Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Слоны - единственные животные, которые неспособны прыгать.

Еще   [X]

 0 

Волчий клад (Кузнецова Наталия)

Юный Ромка – настоящий авантюрист. С завидным постоянством он попадает в опасные переделки. Вот и на этот раз он отправился в лес на поиски клада, а вместо этого наткнулся на мужчину без сознания, оказавшегося лесником. А Лешка, сестра Ромки, нашла на поляне… раненую собаку странного серого окраса. Тут еще и полиция всполошилась – на подступах к Медовке выставлены патрули. Что за преступник орудует в поселке? Кому помешали местный лесник и его ручная волчица? Такие события не могли ускользнуть от внимания опытных сыщиков. Общее собрание детективного клуба постановило начать расследование!

Год издания: 2013

Цена: 59.9 руб.



С книгой «Волчий клад» также читают:

Предпросмотр книги «Волчий клад»

Волчий клад

   Юный Ромка – настоящий авантюрист. С завидным постоянством он попадает в опасные переделки. Вот и на этот раз он отправился в лес на поиски клада, а вместо этого наткнулся на мужчину без сознания, оказавшегося лесником. А Лешка, сестра Ромки, нашла на поляне… раненую собаку странного серого окраса. Тут еще и полиция всполошилась – на подступах к Медовке выставлены патрули. Что за преступник орудует в поселке? Кому помешали местный лесник и его ручная волчица? Такие события не могли ускользнуть от внимания опытных сыщиков. Общее собрание детективного клуба постановило начать расследование!
   Ранее повесть выходила под названием «Дело о лесной царице».


Наталия Кузнецова Волчий клад

   © Кузнецова Н., 2013
   © Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2013

   Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

Глава I
Ночь у костра

   – Супер! Хорошо, прям как в сказке. Ну правда, классно здесь, а?! – вдохнув полной грудью волшебный хвойный воздух, с восторгом воскликнула Катька. – Вы только посмотрите, как красиво вокруг!
   Лешка, завороженно глядя на золотисто-красное пламя, молча кивнула, а Ромка выхватил из костра пылающую хворостинку, вытянул губы трубочкой и подул на ее кончик. Хворостинка вспыхнула, как бенгальский огонь, и он торжествующе хмыкнул:
   – Ты, Катька, уж который раз об этом трындишь. Лучше скажи спасибо мне. Если бы не я, этого похода вообще бы не было. И ты бы тут не сидела. А мне еще и уговаривать вас пришлось!
   – Но я и представить не могла, как прикольно у озера ночью. Ну правда – красота? Супер? – оглядывая присутствующих, завертела головой Катька.
   – Согласна. Я давно не испытывала ничего подобного, – охотно откликнулась Маргарита Павловна.
   – Супер-супер, – сверкнул белозубой улыбкой Жан-Жак и подмигнул Катьке.
   Вообще-то Ромка, Лешка, Катька и Артем собирались на Чистое озеро вчетвером, а взрослые присоединились к ним совершенно случайно. И ребята были этому только рады. Они любили бывать в компании Маргариты Павловны и ее мужа-француза – с этими людьми у них давно наладилась самая настоящая дружба. А еще в тот вечер у костра сидели толстый, сиплый и очень добрый отставной майор милиции Петр Иванович Сапожков и его внук лейтенант полиции Алексей. И деда, и пошедшего по его стопам внука друзья тоже относили к своим лучшим взрослым друзьям. К тому же Алексей был напичкан всякими криминальными историями и охотно ими делился, разумеется, теми из них, что не являлись больше служебной тайной.
   Вот и сегодня внук Петра Ивановича не обманул ничьих ожиданий: рассказал много интересного из своих полицейских будней и ответил на кучу разных вопросов. А потом, как это часто бывает, в общем разговоре наступила долгая пауза. Все молча смотрели на рвущийся вверх огонь, и каждый думал о чем-то своем. Пока своими дикими восторгами тишину не нарушила Катька.
   И все разом заговорили, засмеялись, стали наливать себе чай, а Ромка бросил в костер обгоревшую хворостинку, обратил к Катьке раскрасневшееся лицо и таинственным голосом прошептал:
   – Обещаешь?
   Катька на всякий случай отодвинулась и высокомерно сморщила аккуратный короткий носик:
   – А чего обещать-то?
   – Нет, ты сначала скажи, обещаешь?
   – Нет, ты первый скажи, что я должна тебе обещать?
   – Нетушки. Пообещай сначала ты.
   – Ну, не знаю, – нерешительно протянула девчонка.
   Тогда Ромка насупился, сделал вид, что жутко обиделся, и примолк. В Катьке же проснулось жгучее любопытство, и она, заинтригованная, забыв о том, что с Ромкой надо держать ухо востро, потеряла всякую бдительность и торопливо закивала:
   – Ну ладно, ладно, обещаю, говори, что хотел.
   По правде говоря, Катька надеялась, что Ромка спросит: «Обещаешь молчать?» – а потом доверит ей какую-нибудь невообразимо важную тайну. Он же ткнул в нее пальцем и хитренько усмехнулся.
   – Учти, ты пообещала встать завтра утром по первому моему требованию и пойти со мной в лес, сама знаешь зачем.
   – А ну тебя! – Катька надулась и больно пихнула Ромку локтем в бок. А он, довольный быстро достигнутым успехом, отодвинулся подальше от костра и движением подбородка указал на Алексея:
   – Слушай!
   Лейтенант по просьбе деда приступил к очередному рассказу о том, как его отдел целый месяц охотился за опасным убийцей и как им удалось-таки изловить бандита. Когда же Алексей замолчал, Петр Иванович крякнул и с сожалением произнес:
   – Да, если бы все преступления раскрывались так же успешно, «висяков» бы не оставалось.
   – Работать надо лучше, улики грамотно собирать. Преступник всегда следы оставляет, главное – уметь их найти, – наставительно изрек Ромка.
   Алексей потрепал его по плечу и добродушно сказал:
   – Конечно, куда нам до тебя. Ты у нас великий сыщик, от твоего внимания ничто не ускользнет.
   – Вот именно, – с серьезным видом подтвердил Ромка.
   Алексей отошел от костра, и его ироничная улыбка утонула в ночи.
   – Мне завтра утром надо быть в Москве, хочу выспаться, – объявил он.
   Вслед за внуком отправились по палаткам Петр Иванович и Жан-Жак. Два закадычных друга тоже решили прикорнуть пору часиков перед утренней рыбалкой. Посидев еще немного с ребятами, удалилась и Маргарита Павловна.
   Ромка съел печеную картошку, отряхнул от золы руки, поднялся и командирским тоном распорядился:
   – Катька, иди и ты ложись, а то не выспишься, а тебе, между прочим, тоже рано вставать.
   Катька показала Ромке язык и назло ему не сдвинулась с места. Однако скоро она почувствовала себя третьей лишней и ушла.
   Лешка с Артемом остались одни. Они сидели молча, держась за руки, и по-прежнему не сводили с огня глаз. В тишине было слышно, как пыхтит и возится в палатке Ромка и как жикнула молнией своего походного «кокона» Катька.
   А костер стал понемногу затухать. Лешка нашла рядом с собой сухую сосновую веточку, кинула ее в золу, иголки вспыхнули, и ветка мигом сгорела.
   Скоро кончился весь припасенный хворост, палатки скрылись в темноте сосен, месяц куда-то делся, отчего звезды стали крупнее и ярче, а со стороны леса повеяло прохладой – предвестницей уже скорого утра.
   Лешка поежилась, но в палатку идти не хотелось, и Артем вскочил:
   – Я вон там видел сухое дерево. Сейчас принесу.
   – Пойдем вместе.
   Держась за руки, они обошли густые кусты, но сушняка не нашли.
   – Где-то тут она была, эта коряга, я хорошо помню, – озираясь кругом, сказал Артем и пошел по тропинке в глубь леса. Лешка отбежала вправо, заглянула за высокий куст и метрах в трех от себя вдруг заметила мерцающий зеленоватый огонек.
   – Ой, что это? – тихонько спросила она.
   – Не знаю, пойдем посмотрим, – шепотом ответил мальчик.
   Стараясь ступать как можно тише и не трещать ветками, Лешка с Артемом прокрались на маленькую полянку. Артем всмотрелся в таинственный предмет и рассмеялся:
   – Это же светится гнилой пень!
   – Правда? Чудо какое! Я раньше никогда такого не видела. – Лешка присела на корточки над трухлявым пнем, мимо которого не раз пробегала днем, не подозревая даже, в какого сияющего красавца он превращается ночью.
   – Наверное, из-за таких вот лесных чудес люди и напридумывали себе всяких мифов о леших и кикиморах, когда еще не знали о светящихся бактериях, – сказал Артем.
   – Наверное, – согласилась с ним Лешка и вдруг совсем близко услышала громкий крик:
   – Эй! Эгей!
   – Эй! – несмело откликнулась она.
   – Э-ге-гей! – голос прозвучал совсем близко.
   – Эй! – повторила девочка, ожидая, что сейчас раздвинутся кусты и к ним выйдет заплутавший в ночном лесу человек, но вместо того услышала громкий, издевательский хохот, перешедший в отвратительное улюлюканье.
   Лешка непроизвольно ухватилась за руку Артема и оглянулась на холмики палаток. Хорошо, что есть кому прийти им на помощь.
   – Кто это? – в испуге прошептала она.
   – Всего-навсего филин, – улыбнулся Артем. – Страшно, да? Я когда его в первый раз услышал, сам жутко перепугался. А папа мой сказал, что лес без филина – все равно что детство без сказок.
   Ночная птица вскоре замолкла, из-за туч вновь вышел яркий месяц, заставив потускнеть не в меру возгордившийся собой гнилой пень, а они, наконец, увидели сухое дерево и притащили его к костру.
   Вскоре огонь разгорелся снова, стало тепло и хорошо, как прежде. Лешка согрелась и прикрыла глаза. И вдруг сквозь треск горящих сучьев до них долетел далекий протяжный вой. Такие звуки Лешка много раз слышала в кино и потому сразу поняла, что за зверь их издает.
   – Слышишь? Волк! – прошептала она.
   – Странно, – удивился Артем. – Вроде бы в наших краях волки не водятся. Но если это и волк, то не бойся, он сюда не придет.
   Качнув головой, Лешка пожала плечами:
   – Да я и не боюсь, нас здесь много. И потом, я читала «Не кричи: «Волки!» Фарли Моуэта и знаю, что просто так они на людей не нападают.
   – Но откуда здесь мог взяться волк? – Артем встал, отошел от трескучего костра и прислушался, но волчий вой уже прекратился. – Может, нам с тобой показалось?
   – Возможно, – легко согласилась девочка.
   Они сбегали к роднику за водой, наполнили опустевший чайник, попили чаю, а потом усталость и им дала о себе знать. Но расставаться с костром не хотелось, и тогда они вытащили из палатки спальные мешки, забрались в них и остались наедине с огромными яркими звездами.
   – Хочу представить себе необъятное пространство Вселенной, но не могу, как ни стараюсь. Это так невообразимо, непостижимо, даже голова кружится, – тихо сказала Лешка. – Как подумаю, что наша Земля – лишь малая песчинка, затерянная среди других миров, все остальные вещи кажутся такими ничтожными. Если бы люди каждый день смотрели на звезды, то и жизнь была бы другой, тебе так не кажется?
   – Я тоже очень часто об этом думаю, – ответил Артем. – А недавно узнал, что весь знакомый нам вид материи, от атомов до галактик, составляет лишь очень маленькую часть Вселенной, меньше половины процента, а в основном она состоит из неизвестных науке темной энергии – ее больше всего, – темной материи и межгалактического газа. А знаешь, с какой скоростью наша Земля мчится в космическом пространстве? Со второй космической, тридцать километров в секунду, это я еще с пятого класса помню. А еще она мчится вместе с Млечным Путем, и все галактики разбегаются…
   – Теперь понятно, отчего у меня кружится голова, – прошептала Лешка.
   Она нашла на небе ковш Большой Медведицы и стала вспоминать названия других мерцающих в вышине звезд и созвездий. Артем ей помогал, и они шептались до тех пор, пока далекие светила не стали гаснуть, а глаза их не закрылись сами собой.
   Однако не прошло и часа, как из своих палаток выбрались Жан-Жак с Петром Ивановичем. Заядлые рыбаки распалили костер, попили крепкого чаю и, прихватив удочки, отплыли на лодке за камыши, где в эту пору был наилучший клев.
   Потом запели птички, все небо окрасилось розовой зарей, и у костра показался Алексей. Он сделал несколько гимнастических упражнений, нырнул в озеро, оделся, сел в лодку и, помахав рукой Лешке с Артемом, тоже отчалил от берега.
   Спустя какое-то время на свет вышла Маргарита Павловна.
   – Отвыкла спать на земле, не помню, когда это было, – пожаловалась она и принялась готовить завтрак.
   А солнце поднялось еще выше и стало припекать все сильнее. От разгоревшегося костра также сильно несло жаром. Тогда Лешка с Артемом перенесли свои спальники в тенек и уснули снова, надолго и сладко.
   А разбудили их подъехавшие к озеру автомобили и громкие голоса. Лешка приподнялась, поморгала глазами и обрадовалась: к ним на озеро пожаловали студенты-баскетболисты и их подруги. Многих из них Лешка отлично знала.
   Из бордового «Шевроле» выскочил их старый знакомый Олег и подал руку девушке со светлыми, на жгучем солнце выгоревшими до белизны волосами. Девушку звали Аллочкой, одно время она развозила по Медовке почту, заменяла свою заболевшую тетку.
   Вслед за Аллочкой с Олегом появились и другие парочки: Игорь со Светой, Виктор с Леной. Из коричневого «Пассата» выбрался огромный добродушный Вовчик. Не так давно парень пережил сердечную драму – его подруга оказалась вовсе не той, за кого себя выдавала, – и потому Лешка подумала, что баскетболист должен бы появиться один. Однако Вовчик обежал свой «Пассат» спереди и подал руку тоже светловолосой, только очень высокой, под стать ему, девушке.
   Не утерпев, Лешка выбралась из спального мешка и подбежала к Алле:
   – С приездом!
   – Привет, – улыбнулась Аллочка. – И вы тут? А ребята с соревнований вернулись и сразу, как обычно, сюда – праздновать победу.
   – А это кто? – Лешка незаметно указала на высокую девушку.
   – Алина, новая знакомая Вовчика, тоже баскетболистка, – шепотом ответила Алла. – А брат твой где?
   – Все еще дрыхнет, он у нас соня. Сейчас я его разбужу. – Лешка подбежала к большой оранжевой палатке и громко крикнула: – Эй, Ромка, Катька, выходите, увидите, кто приехал!
   Но ей никто не ответил. Лешка заглянула в палатку: и Ромкин спальник, и Катькин «кокон» валялись пустыми.
   – Они ушли в лес, не стали вас будить, – сказала Маргарита Павловна.
   – Ах, ну да, Ромка же собирался искать свой клад и потащил за собой Катьку. Я слышала, они еще вчера об этом договорились, – припомнила Лешка.
   – Что еще за клад?
   – Да тот самый, который он давно ищет и все никак не найдет. Вы разве о нем не знаете?
   – Что-то слышала, но ты мне напомни, – попросила Маргарита Павловна.
   В общих чертах дело обстояло так. Давным-давно, в прошлом веке, еще до Великой Отечественной войны, в Медовке появились правительственные дачи, и одну из них, расположенную на самой окраине поселка, заняли один высокопоставленный чиновник и его молодая жена. Когда началась война, чиновник ездить на дачу перестал, а жена по соображениям безопасности осталась в Медовке. Но в один из тревожных дней осени сорок первого года, когда немцы стояли на подступах к Москве, Марья Антиповна – так звали эту женщину – сама поехала к мужу, оставив дачу на домработницу. И в ту самую ночь неподалеку от Медовки высадился фашистский десант. Немцы ворвались в окраинный дом и мигом его разграбили. К счастью, домработница успела выскочить из окна и спрятаться во дворе. Тут следует сказать, что Марья Антиповна и ее муж были людьми далеко не бедными, если не сказать больше: у них и золото водилось, и драгоценности, и антиквариат, и картины ценные. Кое-что из этого они держали на даче. И все имеющееся на ней добро немцы, опять же по слухам, зарыли в лесу, чтобы откопать их после разгрома советских войск. Но десант был уничтожен, а украденные вещи и драгоценности так и остались лежать в земле. Вот их-то теперь и искал Ромка.
   Вооруженный самодельным металлоискателем, он метр за метром обследовал весь извилистый берег Чистого озера, но так ничего и не нашел. Однако первая неудача отнюдь не остудила пыл кладоискателя. Хорошо поразмыслив, Ромка пришел к выводу, что ценности зарыты не там.
   – Озеро-то с прошлого века обмелело, – глубокомысленно изрек он несколько дней назад. – И, значит, сокровища находятся в глубине леса.
   Именно по этой причине Ромка и организовал этот поход. С трудом дождавшись утра, он ни свет ни заря растолкал Катьку и помчался с ней в лес, чтобы проверить свою догадку.

Глава II
Таинственная рука

   Маргарита Павловна стала все чаще и чаще посматривать на часы, а Лешка без конца хваталась за сотовый телефон, но дозвониться до них так и не смогла: тот участок леса оказался вне зоны действия сети. Она этому не удивилась, ведь даже в центре Москвы порой можно наткнуться на так называемую «мертвую зону».
   Прекрасно зная упрямый характер своего братца, Лешка поначалу не очень-то за него и волновалась. Она не сомневалась в том, что свой дурацкий клад Ромка будет искать до упора. Утешало и то, что в лесу он не один, а с Катькой – уж она-то точно не будет торчать там целый день.
   Но когда Маргарита Павловна в очередной раз взглянула на часы и в глазах ее вспыхнула нешуточная тревога, Лешку вдруг пронзила страшная мысль: а вдруг с Ромкой и Катькой что-то случилось? Что, если они заблудились в лесу? Или на них кто-нибудь напал? Или оба, что всего хуже, провалились в болото?
   Все были наслышаны о том, что в глубине леса за Чистым озером существует самая настоящая трясина. Кошмарная история о том, как в ней много лет тому назад утонул какой-то человек, до сих пор ходит по Медовке, с течением времени обрастая все новыми и новыми леденящими душу подробностями. Одни уверяли, что в болото затянуло грибника, другие – мотоцикл вместе с ездоком, третьи – целую группу туристов из Москвы.
   К счастью, Лешкины страхи оказались безосновательными. Только-только они с Маргаритой Павловной собрались снарядить экспедицию на поиски Ромки с Катькой, задействовав в ней не только Петра Ивановича и Жан-Жака, но и всех прибывших на озеро баскетболистов, как два кладоискателя сами вышли из леса. По их уставшим и недовольным физиономиям, особенно Ромкиной, сразу было понятно, что они не нашли никаких сокровищ.
   – Почему так долго? Разве вы не догадывались, что мы здесь места себе не находим? – упрекнула их Маргарита Павловна.
   – Вы разве волновались? Почему? – удивился Ромка. – Ведь в этом лесу невозможно заблудиться, он небольшой, исхожен вдоль и поперек.
   – Но вы могли угодить в трясину!
   – Не могли, – покачала каштановой головкой Катька. – Никак не могли. Там щит стоит с предупреждением «Осторожно, болото!». Только зря мы вообще ходили. Весь лес обыскать невозможно. Ромка надеялся, что ему интуиция подскажет, где клад лежит, а она у него промолчала.
   Но Ромка не собирался опускать руки.
   – Расчертим лес на квадраты и будем искать по новой, – упрямо заявил он. – А если ты, Катька, откажешься, то я и без тебя обойдусь, но и ты тогда меня больше ни о чем не проси.
   – Ладно, посмотрим, – вздохнула Катька. Ходить с Ромкой в лес ей больше не хотелось, но и ссориться с ним тоже ни к чему: вдруг он и правда больше никуда ее не возьмет, а с ним бывает так прикольно! – Ой, а мы там зверя видели! – вскричала она. – Непонятно какого, черного, он из-под пня, как ненормальный, выскочил и меня по ноге больно задел.
   – То, должно быть, хорек был, – услышал ее Петр Иванович. – Что-то, видно, его спугнуло, хорьки обычно днем спят.
   – Спугнуло? Сорока, должно быть. Она на ветку взлетела, на сухую, ветка и обломилась, – вспомнила Катька и присела к костру, а Маргарита Павловна налила ей и Ромке по огромной миске вкусной ухи.
   Ромка слопал уху мгновенно и попросил еще.
   – Мы там ягоды ели и от них еще больше проголодались, – сказал он, опустошив после второй еще и третью миску. Потом поднялся, похлопал себя по туго набитому животу и побежал к баскетболистам.

   А спустя какое-то время пришло время собираться домой. Ромка хотел было остаться с Аллой и ее спутниками, чтобы продолжить поиски своих сокровищ, да и Лешка с Артемом не отказались бы еще одну ночку посидеть у костра, но Петр Иванович торопился на работу – бывший майор милиции подрабатывал в пристанционном киоске. А Маргарита Павловна сказала, что хорошего понемножку, и раз она обещала Нине Сергеевне за ними присмотреть, то должна привезти их обратно.
   Перед отъездом все сфотографировались на память. Фотографом сначала был Ромка, потом Артем, потом позвали Аллу и, всучив ей фотоаппарат, образовали живописную группу: взрослые присели на бревна, а четверо друзей встали сзади.
   – Мы и в лесу снимались, на той полянке, где на нас зверь выскочил, – сказала Катька, просматривая фотокадры. – Как только приедем в Медовку, сразу распечатаем снимки. Ромка, помнишь, как там было красиво?
   Ромка не ответил. Его занимал только один вопрос: где теперь искать клад?
   – Может, кто-нибудь из вас припомнит, как раньше выглядело это озеро? Вы же в Медовке давно живете, должны знать, каким оно было раньше. Нарисуйте мне его, пожалуйста, – обратился он сразу и к Маргарите Павловне, и к Петру Ивановичу.
   Но никто из них не помнил прежних очертаний Чистого озера. Желая угодить своему юному другу, Петр Иванович подсказал:
   – В Медовке полно старожилов. Попробуй расспросить об этом кого-нибудь из них. Возможно, у них и старая карта местности отыщется.
   – И верно, – обрадовался Ромка, тут же вспомнив, что у него самого есть знакомый старик, который живет на окраине поселка, у леса. У него во дворе еще есть старый колодец с необыкновенно вкусной водой. И родители, и дед с бабкой – в общем, все предки этого старика исстари жили в Медовке, и кому, как не ему, знать все о том, что происходило в ней и ее окрестностях.
   И потому, вернувшись домой, юный кладоискатель сбросил с плеч рюкзак и, даже не переодевшись, помчался к знакомому деду.

   Старик с седыми насупленными бровями увидел Ромку из окошка своего приземистого домика и с приветливой улыбкой вышел ему навстречу. Общительный, как и все старые люди, он радовался любому собеседнику. Напоив Ромку свежей водой из своего колодца, дед усадил гостя в тенек под высокую, с густой кроной яблоню и заглянул в его озабоченное лицо:
   – Вижу, неспроста ты ко мне пришел.
   – Ага, – сознался Ромка. – Я хотел узнать, нет ли у вас старой, еще довоенной карты Чистого озера.
   Дед покачал седой головой:
   – Такой карты у меня нет. У лесника надо спросить, вот у кого. А зачем она тебе понадобилась?
   Ромка помялся, а потом подумал, что раз старик до сих пор не откопал спрятанные немцами ценности, о существовании которых он, конечно же, не мог не знать, то теперь и подавно не побежит за ними в лес и конкуренцию ему не составит. А потому решил не хитрить.
   – Интересно бы узнать, где спрятаны вещи, которые фашисты украли у Марьи Антиповны. Вы слышали эту историю?
   Старик вдруг изменился в лице и уставился на Ромку как на невесть откуда взявшееся привидение, но, помолчав, оживился и быстро заговорил:
   – О Марье Антиповне-то? Конечно, я очень хорошо ее знал. Еще мальчишкой к ней бегал. Она долго о своем богатстве сокрушалась, а потом смирилась. Да и не нужно оно ей было. После смерти мужа жила затворницей, без прислуги даже, а богатство то далеко не последним было, не бедствовала она. Но как же странно-то… – И дед медленно закачал головой, не сводя с мальчишки изумленных глаз.
   – Что ж тут странного? – удивился Ромка.
   – Да вот ты ко мне пришел о ней спрашивать, а до тебя, дня два назад, другой человек приходил и тоже интересовался Марьей Антиповной. Много лет о ней никто не вспоминал, и вдруг сразу двое в один, считай, присест.
   – Какой еще человек?! – вскинулся кладоискатель.
   Старичок сдвинул косматые брови:
   – Погоди, дай минутку, сейчас вспомню. Кажется, назвался он Дмитрием Геннадиевичем. Седой весь, почти как я, но еще не старый, роста среднего, одет прилично. Лицо его мне отчего-то знакомым показалось, хотя, может, и ошибаюсь я.
   – И что ему было надо? Он что, тоже у вас просил карту озера? – заволновался Ромка.
   – Нет, карту он у меня не просил. Этот Дмитрий Геннадиевич хотел знать, как жила Марья Антиповна, не нуждалась ли в чем в последние годы, и еще он расспрашивал меня о ее домработнице: что за человек она была да как к ней относились люди.
   – О какой домработнице? О той, что в доме оставалась в ту ночь, когда здесь высадился немецкий десант?
   – Ну да, о ней. Мать моя с ней когда-то зналась, Агриппиной ее звали, Грунечкой. Но она давным-давно отсюда уехала, говорили, что на Украину подалась, к родне своей. А теперь ее, наверное, тоже в живых нет, сколько уж времени утекло. Не понял я только, зачем этому Дмитрию Геннадиевичу понадобилось старое ворошить.
   «Чтобы клад отыскать», – сразу пришло на ум Ромке, но вслух он этого не высказал, а лишь спросил:
   – А где он живет, этот седой?
   – У Прасковьи Ивановны остановился. Да он обещал еще зайти, тогда уж я у него и выпытаю, откуда он такой взялся.
   Посидев у старика для приличия еще немного, Ромка попросил объяснить ему, как найти хутор, на котором живет лесник, и побежал домой.

   За время Ромкиного отсутствия Лешка, Катька и Артем отпечатали большую стопку снимков и теперь с огромным интересом их разглядывали. Больше всего там было изображений Катьки, потому как она обожала фотографироваться. Катька была во всех видах. На одном снимке она нюхала веточку цветущего шиповника, на другом прижимала к себе огромный белый гриб, на третьем улыбалась с высокого пенька, на четвертом обнималась с березкой…
   Ромка схватил фотографии, полюбовался на себя, а разглядывать Катьку ему скоро надоело, и он бросил стопку на стол. Снимки рассыпались веером, как игральные карты, и вдруг в одном из них что-то привлекло его внимание. Он поднес его к глазам и увидел ужасно испуганное Катькино лицо.
   Лешка отобрала у него фотографию и удивилась:
   – Катюша, что это с тобой?
   – Да это когда на меня черный зверь кинулся и напугал до жути, – объяснила подруга и вырвала у нее снимок: – Здесь я некрасивая, это фото надо порвать.
   Но Ромка вернул фотографию себе.
   – Сто лет ты мне нужна, я вовсе не на тебя смотрел, – сказал он и ткнул пальцем в самый низ снимка: – Вот он, тот хорек. Видите черное пятнышко? Это он от нас убегает. А это… Погодите, это еще не все… Хорек-то, выходит, не просто так проснулся…
   Ромка еще раз всмотрелся в самый край снимка, жутко засуетился, увеличил кадр и предъявил друзьям.
   – Что это?! – Катькино лицо стало еще испуганней, чем на снимке. Потому что сбоку, никем ранее не замеченная, отчетливо отпечаталась человеческая рука, опирающаяся о березовый ствол. А запястье этой руки обхватывали большие черные часы с синим ободком.
   Тогда Ромка еще больше увеличил фрагмент снимка с рукой и часами.
   – Рука-то правая, – заметил он.
   – А большинство людей носят часы на левой руке, – сказала Лешка. – Значит, этот человек – левша?
   – Не обязательно, я сам одно время часы на левой руке носил, – возразил Артем.
   – Но кто это? Почему он не подошел к нам? – хриплым от волнения голосом спросила Катька.
   – Не знаю. – Ромка покачал головой, и его как током стукнуло: – Послушайте, а может, это тот самый седой, который приходил к деду и расспрашивал у него про Марью Антиповну?
   – Что еще за седой? – не понял Артем.
   Ромка передал друзьям свой недавний разговор со старичком и, помолчав немного, убежденно заявил:
   – Конечно, это был он, больше некому.
   – Наверное, он за нами следил, – расширила глаза Катька.
   – Не мели чепуху, – поморщился Артем. – Откуда ему было знать, зачем вы идете в лес? – Он взял у Ромки фотографию, пристально всмотрелся в нее и недоуменно пожал плечами. – Скорее всего, он на вас случайно наткнулся.
   – Думаешь? – Ромка сел, снова вскочил, оперся руками о стол и обвел всех взволнованными глазами: – Тогда он нас подслушивал, мы с Катькой очень громко разговаривали. Иначе зачем ему было от нас прятаться? Вот что! – оторвавшись от стола, он саданул по нему кулаком. – Надо срочно найти этого седого и посмотреть, какие у него часы!
   Но на улице уже стемнело, и поиски седого незнакомца друзья отложили на завтра. А еще Ромка предложил съездить к леснику за старой картой местности. Никто не возражал. Всем вдруг захотелось посмотреть, что представляет собой лесничий хутор.
   Перед сном друзья еще раз просмотрели все фотографии, но ни на одной из них ничего странного и необычного больше не обнаружили.

   А глубокой ночью Ромка разбудил Артема – они жили в одной комнате – и таинственно прошептал:
   – Слушай, мне кажется, этот седой или кто другой там не случайно оказался и вовсе не потому, что за нами следил. Мы ведь с Катькой там только фотографировались, а клад уже не искали, потому что на обед торопились. Что, если на той поляне как раз и зарыты сокровища?
   – Все может быть, – не вдаваясь в смысл Ромкиных слов, пробормотал Артем и повернулся на другой бок.
   Ромка еще долго вздыхал и ворочался, но в конце концов затих и он.

Глава III
Кровь на поляне

   – Надеюсь, посуда разбита к счастью. Садитесь за стол, раз встали, – сказала она и включила чайник. Вскоре на плите зашкворчала яичница и запахло свежесмолотым кофе.
   Со второго этажа сбежал Артем:
   – Как вкусно пахнет!
   – А где еще один гость? – обратилась к племяннику Нина Сергеевна. – Если все еще спит, то пойди разбуди, чтобы мне второй раз не готовить завтрак.
   – А Роман пошел погулять, – ответил Артем.
   – Как это – погулять?! – вскричали все хором.
   – Так. Захотел – и пошел.
   – Он что, не мог сначала поесть? – удивилась Нина Сергеевна.
   – А он поел.
   Тетка Артема заглянула в холодильник:
   – И правда. Почему же я его не видела?
   На это Артем только плечами пожал, а Лешка, улучив момент, когда Нина Сергеевна вышла из кухни, прошептала:
   – Ромка в самом деле гулять пошел?
   – Не совсем. – Артем сморщил лоб, пытаясь вспомнить Ромкины слова. – Он мне сказал… Сказал, что ему надо кое-что проверить, и больше ничего. Быстро собрался и исчез, я не успел его ни о чем спросить.
   – И во сколько это было?
   Артем взглянул на часы и присвистнул.
   – Елки-палки, уже больше трех часов прошло. Сейчас девять, а он ушел – шести не было, вот тетя Нина его и не видела.
   – Так рано? Ромка редко чуть свет встает, только когда за своим кладом ходит. Где же он бродит до сих пор? А телефон он с собой взял? Проверь.
   Артем сбегал наверх, и, вернувшись, кивнул:
   – Взял. И сумки его тоже нет, с лопаткой и металлоискателем.
   Но дозвониться до Ромки они не смогли: его мобильник не отвечал. Лешка в недоумении пожимала плечами:
   – Мы же с ним договаривались, что сегодня, прямо с утра, будем искать человека с часами. Может, он один к нему пошел? Но тогда почему с ним нет связи? Или он к леснику отправился? Опять же, почему без нас? Мы ведь и на лесничий хутор все вместе собирались.
   – Погоди, он говорил, что туда удобнее на велике добираться, а не на лодке, хутор к дороге ближе, чем к озеру. Сейчас я проверю. – Наскоро выпив кофе и оставив недоеденной яичницу, Артем выскочил во двор и заглянул в сарай.
   Велосипед стоял на месте.
   – Значит, к леснику он не поехал, – выйдя за ним, раздумчиво сказала Лешка.
   – Мне кажется, я догадываюсь, куда он подался, – вздохнул Артем. – На ту самую поляну, где они с Катькой вчера фотографировались и где за ними кто-то следил.
   – Зачем?
   – Проверить, нет ли там клада. Должно быть, убедил себя в том, что найдет его под кустом. Он мне ночью твердил что-то подобное, а я спросонья не понял.
   – Ясно, – удрученно кивнула Лешка. – Совсем рехнулся на своих кладах. Будем его ждать или поищем? Он давно должен был дать о себе знать, найти способ позвонить. Не может же он не понимать, что мы будем за него волноваться? Лично я уже волнуюсь. Вдруг этот человек с часами какой-нибудь преступник или маньяк?
   – Ну что, выяснили, куда делся Ромка? – выбежав во двор, спросила Катька.
   – Думаем, не пошел ли он на ту вашу поляну, – ответил Артем. – Ты сумеешь найти к ней дорогу?
   – Конечно, это легко, – закивала девчонка.
   Друзья взяли с собой Лешкиного Дика и побежали к реке.
   Собираясь позавчера на озеро, Ромка развопился, что этот неуклюжий бегемот – а Дик был огромной кавказской овчаркой – только будет мешать им грести, и заставил сестру оставить собаку дома. Но сейчас без Дика им было не обойтись. Хотя пес ходить по следу не умел (кавказцы – собаки пастушьи, а не служебно-разыскные), зато он любил играть в прятки и неизвестно как всегда находил Ромку, где бы тот от него ни спрятался.

   На Чистое озеро вели два пути: водный – Медовка стояла на малой речке, а та узкой протокой соединялась с озером – и наземный. В начале лета друзья ездили на озеро на велосипедах, а потом выяснили, что водный путь значительно короче, и стали пользоваться только им. Чаще всего они брали лодку у Петра Ивановича и потому первым делом решили проверить, на месте она или нет.
   Двухвесельная посудина отставного майора колыхалась у маленького деревянного причала, принадлежащего его приятелю Еремеичу, маленькому добродушному старичку. А вот лодка самого Еремеича на причале отсутствовала.
   Ребята побежали к старичку – его дом находился недалеко от реки, – и в ответ на Лешкин вопрос, куда подевалась его лодка, Еремеич ответил, что ее взял Ромка.
   – Прибежал ко мне чуть свет и сказал, что ему очень нужно сплавать в одно место, – пояснил он.
   – А когда он обещал вам ее вернуть? – спросил Артем.
   – Скоро. Сказал, что берет ее ненадолго.
   – Ненадолго? – похолодела Лешка.
   Тут и Еремеич обеспокоился:
   – Я думал, вы с ним, не проследил. Он что, один уплыл?
   – Да вы не беспокойтесь, он на Чистом озере загорает и нас там ждет. Мы сами виноваты, все на свете проспали, – успокоил его Артем и попросил: – Мы возьмем лодку Петра Ивановича, ладно? Он нам всегда разрешает ее брать.
   Еремеич не возражал. Он вынес им весла, помог отомкнуть цепь, которой крепилась к причалу собственность Петра Ивановича, трое друзей и собака сели в лодку и спустя короткое время – Артем греб так быстро, как только мог, – подплыли к протоке. И еще минут через пятнадцать пристали к знакомому берегу.
   Первым на сушу выпрыгнул Дик, за ним – его хозяйка. Лешка побежала вдоль озера и сразу нашла вытянутую на прибрежный песок лодку Еремеича и неподалеку от нее – еще одну, с крест-накрест сложенными веслами. На дне второй неизвестно чьей посудины сиротливо валялось небольшое удилище.
   Из этого следовало, что все их предположения оказались верны: Ромка отправился искать свой клад и не удосужился их об этом предупредить. И лодку Еремеича в камышах не спрятал. Впрочем, за ее сохранность он мог не волноваться, так как Аллочка и ее спутники все еще оставались на озере. Берег по-прежнему украшали разноцветные палатки, чуть дальше стояли автомобили, а от костра пахло дымом и вкусным варевом.
   Друзья подтянули свою лодку к двум остальным, до кучи, и побежали к костру.
   – Всем привет! – еще издали крикнула Катька.
   – Вы Ромку не видели? – подбежав ближе, спросила Лешка.
   – Нет, – ответила Алла и погладила Дика.
   – А почему? Вон там, – Лешка указала на «флотилию», – его лодка. Он сюда на ней приплыл.
   – Наверное, не захотел нас будить. Когда мы проснулись, эта лодка уже здесь стояла, и другая тоже, – пояснила девушка и встревожилась: – А в чем дело? Он что, опять пошел в лес и пропал? Так давайте его вместе искать, сейчас я ребят позову.
   – Не надо пока никого звать, – покачал головой Артем. – У нас есть кое-какие наметки, мы сначала сами в одно место сбегаем, а если его там нет, тогда уж всех вас призовем на помощь.
   – Надеюсь, этого не случится. Ну, Ромка, ну я ему покажу! – воскликнула Лешка. Гнев и досада на брата перемежались у нее с лихорадочным волнением, и она подтолкнула подругу: – Веди нас на ту поляну с шиповником и березой и что там еще на ней было?
   – Пень, из-под которого хорек выскочил. Примет, как видите, много, я ее легко найду, – заявила Катька и уверенно зашагала по узкой дорожке в лес.
   Сначала она шла бодро и целеустремленно, непринужденно болтая, на каждом шагу подпрыгивала, нюхала попадающиеся по пути цветочки и срывала ягоды. Но спустя какое-то время Катька притихла, цветы замечать перестала, пошла медленнее, сосредоточенно озираясь по сторонам. И только когда они вышли на небольшую светлую полянку, облегченно вздохнула:
   – Уф! Боялась, что не найду! Вот он, этот куст. А вон дерево. А… – Катька растерянно оглянулась. – А куда ж делся пень?
   – Значит, это не та полянка, – стараясь сохранять спокойствие, сказал Артем.
   – Значит, не та, – кивнула Катька. – Я ошиблась. Сейчас найду ту.
   Петляя и кружа по лесу, они прошли еще с полкилометра. Периодически Катька отбегала то вправо, то влево и громко восклицала: «Идите сюда! Я ее нашла», – а потом снова жалобно стонала: «Нет, опять не та!»
   Дик тоже носился взад и вперед. Пес очень хотел угодить своей хозяйке и найти Рому, но и его старания были тщетны.
   – Вот похожая! – в который раз крикнула Катька, но, подождав Артема с Лешкой, виновато вздохнула: – Ой, ну я же не знала, что нам снова придется сюда идти, и не запоминала дорогу. Знаете что? Вы постойте тут, а я еще вон там проверю.
   Она понеслась по светлой мягкой, невероятно густой траве, и вдруг левая нога ее куда-то провалилась. Катька ухватилась за ветку, подтянулась, оступилась, и вторая ее ступня тоже ушла по щиколотку в скрытую травой обманчивую трясину.
   – Помогите! – испуганно закричала она.
   Лешка с Артемом кинулись на ее голос. Когда они подбежали к болоту, Катька уже увязла по колени.
   – Стой и не шевелись! – крикнул Артем и протянул ей толстую ветку с торчащими сучьями. Катька за них уцепилась, и Артем с Лешкой еле-еле вытянули ее на сухое место.
   – Ты что, не видела, что здесь трясина? – чувствуя, что терпение его скоро лопнет, спросил Артем.
   – Откуда же я могла о ней знать? – заныла Катька. – Там, где болото, был щит. Или это другое, еще одно болото? Около того росло высокое дерево, с развилкой посередке, я его хорошо запомнила. Так вон оно, то дерево! – Указав на огромную раскидистую иву, она завертела головой. – А где же щит?
   Артем подошел к иве и заметил неподалеку от нее взрыхленную землю. По всей видимости, на этом месте действительно совсем недавно был врыт какой-то столбик, но его кто-то выдернул.
   – В любом случае надо быть осторожней, – строго сказал он.
   А Катька вылила из кроссовок болотную жижу, обмыла ноги в небольшой лужице и в который раз уверенно заявила:
   – Зато теперь я знаю, куда идти. От этой ивы та поляна недалеко, это я хорошо помню.
   Но не успели трое друзей сделать и пары шагов, как за деревьями громко залаял Дик.
   – Может, Ромка там?! – воскликнула Лешка.
   Не разбирая дороги, они поспешила на собачий лай. А когда выбежали на узкую тропинку, то увидели никакого не Ромку. Перед ними стоял высокий, темноволосый парень с впалыми, давно не бритыми щеками, застывший в позе «замри». За его спиной висел огромный темно-зеленый рюкзак.
   Лешка ухватила рычащего Дика за ошейник:
   – Не бойтесь, он не укусит.
   Незнакомец с опаской взглянул на огромного лохматого пса:
   – Ты все же его придержи.
   К парню подбежала Катька:
   – Вы случайно не видели здесь мальчика? Он вот такой, – она руками обрисовала овал, что, в ее понимании, означало Ромкину фигуру. – В общем, он не то чтобы толстый, но и не худой. Темненький такой и не очень высокий.
   – Нет, не видел, – покачал головой парень. – Он что, заблудился?
   – Это мы заблудились, никак не можем попасть туда, куда надо, – сказала Лешка и с недовольством покосилась на Катьку.
   – Этот лес – не тайга, не пропадете, – усмехнулся незнакомец.
   Прислушавшись, Лешка услышала далекий гул автомобиля. «Да отсюда до дороги рукой подать», – подумала она и слегка успокоилась. Может быть, пока они с Катькой петляли по лесу, Ромка давно вернулся к озеру и теперь, в свою очередь, разыскивает их?
   А парень дернул плечом, поправил громоздкую ношу и размашистым шагом ушел от них по узкой тропинке.
   – На озеро спешит, – поглядев ему вслед, сказал Артем.
   – С чего ты взял? – удивилась Катька.
   – А если к дороге, то пошел бы сюда. Вот видишь? – мальчик указал на еле заметную, заросшую травой колею. Он, как и Лешка, тоже слышал далекий автомобильный гул и тоже сразу понял, где они находятся. В отличие от Катьки – она недавно приехала к ним из Воронежа – Артем неплохо знал здешние места.
   И снова они принялись искать полянку с пнем, березой и кустом шиповника.
   Новые поиски продолжались минут десять, как вдруг Катька остановилась и уставилась на большой пень, торчащий из-под зеленых кустов.
   – Боюсь утверждать, но вроде бы тот противный хорек выбежал отсюда, – прошептала она. А когда заглянула за кусты, голос ее зазвучал еще уверенней: – Идите сюда. Это та самая поляна. Вот она, та береза, а вон там – куст шиповника.
   Продравшись сквозь густые заросли, Катька первая выскочила на полянку и громко ахнула. Лешка с Артемом подбежали к ней и тоже еле сдержали крик. Все трое увидели сверкающий белыми щербинами ствол небольшой осинки, а под ней – огромную лужу крови. От лужи в глубь леса тянулась цепочка кровавых следов, и траву вдоль них, словно ягоды, усеяли крупные алые зловещие капли.
   От объявшего ее ужаса Лешка побледнела и покачнулась. Дик завизжал, уткнулся носом в следы и пропал за деревьями. Не помня как, Лешка тоже пробежала несколько метров да так и замерла.
   На небольшой прогалине, откинув назад лобастую, с закрытыми глазами голову, лежала огромная серая собака. Вокруг нее, бешено мельтеша хвостом, как угорелый носился Дик.
   – Не Ромка! – коротко выдохнула Лешка. – Господи, как я боялась, что это он! А это собака. Вся в крови. Как думаете, она жива?
   Девочка кинулась к безжизненно лежащему животному, склонилась над ним, но Артем вдруг резко дернул ее за руку:
   – Стой! Это не собака. Это волк! Волчица!
   – Волчица? – опешила Лешка.
   Катька заглянула через плечо подруги:
   – Конечно, волчица. Видишь, серая какая. Недаром мне вчера ночью волки снились.
   – А мы слышали волчий вой, – вспомнил Артем. – Скорее всего, это она и выла.
   – Наверное, она на кого-то напала, и ее убили, – предположила Катька.
   А вдали снова послышался автомобильный гул.
   – Зачем ей подходить к дороге и нападать на людей, когда в лесу полно кабанов? – Лешка присела перед волчицей на корточки и дотронулась до черного кожаного носа. – Горячий совсем. Ей, наверное, очень плохо.
   На веко зверя села огромная зеленая муха. Волчица моргнула, приоткрыла янтарный глаз, снова его закрыла, и в уголке его появилась влага.
   – Она плачет, – прошептала Лешка, и ей стало ужасно жалко раненого зверя. Так жалко, что она чуть сама не заплакала. Она приподняла голову и с мольбой сказала: – Мы же не оставим ее здесь умирать, а?
   Ее Дик, все так же виляя хвостом, лизнул окровавленный волчий бок.
   – Но что мы можем поделать? А вдруг она нас укусит?! – воскликнула Катька.
   – Не укусит, она просит о помощи!
   – Но разве мы сможем дотащить ее до дома? Она же тяжелая!
   – И Ромку надо искать, – горько вздохнула Лешка.
   – А мы вот что сделаем. Вы побудете с Диком здесь, а я смотаюсь к озеру и спрошу у ребят, не видели ли они Ромку, и попробую ему оттуда позвонить, – сказал Артем. – И если с ним все в порядке, то, – он посмотрел на склонившуюся к зверю Лешку и вздохнул, – займемся волчицей. Можно, опять же, попросить баскетболистов отвезти ее к нам в поселок.
   Артем уже сделал по тропинке несколько шагов в сторону озера, как Лешка, порывисто вскочив, его остановила.
   – Нет, тебя одного мы никуда не отпустим. Уж лучше ты побудь здесь с Катькой, а я с Диком сбегаю на озеро. С ним я не заблужусь, и всем нам так будет спокойней.

Глава IV
Исчезнувший клад

   Дорога стала шире, и она поняла, что путь выбран правильно. Вскоре показались знакомые места, вдали мелькнула светлая полоска воды. Девочка прибавила шаг, и тут же свернула с дороги: мимо нее пронеслись сразу несколько автомобилей. Лешка узнала бордовый «Шевроле» Олега и коричневый «Пассат» Вовчика.
   «Вот ведь не повезло, – подумала она. – Уехали в самый неподходящий момент, когда они мне так нужны».
   Лешка вбежала на небольшую горку, откуда хорошо был виден озерный берег. Все три лодки по-прежнему упирались носами в прибрежный песок. Рядом с ними сидел тот самый высокий парень, которого они только что встретили в лесу.
   Она вытащила из маленького рюкзачка телефон и попробовала вызвать Ромку. Но бесстрастный женский голос снова сообщил, что «телефон отключен или находится вне зоны действия сети».
   Вконец обессилев, Лешка села прямо на песок, потерла руками виски, а потом набрала дачный номер. Просто так, ни на что уже не надеясь.
   – Нина Сергеевна, а Ромка не приходил? – с преогромным трудом ей удалось придать своему голосу беспечность.
   – Нет, но звонил, – ответила Нина Сергеевна. – Просил вам передать, что у него полный порядок.
   Лешка не поверила своим ушам:
   – Правда? А когда это было? Давно?
   – Недавно. Минут двадцать или полчаса назад.
   – А он сказал, когда придет?
   – Ничего он мне не сказал. И голос у него был какой-то странный, будто что-то стряслось. Где вы, почему не вместе? Что у вас за дела такие? – с подозрением спросила Нина Сергеевна.
   – Никаких дел у нас нет, просто мы с ним разминулись, – радостно ответила Лешка. Значит, Ромка и впрямь заблудился в лесу, и теперь из него благополучно выбрался. Интересно только, куда он снова делся? Может, у него телефон разрядился и он воспользовался чужим? Или и впрямь свой клад отыскал, оттого и голос его Нине Сергеевне показался странным? Во всяком случае он жив и здоров, и это самое главное.
   Лешка спрятала телефон и вскочила. Она почувствовала себя так легко, будто у нее выросли крылья. Теперь все ее мысли переключились на раненого зверя. Хорошо бы отвезти волчицу к ветеринару, но как это сделать? Как жалко, что баскетболистов здесь больше нет.
   Однако, оглядевшись, Лешка с удивлением заметила за деревьями все те же разноцветные палатки и вьющийся над ними тонкий дымок. Значит, с озера уехали не все студенты. Лешка подбежала к костру. Алла и две девушки, одна из которых была новой подругой Вовчика, готовили обед.
   – Привет еще раз. А куда подевались ваши ребята?
   – На тренировку поехали, вернутся часа через три-четыре, – ответила Алла и в свою очередь спросила: – Ну что, Ромка нашелся?
   Лешка кивнула:
   – Можно сказать, что да, хотя мы его так и не видели. Он домой позвонил и сказал, что с ним все в порядке.
   Так как ни одного автомобиля у озера не осталось, то девушки ей не могли ничем помочь, и Лешка, чтобы не терять времени даром, не стала рассказывать им о раненой волчице, а стала думать, кому бы ей позвонить, кто откликнется на ее не совсем обычную просьбу. Она вспомнила о знакомом голубеводе по фамилии Березкин, таком же любителе животных, как и она сама. Михаил Васильевич как-то раз отвозил в Москву к ветеринару ее Дика, может, отвезет теперь и волчицу?
   Однако Березкина в Медовке не оказалось. Лешка перебрала в памяти всех своих старших друзей и остановилась на Жан-Жаке – он-то точно должен быть дома. Только вот автомобиль у него совсем новенький, захочет ли он пачкать его сиденья, класть на них грязного, окровавленного лесного зверя?
   Но иного выхода не было. Лешка позвонила французу и сбивчиво рассказала ему о том, как они бродили по лесу, нашли кем-то подстреленную волчицу и теперь не могут бросить ее на произвол судьбы.
   Высказав все это, Лешка замолчала, со страхом ожидая, что Жан-Жак начнет ей возражать, возмутится, скажет, зачем им дикий, никому не нужный зверь или что-то вроде этого. Но муж Маргариты Павловны ничего такого не сказал, а быстро и деловито спросил:
   – Куда нужно подъехать?
   – Мы вынесем ее на дорогу, которая идет вдоль леса, за Чистым озером, и будем вас на ней поджидать.
   – Хорошо, – лаконично ответил Жан-Жак.
   Подпрыгивая от радости, Лешка снова подбежала к Алле и выпросила у нее старое одеяло. Затем подобрала у костра пустую двухлитровую бутылку, наполнила ее родниковой водой, окликнула Дика и помчалась с ним назад в лес.
   Артем с Катькой сидели на траве возле раненой волчицы, и Катька веткой отгоняла от нее мух. Волчица чуть слышно, как человек, вздыхала. Наверное, ей было очень больно.
   – Ромка звонил Нине Сергеевне, сказал, что с ним все в порядке, – оповестила друзей Лешка. – А Жан-Жак будет ждать нас на дороге.
   Она покапала на нос волчицы водой из бутылки, и та слизала ее языком. Затем они расстелили на траве одеяло, перекатили на него зверя и подняли импровизированные носилки за четыре края. Артем держал одеяло с одной стороны, Катька с Лешкой – с другой. Волчица оказалась тяжелой, тянула килограммов на пятьдесят, никак не меньше.
   Но не успели друзья пройти к дороге и нескольких шагов, как сбоку, на той самой полянке, с березкой, шиповником, пнем и лужей крови, послышался треск кустов, громкий топот ног и чье-то хриплое дыхание. Громко залаяв, Дик бросился туда.
   Катька замерла, чуть не выронив одеяло.
   – Кто там?
   – Давайте посмотрим, – сказал Артем.
   Все трое опустили зверя на землю, тихо прокрались к поляне и осторожно выглянули из-за березы.
   Около куста шиповника стоял… Ромка.
   Услышав шорох, он испуганно оглянулся, и голоса четверых друзей слились в единый хор.
   – Вы?!
   – Ты?!
   – Как вы здесь оказались?! – с удивлением вскричал Ромка.
   – А ты? – подбежала к нему Катька.
   – Я-то сюда специально шел.
   – А где до этого был? Мы всюду тебя искали!
   – И до этого тоже был здесь. Я клад нашел. Я его услышал. И человека тоже услышал. Хотел выкопать клад – не успел. Он раненый был, пришлось полицию вызывать.
   – Кто раненый? Клад? Кого ты услышал? Что ты несешь? – толкнула его Катька.
   – Да нет, не клад раненый, а человек раненый, я же ясно сказал. Он там лежал, а клад – тут. – Ромка сначала указал влево, потом – на куст.
   – Слушай, давай снова и по порядку, – потребовал Артем.
   – Да я и так по порядку. Я еще вчера вечером подумал, что не зря на нас с Катькой кто-то пялился, а ночью и вовсе испугался, что он раньше меня клад отроет. Потому встал рано утром – и сюда. Прибежал, начал искать на этом вот месте и, представьте себе, сразу нашел! Моя интуиция меня не подвела! То есть я его не нашел, а услышал. Мой металлоискатель так растрещался и распищался, что я чуть не оглох. Значит, мне не какой-нибудь медный пятак попался, а золото в огромном количестве. Ну, я лопатку взял и не успел копнуть, как услышал стон. Вон там. – Ромка снова указал влево. – Побежал туда, а там человек лежит, весь в крови и без сознания.
   – Что за человек? Какой человек?! – воскликнула Лешка.
   – Понятия не имею. Я на дорогу выбежал – в лес же сигнал не проходит, – полицейских по телефону вызвал, дождался их там, сюда привел, они все здесь осмотрели и раненого с собой унесли. Я их до дороги проводил и назад вернулся. За кладом своим. Вот и все.
   Говоря все это, Ромка без дела не стоял. Он вынул из сумки лопатку, присел у куста и без особых усилий снял темно-зеленый бархат мха. Вернее, что машинально отметила Лешка, мох отвалился сам.
   Ромка тоже обратил на это внимание.
   – Странно. Похоже, кто-то тут уже рылся, – пробормотал он и принялся быстро-быстро копать землю. Копал-копал, вырыл глубокую яму, но ничего в ней не нашел. Вытащил из сумки свой металлоискатель, надел наушники, сунул в глубь ямы медный щуп и резко побледнел:
   – Не звенит! Украли! Пока меня здесь не было, мой клад увели!
   Все это время Лешка была как на иголках.
   – Слушай, нам некогда, скоро Жан-Жак к дороге подъедет, – не выдержав, с раздражением сказала она. – Тут такие события, а ты носишься со своим кладом, как дурень с писаной торбой.
   Но Ромка, неуемно страдая, пропустил ее слова мимо ушей.
   – Как же это так? Какой еще Жан-Жак? Постойте! А как же клад? Куда же он делся-то? Кто же его выкопал, скажите? Прямо у меня из-под носа! Эй! – оглядел он шиповник. – А это не вы поломали?
   Часть цветущих веток высокого куста была не просто сломана, а вдавлена в середину куста, будто на него бросали что-то тяжелое.
   – Не мы, – ответил Артем.
   – И не я. Значит, это сделал ворюга моего клада.
   Ромка оглядел куст со всех сторон, обежал полянку, исчез за пнем и вернулся, держа двумя пальцами скомканную бумажную салфетку. Из своей необъятной сумки он вынул прозрачный пластиковый пакетик, положил в него находку, аккуратно свернул и спрятал обратно.
   – Это улика, и по ней я найду того, кто украл мой клад.
   – Ты уверен, что эту салфетку оставил именно он? – фыркнула Катька. – Мало ли в лесу мусора.
   – Мусора, к несчастью, тут хватает. Но салфетка эта, заметь, свежая, совсем белая, не пожелтела и не испачкалась. Так куда вы так торопитесь-то? – опомнился Ромка.
   – Ты все время сам трындишь и трындишь, а нам слова не даешь сказать и ничего не слышишь! – вскричала Лешка. – Мы волчицу нашли раненую.
   Брат ничуть не удивился.
   – Раненую? – переспросил он. – А я думал, что она убитая. И полицейские так же решили, а потому к ней не подошли, спешили так как. Один еще сказал, что если б на ней не было столько крови, то взял бы ее себе на шкуру.
   – А если бы его самого пустили на шкуру, как бы он к этому отнесся? – сквозь зубы процедила Лешка и побежала к тому месту, где они оставили зверя.
   Ромка подскочил к лежащей на одеяле волчице, наклонился и прислушался:
   – И правда дышит. Кто ж ее подстрелил-то? Наверное, тот же самый бандит, который стрелял в того человека. Лешк, а ты не боишься, что она очнется и тебя цапнет? Ногу там тебе отхватит или руку?
   – Ничего я не боюсь, – дернулась сестра.
   Но Ромка не отставал:
   – Темка, а ты подумал, что скажет твоя тетка?
   Артем пожал плечами, давая понять, что если Лешка, известная защитница природы, вздумает спасать нильского крокодила, пятиметрового гиппопотама или горную гориллу, то все равно ее никто от этого не отговорит.
   – Помоги лучше нести, – только и сказал он.
   Вчетвером они быстро дотащили зверя до дороги. Лешка торопилась больше всех, опасаясь, что Жан-Жак не дождется их и уедет. На дороге его не оказалось, и она заволновалась еще больше.
   Присев у обочины, Лешка то и дело смотрела на часы и вглядывалась в даль, а когда ее терпение иссякло, вытащила из рюкзачка телефон, чтобы позвонить французу. И тут на дороге появился ярко-красный «Рено».
   – Я бы и раньше приехал, но полиция задержала, – сказал Жан-Жак, выходя из автомобиля и разглядывая лежащую на одеяле волчицу. – Они все машины зачем-то перетряхивают, хотят перехватить какого-то угонщика.
   Затем француз открыл задние дверцы своего новенького «Рено». Сиденья он предусмотрительно застелил прозрачной пленкой, и Лешка со спокойной совестью с помощью ребят уложила на них своего зверя.
   В Москву с ней поехал Артем, а Ромка с Катькой и Диком отправились обратно к озеру. Им предстояло переправить в Медовку чужие лодки, обустроить в сарае угол для волчицы, и, что самое главное, подготовить Нину Сергеевну к встрече с лесной гостьей.

Глава V
Новая постоялица

   – А ты когда туда шел, видел щит «Осторожно, болото?», – спросила Катька, вспомнив об ужасе, который она испытала, увязнув в коварной трясине.
   – Вроде видел, – подумав, ответил Ромка.
   – А теперь он там не стоит. Его кто-то украл.
   – Странно. Надо будет об этом леснику сказать, наверное, он за такие щиты отвечает. Мы к нему съездим на хутор, как собирались, хотя старая карта озера мне уже не нужна, раз клад мой украли.
   И он так горестно вздохнул, что Катьке стало его очень жалко.

   На берегу озера, около лодок, в одиночестве сидел все тот же небритый молодой человек и курил, наблюдая за снующими у костра девушками. Рядом с ним стоял его огромный рюкзак. Несмотря на жару, парень почему-то оставался одетым.
   Увидев Дика, молодой человек снова замер, как и при первой с ним встрече, но пес не обратил на него никакого внимания, а пробежал мимо и бухнулся в воду – он обожал купаться. Парень расслабился и кивнул Катьке как старой знакомой:
   – Что, одного друга нашла, а других потеряла?
   – Никого я не теряла, просто мы разделились, – ответила Катька.
   – Эй, кто это? Где ты его видела? – прошептал Ромка.
   – В лесу, около той самой нашей поляны.
   – Да?!
   Сузив глаза, Ромка взглянул на свои часы, потряс рукой и пробормотал:
   – Ну вот, кажется, опять стоят. – Потом посмотрел на Катькино запястье, покачал головой. – И у тебя тоже, – и обратился к парню: – Не подскажешь, который час?
   Тот слегка приподнял левую руку:
   – Половина третьего.
   Часы у парня были самыми обыкновенными, блестящими, без синего ободка. То есть совсем не такими, как на том снимке.
   Тогда Ромка перевел глаза на огромный рюкзак и шепнул Катьке:
   – Отвлеки его, быстро!
   Катька зашла в воду, схватилась за корму лодки и громко запыхтела, сделав вид, что не может стянуть ее в воду.
   – Ой, что же делать? – как бы про себя, но достаточно громко пробормотала она.
   – Тебе не помочь? – сразу же предложил незнакомец.
   – Помочь, помочь, – закивала Катька.
   Парень отбросил в сторону сигарету, подошел к лодке и, взявшись за нос, легко столкнул ее с песка.
   – Ой, погодите, – закапризничала Катька. – Помогите мне теперь отсюда выбраться.
   Она протянула парню руку, но заскользила ногами по дну и, подняв целый фонтан брызг, плюхнулась в воду. Молодой человек попытался ее поднять, но она утянула его за собой. Из озера они выбрались только тогда, когда Ромка успел прощупать огромный рюкзак парня, заглянуть внутрь и даже поводить по нему щупом своего металлоискателя.
   Проделав все это, он подбежал к мокрому хозяину рюкзака.
   – Скажи, пожалуйста, а ты в лесу никого, кроме них, – кивком подбородка Ромка указал на Катьку, – не видел?
   Парень снял с себя футболку, выжал ее и подставил солнцу белую грудь. Лето было в самом разгаре, а он почему-то ничуть не загорел.
   – Ну так что? Видел или нет? – в нетерпении переспросил Ромка.
   – Видел, – спустя какое-то время ответил молодой человек. – Я там наткнулся на одного мужика.
   – А какой он из себя?
   – Седой, кажется, но не старый. Средних лет.
   Ромка чуть не сел, где стоял. Этот парень, сам того не зная, подтвердил все его подозрения относительно седого незнакомца.
   Чтобы не выдать разбушевавшихся в нем эмоций, он прокашлялся и только потом задал следующий вопрос:
   – А где ты его встретил, в каком месте?
   – Не помню, где-то у болота.
   Ромке все с бо́льшим трудом удавалось скрывать волнение:
   – А о чем вы с ним говорили?
   – Ни о чем не говорили, он куда-то спешил.
   – Так… – Ромка провел руками по волосам, почесал в затылке. – А щит ты там видел?
   – Щит? – Парень поднял брови. – Какой еще щит?
   – Который о болоте предупреждает, – пояснила Катька.
   Молодой человек сдвинул брови и кивнул:
   – А, ну да, кажется, был там какой-то щит.
   – А в руках у этого седого что-нибудь было? Сумка какая-нибудь или там рюкзак, не помнишь? – не отставал Ромка.
   – Было что-то, но не помню что. Слушай, друг, если бы я знал, что потом встречу тебя, я бы разглядел этого мужика получше. Объясните, зачем он вам нужен? Что случилось-то? – с огромным любопытством парень оглядел двух друзей.
   – Ничего… То есть там… Ну, в общем, я там человека нашел раненого, – подумав, что никто не призывал его к молчанию, ответил Ромка. – Хотелось бы знать, кто в него стрелял.
   – На то полиция есть.
   – Полиция полицией, а мы тоже кое на что способны, – самодовольно возвестил юный детектив и не удержался, чтобы не похвастаться: – У нас уже и улики кое-какие имеются, между прочим.
   – Улики? – заинтересовался владелец рюкзака. – И что же там у тебя за улики такие?
   – Да так, всякие, – туманно ответил Ромка. Не показывать же парню одну-единственную найденную в кустах салфетку? И он поспешил перевести разговор на другую тему, указав на лодку с удочкой. – Это твоя?
   – Моя. То есть я ее напрокат взял.
   – А этот седой дядька на чем сюда приехал, как думаешь?
   – Понятия не имею, – ответил парень и, достав из кармана брюк белую бумажную салфетку, вытер ею потный лоб.
   Ромка вытаращил глаза. Салфетка была точно такой, какая лежала в его сумке. Заметив его удивление, молодой человек пояснил:
   – Жарко. Пот глаза заливает.
   – А вы в Медовке живете? Что-то мы вас там никогда не видели, – с подозрением спросила Катька.
   – Не живу, а отдыхаю, я недавно приехал.
   – Понятно, – кивнула она, не сводя настороженных глаз с небритого лица. – А что вы сами-то в лесу делали?
   – Вы и впрямь как следователи, – усмехнулся парень. – Но у меня секретов нет. В лесу я гулял, травы лекарственные собирал и ягоды. Малина уже пошла. Бруснику, как ни странно, нашел.
   Разговаривая с ними, молодой человек то и дело поглядывал в сторону костра, у которого хлопотали девушки. Обсохнув, он направился к своему рюкзаку и сел так, чтобы снова видеть костер, потеряв к двум друзьям всякий интерес. Ромке тоже с ним было больше не о чем разговаривать. Он позвал Дика, усадил его в лодку Еремеича и оттолкнулся от берега.
   

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →