горд тем, что оправдал надежды мужчины в воинском искусстве и любви. С четырнадцати лет Килг ни в чем не отказывал сыну: ни в убийстве врагов, ни в доступе к своему телу. Их идиллию портили лишь женщины, сначала это была его мать, теперь вот Бел но'Га и две ее дочери. Три пронырливые дамы прохода не давали Килгу, соперничая за его внимание. Отказать дочерям Ллос отец, понятное дело, не мог.

   Зол ненавидел главенство женщин и мир, находящийся за пределами их с отцом пещеры. Он задыхался от ярости, чувствуя еле уловимый аромат дорогих благовоний на коже и одежде отца, видя следы от ногтей и клыков дам на теле любимого. Стоит ли говорить, сколько раз Зол мечтал об убийстве лучших женщин рода но'Га и всего дома до последнего воина и раба?

   Однако мечты оставались мечтами. Пусть род уш'Ка был знаменит своими скрытыми воинами, но тягаться с дочерьми Ллос поголовно обладавшими магическим даром для одинокого воина было самоубийством. Будь на месте женщин мужчины и Зол, не задумываясь, вырезал бы их, сбросив в старые шахты. А так юному воину только и оставалось, что бессильно сжимать кулаки и зло сверкать алыми глазами.

   Вот только ревнивые взгляды вскоре были замечены и первые леди дома но'Га, словно ящеры-трупоеды, почуявшие кровь, накинулись на него с издевками и насмешками.

   – Какой ты маленький, Зол уш'Ка. До размеров Килг уш'Ка тебе еще расти и расти, – дразнилась Марал но'Га, прекрасно осознавая все смыслы своих слов и имея в виду и то, что Зол невысокого роста со скромным размером полового органа, и то, что он юного возраста.

   – Кажется, дунет сквозняк в пещере и тебя унесет, – подтверждает младшая из сестер Улин, кривя полные губы в клыкастой насмешке.

   Слова женщин заставляли Зола скрипеть зубами и ранить ногтями ладони, когда он сжимал кулаки. Он был еще слишком молод, чтобы не реагировать и не мучиться от столь очевидных выпадов. Мало того, леди были не прочь проверить на прочность и его выдержку, прижимаясь своими пышными формами излишне плотно к юному телу.

   Вот только тут их ждало разочарование, Зол действительно не любил женщин и их тела не способны были разжечь в нем огонь. Марал и Улин оставалось только презрительно кривиться и бросать эпитеты вроде: «грязный», «испорченный» и «безнадежный урод». Впрочем, сам Зол считал, что отсутствие реакции на женское тело – это благо, пусть даже за это женщины считали его неполноценным. Главное же было в том, что отца его изъян не огорчал.

   Первые леди были единодушны, словно поставив себе целью стремление донять его мелочными поручениями. Казалось, они сговорились между собой, если бы подобное было возможно между тремя соперничающими дочерьми Ллос.

   – Зол уш'Ка, натри до блеска мой доспех, – говорила Марал, стоило ей только увидеть Зола.

   – Выведи на прогулку моего верхового ящера, – распоряжалась Улин, прекрасно зная, что рептилия не подпустит к себе никого, кроме своего седока.

   – Заштопай сорочку.

   – Протри пол в главной пещере.

   – Принеси вина.

   – Подай плащ, я забыла его в своей комнате.

   – Ты идешь со мной на охоту, потащишь домой дичь.

   К сожалению, сколько бы Зол не говорил, что для таких поручений существуют добытчики и рабы, леди но'Га предпочитали не слышать его. А время, когда он мог побыть с отцом, ускользало, словно песок между пальцев.

   Мать дома но'Га не отставала от дочерей в изобретении поручений. Только она не утруждала себя лично сообщать ему о них.

   – Зол уш'Ка, госпожа велела тебе сходить за грибами, – передал посыльный мальчик.

   – Разве я добытчик или раб, чтобы за грибами ходить? – возмутился Зол.

   – Это распоряжение госпожи, – пожал плечами мальчишка. Ему было наплевать на чужое унижение, он свое дело сделал, передал слова госпожи.

   Зол ходил уже и за мхами, и за лишайниками, и за водорослями. За какой только пакостью не посылала его леди Бел но'Га. Вот только в лес грибов обычно по одиночке не ходили, и дело даже не в живности, что там водилась, а в том, что одному гигантский гриб было банально не унести.

   Впрочем, он не растерялся, сразу же спускаясь в пещеры для рабов и добытчиков, чтобы собрать людей для похода за грибами. По сути, именно Золу в отряде грибоносцев делать было нечего, но раз таково было желание госпожи, то ему пришлось смотаться в лес. Из-за чего он и упустил момент, когда отец появился в их пещере. Вернувшись, он только и увидел что грязную одежду Килга под ногами, да чуть примятую постель, на которой тот отсыпался. Досадливо застонав, Зол с силой ударил кулаком в стену, сдирая костяшки.

   Он уже неделю полноценно не был с отцом. Каждый раз, когда Килг возвращался на время, большее чем требовалось для поглощения пищи, леди но'Га обязательно придумывали для Зола замысловатые задания, с которым он надолго застревал вне родной пещеры. Конечно, для отца, у которого помимо него были настырные леди, неделя не была значительным сроком. Для самого же Зола неделя воздержания была тяжким испытанием.

   В его возрасте многие дроу отличались ветреностью, излишней пылкостью и любовным аппетитом. Уже не дети, но еще и не признанные взрослыми. Однако Зол был слишком серьезен по отношению к отцу, чтобы удовлетворять похоть на стороне, он вообще ни на кого внимания, кроме него, не обращал.

   Килг посмеивался над стремлением сына иметь одного, уже немолодого, любовника. Он был уверен, что Зол просто еще мал и серьезно не влюблялся, потому и цеплялся за родителя изо всех сил.

   Конечно, юный воин подобного мнения не разделял, веря, что отец единственный, кто ему нужен.

   Любовные отношения между родителями и детьми никогда не поощрялись ни одной расой. Среди дроу так же подобное не приветствовалось, но и не осуждалось в той мере, что у прочих рас, если ребенок вступил в возраст согласия и сам выбрал родителя на роль любовника. Конечно, родитель мог отказать ребенку, но, как правило, такого не происходило. Просто в подобных случаях родители еще и контролировали половую жизнь своего отпрыска.

   Когда он осознал свои чувства, Зол сам пришел к отцу. Не сложно было понять, какие именно ощущения вызывает в нем улыбка Килга, а запах и голос отца приводили совсем уж к однозначной реакции тела. Если учесть ревность и желание убить всех, кто приближался к отцу на расстояние вытянутой руки, то и подавно не приходилось сомневаться в том, какие именно чувства он испытывает к Килгу.

   – Отец, я хотел бы поговорить о плотской любви, – так начал свое признание Зол, появившись в спальне Килг уш'Ка.

   – Ты совсем вырос, – с сожалением отозвался Килг и тепло улыбнулся сыну.

   Улыбка Килг уш'Ка была совершенно особенной, она притягивала многих дроу. Мягкая, спокойная, ровная, теплая, совершенно не похожая на клыкастые оскалы сородичей, словно солнце в подземелье, столь же невозможная и обжигающая. Эта улыбка заставляла сердце сжиматься в груди, пропускать удар и словно опомнившись, пускаться вскачь, догонять утраченный ритм.

   – Что же, это мой долг, рассказать тебе все, что требуется для жизни. Ты, конечно, понимаешь что непочтительное отношение к женщине непозволительно, она должна сама позвать тебя в свою постель?

   – Меня не интересуют женщины, – с долей безразличия сообщил Зол.

   – Совсем?

   – Да.

   – Ты еще слишком молод, возможно, позже все изменится, – заметил Килг уш'Ка.

   – Сомневаюсь в этом.

   – Тогда мне стоит тебе рассказать больше о плотских отношениях между мужчинами. Здесь есть свои особенности и сложности. Например, выбор позиции в постели. Если твой любовник старше тебя, то настаивать на главенствующей роли будет грубостью. Подобное предложение старшему может спровоцировать его…

   – Меня устроит подчиненная роль, – нервно перебил отца Зол. – Не обязательно все рассказывать. Я хочу, чтобы ты показал мне все сам.

   Килг уш'Ка застыл с выражением смиренной доброжелательности на лице. Из глаз старшего дроу исчезли все чувства, разом превратив их в два сверкающих, пустых рубина.

   Это был самый страшный момент в жизни Зола, когда решалась его судьба. Отец не обязан был соглашаться, просто юный дроу верил в то, что доброта Килга заставит его склониться к положительному ответу.

   – Я должен спросить тебя, уверен ли ты в своем выборе? – мягко ответил Килг, когда прошло потрясение.

   Он замечал сильную привязанность сына, как и резкую реакцию на любые свои контакты с другими дроу. Вот только о том, что сын уже настолько вырос и сможет заявить о своих правах на него, Килг не задумывался.

   – Полностью, – сдержанно ответил Зол.

   – Что же, тогда и правда проще будет показать тебе все.

   Именно Килг заставил Зола воспринимать происходящее в постели как магию или волшебный сон. Юный дроу и помыслить не мог, что когда-то все может измениться.

   ***

   На этот раз заданием Зол уш'Ка было сопровождать Марал и Улин но'Га на прием в один из Великих домов Насада – ус'Та. Большая честь. Тем более для столь юного воина. Вот только не стоило обманываться – он удостоился этой чести не за какие-то свои заслуги, а потому что дочерям матери дома захотелось вновь поиздеваться над юным дроу. Разлучить с отцом на долгих три дня, в течение которых будет проведена встреча родов, бои между участниками и закрытие приема.

   Приемы были отличной возможностью продемонстрировать силу дома, выведать чужие секреты, наладить контакты. Полезное мероприятие, особенно для тех домов, что не входили в десятку Великих домов подземного города.

   Вот только Золу было плевать на прием, он и без того не делил с отцом постель уже больше недели и сдерживаться становилось все тяжелее, юный дроу с ужасом понял, что начал заглядываться на других мужчин. С позором осознавал, как реагирует на закаленных воинов из свиты сестер но'Га. А тут еще прием, на котором он три дня будет в окружении дроу из всех домов Насада, считай, в окружении врага.

   – Не печалься, Зол уш'Ка, – хлопнул его по плечу старый друг Килга – Алур мо'Чка. – Мы тебя так принарядим, что дроу Великих домов слюной изойдутся.

   Посмеиваясь, Алур говорил еще много всякой ерунды, вроде: «Да на такого красавчика только у мертвого не встанет» и «Совсем парень возмужал, на прием идет». Золу же было уже все безразлично. Он чувствовал себя приговоренным перед казнью. Время без любимого тянулось, как вечность. Собственные тело и чувства начали предавать. Он вымотался, борясь с собой, нападками дроу дома но'Га и бесчисленными поручениями леди дома. Нет, он вовсе не сдался, просто настраивался на решающий бой и потому впал в состояние эмоционального молчания, когда воин ничего не чувствует, послушной марионеткой следуя приказам.

   В отсутствие отца с вопросом обмундирования к приему пришлось обратиться к его другу – Алуру. Конечно, Зол мог сказать о том, что ему нечего одеть леди но'Га, но тогда ему бы пришлось щеголять в цветах рода но'Га, а он, как никак, был уш'Ка и пусть сейчас их род входил в другой дом, Зол не обязан был носить их цвета на приеме такого уровня. Вот только и выглядеть как оборванец он не мог, если леди но'Га сочтут его вид недостаточно презентабельным, ему прикажут переодеться и тогда ненавистного ало-серого ему не избежать, цветов той, с кем он был вынужден делить отца. Судьба у него такая – делить любимого с дочерьми Ллос.

   Руки Алура дергали застежки на кожаном костюме, проверяли крепления наручей, наплечников, набедренников, брони на груди и спине. После тяжелой брони эта одежда казалась невесомой и оттого хотелось проверить свои возможности в ней. Легкий костюм дарил свободу движениям, ощущение всемогущества, почти эйфорию. Черный и темно-синий цвета практически сливались друг с другом. Высокие сапоги были мягкими и бесшумными. Хотелось гордо выпрямиться. Правда не хватало одной детали…

   – Вот теперь готов. Какое зрелище Килг пропускает, полное боевое облачение скрытого воина уш'Ка, – сказал Алур, накидывая на него легкий плащ с глубоким капюшоном и пристежным воротом, за которым можно было скрыть нижнюю часть лица.
   

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →