Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

В 1899 году доктор Хорэс Эмметт объявил, что секрет вечной молодости – инъекции молотых беличьих яичек. Он скончался в том же году.

Еще   [X]

 1 

Психология личности (Аверин В.А.)

В книге, адресованной всем, кто изучает и интересуется психологией человека, в систематизированном виде представлен многообразный и порой весьма противоречивый материал, касающийся проблем личности.

Первая часть курса лекций посвящена анализу человека в системе современного научного знания. Здесь же в конспективном виде дается изложение наиболее известных концепций личности отечественных авторов: Б.Г.Ананьева, А.Ф.Лазурского, А.Н.Леонтьева, В.С.Мерлина, С.Н.Мясищева, С.Л.Рубиншштейна, Д.Н.Узнадзе и других.

Вторая часть посвящена психологической характеристике человека как индивида, личности и индивидуальности. Характеризуются конституциональные, нейродинамические и психодинамические параметры индивида. Анализируются психологические свойства личности: ее потребности, мотивы, способности, характер, самосознание. Дана психологическая характеристика индивидуальности человека.



С книгой «Психология личности» также читают:

Предпросмотр книги «Психология личности»

Аверин В.А.
Психология личности: Учебное пособие.


– СПб.: Изд-во Михайлова В.А.,
1999. – 89 с.
В книге адресованной всем, кто изучает и интересуется психологией человека, в систематизированном виде представлен многообразный и порой весьма противоречивый материал, касающийся проблем личности.
Первая часть курса лекций посвящена анализу человека в системе современного научного знания. Здесь же в конспективном виде дается изложение наиболее известных концепций личности отечественных авторов: Б.Г.Ананьева, А.Ф.Лазурского, А.Н.Леонтьева, В.С.Мерлина, С.Н.Мясищева, С.Л.Рубинштейна, Д.Н.Узнадзе и других.
Вторая часть посвящена психологической характеристике человека как индивида, личности и индивидуальности. Характеризуются конституциональные, нейродинамичес-кие и психодинамические параметры индивида. Анализируются психологические свойства личности: ее потребности, мотивы, способности, характер, самосознание. Дана психологическая характеристика индивидуальности человека.

СОДЕРЖАНИЕ
К ЧИТАТЕЛЮ
ЧАСТЬ I

ТЕМА:
Личность в системе современного научного знания
1. Проблема человека в системе современного научного знания
2. Природа человека. Личность в философии, социологии и психологии
3. Требования к психологической теории. Критерии оценки теории
личности

ТЕМА:
Психологическая структура личности
1. О некоторых общих подходах изучения личности в отечественной и
зарубежной психологии
2. Личность в отечественной психологии
2.1. Концепция личности А. Ф. Лазурского
2.2. Концепция личности В. Н. Мясищева
2.3. Концепция личности А. Г. Ковалева
2.4. Концепция личности В. С. Мерлина
2.5. Концепция личности К. К. Платонова
2.6. Концепция личности А. Н. Леонтьева
2.7. Концепция личности Л. И. Божович
2.8. Концепция личности С. Л. Рубинштейна
2.9. Концепция личности Д. Н. Узнадзе
2.10. Концепция личности В. А. Ядова
Рекомендуемая литература

ЧАСТЬ II

ТЕМА:
Учение Б. Г. Ананьева о человеке. Эмпирическая характеристика
личности
1. Учение Г. А. Ананьева о человеке
2. Психологическая характеристика индивида
2.1. Функции индивидных свойств в развитии человека
2.2. Конституциональные свойства индивида
2.3. Нейродинамические свойства индивида
2.4. Психодинамические свойства индивида
2.4.1. Темперамент
2.4.2. Сенситивность
3. Психологическая характеристика личности
3.1. Потребности личности
3.1.1. Понятие потребности
3.1.2. Этапы формирования и функции потребностей
3.1.3. Классификация и виды потребностей
3.2. Мотивы личности
3.2.1. Понятие мотива
3.2.2. Структура, характеристики и функции мотива
3.2.3. Классификация мотивов
3.2.4. Мотивационные образования и мотивационные черты личности
3.2.5. Мотивация личности
3.3. Способности личности
3. 4. Характер личности
3. 5. Самосознание личности
3.5.1. О механизмах самосознания
3.5.2. Этапы развития самосознания
3.5.3. О структуре самосознания
3.5.4. О функции самосознания
4. Психология индивидуальности
Рекомендуемая литература

К ЧИТАТЕЛЮ
Признаюсь, уважаемый читатель, я не собирался писать это обращение. Во всяком случае, пишу его, после того как почти закончил написание этого курса. А не собирался писать по простой причине: курс лекций – это обычный учебный курс, читаемый мною разным студенческим аудиториям и хотя бы, поэтому он не располагает автора к исповеди. Конечно, в нем есть некая сквозная идея, которая близка мне, но материал курса – это различные сведения, материалы разных исследований, которые помогали мне иллюстрировать эту идею. А потому, полагал я, достаточно того, трехабзацного реферата, которым предваряется данный курс. Толчком же к написанию этого обращения стало чтение книги Андрея Кончаловского «Низкие истины», точнее моя реакция на ее чтение.
Читая ее я подумал: «Я пишу книгу (хоть и в виде учебного курса) о человеке, о личности, но могу ли я сам себе ответить на вопрос: «А что есть я сам? Что есть моя жизнь?, Как прожить ее, чтобы не было мучительно...».
Одни говорят, что жизнь – трагедия. Вспомните Данте с его девятью кругами АДА! И верно, жизнь человека открывается трагедией – ведь ему было так удобно и комфортно в лоне матери – и ею же заканчивается – смертью!
Но тот же Данте пишет о жизни как о РАЕ с его девятью небесами! Да, да, ты прав, дорогой читатель, что разделяет их семикруговое ЧИСТИЛИЩЕ! И все вместе – это комедия, правда, божественная.
Я не думаю, что человеком движет страх перед смертью, как полагает А. Кончаловский. Во всяком случае, ни в младенчестве, ни в очень раннем детстве мы не осознаем его. А раз так, то это снимает с него (страха) столь высокую «ответственность». Я не отрицаю, что страх может быть одним из мотиваторов поведения, но ведь только одним из многих. Тогда что же? И какова цель самой жизни? Это что: счастье, которое мы жаждем? Или любовь, которую возжелаем? А может быть, вера, без которой опускаются руки?
Но ведь каждый, когда-то, хоть мгновение, находил себя счастливым! Каждый имел опыт любви, любви не только в сексуальном, но и более широком, духовном смысле слова! Каждый во что-то когда-то верил или верит! Но думаю, даже в эти мгновения, а может и более длительные промежутки жизни, мы чего-то хотели еще, мы все еще чем-то были не удовлетворены. Наверное, потому, что нам казалось: это еще не то, не настоящее, а только получастичные счастье, любовь или вера. В чем причина, почему мы не можем довериться себе, своим ощущениям, чувствам, наконец, своим мыслям?
Действительно, почему мы не доверяем, не верим самим себе? Почему мы не можем быть искренними сами с собой? Воистину, «тьмы низких истин нам дороже...»!
Быть может, здесь кроется отгадка на вопрос, если и не о смысле бытия вообще, то хотя бы личной жизни, в частности? Мы лжем другим и это можно понять.
Но мы лжем и себе, мы не позволяем себе заглянуть в себя и опредметить, т. е. назвать словами, то, что увидим. Неужели ИСТИНА проклята! Тогда, почему мы к ней так тянемся? Но ведь, заметьте, тянемся к той истине, которая лично к нам не имеет отношения, нас не касается.
Я ловлю себя на мысли, что все сказанное лишь отчасти имеет отношение к психологии, как раз в той части, которая касается реакций человека на вопросы философские. И чем тогда может помочь человеку психология? Может ли он извлечь для себя пользу из психологического знания о том, что есть человек, какова его природа и, если так можно выразиться, его механизм?
Как-то в разговоре с профессором А. Л. Свенцицким, на мое замечание о необходимости практичности науки, он мне возразил: «Наука самодостаточна». И, пожалуй, он прав. Независимо от того, как я или кто иной ответят на поставленные вопросы, психология останется, и будет по-прежнему изучать человека. Это очевидно, как очевидно объективное существование человека, как объекта, равно как и субъекта с его ненасыщаемой потребностью в познании ИСТИНЫ. Но одно дело изучать человека вообще, выяснять истину, лежащую вне тебя, и совсем другое узнать ее о самом себе. Нет, не смелость здесь нужна человеку. Смелость может быть и безрассудной. Но ведь если, что-то и отличает человека от чего или кого-либо, так это наличие рассудка. Здесь нужно нечто большее, то, что могут себе позволить очень немногие люди. Здесь нужна ИСКРЕННОСТЬ!
Но если ее могут позволить себе немногие, если объективно существуют люди, достигшие этого уровня, тогда вопрос лишь в том, что для этого нужно, и каков путь к достижению ее. Нет, нет, не думайте, что я клоню к психологическому всеобучу. Но я и не отрицаю значения психологического знания для самопознания и самооткрывания. Любое знание имеет определенное, объективное значение. Но смысл оно приобретает для человека, если он присваивает себе это знание. Можно прочесть множество замечательных книг, которые окажутся совершенно бессмысленными для читателя. Что, кстати, нередко и происходит.
Надежда найти готовые ответы на вопросы типа: «Как стать счастливым или богатым»? – это прерогатива либо глупости (точнее, тупости), либо лени, что впрочем, тесно связано между собой. Ответ в готовом виде – это всегда ступенька к тому, чтобы сформулировать свой собственный. И пусть он будет даже очень похожим на тот, что мне кто-то сказал; уже сам процесс переформулирования – это процесс осмысления, это процесс придания личностного смысла чему-то объективно значимому. Сказанное справедливо в отношении любой информации, но тем более психологической, касающейся человека, его личности.
Я, отнюдь, не питаю особой надежды, что знакомство с этим курсом позволит читателю узнать и познать себя, открыть в себе заповедные зоны. Процесс этот долгий, требующий большой и напряженной внутренней работы. И тем не менее я надеюсь, что те, у кого в этом есть НУЖДА, смогут хотя бы определиться в направлении движения по этому пути, найти ориентиры, которые не позволят ему сбиться с дороги.
А если это так, то есть надежда, что мы сможем найти пути не только и не столько к расширению знания и понимания человека вообще, а самих себя. Углубляя знания о себе, расширяя свои представления о самом себе, мы тем самым расширяем и круг своих возможностей как потенциальных, так и реальных, поведенческих, мы производим способность быть свободным.
Свобода и блаженство, говорил Спиноза, состоят в понимании человеком себя и в его усилии стать тем, чем он является потенциально, приближаясь «все ближе и ближе к образцу человеческой природы». А раз так, то у человека знающего и понимающего себя, больше возможностей доверять самому себе, своим ощущениям, мыслям, восприятию, поступкам. У него появляется шанс быть ИСКРЕННИМ С САМИМ СОБОЙ. Разве это «не стоит мессы»!
Именно поэтому я хочу пожелать удачи на этом пути нам обоим, дорогой читатель!

ЧАСТЬ I
ТЕМА:
ЛИЧНОСТЬ В СИСТЕМЕ СОВРЕМЕННОГО НАУЧНОГО ЗНАНИЯ
«Для того, чтобы усовершенствовать ум, надо дольше размышлять, чем заучивать»
Рене Декарт
1. ПРОБЛЕМА ЧЕЛОВЕКА В СИСТЕМЕ СОВРЕМЕННОГО НАУЧНОГО ЗНАНИЯ
Для правильного понимания личности человека необходимо рассмотреть более широкий контекст в пространстве которого она существует. Этим контекстом является проблема человека.
Б. Г. Ананьев, анализируя особенности развития современной науки, еще в 60-е годы прогнозировал резкое возрастание интереса к проблеме человека. По его мнению, первая из этих особенностей заключается в превращении проблемы человека в общую проблему всей науки в целом. Вторая особенность заключается во все возрастающей дифференциации научного изучения человека, углубленной специализации отдельных дисциплин. Третья же особенность развития науки характеризуется тенденцией к объединению различных наук, аспектов и методов изучения человека.
Несколько позднее к аналогичным выводам приходит и Б. Ф. Ломов, подчеркивавший, что общей тенденцией развития научного знания стало возрастание роли проблемы человека и его развития.
Из зарубежных исследователей, предсказавшим наступление эры наук о человеке, в первую очередь, следует сказать о Тейяре де Шардене. В своем знаменитом труде – «Феномен человека», написанном еще в 1938-1940 годах, а опубликованном только после его смерти в 1955 году, он писал, «что если мы идем к человеческой эре науки, то эта эра будет в высшей степени эрой науки о человеке – познающий человек заметит, наконец, что человек как «предмет познания» – это ключ ко всей ' науке о природе»..., поскольку «в человеке резюмируется все, что мы познаем...» Расшифровывая человека, продолжает он, наука тем самым попытается узнать, «как образовался мир и как он должен продолжать образовываться».
В 1941 году в книге, выдержавшей впоследствии 25 изданий, – «Бегство от свободы» – Эрих Фромм провозглашает примат психологического изучения человека, поскольку понять динамику общественного развития можно только на основе понимания динамики психических процессов.
Итак, прогноз очевиден: наступает век Человека! Наступает время, когда Человек станет центральной проблемой научного знания, независимо от его родовой принадлежности. Тем не менее, остается чувство некоторой незавершенности. И дело даже не в том, оправданные эти прогнозы или нет. Дело в научных основаниях прогнозов. Почему сейчас, на рубеже веков, так стремительно вырос интерес науки к проблеме человека? Вряд ли это можно объяснить только субъективным интересом самих ученых! Скорее этот интерес обусловлен какими-то закономерностями, объективно действующими в процессе развития научного знания. И только провидческая мудрость некоторых ученых позволила им по слабо уловимым проявлениям заметить действие этих закономерностей. Что это за закономерности?
Дело в том, что развитие научного знания, т. е. системы наук в целом, осуществляется в рамках так называемой общенаучной парадигмы. В широком смысле парадигма (от греч. paradeigma – пример, образец) – исходная концептуальная схема, модель постановки проблем и их решения, господствующая в течение определенного исторического периода в научном сообществе. Понятие «парадигма», было использовано Т. Куном для объяснения смены научных революций. С его точки зрения кризис господствующей парадигмы предполагает «отказ научного сообщества от той или иной освященной веками научной теории в пользу другой теории, несовместимой с прежней». Если это действительно так, то тогда «превращение проблемы человека в общую проблему всей науки в целом», о которой писал Б. Г. Ананьев и другие ученые, можно объяснить сменой общенаучных парадигм.
Анализ смены общенаучных парадигм от античности до наших дней, проведенный Ю. В. Яковцом, позволил ему констатировать кризис пока еще действующей индустриальной парадигмы. «Взрывы глобальных кризисов всех сторон жизни общества в последней четверти нашего столетия поставили точку в судьбе индустриальной парадигмы»– говорит автор.
В то же время нельзя не признать, что развитие мирового общества по законам индустриальной парадигмы привело определенную его часть к высотам технотронной цивилизации. Вместе с тем такой ход развития утвердил примат техники над самим обществом, его культурой и человеком. И общество, и человек стали, по выражению немецкого исследователя П. Козловски, «техноморфными». Воистину высоты цивилизации оказались «зияющими». Дальнейшее развитие в рамках индустриальной парадигмы лишь стимулирует «взрывы глобальных кризисов», о которых говорит Ю. В. Яковец. Именно поэтому заключает автор «пробил час для становления очередной, постиндустриальной парадигмы». На необратимость процесса перехода от техногенной цивилизации к антропогенной указывают и другие исследователи, в частности Н. Н. Моисеев и А. В. Толстых.
О принципиальном изменении характера общенаучной парадигмы говорят и зарубежные авторы. Например, уже упоминавшийся мною П. Козловски пишет о необходимости смены концепции технологического детерминизма концепцией культурного детерминизма, а американец П. Ф. Дракер полагает, что сегодня ключевыми ресурсами общества становится не труд, капитал или сырье, но знание, носителем которого является человек, определяющее военную и экономическую силу нации.
Таким образом, пропасть между гуманитарной и естественнонаучной цивилизациями, о которой в свое время говорил знаменитый английский ученый и писатель Чарльз Питер Сноу, может быть преодолена в рамках новой постиндустриальной парадигмы, переживающей сейчас фазу становления. Краеугольным камнем этой парадигмы, по мнению Ю. В. Яковца, является «примат человека, его сознания в системе источников саморазвития общества». Иными словами, в гуманистическом постиндустриальном обществе на передний план выступает проблема человека, а вслед за нею и науки, его изучающие.
Переориентация общенаучной парадигмы с целей технического или технотронного развития общества на цели культурного (антропогенного) развития не отрицает значимости научно-технических достижений в жизни самого общества. Речь при этом идет об изменении места человека в процессе развития. Из средства (инструмента) развития он превращается в саму цель его, что придает самому человеку не декларативную, но сущностную ценность. Техника, наука, по словам Н. Н. Моисеева, «окажутся всего лишь материальной базой для решения гуманитарных проблем, проблем будущности человека». Итак, в центре постинсдустриальной парадигмы оказывается человек и идеалы его развития – психического, нравственного, духовного.
Однако сам человек связан с окружающим его миром системой многообразных отношений и связей. Дифференциация научных дисциплин изучающих человека, о которой говорил Б. Г. Ананьев, – это ответ научного знания на многообразие связей человека с этим миром, т. е. природой, обществом, техникой, культурой. В системе этих связей человек изучается и как естественный индивид с присущей ему программой развития и определенным диапазоном изменчивости, и как субъект и объект исторического развития –личность, и как основная производительная сила общества – субъект труда, познания и общения, что подчеркивает его целостную природу. Вместе с тем, по мнению Б. Г. Ананьева, человек предстает еще и как индивидуальность. При этом он отмечал относительность разделения человеческих свойств на индивидные, личностные и субъектные. Конечно, человек жив, пока он предстает как целостное образование и любое нарушение его приводит к патологии, крайняя степень которой – смерть, как полное и окончательное разрушение целостности. В то же время одним из ведущих методов научного познания является разложение целого на части. Весьма определенно по этому поводу высказывался еще И. М. Сеченов: наука «должна расчленить цельное явление до возможных пределов, свести сложные отношения на более простые». Именно таким путем, по его мнению должна идти и психология. В художественной форме эту мысль очень точно выразил И. Гете:
«Кто хочет что-нибудь живое изучить,
Сперва его он убивает, потом на части разлагает
Но связи жизненной ему там не найти».
Таким образом, если мы хотим понять человека, его облик и поведение как целостное и цельное образование мы должны изучать его и как индивида, и как субъекта, и как личность, и, наконец, как индивидуальность. Следовательно, всякое противопоставление, а тем более игнорирование либо преувеличение одного из этих параметров человека недопустимо. Недопустимо постольку, поскольку в
противном случае будет деформировано представление о психологии человека как целостного образования. Это замечание чрезвычайно важно для всякого, приступающего к научному изучению человека. Каждое отдельно взятое знание (об индивиде, субъекте или личности) будет недостаточно и об этом должен помнить исследователь, как бы ни было соблазнительно придать всеобщее значение частным выводам. Как тут не вспомнить предостережение американского философа науки Поля Фейерабенда: «Наука, говорил он, – одна из многих форм мышления, развитых человеком, и не обязательно лучшая форма. Это видная, шумная и нахальная форма мышления, но ее внутреннее превосходство существует только для тех, кто уже сделал выбор в пользу определенной идеологии, и кто принял ее без какого-либо анализа ее преимуществ и границ».
Итак, приступая к изучению психологии личности, мы всегда должны помнить, что эта проблема лишь одна из ипостасей, в которой предстает перед нами человек как целостное образование. В то же время естественен и вопрос о том, почему исторически в психологии именно проблема личности, а не индивида или субъекта вышла на передний план, нередко олицетворяя собой психологическое изучение человека? Что это – отражение обыденного, житейского взгляда на человека, распространенного среди людей, либо в понятии личность более чем в каком ином выражаются сущностные специфически человеческие качества? Ответ на это может быть получен в процессе выяснения природы человека и понимания личности не только в психологии, но и смежных науках ее изучающих.
2. ПРИРОДА ЧЕЛОВЕКА. ЛИЧНОСТЬ В ФИЛОСОФИИ, СОЦИОЛОГИИ И ПСИХОЛОГИИ
Ставя вопрос о природе человека люди во все времена предполагали наличие нечто такого, что составляет его сущность. Эрих Фромм по этому поводу замечает, что никто не сомневался в специфической природе человека, но при этом высказывались самые разные мнения о ее содержании. Отсюда и множество определений человека: то он «разумное существо» (anima rationae), то «общественное животное» (zoon poitikon), то «человек умелый» (homo faber), то существо, способное создавать символы, наконец, всем привычное – homo sapiens. По мнению Э. Фромма причина такого положения дел обусловлена тем, что ученые связывают специфику человека с различными факторами его существования. Поэтому, предлагает автор, лучше поискать общее представление о человеческой природе нежели отыскивать специфику человека в отдельных факторах его существования. Однако, прежде чем приступать к такому поиску, приведем мнение авторов монографии «Теории личности» Л. Хьелла и Д. Зиглера. Они справедливо отмечают, что «ни одна сколько-нибудь выдающаяся теория не может быть полностью и правильно понятой» в отношении определения природы человека, что «различия между теориями отражают более фундаментальные различия между их создателями». Тем не менее мы будем отталкиваться от идей, высказанных Э. Фроммом. Ответ на это – после краткого представления его точки зрения.
По его мнению представление о собственно человеческой природе покоится на взаимосвязи двух фундаментальных биологических факторах, характерных для
человека: это уменьшение доли инстинктивной детерминации поведения и рост объема мозга и особенно коры головного мозга. Отсюда следует, что собственно человек «начинает свое развитие в тот момент эволюции, когда инстинктивная детерминация становится минимальной, а развитие мозга достигает максимального уровня». Действительно, не считая элементарных инстинктов самосохранения и сексуального влечения, у человека почти нет других врожденных или унаследованных программ поведения. Что же касается мозга человека с его неокортексом, то его объем в три раза превышает размеры мозга человекообразных предков. Главное же его отличие состоит в фантастическом количестве межнейронных связей – нейрофизиологической основы ассоциативных процессов. По мнению Д. Херрика число нейронов, готовых к одновременному вступлению в связи составляет 102783Ш1°. Для сравнения число атомов в Универсуме оценивается как 1066. Как отмечает Э. Фромм, именно чрезвычайная развитость мозга в известной степени компенсирует низкий уровень инстинктивной детерминации поведения. За счет чего?
Э. Фромм не дает прямого ответа. Он говорит, что человека ведет по жизни его разум. И хотя разум «не только не заменяет инстинкты, но и здорово осложняет задачу жить», тем не менее благодаря ему «человек приобретает совершенно новое качество – самосознание», что позволяет ему осознать самого себя и выделиться из природы путем противопоставления ей. Таким образом нарушается гармония естественного природного существования, что свойственно всем животным. Благодаря самосознанию человек оказывается изгнанным из природного рая, (он становится свободным) но при этом «он не знает, куда попадет» и ему нужно самому отвечать за себя, за свой путь (он становится ответственным). Таким образом, возникает одна из первых, если не первая экзистенциальная проблема: свобода и (или) ответственность (детерминизм).
Итак, существование человека (человеческая природа), вся его весьма противоречивая жизнь по мысли Э. Фромма сводятся к основной биологической дихотомии между инстинктами, которых мало, и самосознанием, которого в избытке. Этот экзистенциальный конфликт обусловливает так называемые экзистенциальные потребности, каждая из которых может быть удовлетворена различными способами. Различие способов зависят от общественного положения человека, а сами способы удовлетворения потребностей проявляются в различных «страстях». Те или иные страсти, укореняющиеся в поведении человека, составляют тот или иной тип его характера, выражающий соответствующий тип личности. Таким образом, именно в личности находят свое выражение собственно человеческие качества.
Почему же из множества точек зрения на природу человека мною выбрана эта?
Во-первых, потому, что она диалектична. Неравновесное состояние, в котором находятся между собой слабая инстинктивная детерминация поведения и максимально развитая мозговая организация – суть противоречие между ними – порождает принципиально новый вид психической деятельности, иными словами,– сознание и самосознание, что и обусловливает становление Homo sapiens. Человек как животноесущество всегда стремится к установлению равновесия между собой и средой, а также внутри себя. Но постоянное воздействие внешних и внутренних стимулов нарушают это равновесие, которого фактически никогда и не существует. Но именно благодаря этому состоянию динамического неравновесия у человека появляется возможность развития, в том числе и психического.
Следует сказать, что идея динамич(
тия получила широкое распространена
теоретической биологии эта идея соглас>
сия живых систем», сформулированноп
логии – это теория установки Д. Узна;
психически склонен больше к явлениям
рия билатерального контура регулиро!
Во-вторых, именно Э. Фроммму у
стрировать социальные (культурные) де
личность от ее природного индивида. Л
имодействия между врожденными потр'
В-третьих, идеи Э. Фромма о при
кажется, довольно близки аналогичнь
ривал индивида в качестве природной с
ный индивид, объект и субъект истори
Наконец, в-четвертых, Л. Хьелл и Д.
психологические теории личности, прив'
ные положения о природе человека pa3J
1. Свобода – Детерминизм (отве
2. Рациональность – Иррациош
3. Холизм (целостность) – Элем
4. Конституционализм (биологи1
5. Изменяемость (эволюционизм
6. Субъективность – Объективн
7. Проактивность (внутренние с| ние – реакция на внешние сп
8. Познаваемость – Непознавае
9. Гомеостаз (сохранение внутре: рост и саморазвитие).
Приведенные шкалы представля! ваются представители различных пси полюса, как правило, противопостав ются на один из них, а другие отсташ ложного. Но возможна иная интерпр вого неравновесия.
Генезис собственно человеческо
тивоположных начал. Такое взаимо/i
вость психической жизни человека и
ствие состоянием динамического hcj
положных начала, что и обусловят
человека, его целостность и цельност
го неравновесия – это потенциал р
Кроме того, очевидно, что для г
образования необходимо обращенш
с тем очевидно и другое – глубина i
субъекта требует последовательно!
шкалы.
Следует сказать, что идея динамического неравновесия как источника развития получила широкое распространение и в биологии, и в психологии. В области теоретической биологии эта идея согласуется с «принципом устойчивого неравновесия живых систем», сформулированного Э. Бауэром в 1935 году. В области психологии – это теория установки Д. Узнадзе, который подчеркивал, «что человек ... психически склонен больше к явлениям асимметрии, чем симметрии», а также теория билатерального контура регулирования Б. Г. Ананьева.
Во-вторых, именно Э. Фроммму удалось наиболее выразительно продемонстрировать социальные (культурные) детерминанты личности, не отрывая при этом личность от ее природного индивида. Личность – это продукт динамического взаимодействия между врожденными потребностями и социокультурными влияниями.
В-третьих, идеи Э. Фромма о природе человека, генезисе личности, как мне кажется, довольно близки аналогичным идеям Б. Г. Ананьева, который рассматривал индивида в качестве природной основы личности, а личность как общественный индивид, объект и субъект исторического процесса.
Наконец, в-четвертых, Л. Хьелл и Д. Зиглер, проанализировав наиболее известные психологические теории личности, приводят 9 биполярных шкал, выражающие основные положения о природе человека различных школ и направлений. Ими являются:
1. Свобода – Детерминизм (ответственность).
2. Рациональность – Иррациональность.
3. Холизм (целостность) – Элементализм.
4. Конституционализм (биологическое) – Инвайроментализм (социальное).
5. Изменяемость (эволюционизм) – Неизменность.
6. Субъективность – Объективность.
7. Проактивность (внутренние факторы развития)– Реактивность (поведение – реакция на внешние стимулы).
8. Познаваемость – Непознаваемость.
9. Гомеостаз (сохранение внутреннего равновесия) – Гетеростаз (личностный рост и саморазвитие).
Приведенные шкалы представляют собой крайние полюса, которых придерживаются представители различных психологических теорий личности. При этом эти полюса, как правило, противопоставляются друг другу, когда одни ученые опираются на один из них, а другие отстаивают преимущественное значение противоположного. Но возможна иная интерпретация этих шкал в рамках принципа устойчивого неравновесия.
Генезис собственно человеческого развития обусловлен взаимодействием противоположных начал. Такое взаимодействие порождает сложность и противоречивость психической жизни человека и его поведения. И порождается это взаимодействие состоянием динамического неравновесия, в котором находятся два противоположных начала, что и обусловливает движение по пути психического развития человека, его целостность и цельность. Можно сказать, что состояние динамического неравновесия – это потенциал развития человека.
Кроме того, очевидно, что для понимания человека как целостного и цельного образования необходимо обращение ко всем перечисленным выше шкалам. Вместе с тем очевидно и другое – глубина понимания человека как индивида, личности и субъекта требует последовательного анализа в рамках каждой отдельной взятой шкалы.
Проведенный анализ природы человека позволил выявить то, что отличает человека от животного. И эта специфика проявляет себя прежде всего на личностном уровне. Известно, что личность как предмет познания интересует не только психологию, но и другие науки, изучающие человека. Поэтому имеет смысл уточнить представление о личности, сложившееся в этих пограничных дисциплинах.
Личность в философии выступает как совокупность всех общественных отношений. Проблема личности в философии – это проблема места, занимаемого личностью в обществе.
Личность в социологии – это устойчивая система социально значимых черт, характеризующих индивида, это продукт общественного развития и включения индивида в систему социальных отношений посредством деятельности и общения. Очевидно, что понятие личности совпадает с понятием индивида и человека.
Нас же интересует прежде всего психологическая трактовка личности. В психологии личность изучается разными отраслями психологической науки. Обусловлено это многоплановостью проявлений личности, противоречивостью, а порой и загадочностью человеческого поведения. Многоплановость поведения требует в свою очередь разноуровневого психологического анализа.
Разработка проблемы личности в общей психологии, как подчеркивает Б. Ф. Ломов, необходима для интеграции данных о сенсорно-перцептивных, мнемических, мыслительных, эмоционально-волевых процессах. На личность как высший уровень интеграции системы психических процессов указывает и Л. М, Веккер. Интеграция этих данных необходима для уточнения представлений о сенсорной организации человека, его интеллекте, эмоциональной сфере его личности. Таким образом, личность в общей психологии – это некоторое ядро, интегрирующее начало, связывающее воедино различные психические процессы индивида и придающее его поведению необходимую последовательность и устойчивость.
Дифференциальная психология делает акцент на изучении индивидуально-психологических особенностях личности и различиях между людьми, а социальная, психология выводит структуру личности из структуры ее взаимодействия с другими людьми и социальным целым. Как отмечали Г. Линдслей и Е. Аронсон, задача социальной психологии состоит в том, чтобы «понять и объяснить как актуальное, воображаемое или предполагаемое присутствие других людей влияет на мысли, чувства и поведение индивида». При этом социальная психология изучает статус и социальные роли личности в различных общностях, ее самовосприятие в контексте этих ролей, установки, межличностные отношения и восприятие, связи личностей в совместной деятельности.
Существенный и ценный вклад в общую теорию личности вносят педагогическая, возрастная, этническая психология, психология труда, психология развития и ряд других.
Прав и Р. Ассаджиоли, констатируя важный вклад в психологию личности таких дисциплин и направлений как психосоматическая медицина (влияние психологических факторов на возникновение и протекание органической патологии), психологии религии (изучение религиозного сознания и мистических явлений), парапсихологии, исследований сверхсознательного (интуиции, озарения, гениальных способностей, творчества) и ряда других.
Тем не менее важно определить предмет собственно психологии личности как самостоятельной отрасли психологического знания. Следует заметить, что в двух
психологических словарях, вышедших последовательно в 1983 и 1985гг. нет статьи, посвященной психологии личности, где определялся бы ее предмет. Конечно, это отражение кризиса, переживаемого психологией в целом и психологией личности, в частности. Некоторые аспекты предмета психологии личности могут быть высвечены при анализе условий ее возникновения.
Как отмечал Э. Штерн психология личности как наука возникла в ответ на кризис традиционной вундтовской психологии, ставший результатом исчерпавшего себя атомистического (элементного) подхода к объяснению личности человека. «Психология элементов оказалась беспомощной при рассмотрении человеческой личности» – писал Э. Штерн.
Б. Г. Ананьев, так резюмирует изучение проблемы личности в психологии. «Проблема личности, являясь одной из центральных в теоретической и прикладной психологии, выступает как исследование психических свойств и отношений личности (общая психология личности), индивидуальных особенностей и различий между людьми (дифференциальная психология), межличностных связей, статуса и ролей личности в различных общностях (социальная психология) субъекта общественного поведения и конкретных видов деятельности (все области прикладной психологии).
Ценность такого многоуровневого психологического изучения личности состоит в том, что все они позволяют раскрыть диалектику общего, особенного и единичного в психологическом складе личности. Важнейшая теоретическая задача такого подхода состоит по мнению Б. Ф. Ломова в вскрытии объективных оснований интегральных психологических свойств, которые характеризуют человека как индивида, как субъекта, как личность, наконец, как индивидуальность.
В тоже время многоуровневый анализ личности требует максимальной точности анализа ее поведения. Поскольку этот анализ, как правило, проводится в контексте той или иной теории личности, последняя должна удовлетворять ряду требований, определяющих ее конструктивность, возможность ее широкого применения. Поэтому следующий вопрос – это вопрос о требованиях к психологической теории вообще, критериях оценки теории личности, в частности.

3. ТРЕБОВАНИЯ К ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ. КРИТЕРИИ ОЦЕНКИ ТЕОРИИ ЛИЧНОСТИ
Что такое психологическая теория? Теория – это система взаимосвязанных принципов, взглядов, представлений и идей, направленная на истолкование и объяснение каких-либо реальных явлений. Теории личности – это тщательно выверенные умозаключения или гипотезы о том, что представляют собой люди, как они себя ведут и почему они поступают так, а не иначе. С одной стороны, теория объясняет прошлые и настоящие события в жизни человека, его прошлое и настоящее поведение, а с другой – предсказывает будущие. На основе теории мы должны уметь предсказать определенные изменения в поведении субъекта (Л. Хьелл и Д. Зиглер).
По мнению Б. Ф. Ломова задача любой психологической теории заключается в выявлении существенного в психике, раскрытии законов психических функций, процессов, состояний и свойств, в демонстрации того, как то или иное психическое
явление возникает в данных конкретных условиях. Психологическая теория должна объяснять: 1) источники реальных противоречий, 2) основания качественных преобразований в психическом развитии человека, 3) системный характер психических явлений и их детерминант 4) рассматривать психическое в его сложной динамике.
Тем не менее теории, в том числе и психологические, создаются людьми. Как отмечают Л. Хьелл и Д. Зиглер краеугольные камни теории личности коренятся в базисных представлениях ее автора о природе человека. Исторический опыт развития психологических теорий личности убедительно доказывает это. Примером тому наличие множества теорий личности, покоящихся порой на диаметрально противоположных взглядах ее авторов. Тем не менее «хорошая» психологическая теория должна удовлетворять ряду требований.
Во-первых, теория должна обладать определенной мерой обобщения, которая должна соответствовать специфике изучаемых явлений. Это значит, что, с одной стороны, теория раскрывает общие основания изучаемых явлений, а с другой – дает возможность исследовать особенное и единичное.
Во-вторых, «хорошая» теория строится на добротных, компактных и действенных постулатах. В качестве таковых могут быть и общие философские положения, и теоретические выводы, полученные как в самой психологии, так и в других науках. Примеры таких постулатов приводились выше в виде дихотомических шкал, объясняющих природу человека.
В-третьих, теория должна обладать прогностической ценностью, т. е. предсказывать возможное развитие тех или иных явлений.
В-четвертых, теория должна быть проверяема. Хорошая теория та, которую можно проверить при помощи эксперимента или путем анализа логических следствий, которые из нее вытекают.
Наконец, в-пятых, теория должна соответствовать фактам.
Пренебрежение перечисленными требованиями, подчеркивает Б. Ф. Ломов, «оборачивается тем, что психологические задачи берутся решать дилетанты», что составляет сейчас одну из самых серьезных опасностей для психологии.
В свою очередь Л. Хьелл и Д. Зиглер формулируют специфические критерии оценки психологической теории личности. К ним они относят следующие.
1. Широта охвата разнообразных феноменов. Чем большую сферу поведения человека объясняет теория, тем более она многостороння. Другими словами, речь идет о мере обобщения теории. Другое достоинство всесторонней теории в том, что она может служить логическим каркасом для объединения и интеграции новых, разрозненных фактов.
2. Экономность теории означает возможно меньшее число исходных концепций постулатов, требуемых для объяснения каких-либо феноменов. Иными словами, экономная теория та, что не содержит избыточного теоретического багажа.
3. Эвристическая ценность теории, т. е. в какой степени психологическая теория стимулирует других ученых проводить дальнейшие исследования. Эвристическая ценность тем выше, отмечают авторы, чем точнее сформулированы рабочие определения концепций, т. е. с помощью чего они могут быть измерены или с какими наблюдаемыми характеристиками они соотносятся.
4. Верифицируемостъ, т. е. проверяемость положений теории независимым исследователем. Для этого теория должна формулироваться таким образом, чтобы содержащиеся в ней концепции, гипотезы и предложения были ясно определены и логически связаны между собой.
5. Внутренняя согласованность теории, т. е. теория должна быть свободна от внутренних противоречий; она должна объяснять несхожие феномены, следуя внутренней логике.
Сравнение двух перечней требований к «хорошей» психологической теории выявляет их относительное сходство. Так требование Б. Ф. Ломова о мере обобщения согласуется с критерием широты охвата разнообразных феноменов, наличие в теории добротных постулатов с критерием экономности, а проверяемость – это русский эквивалент иностранного «верифицируемость». Таким образом, разные исследователи, в разных странах, примерно в одно и то же время (1981 г. – второе издание «Теории личности», 1984 г. – монография Б. Ф. Ломова) формулирует почти идентичный перечень требований – критериев психологической теории, что повышает степень их обоснованности.
Проведенный анализ места личности в системе современного научного знания прежде всего показал, что проблема личности становится одной из актуальнейших в психологии. Во-вторых, именно в личности заключена специфика человека, отличающая его от животного. В-третьих, проблема личности не является сугубо психологической и исследуется практически всеми общественными и многими естественными науками. Вместе с тем проблема личности это и самостоятельная психологическая проблема, разработкой которой занимаются многие отрасти психологической науки. В-четвертых, сложность и многоаспектность объекта изучения – личности – требует обоснованных критериев для оценки психологической теории. Все это позволило нам вплотную приблизиться к проблеме личности в психологии.
ТЕМА:
ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ СТРУКТУРА ЛИЧНОСТИ
1. О НЕКОТОРЫХ ОБЩИХ ПОДХОДАХ ИЗУЧЕНИЯ ЛИЧНОСТИ В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ПСИХОЛОГИИ
Приступая к изучению собственно психологии личности следует заметить, что из многих отраслей психологических знаний это достаточно молодая наука. Свое развитие она получила в начале XX века в ответ на кризис традиционной вундтов-ской психологии.
Истоки кризиса возникли вместе с рождением самой психологии личности. В теперь уже далеком 1931 году Л. С. Выготский писал, что «до сих пор остается закрытой центральная и высшая проблема психологии – проблема личности и ее развития». Примерно в это же время, в 1937 году, Гордон Олпорт в своей первой книге «Личность: психологическая интерпретация» приводит более 50 различных определений личности. Попытка их синтезирования оказывается неудачной и Олпорт вынужден был отказаться от определения личности, признавая только то, что «человек – это объективная реальность». А спустя полстолетия (!) известный отечественный методолог П. Г. Щедровицкий по-прежнему вынужден констатировать, что в подавляющем большинстве случаев проблема психологии личности остается на уровне описательной психологии, а само понятие «личность» существует лишь как бытовое обозначение. Следует признать, что и для зарубежной и отечественной психологии проблема личности оказалась труднейшей. Даже наличие в отечественной психологии объединяющего идеологического знаменателя в виде марксистской философии не стимулировала однозначного толкования личности и ее природы.
Во всяком случае, как отмечает К. К. Платонов за период с 1917 по 70 годы в советской психологии можно выделить по меньшей мере четыре доминирующие теории личности:
1917-1936 гг. 1936-1950 гг. 1950-1962 гг. 1962-1970 гг.
личность как профиль психических черт личность как опыт человека личность как темперамент и возраст
личность как совокупность отношений, проявляющихся в направленности.
Другой известный автор – А. В. Петровский тоже говорит о существовании в отечественной психологии разных подходов к пониманию личности в разные исторические отрезки времени. Так период 50-60-х годов характеризуется так называемым «коллекционерским» подходом, в рамках которого «личность выступает как набор качеств, свойств, черт, характеристик, особенностей психики человека».
По мнению А. В. Петровского подобное представление о личности оказывается «удивительно неэвристичным», поскольку стирается «грань между понятиями «личность» и «индивид», личность дробится на составляющие, рядоположенные друг другу элементы.
С середины 60-х годов предпринимаются попытки выяснения общей структуры личности, а состоявшийся в 1969 году Всесоюзный симпозиум по проблемам личности прошел под знаком понимания личности как биосоциального существа и структурного подхода. Последующая критика этого подхода заключалась в том, что в личности выделялись как биологическая, так и социально обусловленные подструктуры, а это приводит к тому, что между понятиями «личность» и «человек», «личность» и «индивид» ставится знак равенства. По мнению же А. В. Петровского «биологическое существует в личности в превращенной форме как социальное».
К концу 70-х гг. ориентация на структурный подход к проблеме личности сменяется тенденцией применения системного (или структурно-системного) подхода, требующего выделения системообразующих признаков личности. (Краткая характеристика основных отечественных концепций личности будет дана в следующем параграфе).

Итак, мы встречаемся с парадоксальным фактом. Есть наука, есть объект изучения, разрабатываются методы его изучения, выдвигаются гипотезы, формулируются и формируются концепции, теории и целые направления, но никто не в состоянии вразумительно определить предмет изучения. В этой связи можно понять отчаяние Л. И. Божович, когда она восклицает, что «проблема психологии личности состоит не только в том, что изучать, но и как изучать, т. е. с каких позиций следует подходить к этому изучению». Воистину – знаю как, но не знаю что!
ЕЩЕ РАЗ О ПРЕДМЕТЕ ПСИХОЛОГИИ ЛИЧНОСТИ
Итак, можно констатировать, что сегодня в отечественной психологии широко распространен взгляд на человека как на индивида, личность и субъект деятельности, но при этом отсутствует более или менее общепринятая концепция личности.
Взгляды зарубежных психологов на личность характеризуются еще большей пестротой. Л. Хьелл и Д. Зиглер в своей известной монографии выделяют по меньшей мере девять направлений в теории личности. Это – психодинамическое (3. Фрейд) и пересмотренный А. Адлером и К. Юнгом вариант этого направления, диспозицион-ное (Г. Олпорт, Р. Кеттел), бихевиористское (Б. Скиннер), социально-когнитивное (А. Бандура), когнитивное (Дж. Келли), гуманистическое (А. Маслоу), феноменологическое (К. Роджерс) и эго-психология, представленная именами Э. Эриксона, Э. Фромма и К. Хорни.
Как отмечают Л. Хьелл и Д. Зиглер, представления о личности этих и других, близких к ним, авторов, недвусмысленно говорят о несхожести этих концепций. В то же время следует признать, что обобщенное представление о личности с позиций разных авторов гораздо выпуклее и многограннее, чем в первоначальной концепции «внешнего социального образа». Тем не менее анализ этих концепций позволяет выделить и общие точки соприкосновения. К ним относятся следующие положения.
1. В большинстве определений личность предстает в виде некоей гипотетической структуры или организации". Поведение человека организуется и интегрируется на уровн'е личности.
2. В большинстве определений подчеркивается значение индивидуальных раз-личий.между людьми.
3. В большинстве определений личность характеризуется в эволюционном процессе, как субъект влияния внутренних и внешних факторов, включая генетическую и биологическую предрасположенность, социальный опыт и динамичную внешнюю среду.
4. В большинстве определений именно личность «отвечает» за устойчивость поведения. Именно она обеспечивает человеку чувство непрерывности во времени и окружающей среде.
В рамках этого курса нет необходимости останавливаться на характеристике указанных направлений ввиду наличия замечательного учебного пособия–Л. Хьелл, Д. Зиглер «Теории личности (Основные положения, исследования и применение). – СПб, 1997.
Сравнение обобщенных взглядов отечественных и зарубежных психологов обнаруживает определенное сходство между ними в отношении личности. Следовательно, общее движения психологической мысли, фиксируемое в разных странах у
разных исследователей внушает определенный оптимизм в отношении этой сложнейшей психологической проблемы – проблемы личности.

2. ЛИЧНОСТЬ В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ПСИХОЛОГИИ
Приступая к обзору основных отечественных концепций психологии личности, следует отметить, что в содержательном плане все же доминирует структурный, а впоследствии сменивший его системно-структурный подход.
Несколько особняком стоит концепция личности в рамках грузинской психологической школы (Д. Н. Узнадзе, А. С. Прангишвили и др.). Наибольшую известность приобрели концепции личности в школах А. Ф. Лазурского-В. Н. Мясище-ва, Б. Г. Ананьева, А. Г. Ковалева (С-Петербург), С. Л. Рубинштейна, Л. С. Вы-готского-А. Н. Леонтьева, Б. М. Теплова-В. Д. Небылицына, Л. И. Божович, К. К. Платонова (Москва), В. С. Мерлина (Пермь), Д. Н. Узнадзе (Тбилиси). Из социально-психологических концепций следует выделить диспозиционную структуру личности В. А. Ядова.
2. 1. КОНЦЕПЦИЯ ЛИЧНОСТИ А. Ф. ЛАЗУРСКОГО
Значение этой концепции в том, что впервые было выдвинуто положение об отношениях личности, представляющих собой ядро личности. Особое же значение ее еще и в том, что идея отношений личности стала отправной для многих отечественных психологов, прежде всего представителей ленинградской-петербургской школы психологов.
Взгляды А. Ф. Лазурского на природу и структуру личности формировались под непосредственным воздействием идей В. М. Бехтерева в пору, когда он работал под его руководством в Психоневрологическом институте.
По мнению В. М. Бехтерева «личность представляет собою как бы две тесно связанные друг с другом совокупности следов, из которых одна теснее связана с органической, а другая – с социальной сферой». Рассматривая характер взаимоотношений между ними В. М. Бехтерев отмечал, что «социальная сфера, развиваясь на почве органической, расширяет ее в зависимости от социальных условий жизни до степени, когда органические воздействия подавляются прошлым опытом социальных отношений и социальными воздействиями». В целом в структуре личности В. М. Бехтеревым подчеркивается роль социальной сферы, которая «является объединяющим звеном и возбудителем всех вообще следов психорефлексов, возникающих на почве общественной жизни и оживляющих те или иные органические реакции».
Сопоставление концепции А. Ф. Лазурского с идеями В. М. Бехтерева позволяют предположить, что последние стали для А. Ф. Лазурского основопологающими концептцуальными положениями, получившими теоретическую и эмпирическую развертку в самой концепции личности
По мысли А. Ф. Лазурского основная задача личности – это приспособление (адаптация) к окружающей среде, которая понимается в самом широком смысле
(природа, вещи, люди&heip;

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →