Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

0.14 километра в час - средняя скорость ленивцев на земле.

Еще   [X]

 0 

Пять искушений руководителя (Ленсиони Патрик)

Книга Пять искушений руководителя относится к новому жанру — "бизнес-фикшн". В ней в форме притчи излагаются ключевые концепции лидерства. Патрик Ленсиони отказался от привычного стиля изложения материала — теоретической литературы много, все книги повторяют одна другую и давно всем наскучили.

Автор вложил свои идеи в уста "живых" людей и превратил скучную лекцию в захватывающее повествование. Книга рассчитана на руководителей самого разного уровня — от президентов корпораций до скромных клерков, ведь каждому из нас в жизни приходится принимать важные решения, а значит, перефразируя Энди Уорхолла, можно сказать, что каждый из нас имеет право на свои 15 минут лидерства.

Об авторе: Патрик Ленсиони — автор бестселлеров Пять проблем команды, Четыре мании выдающихся руководителей и Гибель из-за совещаний, написанных в жанре "бизнес-фикшн". Кроме того, Патрик работает персональным коучером и читает публичные лекции на темы лидерства, командной работы, менеджмента и… еще…



С книгой «Пять искушений руководителя» также читают:

Предпросмотр книги «Пять искушений руководителя»

The FIVE
Temptations
of a CEO
A Leadership Fabe

Patrick Lencioni

ПЯТЬ ИСКУШЕНИЙ РУКОВОДИТЕЛЯ
ПРИТЧИ О ЛИДЕРСТВЕ

ПАТРИК ЛЕНСИОНИ


Автор книг
Пять пороков команды
Смерть от совещаний
Четыре наваждения выдающегося руководителя

ДИАЛЕКТИКА
Москва ? Санкт-Петербург ? Киев 2005

ББК (У)65.290-2
Л46 УДК 658

Компьютерное издательство "Диалектика" Главный редактор С.Н. Тригуб Зав. редакцией Н.М. Макарова Перевод с английского и редакция Е.А. Черненко По общим вопросам обращайтесь в издательство "Диалектика" по адресу:  "maito:info@diaektika.com"info@diaektika.com,  "diaektika.com"diaektika.com 115419, Москва, а/я 783; 03150, Киев, а/я 152

Ленсиони, Патрик М.
Л46 Пять искушений руководителя: притчи о лидерстве. : Пер. с англ. — М. : Издательский дом "Вильямс", 2005. — 144 с. : ил. — Парад, тит. англ.
ISBN 5-8459-0742-Х (рус.)
Книга Пять искушений руководителя относится к новому жанру — "бизнес-фикшн". В ней в форме притчи излагаются ключевые концепции лидерства. Патрик Ленсиони отказался от привычного стиля изложения материала — теоретической литературы много, все книги повторяют одна другую и давно всем наскучили. Автор вложил свои идеи в уста "живых" людей и превратил скучную лекцию в захватывающее повествование. Книга рассчитана на руководителей самого разного уровня — от президентов корпораций до скромных клерков, ведь каждому из нас в жизни приходится принимать важные решения, а значит, перефразируя Энди Уорхолла, можно сказать, что каждый из нас имеет право на свои 15 минут лидерства.


СОДЕРЖАНИЕ

ВведениеЧасть I. ПритчаГлава 1. ЭндрюГлава 2. ПоездГлава 3. ЧарлиГлава 4. ЗнакомствоГлава 5. Первое искушениеГлава 6. Второе искушениеГлава 7. Третье искушениеГлава 8. Четвертое искушениеГлава 9. Пятое искушениеГлава 10. Заседание совета директоровГлава 11. Спустя три годаЧасть II. ПослесловиеПослесловиеЧасть III. МодельПочему руководители терпят поражениеЧасть IV. СамоисследованиеСамоисследованиеБлагодарность автораОб авторе

ВВЕДЕНИЕ
О
дно из самых трудных испытаний в карьере, с которым может столкнуться человек, — это оказаться на руководящем посту. Но в этом нет ничего сложного.
Многие руководители, особенно те, дела у которых идут неважно, не согласятся с этим утверждением. Они расскажут, что их работа — это сплошные проблемы и непредвиденные обстоятельства и что успех невозможно предсказать заранее. Если же вверенная им компания терпит убытки, такие руководители приводят перечень "объективных" причин — стратегические ошибки, неправильная маркетинговая политика, происки конкурентов, технологические просчеты. Им невдомек, что это лишь симптомы истинных проблем.
Руководители, терпящие неудачи, — а это может случиться с каждым — допускают одни и те же типичные ошибки, поддаются одному (или нескольким!) из пяти искушений.
Но если это правда, если успех руководителя напрямую зависит от его поведения, почему не становится больше тех, кто все же добивается победы? Почему большинство продолжают искать корень проблемы там, где его быть не может — в финансовых и маркетинговых отчетах, в графиках разработки новых изделий? На этот вопрос лучше всех ответит Люсиль Болл.
В шоу Я люблю Люси есть сцена, когда Рики приходит домой и видит, что Люси ползает по гостиной на четвереньках. На его изумленный вопрос, что она делает, Люси объясняет, что ищет потерянные серьги.
Ты потеряла их здесь, в гостиной? — уточняет Рики.
Нет, в спальне, но здесь светлее и удобнее искать, — объясняет Люси.
Многие руководители и поныне предпочитают искать там, где "светлее", обвиняя во всем маркетинг, стратегическое планирование, финансы — что угодно, только бы не оказаться в пугающем сумраке анализа собственных решений и поступков. Именно поэтому им так и не удается значительно улучшить ситуацию.
Даже сравнительно прогрессивные руководители зачастую предпочитают оставаться в своих "гостиных", перебирая подходы и направления менеджмента и лидерства в поисках относительно безболезненных решений своих проблем. Некоторые из этих средств обеспечивают порой временное улучшение, однако в конечном итоге руководитель снова сталкивается с теми же проблемами, истинные причины которых остаются за гранью его понимания и осознания. Об этих-то причинах и пойдет речь в этой книге.
Печально то, что большинство руководителей достаточно проницательны, чтобы все это понять, однако почти никто из них не стремится что-то изменить. Вместо этого они неосознанно скрывают от самих себя и от окружающих свои проблемы, с головой погружаясь в мелочи бизнеса до такой степени, что начинают создавать трудности там, где их нет.
Поступая таким образом, они ставят под угрозу успех своей организации, потому что не желают взглянуть в лицо пяти искушениям руководителя — и преодолеть их.
Ждем ваших отзывов!
Вы, читатель этой книги, и есть главный ее критик и комментатор. Мы ценим
ваше мнение и хотим знать, что было сделано нами правильно, что можно было сделать лучше и что еще вы хотели бы увидеть изданным нами. Нам интересно услышать и любые другие замечания, которые вам хотелось бы высказать в наш адрес.
Мы ждем ваших комментариев и надеемся на них. Вы можете прислать нам бумажное или электронное письмо либо просто посетить наш Web-сервер и оставить свои замечания там. Одним словом, любым удобным для вас способом дайте нам знать, нравится вам эта книга или нет, а также выскажите свое мнение о том, как сделать наши книги более интересными для вас.
Посылая письмо или сообщение, не забудьте указать название книги и ее авторов, а также ваш обратный адрес. Мы внимательно ознакомимся с вашим мнением и обязательно учтем его при отборе и подготовке к изданию последующих книг.
Наши координаты:
E-mai:  "maito:info@diaektika.com"info@diaektika.com
WWW:  "diaektika.com"diaektika.com
Адреса для писем:
из России: 115419, Москва, а/я 783 из Украины: 03150, Киев, а/я 152


ЧАСТЬ
I

ПРИТЧА
ГЛАВА
1


В
ЭНДРЮ
от уже пять лет Эндрю О'Брайен не уходил последним из офиса компании "Тринити Системc". Больше того, он никогда еще не задерживался на работе за полночь с тех пор, как занял пост генерального директора.
Глядя из окна на лежащий внизу Сан-Франциско, Эндрю О'Брайен размышлял о превратностях судьбы.
Завтра исполняется год с того дня, как он занял свою нынешнюю должность. И завтра же состоится первое заседание совета директоров, на котором ему предстоит БИЗНЕС-МОДЕЛИРОВАНИЕ. Построение бизнес-модели динамически развивающегося предприятия прошедшего финансового года. Эти результаты, как он уже привык говорить сам себе, были "в лучшем случае не блестящими".
Но не только результаты беспокоили Эндрю. На душе у него скребли кошки. В последнее время он все неуютнее чувствовал себя в собственной компании. Он ощущал себя не в своей тарелке, проводя рабочие совещания. И, откровенно говоря, Эндрю вовсе не горел желанием идти завтра на заседание совета директоров. Вряд ли, конечно, с ним обойдутся слишком жестко, но и одобрительно по плечу не похлопают, это точно.
Эндрю понимал, что в худшем положении он еще не оказывался за время своего краткого пребывания на посту генерального директора. Он попал в ситуацию, в которой никак не ожидал оказаться, да еще так быстро.
Дела шли все хуже.

ГЛАВА

2

ПОЕЗД
В
глядываясь в очертания моста Бей-Бридж, Эндрю отметил, что не видит ни одного автомобиля, который бы направлялся в сторону Окленда. Это показалось ему странным. Эндрю всегда поражался тому, что движение автотранспорта не прекращается даже в ночное время. Он взглянул на часы, стоявшие на письменном столе, и увидел, что уже две минуты первого. Даже в это время на Бей-Бридже всегда были машины! Трафик никогда не ослабевал в Сан-Франциско, разве что во время землетрясений. Тут его осенило.
Перед глазами Эндрю возник оранжевый дорожный щит, мимо которого он проезжал по пути домой на протяжении последних двух недель.
Бей-Бридж будет закрыт на ремонтные работы 4 и 5 марта с 00:00 до 5:00
Эндрю не обращал внимания на предупреждение, поскольку не предполагал, что ему понадобится пересекать мост глухой ночью. Стало ясно, что домой он сегодня не попадет. Правда, можно еще поехать через мост Голден-Гейт, потом назад через мост Ричмонд, потом по шоссе 80 и 24... Но об этом даже думать не хотелось. Дорога займет больше часа, а учитывая, что ему нужно еще как минимум два часа на подготовку к завтрашнему заседанию... Одним словом, идея была явно неудачной.
В любую другую ночь он отправился бы в ближайший приличный отель, сдал одежду в круглосуточную химчистку и спокойно выспался бы. Но сегодня Эндрю как никогда хотелось спать в собственной постели, пусть всего лишь несколько часов, а утром, перед собранием, увидеть жену и детей. Моральная поддержка была жизненно необходима Эндрю, хотя он ни за что не признался бы в этом.
Поэтому он быстро сложил документы в портфель, схватил пиджак и выскочил из кабинета.
Улица в этот час была так же пустынна, как и офис компании, который он только что покинул, и светилось лишь одно окно — в подвале на углу, где жил бродяга по имени Бенни. Эндрю иногда размышлял о Бенни, когда в его жизни что-то не ладилось, — эти мысли почему-то его успокаивали. Но не сегодня. Эндрю никак не удавалось избавиться от навязчивых, тягостных раздумий о завтрашнем собрании, которое начнется — о, ужас! — всего лишь через девять часов.
Направляясь к ближайшей станции метро, которая находилась в двух кварталах от его офиса, Эндрю пытался припомнить, когда он в последний раз пользовался общественным транспортом. Восемь лет назад? Десять?
На эскалаторе, медленно ползущем вниз, Эндрю был один. Станция тоже оказалась безлюдной.
Получив билет в автомате, Эндрю вышел на платформу и сел на скамью. Странно, но он чувствовал себя вполне комфортно в этот час в столь неподходящем и непривычном для себя месте. Быстро же пролетели десять лет, — шепнул он себе.
Не успел Эндрю достать документы из портфеля, как подошел поезд метро. Когда мимо него с шумом пронеслись первые вагоны и состав замедлил свой ход, Эндрю заметил, что и поезд совершенно пуст! По крайней мере, так ему показалось в тот момент.


ГЛАВА
3


ЧАРЛИ
Э
ндрю уселся около двери, и на него внезапно навалилась усталость. Полчаса, которые ему предстояло провести в дороге, он намеревался посвятить работе, но сейчас понял, что способен лишь сидеть, уставившись на схему метро, и размышлять над географическими особенностями прибрежного района Сан-Франциско. Или над чем угодно — только бы не думать о завтрашнем собрании.
Когда поезд погрузился в темноту тоннеля, проложенного под заливом, у Эндрю начали слипаться глаза. Внезапно дверь в тамбур отворилась. Эндрю повернулся и увидел пожилого мужчину, одетого в серую рубаху, напоминавшую спецодежду. Неожиданный пришелец больше всего походил на уборщика. На нагрудном кармане была нашивка с именем: "Чарли".
По какой-то необъяснимой причине Эндрю почувствовал смущение. Должен ли я заговорить с этим человеком? — лихорадочно соображал он. — Наверное, он ждет, что я поздороваюсь, ведь здесь больше никого нет. Но что же сказать ему?
Эндрю не понимал, что с ним происходит. Когда полгода назад упали цены на акции компании, он не смущался под прицелом многочисленных телекамер и не давал сбить себя с толку заковыристыми вопросами, которые наперебой задавали журналисты Financia Network. Он чувствовал себя как рыба в воде, проводя презентацию на конференции по маркетингу для более чем двухсот аналитиков. А сейчас Эндрю был сам не свой — непонятно почему. Честно говоря, он просто робел, не зная что сказать пожилому незнакомцу.
Пока в голове Эндрю проносились эти мысли (он так и не придумал, что сказать), человек в серой рубашке безмолвно прошествовал мимо Эндрю, отворил дверь в противоположный тамбур и вышел в другой вагон.
Вместо того чтобы испытать облегчение, Эндрю почему-то почувствовал себя оскорбленным из-за того, что незнакомый уборщик не обратил на него никакого внимания. И снова — уже в который раз за сегодняшний вечер — поразился собственным чувствам.
Но тут Эндрю наконец вспомнил о приближающемся заседании совета директоров и решил, что пора взяться за работу. Однако стоило ему cb вздохом раскрыть портфель, как свет внутри вагона мигнул, затем медленно потускнел, и поезд со скрипом остановился. Сидя в полутьме, Эндрю поймал себя на мысли: "Хуже не бывает". В этот момент дверь, ведущая в соседний вагон, отворилась.
— Ну же, — обратился к Эндрю пожилой человек в форме уборщика, — чего ты ждешь?
И снова исчез за дверью.


ГЛАВА
4


ЗНАКОМСТВО
Э
ндрю замер и несколько мгновений не мог пошевельнуться. Он уставился на пустое сиденье напротив, словно желал получить совет от человека, кого там не было. Затем, отбросив все сомнения, встал и последовал за незнакомцем в соседний вагон. Уборщик сидел спиной к двери и насвистывал.
Эндрю подумал, что это, должно быть, местный сумасшедший. Кому еще придет в голову разгуливать по поезду среди ночи да еще и звать с собой незнакомого человека? — подумал он. — С другой стороны, а почему я пошел за ним?
Может быть, потому что устал; может быть, потому что отчаянно хотел отвлечься от мыслей о предстоящем собрании... Как бы там ни было, Эндрю перешел в соседний вагон и уселся напротив незнакомца.
Не успел он вымолвить и слова, как старик заявил, точно они были знакомы сто лет:

Это самый теплый вагон. Холодными ночами лучше всего беседовать именно здесь.
Беседовать о чем? — отозвался Эндрю и мгновенно осознал нелепость своего вопроса. Логичнее было бы спросить: "Беседовать с кем?"
Но пожилой незнакомец тут же откликнулся, точно ждал этого вопроса:
— Да о чем хочешь.
Эндрю, совершенно сбитый с толку, поразился:
Простите, сэр, но разве мы знакомы? — Он всегда обращался к незнакомым мужчинам "сэр", особенно к пожилым. Даже если это всего-навсего уборщик.
Пока нет, — с улыбкой ответил тот.
Совершенно уверившись, что его загадочный собеседник не в своем уме, Эндрю немного расслабился и заговорил снисходительно:
Так значит, вы работаете в этом поезде?
Иногда. Когда я нужен здесь, — ответил незнакомец точно о чем-то само собой разумеющемся. — А ты чем занимаешься? Чем зарабатываешь себе на хлеб?
Ну, допустим, работаю в сфере технологий... — произнес Эндрю после секундной заминки.
Каких технологий?
Всех. Всяких. То есть — разных. Начиная от калькуляторов и заканчивая коммерческими компьюгерными системами. Я работаю в компании, которая называется "Тринити Системc".
— Да? Слыхал о такой.
Эндрю бросил на собеседника недоверчивый взгляд — притворяется он или действительно знает его компанию?
Пожилой незнакомец задал следующий вопрос:
— Ты, стало быть, инженер?
Эндрю на мгновение почувствовал искушение ответить "да", но что-то помешало ему солгать.
— Вообще-то я генеральный директор. Меня зовут Эндрю.
— А я Чарли. Приятно познакомиться.
Они пожали друг другу руки, и Эндрю отметил про себя, что на собеседника его должность, похоже, не произвела никакого впечатления. А он вообще понимает, что означает "генеральный директор"? — спросил себя Эндрю. Ему стало неловко, и он спросил:
— А вы кем работаете? Чарли усмехнулся:
— Послушай, Эндрю. Мы здесь не для того, чтобы говорить обо мне. Давай-ка лучше поговорим о тебе.
Странный ответ полуночного собеседника развеселил бы Эндрю, если бы не завтрашнее заседание совета директоров.
— Вообще-то я собирался поработать. Завтра у меня важное совещание, надо подготовиться.
Произнеся это, Эндрю почему-то страшно смутился — ведь Чарли мог подумать, что Эндрю хочет от него отделаться (так оно и было на самом деле).
— Извини, — вежливо ответил Чарли, — тогда я, пожалуй, пойду. Что ж поделать, раз ты так сильно занят.
Уборщик поднялся, и Эндрю с облегчением понял, что тот сейчас уйдет.
Внезапно свет в поезде погас, вспыхнул и опять погас. Неподвижный поезд погрузился в полную темноту.
Эндрю услышал голос Чарли:
— Не волнуйся, парень.
И тут же в руках Чарли зажегся электрический фонарик. Такое ощущение, будто он знал, что сейчас погаснет свет, пронеслось в голове Эндрю, но он испугался перспективы остаться в полной темноте и одиночестве и поэтому промолчал.
Чарли заговорил, точно продолжая прерванный разговор:
— Похоже, нам все-таки придется побыть здесь вместе некоторое время. Может, расскажешь наконец, что тебя беспокоит?
Эндрю вытаращил глаза и уставился на Чарли. И вдруг, к своему удивлению, услышал собственный голос:
— Расскажу.
Эндрю не мог поверить, что это сказал он. Я что, на самом деле буду рассказывать этому чудаку, уборщику, о своих проблемах? Что со мной происходит? Похоже, я дошел до ручки, если готов сделать это. Эндрю прокашлялся:
Не знаю, разбираетесь ли вы в бизнесе, но быть генеральным директором довольно сложно.
Правда? — Чарли, казалось, удивился. — Расскажи-ка мне об этом.
Не хочу вас обидеть, Чарли, — Эндрю на мгновение остановился, раздумывая, как бы повежливее выразить свою мысль, — но вряд ли вам это будет интересно.
Чарли насупился.
Эндрю подумал было, что он все-таки обиделся, но тот заговорил. С хитрым видом оглядывая пустой вагон ("Прямо как шпион", — подумал Эндрю), пожилой господин наклонился вперед и прошептал:
— Эндрю, я мало кому об этом рассказываю — не хочу, чтобы меня считали хвастуном. Но когда я был ребенком, у моего отца было собственное дело, и я научился у него кое-чему.
С наигранным удивлением Эндрю поинтересовался:
Что вы говорите? И чем же он занимался? — Про себя он решил, что это была мастерская или химчистка.
Железной дорогой, — нимало не смущаясь, ответил Чарли. — Но это не имеет значения. Мой отец всегда говорил, что бизнес есть бизнес, чем бы ты ни занимался.
Эндрю снова подумал, не сумасшедший ли перед ним, но продолжал подыгрывать:
— Неужели? Так прямо и говорил?
— Да. И еще кое-что. Пойти меня правильно, Эндрю, я уверен, что ты хорошо разбираешься в своем деле... Но мой отец также говорил, что это совсем нетрудно — управлять компанией. Он частенько повторял, что люди сами создают себе трудности, потому что боятся простоты, — он задумчиво посмотрел на Эндрю и добавил: — Золотые слова.
Эндрю почувствовал, что беседа начинает надоедать ему:
— Чарли, можно спросить вас кое о чем? Как же получилось, что сын президента железной дороги стал уборщиком?
К удивлению Эндрю, Чарли ничуть не обиделся на ехидный вопрос. Больше того, можно было подумать, что вопрос понравился ему.
— Ради всего святого, Эндрю, какое это имеет отношение к твоим проблемам? Если ты считаешь, что я не смогу рассказать тебе ничего полезного, так и скажи. Я с радостью пойду в следующий вагон и найду другого генерального директора, который не откажется поболтать со мной.
На Эндрю произвела впечатление самонадеянность пожилого незнакомца. Только подумайте — этот чудак рассчитывает найти в ночном поезде еще одного собеседника, да еще генерального директора! Но он решил проявить терпимость.
— Значит, Чарли, вы полагаете, что я чересчур все усложняю, да?
Чарли серьезно ответил, словно вопрос был задан искренне.
— Не скажу наверняка, Эндрю, потому что я не на твоем месте. Но я могу сказать, что быть генеральным директором — в целом — довольно просто.
Он сделал эффектную паузу.
— Конечно, если только ты не проигрываешь. Не терпишь поражение.
Эндрю покраснел, даже уши его загорелись. Очевидно, Чарли заметил изменившееся выражение его лица даже при тусклом свете фонарика. В его голосе зазвучала настойчивость и искренняя обеспокоенность:
Что, дела плохи, Эндрю? Если так, то мы просто обязаны поговорить. Я очень надеюсь, что у тебя хватило сил не поддаться ни одному из искушений.
Вот что, Чарли, — Эндрю попытался взять себя в руки. — У меня все в порядке. Моя компания испытывает некоторые трудности, но на то есть масса причин. И у меня нет никаких оснований считать, что я проигрываю*.
Он перевел дыхание и спросил:
— Кстати, а что это за "искушения"?
— Я имею в виду, что если бы у тебя были проблемы — ты говоришь, что их нет, но если бы они были — то это означало бы, что ты поддался одному из пяти искушений, с которыми сталкиваются все руководители.
Чарли дал время Эндрю осмыслить свои слова и закончил:
— Или, Боже упаси, даже двум или трем.
До Эндрю начал доходить комизм ситуации. Я, Эндрю О'Брайен, глава "Тринити Системе", сижу здесь, в пустом ночном поезде метро и огорчаюсь, потому что сумасшедший уборщик считает меня неудачником. Ему страстно захотелось закончить бессмысленный разговор и вернуться к мыслям о завтрашнем заседании совета директоров, но ночной спутник все же успел распалить его любопытство. И Эндрю, скрепя сердце, произнес:
— Не могли бы вы вкратце рассказать, что это за пять искушений?
Чарли помолчал.
— Придется тебе немного подождать, — наконец вымолвил он.— Сначала мне надо задать тебе несколько вопросов.
Эндрю глубоко вздохнул, взглянул на часы и откинулся на спинку сиденья.

ГЛАВА
5

ПЕРВОЕ ИСКУШЕНИЕ

— Скажи мне вот что, Энди. Какой день был лучшим в твоей карьере?
Эндрю хотел было попросить уборщика не называть его Энди — от этого имени он постарался избавиться, как только закончил бизнес-школу, — но затем решил, что не стоит делать из мухи слона.
— В каком смысле? — осторожно переспросил
он.
Движением руки Чарли прервал Эндрю:
— Только не усложняй. Просто скажи, какой день был для тебя самым лучшим.
Эндрю задумался:
— Я бы сказал... это был день... День, когда меня назначили генеральным директором, — не очень уверенно произнес он. — Завтра исполняется уже год.

Ему показалось, что во взгляде Чарли он заметил разочарование — не осуждение, нет, только разочарование:
— Но почему?
— Ну, Чарли! — поразился непонятливости собеседника Эндрю. — Занять пост главы компании — огромный шаг в личной карьере. К этой должности я стремился лет двадцать.
Эмоциональная тирада Эндрю оставила Чарли равнодушным. Он помолчал и задал следующий вопрос:
— Ну, ладно. А второй самый счастливый день? Эндрю вдохнул и рассказал, как был счастлив,
когда его назначили вице-президентом и его зарплата выросла до суммы, выражаемой шестизначным числом.
Чарли медленно покачал головой, точно разгадал что-то важное:
— Ну что ж, Эндрю. Я не хочу критиковать тебя,
но...
Эндрю перебил:
— Да критикуйте, если хотите. Это никому не запрещается.
Он устало улыбнулся.
Старик наклонился вперед и положил ладонь ему на колено:
— Я уверен, что ты поддался искушению номер один. Исправить это будет непросто. Устоять перед первым искушением труднее всего.
Эндрю хотел было рассмеяться, однако у него возникла подспудная уверенность, что Чарли действительно знает что-то такое, чего не знает никто. Чарли говорил с такой убежденностью, что его от слов невозможно было отмахнуться. Эндрю боялся признаться себе, что ему хотелось слушать пожилого господина и дальше. Скрывая беспокойство, он с наигранной веселостью спросил:
— И что же теперь, Чарли? Окончательный диагноз — я безнадежен?
Попытка Эндрю разрядить атмосферу не удалась. Чарли остался серьезным:
— Вполне возможно. Быть руководителем способен далеко не каждый.
Уже без искусственной веселости Эндрю поинтересовался:
— Ладно, а почему вы думаете, что я поддался какому-то искушению? И почему это искушение — номер один?
Чарли помолчал, как врач у постели больного, не решающийся сообщить страшный диагноз.
— Конечно, я могу ошибаться, но мне кажется, что ты больше заинтересован в развитии собственной карьеры, чем в успехе своей компании.
Эндрю выглядел озадаченным, а Чарли продолжал:
— Попробую объяснить на примере. — Чарли на мгновение задумался, глядя на потолок вагона. — Ну, допустим... Представь себе политика, возможно, даже президента США. Представь, что я задал ему тот же вопрос, что и тебе. "Господин президент, какой самый значительный день в вашей карьере?" И что ответил бы хороший президент?
Эндрю пожал плечами.
— Ладно. Тогда представь руководителя некоммерческой организации. Или тренера баскетбольной команды.
Эндрю надоело следить за мыслью своего попутчика:
Что вы имеете в виду, Чарли?
Очень просто. Представь себе президента США, который утверждает, что самым значительным днем его карьеры был день выборов или инаугурации, а? — Чарли помолчал, глядя на Эндрю, но поскольку тот сидел с каменным лицом, продолжил: — Или взять руководителя некоммерческой организации, который гордится тем днем, когда получил грант от правительства. Или тренера баскетбольной команды, который считает лучшим своим достижением подписание контракта с командой. Улавливаешь?
Эндрю насупился:
— Если честно, то, по мне, это вполне трезвый взгляд на вещи.
— Даже чересчур трезвый. В том-то и проблема. Эндрю был совершенно сбит с толку.
— А знаешь, что сказал мой отец, когда я спросил его о самом лучшем дне его карьеры? — Чарли заговорил тише, и в его голосе зазвучала нежность.
Эндрю молча покачал головой.
— Он сказал, что не может сказать наверняка — был ли это день, когда они открыли первую пассажирскую ветку на запад от Миссисипи, или день, когда его компания впервые показала прибыль.
По лицу Эндрю было заметно, что слова собеседника нашли отклик в его душе. Чарли продолжал:
Видишь ли, Энди, хороший президент гордится не тем, что его выбрали, а своими собственными достижениями. Руководитель некоммерческой организации радуется не получению гранта, а тому, что удалось направить деньги на доброе дело. Хороший тренер вспомнил бы не тот день, когда его взяли на работу, а первые места команды в играх и награды в чемпионатах.
Так значит, вы полагаете, что люди не должны гордиться личными достижениями? — решил поддеть собеседника Эндрю. Тот улыбнулся:
Конечно, должны! И имеют полное право. Но гораздо лучше гордиться тем, что ты действительно сделал, выполнил, создал, добившись высокого положения. Собственно, настоящего руководителя должно просто переполнять стремление добиться чего-то. Достичь! Именно это стремление движет им, а вовсе не самолюбие.
— Отчего же руководитель не может добиваться чего-то просто из самолюбия? — Эндрю был доволен собой; ему казалось, что он задал хороший вопрос. — У многих руководителей колоссальное самолюбие.
Чарли казался озадаченным, но лишь на мгновенье:
— Да, конечно. Думаю, руководителем может руководить и самолюбие-Эндрю было приятно, что Чарли хоть в чем-то
согласился с ним, а тот тем временем закончил:
Но это продлится недолго.
Но почему?
Потому что, едва добившись первых результатов, этот руководитель станет тешить свое самолюбие, пожиная приятные плоды своих достижений. Он станет меньше работать. Производительность компании станет заботить его меньше, чем достигнутый уровень комфорта и высокий статус.
Эндрю едва заметно кивнул — вряд ли Чарли заметил это. А тот между тем продолжал:
Конечно, когда компания окажется на грани краха, а статус руководителя под угрозой, такой начальник вновь всерьез примется за работу,но вовсе не из-за беспокойства о судьбе организации. Единственное, что его по-настоящему волнует — это его имидж. И скажи мне, наконец, Энди... — Чарли явно подобрался к самому главному вопросу. Голос его звучал очень мягко. — Почему ты сегодня работал допоздна? Не думаю, что ты все время засиживаешься за полночь.
Конечно, нет. Обычно я дома в семь вечера, — ответил Эндрю, не понимая, почему Чарли переменил тему. — Но завтра заседание совета директоров, и признаться, дела мои далеко не блестящи...
Эндрю запнулся. Неожиданно ему стала ясна связь между вопросом Чарли и его предыдущими рассуждениями. Тут было над чем задуматься, и на некоторое время Эндрю даже забыл о присутствии уборщика.
Однако он быстро опомнился и примирительно произнес:
— Ладно, Чарли. Пожалуй, ты прав. Я не спорю, порой руководитель уступает соблазну, и тогда карьера, статус, даже самолюбие становятся для него превыше всего. Это интересная мысль. Я подумаю над этим.
Эндрю испытывал снисходительное удовлетворение от того, что признал правоту уборщика Чарли, который уже не казался ему сумасшедшим.
Но он не успел насладиться своим благородством, потому что Чарли заговорил снова:
— Пойми меня правильно. Преодолеть соблазн очень трудно, ведь это часть тебя самого. И даже если ты сможешь противостоять первому искушению, остаются еще четыре, которые способны тебя погубить.
ГЛАВА
6

ВТОРОЕ ИСКУШЕНИЕ
Ситуация представляется безнадежной, — Эндрю глубоко вздохнул.
Вовсе нет. Просто трудной. Я же говорил тебе, что быть руководителем, особенно хорошим — трудная работа, но вспомни...
Помню, — язвительно прервал его Эндрю, — но в целом это несложно.
На самом деле ты не веришь в это, да?
Пока не верю, — согласился Эндрю. — Но вы продолжайте.
Чарли положил фонарь на соседнее сиденье, и теперь свет был направлен на белый потолок вагона.
— Хорошо. Предположим, что ты печешься не только о своей карьере, но и о своей компании. Но и в этом случае ты все-таки можешь потерпеть неудачу если поддашься второму искушению.
— Какому?
— Желанию нравиться своим подчиненным — вместо того, чтобы требовать от них ответственности.
Эндрю пождал, не захочет ли Чарли по своему обыкновению продолжить, но тот молчал. Тогда Эндрю спросил:
Всего-то?
Что ты имеешь в виду под словами: "всего-то"?
— Я имею в виду, что слово "ответственность" — самое заезженное из модных словечек в бизнесе. Всякий раз, когда что-то не ладится, все начинают твердить об усилении ответственности.
Похоже, Чарли ничуть не огорчило такое пренебрежительное отношение к его теории.
— "Нравиться подчиненным"! — продолжал Эндрю. — Так говорят школьники — "мне нравится эта девочка"!
Чарли только улыбался:
— Я же предупреждал, что все очень просто. Эндрю чувствовал, что за всем этим что-то кроется. Смеясь, он сказал:
— Впрочем, лично у меня нет никаких проблем с ответственностью, к тому же я не стремлюсь никому нравиться. Предлагаю перейти к третьему искушению.
— Хорошо. Но прежде скажи, почему ты так уверен в этом?
С видом притворного сожаления Эндрю ббъяснил:
Да хотя бы потому, что на прошлой неделе я уволил начальника отдела маркетинга. Я не боюсь решительных действий, когда нет другого выхода, — добавил он с плохо скрываемой гордостью.
Вижу, — в голосе Чарли звучали скептические нотки.
Вы не верите мне? — Эндрю раздражала притворная многозначительность полуночного собеседника, но очень хотелось услышать продолжение.
Извини, Энди, — виновато сказал Чарли. — Боюсь, ты немного запутался. Не возражаешь, если я задам несколько вопросов?
Задавайте.
О'кей. Почему же ты все-таки уволил этого парня, из отдела маркетинга? Как, кстати, его зовут?
Терри. Я уволил его, потому что он не справлялся со своими обязанностями. Он проработал у нас десять месяцев и ничего не сделал. Он приходил на совещания неподготовленным. Он не предложил ни одной оригинальной идеи по рекламе, не нашел ни одного нового клиента, — казалось, Эндрю пытается убедить самого себя.
И как поступил ты? — спросил Чарли без тени упрека.
Я уже сказал. Я уволил его.
Нет, я имею в виду, что ты делал, когда все это происходило? Я уверен, что ты не раз беседовал с ним на протяжении десяти месяцев, прежде чем уволить.
Конечно. Я пытался все объяснить ему Но в целом я обращался с ним так же, как и со всеми остальными своими подчиненными, хотя должен признать, что Терри мне нравился больше других.
Но ты видел, что он не справляется?
Да. Наша начальница отдела продаж говорила, что ей не хватает новых клиентов и отношения со старыми никуда не годятся. А то, что дела с рекламой обстояли из рук вон плохо, было видно невооруженным глазом.
— И что по этому поводу ты говорил Терри? Эндрю на миг задумался.
— Не помню точно. Кажется, сказал, что Джа-нис — начальница отдела продаж — требует расширения клиентуры. Еще я сказал ему, что в прошлом году реклама была лучше.
— Что он ответил?
— Что он только учится. И это было правдой. Он пришел к нам совсем недавно.
— И ничего не сделал?
— Ничего. Я спрашивал, как идут дела, а он отвечал, что ситуация в отделе маркетинга оказалась хуже, чем он думал. Он сказал, что налаживание работы потребует больше времени, чем он рассчитывал.
— И что ты предпринял? Снизил ему зарплату? Лишил премии? Или как там у вас это делается?
Эндрю нахмурился.
Нет. Это было бы жестоко — наказывать его материально. Ведь он только что перевез сюда свою семью — откуда-то с другого конца страны.
Другими словами, ты не предупредил Терри, что он вот-вот лишится работы? — конечно, ответ Чарли знал и сам.
Нет, конечно. Я не хотел, чтобы он расстраивался. Я надеялся, что со временем все наладится, и не хотел, чтобы у него опустились руки.
— А потом?
— А потом я уволил его. Через три недели. Теперь Чарли и Эндрю смотрели друг другу в
глаза, обдумывая все сказанное. Затем они оба расхохотались, хотя смех Эндрю звучал несколько виновато.
Отсмеявшись, Чарли спросил:
— Вот так сразу? Взял и уволил? Безуспешно пытаясь стереть с лица виноватую
улыбку, Эндрю стал оправдываться:
— Ну, не совсем сразу. Продажи по-прежнему падали. И к тому же в прошлом месяце Терри разместил в USA Today совершенно кошмарную рекламу.
Дошло до того, что мне стали звонить члены правления и спрашивать, что у нас происходит с маркетингом. И я решил, что Терри пора уволить.
— Это было неожиданностью для него?
— Ну да. Просто невероятно! Мне даже показалось, что он сейчас расплачется. И я кое-что понял.
— Что же?
— Он даже не представлял, сколь серьезны его проблемы. И это странно. Он мог бы догадаться, что дела плохи! Мы постоянно, на каждом совещании твердили ему, что нам нужны новые клиенты, но ничего не менялось.
Чарли нахмурился и украдкой глянул на Эндрю, словно не решаясь заговорить.
Опять что-то не так? — насторожился Эндрю.
Эндрю, — теперь Чарли назвал его полным именем. — Возможно, это прозвучит жестко, но я все-таки скажу, можно?
Ну, давайте, — неуверенно ответил Эндрю, от всей души желая, чтобы Чарли промолчал.
Почему ты не предупредил Терри, что уволишь его, если дела не улучшатся? — сварливо поинтересовался Чарли.
Я же сказал вам — мы говорили о необходимости привлечения новых клиентов на каждом...
Но Чарли перебил:
— Да, я знаю. Вы говорили о клиентах. Но разве ты предупредил его, что он может потерять работу?
Эндрю почувствовал, что его охватывают раздражение, а Чарли продолжал:
— Удивишься ли ты, если завтра члены совета директоров уволят тебя?
Этот вопрос подействовал на Эндрю, как красная тряпка на быка, и он почти сорвался на крик:
— Это уже чересчур! Они не для того собираются, чтобы меня уволить!
Старик поднял руку и слегка наклонил голову
— Прости. Я не имел в виду, что они на самом деле собираются сделать нечто подобное. Я просто...
Но Эндрю уже взял себя в руки:
— Я понял, что вы имеете в виду, Чарли. Но уже поздно, и я страшно устал, и...
Эндрю осекся. Казалось, он совершенно выдохся.
Несколько минут собеседники молча смотрели в темноту за окном поезда.
Наконец, Эндрю нарушил тишину:
Так о чем вы говорили?
Неважно, Эндрю. Я не хочу больше огорчать тебя. Правда, не хочу.
Вы не огорчаете меня. Такая встряска даже полезна. Я где-то читал об этом.
Они рассмеялись.
Продолжайте, Чарли, — снова попросил Эндрю.
Хорошо. Я просто спросил, как бы ты себя чувствовал, если бы члены совета директоров решили уволить тебя. Без предупреждения.
Я бы страшно огорчился, — на этот раз ответ Эндрю был продиктован рассудком, а не эмоциями. — Но ведь, с другой стороны, это происходит все время! Совет директоров редко предупреждает генерального директора и почти никогда не дает ему советов. И, наверное, это правильно. Совет директоров мне не начальник, он просто выполняет функцию контроля и не более того.
Да, согласен. Но ведь ты был начальником Терри!
Эндрю потер лоб, раздумывая над ответом:
— Вы знаете, на самом деле я не считал себя его начальником. Не думаю, что я должен быть начальником для своей команды — для Джанис, Фила, Тома, Мэри или кого-нибудь еще.
— Почему же, черт побери?
— Потому что они — взрослые люди и профессионалы своего дела. Кто я такой, чтобы учить их выполнять свою работу?
Чарли улыбался знающей, отеческой улыбкой, однако Эндрю чувствовал его неодобрение. Это было нестерпимо, и он заговорил быстро и напористо, совсем не так, как прежде:
— О'кей, Чарли. Я скажу, почему я не предупреждал Терри, что он может потерять работу. Во-первых, он старше меня лет на десять. Довольно странно пугать увольнением человека, который по возрасту годится тебе если не в отцы, то в старшие братья. Во-вторых, он разбирается в маркетинге в сто раз лучше меня! Откуда мне знать, что он там делает? Я — электронщик по образованию. В-третьих, Терри был одним из немногих в моей команде, с кем я мог поделиться своими трудностями. Он понимал и поддерживал меня как никто другой! Мне было ужасно жаль расставаться с ним.
— Значит, ты боялся, что если скажешь ему о своем намерении уволить его, то он станет хуже относиться к тебе и ты не сможешь доверять ему, как прежде?
Эндрю слегка кивнул, будто сомневаясь, и Чарли продолжил:
— Ты побоялся потерять его расположение. Боялся, что перестанешь ему нравиться.
— Ну... В общем, я его уволил. Чарли оживился:
— И теперь тебе не надо думать, что с ним делать, да? Одно дело — строго спрашивать с подчиненных и воспитывать их изо дня в день, а другое — уволить и в глаза их больше не видеть.
Эндрю застыл, переваривая сказанное. Чарли, казалось, пожалел о своей резкости:
— Прости, я не хотел...
Эндрю перебил его, точно не заметив попытки извиниться:
— Знаете что, Чарли? Как это ни ужасно звучит, многие руководители поступают точно так же. И это все не так просто, как ты думаешь. Есть еще такая вещь, как обновление кадров, да и ситуации бывает разные.
Чарли спокойно отозвался:
— Ну да, обычное дело. И все потому, что руководители не понимают, что требовать — это одно, а уволить — совсем другое.
Эндрю пожал плечами, явно желая закончить разговор, но Чарли не унимался:
— Эндрю, хочешь знать, сколько человек уволил мой отец за те семнадцать лет, когда он руководил железнодорожной компанией?
Эндрю промолчал. Чарли поднял руку и растопырил пальцы.
У Эндрю округлились глаза:
— Я не хочу сказать о вашем отце ничего плохого, но это просто смешно. Он работал на железной дороге или в благотворительной организации?
Ты не понял. Я сказал, что мой отец уволил только пять человек. Но я не сказал, сколько служащих ушли сами, потому что не справились с работой.
Что вы хотите этим сказать?
Я хочу сказать, что у моего отца был пунктик i [асчет производительности. Все, кто с ним работали, знали, что они либо покажут отличные результаты, либо им придется уйти.
Все равно не понимаю, как ему удалось уволить только пятерых.
Все очень просто: он объяснял подчиненным, что от них требуется, и постоянно напоминал о своих требованиях. Если они допускали промахи, он наказывал их — финансово или как-то иначе. В конце концов, если работник не находил способ улучшить работу, он покидал компанию.

Но пятерых-то он все-таки уволил, — скептически заметил Эндрю.
Двое из них нарушили правила компании. Отец не сказал мне, что они сделали. Остальные трое так и не научились работать. Они не могли решиться оставить компанию, и мой отец принял решение за них.
Эндрю впервые почувствовал симпатию к отцу Чарли:
— Ваш отец был крут, — сказал он.
Да, я тоже так думаю. Но ему было очень больно увольнять тех троих. Хотя у него просто не было выбора.
Ну, выбор всегда есть.
Мой отец так не считал. Если бы он позволил тем людям остаться, то подвел бы других.
Вы имеете в виду акционеров?
Нет. Мой отец чувствовал ответственность перед всеми людьми, которые уволились по собственному желанию, понимая, что не справляются. Ему казалось, что он должен был помочь им поднять планку, которая они сами для себя установили.
Чарли замолчал. Эндрю понял, что пожилой джентльмен задумался о своем отце. Эндрю искренне сказал:
— Похоже, ваш отец был мудрым человеком. Могу поспорить, что он был отличным руководителем.
Чарли кивнул. Эндрю продолжал:
— Я не хочу сказать ничего дурного о вашем отце, но сегодня бизнес стал гораздо сложнее, чем прежде.
Эта ремарка не сбила Чарли с толку:
Почему ты так думаешь?
Ну, взять хотя бы глобальную конкуренцию, новые технологии, усиление государственного регулирования. Тогда проводилась политика протекционизма. Рабочая сила была дешевой. Сегодня все по-другому.
— Хорошо, вернемся к Терри. Как ты думаешь, сработал бы в этой ситуации подход моего отца?
Эндрю даже не стал делать вид, что раздумывает над вопросом:
Конечно же, нет.
Почему?
— Я уже объяснял. Я не знаю, чего от него требовать, могу лишь догадываться. Я работаю в очень сложной отрасли — не хватало еще, чтобы я разбирался в маркетинге лучше Терри. Это его работа.
Чарли наклонился к Эндрю:
— Давай по-другому. Ты считаешь, что несправедливо предъявлять подчиненному профессиональные требования, потому что ты не эксперт в его деле. Но уволить его без предупреждения за то, что он не оправдал твоих ожиданий, вполне справедливо. Я правильно понял?
Эндрю почувствовал себя сбитым с толку:
— Все не так просто...
— Да нет же, именно так. В том-то и дело. Тут никогда не было ничего сложного. Это ты все усложняешь, потому что занимаешься не своим делом.
Эндрю почувствовал себя задетым за живое.
— О'кей, Чарли. Ну, и как вы считаете, почему образованный человек со степенью МБА хочет про
сто нравиться подчиненным вместо того, чтобы требовать от них ответственности?
— Вот мы и подошли к искушению номер три.
ГЛАВА
7

ТРЕТЬЕ ИСКУШЕНИЕ

Внезапно в поезде зажегся свет, погас, снова зажегся, и поезд медленно тронулся с места.
Эндрю вздохнул: "Наконец-то". Он взглянул на часы и тут же забеспокоился, как бы Чарли не воспринял это как желание закончить разговор. Поэтому он немедленно спросил:
— Что это за искушение, Чарли?
Чарли, наверное, решил, что вопрос задан из вежливости:
— Знаешь, не буду больше надоедать тебе. Я заболтался и забыл, что у тебя еще куча дел.
Эндрю отвечал вежливо, хотя несколько свысока:
— Говорите же, Чарли. Я должен понять, почему мне неудобно требовать от подчиненных ответственности. Не можете же вы бросить меня здесь с первыми двумя искушениями. Я хочу узнать оставшиеся три.
Чарли, видимо, уловил иронию в тоне Эндрю, потому что так же вежливо ответил:
— Уверен, у тебя все будет хорошо. Похоже, ты и без меня во всем разобрался.
Эндрю был заинтригован куда сильнее, чем согласился бы признать. Теперь он горел желанием дослушать Чарли до концы. Уже более искреннее он произнес:
— Мне очень хочется узнать остальное. Чарли ответил не сразу:
О'кей. Если, конечно, я не слишком отвлекаю тебя.
Да нисколько! Что же такое искушение номер три?
Это искушение не сомневаться в правильности своих решений.
По лицу Эндрю было видно, что он не понимает, поэтому Чарли пояснил:
Это искушение предпочитать определенность ясности. Некоторые руководители боятся ошибиться, поэтому выжидают до тех пор, пока не станет понятно, что поступать надо так-то и так-то. А такой подход мешает требовать ответственности от подчиненных.
Боюсь, я не понимаю.

Это просто. Ты не можешь требовать от подчиненных ответственности за вещи, с которыми не все понятно. Если ты боишься принимать решения в условиях ограниченной информации, ты никогда не достигнешь ясности.
О'кей. Я понял. А что это за вещи, с которыми не все понятно?
Простые. И очень важные. Например, чем занимается компания. Ее цели. Роли и ответственность сотрудников, позволяющие достичь этих целей. Последствия в виде успеха или неудачи. Все в этом роде.
Видение, миссия, ценности, цели. Мы это проходили в бизнес-школе. Не обижайтесь, Чарли, но вы не сказали ничего нового.
А я и не пытался. Об этом говорят все кому не лень. — Чарли помолчал для пущего эффекта. — В таком случае каково твое видение будущего "Тринити"?
Эндрю насупился и почесал плечо, напоминая школьника, который хочет избежать нагоняя. Чарли изумился:
Не можешь ответить?
Ну... Сейчас мы как раз работаем над обновлением формулировки видения. Возможно, мы будем обсуждать этот вопрос и завтра, на собрании совета директоров.
И давно вы этим занимаетесь, Энди?
Эндрю поерзал, явно не зная что ответить, и Чарли подсказал:
Месяц? Два?
Восемь, — наконец выдавил из себя Эндрю.
Восемь месяцев? — воскликнул Чарли с неподдельным изумлением. — Но почему так долго?
Дело в том, что наш рынок меняется, и мы пытаемся понять, сможет ли наш теперешний бизнес обеспечить...
Прости, Энди, но это просто смешно, — перебил Чарли. — И ради Бога, не обижайся на мои слова, мы ведь знакомы совсем недавно, но отсутствие видения — это исключительно твоя вина и больше ничья.
Правда больно задела Эндрю. Он хотел сказать что-то в свое оправдание, но едва он успел открыть рот, как Чарли нанес еще один удар:
— И не говори мне, что на самом деле все гораздо сложнее.
Эндрю съежился на сиденье — ведь Чарли произнес именно те слова, которые были у него заготовлены в свое оправдание. Ошеломленный, он тем не менее повторил:
— Это действительно не так просто. Чарли наклонился вперед:
— Успокойся, Энди. Сейчас я задам тебе несколько трудных вопросов.
— Хотите сказать, что те вопросы, которые вы задавали раньше, были простыми?
Чарли проигнорировал шутку: .
— Ты готов?
Медленно Эндрю выпрямился на сиденье и расправил плечи, как это делали его сыновья в трудной ситуации:
Начинайте.
О'кей. Что мешает тебе принять решение в таком важном и значительном вопросе, как видение твоей компании?
Сам не знаю.
Знаешь, Энди. Только боишься себе в этом признаться. Пора избавиться от своих страхов. У тебя ведь есть какие-то идеи о будущем твоей компании?
Разумеется.
Ну так почему не записать их, не рассказать сотрудникам, не опираться на них при принятии важных решений?
После долгой паузы, Эндрю медленно и едва слышно произнес:
— Потому что я пока не уверен, что мои идеи правильны.
Эндрю не успел закончить, а Чарли уже задал следующий вопрос:
— Ты служил в армии?
Эндрю отрицательно покачал головой.
В армии говорят, что любое решение лучше его отсутствия.
Я это слышал, но мы не в армии.
Ты прав. Здесь все по-другому. Никто из твоих сотрудников не рискует жизнью.
Эндрю решил не сдаваться:
Послушайте, Чарли. Я думаю, что всем этим вещам — видению, миссии — придают слишком большое значение.
Не спорю. Я считаю, видение и миссия имеют смысл только тогда при хорошем управлении компанией. Я всегда предпочитаю компанию с хорошим менеджментом компании с хорошей миссией.
Точно, — Эндрю почувствовал облегчение от того, что Чарли согласился с ним. Но собеседник задал следующий вопрос:
Итак, каковы же твои цели на ближайшие три месяца?
Мои лично?
Нет, цели твоей компании. Что нужно сделать, чтобы ты мог назвать этот период удачным?
Мы должны заработать деньги. Мы должны увеличить свою долю рынка.
Сколько денег? И как заработать?
Эндрю снова почувствовал, что его загоняют в ловушку. Это его разозлило:
— Вот что я вам скажу, Чарли. Я не могу объяснять такие сложные вещи на таком примитивном уровне! Вам-то легко задавать вопросы, для sac это ничего не значит, легко выглядеть отличником, сидя здесь в вагоне...
Чарли явно был задет и перебил Эндрю:
С чего ты взял, что я отличник?
Да я не это хотел сказать, а то, что вам легко сидеть здесь с видом прокурора и истязать меня всеми этими вопросами. Вас-то это все не касается. Вы небось думаете, что на простые вопросы всегда есть простые ответы.
Впервые Чарли казался взволнованным.
— Простых ответов не бывает, Энди. Именно поэтому за них приходится платить так дорого. Но тебе все равно придется их отыскать. Иначе получается, что ты ни за что не отвечаешь. А если ты ни за что не отвечаешь, результат не зависит от тебя. — Он перевел дыхание, точно пытаясь успокоиться, но тут же задал новый вопрос: — Как ты мог уволить Терри, не зная, чем он занимается?
Эндрю молчал, глядя в пол и покачивая головой.
Чарли снова наклонился к нему:
Я думаю, ты боишься критики. Боишься выглядеть несовершенным.
Никто не хочет выглядеть несовершенным.
— Конечно, конечно. Но ты за это слишком дорого платишь. Ты ведешь свою компанию к катастрофе. Не знаю, понимает ли это совет директоров.
Его слова задели Эндрю за живое, и он почти сорвался на крик:
— Я не боюсь критики! И я не веду компанию к ката...
Чарли не дал ему договорить, тоже повысив голос:
— Тогда где твое видение, Энди? В чем твои цели? Хотя бы намекни! Молчишь?
Внезапно поезд резко затормозил, свет замигал и погас. Двое рассерженных мужчин молча сидели в темноте. Прошло минут пять.
Потом свет включился. Эндрю взял себя в руки и ровным голосом спросил:
— Так в чем моя проблема, Чарли? Чарли заговорил мягко, почти шепотом:
— Я тебе кое-что скажу. У многих руководителей те же проблемы, что и у тебя. Они наконец получили должность, о которой мечтали, и теперь боятся потерять ее. Они боятся быть требовательными с подчиненными, потому что хотят им нравиться. Но даже если они и не боятся утратить &heip;

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →