Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

По данным ООН на земле ежедневно появляется 250.000 новорожденных, по три каждую секунду.

Еще   [X]

 0 

Маргарит. Избранные душеспасительные изречения (Коллектив авторов)

В настоящую книгу собрано много кратких и душеспасительных назидательных историй и советов для душевной пользы каждого христианина, избранных из многих творений святых отцов и подвижников благочестия. В издании повествуется о том, как на христианских началах построить свою духовную жизнь и стяжать ни с чем не сравнимое благо жизни во Христе.

Год издания: 2012

Цена: 84 руб.



С книгой «Маргарит. Избранные душеспасительные изречения» также читают:

Предпросмотр книги «Маргарит. Избранные душеспасительные изречения»

Маргарит. Избранные душеспасительные изречения

   В настоящую книгу собрано много кратких и душеспасительных назидательных историй и советов для душевной пользы каждого христианина, избранных из многих творений святых отцов и подвижников благочестия. В издании повествуется о том, как на христианских началах построить свою духовную жизнь и стяжать ни с чем не сравнимое благо жизни во Христе.
   Издание рассчитано на широкий круг православных читателей


Маргарит. Избранные душеспасительные изречения

   Рекомендовано к публикации Издательским Советом Русской Православной Церкви (ИС 12–208–0694)

   © Издательство «Благовест», 2012

Предисловие

   Многие из иночествующих женского пола, существуя трудами своими, не имеют достаточно времени для чтения пространных сочинений; для таковых особенно удобна эта книга.
   Много путей, ведущих к Богу, но полагаем, не ошибемся, если во главе всего поставим памятование о смерти, драгоценнейшее из всех духовных подвигов, ибо оно, и только оно одно, отторгает человека от сует века сего, делает его мертвым миру, уничтожает в нем все греховные страсти, заменяет все подвиги, обнимает всю жизнь человека, очищает его сердце, привлекает к нему благодать Святого Духа и тем дарует ему свободное восхождение на небо, без препятствования от воздушных властей миродержателя тьмы века сего.
   Великий из подвижников, святой Исаак Сирийский, о памятовании смерти так рассуждает: «Сатана ненавидит сей промысел и всеми своими силами нападает, чтобы истребить его в человеке, ибо знает, коварный, что если помысел сей пребывает в человеке, то ум его стоит уже не на этой земле обольщения, и козни его к человеку не приближаются».
   Так как памятование смерти в действии своем есть не что иное, как непрерывное устремление внимания ума – и с ним всех сил души – к будущей вечной жизни, то цель всех усилий искусителя состоит в том, чтобы развлечь внимание подвижника Христова и направить оное к заботам житейским или рассеять по суетным предметам настоящего мира. «И потому, – говорит преподобный Исаак, – если бы можно было, сатана отдал бы человеку царство целого мира, только бы развлечением изгладить в уме его таковой помысел. И если бы мог, – подтверждает святой отец, – то сделал бы это охотно».
   Итак, вот верный и кратчайший путь всем ищущим спасения души. О способах к приобретению такового ни с чем не сравнимого блага изложено в этом сочинении с надлежащею последовательностью.
   Так же помещено здесь замечательное извлечение из митерика монаха Исаии, составленного им исключительно для монашествующих женского пола и доселе не печатавшегося на русском языке.
   Призываем благословение Всевышнего на малый труд наш и просим, да отверзутся благодатью Его ум и сердце чтущих и тщащихся об исполнении святой воли Его по реченному: Пути Твоя, Господи, скажи мне, и стезям Твоим научи мя.
И. Арсений.
Святой Афон, Руссик, 1875

О вере в Бога

Мк. 16:16
   Доказательства веры в бытие Божие очевидны: первое место из них занимает начертанный Богом на скрижалях сердца человеческого внутренний закон, убеждающий в существовании Божества. У народов грубых выражалось это в поклонении неодушевленным предметам: солнцу, луне, огню и прочим, а у некоторых находим даже созданный ими храм неведомому Богу, из чего вполне убеждаемся, что при самом сотворении человека насаждено в него богопочитание, как нечто естественное. А если в настоящее время появились безбожники, отрицающие бытие Божие, то это люди не только развратившие понятия свои, но даже исказившие естественный закон.
   Закон внутренний, данный нам Богом, показывает нам добро и зло, и за сделанное добро награждает душевным радостным ощущением, а за зло наказывает мучением совести, что служит очевидным доказательством бесконечной премудрости Творца нашего, Который хотя и даровал нам свободную волю, но вместе с тем вселил внутрь нас как бы некоего руководителя, который внутренними внушениями и ощущениями побуждает нас к исполнению воли Божией. Затем дано нам Священное Писание, которое со всей ясностью приводит нас к познанию бытия Божия и Его Божественных и премудрых целей сотворения вселенной, ибо все видимое и невидимое нами в миру сем немолчно говорит нам о Творце и Зиждителе, о Его благости, всемогуществе и премудрости.
   В мире сем всякое растение, животное, человек, как видим, происходит одно от другого: растения от семян, животные от подобных себе, так же и человек. Кто же положил начало всему этому? Откуда взялись первые растения, первый человек? Что само собою ничего не могло явиться на свет, в этом убеждаемся из того, что в продолжение всего существования мира, само собою ничего не сотворилось и не явилось, кроме того, что вначале сотворил всемогущий Бог; а если и находятся безумцы, утверждающие, что все произошло от какой-то материи или само собою создалось, то в этом, очевидно, одно лишь сопротивление истине или кичливое желание высказать нечто новое. Такое направление, к сожалению, в последнее время развилось преимущественно среди молодежи вследствие того, что, не получив настоящего религиозного образования, водимые духом гордыни, они думают, что стали умнее всех и что до них заблуждались. Очевидно, что подобные нелепые идеи могут иметь место в головах лишь тех мыслителей, которые находятся под особенным влиянием исконного врага нашего вечного спасения.
   Вера только тогда спасет человека, когда дела его сообразны с нею, вера без дел мертва есть (Ик. 2: 26); и дела наши добрые тогда только приятны Богу, когда они совершаются с верою во Иисуса Христа (Гал. 2: 16). Вера – это небесный луч, просвещающий тьму нашей жизни, руководящий нас к небесному нашему отечеству. Вера есть тот голос, которым слепец кричал: Сыне Давидов, помилуй мя! Хотя и не видим Иисуса Христа, но силою веры познаем, что Он есть Свет невечерний, разгоняющий тьму заблуждений, что Он есть Хранитель, оберегающий нас от несчастий, что Он есть небесный Врач, исцеляющий наши греховные язвы. Но вера есть дар Божий, который утверждается и укореняется в нас от исполнения заповедей Божиих, от постоянного стремления к добру. Для научения и утверждения в вере и благочестии до́лжно прибегать к матери нашей св. Церкви, в которую, как в богатое хранилище, апостолы положили все, что есть истинного, спасительного, дабы жаждущие притекали к сему животворному источнику и обильно почерпали из него воду жизни.
   В деле нашего спасения вера – то же, что основание в здании: подкопано основание – неизбежно рушится здание. Где нет веры, там необузданность страстей, увлекающая человека в бездну зол; за безверие постигает гнев Божий; это видим в погибели древнего мира в потопе и в поглощении землею нескольких городов. Неверующие хуже бессловесного животного, потому что и оно знает господина своего: позна волю стяжавшего и осел, и ясли господина своего (Ис. 1: 3). Неверие разрушает человеческое благополучие, не только частное, семейное, но и общественное. Вера, как и всякая добродетель, подлежит искушениям; не искусивыйся неискусен, как говорит святое Писание; враг нашего спасения, попущением Божиим, тщится поколебать в нас веру, но мы должны отражать его нападения усердною к Богу молитвою, – так поучал Господь святых апостолов, когда у них оскудевала вера.
   Души, чуждые веры в Бога Творца своего, святые отцы именуют мертвыми; так говорит святой Каллист: «Мнози мертвыя имут души, в живом теле, аки во гробе, погребены». «Внемлите, – восклицает святой Димитрий Ростовский, – яко тело грешного человека живым гробом души мертвой нарече».
   Усердная молитва, частая и сердечная исповедь и причащение святых Христовых Таин, любовь к ближним, смирение, удаление от знакомств и бесед с развращенными людьми, а особенно с неверующими, – вот надежнейшие средства к сохранению и утверждению веры.
   «Молись Богу, – поучает святитель Тихон, – чтобы Он подал тебе истинную живую веру, береги веру более, нежели живот свой, ибо и живот свой должны мы за веру положить».
   До́лжно нам не только право верить, но и знать, какая именно вера богоприятнейшая. В этом, как и во всем, будем искать руководства в слове Божием. Апостол Фома уверовал в воскресение тогда только, когда осязал язвы Спасителя; но Господь сказал ему: «Ты видел и уверовал, но те более достойны похвалы, которые, не видевши, веруют». Если верим тому, что видим, то это уже не есть вера. Истинная вера есть уверенность в невидимом как бы в видимом и в ожидаемом как бы в настоящем; так, не видим мы Бога, но веруем, что Он есть; не видим мы будущего блаженства, уготованного праведным, и вечных мук, ожидающих грешных, но веруем, что они есть, – такая вера есть истинная, богоугодная.
   Совершенная вера состоит в полной преданности воле Божией, как о сем упоминается в святом Евангелии: Иже аще речет горе сей: двигнися и верзися в море, и не размыслит в сердце своем, но веру имеет, якоже глаголет, бывает, будет ему, еже аще речет (Мк. 11: 23). Такая вера есть великий дар Божий, ниспосылаемый преимущественно сердцам простым и незлобивым, – утаил ecu cue от премудрых и открыл ecu та младенцам. Ей, Отче, яко тако бысть благоволение пред Тобою (Мф. 11: 21–25). Такую веру имели мученики, когда шли в огонь, и он не опалял их; ввергаемы были в море, и оно невредимыми извергало их; выводимы были на съедение кровожадным зверям, и они с кротостью лизали их ноги. Такова сила веры, побеждающая естественные законы!
   Так некогда принесен был к Господу расслабленный с верою получить исцеление и получил оное (Мф. 9: 2). Страдавшая на протяжении двенадцати лет кровотечением жена от одного лишь прикосновения к одежде Господа с верою мгновенно исцелилась (Мф. 9: 22). Воззвал слепец с верою: Сыне Давидов, помилуй мя! – и отверзлись очи его (Мк. 10: 52). Припал с верою и молением к ногам Жизнодавца Уар, и умершая дочь его восстала с одра смертного (Мк. 5: 42). И в наше время, хотя и скудное верою, было много случаев, что одержимые многолетними и неисцеленными болезнями, истощив все свое имение на врачевство и не получив никакого облегчения, когда прибегали с верою к Источнику жизни, Господу, то получали совершенное исцеление: слепые презирали, скорченные исправлялись, хромые стали ходить, немые говорить, и иные бесчисленные недуги одним лишь с верою призыванием пресвятого имени Его мгновенно исцелялись всемогуществом Его, чему свидетелями были, без сомнения, многие из читающих эти строки, а на некоторых совершалось и само благодатное действие исцеления. Вспомним недавние случаи, бывшие в богоспасаемом граде Москве: в 1867 году, когда принесена была туда святыня Афонская, сколько многолетних недужных от одного к святыне прикосновения мгновенно исцелялось! Обратим внимание и на чудесное явление, бываемое с водой Богоявленской, которая у иных сохранялась и сохраняется десятки лет и всегда свежа, как только что почерпнутая! Не видимое ли во всем этом действие всемогущего Промысла Божия, отечески пекущегося об утверждении в нас веры, которая есть основание всего нашего спасения?
   О глубина богатства, и премудрости, и разума Божия, яко не испытани судове Его, и не исследовани пути Его (Рим. 11: 33), – взывает святой апостол Павел, научая нас не высокомудрствовать о Божественных предметах, недоступных понятиям ограниченного ума нашего, а более руководиться смирением, ибо дела Божии непостижимы. Будем веровать в простоте сердца, как веровали святые апостолы, – и спасемся.
   Вера производит в сердце верующего радость и веселие о Господе Спасе, о Его благости и человеколюбии; она смягчает злострадание и скорби упованием за них небесного воздаяния, делает человека холодным ко всему земному, преходящему, побуждает его искать вечного, нетленного, небесного; она таинственно соединяет душу верующего со Христом, как невесту с женихом: Обручу тя Себе в вере, – говорит пророк от лица Божия, – и увеси Господа (Ос. 2: 20); и святой апостол Павел: Обручих бо вас единому мужу деву чисту, представити Христовы (2 Кор. 11:2).
   Велика сила веры: она восхитила некоторых живыми на небо, а других исхитила от воды потопной; она неплодных сделала рождающими и спасла от острия меча; она изводила из рва нищих и уничиженных и делала их богатыми и великими; низводила с неба огонь, разделяла море, рассекала камень и источала из него воду; насыщала алчущих, мертвых воззывала к жизни, укрощала волны; врачевала недужных, поражала войска, ниспровергала стены, заграждала уста львов, угашала пламень огненный, смиряла гордых и возносила смиренных; одним словом, верующим всё возможно, в чем удостоверяет святой апостол Павел, сказав о себе: все могу о укрепляющем меня Иисусе (Флп. 4:13)
   Распространение христианской веры в самом своем начале встретило жестокое сопротивление со стороны духа злобы, продолжающееся и до сего времени; порождения его: безбожники, богоотступники, ересеначальники, раскольники и иные, – сколько ни усиливаются они затмить истину, но православная христианская вера сияет во всей чистоте и пребудет такой до скончания мира, по слову Господню: На сем камне созижду Церковь Мою, и врата адовы не одолеют ее (Мф. 16: 18). Ни о чем так не тщится диавол, как о том, дабы ввергнуть нас в бездну безверия; но будем твердо противостоять ему, по слову апостольскому: Над всем же воспримите щит веры, в немже возможете вся стрелы лукавого разжжения угасити (Еф.6: 16).
   Так как вера в Бога есть основание нашего спасения, то ею и начата беседа наша. Далее будем говорить о прочих добродетелях, необходимых для спасения души.
   Чтобы построить дом, необходимы разные строительные материалы: кирпич, дерево, железо и прочее; так и для устроения вечного небесного жилища нужны многие добродетели.
   Приступая к началу всякого доброго дела, а особенно к чтению душеполезных сочинений, необходимо помолиться Богу, внутренне из глубины сердечной попросить Его, дабы Он благословил начинание наше и сделал оное плодоносным, а иначе будет труд наш по слову Господню: без Мене не можете творити ничесоже (Ин. 15: 5)

О молитве

   Непрестанно молитеся, о всем благодарите, и вся, елика аще воспросите в молитве верующе, приимите.
1 Сол. 5:18; Мф. 21:22
   Как в естественном состоянии младенец не вдруг делается взрослым, но полной зрелости достигает мало-помалу, так и в состоянии духовном, человек не вдруг из плотского и греховного может сделаться духовным, богоугодным, но восходит на эту высоту постепенно, подвизаясь в добродетелях, в главе которых стоит молитва, ибо молитвою мы все испрашиваем у Бога, по реченному Им: просите, и дастся вам (Лк. 11: 9); а если не будем просить, то и не получим ничего, ни одной добродетели не совершим, если не обратимся с молитвой к Господу, прося Его помощи. Но прежде, нежели приступим к молитве, мы должны знать, что есть молитва? Как и о чем надобно молиться?

Что есть молитва

   Молитва есть благоговейное стремление души человеческой к Богу или сердечная беседа человека с Богом, во время которой человек, представляя Бога невидимо при себе находящимся, изливает перед Ним чувствования души своей. В Ветхом и Новом Заветах есть множество указаний о необходимости молитвы и о ее высоком значении, которое вполне подтверждается примерами Спасителя и Его апостолов, проводивших дни и ночи в молитве. Последователи их, в продолжении всей своей жизни упражнявшиеся в этой высокой добродетели и опытно изведавшие необходимость и благотворность ее, наименовали ее царицею и ликоначальницей в лике добродетелей. Ни об одной добродетели так много не сказали, как о молитве: она есть возвышение ума и сердца к Богу, ею человек вступает в сонм ангелов и делается участником их блаженства, озаряется их мудростью; молитва есть фимиам, благоприятнейший Господу, надежнейший мост для прохождения житейских волн искушений, необоримая стена всех верующих, безопасное пристанище, божественная одежда, облекающая душу в великое благообразие и красоту. Молитва – мать всех добродетелей, хранительница целомудрия, печать девства, верная оборона против всех ухищрений исконного врага нашего диавола. Поражай супостатов именем Христовым, то есть молитвою, как поучают святые отцы, ибо крепче сего оружия нет ни на небе, ни на земле. Молитва – утверждение мира, умилостивление Бога о грехах, необуреваемая волнами пристань, просвещение ума, секира отчаянию, разрушение печали, рождение надежды, утоление гнева, заступница судимых, отрада заключенных, спасение погибающих: она и кита сделала домом Ионе, Езекию от врат смертных возвратила к жизни, отрокам Вавилонским пламень превратила в росу; молитвою святой Илия заключил небо: Илия был человек подобный нам и молитвою помолился, чтобы не было дождя: и не было дождя на земле три года и шесть месяцев (Иак. 5: 17). Даже и самые святые апостолы, когда не могли изгнать нечистых духов, то Господь сказал им: Сей род не исходит, токмо молитвою и постом (Мф. 17: 21).
   В жизни человека нет ничего драгоценнее молитвы: она и невозможное делает возможным, трудное легким, неудобное удобным: молитва столько же необходима человеческой душе, сколько воздух для дыхания или вода для растения. Кто не молится, тот лишается общения с Богом и уподобляется сухому, бесплодному дереву, которое посекается и в огонь вметается. Кто не молится, тот не получает благословения Божия на дела свои, по реченному: Аще не Господь созиждет дом, всуе трудишася зиждущий (Пс. 126: 1).
   Несчастие слепца – не видеть света, но гораздо большее несчастие для христианина – потерять расположение к молитве, лишить душу свою Божественного света: в такой душе водворяется тьма, а по исходе из тела уделом ее будет тьма вечная.
   Вот в кратком очертании значение и сила молитвы, и вместе ее достоинства, и бедственное положение, в котором находятся люди, чуждые духа молитвенного.

О чем и как до́лжно молиться

   «Когда Царю и Богу предстати и возглаголати в молитве грядем, – говорит святой Иоанн Лествичник, – да не приступаем к сему не приготовившися; да не како узрев нас издалеча, не имущих оружия и одеяние приличного царскому предстоянию, повелит Своим рабам и служителям связать нас, далече от лица Своего отринуть, и хартию прошений наших растерзав, на лице наше повергнуть, а потому, приступая к беседе с Богом, до́лжно отринуть от себя все житейское, не внимая никаким помыслам, которые во время молитвы восстают с особенною силою».
   Преподобный Кассиан Римлянин, касательно молитвы дает следующее наставление: «Чтобы молитва была возносима с надлежащею горячностью, до́лжно непременно отложить всякое земное попечение и не только заботиться, даже думать не до́лжно о каком-либо житейском занятии и предприятии».
   А святой Макарий Великий говорит так: «Когда ты устремляешь ум свой и мысли к небу и хочешь соединиться с Господом, тогда сатана становится ниже твоих помыслов. Как древние стены Иерихона пали от силы Божией, так и теперь стены зла, препятствующие твоему уму, извержены будут силою Божиею. Стоя на молитве, помни, перед Кем стоишь! Будь глух и нем ко всему, тебя окружающему, призывай Господа на помощь, – и Он поможет тебе. До́лжно исторгнуть с корнем всякое расположение к гневу и вовсе истребить пагубное разжжение плотской похоти, к чему бы она ни направлялась».
   Человек, стоящий на молитве, то же, что воин на поле брани: тут время стяжания, драгоценные минуты духовной купли для того, кто противится врагу и, не внимая внушениям его, усиливается в молитве, трудится, подвизается, призывая на помощь Подвигоположника Господа. Искушения вражеские во время молитвы бесчисленны: он в эти минуты приводит на память такие житейские дела, исполнение которых представляется необходимым и неотложным, а неисполнение озабочивает важными потерями. Но если хочешь, чтобы молитва твоя была услышана, не внимай ничему; о том, что действительно тебе нужно, благодать Божия напомнит тебе и после молитвы; но если б и случилось иное забыть и потерпеть от того опущение в житейских делах, то, так как это последовало ради Бога, Он, Всеблагий, воздаст за это сторицей. Будь во время молитвы глух, слеп и нем ко всему и всем, кроме Бога. «Начало молитвы, – как пишет святой Иоанн Лествичник, – состоит в том, дабы отгонять помыслы при самом их появлении; середина ее есть то состояние, когда ум наш не расхищается помыслами, а совершенство молитвы состоит в восхищении к Богу всего существа нашего».
   Восстав от сна, первая мысль твоя да будет благодарение Богу; с этой же мыслью и ко сну отходи, имея в уме, что одр твой, быть может, сделается гробом твоим. Прощение обид, даже самых тяжких, необходимо для успеха в молитве, памятуя слов апостольское: Солнце да не зайдет во гневе вашем (Еф. 4: 26).
   Ангелом Господним открыто было одному из монашествующих о следующем образе молитвы богоприятнейшем: прежде всего принесем искреннее благодарение Богу, потом исповедание грехов и сокрушение души в чувстве, и, наконец, да представим Царю всяческие наши прошения.
   Видим из Святого Евангелия, что судья исполнил просьбу вдовицы, убежденный лишь неотступностью ее, так же и друг, который сначала отказал было другу своему в просьбе его, но когда тот, не отходя от него, продолжал умолять, то он наконец уступил его настойчивости (Лк. 18: 5). Притчами этими Господь научает нас, как мы должны поступать, дабы получить просимое.
   Учители Церкви и святые отцы заповедали во время молитвы иметь смирение и сердечное сокрушение о своих грехах и сказали – если человек в своем сердце не сознает себя грешником, то Бог не услышит его; это мы видим из молитвы фарисея и мытаря. Молитва, растворенная слезами смирения и покаяния, непременно будет услышана; изливаясь из души смиренной, она, по словам Премудрого, проникает облака и не останавливается, пока не дойдет до Господа.
   Молитва смиренная отверзает небеса и преклоняет на милость разгневанное правосудие Божие: Смиритеся перед Господом, и вознесет вы (Иак. 4: 10).
   Мытарь, когда молился, не дерзал даже и взглянуть на небо или воздевать свои руки, но ударял себя в грудь и, исповедуя грехи, смиренно просил помилования, тогда как велеречивый фарисей исчислял мнимые свои добродетели и как бы требовал от Бога награды. Что же вышло? Тот помилован, а этот осужден.
   «Помыслим, – говорит святой Иоанн Златоуст, – к кому мы приступаем и зачем? Что желаем получить? Мы приступаем к Богу, при созерцании Коего Серафимы отвращают лица, не имея сил сносить сияние; приступаем к Богу, Который живет во свете неприступном, и приступаем для того, чтобы Он избавил нас от геенны, отпустил нам грехи наши, освободил нас от нетерпимых наказаний и даровал нам небо и Его блага».
   Итак, припадем к Нему и телом, и мыслью, чтобы Он Сам воздвиг нас лежащих, будем беседовать с Ним с кротостью и со всяким смирением.
   Преподобный Иоанн Египетский, пустынник и затворник, называемый прозорливым, между прочими советами пришедшим к нему за наставлениями братьям, дал следующую заповедь: «Никогда не до́лжно высокомудрствовать во время молитвы, ни почитать себя праведным, но со смирением и сердечным сокрушением непрестанно взывать к Богу о помиловании и помощи на трудном и скользком пути ко спасению».
   Не покушайся многословить, беседуя с Богом, дабы на изыскание слов не рассеялся ум твой; мытарево одно слово, произнесенное из глубины сердца сокрушенного, умилостивило Бога, а велеречие фарисеево посрамило его. На кого воззрю, – говорит Господь, – токмо на кроткого и смиренного, трепещущего словес Моих (Ис. 66: 2)
   Хотя бы ты и на всю лествицу добродетей взошел, однако и тогда о прощении согрешений молись, слыша апостола Павла, о грешниках глаголющего: От нихже первый есмь аз. Многое время пребывая в молитве и не видя плода, не говори, что будто ты ничего не приобрел и ничего не исправил; ибо самое пребывание в молитве есть уже приобретение и исправление.
   Какое благо может быть выше того, чтобы прилепляться к Господу и пребывать в непрестанном соединении с Ним? «Кто, занимаясь каким-либо делом, – говорит святой Иоанн Лествичник, – и часу молитвенному наставшу, продолжает в оном упражняться, тот посмеян бывает от бесов, ибо татие сии о том и стараются, чтобы временем занятий часы молитвы у нас похищати». Оставление молитвы причиняет душе невидимую смерть. «Молитве прилежа, будь милостив зело, через сию бо добродетель еще здесь сторицею примешь и живот вечный наследишь, а связанный страстью сребролюбия никогда не может чисто помолиться. Не оставляй молитвы дотоле, пока огонь ее и воды слез сами от тебя смотрительно не отойдут, ибо, может быть, другого такового времени к прощению грехов твоих во всю твою жизнь не получишь. Если ты какими словами молитвы усладился, продолжай оные, ибо Ангел Хранитель молится тогда вместе с тобой». Святой Нифонт видел однажды некоего инока, идущего и про себя читающего молитву, которая, как пламень огненный исходя из уст его, досязала небес; инок шел в сопровождении ангела, имевшего в руках своих огненное копье, которым он отгонял бесов от него.
   Святой Макарий Великий объясняет примером, каким образом упражнение в молитве низводит от Господа дар молитвы. «Хотя младенец, – говорит он, – ничего не может делать, однако же он, ища матери, движется, плачет, и матерь сжаливается над ним; она рада, что дитя с усилием и воплем ищет ее, и так как младенец не может идти к ней, то сама мать, преодолеваемая любовью к младенцу за долгое его искание, подходит к нему и с великою нежностью берет, ласкает и кормит его. То же делает и человеколюбивый Бог с душою, которая ищет Его». «Постоянно пребывающий в молитве, – как учит святой Макарий Великий, – как бы таинственно соединятся с Господом, приняв Святого Духа, он воспламеняется любовью ко Господу, возгорается ненасытным желанием сопребывания с Ним, по реченному: Ядущие Мя еще взалчут и пиющие Мя вжаждутся (Сир. 24: 23)». Подобное состояние человека служит как бы предызображением того блаженства, которое уготовано любящим Бога в будущем веке.
   Непрестанно молитеся, – говорит святой апостол, – да не внидете в напасть (Мф. 26: 41). Но непрестанная молитва заключается не в том только, чтобы непрестанно молиться, а до́лжно непрестанно памятовать о Боге и воображать Его всегда перед собою смотрящего на все дела, намерения и помышления наши, а потому во время всяких занятий до́лжно приучать себя чаще мысленно произносить молитву Иисусову: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного, или Пресвятая Богородица, спаси меня. Об Иисусовой молитве святыми отцами изложены подробные руководства в книге «Добротолюбие» и иных аскетических сочинениях.
   Один богомудрый отец говорит: «Аще хочеши в теле, яко безтелесен, Богу служити непрестанно, стяжи молитву тайно в сердце твоем, – и душа твоя прежде смерти будет яко ангел». Святой Василий Великий говорит, что надобно заключать свою молитву не в словах, а, напротив, всю силу ее поставлять более в душевном желании и в непрестанно продолжающихся подвигах добродетели, ибо сказано: Аще убо ясте, аще пиете, аще ли ино что творите, вся во славу Божию творите (I Кор. 10: 31)
   Что ни делал бы ты, наивозможно чаще призывай имя Божие, за все благодари Господа – за радости и скорби, так как все посылается для нашего блага: тогда освятится вся твоя жизнь и будет непрестанною молитвою.
   Не оставим без внимания ежедневно произносимых нами в молитве Господней слов: И остави нам долги наши, якоже и мы оставляем должником нашим; подобно сему сказано и в Святом Евангелии: И егда стоите молящеся, отпущайте, аще что имате на кого, да и Отец ваш, Иже есть на небесех, отпустит вам согрешения ваша. Аще ли же вы не отпущаете, ни Отец ваш, Иже есть на небесех, отпустит вам согрешений ваших (Мк. 11: 25–26). Следовательно, если мы на кого имеем в сердце злобу, то дотоле, пока не примиримся, напрасна молитва наша. Если в происшедшей с кем-либо ссоре и правыми считаем мы себя, но во всяком случае должны мы первые искать примирения, если же и за всем тем оскорбившие нас не пожелают примириться с нами, то мы уже не будем перед Богом отвечать, как искренно желавшие и искавшие примирения.
   Обратимся к продолжению беседы о молитве: надобно не тогда только молиться, когда есть расположение к молитве, но молиться и тогда, когда не хочется молиться, когда лень, сон, заботы, суеты и прочее удаляют нас от молитвы, и если, несмотря на все это темное полчище, мы молимся, подвизаемся, принуждаем себя, боремся с собою, то таковая молитва проникнет небеса и предстанет перед престолом Господа. Время ночное очень удобно для уединенной молитвы: тогда все стихает, успокаивается, и возносимые к Богу в безмолвии ночном из глубины сердца моления низводят на молящихся сугубые щедроты Божии. Во время таковых молитв всезлобный враг с особенной силой восстает на молящихся, подвергает их многим искушениям, страхам и напастям; но благодатью Божиею все это превозмогается, и за борьбу с врагом отразившие искушения его сподобляются великих даров благодати Божией. Молитвы продолжительные, как ночные, так и дневные, до́лжно совершать не иначе, как по совету и благословению опытных духовных руководителей.
   Болезни, скорби и все несчастья наши суть следствия грехов; поэтому мы должны просить Господа об отпущении грехов, чтобы вместе с тем исцелиться нам от болезней и избавиться от несчастий. Многие из нас в нуждах своих и скорбях ищут исключительно пособий земных, и когда уже видят, что они безуспешны, тогда обращаются к Богу и нередко не получают просимого. Причина этого скрывается, очевидно, в скудости веры, ибо мы удостаиваемся благодати Божией только по мере веры, как говорит святой апостол: Да просит же верою, ничтоже сумняся, сумняйся бо уподобися волнению морскому, ветры возметаему и развеваему. Да не мнит бо человек он, яко приимет что от Бога. (Иак. 1: 6–7). Промысл ительные нам от Бога наказания, как то: голод, войны, неблаговременные дожди, засухи и проч., – все это за грехи наши. Следовательно, причина всех зол лежит в нас самих. Отсюда опять является крайняя нужда молить Господа о прощении наших согрешений, чтобы, с исторжением сего корня всех бедствий, избавиться нам и от всех естественных зол, посылаемых на нас в виде губительных явлений природы.
   Непрестанно молитесь, братия, и в домах, и в пути, всякою молитвою и молением, молящеся на всякое время духом, и все, чего ни попросите у Господа с верою, получите: Вся, елика аще воспросите в молитве верующе, приимете (Мф. 21: 22). Хотя бы Господь и нескоро даровал просимое, терпите, ожидайте и уповайте несомненно. Сам Он уверяет нас: Просите, и дастся вам, ищите, и обрящете, толцыте, толкущему отверзется (Мф. 7: 8). Немощь и греховность наша не должны ослаблять во время молитвы веру и надежду нашу, ибо должны мы уповать не на свои силы, а на милосердие Божие. Мы видим многочисленные примеры: как милостиво приняты были Господом молитвы великих грешников, в смирении вопиявших к Нему. Необходимы и главные условия при молитве: совершенная преданность воле Божией, сознание своего крайнего недостоинства и греховности и искреннейшее желание исправить свою жизнь, а наиболее всего беззлобие. Если же и бывает, что иной просит и не получает, то это не значит, что молитва его остается неуслышанной, а что, по смотрению Божию, просящий испытывается в терпении и потом, когда терпение выдерживается до конца, тем в большей мере удостаивается он просимого. В молитве необходимо быть терпеливым: испрашивание у Господа тех или иных благ – дело не одного дня; святые отцы всю жизнь свою проводили в молитвах и покаянии, и наконец сподоблялись благодати Божией. Иные молятся и, не получая просимого, охладевают в молитве: а, может быть, Господь близок был уже к тому, чтобы исполнить по их прошению, может быть, оставили они молитвенный труд, когда недалеко уже от них была милость Божия. Случается и так, что мы просим и не получаем просимого потому, что оно послужило бы нам ко злу: Просите и не приемлете, да в сластех ваших иждивете (Иак. 4: 3). Сколько бы ни были велики грехи твои, молись и не отчаивайся, помни, что сказал Сам Господь: Аще будут грехи ваши яко багряное, яко снег убелю; аще будут яко червленое, яко волну убелю. И аще хощете и послушаете Мене, благая земли снесете; аще же не хощете, ниже послушаете Мене, меч вы пояст: уста бо Господня глаголаша сия (Ис. 1: 18–20). Но иногда и так бывает, что Господь смотрительно оставляет без исполнения молитвы Своих рабов; так, например, просил великий Моисей Боговидец, чтоб даровано ему было войти в землю обетованную, но не был услышан; молился Давид, усиливая молитву постом, в пепле и слезами, о сохранении жизни заболевшему сыну его, но не благоволил Господь исполнить по прошению его. Смиримся под крепкою рукою Божиею, предав себя всецело Его святой воле, оставляющей иногда прошения наши неисполненными и уготовляющей через то лучшее в будущем.
   Будем умолять Бога о том, что всего нужнее, то есть о спасении души, пока имеем к этому время: Приидет нощь, егда никтоже может делати (Ин. 9: 4). Так как душа наша бессмертна, то о ней до́лжно заботиться несравненно более, чем о теле, которое есть не больше, как временная оболочка души. Ищите же прежде Царствия Божия и правды Его, и сия вся приложатся вам (Мф. 6: 33).
   Однажды спросили святого Макария Великого, как спастись. Он отвечал: «Братие, повергнемся перед Господом и будем плакать о грехах наших: малые сии слезы утешат геенну огненную, тогда как грешники, не кающиеся и не плачущие ныне, на том свете горько будут плакать и рыдать, как младенцы, и слезы их будут жечь тела их, как огонь, но уже не принесут им никакой отрады. Всякая добродетель, а тем более молитва, мать всех добродетелей, требует принуждения, усилия со стороны нашей, по реченному: Царствие Небесное нудится, и нуждницы восхищают е (Мф. 11: 12)». И святой апостол Павел сказал: Всякою молитвою молящеся на всяко время Духом и сие истое терпяще (Еф. 6: 18). Святые отцы, разъясняя Священное Писание, поучают нас. Так святой Исаак Сирин говорит: «Всякая молитва, в которой не утруждалось тело и не скорбело сердце, вменяется за одно с недоношенным плодом чрева»; а святой Лествичник сказал: «Тем, которые не приобрели еще истинной и сердечной молитвы, помогает утомление в телесной молитве, при коей необходимо принуждение себя к сокрушению сердечному, происходящему от сознания бесчисленных согрешений своих, и всевозможное тщание о пролитии слез, ибо ими только очищаются скверны души и насаждаются добродетели».
   Молитвенное расположение есть дар Божий; но, смотря на степени сердечной чистоты и приемлемости, иные скоро чувствуют в себе присутствие сего дара, и тогда молитва бывает неизреченно сладостна и утешительна, а другие должны много потрудиться, чтобы возбудить в себе это благодатное чувство. Различное действие благодати в этом отношении приводит к мысли о мудром домостроительстве Божием: если дар получается без труда, то мы не всегда ценим его и легко утрачиваем, а приобретаемое усиленными трудами храним, как драгоценное сокровище. Хорошо молиться, когда Господь дарует слезы умиления, в подобные минуты всего лучше, подражая жене – грешнице, мысленно припадать к стопам Распятого и, омывая их слезами покаяния, просить отпущения бесчисленных своих согрешений и при этом ни во что вменять ничтожные свои добродетели, но всю надежду, все упование возлагать на одно беспредельное Божие милосердие, покрывающее все грехи наши. Сколько бы ни богоугодно было, по мнению нашему, молитвенное наше прошение, сколько бы ни глубока была наша скорбь, об избавлении от которой молим мы Господа, но исполнение прошения нашего должны мы предоставить совершенно Промыслу Божию, памятуя слова Божественного Искупителя:
   Отче Мой, аще возможно есть, да мимоидет от Мене чаша сия: обаче не якоже Аз хощу, но якоже Ты (Мф. 26: 39).
   Вот высокий образ совершенной молитвы, в которой выражается всецелая беспредельная преданность воле Божией! В случае особых нужд до́лжно, по примеру Спасителя, молиться до трех раз, как Он молился в Гефсимании перед страданиями Своими.
   Для человека, обремененного скорбями, нет лучшего утешения, как молитва. Злостраждет ли кто из вас, да молитву делает (Иак. 5: 13). Если беседа с другом утоляет скорбь, то не тем ли более с Самим Создателем, истинным Утешителем души. С трудом приобретается навык к внимательной, не развлекаемой молитве, и когда оный усвоится, то молитва делается источником непрестанного духовного утешения. Светило подвижников – святой Макарий Египетский, – собственным опытом изведавший духовные утешения, следовавшие за молитвою, говорит о сем так: «Иногда огонь молитвенный возгорается и воспламеняется сильнее, а иногда как бы слабее; светильник сей, всегда горя и светя, по временам делается яснее, более возжигается от упоения благодатью Божиею, а в другое время сияние свое издает бережливо; в иное же время свет сей, явясь в сердце, отверзал внутреннейший, глубочайший и сокровенный свет, почему человек, всецело поглощенный этой сладостью и этим созерцанием, не владел уже собою». Описание такого блаженного молитвенного состояния не вполне доступно понятиям людей, мало упражнявшихся в молитве, а кто с прилежанием и смирением подвизается в этом святом занятии, у того отверзаются внутренние духовные очи и открываются ему тайные неведомые дела Божии. Но, скажем, если и всегда нужны духовные руководители, то тем более в молитвенных подвигах, дабы по удобопреклонности нашей к возношению, вместо благодати не принять прелесть духа злобы, преобразующегося в ангела светлого, как сказал святой апостол Павел (1 Кор. 2: 11–14).
   Не пропустим без внимания и того, что при молитве надобно ограждать себя крестным знамением, которое есть апостольское учреждение. Совершать оное до́лжно правильно, а не как иные, как будто стыдящиеся Креста Господня. Небрежное крестное знамение оскорбляет Господа и молящемуся вменяется в грех; следовательно, не только не имеет никакой силы, но еще радует бесов, тогда как оно до́лжно бы служить необоримым против них оружием, ибо не столько преступник боится места казни, сколько диавол трепещет Креста, и в страхе отбегает, не терпя взирать на силу Его, опаляем им, как огнем. Святые силою Креста Христова исцеляли болящих, воскрешали мертвых, безвредно испивали смертоносный яд, проходили сквозь огонь и воду, а нынешние христиане, подстрекаемые каким-то ложным стыдом, входя в дом или садясь за обед, даже и не думают перекреститься, как будто они не знают, что сказал Господь: Иже бо аще постыдится Мене и Моих словес в роде сем прелюбодейнем и грешнем, и Сын Человеческий постыдится его, егда приидет в славе Отца Своего со Ангелы святыми (Мк. 8: 38). Не крайнее ли безумие, не тяжкое ли ослепление души, – стыдиться Господа и Создателя своего, стыдиться Честного, Животворящего Креста Его, того Креста, которым мы спасены и на котором пролита дражайшая кровь нашего Искупителя. Вникнем в следующее замечание о силе Креста: когда мы знаменуем себя Крестом, тогда между нами и Отцом Небесным, так сказать, висит на Кресте Распятый Спаситель наш, тогда Божественным взором Всевышнего предстоит уже не наше позорное чело, покрытое греховным бесславием, но увенчанная тернием глава Богочеловека; не наше коварное сердце, исполненное всяких нечистот, но прободенные ребра Искупителя нашего, не наши нечистые руки, непрестанно делающие беззакония, но пригвожденные ко Кресту пречистые длани Всеправедного и Всесвятого Господа Иисуса Христа. Вооружившись святым Крестом, мученики шли на самые ужасные мучения безбоязненно, как бы в чужых телах, терпели с восторгом, как ликующие. Один из древнейших писателей первенствующей Христианской Церкви свидетельствует, что тогдашние христиане, следуя апостольскому преданию, при каждом действии и движении ограждали себя крестным знамением: при входе, одеваясь и обуваясь, при умывании, перед трапезою и после оной, зажигая огонь, ложась на постель, садясь на место – словом, при всяком занятии.
   Заключим беседу нашу теплым молением к Спасителю нашему, Сладчайшему Господу Иисусу Христу.
   Многомилостиве Господи! Сподоби нас божественного дарования святой молитвы, изливающейся из глубины сердечной; собери расточенный наш ум, дабы всегда стремился он к Тебе, Создателю и Спасителю своему, сокруши разжженные стрелы лукавого, отрывающие нас от Тебя, угаси пламень помыслов, сильнее огня пожирающий нас во время молитвы; осени нас благодатью Пресвятого Твоего Духа, дабы до скончания грешной нашей жизни Тебя Единого любить всем сердцем, всею душою, и мыслью, и всею крепостью, и в час разлучения души нашей от бренного сего тела, о Иисусе Сладчайший, прими в руце Твои дух наш и помяни нас, егда приидеши во Царствии Твоем. Аминь.

О любви к Богу

   Итак, любовь к Богу состоит в исполнении святых Его заповедей, из которых главная – любовь к ближним, что видим мы из евангельского повествования о дне Страшного всемирного суда Божия, на коем любовь, оказанную ближним, Господь вменит Себе Самому и за оную сподобит вечного блаженства. Следовательно, тот любит Бога, кто любит ближнего своего; если же кто в этом усомнится, того да уверит святой Иоанн Богослов: Аще кто речет, яко люблю Бога, а брата своего ненавидит, ложь есть, ибо не любяй брата своего, егоже виде, Бога, Егоже не виде, како может любити (1 Ин. 4: 20–21). Из всех наших добродетелей любовь к Господу приятнейшая, потому что в ней заключается исполнение всего закона: Любы долготерпит, – говорит святой апостол Павел, – милосердствует; любы не завидит, любы не превозносится, не гордится, не раздражается, не мыслит зла, не радуется о неправде, радуется же о истине: вся любит, всему веру емлет, вся уповает, вся терпит, любы николиже отпадает (1 Кор. 13: 4–7). Кто любит Бога более всего, тот всегда помнит о Нем, размышляет о Его совершенствах и делах, старается познавать волю Его, все делает по заповедям Его; душа, истинно любящая Бога, всегда стремится мыслями и желаниями к Нему: Идеже бо есть сокровище ваше, ту будет и сердце ваше (Мф. 6: 21). Кто истинно любит Бога, тот всегда старается подражать Божественным совершенствам.
   Будите убо вы совершены, якоже Отец ваш Небесный совершен есть (Мф. 5: 48)
   Диавол, ища погибели человека, угашает в нем чувство любви к Богу, возбуждая вместо нее пристрастие к земному, неблагодарность, холодность, неверие, ропот, гордость; он тщится напоить человека тем смертным ядом, которым сам упился.
   Любовь к Богу возгорается в сердце человека при размышлении о благодеяниях Божиих, излитых на род человеческий, и как нам не любить Бога, ибо Он сотворил нас невинными, блаженными, напечатлел в нас образ Своего Божества, вдохнул в нас бессмертную душу, украсил ее мудростью, святостью и правдою, соделал человека владыкою всех земных тварей; и когда он за преслушание подверг себя и все свое потомство, погрязшее в нечестии, вечному осуждению, то Господь извлек нас падших из этой бездны, сошел с небес, принял на Себя естество наше, пролил за нас пречистую, святейшую кровь Свою, и не только избавил нас от вечного осуждения, но соделал нас чадами Божиими, наследниками бесконечного Небесного Царства; как же после всего этого не любить нам Бога! Поистине, кто не любит такого Благодетеля своего, тот хуже язычника, ибо и они любят любящих их, даже и в бессловесных животных видим мы это. Если мы любим что-либо прекрасное в созданиях Божиих, то не более ли мы должны любить Самого Создателя? До́лжно усерднее молиться Всесвятому Духу о даровании нам небесного дара любви, изливающейся в сердца наши только Духом Святым (Рим. 5: 5).
   Кто увлекается грехами, не сопротивляется им, в том нет и признаков любви Божией. Иные, сделав навык к грехам и пребывая в них, мнят иметь любовь к Богу, но суетная их надежда оная ничто иное, как самообольщение, ибо кое общение света ко тьме? Иосиф и Сусанна решились лучше умереть, нежели согрешить перед Богом, а святые мученики, воспламенившись любовью к Богу, шли на лютые муки и смерть, как на пир.
   Любовь Божия есть вино, веселящее сердце человека (Мф. 25: 23); вкусили этого Божественного пития невоздержники – и стали подвижниками, вкусили грешники – и стали праведниками, вкусили богатые – и возжелали нищеты, вкусили блудники – и стали целомудренными, вкусили немощные – и стали непобедимы, вкусили невежды – и умудрились, вкусили скорбящие – и возвеселились. Дары Духа Святого, изливающиеся на любящих Бога, бесчисленны.
   «Любовь, – говорит Лествичник, – есть огненный источник: в какой мере источает питие, в такой же мере распаляет жаждущего». Кто истинно любит Бога, тот предан Его святой воле, и что бы его не постигло, он все приемлет, как от руки Божией, с твердою верою, что все это послужит к его душевной пользе, к испытанию его терпения, чрез то соделывается вечное спасение; таковому некогда скажет Господь: Рабе благий и верный, о жале был ecu верен, над многим тя поставлю, вниди в радость Господа Бога твоего (Мф. 25: 23). Для души, преданной Богу, несчастия, постигающие ее в сей жизни, служат ступенями, возводящими ее к совершенству.
   Кто любит Бога всем сердцем своим, тот не разделяет сердца между миром и Богом, между удовольствиями мира, какими наслаждается упоминаемый в Евангелии богач, и между служением Богу: ибо не может человек служит двум господам – Богу и мамоне, как говорит Евангелие. Но кто истинно любит Господа Бога от всего сердца своего, тот, предпочитая всему на свете Бога, из любви к Нему оставляет и богатство, и славу, и удовольствия, и все прелести мира – и удаляется даже ближайших своему сердцу, если только они препятствуют спасению души его; Еже бо любит отца или матерь паче Мене, – говорит Господь, – несть Мене достоин (Мф. 10: 37).
   Кто истинно любит Господа всею душою, тот старается исполнять всю волю Его, всю жизнь и всю деятельность свою располагать по закону Его, во всем и всегда старается подражать святому примеру жизни Господа Иисуса Христа, уподобляться Ему в своих мыслях, желаниях и делах, страшась оскорбить Господа не только законопреступным делом, но и греховным словом или помышлением, тот при всяком поползновении ума и сердца своего ко злу говорит самому себе: Како сотворю глагол сей злый и согрешу пред Богом (Быт. 39: 9).
   Кто истинно любит Господа всем помышлением своим, тот любит всегда размышлять о Боге, всегда поставляет себя в святом вездеприсутствии Его, поучается в законе Его день и ночь; для того словеса Господни слаще меда и сота; драгоценнее паче злата и камене честна многа; тот любит часто ходить в храм Божий, жаждет общения с Ним в молитвах и святых Таинствах; тот, живя на земле, более думает о небесном, предпочитая будущую жизнь всем благам жизни настоящей.
   Кто любит Господа Бога всею крепостью своею, тот не увлекается соблазнами мира, не страшится угроз его, не преклоняется лестью его; тот ради славы имени Божия готов лишиться всех благ временных, претерпеть все поношения и гонения и даже самую смерть. Кто ны разлучит от любве Божия, – говорит святой апостол Павел, – скорбь ли, теснота, или гонение, или глад, или нагота, или беда, или меч? (Рим. 8: 35). Такова истинная совершенная любовь к Богу.
   Объяснив, что значит любить Бога всем сердцем, всею душою и всею мыслью своею, остается показать, как нам узнать, истинно ли любим Господа Иисуса Христа. Все узнается по признакам: есть признаки и любви к Богу. Обратим на них внимание.
   Любящий ни о чем столько не мыслит, как только о любимом: ибо таково свойство нашего сердца, что кого мы любим, тот непрестанно у нас в мыслях. Мы часто бываем удалены пространством от того, кого любим; но в мыслях всегда с ним, смотрим на него, слушаем его и говорим с ним, поутру просыпаемся – и первый предмет нашей мысли тот, кого мы любим; занимаемся ли каким-либо делом для себя или для других и никакое дело не мешает нам мыслить о том, кого любим. Поэтому любит Бога тот, кто и в храме, и вне храма, и днем, и ночью, и сидя, и лежа имеет мысль о том, что Бог есть, что Он создал небо и землю, ангелов и людей, что Он везде невидимо присутствует, все видит, все слышит, знает наши мысли, наши желания, что Он во всемогущей силе Своей содержит всю вселенную, все ведет к предположенной цели, продолжает нашу жизнь, хранит наше здоровье, благосостояние и что мы Им живем, движемся и существуем. Мы тогда не имеем нужды, чтобы напоминали нам о любимом нами; ибо сама любовь непрестанно приводит нам на память любимый нами предмет. Поэтому обратим внимание на себя и всмотримся: всегда ли Господь у нас в уме и сердце? Или, по крайней мере, часто ли мы вспоминаем о Нем? Если Он, Спаситель наш, приходит к нам на мысль часто, то, значит, мы имеем любовь к Нему. Святой царепророк, горячо любивший Господа, взывал к Нему: Что ми есть на небеси, и от Тебе что восхотех на земли, Боже сердца моего и часть моя, Боже, вовек (Пс. 72: 25). Седмерицею днем хвалих Тя, Господи (Пс. 118: 62) – продолжает святой Давид, и еще в другом месте говорит: В полунощи восстах исповедаться имени Твоему, Господи. Так душа, любящая Бога, любит молиться, и усердно, и часто, и это оттого, что она непрестанно стремится, жаждет беседовать с возлюбленным ей Создателем, ищет Его, услаждается Им. Поэтому любящие Бога любят часто посещать храмы Божии, любят часто говеть и приобщаться Святых Животворящих Его Тайн, теснейшим образом соединяющих нас с Ним, Искупителем нашим.
   Анна-пророчица, всем сердцем любя Бога, не отходила от храма Господня, служила постом и молитвами день и ночь. А первые христиане ежедневно были причастниками Пречистого Тела и Крови Христовой. Любовь к Богу обнаруживается также расположением к чтению или слушанию слова Божия. Любящему Бога приятно слышать, что Бог, Создатель его, изрек в Священном Писании, приятно знать Его святую волю; он сладко углубляется в слово Божие, радостно созерцает дела премудрости Божией, внимая глаголам живота вечного. О, коль возлюбих закон Твой, Господи, весь день поучение мое есть! Коль сладки гортани моему словеса Твоя, паче меда и coma устам моим (Пс. 118: 97, 303). Любовь к Богу обнаруживается благочестивою христианскою жизнью, исполнением воли Божией. Таково свойство нашего сердца: кого мы любим, того и волю усердно тщимся исполнить; в этом уверяет нас Сам Создатель наш: Аще кто любит Мя, слово Мое соблюдает; не любяй Мя, словес Моих не соблюдает (Ин. 14: 24). «Как в печи Вавилонской посреди сильного пламени небесная роса прохлаждала блаженных отроков, так и любовь Божия, когда вселится в сердце человека, всякий страстной камень погашает и неизреченною росою его прохлаждает»[1]. «Горящий любовью к Богу человек так обращается на земле, как бы имея жительство свое на небе, и никакими вещами от добродетельного течения удержаться не может. Все приятности и досады жизни сей презирает, поспешая к небесному отечеству своему»[2].
   Кто из смертных сподобился высочайшего дара любви Божией, тот только телом пребывает на земле, а блаженная душа его уже воспарила в горние селения и наслаждается блаженнейшим общением с небесным Утешителем, как невеста с женихом.

О любви к ближним

   Подобная первой заповеди о любви к Богу есть любовь к ближним: Возлюбиши искренняго твоего, яко сам себе (Мф. 22: 39). На сих двух заповедях основан весь закон Божий и все пророчества. Любовь покрывает множество грехов, а без нее ни посты, ни молитвы – ничто не угодно Богу; святой апостол Павел говорит о сем так: Аще языки человеческими глаголю и ангелскими, любве же не имам, бых яко медь звенящи, или кимвал звяцаяй. И аще имам пророчество, и вем тайны вся и весь разум, и аще имам всю веру, яко и горы преставляти, любве же не имам, ничтоже есмь. И аще раздам вся имения моя, и аще предам тело мое, во еже сжещи е, любве же не имам, никая польза ми есть (1 Кор. 13: 1–3).
   Сколь приятна Богу взаимная наша любовь, это видно из многих евангельских изречений: О сем разумеют ecu, яко Мои ученицы есте, аще любовь имате между собою (Ин. 13: 35). Любяй брата своего во свете пребывает, и соблазна в нем несть. А ненавидяй брата своего, во тьме есть, и во тьме ходит, и не весть, камо идет, яко тьма ослепи очи ему (1 Ин.2: 10–11); а о человеконенавистниках святой евангелист произнес сии страшные слова: Всяк ненавидящий брата своего, человекоубийца есть (1 Ин. 3: 15).
   При происшедшей ссоре с кем-либо всеми мерами до́лжно стараться о скорейшем примирении, памятуя слово апостольское: Солнце да не зайдет во гневе вашем (Еф. 4: 26). Надежнейшее средство к достижению примирения – смирение и к Богу усердная молитва, коею отгоняется от враждующих дух злобы. Сила молитвы и смирения столь велика, что ей как бы невольно покоряется враждующий и примиряется с ближним; даже самые злобные враги сим побеждаются. Если будем благодушно прощать обидевшим нас, то и нам простит Господь согрешения наши, как ежедневно повторяем мы в молитве Господней: И остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим. Господь явил нам образ совершенного незлобия в молитве за распинателей Своих, и мы, подражая сему, должны искренне молить Бога о ненавидящих и обижающих нас, хотя вначале такая молитва бывает очень трудна, но впоследствии она делается утешительною; при всем том мы должны извинить им, стараться оправдать их, относя это к более свойственной человеку немощи, должны искать примирения с ними, через посредство своих услуг оказывая им добро, внимая божественному апостольскому учению: Не побежден бывай от зла, но побеждай благим злое (Рим. 12: 21). Не дивно, когда виновный ищет примирения, но то достохвально и Богу приятно, когда оскорбленный первым тщится о сем, на таковом сбывается слово евангельское: Блажени миротворцы, яко тии сынове Божии нарекутся (Мф. 5: 9).
   Когда видим больного, то не упрекаем его, а состраждем ему, желаем облегчения, даем добрые советы; так должны поступать в отношении и душевнобольных, одержимых раздражительностью или какою иною немощью, не до́лжно за оскорбление оскорблением платить им, а снисходить им, сожалеть о них, как о немощных, тогда взаимно и нам в наших немощах будут так же оказывать, и таким образом исполнится на нас слово апостольское: Друг друга тяготы носите, и тако исполните закон Христов (Гал. 6: 2). Господь, как Творец наш, зная немощи наши, даровал нам и врачевства надлежащие. Если бы мы послушны были воле Божией, то жили бы не на земле, а в раю, блаженство наше состояло бы во взаимной любви.
   Кто не желает ближнему спасения и даже радуется погибели его, таковой хуже демона, коему, как духу злобы, свойственно желание это, но человеку оно непростительно, таковой уже не Христов ученик, а предатель Его, ибо Господь все делаемое человеком человеку вменяет Себе Самому, а потому не желай ближнему, чего себе не желаешь, – этим докажешь истинную к нему любовь. Если хочешь одержать победу над врагом своим, окажи ему любовь и возможную благотворительность, – тем самым посрамишь духа злобы и послужишь спасению брата и наипаче своему. Как соль уничтожает гнилость в съестных продуктах или огонь выжигает ржавчину из металлов так любовь искореняет из сердца человеческого злобу.
   Кто любит ближнего своего, тот, несомненно, и Бога любит; а кто мнит, что он любит Бога, а ненавидит ближнего, ложь есть. Истинная любовь состоит в делах милосердия: видишь ты бедного, погибающего от нужды, – помоги ему, чем можешь. Господь многого не требует, а чтобы было от искреннего сердца по силе твоей; видишь кого в скорби неутешной, или болезни, или иной беде, – утешь его; утешит и тебя Господь; ищи случая быть полезным, кому, чем и как можешь, отирай слезы плачущих, – и твои слезы утрет Господь; упокой странного, – и тебя упокоит Господь, молись Ему о страждущих, – и твои страдания утолит Он, Всеблагий; не осуждай согрешающих, – и тебя не осудит Праведный Судия, насыть алчущего и жаждущего, – сподобишься и ты небесной трапезы в Царствии Божием; посети больного, скорбного, – и тебя утешит Господь Святого Духа пришествием.
   Где любовь, – там и благословение Божие, а где нет ее, – там тьма и мрак греховный, – там жилище бесов злобных. Любовь – надежнейшее средство ко спасению души. Если мы, как немощные, не можем долго поститься, и молиться, и совершать иные подвиги добродетелей, то восполним это любовью.
   Из всех дел милосердия Господу приятнейшее и нам спасительнейшее – если кто обратит грешника от пути беззакония на путь спасения; таковому простит Господь множество согрешений его, в сем удостоверяют нас слова апостольские: Братие, аще кто в вас заблудит от пути истины, и обратит кто его, да весть, яко обративый грешника от заблуждения пути его, спасет душу свою от смерти, и покрыет множество грехов (Иак. 5: 19–20). Но кто совратит кого на путь нечестия, того ожидает геенна огненная.
   Видим мы из Евангелия, что в великий день всемирного Суда Божия, когда решится участь каждого из нас, особенно благословения Божия сподобятся те только, которые милосердны были к ближним своим; они удостоены будут от Бога высокой чести; в великий тот день перед всеми горними силами, перед всеми святыми и перед всею вселенною они наречены будут сынами света, благословенными Отца Небесного, наследниками уготованного им Царствия от сложения мира (Мф.25:34).
   Святой Ефрем Сирин так ублажает имеющих неоценимый дар любви: «Блажен человек, – говорит он, – в котором есть любовь Божия, потому что нашел он в себе Бога». Бог любы есть, и пребываяй в любви, в Бозе пребывает, и Бог в нем пребывает (1 Ин. 4: 16). В коем любовь, тот вместе с Богом превыше всего, в коем любовь, тот не боится, потому что совершенная любовь вон изгоняет страх, как говорит святой апостол (1 Ин. 4: 18); в коем любовь, тот никем никогда не гнушается, вся уповает, вся терпит (1 Кор. 13: 7). В коем любовь, тот исполняет волю Божию, тот ученик Божий, ибо Сам благий Владыка наш сказал: О сем разумеют ecu, яко Мои ученицы есте, аще имате любовь между собою (Ин. 13: 35). Посему блажен, кто приобрел любовь, а с нею переселился к Богу, потому что Бог знает Своих, и примет их на лоно Свое. Делатель любви будет сожителем ангелов и со Христом воцарится[3]. Есть предание о святом евангелисте Иоанне Богослове, что сей апостол любви, находясь уже в глубокой старости, непрестанно говорил: Чадца, любите друг друга. Когда его спросили, почему он непрестанно напоминает эту заповедь, то он отвечал, если кто исполнит ее, то достаточно одной ее для спасения[4].
   Какое необычное чудо! Кто имеет нелицемерную любовь, тот исполняет весь закон, потому что исполнение закона любы есть (Рим. 13: 10). О, несравненная сила любви! Ничего нет драгоценнее любви ни на небе, ни на земле.

О надежде на Бога и терпении

   Надейся на одного Создателя и Спасителя твоего. Он лучше тебя знает все твои нужды духовные и телесные и печется о тебе. Надеющимся не на Бога угрожает страшный приговор Божий: Проклят человек, иже надеется на человека, и утвердит плоть мышцы своея на нем, и от Господа отступит сердце его. И благословен человек, иже надеется на Господа, и будет Господь упование его. И будет яко древо насажденное при водах, и во влаге пустит кореше свое; не убоится, егда придет зной, и будет на нем стеблие зелено, и во время бездожия не устрашится и не престанет творити плода (Иер. 17: 5, 7–8).
   Надеющийся на что-либо земное никогда не может быть покоен: надеешься ты на богатство, но всегда можешь лишиться его; надеешься на человека, но он изменчив и смертен; надеешься на свое здоровье и способности, но болезнь тела всего этого лишает тебя; одна наша истинная, твердая, несомненная надежда – Иисус Христос, Сын Божий, Бог всемогущий, вечный, по Его велению ангелы небесные хранят нас во всех путях наших. Враг наш постоянно отвлекает нас от надежды на Бога, но мы, зная его бесовскую хитрость, постоянно должны отражать злые наветы его. «Надежда без терпения, – как говорит святой Тихон, – быть не может». Где истинная надежда, там и терпение, и где терпение – там и надежда. Надежда, как и вера, подвержена многому искушению. В бедственном состоянии потребно терпение, чтоб непозволенным образом не искать от бед избавления, но предаться на волю Божию и ожидать от Него милости, или помогающей в терпении, или избавляющей от бед, якоже весть Сам Он, Спаситель наш. Нет большего искушения надежде, как когда помыслы, восстающие в совести, говорят: Несть спасение ему в Бозе его (Пс. 3: 3). От сего человек мраком печали покрыт. В таком тяжком искушении больше всего потребно терпение, молчание, из глубины сердца воздыхание, покуда эта сильная непогода пройдет или облегчится. Здесь нужно надеяться сверх надежды и уповать сверх упования, как пишет святой апостол об Аврааме: Иже паче упования во упование верова (Рим. 4: 18). К сему подвигу и терпеливой надежде увещает святой царепророк: Потерпи Господа, мужайся, и да крепится сердце твое, и потерпи Господа (Пс. 26: 14). И милостью Божией обнадеживает: Терпение убогих не погибнет до конца (Пс. 9: 19). И себя в пример представляет: Терпя, потерпех Господа, и внят ми, и услыша молитву мою (Пс. 39: 2). При сем до́лжно внимать и сему слову псаломника: Уповай на Господа и твори благостыню (Пс. 36: 3). Слово это показывает нам, что уповающему на Бога до́лжно творить добро, следовать воле Божией, а не своей. Напрасно тот надеется на Бога, который делами своими противится Богу, напрасно ожидает милости от Бога тот, кто непрестанно Его раздражает нераскаянным нравом, руки простирает и очи возводит к Богу, а сердцем от Него отвращается и обращается к мамоне, серебру, нечистоте и прочим греховным страстям. Бог есть избавитель любящих Его, а не противляющихся Ему. Господь крепость людем Своим даст (Пс. 28: 11). Волю боящихся Его сотворит, и молитву их услышит, и спасет я (Пс. 144: 19). Не боятся Бога, которые бесстрашно закон Его нарушают, таковых воли не сотворит Он, потому что они воли Его не сотворят, и молитвы их не услышит, потому что сами они не хотят Его слушать и каяться. Лице же Господне на творящая злая, еже потребити от земли память их (Пс. 33: 17).
   Слушает Господь тех, которые не страсти свои – не злато и серебро – создание Божие, но Создателя почитают, и поклоняются Ему – и в искушениях их прохлаждает, утешает и увеселяет Своею благодатью.
   Слушает и грешников кающихся, и перестающих грешить. Грешник до тех пор грешник, пока живет в бесстрашии и грешить не перестает: а когда покается и отстанет от грехов, Божиею благодатью к числу праведных присоединяется. Таким грешникам не до́лжно упования своего отлагать, но без сомнения ожидать милости Божией о Христе Иисусе, Который прииде в мир грешные спасти.

О почитании Пресвятой Левы Богородицы

   Пресвятая Дева – Великая помощница роду христианскому, а наипаче подвизающимся в духовной жизни и пожелающим воспрянуть от греховного жития. «Через Нее, – говорит святой Августин, – Бог снисшел на землю, дабы через Нее люди удостоились восходить к Нему». Она единая несомненная надежда и споручница грешников, к покаянию их воздвигающая. Она спасает и милует всех, притекающих под Ее Материнский покров, Она милости неоскудеваемый источник, стена необоримая, ходатайство к Творцу непреложное, упование и предстательство всех верных, надеющихся на Нее; Ей Единой изрек Господь и Сын Ее, что все Ее прошения исполнятся, Ее Материнским молением отвращается от грешных праведный гнев Божий, на них движимый, Она, как говорит святой Димитрий Ростовский, «ставши между Богом и грехами нашими, яко посредница, не пускает проходить близ пред Богом грехам нашим, и гласом Своих за ны молитв отражает глас грехов наших смертных, вопиющих на ны к Богу». На Пресвятую Деву мы должны взирать, как на нашу Всемощную Ходатаицу перед престолом Вседержителя, мы Ей усыновлены при кресте в лице возлюбленного ученика Христова, Ей принадлежим, как стяжание искупленное драгоценною кровью Бога и Сына Ее. Благодеяния, изливаемые Ею на мир православный, беспредельны, паче песка морского, чему живое свидетельство множество чудотворных Ее икон, источающих бесчисленные чудеса миру православному.
   Но недостаточно только любить Пресвятую Деву, необходимо и подражать Ее святейшей жизни, Ее чистоте, Ее непорочности, Ее кротости, милосердию, смирению, Ее совершенной преданности воле Божией, тогда только можем дерзать именовать Ее Матерью своею, и тогда только молитвы наши Ей благоприятны и нам спасительны.
   Афонские отцы, как насельники Ее земного наследия, особенно тщащиеся о почитании Ее, положили правилом, дабы все хотящие иметь в Пресвятой Деве скорую утешительницу молений их, усугубили чтение Архангельского Ей приветствия:
   «Богородице Дево, радуйся! Благодатная Марие, Господь с Тобою; благословенна Ты в женах, и благословен плод чрева Твоего, яко Спаса родила еси душ наших».
   Заповедали святые отцы сию молитву читать ежедневно утром и вечером по трижды с земными поклонами и сверх сего прочитывать оную мысленно, то есть сердечно на каждом часу (напоминаемом боем часов), причем размышлять, что каждый час нашей жизни может быть последний для нас и быть готовыми, если внезапно потребует нас Господь на суд, ибо в чем кого застанет, в том и судить будет.

О церковных службах

   Церковь есть земное небо: совершающееся в ней богослужение – дело ангельское. Кроме необходимых по благословению послушаний или по телесной немощи, не до́лжно пропускать ни одной церковной службы, приходя к самому началу и уходя по отпусте. Все удаляющиеся от Бога и святого храма Его погибнут. Идя в храм Божий, не до́лжно останавливаться и беседовать со своими или мирскими. Входить в алтарь должны только те, кому благословлено от настоятельницы, и не иначе как в приличной одежде, в рясе и камилавке, особенно во время богослужения пребывать в нем, исполняя свое послушание, со страхом Божиим памятуя, что это святилище, где всегда невидимо присутствует Сам Бог и все Силы Небесные. Когда наступает время церковного богослужения, до́лжно оставлять келейные молитвы и все занятия и поспешно идти в храм Божий для совокупного моления, по сказанному Господом: Где два или три собраны во имя Мое, там Я посреди их (Мф. 18: 20). Молитва одного, в сравнении с общею церковного молитвою, – это слабый голос перед множеством шумящих вод, это тихое дыхание ветра перед гласом громов, это едва заметный огонек перед обширным пламенем. Великий грех во время богослужения заниматься чем-либо, кроме необходимого монастырского послушания, все до́лжно оставить и идти в храм Божий, стоять в нем благоговейно, внимая, что читают и поют. Без крайней нужды из церкви не выходить; а также во время чтения псалмов или поучений оставаться в церкви, а кто привык часто выходить из церкви, тот смущает этим и прочих благоговейных, следовательно, вдвойне грешит. После вечерних молитв каждая должна идти в свою келью, кроме особенных случаев, когда по благословению игуменьи поручено будет послужить болящим или иное что исполнить. Находясь в церкви, не смотреть по сторонам, не шептаться, не переглядываться, а стоять и смотреть более вниз, Божий страх имея в себе, и помнить, зачем мы пришли в святую обитель и пожелали монашества, дали Богу обеты, за кои строго будем истязаны в день страшного второго пришествия Господа нашего Иисуса Христа. Посему и сказано: лучше не обещаться, нежели обещаться и не исполнить. Много мы дали обещаний при поступлении в монашество, а много ли исполнили? Горе нам, великое горе, если не исполним данных Богу обетов, велик воздадим за них ответ.

О необходимости понуждения себя к богоугодной жизни

   Святой Макарий Великий рассуждает о сем так.
   «В какой мере собираешь ты ум свой к исканию Бога, в такой и еще большей мере понуждается Он собственным Своим благоутробием и благостью прийти к тебе и успокоить тебя. Стоит Он и рассматривает твой ум, помышления и движения мыслей, назирает, как ищешь Его, от всей ли души твоей, не с леностью ли, не с нерадением ли. И когда увидит рачительность твою в искании Его, тогда явится и откроется тебе, подаст помощь Свою и уготовит тебе победу, избавляя тебя от врагов твоих».
   Господь, как скоро видит, что мужественно отвращается кто-нибудь от житейских удовольствий, вещественных развлечений и забот, от земных уз и кружения суетных помыслов, подает таковым благодатную Свою помощь и непреткновенно соблюдает эту душу, которая прекрасно совершает течение свое в настоящем лукавом веке, с усилием устремляя мысль свою всегда к Господу, отрекаясь себя самого, взыскуя же единого Господа.
   Потребны труд, рачительность, трезвенность, великая внимательность, быстрота и неотступность в прошениях ко Господу, дабы нам избавиться от пожелания чего-либо земного, избежать сетей и мрежей удовольствий, о восстаний лукавых духов и в точности узнать, с какою трезвенностью и стремительностью веры и любви подвизались святые. И если ныне со многим молением, прошением, с верою, молитвою, с отвращением от мира не примем в себя оной небесной любви Духа, и естество наше, оскверненное пороком, не прилепится к любви, то есть к Господу, и не будет освящено оною любовью Духа, то не возможем улучить Небесное Царство.
   Очень немного таких, которые с добрым началом соединяли добрый конец, непреткновенно дошли до цели, имеют единую любовь к единому Богу и от всего отрешились. Многие приходят в умиление, многие делаются причастниками небесной благодати, уязвляются небесною любовью, но не выдерживают встретившихся на пути различных борений, подвигов, трудов и многообразных искушений от лукавого, по слабости и недеятельности, или по боязливости собственной своей воли, или по любви к чему-либо земному остались в мире и погрязли в глубине его. Как обетования Божии велики, неизглаголанны и неисповедимы, так потребны нам вера, и надежда, и труды, и великие подвиги, и долговременное испытание; со Христом желаем мы царствовать бесконечные веки, ужели не решимся с усердием в продолжение короткого времени жизни сей до самой смерти терпеть борения, труды и искушения?
   Что возлюбил человек в настоящем мире сем, то и обременяет его мысль, как бы влечет, и толкает вниз, и не дает ей воспрянуть, и обращается это в испытание всему роду человеческому. Ибо с какою страстью не борется человек, не противится ей всеми силами, а услаждается ею, та привлекает его и держит как бы узами какими. Кто имеет непрестанную надежду на Бога, зло как бы истончавается и разжижается в нем.
   Итак, потребна борьба против греха, живущего в нас, потребно усилие к исполнению заповедей Христовых, а без сего никто ни в чем благом не преуспеет. При этом находим уместным вспомнить, что, когда святые апостолы, помышляя о трудности спасения, спросили Господа, кто же может спастись, Господь отвечал им: От человека невозможно, а от Бога вся возможно.
   Не менее сильно прогонять разленение и возбуждать энергию и следующее видение, о котором рассказал сам святой Антоний Великий: «Молил я Бога, – говорит он, – показать мне, какой покров окружает и защищает монаха? И видел я монаха, окруженного огненными лампадами, и множество ангелов блюли его, как зеницу ока, ограждая мечами своими. Тогда я вздохнул и сказал: «Вот что дано монаху, и несмотря, однако, на то, диавол одолевает его, и он падает». И пришел ко мне голос от милосердного Господа и сказал: «Никого не может низложить диавол; он не имеет более никакой силы после того, как Я, восприняв человеческое естество, сокрушил его власть. Но человек сам от себя падает, когда предается нерадению и поблажает своим похотям и страстям». Я спросил: «Всякому ли монаху дается такой покров?» И мне было показано множество иноков, огражденных такою защитою. Тогда я воззвал: «Блажен род человеческий и особенно воинство иноков, что имеет Господа, столь милосердного и человеколюбивого. Будем же ревновать о спасении своем и, прогнав всякое нерадение, усердно нести труды наши, да сподобимся Царствия Небесного благодатью Господа нашего Иисуса Христа».

О почитании праздничных дней

   В праздничные дни, кроме необходимых послушаний монастырских, никакой работой не до́лжно заниматься, помня заповедь Господню: День же седьмой Господу Богу твоему посвящай. Эти святые дни проводить до́лжно в молитве, богомыслии и чтении душеполезных книг. «Пришедши из церкви и после трапезы, – говорит святой Тихон, – поминать до́лжно чудесные и спасительные дела Божии, в те дни милостивно в спасение наше сотворенные; размышлять о них и за те радостным духом Бога благодарить, Которого дела изрядно описаны и изъяснены в церковных стихах и в песнях, в те праздники поемых»[5]. «Прекрасный и богоугодный праздник, – говорит святой Ефрем Сирин, – покаяние со слезами, воздержание от грехов, вожделение вечных благ. Прекрасный и богоугодный там праздник, где сопразднует Христос, где совершаются Его празднества и чествуются божественные писания»[6]. Святой Златоуст говорит: «Если мы не будем чтить праздничные дни, то осудимся, как нарушители заповеди Господней, как святотатцы».

О Причащении Пречистых Христовых Тайн

   Ядый Мою плоть и пияй Мою кровь, во Мне пребывает, и Аз в нем. Что может быть выше и вожделеннее сих утешительных слов Спасителя нашего, в коих выражается вся Его любовь, вся беспредельная бездна щедрот Его, подаваемых человеку в Таинстве Причащения? С чем может сравниться состояние человека, соединяющегося с Самим Господом; это тайна тайн столь возвышенная, что умом человеческим, как ограниченным, вполне не может быть постигнута? Довольно с нас знать, что в Таинстве Причащения мы сподобляемся величайших, неизреченных даров Божиих, а потому и должны всеми мерами стараться так жить, чтобы чаще приступать к сему святейшему Таинству, коего древние христиане сподоблялись ежедневно.
   Святое приобщение, укрепляя наши телесные и душевные силы, служит для нас также непобедимым оружием для поражения невидимого врага нашего спасения – диавола. Враг этот, самый опаснейший для нас; сколько сетей расставляет он к нашей погибели, в которые всеми силами старается увлечь нас; куда ни пойдем, на каждом почти шагу этот злой дух старается увязать нас; везде он прельщает, везде соблазняет нас; мы хотим сделать добро, а он влечет нас к злу; мы хотим молиться, а он наводит на нас скверные мысли, леность, тяготу и прочее, пользуясь нашими немощами и нашею склонностью ко греху; сколько требуется с нашей стороны осторожности, внимания к себе, понуждения себя, чтобы этот лютый дух злобы не возобладал нами! Он тем более опасен, что нами невидим, и чрезмерно хитер и лукав. Против такого опасного врага до́лжно употреблять и оружие крепкое, но что же может быть могущественнее святейшего Таинства Причащения? Оно и в самом себе есть всемогущая сила, ибо, причащаясь Тела и Крови Христовых, мы принимаем в себя Владыку неба и земли, Которого могущество беспредельно. С другой стороны, оно совмещает в себе всю силу великого нашего искупления, совершенного Спасителем, плодом которого была победа над темным царством диавола.
   Кто редко приступает к сему спасительному Таинству, тот удаляется от спасения. Истину эту уясняет даже простое соображение: тот, кто приобщается часто, часто очищает и совесть свою Таинством Покаяния; а возобновляя при этом скорбь и сокрушение о содеянных грехах, он напечатлевает в душе своей спасительный страх Божий, удерживающий его от греха, для достижения чего ему приходится чаще вооружаться благими мыслями и добрыми делами, удаляющими от греха и приближающими к Богу. Затем, по мере частого приобщения, добрые расположения и добродетели приобретают большую силу и становятся потребностью души. Всякий из нас знает по опыту, что частое повторение чего-либо производит в нас к тому привычку. Кто часто повторяет грех, тот делается рабом греха; кто стремится к добродетели, тот делается подвижником благочестия. Таким образом, частый причастник необходимо приобретает расположение служить Господу с усердием, потому что истинно верует в силу Божественного Таинства; славит Его с веселием и надеждою, потому что истинно надеется, что помощник и защитник его есть Господь; покоряется Ему со смирением и любовью, потому что истинно любит Господа, возлюбившего и облагодетельствовавшего нас всеми небесными дарами.
   Не умолчим и о том, кто недостойно приступает к чаше Христовой; о таковых говорит слово Божие: Ядый бо и пияй не достоин, суд себе яст и пиет, не рассуждая Тела Господня. Приступая к сему страшному таинству, мы произносим: ни лобзания Ти дам, яко Иуда и прочее. Кто же это дающее Господу лобзание Иудино? Это, без сомнения, те, которые, святейшим Его даром очистившись туне от бесчисленных своих согрешений – исчадий духа злобы, – снова предают себя темной бесовской области, снова обращаются на скверные дела свои, снова порабощаются сатане. Горе, вечное горе таковым!
   Заключим беседу нашу о приобщении святых Христовых Тайн показанием некоторых из тех неисчислимых благ, какие доставляет оно достойно причащающимся. По учению Церкви (см. последование ко причащению и после причащения), сие святейшее Таинство Тела и Крови Христовых достойно причащающимся оных подает укрепление составов с костями вкупе, исцеление многообразных недугов, здравие, крепости сохранение, спасение и освящение души и тела, отчуждение, то есть отгнание скорбей, радость и веселие, оставление грехов, умерщвление страстей, просвещение и очищение оскверненной души, сохранение от всякого дела и слова душетленного, соблюдение от всякого диавольского действа, стену, и помощь, и удаление сопротивных, то есть злых духов, отгнание всякого мечтания, и лукавого деяния, и действа диавольского, мысленно в удесех действуемого, потребление и всесовершенное погубление лукавых помыслов и предприятий, и ночных мечтаний, темных и лукавых духов, исправление жития и утверждение в святости жизни, соблюдение заповедей, умножение добродетели и совершенства, просвещение чувств, мир душевных сил, веру непостыдну, исполнение премудрости, просвещение очес сердца, дерзновение и любовь к Богу, подаяние Духа Святого, умножение Божественной благодати, вселение в души наши Бога Отца, Бога Сына и Бога Духа Святого, утверждение живота, обручение будущей жизни и Царствия, напутие живота вечного, благоприятен ответ на страшном судище Христовом, общение небесных благ.
   С совестью, очищенною Таинством святого Покаяния, и с искренним желанием исправить жизнь свою будем чаще и чаще приступать ко вкушению трапезы небесной, подаваемой нам в Таинстве Тела и Крови Христовых, чтобы с достойным принятием этого высокого дара принять в себя и те неисчислимые дары, какие подаются нам через это великое Таинство, чтобы, достойно вкушая святейший хлеб сей здесь, на земле, мы сподобились бы причащаться Христа и там, на небе, и вечно пребывать в общении и лицезрении Его, нашего Творца, Владыки и Искупителя Иисуса Христа, чего и да сподобимся все мы изволением и благостью Его.

О подвигах и видениях

   Не до́лжно браться за подвиги выше своих сил, – пишет святой Лествичник, – а тем паче своевольно, без благословения, не предпринимать никаких подвигов постов, молитв особых и прочего и не давать Богу никаких обетов, потому что все делаемое своевольно бывает по внушению врага и ведет к гордости и погибели, а также до́лжно очень опасаться разных видений, что приводит к ложному мнению о своей святости, о сем в книге «Избранные поучения святых отцов» на странице тридцать четвертой говорится следующее: «Общее правило для всех – никак не увлекаться явлениями из мира духов, признавать всякое такое явление тяжким искушением для себя. Ангелы являются одним святым человекам, и одни святые способны, будучи просвещаемы Божественной благодатью, различать святых ангелов от диаволов. Диаволы, являясь человекам, наиболее облекаются в вид святых ангелов, окружают себя всевозможною благовидностью, чтоб тем удобнее обольстить, обмануть и погубить неопытных, самомнительных, неразумно-любопытных. Великое бедствие – вступить в общение с демонами, принять в себя впечатления о них, даже подчиниться одному влиянию их, которое, будучи привлечено собственным произволением человека, имеет особенное действие».

О покаянии

Что есть покаяние, по учению святых отцов

   «Покаяние есть возвращение, – говорит Иоанн Лествичник – Покаяние есть обещание Богу нового жития. Покаяние есть примирение с Господом посредством добрых дел, противоположных грехопадениям. Покаяние есть очищение совести»[7]. Преподобный Исаак Сирин говорит, что людям по крещении дано покаяние, потому что оно есть второе возрождение от Бога и то дарование, которого залог прияли мы от веры (в святом крещении) приемлем (вполне) покаянием[8].

Сущность подвига покаяния

   Под именем покаяния, как нравственного совершенства и доблестного подвига в деятельной благочестивой жизни, святые отцы разумеют не частное очищение греховной совести на исповеди, а продолжительное истязание ее и непрестанное взывание к милосердию Божию, сопровождаемое всегдашним сокрушением сердца о содеянных беззакониях. «Покаяние есть, – говорит святой Лествичник, – добровольно осуждающий себя помысел. Кающийся есть непостыдный осужденник. Кающийся есть изобретатель наказания для себя самого. Покаяние есть добровольное терпение всего скорбного. Покаяние есть непрестанная безнадежность в телесном утешении. Покаяние есть сильное утеснение чреву и поражение души при чувстве мужественном»[9].

Необходимость всегдашнего покаяния

   «Покаяние есть дверь милости, – говорит преподобный Исаак, – отверстая усиленно ищущим его; сею дверью входим в милость Божию; кроме этого входа не обретем милости: Вси бо, – по слову Божественного Писания, – согрешиша, а оправдаеми туне благодатию Его» (Рим. 3:23–24)

Начало и пределы покаяния

   Преподобный Исаак Сирин так определяет весь круг деятельности подвижнического покаяния: «Покаяние есть вторая благодать, и рождается в сердце от веры и страха; страх же есть отеческий жезл, управляющий нами, пока не достигнем духовного рая благ; а когда достигнем, тогда оставит он нас и возвратится. Рай есть любовь Божия, в которой наслаждение всеми блаженствами»[10]. «Покаяние есть корабль, а страх – его кормчий, любовь же – божественная пристань. Поэтому страх (праведного наказания за грехи) вводит нас на корабль покаяния, перевозит по смрадному морю жизни и путеводствует к божественной пристани, которая есть любовь. К сей пристани приходят все труждающиеся и обремененные покаянием. И когда достигнем любви, тогда достигли мы Бога, и путь наш совершенен, и пришли мы к острову тамошнего мира, где Отец, Сын и Дух Святой»[11].

Как начинается и чем поддерживается спасительное покаяние

   1. «Диавол не дает нечестивым одуматься, представляя им суровость покаяния. А покаяние, видя хитрость его, подходит с лаской и говорит: «Приведите только себе на память Бога, и я потружусь за вас. Представьте в уме Его милосердие, и я буду ходатайствовать за вас с воздыханиями. Слегка только воздохните, грешники, в покаянии, и сделаю вас Божиими слугами. И пророк Исаия сказал: Егда возвратився воздохнеши, тогда спасешися (Ис. 30: 15). Вот, говорит покаяние, привожу тебе и свидетельство (из слова Божия), только покайся». «Если согрешивший вздохнет, – продолжает святой отец, – то с воздыханием отойдет от него и бремя, возложенное змием; по облегчении же ума отгонит он от себя и мглу неведения, и око душевное сделается ясным, и вскоре покаяние будет руководствовать душу ко спасению». Итак, вздох от глубины сердца – начало спасительного покаяния.
   2. «Тогда, – продолжает преподобный Ефрем, – грешник не только будет воздыхать, но и с великою скорбью проливать слезы. Почему же? Потому что душа, после долговременного разлучения с Богом, увидев Его, как Отца, возбуждается к пролитию слез; оттого что, наконец, увидела Родителя, проливает она слезы и преклоняет к себе Бога: ибо любит Отеческое благословение и, таким образом, очищается от всего, до чего доведена была змием». Эти слезы сердечного сокрушения не суть слезы пагубного отчаяния, а сладостные слезы умиления обратившейся к Богу души. «Памятование о Боге, – объясняет преподобный Ефрем, – приводит грешников к воздыханию; но Давид говорит: Помянух Бога и возвеселихся (Пс. 76: 4). Потому и кающиеся радуются, что освободились от уз змия».
   3. Испытав на себе самих величие милосердия Божия и как бы вкусив сладости Отеческой любви Божией, которая, забыв все согрешения блудного сына, подобно евангельскому Отцу, еще издалече увидев его, тек, нападе на выю и облобыза его (Лк. 15: 26), – искренно кающиеся, получив незаслуженное прощение от Бога, сами себя наказывают за все прежние беззакония, за вероломную измену такому любвеобильному Отцу, за бесчувственность и неблагодарность Щедродателю, Царю и Богу. «И что для других трудно и невыносимо, то, – говорит святой Лествичник, – делается приятным и желанным для утративших добродетель и духовное богатство. Ибо душа, лишившаяся прежнего дерзновения, утратившая надежду бесстрастия, сокрушившая печать непорочности, давшая на расхищение сокровище дарований и сделавшаяся чуждою божественного утешения, отвергшая завет Господень, угасившая прекрасный огонь душевных слез и уязвляемая, болезненно терзаемая воспоминанием о том, – не только со всею готовностью приемлет всякие труды, но благочестно решается умертвить себя подвигами, если только сохранился в ней остаток искры любви или страха Господня»[12]. В таком состоянии тяжкого стыда перед лицом милосерднейшего Отца Небесного, Которого оскорбили и прогневали своими беззакониями, при страшных угрызениях пробудившейся совести, кающиеся обрекают себя на всевозможные жертвы для умилостивления Бога и осуждают себя на самые усиленные подвиги, как бы желая вознаградить погибшее время своего заблуждения. Но вообще нужно заметить, что различные подвиги покаяния не заповедуются святыми отцами, а налагаются самими же кающимися, по мере ревности и усилия каждого, и более должны служить выражением покаянного духа, нежели каким-либо наказанием за прежние грехи.
   

notes

Примечания

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →