Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Чтобы сделать килограмм меда, пчелка должна облететь 2 миллиона цветков.

Еще   [X]

 0 

Обещания темноты (Проксима Роман)

Магнитная аномалия неизвестного происхождения возникла в солнечном городке Правительства новой Земли совсем не случайно. Человечество оказалось на грани исчезновения. Кто этому виной? Отряду из пяти живых душ предстоит отправиться в загадочный мир после смерти, чтобы выяснить это и остановить катастрофу. Кто выполнит обещание первым – полный жажды жизни Джон Верона или же холодная, мертвая темнота?

Год издания: 0000

Цена: 120 руб.



С книгой «Обещания темноты» также читают:

Предпросмотр книги «Обещания темноты»

Обещания темноты

   Магнитная аномалия неизвестного происхождения возникла в солнечном городке Правительства новой Земли совсем не случайно. Человечество оказалось на грани исчезновения. Кто этому виной? Отряду из пяти живых душ предстоит отправиться в загадочный мир после смерти, чтобы выяснить это и остановить катастрофу. Кто выполнит обещание первым – полный жажды жизни Джон Верона или же холодная, мертвая темнота?


Обещания темноты Роман Проксима

   Может быть, наивны мы, и нет нигде орбит другой судьбы. Может быть, нам не найти во тьме маршрут туда, где время спит.
«Точка невозврата», группа «Ария», Маргарита Пушкина
   © Роман Проксима, 2015
   © Кира Александровна Мельниченко, иллюстрации, 2015

   Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru
   «Темное место», обнаруженное по иронии в самом светлом районе новой Земли агентами Комитета безопасности Мира, было замечено задолго до того, как начали происходить необъяснимые ни с точки зрения психологии, ни биологии и даже парапсихологии вещи. По непонятным причинам вблизи этого места один за одним люди решались на отчаянные поступки, делали то, что никак не отвечало простейшим понятиям человеческой морали.
   Все, что сидело у человека в голове, тот внутренний голос, который подначивал на самый сокровенный поступок, закрывая глаза и разум на все остальное, внезапно вырвалось и захлестнуло всего. Мальчик Стиви больше не терпел побои отца, выпустив в его кровать, пока отец спал, гадюку. Змея успела укусить Стиви, но это его не волновало больше. Он вышел на улицу и пошел к реке, где вскоре умер. Их соседка, бабушка Маргарет, призналась в любви дворнику, который был младше нее на сорок семь лет. Люди, средь бела дня убивали ненавистных им коллег по работе, сожителей, случайных прохожих и себя.
   Вся северная часть города Приветливый была охвачена хаосом смерти, любви и жадности, но не было ни одного человека, кричавшего или молящего о помощи. Все были счастливы, по-своему. Другая часть города была эвакуирована властями, и каждому жителю была изменена память. Правительство новой Земли решило не распространять новости и направило группу особого назначения с целью захватить двух человек из города. После их успешной операции, ученым из Британского штата Правительства удалось выяснить причину столь необъяснимых действий – отсутствие в организмах людей любых следов синтеза пептида кортиколиберина и выделения адреналина – гормонов страха.
   Эта проблема имела бы локальный характер, но пострадал не только Приветливый. И хоть подобной волны бесстрашия нигде более замечено не было, по всему миру определенные люди вели себя иначе. Медиумы, истинные медиумы, зарабатывающие себе на жизнь, давая возможность пообщаться живым с их умершими любимыми, не могли получить информации от «другого» мира. Да и вообще, все магнитное поле планеты исказилось, образовав мешок в то самое место, которое до недавнего времени было самым обычным лесным массивом, расположенным на окраине небольшого городка на пятьдесят первом градусе северной широты тридцатого меридиана западного полушария, в центральном штате, совсем теперь неприветливом городе под названием Приветливый. Вся электроника переставала исправно работать вблизи города в радиусе пятидесяти километров. Место магнитной аномалии было обнесено столбами с решеткой, и всякий проходящий подвергался внесению в память коррекций и эвакуировался. Еще одной странной особенностью проявления непонятной силы, по мнению парапсихолога из Западного штата Фрэнка Муна являющейся самой исключительно важной, было практически полное отсутствие плача у младенцев.

Глава 1

   «Еще они меня учить будут! Да вы – ни на что не способные глупые исполнители. Мало ли, что там указано в ваших инструкциях. Я всегда буду действовать, как подсказывает совесть, всегда… И никто из моих подчиненных не будет убиваться на этой работе». – Джон еще раз прокручивал у себя в голове сегодняшний разговор с начальством. Опыта работы дорожного мастера на железной дороге Джону было не занимать. Он руководил строительством и ремонтом монорельсовой железной дороги на Западном штате, способствуя развитию экономики и поднятия ее на передовой уровень по сравнению с другими административными центрами Правительства. За большой вклад в сфере транспорта Джона удостоили ордена почетного гражданина новой Земли. Он чертовски хорошо знал свою работу, и, несмотря на прогрессивные технологии выполнения операций, всегда делал по-своему, интуитивно, насколько это позволяло его техническое мышление. За это его и любили, ведь таких людей, как Джон, жестких, сильных и справедливых осталось совсем немного.
   Он возвращался поздно ночью, сначала с работы, а после – с бара, где надеялся не найти никого из своих знакомых. Так и вышло. Оставив груз дня в стенах питейного заведения, Джон верил, что тяготы и невзгоды всего лишь иллюзия, и весь оставшийся путь до дома он «пролетел» в хорошем настроении.
   Поднявшись в свою квартиру, Джон закрыл за собой дверь, скинул куртку на пол, и, подойдя к окну, закурил. Красивые неоновые названия вывесок реклам под затянувшийся легкий дождь скручивались и группировались в различные образы, оживающие в голове «мономастера», как любил называть свое одиночество Джон. В его памяти, а может, уже в фантазии возникали различные люди, с которыми он был знаком, или нет, разговоры с ними. Иногда он помогал кому-то отыскать родных, дом, себя. А потом они исчезали из жизни Джона, и больше он их не встречал, не интересовался их делами, не справлялся здоровьем. Он их попросту не мог найти… и никому не рассказывал этого.
   Сейчас на него напала тяжесть и свалила на кровать, и он не желал ей сопротивляться – на сегодня Джон выполнил свою миссию, на сегодня он может ни о чем больше не думать. И сон проник в его подсознание, заставив все мысли подчиниться единой картинке, не связанной с его воспоминаниями, не вызывающей никаких эмоций – мир загадочных нематериальных сущностей, отвязаться от которых было невозможно.
   «Странно, здесь как будто никого нет. Но ведь я же здесь!» – делился собственными рассуждениями Джон, блуждая по туманным коридорам своих сновидений. «Наверное, подойду к тому камню, там кто-то есть», – впереди возник огромный булыжник, перекрывающий дальнейший путь. Он подошел вплотную к нему, обошел. Кроме черных выступов камня, не было видно ничего.
   Вдруг, в поле зрения попала небольшая хижина, с виду брошенное хозяйственное помещение, которое явно было не пусто. Там кто-то прошел, внутри, а увидев Джона, быстро сел, испугавшись обнаружения. В разбитом окне он это отчетливо заметил. «Сейчас, я осторожно подойду, и постучусь в дверь. Я никого не хочу пугать».
   Дверь была не заперта. Спокойно войдя, Джон прошел по общему коридору небольшой пристройки, где держали различных домашних птиц. Когда он оказался у противоположной стены и развернулся, раздался тихий плач, женский, в одном из загонов. «Кто ты? Не плачь. Я не обижу. Пойдем отсюда», – ответом на эти мысли подсознания Джона стала тишина. Мгновение спустя дверь немного приоткрылась, маня внутрь.
   Внезапно страх обуял Джона, сковал разумный ход мыслей. Он ни за что не захотел входить туда, только убежать. «Она там одна, нуждается в моей помощи, я не уйду. Господи, да возьми же, наконец, себя в руки!» – Джон вошел. На него налетела женщина, которую он когда-то уже видел, разговаривал с ней, однажды он помогал ей, но вспомнить не мог. Она обняла его, вцепилась ногтями в шею, и, дрожа душой, кричала что есть сил: «Надо убираться отсюда! Надо убираться отсюда! Пожалуйста, забери меня! Надо убираться!» Жуткая картина начала меняться, стала таять, женщина исчезла, помещение испарялось, и Джон проснулся.
   Все оставалось по-прежнему: темная комната, освещавшаяся лишь огнями уличных фонарей, мягкая подушка под головой, начатая бутылка виски на полу. Но в углу комнаты слышалось чье-то дыхание. Джон повернул голову, не вставая с кровати, и увидел человека, сидящего на стуле, и смотревшего на него терпеливо. Незнакомец не торопился начинать разговор, тогда Джон спросил:
   – Кто вы? Я вас раньше не видел.
   – Можно мне угоститься? – незнакомец указал на бутылку, стоящую напротив окна на полу, и, не дожидаясь ответа, потянулся за ней.
   Джон был в потрясении от своих сновидений. Еще он злился на плохой виски, и голова болела сильнее, чем бывало раньше. Сигареты кончились, проверив карманы на пару раз, он это точно знал. Да еще какой-то незнакомый человек в обмундировании военного, правда, без оружия – по крайней мере, видно никакого оружия не было. Истощенному эмоционально Джону было все равно, что незнакомец делает в его маленькой квартире в столь поздний час, и он лишь попытался рассмотреть его получше, на всякий случай. Униформа гостя была пыльной, также как голова и лицо. Как будто бы боец, дерущийся на поле боя, забежал в укрытие, чтобы немного передохнуть.
   – Что за бред? Как вы прошли через дверь? Вы что же это – пахнете также плохо, как и я? – Джон съязвил, зная, что дверной замок оборудован системой аромозащиты, которая деактивируется, если «почует» знакомый запах хозяина. Никакой другой человек не сможет открыть дверь, за исключением медицинского персонала, других служб спасения и служб правопорядка, и кроме сожителей, которые также включены в программу разрешенного допуска. А если кто-то решил прийти в гости, у него должно иметься на это разрешение Службы защиты частной жизни и частной собственности, в котором должен быть включен список всех возможных посещений с подтверждением подписей владельцев.
   – Скажем, у меня больше привилегий, чем у обычного гражданина. Трон Либетт – лейтенант. Я из Комитета безопасности Мира, – представился незнакомец, никак не проявляя жестами знакомство. Трон отпил из бутылки немного виски, слегка поморщился и издал цокающий звук. – Никогда не пил ничего дурнее.
   – Меня арестуют? – Джон засомневался, что его посетитель пришел ради глотка поддельного виски, или просто спросить, как дела. Из Комитета безопасности приходят либо перед твоей собственной смертью, либо перед грандиозным делом, которое, все же, никак не сможет вернуть к прежней жизни. Что-то подсказывало Джону (может, гора мускулов на теле военного, а может, что он жил на пятом этаже и спрыгивать было бы глупо), что он не спасется ни при каких обстоятельствах холодного расчета или невероятного везения, так что он продолжал сидеть и придавать себе как можно более невинный вид.
   – Я пришел к вам за помощью, Джон Верона. Вы, как почетный гражданин новой Земли нужны нам для миссии спасения Правительства, его граждан, национального достояния человечества и последующего поколения от нависшей угрозы не техногенного характера, – при этих словах Трон стоял смирно, чеканя каждое слово. Видно так им было положено говорить.
   – Как эпично, – Джон выдохнул. Все-таки, эти слова не могли его не радовать. Не то, чтобы он рвался спасать мир, но вот то, что его не попытаются убить в собственном доме, хотя бы сегодня, весьма отлично, – Что ж, спасибо, что уделили время и помогли испить паршивый виски. Дверь вон в той стороне, бутылку можете оставить себе.
   – Сэр… Джон. Это не ошибка. Я просто так ночью в дом не врываюсь. Мир в опасности. Мне вас рекомендовал совет Правительства. Вы и еще несколько людей поможете нам справится с проблемой… с бедой… да черт возьми, с катастрофой, если хотите!
   Это было похоже на правду, но все-таки звучало нелепо. В груди Джона заскреблось вязкое сомнение и ужас, что этот человек не лжет, и мир в действительности в опасности. Но еще больше был ужасным тот факт, что попросили о помощи именно его, Джона Верону, мастера по ремонту железных дорог! Каким образом, боясь разрушения всего мира, обратились именно к нему? Неужели военные силы и ученые правительства никак не разрешат проблемы, и зачем им понадобился заурядный работяга? Джон соглашался, может, и не совсем заурядный, но все же простой человек, без каких-либо существенных способностей.
   – А если я скажу – нет?
   – Боюсь, у вас нет выбора, – Трон слегка выпрямил грудь, дав понять, что выбора нет именно по причине присутствия его самого здесь.
   – Что ж, придется пойти. Можно мне собрать кое-какие вещи? Я на пару минут.
   – Конечно! – лейтенант слегка улыбнулся и направился к двери. – Я буду ждать на площадке у лифта, даю вам две минуты.
   – Хорошо, буду ровно через две, – Джон быстро закрылся в ванной. Отодвинул рычаг, находившийся под раковиной, и между задней стеной и боковой открылся небольшой проход. Взяв начатую пачку сигарет, лежащую на стиральной машине, он прошмыгнул в щель, и проход резко закрылся, а рычаг отвалился от крепления под раковиной и упал в узкое отверстие в полу, где его нельзя было ни увидеть, ни достать. Этот проход предназначался для экстренных случаев, если грабителям все же удавалось проникнуть в дом. Установка его дорогое удовольствие, не говоря уже о том, что не все типы домов оборудованы дополнительными пространствами между стенами, для тайного укрытия и эвакуации людей. Но Джону сделали это бесплатно, за особые заслуги. Об этом проходе никто не знал, кроме строителей, и правительства, которое спонсировало строительство. Разумеется, Комитет безопасности Мира мог легко это знать, но все же надежда на удачный побег теплилась. «Почему я? Да, нелепо. Я не смогу помочь, это ошибка. А если и вправду скоро настанет конец этому миру, то зачем убегать? Все и так закончится, убегу я или нет…». Джон немного сбавил шаг, когда подходил к двери, ведущей на задний двор дома. Дверь открылась, среагировав на запах.
   «Отлично. Никого!» – Джон побежал по направлению к улице, чтобы поймать такси. Еще несколько метров и все. Он уже видел свободную машину, ожидающую клиентов.
   – Четыреста сорок седьмая улица, пожалуйста, дом седьмой.
   – Хорошо, – ответил водитель и тронул машину с места.
   Когда заехали за угол соседнего дома, водитель притормозил на перекрестке, пропуская пешеходов. После прохода последнего машина продолжала стоять.
   – Я уж думал, вы сбежать хотите от меня, мистер Верона. Вы совсем мало вещей с собой взяли. Ничего не забыли? Хотя возвращаться дурная примета, знаете. Поехали, Чак, – сказал, только что севший на заднее сиденье рядом с Джоном Трон, и похлопал водителя по плечу, – мы немного опаздываем.
   Трон швырнул на заднюю полку бутылку виски, которую забрал из дома, и вынул из кармана пачку сигарет. Взял одну и предложил Джону. Он не стал отказываться, понимая, что придется теперь подчиниться.
   – Вы не должны думать, что я вас принуждаю к чему-то. Просто разрешите мне сначала показать, как действительно обстоят дела, а потом предложу вам решать дальше. Поверьте, Джон, вы действительно необходимы. Возможно, даже больше чем все остальные.
   – Остальные? Сколько нас? А вас? Что случилось?
   – Давайте сначала приедем, – Трон спокойно разговаривал, понимая, что ему нужно завоевать доверие, и насильственные методы бессмысленны.
   – Куда мы едем? – Джон курил в форточку, и не смотрел в сторону собеседника.
   – На военный аэродром. Сегодня мы улетаем на другой континент. Туда, где мы нужны всему человечеству.
   Это поразило Джона. Он был в смятении, как будто готовился к ответственной работе. От поражения новостью, ему захотелось курить, но сигарета кончилась. Трон протянул ему пачку, Джон вытащил одну сигарету и жадно затянулся. Свои сигареты тратить не хотелось. Верона открыл окно наполовину и смотрел на ночной Силвер Сити, наслаждаясь прохладой дождя, свежим, пронизывающим до слез ветром, огнями и темно-коричневым небом, которое сбрасывало на случайных прохожих свои водяные стрелы, расстреливая тело и душу. Когда они проезжали мимо моста, Джон взглянул с него и увидел небольшой памятник. В детстве он часто играл здесь и нацарапал на том самом памятнике свое имя, а рядом – его друзья сделали то же самое. Сейчас Джон видел себя ребенком, смотрящим на этот мост. Кто бы мог представить, что спустя годы, он поедет на машине и будет смотреть вниз, откуда смотрел на самого же себя, но только совсем давно. Джон подумал, он может больше никогда здесь не будет, и продолжал смотреть из окна. Его не смущали ни холод, ни призрачная ночь, ни потухшая десять минут назад сигарета.

Глава 2

   Встреча была такой же неприветливой, как и отлет. Их ровным счетом никто не встречал. Только когда вышли из самолета, Трон приказал ждать здесь, а сам пошел в сторону прилеска, росшего неподалеку. И тут он вытащил непонятно откуда взявшийся пистолет, и, держа руки с готовностью открыть огонь, заторопился к человеку, вышедшему ему навстречу. Они обменялись парой слов и оба кивнули, а после, лейтенант Трон подбежал к своим спутникам, и доложил:
   – Все чисто. Можно продвигаться к лагерю, – затем дал знак пилоту взлетать. – Здесь самолету не место. Нам он еще понадобится. Ну что ж, теперь осторожно. Джон, держитесь меня. Не задавайте вопросов, пока не придем. Если увидите людей – говорите мне или Чаку.
   Чак, между тем, уже тоже был при оружии, и осматривался по сторонам, двигаясь легким бегом вглубь леса.
   Они пробежали где-то километра два, прежде чем увидели забор, обнесенный вокруг лагеря в лесу. Теперь все остановились. Трон поговорил по телефону, и через минут десять к ним подъезжал бронированный легковой автомобиль. Вот машина была уже в метрах ста от них, но тормозить не собиралась. А, казалось, наоборот, прибавляет газу. Вот уже совсем близко! Опасно! Все трое рассыпались в стороны. Джон отпрыгнул так резко, что подвернул ногу.
   – Да он совсем рехнулся! – Джон ругаясь, поднялся и, прихрамывая, попытался найти хоть какое укрытие.
   – Не стоит, это была проверка, – Чак выглядел весьма спокойно, лишь слегка запыхался. Трону, казалось, приходилось делать это каждый день – на лице молодого лейтенанта не содрогнулся ни один мускул.
   – Испугались, мистер Верона? Хм. Это хорошо. Запомните это чувство. Возможно, вы наслаждаетесь им в последний раз.
   Джон решил пока ничего не спрашивать. С него и так хватило сумасшедшей выходки водителя. Да что тут происходит? Какого черта тут такая конспирация, что ждет там, в лагере? Неужели мир катится в тартары, и он, Джон Верона, сможет действительно помочь. У него от этих мыслей начала нарастать тревога, и от нетерпения и страха в горле застрял глоток воздуха, так что сердце, казалось, замерло.
   Когда машина подъехала, ворота в лагерь не открывались. Водитель сигналил несколько раз, но никто не реагировал.
   – Да чтоб их!.. – водитель машины не успел договорить, так как он понял, видимо, причину заминки.
   В метрах двадцати от них стоял человек, с виду обычный парень, даже улыбающийся им, и махавший рукой. Правда, он был поцарапан – все лицо было в порезах, а одежда в некоторых местах была изодрана в клочья. Трон, ни секунды не колеблясь, опустил окно задней двери, у которой сидел, и сделал два выстрела в голову парня. Тот упал замертво.
   – Ты что делаешь? – Джон не выдержал и закричал. – Т… ты убил его! Да о каком спасении вы говорите? Вы убиваете людей, которых вы хотите спасать! Нет, нет, нет, я отписываюсь. Не годится. Я выйду, – он попытался открыть дверь, но тут ему в ногу всадили укол, так что он подскочил в кресле, а после, вообще, потерял спокойствие.
   Джон видел, как все сделали себе инъекции в мышцу, затем ворота открылись, и машина спокойно проехала внутрь.
   Когда они вышли из машины, все трое чувствовали возбуждение и охоту двигаться. Джону захотелось пробежаться, захотелось закричать. Он чувствовал прилив сил, страх, любопытство, которое раздирало изнутри грудь, и беспокойство, что все неспроста.
   – Укол адреналина. Хотите – можете пробежаться, Джон, – Трон переступал с ноги на ногу и несколько раз подряд расстегивал и тут же застегивал молнию на куртке.
   – Нет, спасибо, не люблю бегать по утрам – вредно для здоровья говорят.
   – Курить тоже, слышал, что где-то говорили, вредно.
   – Курение снимает нервное напряжение и помогает ясности ума.
   – Да вы что? – улыбнулся лейтенант Либетт. – Не знаю, как там с нервами, а вот адреналинчик излишний не помещает выплеснуть. Пробежимся? Вот до того здания.
   И все трое, не считая водителя, пробежали небольшое расстояние, пока не очутились у небольшого здания. Здание, как и остальных несколько десятков таких же, расположенных внутри высокого ограждения, охраняемого парой-тройкой солдат, отличалось лишь наличием развивающегося герба Правительства новой Земли и являлось, очевидно, штабом.
   Когда они вошли внутрь – небольшой отряд вооруженных солдат поднялся со скамеек, и все вышли наружу, за исключением командира.
   – Джон Верона. Для нас честь видеть вас здесь. Полковник воздушно-десантного батальона Сергей Зеленин, – он отдал честь, и Чак с Троном также ответили ему.
   – Я не понимаю, полковник. По всему Правительству полно людей, удостоенных званий почетных граждан, так почему выбрали именно меня?
   Зеленин недоуменно переглянулся с лейтенантом и спросил:
   – Либетт вам не рассказал? А что мы ведем войну и теряем контроль над ситуацией, он вам тоже не поведал? Что мир стоит на пороге тотальной зачистки. Скоро всему живому придет на смену смерть и хаос.
   Джон был очень зол на Трона, что он ему ничего не рассказал. Может, тогда он бы не пытался удовлетворить свое любопытство, и попробовал все-таки сбежать.
   – Может, следовало мне сразу все поведать? А? Ты куда меня привел?!
   – Вы бы все равно не поверили. Что тратить время зря? Там, в городе, погибают наши солдаты, пока мы здесь обсуждаем, кто кому что недоговорил!
   – По-моему, это самый существенный факт. Если бы ты мне сразу сказал, что к чему, я бы, может, удрал, и меня бы здесь в помине не было!
   – Это невозможно! От меня никто не убегал.
   – Так, отставить, джентльмены, – Зеленин встал между ними. – Джон, полагаю надо ввести вас в курс дела. Присядьте, пожалуйста.
   Встреча почетных граждан новой Земли с военными бывает крайне редкой. Поэтому, все что сейчас скажет полковник, будет крайне важным, а самое главное, правдивым и безоговорочным. И как бы Джон ни старался избежать участи спасителя мира, ему бы это не удалось. Так что ничего не оставалось, кроме как слушать и делать какие-то выводы. А седой, но молодо выглядевший полковник Сергей Зеленин, с явно встревоженным видом сказал следующее:
   – Мир в опасности. С каждым днем угроза становится все более серьезной. Мы подключили к решению проблемы все сферы деятельности, не только военных. Так как угроза… как бы это сказать, слегка нематериальна.
   – Не слегка, а полностью! Полностью параматериальна, – вставил Трон.
   – Спасибо, лейтенант, – осадил восторженность Либетта Зеленин. – Мы имеем дело с магнитной ямой, которая, как нам кажется, образовалась вследствие высокой концентрации электромагнитной энергии в одном единственном месте. Эта яма поглощает все живое, и назад уже не возвращает. Мы назвали ее «темным местом», и оно увеличивается все больше и больше. Боюсь, если не предпринять меры, то это место может занять всю территорию планеты. Это энергия в чистом виде. Это наша природа, наша жизнь и смерть, это наша надежда на чистоту человеческих убеждений…
   – Что там?! – не выдержал Джон.
   – Души, – сказал полковник и отвернулся. Он явно сделал акцент на последних словах. Было видно, что он искренне верил в эту самую чистоту убеждений, и как будто все его мировоззрение могло рухнуть в любой миг, если они не смогут предотвратить катастрофу.
   – Раньше повсюду можно было засечь электромагнитную активность. В старых зданиях, на кладбищах, да где угодно. Сейчас вся эта паранормальная активность оказалась в одной точке, и эта точка растет с каждым днем. Нам нужно не допустить этого. Не без вас, – Трон положил руку на плечо Джону, который слушал все это, не понимая, сон это, или же взаправду. Что все эти люди ему говорят, что от него хотят?
   – Но почему я? Я же…
   – Вы медиум, Джон Верона, и самый могущественный, которого можно себе представить.
   Эти слова в конец сразили его. Он и без этого достаточно узнал много нового для одного раза. А когда вдруг узнал, что его считают медиумом, удивился так сильно, что вдохнул большой глоток воздуха, и у него закружилась голова. Подкосились ноги. И он упал.
   «Так это все был сон» – подумал Джон, увидев вокруг себя знакомую площадь Силвер Сити, недалеко от своего дома, и скамейку, на которой он сидел и, видимо, задремал. «Я уж было поверил словам этих людей. Надо бы быть поразборчивее. Пойду возьму немного выпить.»
   Джон прошелся до магазина, и толкнул дверь, но она не поддалась. Он потянул ее на себя – дверь не открывалась. «Что такое? Три часа дня, почему закрыто?»
   – Мистер Верона? – миловидная дама лет пятидесяти окликнула его. – Почему вы здесь? Вы должны быть сейчас совсем далеко отсюда.
   – Как, Вы тоже в курсе? Они послали меня спасать мир, сказали, что я медиум. Будто бы я умею…
   – Так и есть, – спокойно перебила его женщина. – Вы хороший человек, мистер Верона. И очень сильный медиум. Вспомните, скольким вы помогли уже, и осознание этого придаст вам еще большей силы…
   Вдруг женщина замолкла. Она сжала губы и посмотрела куда-то вдаль. И ужас застыл у нее во взгляде. Джон посмотрел в ту сторону – но ничего не увидел. А когда обернулся, то женщины уже не было. Он ощутил жуткую боль в голове, от которой пришел в сознание.
   – Джон, Джон… Давайте, помогите мне. Положите его сюда – Верона слышал, как его укладывают на скамейку. Затем он попытался сесть. С трудом, но у него получилось это сделать. В его голове начали всплывать образы людей, которых он видел, а может нет, знакомых, незнакомых, всех, которые смог запомнить его мозг. И до него начало доходить – все они были мертвы. Это души. Потерянные, уставшие от одиночества, жаждущие жить души людей, которые нашли в Джоне помощника, друга, а, однажды, даже способ вернуться к жизни.
   Джоном внезапно завладело любопытство. Но не обычное любопытство, которое возникает при виде новой вещи. А такое, когда хочется найти новый путь, новую жизнь, новый смысл. Помогать людям можно разными способами, и Верона всегда искал именно этого. Ему надоело ощущать в себе неполноценность своих затрат. Он просто захотел обрести новый смысл.
   – Не знаю, что вы придумали, но я хочу, чтобы это закончилось поскорей.
   – Рад, что вы на нашей стороне, – обрадовался полковник. – Трон, сообщите остальным. Собрание через полчаса в штабе. Свяжитесь с Приветливым, пусть готовятся к операции.
   Спустя полчаса Трон зашел в комнату и доложил о готовности собрания, полковник и Джон вышли. Снаружи бил мелкий дождь, небо затянули синие тучи, а по их краям серой пеленой был устлан весь оставшийся мир, и солнца не было видно. Полковник зашагал в сторону одного из других домиков, Трон за ним, а Джон потянулся, набрал полную грудь свежего воздуха и проследовал за военными.
   – Это Фрэнк Мун, Андрей Волохов и Люси Брин, – Зеленин представил троих людей, сидящих за столом. – Вместе с ними пойдете вы, Джон, и лейтенант Либетт. Познакомьтесь.
   Все трое по очереди представились. Фрэнк Мун был парапсихологом, специализировавшимся на паранормальной активности, и пытающимся логически обосновать непонятные вещи. Андрей Волохов был ученным из центрального штата. Он работал в Приветливом, до его закрытия. А Люси была психологом. Но не только им, еще странно отдаленным прошлым Джона.
   – Мы с вами нигде не могли встречаться? Моя дорогая Люси.
   – О, Джон, – женщина встала и отрыла объятия в его сторону. – Как же долго мы не виделись?
   – Всю жизнь, – они обняли друг друга. И сели рядом. С ней он познакомился еще студентом. Ее улыбку, такую искреннюю и заразную, Джон запомнил навсегда. Правда сейчас один уголок ее рта был слегка суров и прям. Но это делало улыбку Люси еще более шикарной.
   – Не говори так, мы виделись, когда я приезжала в твой институт. Помнишь? Я к сестре заезжала на каникулы.
   – Да, это было похоже, как во сне. Я уже смутно помню. Смею предположить, что сейчас ты выглядишь гораздо лучше себя юной.
   – Аха, шутник. Чувства юмора у тебя всегда хватало на четверых…
   – Господа! – прервал их теплый разговор Зеленин. – И дама. Вы отправляетесь в Приветливый через двадцать минут. Сейчас подготавливают последнее снаряжение. Для вас всех задача крайне проста в формулировке – найти источник магнитной аномалии, и уничтожить. Всему виной определенно материальный объект. Его засекли наши рентгенографы. Вся надежда на вас, ребята. Все, что вы там увидите – может быть плодом вашего подсознания. Будьте начеку, помогайте друг другу. Вы были отобраны, как самые лучшие в своем деле. Докажите всему миру, что это действительно так. Человечество, может, даже не узнает ваших имен никогда, но будет благодарно за каждый вновь прожитый день.
   Полковник подошел к Трону, пожал ему руку, затем – остальным членам команды.
   – Пусть наш мир неидеален, и люди в нем небезупречны – это все наше будущее, наша…
   – Полковник! Сэр! – Зеленина прервал влетевший в помещение солдат со встревоженным видом. – Темное место, оно растет. До лагеря осталось пятнадцать километров, сэр!
   Зеленин промолчал. Он скрестил руки за спиной и подошел к окну. Спустя секунд десять резко развернулся и приказал:
   – Подать машину!
   Машина подъехала моментально. Снаряжение было в кабине. Все было быстро. Все было странно. В течение двух минут после того, как полковник дал последнее напутствие, раздался взрыв в северной части лагеря. Начали сбегаться солдаты, слышались отдаленные выстрелы. Потом тишина. Слишком спокойно.
   – Быстро! Надеть респираторы! – скомандовал Трон. – В сумке! Андрей, гони!
   Джон интуитивно расстегнул карман рюкзака со снаряжением и достал несколько респираторов. Очень объемных и увесистых – непохожих на обычные. Он натянул его на себя не задумываясь. Уж если и умереть, то точно не в начале их битвы. Битвы. Почему он решил, что будет битва? Может, все случится мирным путем, и они будут мгновенно убиты без боли и крови, или же наоборот. Все послушаются его, и прекратят безумную войну за право на господство мира. Как бы то ни было, надо было разобраться.
   Джон почувствовал давление. Внутреннее, давление в разум. Кто-то пытался проникнуть в голову, в мысли. Но не тут-то было. Всегда, сколько Джон помнил себя, никто никогда не мог узнать, что он думает, если он сам этого не хотел и не позволял узнать. И сейчас – давление прошло, оставив легкость в голове, как после пробуждения, и накатила волна жуткого волнения.
   – Действие респиратора вызывает чувство беспокойства и страха. Не паникуйте, это необходимо, чтобы не стать «бездушными», – водитель Андрей Волохов успокаивал возросшую панику в салоне. – Сейчас и все оставшееся время мы не будем снимать маски. Сменные фильтры лежат в сумке. А сейчас – держитесь.
   На улице разбегались во все стороны военные. Почти все были в респираторах, но не все. Многие солдаты бегали вдоль стен, кто-то просто сидел, ухватившись за голову. Кто-то стрелял по своим товарищам, а когда кончились патроны в обойме – бил прикладом, в то время как тот, кого он избивал, улыбался, и пытался успокоить разгневанного бойца, но не мог сопротивляться силе удара. Он упал, а его убийца продолжал наносить удары.
   Джон не мог больше смотреть.
   – Дайте пистолет!
   – Джон, им не помочь! – вскричал Фрэнк, – Они обречены!
   – Дайте мне пистолет! Черт бы вас побрал.
   Трон приоткрыл на ходу дверь и двумя точными выстрелами положил того солдата, и захлопнул дверь.
   – У них больше нет души. Ее не вернуть. В тело. Она не вернется…
   Они ехали так часа два – в полном молчании, наблюдая как иногда выбегали с разных сторон люди, убивая, крича, смеясь. Во всем этом хаосе не было смысла. Это было как обстоятельство, которое должно было быть принятым за веру. Оно не подлежит объяснению, значит решению. Эти заключения никак не выходили из головы ни Джона, ни казалось кого-либо еще.
   После того как машина остановилась на окраине густого лиственного леса, и мотор заглох, Андрей обернулся и сказал:
   – Приехали. Далее – пешком. Мы находимся в двух километрах от города Приветливый, где все началось. Нас проведут. Мы находимся в эпицентре «Темного» места. Да поможет нам Бо…
   – Нет уж, джентльмены. Нам следует полагаться только на наши знания и умения, – сказала Люси, – Джон, как считаешь?
   – Не знаю. От помощи высших сил я бы не отказался. Совсем недобрые ощущения у меня.
   – Это действие паров адреналина, – сказал Трон, – боюсь, теперь нам необходимо бояться. И я совсем этого не боюсь!
   – Ты понимаешь, что ты только что сейчас сначала сказал, а потом опроверг сказанное? – съязвил Фрэнк.
   – Нет, я лишь усилил важность сказанного.
   – Вы лишний раз подчеркнули всю серьезную неизбежность нашего положения, – вмешался Андрей.
   – Слушайте, по-моему, Андрей, от того, что ты сказал, стало еще страшнее. Лично я уже не на шутку напуган – Джон сказал это с неприсущей ему дрожью в голосе.
   Все мужчины дружно закричали.
   – Так, стоп! Мальчики, спокойно. С вами идет девочка. И она умная, она смогла догадаться снизить концентрацию подачи паров адреналина на респираторе. Там вентиль есть такой. Не волнуйтесь, я вас в обиду не дам! – улыбнулась Люси, открыла дверь и вышла из машины.
   Мужчины переглянулись и в один раз повернули вентиль под маской на пару оборотов назад.

Глава 3

   – Что? Джон самое значимое лицо у нас в команде. Если хочешь знать мое мнение, то, по-моему, лишний член нашей команды – это ты, – Трон шел с Фрэнком, и ему не нравился тон его рассуждений. – Ради Бога, Джон, можно я пойду с вами?
   Он оглянулся назад – Люси с Вероной мило разговаривали через респираторы, и их глаза светились от воспоминаний, былых чувств к друг другу, их разговор шел мерно и дружественно, как будто не было тех ссор, непониманий в прошлом, которые разделили их судьбы на долгие годы.
   – Нет, Либетт, иди, помогай Андрею, ему нужны глаза, смотрящие вперед, а не в монитор.
   Волохов, шел впереди, прокладывая всем путь по датчикам коммуникатора, который он держал в руке. Он преимущественно смотрел в экран монитора, и иногда натыкался лбом на дерево или спотыкался об пень.
   – Господа, – Джон сделал нарочно виноватый вид. – Я все понимаю, но, извините меня, если что не так, объясните мне, что, собственно, я должен делать?
   Все остановились.
   – О, о… – протянул Фрэнк Мун. – полковник занятой человек. Совсем неудивительно, что он ничего не сказал Джону. У него же полно дел! Мистер Верона, я кажется понял в чем беда. Точно! Вы просто забыли записаться на прием!
   – Ты серьезно, – удивилась Люси. – Джон, ты же знаешь, что делать, ведь так?
   – Да, полковника можно понять. Он же переживает за людей, он же все организовал, эвакуацией тоже он руководил, – Либетт оправдывал прокол полковника, и, может, отчасти свой.
   – Я должен защитить вас от этих душ? – предположил Джон. Он догадывался зачем могут понадобиться его способности разговаривать с душами умерших людей. Но все же выяснить надо было.
   – Да, – вмешался Андрей. – Вот. Посмотрите на монитор. Искаженными светлыми пятнами показаны сгустки энергии, невидимой на высоких частотах приборов. Эти материи искажают магнитное поле немного. Вот этот прибор и улавливает. Я стараюсь вести нас подальше от скоплений, или же от отдельных пятен. Пока это удавалось.
   На мониторе то и дело появлялись на горизонте отдельные группировки пятен, или отдельные пятна, исчезая, появляясь вновь. Они навевали страх, пустую безнадежность и нежелание продвигаться дальше.
   – Джон, скажите, вы управляете своей способностью? Вы можете запросто приказать духам спрятаться или испариться. Или вы, быть может, можете приказать им убить, или перенести вас по небу, – Мун расспрашивал Джона с большим энтузиазмом, ожидая, что наткнется на его слабое место, чтобы уличить его в шарлатанстве или еще каких-нибудь несоответствующих мнению о нем характеристик.
   – Пхех! – Люси выдавила смешок. – Сам-то себе веришь? Ты что это, в потусторонние силы уверовал?
   – Нет! – ответил Фрэнк. – Я атеист. Причем в четвертом поколении. Я продолжаю работу отца. И пытаюсь раз за разом уличить шарлатанов и фанатиков, в их ошибках. Я пытаюсь понять, на чем основаны рассказы всех и каждого от том, что они, якобы, видели все это. Это же физика.
   – Да? А души? То есть, ты думаешь, что это фокус?
   – Как раз нет! Я знаю, что душа обладает энергией. Это уже выяснили. Но она не может спокойно перемещаться куда ей вздумается. Не может ничего, что мог бы человек. Она лишь есть, и есть там, где страх. Когда мы боимся, мы испускаем определенные гормоны в организм, которые обостряют наши чувства, тем самым, мы, при определенных условиях, можем увидеть эту энергию, которая повсюду.
   – Не совсем повсюду, – Андрей отставил на время прибор, поставив в режим автоматического уведомления. – По непонятным причинам, концентрация адреналина и кортиколиберина у человека и вызывает магнетизм. То есть, иными словами, нет страха – нет призраков. Эта теория объясняет, почему магнитная аномалия возникла в одном месте, а люди перестают испытывать чувство страха. Просто, если исходить из теории, людские души, бесконечный поток энергии, устремились в одно место, забирая души живых людей.
   – Человеческая душа привязана к страху. Нет, не к тому страху, чтобы не увидели, куда т ы прячешь деньги, или вдруг вытащишь не тот билет на экзамене. А страху, как ответственности. Как выбору правильного пути. – Иными словами – совесть, – Мун поднял палец вверх, усиливая важность своих слов.
   – Вы хотите мне сказать, – Джон подвел всему итог, – что за мою совесть отвечают мои надпочечники?
   – А-ха-ха! – рассмеялся Трон. – Я ему тоже такой вопрос задал. А ты лучше, чем я думал. Приглашаю тебя в ряды моего спецотряда, потом, когда все закончится. – Последнее он сказал, подойдя поближе к Джону, и положив руку на его плечо.
   – Это никогда не закончится, – напорствовал Фрэнк. – мы здесь умрем на благо Мира, и не изменим ровным счетом ничего.
   – А что же ты тогда сюда пошел? – пожала плечами Люси. – ну оставался бы в своей редакции, продолжал бы высушивать мозг читателям.
   – Здесь интересней, – слегка подумав, сказал Фрэнк. – К тому же я уже предложил правильную гипотезу. Маленькие дети способны видеть на определенных частотах эту энергию. Это вызывало у них элементарное чувство страха. А сейчас нечему вызывать. Все они здесь. И я отправился, чтобы это доказать. Я вернусь героем для моих поклонников.
   – Героем вы уже стали. Жаль, они этого не знают, – Люси улыбнулась слегка и повернулась к Джону. – Так ты сможешь нас оградить от них?
   – А как они нам могут навредить? Ведь в обычной жизни… ведь не могли, – Джон поперхнулся. Он вспомнил как однажды чуть не погиб живой человек, из-за его дара.
   – Когда души собрались в одном месте, их энергия стала способной воздействовать на материю физически, – вставил Андрей.
   – То есть они могут убить?
   – Да, – добавил Трон. – Но раз материя хочет убить меня, значит, эта материя просто не намеривается больше жить!
   Трон приподнял пистолет, принялся внимательно осматривать лесистую местность. Кругом был легкий туман. Ветер завывал в верхушках деревьев, от этого было крайне неприятно размышлять на жуткие темы. Но делать было нечего – продвигаться дальше надо было. Все люди находились в опасности.
   Лейтенант вытащил еще один пистолет и вручил его Андрею.
   – Ведите нас, ученый. Я прикрою. Мун, пойдешь один. Джон, Люси, идите за мной.
   – Я что, должен идти сзади? – скривился Фрэнк. – Они же меня растерзают после того, что я про них написал.
   – Не бойтесь, – успокоила Люси. – Зато будете наблюдать по ту сторону баррикад. А численность там превосходит нашу в миллионы раз. Гораздо интереснее, вы же за этим здесь?
   – Отличное успокаивающее напутствие. Теперь понятно, зачем в нашу банду пригласили психолога.
   Компания продвигалась все дальше в чащу. Джону казалось, что они идут отдыхать, что скоро разобьют лагерь и будут ловить рыбу, готовить ужин, и рассказывать байки. Вся мрачность ситуации была пустяком. По крайне мере, так казалось. Совсем не было страха. Он испарился…
   – Мне кажется, больше нет необходимости в респираторах. Я сниму.
   – Джон, нет! – Трон подлетел к нему в мгновение и прижал респиратор плотнее к лицу. – Это смертельно опасно. У тебя сразу перестанет выделяться адреналин, и будет все потеряно.
   – Нет, я действительно чувствую, что не нужно больше.
   Люси сняла респиратор. Так легко и беззаботно она доверилась ему, что стало страшно. Ее было не узнать. Куда делась та девушка, боязливая, недоверчивая, имеющая всегда на все свое собственное мнение, отличавшееся от остальных? Этого не понять.
   – Какой чудесный воздух. Так и чувствуется наполнение душами. Как будто не ты живешь, а они, – Люси потянулась, раскинув руки в стороны.
   Джон тоже раскрутил респиратор. Доверился прошлому. Все-таки, не может она погибнуть одна здесь. Треволнения прошли, стало даже как-то спокойней. Чересчур… Совсем не было никакого страха. Джон на секунду замешкался, застыв в положении, готовом надеть респиратор.
   – Если я держу наготове маску, значит, я все еще боюсь, ведь так? Значит – все в порядке.
   – Удивительно. Что ж, показатели Джона и Люси в норме. Пожалуй, по непонятным причинам, можно теперь не надевать респиратор, – Андрей, поднесся индикаторы к коже обоих, и, убедившись, что все хорошо тоже снял маску.
   – Вы нелогичны, друзья мои. Просто чертовски безрассудны, – Фрэнк, подумав, снял свой респиратор и откинул в сторону. – Что же будет дальше, в кошмаре не приснится.
   Трон только не торопился снимать защитную маску. Он просто грустно посмотрел на Джона и Люси:
   – Многие наши люди погибли, прежде чем мы поняли с чем имеем дело. Сколько бы жертв можно было избежать, если бы они были снабжены этими чертовыми респираторами. А мы так легко их выбрасываем, как ненужную вещь, рискуя жизнями, плюя на то, какой ценой все это было достигнуто!
   Трон отшвырнул маску дальше в чащу, и быстро отошел подальше, не в силах дальше вести разговор.
   Джон чувствовал себя виноватым. Действительно, как можно было так безрассудно поступить. Они ведь могли умереть все, сразу. А Люси… доверилась так скоро, что Джону стало не по себе. Она никогда так не доверяла ему. Трона можно было понять. Джон решил его подбодрить.
   – Слушай, я не просто наобум снял защитный респиратор, не подумав, – обманывал он Трона. – Я резко почувствовал, что он больше не нужен. Честно, по-моему, я чувствую это место, оно подсказывает мне, что делать дальше.
   Кажется, помогло. Трон резко посветлел, и приказал ему идти вместе с Андреем впереди, чтобы пролагать маршрут. Джон согласился.
   Они шли около получаса по бесконечной тропе, ведущей к городу, пока на экране не показалось размытое пятно. Оно искажалось, резко меняя центр тяжести. Легкое звучание прибора заставило всю группу остановиться. Андрей сказал всем:
   – Нам необходимо изменить направление. Пойдем в ту сторону, – он указал на небольшую тропку, занесенную листьями.
   – Мне кажется, нужно идти налево, – Джон указал на возвышение, на которое взобраться с легкостью не представлялось возможным.
   – Нет, все мы пока обойдем, держась правее, – настаивал Волохов.
   Все двинули в правую сторону, в обход пятна на мониторе. Они шли еще минут двадцать, пока на экране впереди, метрах в трехстах, не загорелись десятки белых пятен. Они мигали, страшным хаосом меняя свое направление, но по большому счету, оставаясь на месте.
   – Вот туда мы точно не пойдем! – запаниковал Фрэнк. – Нет, давайте послушаем Джона. Вернемся, и заберемся на тот милый холм.
   – Что скажешь, Джон? – спросил Трон.
   – Вернемся. Здесь мы не пройдем.
   Они пошли назад, возвращаясь к холму.
   – Ты их почувствовал? Ощутил их силу? – тихо спросила Люси.
   – Нет, не знаю. Я не уверен. Что-то подсказало мне, что там ожидают не нас.
   – Да. Ясно. Хорошо, что туда не пошли.
   Они дошли до того места, откуда пришли. Но холма видно не было.
   – Что? По-моему, мы пришли на то же место. Здесь же был холм. Я точно помню, – Фрэнк пробежался вокруг. – Нет здесь никакого холма, и никогда не было. Это ловушка.
   – Нет, это знак, что нам следует двигаться только прямо, иного исхода нет.
   – Что ж, тогда достаньте из рюкзака себе оружие. Оно вам в любом случае может пригодиться, – сказал Трон и пошел впереди всех.
   – Что значит «в любом случае»? Мне не нравится это выражение.
   Все достали пистолеты и положили их в кобуру, прикрепленную на ногах. Джон предложил идти к тому пятну, что сперва они пытались обойти. На приборе ничего не было видно.
   Они дошли до самого Приветливого. Минули ту самую изгородь, которой был огражден весь город.
   «Темное место» было обнаружено агентами Комитета безопасности. Они заметили искажение магнитного поля, вызванное непонятно чем. Отряд из трех человек не смог вернуться на базу в тот день. Все, что они успели передать, это то, что видели человека, обычного человека, который просто смотрел на них, не подавая никаких признаков агрессии или дружелюбия. Просто смотрел. А затем сигнал прервался. По их координатам сумели определить то место, где пропал отряд. Излучение рентгеновским лучом смогло зафиксировать материального человека. Уже потом, когда начали понимать всю серьезность угрозы, сделали предположение, что этот человек медиум, который управляет душами умерших людей, заставляя их делать все, что угодно.
   В Приветливом работал Андрей Волохов. Он, и еще группа специалистов, были направлены туда, чтобы выяснить природу магнитной аномалии. Андрей сразу не смог выявить причины, пока не начали появляться признаки неадекватного поведения жителей города. Когда несколько человек подверглись аресту, то их обследовали и выяснили, в их организме не вырабатывался адреналин. Было принято решение эвакуировать людей. Некоторые спасенные рассказывали, как видели умерших, разговаривали с ними. Это натолкнуло на мысль о медиуме.
   Был приглашен к расследованию Фрэнк Мун. Его методы оказались вполне научно обоснованными, несмотря на весь мистицизм проблемы. И тогда решили, что необходимо разыскать хорошего медиума, который сможет противодействовать врагу. Процесс поиска затянулся. Но в один прекрасный день поступил звонок от одной из поисковых групп, работающих на Западном континенте. Они утверждали, что нашли женщину, рассказавшую им про одного замечательного человека, который спас множество людей – за что был удостоен звания почетного гражданина Мира. Этим человеком был Джон Верона, сильнейший медиум. Этой женщиной была Люси Брин.
   Полковник Сергей Зеленин, руководивший операцией спасения, отдал приказ Трону Либетту разыскать и привести Джона в штаб, предварительно рассказав ему суть вещей. Но Трон, молодой лейтенант, боялся спугнуть и не рассказал всей правды. И так было много потерь мирных жителей, военных, и не привезти Джона в лагерь было нельзя. Поэтому Трон подходил к задаче с осторожностью. А Люси попросилась в отряд в качестве психолога, ссылаясь на большой опыт в проведении миротворческих акциях.
   – Кто нас должен здесь встретить? – спросил Трон у Андрея, когда вся компания остановилась.
   – Отряд внедрения. Но их почему-то нет.
   Андрей пытался связаться с отрядом путем посыла специального кода через свой коммуникатор. Но ответ не приходил. Вокруг стоял лишь черный лес с голыми от ветра ветвями. То ли дождь, то ли снег изредка падал на землю, не оставляя следа. Где-то там, впереди, сквозь деревья виднелись стены домов. Город был рядом.
   – По-моему, они не придут, – настороженно сказал Фрэнк. – Давайте уж пойдем без них и укроемся в одном из домов до завтра. Устал я от сегодняшней ходьбы на морозе.
   – Что ж, придется идти, – Волохов перестал посылать сигнал и двинулся с места.
   Все проследовали за ним до одного небольшого частного домика, принадлежавшего когда-то жителю города. Сейчас там расположился отряд внеклассного назначения под руководством лейтенанта Либетта.

Глава 4

   Когда Джон проснулся – из окна дома, где они вчера расположились, горел свет. Он подошел ближе – далеко светился прожектор. «Почему он горит?» – подумал Джон.
   Затем свет погас. Верона вытащил из кармана сигарету. Он заметил, что не курил вот уже целый день, с тех пор, когда он узнал, что творится здесь. Затянувшись, Джон смотрел в окно, на темные улицы, освещенные лишь краснеющими тучами предрассветного неба. Была вьюга. Снежная вьюга с большим потоком ветра. Как они будут дальше продвигаться – он не имел понятия. Может, чуть позже она прекратится?
   Внезапно Джон почуял волнение. Он выкинул сигарету и потянулся за лежащим на столе оружием. Посторонний шепот тревожил разум. Он все нарастал. Джон подбежал к прибору Андрея – на нем повсюду были искаженные пятна. Они светились, и легкое потрескивание прибора говорило только об одном – они были окружены душами. Их зажали в тиски, бежать было некуда.
   – Вставайте! Они обнаружили нас! – Джон вскричал на весь дом.
   Послышались резкие звуки, голоса, один выстрел. Затем, на какое-то мгновение, зажегся свет, но быстро исчез.
   Джон увидел сбоку от себя молодую девушку, которая сказала спокойным голосом:
   – Сейчас вы все умрете. Это не больно.
   После этих слов Джоном овладела паника. Он пытался прогнать дух девушки силой мысли, но он не мог сопротивляться ей, даже когда она подходила к нему. Она прикоснулась к нему.
   Джон моргнул. Вокруг него были здания. Небо было темно-изумрудным, с черными тучами на нем. Здания представляли собой то целые, но по большей части, разрушенные заброшенные небоскребы и невысокие дома. «Как я здесь очутился?» – подумал Джон. – «Это и есть то место, куда мы попадаем после смерти?».
   Кругом не было ни души. Тишина и отчаяние. Это не было похоже на сон. Это было похоже на полу-жизнь.
   – Трон! – позвал Верона. – Люси! Кто-нибудь!
   Никого. Джон запаниковал. Страх подступил к нему. Но вдруг он увидел незнакомую женщину с рыжими волосами. У нее был напуганный вид. Она подошла и умоляющим тоном попросила помочь ей.
   Он кивнул, и женщина побежала внутрь одного из ближайших зданий. Голубой небоскреб обнажил внутри себя крутую лестницу, ведущую бесконечно вверх. Это было невероятно красиво. Лестница нелепо и непрактично занимала все видимое пространство. Такое кристальное величие архитектуры Джону нигде не удавалось ранее наблюдать. «Потрясающе! Надо бы запомнить, расскажу знакомому архитектору. Потом», – он не понимал зачем сооружать такую немыслимую конструкцию, далеко протягивающуюся вверх.
   Но сейчас было не до нее – та самая рыжеволосая девушка, которая звала его у входа теперь стояла сбоку от лестницы, у боковой двери. Джон подошел, а женщина нырнула за поворот, затем за следующий, а после – вернулась на исходное место, ее бег был неуловим.
   – Хватит! Я не намерен бегать кругами. Чего ты хочешь?
   В этот момент послышался отдаленный вздох, еле слышимый, жуткий и пробирающий насквозь. Как будто кто-то уставший стоял за спиной. Но вокруг кроме них двоих никого не было.
   – Они забирают моего малыша, – вдруг заплакала девушка. Я не могу им помешать, они сильные. А я слабая. Помогите?
   Эта девушка внушала доверие, и Джон кивнул. Она указала на дверь, за которой странного вида человек, вроде мужчина, схватил младенца, лежащего в кроватке, и побежал к дальней двери, которая находилась в глубине комнаты.
   – Эй! – вскричал Джон и побежал вдогонку. – Оставь ребенка! Ты! Живо!
   В его душе зародилось негодование. Нельзя допустить, чтобы младенец был похищен неизвестно кем. Джон изо всех сил бежал, спотыкался, падал, но бежал, подымаясь снова и снова. Но похититель был проворнее. Он как будто бежал сквозь стены, сквозь воздух, металл, и, казалось, он мог бежать по воде, если бы на пути встретился водоем.
   Но Джон не мог нагнать его. Сколько бы ни пытался, сколько бы ни кричал от безысходности. Он лишь видел, как мокрые глаза ребенка устремлялись взглядом в его сторону, умоляя помочь, но ничего сделать не мог. Незнакомец прыгнул через яму в полу и стремительно скрывался на горизонте.
   «Да что здесь происходит!»
   – Трон! Фрэнк, кто-нибудь! Я здесь! – Джон был в панике. Он не хотел умирать, или, тем более, быть мертвым. Если тот призрак сказал правду, значит, назад пути нет. Это породило глубокое отчаяние.
   Неподалеку лежал камень, упавший с потолка кусок плиты перекрытия, являющейся одновременно полом для верхнего этажа здания, в котором Джон сейчас находился в полном отсутствии желания куда-либо идти. Он сел на камень и подумал: вот сейчас он здесь сидит, не в силах ничего предпринять, а там, где-то, люди находятся на грани истребления из-за того, что операция полковника Зеленина провалилась, и все члены отряда погибли, так и добравшись до истины.
   «Ничего не вышло. Так и сразу было понятно. Ребят жаль. А Люси особенно. У нас могло бы все наладиться» – думал Джон, пожимая плечами, и пошарился в карманах в поисках сигареты. И к своему удивлению нашел! Откуда они взялись? Но это уже было неважно. Он жадно затянулся, стараясь максимально долго выкуривать эту шаткую надежду на то, что все это не совсем похоже на мир после смерти. Джон решил, что отсюда есть выход, и он его обязательно найдет.
   – Извините, вы не хотите посмотреть на кометы?
   Сладостную мысль о побеге из этого кошмара прервал голос молодого мальчика, который смотрел азартными глазами на Джона, и улыбка его была настолько искренней, что Верона не мог не согласиться на эту глупую изначала затею посмотреть на кометы.
   «Какие еще кометы?! Ну что ж, по крайней мере, мне необходимо выйти куда-нибудь».
   Они прошли в ближайшую комнату, и в ней была небольшая дыра в стене, из которой сочился свет. Выбравшись в эту дыру, Джон и его маленький проводник оказались на пустыре. Ветер исчез, снега не было. Но все же было прохладно. Да к тому же на одной ноге у Джона пропал ботинок в погоне за похитителем детей. Ему было неудобно, и он снял второй и откинул в сторону.
   – Вот они, кометы, – мальчик указал на светящиеся ниточки на небе, далеко от того места, где они сейчас стояли. Но как будто, эти кометы были рядом. Тепло их свечения чувствовалось на расстоянии. Поразительно. Джон пошел в сторону тянущихся светящихся хвостов газа и пыли, но мальчик его остановил:
   – Нельзя привлекать внимание. Они могут увидеть и забрать мои кометы.
   В его словах слышалась тревога, и он схватил Джона за край куртки и дергал на себя, чтобы не дать пройти дальше.
   Где-то наверху послышался рев, синий туман стремительно опускался на них. Вероне это не слишком понравилось, и он скомандовал пареньку:
   – Бежим!
   Они ринулись в соседнее здание, где была приоткрыта дверь. Джон взял мальчика на спину и с ним пробежался добрый километр, петляя из комнаты к комнате, забегая на этаж выше и спускаясь ниже на другой лестнице, пока не перестал слышать рев за собой.
   – Наверное, оторвались. Слушай, малыш, где твои родители? Откуда ты пришел?
   – Мой папа инженер, а мама на небе. Я всегда здесь был. И мои кометы.
   – А ты не подскажешь мне, что это за место? Где мы сейчас?
   Но прежде чем мальчик смог что-либо сказать, приглушенно, но рядом раздался знакомый голос. Он выкрикивал чье-то имя, и явно приближался.
   –..Он! Джо-о-он!
   Это был Трон. Ну наконец-то! В этом темном унылом месте появился человек, которому Джон был безумно рад. Почему-то, за тот день с небольшим их знакомства он больше всего хотел видеть именно его. Трон бежал к нему с ошарашенными глазами. Подбежав поближе, замедлил шаг. Но радость была недолгой. Рев и синий туман снова надвигались на них. И сейчас быстрее, чем раньше.
   – Трон, бежим, туман, он догонит! – Джон ухватил лейтенанта за куртку и рванул его прямо по коридору. Мальчугана он таким же образом швырнул на спину и побежал за Либеттом. Парнишка тихо подвывал и трясся. Видно, что он был жутко напуган всем этим.
   Все трое вбежали в ближайшую комнату и закрылись. Трон хотел что-то громко сказать, но Джон его остановил.
   – Что происходит? – шепотом спросил Либетт. – Кто за нами гонится?
   – Туман. Но мне кажется, что страшен не он, а то, что в нем. Там кто-то или что-то есть. Определенно.
   – Слушай, Джон, я кое-что узнал. Это мы. Мы сейчас внутри себя.
   – Да? Откуда…
   Но договорить не получилось. Позади громко разбилось окно, и в него влезли два человека. Мужчина и женщина, неизвестные Джону, но он знал, что ничего хорошего они им не скажут. Они выглядели весьма мрачно, на лицах не было никаких эмоций. Женщина потянула руки к мальчику, а паренек закричал и побежал в противоположную сторону. Но мужчина очутился прямо перед ним, казалось, что он одновременно находился у окна и перед мальчиком. Незнакомец прикоснулся к его голове и все исчезли, кроме Вероны и лейтенанта Либетта.
   В этот момент в сознании Джона что-то помутнело. Он забыл, зачем здесь находится. Комната, в которой они находились с Троном, которого он еще помнил, казалась ему знакомой, даже родной, но все же, обстановка была чужда.
   – В голове не укладывается. Я помню только, как похитили младенца и тебя, орущего и бегущего ко мне – сказал он и ухватился за голову. Она раскалывалась.
   – Похоже, у тебя выкрали воспоминания. Или одно из них. Что ты помнишь?
   – Помню мужчину и женщину. Больше ничего. Ты откуда взялся?
   – Я очутился в военной части, и сразу понял, что попал в воспоминания, потому что этой части уже давно нет, я точно знаю. Я был там в детстве. С отцом. Затем я увидел себя мелкого, это было удивительно смотреть на себя со стороны. Но этот маленький я убегал от кого-то. Никого не было видно, но мне удалось укрыть меня в одном потаенном месте, про которое только я и знал. Никто туда не заходил. Потом я бродил по пустыне. Только солнца видно не было, лишь приглушенный свет от самого песка. Наконец, я добрался до города, похожего на Силвер Сити. После, мне послышался твой голос. Я побежал на него и услышал, как ты говоришь с каким-то парнем, очевидно с самим собой, про кометы, про маму с папой. Ну я и побежал. А ты как здесь оказался?
   – Я? … да увидел женщину, у которой похищали малыша. Я гнался за похитителем, но не смог догнать.
   Джон совсем уже ничего не помнил. Вроде бы он гонится за похитителем, потеряв надежду на то, что когда-нибудь встретит здесь Трона, Люси, Фрэнка или Андрея. И вот он Трон, прямо перед ним. События в доме, где они последний раз все вместе ночевали, совсем казались далеким прошлым.
   – Слушай, ты помнишь что-нибудь о том, как мы сюда попали? – Джон сидел на полу в комнате, которая по-прежнему казалась ему знакомой. Комната была приятно освещена светом, пробивающемся сквозь щели из коридора. Уютная мебель. Но ковер на полу был мягким и теплым, и Джон решил разместиться на нем.
   Трон стоял у стены, опершись на тумбу:
   – Я помню, как ты разбудил всех криком «вставайте, нас окружили. Мы все умрем!»
   – Я так не говорил.
   – А, ну может и не ты. Да какая разница.
   – Это сказала душа, которая тебя забрала – вспомнил Джон. Перед ним встал образ той девушки, которая дотронулась тогда до него.
   – Да. А потом услышал выстрел. В комнате Фрэнка и Люси. Я оглянулся – Андрей стоял как вкопанный, затем упал на кровать, а потом увидел парня, который сказал, что «сейчас мы умрем. Это будет не больно», и я очутился на военной базе.
   Их спокойный разговор прервался, когда в дверном проеме проскочил силуэт, быстро движущийся по коридору. Они пулей вылетели наружу и увидели старика, который шел, опустив голову вниз.
   – Эй! Помогите нам!
   Старик обернулся. На его лице читалось равнодушие и печаль.
   – Похоже вы зашли не вовремя, сыны мои. От этого места не осталось былого величия. Все расхитили. И вас тоже заберут, со временем. Я еще чудом уцелел. Не помню, куда себя спрятал, – старик улыбнулся. – Это плюс старческого склероза.
   – Отсюда есть выход? – Джон спросил его, когда тот уже разворачивался чтобы уйти.
   – Раньше его не искали, не нужен был. Даже и не знаю. Вокруг так темно, – с этими словами он окончательно развернулся и быстро скрылся.
   Пустынный коридор тяготил своей тишиной. Казалось, время остановилось. Не было абсолютно никаких временных изменений. Все оставалось одинаковым.
   Трон вместе с Джоном бродили по коридорам высотного здания, которое поражало своими нестандартными схемами, диковинными пролетами. Вместо ступенек на лестнице были крутые скаты вниз. Забираться по ним наверх не представлялось легкой задачей, и не хотелось. Двери открывались само собой, как только к ним подходили поближе. Пол, потолок и стены были необычайно красивой расцветки. Цвета менялись от тона к тону, как будто внутри этих стен была налита жидкость, меняющая свою окраску, как ей вздумается. Эта жидкость и давала приглушенный свет во всем здании. Никаких намеков на лампы, свечи или другую атрибутику освещения в реальном мире.
   Трон ходил, озираясь по сторонам, вглядывался в различные предметы, попадающиеся на пути. В основном это были тумбы, маленькие шкафчики и ящики. Иногда попадалась одежда – в этот момент лейтенант всегда инстинктивно хватался рукой за кобуру, но в ней не было оружия.
   – Что нам делать, Джон? Куда идти? – Трону уже надоела пустая ходьба по одному этажу. – Давай может выйдем из здания.
   – Я думал, может мы найдем кого-нибудь еще из наших. Ладно, давай поищем снаружи.
   Они начали спускаться по скатам, бродя по этажам в поисках пролетов, и, наконец, вышли наружу.
   На улице их ждала совсем иная обстановка. От удивления мужчины разом ахнули. Они попали в сад с росшими высокими деревьями. Роскошного изумрудного цвета листья их были настолько огромны, что Трон с Джоном могли там спокойно поиграть в футбол. А посреди, между кроной деревьев и их корнями, легкая синяя дымка освещала тропу между исполинскими древами.
   – Вот это деревья! – Трон улыбался, широко раскрыв рот. Даже сразу и скажешь, что это военный человек, суровый строгий вояка. Дите-переросток. Да и Джон тоже не мог укрыть радости, переполнявшей все его существо. Ему так хотелось подбежать к дереву, залезть как можно выше и смотреть оттуда на всех и радоваться, что он так далеко от земли.
   Они побежали к корням ближайшего исполина. По пути Трон заметил людей.
   – Смотри, Джон! Там еще кто-то есть! Побежали!
   Друзья домчались до группки незнакомых людей, которые тихо беседовали, прячась за толстые корни, торчавшие из земли. Они явно не хотели видеть здесь чужаков, поэтому поспешили скрыться в кустах.
   – Куда вы?! Мы вас не тронем, мы только спросить, – Джон попытался быть тактичнее и удержал Трона от дальнейшего движения.
   На мгновение боязливые обитатели этого чудесного мира остановились, и один из них подошел поближе к незнакомцам.
   – Что вы здесь делаете? Вы не похоже, что умерли. Вам здесь совсем не место. Порой сюда заходят живые, но забывают об этом месте, когда возвращаются.
   – А что это за место? – поинтересовался Джон, скрывая желание задать как можно больше вопросов.
   – Куда все мечтают попасть. Но сейчас оно не такое, как было раньше, – тощий паренек с опаской осматривался по сторонам, боясь увидеть что-то. – Совсем все изменилось. Свет ушел. Многие пожертвовали собой, чтобы явить подобие света, иначе бы печаль все забрала. Вы поможете нам, пожалуйста?
   Парень подбежал к Джону, схватил его за руки и тряс, будто хотел, чтобы помощь, которую могут оказать они с Троном, вывалилась у него из кармана.
   Как странно однообразно поворачивались события. Везде, в обоих мирах от простого мастера железной дороги из Силвер Сити незнакомые ему люди требовали одного и того же – помощи. Но что мог сделать Джон? Да, он догадывался о своем даре, но контролировать им не умел. Но что, если попробовать?
   Джон закрыл глаза, представил себе тот домик в Приветливом, в который они зашли переночевать, тех призраков, окруживших их. Он попытался мысленно призвать к себе души, и тогда задать им пару вопросов. Еще пытался увидеть своих потерянных друзей в этом непонятном месте. Но как бы Верона не старался – все было тщетно.
   Далеко на горизонте летели птицы. Маленькие черные точки. Может, и не птицы вовсе. Куда они летели? На юг? Какие здесь полюса, есть ли здесь небо, есть ли царь или президент? Это место тяготило своей новизной, неповторимостью и пестротой красок. Джон устал.
   – Трон, слушай, давай найдем укромное место, чтобы нас не схватили. Я хочу спать.
   – Спать? – лейтенант поднял брови. – Я шел несколько часов по пустыне и не устал. Сразу видно, не военный ты человек.
   – Нет, сейчас посплю немного и пойдем искать дальше. Слушай, тот парень сказал, что мы живые, так что есть шансы на побег отсюда.
   Они поднялись на несколько уступов в дереве и нашли отверстие. Внутри было тепло, и небольшой зеленый светящийся клубок завис у потолка, освещая пространство. Джон поискал в карманах и с удовольствием нашел сигареты! Да, прекрасно, можно тут задержаться, пока не закончится пачка. Он предложил Трону, и лейтенант согласился.
   – А я с собой виски взял, помнишь ту бутылку, которую ты распивал у себя дома еще. Да только оставил в пустыне. Неудобно с ней ходить.
   – Жаль, пару глотков не помешало бы. Чтоб ситуация прояснилась лучше!
   Трон рассмеялся и вылез наружу. Джон тем временем закрыл глаза.
   Ему снился опять тот дом в Приветливом. Он ходил по комнатам, был в своей, но никого не видел. Зашел в комнату Трона и Андрея. Их тоже не было. В комнате Люси и Фрэнка было темно, очень темно. Совсем ничего не видно. Джон подошел поближе, хотел уже войти внутрь, но его остановил голос за спиной. Знакомый отчасти:
   – Не ходи туда. Там лишь тьма.
   – Что там? Люси и Фрэнк живы? Там был выстрел. Или они отбивались от призраков.
   Женщина, та самая, которую Джон видел во сне в своей квартире, кричащая, что «надо убираться отсюда», сейчас подошла к нему, бледными руками она увела его в сторону и усадила на кровать:
   – Никто кроме вас мистер Верона не видит нас. Для них мы лишь тень, путающаяся под ногами, – она говорила не поднимая глаз, переводя взгляд от одного предмета к другому, проговаривая слова, как будто они были давно подготовлены, не представлялась лишь возможность высказаться. – И это не только после смерти.
   – Так это вы? Я не знаю, как вам помочь, извините, я совсем ничего не понимаю.
   Женщина, скорее молодая девушка, была очень мила и печальна. Может, все выглядят так в свое время после жизни.
   – Ничего не бойтесь, это главное, мистер Верона. Они боятся проявления смелости и света. Вы должны помочь нам вернуть наше место, иначе вы не очнетесь. Мы вас не отпустим.
   Джон не верил своим ушам.
   – Подожди, так вы нас держите в плену? Мы вам хотим помочь! Вас призывает злодей, медиум. Мега медиум. Мы его уничтожим, и вы вернетесь… Мы уберемся отсюда, ты же мне это кричала?
   Девушка как будто ждала этих слов. Она не удивилась. Никакой реакции на ее лице не было.
   – Мы, может, не хотим. Верните нам наш мир. Извините, мистер Верона, это не мое мнение.
   – Но каким образом?
   – В моем любимом мире существует лишь одна плата – жертвоприношение.

Глава 5

   «Неужели нас здесь держат насильно?» – думал Джон. – «Как же много материй человечество еще не постигло. Как управлять этой энергией? Это же триллионы душ…»
   Его размышления прервал Трон, который забрался внутрь и поманил тихо наружу. Вдалеке, на окраине этого чудесного леса, назревало нечто страшное. Тучи обволокли небо, и молнии ударяли с ужасающей частотой и силой, что смотреть на это долго было невозможно. Взгляд от страха отходил в сторону, не смотря на все усилия Джона задержать его подольше.
   «Главное – не бояться. Главное – не бояться» – вспоминал Джон слова девушки из сна. Но страх не удавалось унять.
   – Надо уходить отсюда, – Трон немногозначно повернулся в противоположную грозе сторону, – пошли.
   И они двинули в сторону от нависшего шторма по тропе, уводящей вглубь леса. Джон лишь краем глаза заметил, как синие клубы дыма подымаются вверх, после удара раскаленной молнией в землю.
   – Мне кажется, это тот же синий туман, который был, когда я тебя встретил – Трон говорил, на ходу оборачиваясь, следя за приближением грозы.
   Они шли быстрым шагом по великолепным зеленым тропинкам, слегка примятым нечастыми хождениями по ним. В воздухе пахло необычайной свежестью. Такой силы запах еще не удавалось почувствовать Джону где-либо ранее. Он не помнил, про какой туман говорил ему лейтенант, и ему сейчас было не до этого.
   Это место тяготило его своей двойственностью. Непримиримо уживались в его голове мысли о беспечной красоте вечного покоя и бушующем нарастающем страхе синего тумана, людей, просящих помощи, разрухи и чувства ненужного одиночества. Одиночество, которым он гордился при жизни, сейчас было ни к чему. Зачем наблюдать все красоты и великолепия чудного пристанища души, если всем этим не с кем поделиться? С незнакомцами, которые улыбаются сейчас, а через несколько мгновений строят козни и завидуют по любому поводу – не очень то хочется. Свою душу доверить другому человеку Джон так и не смог. И оттого теперь ему нестерпимо безразлично было находиться здесь. Все было чуждо, далеко.
   Раздумья Джона прервались протяжным вздохом Либетта – лейтенант громко охнул, провалившись вперед на небольшую платформу. Верона, не успел вовремя среагировать, тоже приземлился рядом с Троном, но, в отличие от друга, не удержавшись на ногах.
   Платформа была металлической с множеством отверстий для прикрепления шарниров. Легкая ржавчина съела ее по краям, но, в целом, она выглядела так, будто ее обслуживают регулярно.
   Легкий упругий щелчок предзнаменовал собой пугающе недоверчивоетрогание этой платформы с места. Верона и Либетт переглянулись. На устах обоих замер крик безысходности. Еще хотя бы одно мгновение, чтобы успеть предупредить товарища, но момент упущен, и платформа с нарастающей скоростью начала быстрый подъем по невидимому тросу. Без каких-либо видимых дополнительных подъемников, огней реактивных турбин – она просто поднималась, паря в воздухе, строго вертикально вверх.
   Никто из мужчин не проронил ни слова, пока через несколько секунд после старта платформа не остановилась.
   – Мне кажется, – сказал Трон, глянув вниз, – прыгать сейчас не лучшая затея.
   Внизу раскрывались взору потрясающие пейзажи природы. Совсем далеко был виден чудный лес со свежими изумрудными ветвями. Гроза охватывала почти всю территорию посадки, и синий зловещий туман распространялся все шире и шире кругом. Что-то неладное творилось с этим местом. Наверное, именно по этому поводу и обращались к Джону за помощью.
   Верона поделился с Троном сном в дереве, рассказав ему, что их держат насильно. Лейтенант нахмурился, потер подбородок и предложил выход:
   – Значит, надо принести кого-то в жертву, здесь воцарится мир, а мы спокойно вернемся в Приветливый, чтобы ликвидировать негодяя-террориста. Осталось только найти жертву.
   – По-моему, никого искать не надо, – вздохнул Джон, – мы должны пожертвовать сами собой.
   Такая догадка Либетту приходила в голову, но признать ее было равносильно падению в безысходность.
   – Падению в безысходность… – пробормотал вполголоса Трон.
   – Что говоришь?
   – Я говорю, давай, мы сейчас упадем вниз, тем самым принесем себя в жертву, а значит спасем эту волшебную страну, и духи нам помогут убить медиума, и мы поедем домой.
   Трон был возбужден своей идеей. Он бродил из угла в угол с круглыми глазами и посматривал вниз – как будто выбирал, с какой стороны лучше упасть.
   – Нет, это было бы слишком легко, – Джон задумчиво сидел в центре платформы, надеясь, что их сейчас отсюда заберут.
   Либетт успокоился, сел рядом с Джоном и попросил сигарету. Мужчины начали раскуривать сигареты. Но Трон нечаянно обронил свою вниз.
   – Вот досада. Это последняя?
   – Нет, еще две, – Верона проверил пачку и протянул ее другу. Но Трон согласился покурить одну на двоих, в целях экономии.
   Внезапно послышалось рычание и жуткий стон где-то внизу. Прямо под платформой, куда упала сигарета, образовалось пламя неистовой мощности. И все, в радиусе полкилометра, начисто сгорело, образовав брешь в плотной пелене тумана.
   – Ого! Вот тебе и оружие! Сколько спичек осталось?
   – Шесть штук, – уныло посчитал Джон и хорошо прибрал коробок, – нам не хватит даже отбиться в случае нападения, не говоря уже о засаде.
   – Может и не хватит, но мы подожжем лес, а он сделает свое дело! Спускаемся! – Трон сказал громко, в надежде, что платформа стронется с места. Но ничего не произошло. – Дай мне коробок!
   Джон озорство Трона не разделял, и поэтому не спешил подчиниться.
   – Нет, слушай. Так мы растеряем все спички, и еще не факт, что получится.
   Когда Джон говорил эти слова, случилось нечто, что возродило надежду на спасение. Он говорил, подняв голову вверх. И это помогло обнаружить препятствие для звука. Прямо над их головами было нечто невидимое, отражающее звуковые волны, находясь совсем рядом с ними.
   – Трон! Подсади меня, живо!
   Либетт, удивившись, скрестил руки и помог товарищу подняться немного выше. Джон нащупал нечто твердое и холодное.
   – Здесь металлическая стена, – констатировал Верона, спустившись обратно.
   Внизу начало назревать движение. Клубы тумана недалеко от платформы начали сгущаться сильнее. Молнии чаще сверкали и достигали земли. Затем, тонкие щупальца этой темной субстанции прорезались вверх, прямо на Трона с Джоном.
   – Похоже, наши недруги разозлились. Следует слегка поторопиться. Давай ты, может получится, – Джон подсадил друга, и Трон повис в воздухе, ухватившись за что-то.
   Тем временем, уже различался злобный вой подлетающих синих теней. Лейтенант обнаружил брешь в металлической преграде и подтянулся внутрь. Джон подпрыгнул и ухватился за запястья Либетта. Трон затащил его в темную дыру, куда не проникало даже то подобие света, что освещало все остальное пространство. И помог сесть с противоположного края.
   Синий туман обволок всю платформу, закружив плотным облаком. Затем три фигуры четко обрисовались на той площадке, где несколько секунд назад искали выход Джон и лейтенант Либетт. Фигуры выглядели обычными людьми. Лишь кожа отдавала синим оттенком, и что-то не так было с ногами… Их конечности теряли четкое очертание ниже колен, оставляя подобие дыма.
   – Смотри на их ноги, Джон, – сказал шепотом Либетт, – я думал, что мне показалось, когда я нашел тебя. У других – были такие же.
   Друзья сидели, скрючившись в неудобном положении, так как не было возможности выпрямиться. Та дыра, в которую они забрались, протягивалась немного в горизонтальной плоскости, а по вертикали – сантиметров пятьдесят, не более.
   Фигуры из тумана парили над платформой, не двигаясь с места и смотря куда-то вниз, нежели по сторонам. Черезсекунд двадцать они вновь закружили в едином облаке синей пыли и полетели в обратном направлении.
   – Ты говоришь, что ты их уже видел? – спросил Джон, догадываясь, что он имеет ввиду тех, мужчину и женщину, которые запомнились ему.
   – Да. Ты забыл, очевидно, тот момент. Они схватили юнца и испарились. Я уверен, Джон, они тогда схватили тебя в детстве. Точнее, твое воспоминание.
   Верона так не смог восстановить в голове события, которые происходили с ним до встречи с лейтенантом. Что же это за место? Склад воспоминаний, или же пристанище переродившейся души?
   – Что же это за место? – тихо задал вопрос пустоте Джон.
   Друзья еще не решили, что будут делать дальше, как платформа стронулась с места. Она бесшумно опускалась на прежнее место в зарослях чудного леса, от которого уже почти ничего не осталось. Весь лес превратился в пепел. Гроза, побушевав, прекратилась. Туман развеялся.
   – Теперь у нас одна дорога – ползти по этому темному коридору, – констатировал Трон. Он поискал в карманах фонарик, но не нашел. – Кто-то хотел, чтобы мы здесь очутились, а значит, мы дойдем куда нужно.
   Решительность молодого лейтенанта удивляла Джона. Будь Верона здесь один, он бы уже давно попался впопался в объятия синего тумана. Не говоря уже о том, что он бы не искал выход, потеряв всякую надежду на хороший конец. Не привык Джон подчиняться чужим приказам, если они не были обоснованы вескими причинами. Тот факт, что их держат здесь против воли, да еще заставляют сделать невозможное – уже было нелогичным и непонятным. Для Трона это может не так важно – он человек военный, считающий приказ спасти мир уже достаточным основанием для совершения сомнительных действий, если есть хоть малейший намек на выполнение задачи.
   Раздумья Джона прервались, когда Трон пытался перелезть на другую сторону ямы, но, неожиданно потерял равновесие и сорвался. Джон в последний момент успел схватить его за предплечье. Он подтянул друга, чтобы тот смог подтянуться за край.
   – Что-то сверху толкнуло меня, – сказал Либетт и попытался нащупать что-нибудь на потолке, – потолок будто опустился. Быстрее, надо двигаться быстрее.
   Трон тщательно ощупывал стены и особенно пол, чтобы вновь не нарваться на сюрприз. Лейтенанта явно задело, что он чуть не сорвался вниз. У Джона сложилось такое чувство, будто Трона Либетта еще никто не обводил вокруг пальца, и он решил, что пока не будет ничего говорить.
   Они ползли недолго, и вдруг впереди показался тусклый свет. Начали различаться очертания прямоугольной металлической трубы, в которой находились друзья. Немного впереди них уже просвечивался выход в потолке. Трон посмотрел вверх – там была лестница и такой же узкий темный коридор.
   – Ну что, теперь хоть можно спины выпрямить, – похоже, лейтенант забыл недавнюю досаду, и снова пытался шутить. И Джона это радовало.
   Теперь мужчины продвигались вверх. Скоро, метрах, может, в десяти от начала подъема Либетт нащупал крышку люка в потолке.
   – Здесь люк!
   Трон поискал ручку. Но на крышке был лишь небольшой выступ.
   – Не получается открыть, – сказал лейтенант просто, без тени досады. Он попытался надавить на выступ, но крышка люка не поддавалась.
   Вдруг где-то неподалеку послышался приглушенный рев и тихое шептание.
   – Слушай, Трон. Похоже, у нас гости. Давай открывай эту чертову дверь!
   Либетт изо всех сил нажимал на уступ, бил по нему кулаком, но все безуспешно. Сейчас их догонят «синие души» и превратят в такой же туман. И они станут бесшумно летать по здешним садам и разорять их. Бесшумно летать… И тогда Джон догадался:
   – Попробуй ногой! Давай быстрее!
   – Ногой? И как ты себе это представляешь? – ехидно спросил Трон, а сам уже переворачивался, чтобы как следует пнуть крышку люка.
   Удар! Еще один. И крышка с хлопком подпрыгнула, дав возможность просочиться спасительному свету внутрь. С третьего пинка Трон высадил крышку, и подтянулся ногами вверх, вниз головой. Он ухватился за край люка и помог подняться Джону. Они вынырнули быстро и успели положить крышку на люк и надавить на рычаг, создав герметизацию.
   – Это ты хорошо придумал с ногами. Это как защита от «синих»? У них нет ног, и поэтому платформа на них не реагировала. Да?
   – Да.
   Комната, где они очутились, была светлой, небольшой и не имела ни окон, ни дверей, ни каких-либо предметов, кроме картины на одной из стен. Ничего особенного – какая-то несуразица одного из современных художников. Джон совсем недавно видел ее у кого-то из своих знакомых дома на стене. Он не мог вспомнить у кого именно.
   Минуту спустя, после того, как друзья очутились на этом островке спасения, к ним вошел человек. Прямо сквозь картину. Вернее, через нее, порвав из середины. Этим человеком оказался подчиненный Джона по работе. Они вместе работали около трех лет. Его звали Марк.
   – Джон! Какие люди в наших краях! Не ждал я тебя здесь увидеть. Как тесен мир, – Марк поздоровался со своим старым знакомым, потом с Троном, – за вами не было погони?
   – А, да, как раз была, – спокойно ответил Либетт.
   Марк пристально посмотрел на Трона, ухмыльнулся сам себе и потом подошел к люку.
   – Пусть это вас не беспокоит, – сказал он важно, и с деловитым видом нажал на кнопочку под рычагом, – проходите за мной, я вас устрою.
   Друзья подчинились. Ну хоть один, наконец, попался понимающий человек в этом царстве сумасшествия.
   – Ну, Джон. Не скажу, что рад тебя здесь видеть. Тебе еще жить и жить. Но все же, согласись, приятнее очутиться по эту сторону, чем гореть в аду всю вечность. Кто пожертвовал за тебя?
   Джон не понимал, про что говорит ему Марк. Но снова всплыла эта жертвенность. По-моему, именно она и являлась ключом понимания здешних законов.
   – Не понимаю, зачем кому-то жертвовать собой для меня?
   Марк остановился. Он оглянулся на Джона с таким видом, будто второй сморозил ту еще глупость.
   – Ну кто он? Я хотел бы знать. Из наших, может, кто? Я бы рад был видеть здесь Криса.
   – Я не знаю. Мы сюда попали случайно. Мы должны спасти вас от тумана.
   – Что? Ты о чем Джон? Вы что собрались убить «темных»? По-моему, вы слишком долго путешествовали внизу, и вам там промыли мозги хорошенько.
   Трон не собирался это больше выслушивать. Он выдвинулся вперед и, видимо, хотел показать ему пару приемов рукопашного боя, но Джон его остановил.
   – Слушай, этот чудак не верит нам. Он считает нас сумасшедшими.
   – Но, все же, нам нужна его помощь. Марк, объясни нам, что здесь происходит. Мы еще живы, нас отправили сюда насильно, чтобы помочь вам, – Джон изъяснялся спокойно, вкладывая смысл в каждое слово.
   Марк все равно не поверил. Он рассмеялся. Потом развернулся и пошел прочь. А стена, возникнувшая из пола, начала преграждать путь между ним и его спутниками. Но она не успела доехать до конца, как впереди показался мужчина в возрасте, который велел Марку опустить стену. Марк подчинился.
   – Они говорят правду. Это я велел дочери разыскать их, пока не было уже слишком поздно, – сказал мужчина, стоя, опершись о стену, – они пойдут со мной. Спасибо Марк, можете идти. А вы, джентльмены, добро пожаловать в последнее пристанище душ.
   Старик добродушно улыбался. Джона поразила глубина взгляда пожилого мужчины. Глубокие синие глаза явно принадлежали человеку, чей жизненный, или послежизненный, в данном случае, опыт был огромным. Казалось, этого старца уже ничем не удивишь. И все, что может предложить потусторонняя грань существования, он уже видел и испытал. По крайней мере, Джон это почувствовал, не зная наверняка.
   Старик представился им Леонидом. Он вел друзей по освещенным коридорам здания, ничего не говоря, лишь иногда показывая им путь, пока они не дошли до высокой двери. За ней был выход. То, что оказалось снаружи, было похоже на затонувшую Атлантиду, восставшую из вод. У Джона сложилось понимание, будто древний мифический город затонул именно в это место. Может, все, что когда-то пропадает в реальной жизни, оказывается нетронутым в другой реальности?
   Золотые ворота вокруг всего города были высотой метров двадцать. Всем своим видом он напоминал любой древнейший город развитой цивилизации, но превосходившей своей красотой каждый, который Джон смог вспомнить из курса истории. Он отличался лишь разве что тем, что по периметру не стояло стражи, а ворота были настежь открыты.
   – Леонид, как называется этот город? – спросил Джон, надеясь, что его догадки на счет Атлантиды подтвердятся.
   – Называется? Нет, здесь нет никаких названий. Мы ничего не придумываем. Мы создаем на благо всем, ничего себе не присваивая. Все мое – твое. Все, что ты имел при жизни не имеет никакого значения здесь. Ценна лишь живая душа, которая не принадлежит никому, – старик говорил просто, без скрытого смысла, – Джон, вы и ваши друзья должны остановить чуму, осквернившую здешнюю чистоту. Мы вам поможем одолеть неприятеля, и тогда миру живых ничего не будет угрожать.
   Компания шла по пустынной тропинке, бегущей извилистыми проходами, но соединяющейся всегда в одну – соединяющую главный город со зданием, где очутились Джон с Троном. Это здание небольшого размера стояло наперерез густому лесу слева и песчаному берегу моря справа. Моря… которого в реальном мире просто не могло существовать. Уровень воды по всей его поверхности не был одинаков. Словно вода была вязкой, скрывающей своей пеленой холмистую местность, равномерно растекшись по всей площади. Но вода была жидкой и переливалась сверху вниз непрерывным потоком от самого горизонта. А иногда поворачивала вспять.
   Джон отвернулся от моря, хоть сделать это было непросто. Леонид пригласил друзей отойти немного в сторону от дороги к одиноко стоящему дереву. Роскошный дуб создавал тень под собой. А сам свет струился сверху чуть более ярким потоком, нежели в том исполинском лесе, откуда друзья убегали от погони.
   Ветви дуба сильно изгибались от ветра, проникающего сквозь дерево. В тени стояла скамейка. Проводник Джона и Трона предложил передохнуть на ней.
   – Как нам одолеть этот синий туман? – спросил Трон напрямую, напрягшись всем телом, готовясь услышать точную установку боевой задачи.
   – Подождите. Все по порядку, – старик вытащил трубку из кармана и раскурил, – не желаете табаку?
   Трон принял трубку, но раскурить ее не смог, как ни старался. Старик рассмеялся:
   – В этом вся прелесть того, что у тебя никто не может ничего взять. Это моя личная вещь, которую мне положили вместе со мной в могилу. Поэтому, она уникальна здесь.
   – Вы говорили – все, что ваше – мое, – вмешался в разговор Джон.
   Старик протянул трубку Джону. Тот попробовал раскурить ее. От затянулся сильно, так, что дым обжег легкие. Джон раскашлялся, а дым обволок его лицо. В клубах дыма вставали сцены каких-то действий. Он видел, как молодая девушка идет в пристройку, чтобы накормить уток, но неожиданно поскальзывается и падает головой на пень. И пристройка, и девушка были Джону уже как родные. Их он уже видел в своем сне, в далеком Силвер Сити, в ночь, когда он познакомился с Троном Либеттом.
   – Вы видели часть моей жизни, мистер Верона. Потому что я позволил вам. Эта трубка, видите ли, не является моей вещью. Она является частью самого меня. И обладает некоей силой.
   Видимо поэтому спички Джона произвели такой эффект на синий туман. Верона задумался над этим, а Трон спросил:
   – Так значит, мы можем расправиться с туманом огнем. У нас есть спички. Мы подожжем факелы и уничтожим их.
   Старик с досадой ответил на это:
   – К сожалению, это невозможно. Все, что здесь – нереально. И ваши спички не смогут поджечь наши факелы, наши деревья. Но их энергии хватит, чтобы убить их предводителя. Именно он решает, где нанести удар. Без него, туман рассеется. К сожалению, мы не знаем, как он выглядит. Но, слава богу, это знает Джон.
   Джон почти почувствовал, как на его плечи сваливается нечто тяжелое. Снова главный герой пьесы, под названием загробная жизнь, не кто иной, как медиум Джон Верона. Непонятное восприятие здешних законов, погоня за невидимым врагом, и никаких ответов, лишь все больше и больше вопросов – все это не помещалось в здравом рассудке Вероны. Он не мог больше сидеть и слушать, как от него ожидают грандиозных действий по спасению человеческих душ.
   – Хватит! Почему? Почему я? Я ничего не умею. Не умею управлять душами людей, не внушаю им никаких мыслей. Я даже не могу почувствовать их присутствие. И я понятия не имею, про какого знакомого предводителя вы мне говорите. А ваша жертвенность? Где она? Почему я ее не ощущаю? Это ваша обменная монета здесь – но только я ее не видел в действии.
   Старик слушал внимательно. Он не удивился, не перебивал Джона, а просто сказал ему:
   – Как вы попали сюда, мистер Либетт? Мистер Верона?
   Друзья покачали головой.
   – Вы поймите, что после смерти человеческая душа не летит осматривать райские сады и знакомиться с Богом. Путь души начинается с самого главного качества – способности пренебречь своей гордыней. Этим руководит проводник. Проводник рассказывает, что можно попасть в чудное беззаботное место пребывания, если кто-то другой за тебя сможет отдать бессмертность своей души. Он показывает все прелести этого места, в котором вы сейчас находитесь. И, может, родственник или любимый человек купит тебе билет, а сам исчезнет. Не спрашивайте меня куда. Это страшно себе представить. В том месте, где души пребывают в ожидании, можно застрять надолго. Но все же, лучше темного забвения, куда отправляются души жертвенников. И так уж устроено. И мы каждый день благодарим их за наше спасение. А здесь мы жертвуем, чтобы поддержать свет, иначе тьма поглотит и здешние края. Если вы не справитесь, то тьма поглотит эти места, и мы исчезнем навсегда.
   Леонид больше ничего не сказал. Путники сидели на скамейке и слушали, как ветер гуляет по листьям старого дуба и изредка срывает желуди. Чувство покоя и полного согласия с самим собой внезапно постигло Джона. Он ничего не желал, а ветер уносил тяжелые мысли куда-то прочь.
   Верона размышлял о том, как прекрасно это место, куда отправляются души умерших людей. Как люди живут в согласии, не имея рангов и предрассудков. Про то, что кто-то посчитал нужным отправить его сюда, пожертвовав беспечностью души ради него. И вот он сейчас сидит, вдыхая свежий сладкий запах неземного спокойствия, и ни о чем не беспокоится. Ему стало жаль тех, кто никогда сюда не сможет попасть. Неужели, из-за Джона, Трона, Фрэнка, Люси и Андрея может решиться судьба существования жизни после смерти? На Джона снова свалился невидимый груз, и он хотел как можно скорее от него избавиться.
   – Слушайте, Леонид, а как нам найти проводника?
   Старик ахнул, посмотрев удивленно на Верону.
   – Это невозможно. Вы уже встречались с ним, когда вас призвали с того света. Никому не удавалось видеть его дважды.
   Но Джон не сдавался:
   – Как его зовут?
   Старик немного помолчал. Но все же ответил:
   – Он представляется Михаилом. Вечный страж границы миров. Он принимает жертву и назначает ей участь. Не все это помнят. Если вы не помните, значит, так захотел Михаил.
   Минута прошла в молчании. Затем Джон подсказал Трону идти дальше и вышел на тропу, по которой они шли несколько минут назад.
   Друзья двинули дальше, но старик за ними не пошел.
   – Леонид! Идемте! – Трон помахал рукой, но старик покачал головой.
   – Нет, друзья мои. Я пойду охранять наши рубежи. Ведь кто-то должен это делать. Удачи вам. Мы надеемся на вас. Судьба всего наследия человечества, похоже, в ваших руках, ребята. Для меня было честью знакомство с вами. Надеюсь, еще увидимся в лучших местах.
   Мужчины на секунду переглянулись. Но когда Джон снова перевел взгляд на дерево, то никого не увидел. Пустая скамья и дуб, шумящий своими листьями. Похоже, проводник здешнего мира оставил их наедине со своим бременем.
   В голове у Джона было очень много путаных мыслей. Когда они с Троном продвигались все ближе к золотому городу, Верона начал сильно уставать. Возможно, от долгого путешествия, а может, от мыслей, терзающих здравый смысл и привычный ход вещей. Еще шаг, глаза Джона стали медленней открываться, ноги подкосились, и он упал на пыльную дорогу, которая показалась ему слишком мягкой.
   На этот раз Джон не видел ни причудливых форм диковинного ему мира, ни мест, когда-либо посещаемых им при жизни. Совсем незнакомая обстановка давила своим беспокойством. Все вокруг было темным и безобразным. Предметы были не в порядке. Их очертания сильно искажались, не давая представления о том, что же это на самом деле. Если надо было охарактеризовать это место одним словом – беспорядок. Но в обычном понимании беспорядок возникает вследствие нарушения порядка. Здесь же – ни о каком порядке речи быть не могло.
   Люди. Они были здесь. Но совсем беспокойные. Джон прошелся мимо двух женщин, которые умоляли друг друга сходить к проводнику:
   – Пожалуйста, Таня, я не могу здесь больше. Пожертвуй ради меня. Я попробую вытащить тебя, когда буду там, – рыдала одна женщина, стоя на коленях перед другой. Ее руки дрожали, и ногтями она вцепилась в одежду подруги, не отпуская ни на шаг.
   Таня стояла, положив руки на плечи подруги и плакала.
   – Хорошо, Вики. Я пойду и попрошу за тебя.
   Женщина по имени Вики встала и смотрела на подругу, широко открыв глаза. На ее лице внезапно прояснилась улыбка:
   – Спасибо. Я обещаю, я найду тебя и заберу к себе, – Вики как безумная начала кататься по земле, то ли смеясь, то ли рыдая.
   Джон не видел, что происходило дальше между двумя подругами – его отвлекла та самая девушка, которую он уже много раз видел, но так и не знал про нее ничего.
   – Привет, Джон, – девушка улыбалась, и выглядела так счастливо, что никак не вписывалась в окружающую обстановку, – наверное, пора уже представиться. Я Эмма. Моего отца, Леонида, ты уже видел. Мы с ним давно уже ищем вас, мистер Верона. Вы одолеете нашего врага, а мы поможем вам с вашим.
   – Да. Твой отец говорил мне, что я его узнаю. Но я не знаю, кто он, как его найти.
   Девушка немного помолчала, потом сказала все так же спокойно, как и в том сне внутри дерева:
   – Ты вспомнишь, Джон.
   Верона решил больше пока не расспрашивать про это. Все равно прямого ответа здесь ни от кого не получить – это он уже понял. Они прогуливались по наваленной кучам вдоль сухих троп пыли, и видели людей, молящих о помощи, рвущих и мечущих, плачущих и просто сидящих, ухватившись за голову руками. Вокруг не было видно ни зги, на расстоянии около ста метров. Все появлялось, только когда Джон и Эмма проходили мимо. Темно-красное небо удушало своей агрессивностью, что смотреть на него не было сил.
   – А что это за место? Там, где все начинается? Слишком жутко.
   – Да. Это владения проводника…
   – Михаила, – перебил Эмму Джон.
   Внезапно глаза девушки округлились. Она опешила, остановилась, и говорила с охрипшим голосом:
   – Не говори так. Это не его имя. Здесь многое кажется не таким, как есть на самом деле.
   Джон уже не удивлялся новым открытиям. Он уже почти был уверен, что у всех есть какой-то план, который ему и не обязательно знать, главное вовремя сделать шаг, который спасет их план и всех душ. Вообще Джону слабо удавались попытки обдумать что-либо с тех пор, как они попали в этот непонятный и чуждый, казалось бы, мир.
   – Но как же мне тогда отличить реальность от иллюзии и сделать правильный выбор?
   – А иногда выбора нет, Джон. Реальность она всегда одна, но отличаются лишь понимания каждого о ней, – ответила Эмма теперь снова спокойно, – каждый чувствует свое предназначение в определенном смысле. И делает, что может.
   Верона все равно не понимал. Он чувствовал, что смысл сказанного ускользал из его разума. Все забывалось, а вопросов становилось все больше.
   – Но кто судит действия других? – спросил Джон.
   – Если бы знать, – ответила Эмма, закрыв глаза, – слушай, Джон, вам нельзя здесь долго находиться. Вы же не умерли. Сейчас все ваши тела находятся в коме. И вам надо поспешить. Отправляйтесь в город. Там вы поймете, что делать дальше.
   Эмма подошла к Джону и тронула его лоб.
   Верона очнулся на пыльной земле, где он и уснул. Трон помог ему встать.
   – Что случилось? Ты упал и вырубился.
   – Трон, нам надо спешить. Мы находимся сейчас в коме, и мне кажется, добром это не закончится. Пойдем в город и найдем способ выжечь туман из этого проклятого места.
   Трон не произнес ни слова, лишь от удивления раскрыл широко глаза и, казалось, так же, как и Джон ничего не понимал.
   Друзья отправились прямо по пути к воротам золотого города, величественно раскинувшего свои владения на многие мили вокруг. Джон надеялся, что они найдут способ найти оставшихся членов их отряда и вернуться домой.

Глава 6

   Небоскребы из золота стояли на приличном расстоянии друг от друга, не мешая смотреть на другие части города. Джон подумал, как было бы здорово забраться повыше, чтобы осмотреть окрестности целиком. Трон как будто прочитал его мысли:
   – Вон смотри, подъемник, на котором мы поднялись сюда. Давай осмотрим здесь все.
   Впереди у здания действительно находился подъемник. Точно такая же платформа, на которой они с Троном спасались от синего тумана там, внизу. Только намного чище и новее. Они подошли и встали на нее. Через секунду платформа тронулась и начала подъем, не издавая никаких звуков и не используя тросов.
   От увиденной красоты у Джона на пару минут перехватило дыхание. Ему захотелось пролететь по небу на большой скорости и на открытом воздухе. Весь чудный город, сделанный из золота, растягивался очень широко, что конца не было видно. Высокие дома смешивались с обычными домиками, прячущимися в густых зарослях сочно-зеленых деревьев. Кое-где шел дождь, а в левой стороне от ворот – и вовсе снег. Далеко на горизонте садилось солнце… Настоящее ли оно было? Или очередная бутафория грандиозного вымысла? Сейчас это не интересовало Верону.
   – Может, здесь где-то находятся Люси, Андрей и Фрэнк? – Джон спросил тихо, не ожидая ответа. – Найдем ли мы их? Надо спросить у прохожих, вдруг они знают. Они же должны регистрировать вновь прибывших?
   – Допустим. Но мы же не «прибывшие»? Мы только в коме. А это еще ничего не значит. Давай попробуем тут найти того, кто за всем этим смотрит. Как нам спуститься?
   Действительно. Раньше, когда они застряли наверху, расположившись на платформе, они не могли ее опустить. Но сейчас, как только Трон сказал последние слова – платформа, не медлив ни секунды, отправилась вниз.
   Испытав чувство невесомости, друзья опустились вниз и, после, сошли на землю. Лейтенант попытался спросить у прохожих о здании правительства или нечто подобном. Но никто не понимал, про что он говорит. Люди выглядели дружелюбно, внимательно слушали, предлагали помощь, но отвечать на вопросы, видимо, не очень желали.
   – Ну и что будем делать? – спросил Трон, плюнув на землю. – Эти блаженные разгильдяи привыкли к хорошей жизни, им нет дела ни до чего. Давай попробуем найти кого-нибудь посерьезнее.
   Трон кивнул в сторону одного здания, на вид казавшегося торговым центром. Мужчины вошли внутрь. Внутри здания люди вели себя по-другому. Их лица были хмурыми, взгляд устремлялся под ноги. И ходили по лестницам и этажам совсем как обычные люди в деловом бизнес центре.
   – Простите, а как найти босса? – Джон подумал, что здесь это уместно будет сказать. И его предположение оказалось верным:
   – Кабинет двести пять, – ответила молодая девушка, и продолжила шагать скорым темпом в неизвестном направлении.
   – А девчонки здесь ничего, да Джон? – Трон улыбался, провожая взглядом девушку. – Гораздо красивее, чем там, наверху.
   Почему Трон так предположил?
   – Наверху? Ты полагаешь, что загробная жизнь уютно расположилась прямо под землей?
   – Да ничего я не полагаю! – Трон отмахнулся от приятеля и пошел к лестнице. – Наверху, внизу, слева, справа. Может, здесь нет пространства. Пойдем уже.
   Друзья поднялись на второй этаж и с удивлением обнаружили нужный кабинет недалеко от лестничной площадки. Красивая надпись на дубовой двери содержала в себе номер кабинета двести пять и название должности – «Босс».
   – Как в дешевых комедийных фильмах. Ну давай посмотрим, кто здесь босс! – сказал Трон и толкнул дверь.
   В кабинете сидел человек весьма солидной внешности. Ухожен, в дорогом костюме, и с часами на руке. Он сосредоточенно писал на листе, и, не отвлекаясь от своего дела, спросил:
   – Я слушаю вас, господа. Хотите, я попрошу секретаря сделать вам кофе или чай? – Он посмотрел на них, после того, как сверился с часами и положил листок в стол. В его глазах еле заметно проскальзывала усталость, но своим видом он никак не мог ее показать.
   – Нет, спасибо, мы не хотим…
   – А я бы выпил чая, – улыбнулся Либетт и добавил Джону шепотом: – Секретарша, думаю, просто обязана быть конфеткой.
   «Босс» нажал на кнопку телефона и позвал:
   – Альфред, принесите три чашечки чая с одной… – Он вопросительно посмотрел на посетителей.
   Трон, подумав о чем-то своем, выпалил:
   – Двумя!
   – Вы про сахар? – спросил Джон. «Босс» кивнул, и Верона заказал: – С одной, пожалуйста.
   – Отлично. С одной, одной и двумя ложечками сахара, будьте добры, Альфред. Меня зовут мистер Белл. Я управляющий связями. Садитесь, господа.
   Друзья сели на кресла, расположенные прямо напротив стола мистера Белла. Спустя минут десять, не больше, в двери вошел пожилой мужчина, несший в руках разнос с чашками. Его руки тряслись так сильно, что чай выплескивался прямо на пол и близко расположенные предметы. Джон вызвался помочь – он подбежал к старику и принял разнос. В это мгновение руки старца перестали дрожать. А Джон почувствовал прилив сил, какого раньше не испытывал.
   – Отлично, незнакомец. Быстро осваиваешься на новом месте. Уверен, ты не испытывал ничего подобного.
   Да, ничего подобного еще не приходилось Джону ощущать. Чувство подъема, довольства собой и пьянящая радость одновременно. Видимо, поэтому всем хотелось помочь друзьям снаружи – чтобы испытать незабываемые ощущения.
   – Да. Это превосходно, – улыбался Джон, а Либетт недоуменно поднял брови.
   – Но со временем не так сильно чувствуется, к сожалению, – сказал Белл. – Итак, ребята, назовите ваши имена.
   Трон встал и назвал их имена, и попросил помощи в розыске друзей.
   – Ммм… Сейчас я внесу ваши имена в реестр. Одна женщина интересовалась вами, мистер Верона.
   – Люси! Это она! – не удержался Джон. Его распирала радость. Наконец, хоть какое упоминание о Люси.
   – Да, пожалуй. Люси Брин, – уточнил управляющий, посмотрев свои записи. – Но она была не у меня. У моего коллеги с южной части города. Она сейчас отдыхает в отеле «Нефритовый голубь». Спросите на ресепшне.
   – Спасибо, господин Белл, – голос Джона дрожал от волнения. – А скажите, Фрэнк Мун, Андрей Волохов. Эти имена вам о чем-нибудь говорят?
   Мистер Белл полистал в папке, посмотрел в столе и сказал затем:
   – Нет. Пока не имел честь познакомиться. Может, они еще живы, – улыбнулся он и, когда посетители уже выходили, добавил: – Друзья. Желаю вам успеха, душевно. И будьте осторожны. Потусторонний мир для живых весьма неустойчив. Возвращайтесь скорей. В город никто не попадет. Лучше приведите в порядок свои мирские дела, и милости просим.
   Джон, слегка помявшись, сказал:
   – Если мы не закончим дела здесь, то мирские дела не придется решать уже никому…
   Управляющий улыбнулся и оставил их.
   Когда друзья вышли вновь на улицу – им предстал совсем другой город. Поменялось восприятие целостности. Взамен высоченных небоскребов, разрозненных друг от друга широкими улицами и площадями, выросли бесконечные башни, прятавшие свои крыши под толстой пеленой облаков. Исчез теплый отблеск далекого солнца с зеркальных стен; а воздух проникся влагой и ветром, пробирающим сущность самой души до самого глубокого места. Джон смотрел на лиловое небо, глотая капли нечастого дождя, и подумал: «А что, если есть душа у души? Какая мельчайшая частица вечности есть у человека, которая является уникальной субстанцией, не подлежащей делению? Где он – атом души?…»
   – Почему здесь все переменилось? – Трон спросил у проходящего мимо незнакомца.
   Прохожий остановился и, улыбаясь, произнес:
   – Здесь постоянно все меняется. Но это, смотря с какой стороны посмотреть. Вещи остаются вещами. Вы просто смотрите по-другому.
   И он исчез, чуть сгорбившись, катив рядом с собой старый велосипед. Одетый не по сезону в теплый костюм, с завязанным галстуком, но совсем босиком.
   – Странно, – произнес Либетт, – я думал, как было бы здорово, если бы вместо всего этого высоченного безвкусия на фоне золотого заката вдруг выросли бесконечные конструкции, и дождь бил мелко, чтобы я смог рассмотреть все получше.
   – Да ты романтик, лейтенант, – хлопнул друга по плечу Джон.
   – А еще я подумал – надо бы такси, а то добираться до этого голубя еще неизвестно сколько.
   Только Трон сказал это, как к ним из-за угла подлетел кеб, свистя шинами.
   – Нет, постой, – Либетт притормозил Верону, который уже собирался открыть дверь.
   Неподалеку послышался приглушенный рев двигателей. Из-за того же угла, надрывая моторы, выехали два мотоцикла класса спорт. Водители несколько раз добавили оборотов на холостом ходе, затем, сняв шлемы, ушли прочь.
   – Вот это круто! Здесь исполняются желания, друг. Ты посмотри на этих красавцев. Две сотни с полтиной лошадок, и это при тысячи кубиках. Давай прокатимся с ветерком.
   Джон боязливо посмотрел на байк, который достался ему.
   – Да я как-то не имел возможности научиться ездить.
   Трон откинул шлем в сторону и переключился на передачу.
   – Да брось! Это легче, чем дышать.
   Странное исполнение желания не вызвало никаких сомнений. Не все ли равно, как оно работает, если получается так, как надо? Джон последовал совету приятеля и сел за мотоцикл. Громкая работа двигателя прибавляла адреналина, хоть здесь это было не так ощутимо. Быстрая езда по неизвестному маршруту обжигала нутро до безумия. Когда не знаешь где остановка – пытаешься поймать каждое мгновение, стараясь ничего не упустить. Джона обуяла ностальгия. Он вспомнил далекое детство, парней со двора, гоняющих друг с другом на стареньких мопедах. К горлу стал подступать ком, как вдруг мотоцикл Трона начал сбавлять ход.
   Они остановились у очередного небоскреба, у входа в который висела витиеватая надпись «Нефритовый голубь. Отель». Друзья заглушили моторы и подошли к дверям.
   – Неужели мы сейчас встретимся с Люси? – Трон ухмыльнулся своим мыслям и качнул головой.
   Верона от осознания скорой встречи волновался сейчас больше, чем от сумасшедшей езды на мотоцикле, чем от всего увиденного в этом мире. Встретившись с ней вновь, спустя несколько лет, в лагере полковника Зеленина, Джон не мог себе представить, что былые чувства возродятся. Когда он увидел ее первый раз в штабе, то не узнал. Та очаровательная женщина, которую Верона любил, смотрела тогда на него грубоватым безразличием. И он понял – что снова не сможет разделить свою жизнь с ней.
   Но вот сейчас был совсем другой случай. Это место, со своими непонятными правилами ненужной никому игры, веяло своей необходимостью исправлять ошибки, сделанные при жизни. Каким-то нутром Джон верил в светлую возможность возродить если не былую жизнь, то некое чувство завершенности. Свербящее ощущение долга не отпускало душу Вероны, и, быть может, настал момент это исправить.
   На входе их встретил портье, но без униформы, без лишней услужливости. Просто работник отеля, помогающий людям по некоторым вопросам устройства.
   Друзья подошли к двери лифта, куда проводил их портье, и Трон нажал на кнопку вызова. После открытия дверей Джон сначала подумал, что они ошиблись. Внутри предстала взгляду комната, нет, не одна комната, а целая квартира. Как отдельный номер гостиницы, который встречал постояльцев своим аккуратным видом, заправленными кроватями и окнами на шикарный местный пейзаж.
   – Вот это бюджет у здешних отелей! Если в лифтах такое устраивают, что же в номерах творится? – лейтенант забежал в лифт и повалился на кровать, сладко потянувшись.
   Джон зашел следом и осмотрелся по сторонам в поисках кнопки этажей.
   – Не надо кнопок. Просто скажите, к кому направляетесь, – улыбнулся портье, оставаясь по ту сторону лифта.
   – Люси Брин, – не успел Джон сказать имя полностью, как двери закрылись и лифт тронулся.
   – Здорово тут все устроено, – одобряюще хмыкнул Трон. – Как думаешь, там, внизу, было еще лучше? Это же только пристанище.
   – Не знаю. На мой взгляд, это неважно. Мне кажется, тот старец правильно говорил – смотря с какой стороны посмотреть. Здесь все одинаково и все различно одновременно. Мы видим шикарный номер отеля в лифте. А что же на самом деле?
   – Что же?
   – Не знаю. Может, и ничего.
   Между тем лифт притормозил, затем и вовсе остановился. Двери раскрылись. Перед мужчинами появился коридор, ведущий к множеству комнат по обеим сторонам.
   – Где же живет Люси?
   – В пятьсот двадцать пятой, – ответил Джон, когда они проходили мимо этой двери, и он увидел бумажный цветочек, приклеенный в уголке.
   Верона постучался и прислушался. За дверью никого слышно не было. Через несколько мгновений дверь раскрылась беззвучно.
   На пороге стояла девушка, своей легкостью заставив натянуть улыбку у Трона Либетта. Она смотрела широко добрыми глазами на своих гостей, отрешенно непонимающе. Но лишь на пару секунд. Затем, взгляд ее начал фокусироваться на глазах Джона, а улыбка, та самая, по которой Верона скучал долгие годы, стихала от удивления. Люси вспомнила человека, чей образ хранила в сердце. По ее светлой коже пробежала волна возбуждения, и дыхание остановилось.
   – Джон. Это ты? Что произошло? Они, наверное, всех забрали. Я хочу тебе сказать что-то.
   – Да, – перебил ее Джон, едва не ухватив за руку. Он вдруг ощутил, почувствовал, понял, осознал – что все осталось. Наигранность при их недавней встрече еще в земном мире испарилась, и все предстало в другом цвете. – Да. Мне тоже хочется сказать.
   – Проходите же, – позвала Люси и закрыла за ними дверь, когда друзья вошли.
   В ее номере не было ничего похожего на привычные вещи, которые могли быть в номере постояльца любой гостиницы. Никакой мебели, комнат, удобств. Лишь дверь посреди коридора, и небольшое освещение.
   – Что там за дверью? – спросил Трон.
   – Моя внутренняя сущность. То, что я хочу видеть, – она посмотрела на Джона, будто спрашивая у него разрешения на проход в ту комнату.
   – Ты приглашаешь нас в свой мир?
   – Это лишь фантазия. Она может измениться в любой момент. Будьте спокойны – вы ничего не сможете там сломать.
   Дверь открылась, и оттуда влился приятный свет, заглушив освещение тесного коридорчика, откуда все трое ушли, закрыв за собой еще одну дверь.
   Похоже, новым мирам здесь не было счета. То, что друзья увидели внутри фантазии Люси, могло начисто сломать психику здорового человека в живом мире. Все менялось буквально каждую секунду. Бесчисленные метаморфозы различных организмов, предметов, окружающей среды.
   Великолепный пейзаж сельской местности на фоне строгих гор вдалеке, ветреная погода и звезды на дневном небе – все это вдохновляло Джона сказать Люси какую-нибудь глупость про любовь или симпатию, но все же, он сдерживался.
   Они прошли в ближайший домик на окраине чудной деревушки, которая расположилась, казалось, посреди леса. А, может, это просто деревья росли в каждом саду. Деревянная облицовка дома была красиво расписана узорами. Внутри все выглядело очень опрятно и практично. Топилась печь, хоть на улице было и тепло, вся мебель была заправлена. Но, через несколько секунд все стало куда-то перемещаться. Только Трон хотел сесть, как стул исчез из-под него, и тот шлепнулся на пол. Обыкновенный стол, стоявший у дверей, вдруг встал в дыбы и побежал, издавая характерный звук ударяющегося дерева.
   Полотенца и подушки сползли на пол и закатились под кровать, издавая «охающие звуки». Джон готов был поклясться, что слышал, как подушка стонет и кряхтит!
   – Тут что, все живые?! – спросил он у Люси.
   – А почему бы и нет, Джон? Все имеет право на жизнь. Чем лучше один другого? Ведь все равны. Вот поэтому, это лишь мой мир. Представь, как бы все удивлялись, если б вдруг ожили все здания, дороги, деревья, мосты, машины и звезды? Для этого и существуют гостиницы – чтобы хранить в своих номерах секреты, о которых никто не знает.
   Все тут устроено по-умному. Привычное – на показ. Если ты думаешь, что все не так – пожалуйста, живи в гостинице.
   – А сколько тут отелей? В городе? – лейтенант, словно ребенок, рассматривал все кругом, и искренне смеялся, когда две чашки дрались между собой, что-то не поделив, позвякивая фарфором.
   – Да почти каждое здание. Остальные лишь залы ожидания, где вновь прибывшие души ждут заселения.
   – Что, и в загробном мире есть очередь? – вскинул руками Трон, округлив глаза от негодования. – Да хоть вечно живи теперь. Везде свои правила.
   Люси подбадривающе похлопала его по плечу.
   – Не беспокойся. Это очень быстро.
   Она рассказывала много интересных вещей, о которых можно было только догадываться. Чудеса, в своем чистом значении. Во всей этой феерии праздничных чудес Джон совсем начал забывать про их намерения здесь находиться. И рассказ Люси никак не вписывался в общую картину.
   – Люси. Послушай, как ты здесь оказалась? Ты вовсе не должна находиться в этом месте. Мы не умерли. Мы находимся в коме. Ты, я, Трон и Андрей с Фрэнком. На нас повесили важную миссию, и нам, боюсь, не оставили выбора действий.
   – Нет! – женщина, отмахнувшись руками как от глупой мысли, улыбнулась и расслабилась, будто ей удалось избежать большой неудачи.
   – Но это так, – настаивал Джон. – Мы очутились там, внизу, где раньше был приют для всех душ. Но все захватил синий туман, и многим удалось сбежать сюда, в этот город, в последнее пристанище. А мы можем еще спасти всех и себя тоже. Нас выбрали специально. Я не знаю почему, очевидно, просто некому больше доверять…
   Похоже, у Люси была другая версия происходящего. Это было видно по происходящим вокруг и внутри нее самой изменениям. Неожиданно погода за окном начала портиться, и в доме становилось все холоднее. Люси посуровела, и наморщила лоб.
   – Нет, Джон. О Боже! Я вспомнила… Я не была… Точнее, я умерла.
   – Нет, нет, слушай. Ты же была все время с нами. В лагере, в Приветливом, и потом, когда мы зашли переночевать в один из домов. Ты помнишь?
   Но, похоже, слова Джона казались совсем непонятными для нее. Люси удивленно смотрела на мужчин, глядя то на одного, то на другого. Но потом она отвернулась и тихо заплакала. Верона давно не слышал плача этой замечательной девушки, которой незаслуженно выпало на долю пройти через многие трудности, в некоторых повинен был он сам.
   – Нет, я умерла. Я помню. Многие не помнят, когда проводник встречает умерших людей на пороге этого мира, или миров. Он показал мне чудные места, где есть та же жизнь, что и прежде. Все тот же свет, люди. Но мир гораздо гибче и мягче. И рассказал мне, что я могу быть здесь, потому что я пожила свое. Он предложил мне все это, и я согласилась.
   Джон поверил ей, что теперь уже ничего не поменять. Она умерла, и с этим уже необходимо было смириться. Но как же он упустил ее. Почему его не было все это долгое время. Он смог бы ее уберечь, спасти единственного человека, которого хотелось спасти.
   – А как он представился, Михаилом?
   – Нет, Джон. Он не представился. Просто милый парень с хорошими намерениями, – ответила Люси, и лицо ее немного просияло.
   Небо за окном вновь становилось спокойным и светлым. Но все же, недостаточно ярким. Верона заметил, что весь небосвод, на протяжении всех миров – нижнего, этого убежища и мира Люси – был одинаково тусклым. Конечно, нижний мир совсем был темным, но взаимосвязь прослеживалась. Все завязано в таинственную правду, которую окружающие тщательно пытаются скрыть.
   – Пойдем в город, Трон. Нужно найти союзников для борьбы. Мне кажется, что прорыв в убежище синего тумана – лишь вопрос времени, и его у нас точно немного.
   – Я иду с вами, – шагнула Люси к мужчинам, которые уже направились к двери, откуда они вошли сюда.
   Но Джон ее взял за плечи и притормозил.
   – Люси, – нежно сказал он, чтобы слова четко дошли до женщины, – однажды я потерял тебя. С тех пор я не найду покоя. Я виноват, и исправлять ошибку придется мне и Трону, по несчастливому случаю для него. Жертвовать бессмертностью твоей чистой души я не имею права, так что будь здесь и никому не открывай – назревает ужас, и боюсь, у нас нечем ему помешать. Но мы продержим мир как можно дольше.
   – Нет! – вскипела женщина. – Я должна быть с вами. Я столько лет ждала встречи с тобой, Джон, и сейчас я ни за что не уступлю!
   Верона узнал ту самую Люси Брин, с которой они познакомились еще студентами. Перед ним снова рвалась в бой отважная, бойкая и та, жаждущая справедливости, девушка, которую он заметил на факультете прикладной психологии. И у нее вновь появились силы сражаться с непорядком. И теперь никаких искажений и шрамов на лице не было.
   – Но все же, придется тебе подчиниться нашему мнению.
   Брин стояла прямо перед Джоном, смотря ему в лицо. В этих жгучих синих глазах мелькала вечная мудрость, и ярость жизни. Такое можно увидеть у живого здорового человека, который не отступится перед вторжением в его собственное сочинение жизненных правил и морали. Его будет невозможно сломить и подкупить. Ведь цель таких людей находится не в чьих-то руках, не лежит на земле и не маячит сверкающими крыльями в воздухе. Источник жажды жизни лежит далеко за пределами бытия, и доступен лишь самим этим людям.
   И Люси, отважная и умная Люси, смотрела на него, не отводя взгляда в сторону, отражая свое истинное желание, неподвластное даже ей самой, заложенное в природу ее существования – желание помочь жить.
   В этот момент Джон не мог дольше смотреть на нее. Его силы было недостаточно, чтобы совершать подвиги. По крайней мере, Верона сам был в этом уверен. Он отвернулся, дав возможность Люси пройти дальше к двери. Она идет с ними. Втайне, Джон желал этого. Ему так хотелось быть с ней всюду, даже в этот темный час. И вот они собрались снова вместе. Верный друг лейтенант Либетт, бесподобная психолог Брин и незнающий своего дара медиум Верона зашагали к двери, ведущей прочь из личной вселенной Люси. Им осталось найти двух остальных товарищей по несчастью, которые смогут вместе что-нибудь придумать. Где же они – ученый Андрей Волохов и эксцентричный парапсихолог-атеист Фрэнк Мун?

Глава 7

   – Куда ведет эта дверца? – спросил он у их спутницы.
   Люси ответила:
   – Это дверца ведет в самое, пожалуй, печальное место на свете. Там находятся все наши стремления, желания, которые не смогли пробиться в жизнь, и то, что мы, в данном случае я, хотим забыть.
   – Иными словами – кладбище, – вмешался Трон.
   – Верно подмечено, лейтенант! – подмигнула ему Люси.
   Верона уже повернул ручку и толкнул эту дверь, но Люси подпрыгнула вплотную к Джону и выхватила ручку.
   – Нет. У всех есть тайны. Этот хлам ни к чему. Он даже мне не нужен. Это как атавизм на теле.
   – Порой, атавизмы подчеркивают оригинальность человека. Что же так категорично? – Трон поддержал Джона, хотя уже знал, что из этого ничего не выйдет. Секрет есть секрет. Он должен быть скрытым. И пока этот атрибут за ним сохраняется, он обладает специфической силой.
   Друзья вышли, наконец, из номера отеля, в котором располагалась Люси, и направились к выходу. Либетт предложил поискать тех, кто сможет помочь им в борьбе. Все, что выяснили друзья, так это что синий туман очень подвержен воздействиям света и огня. Этим они поделились с Люси. Но, вся беда была в том, что в этом жутком пространстве было очень мало яркого света. Не говоря уже об огне, источников которого у Джона осталось совсем немного.
   Они шли втроем по городу, заходя в некоторые дома, которые оказывались или отелями, или местами ожидания распределения. Но души в ожидании не проводили время скучно – все в таких домах выглядело как наложение фантазий множества людей, соприкасающихся общими идеями. Их фантазии лишь не обретали столь громадного размаха, как в отдельных номерах-мирках, в этом и была разница.
   Думая обо всем увиденном и восхищаясь пестротой мышления человеческого разума после смерти, Верона сожалел о том, что это лишь иллюзия. Большинство из этого он никогда не видел в реальной жизни, и никогда такое не могло быть. А может, могло? Что же мешало воздвигать людям такие величественные здания, как здесь, города, с широкими улицами и разреженным градостроительством? Экономия, целесообразность. Но дело было даже не в этом. Джон видел, как парнишка прыгнул с парашюта, и, приземлившись, радовался этому поступку, говоря, что никогда в жизни так не делал. Или мужчину средних лет, шедшего за руку со своей девушкой, которая в действительности никогда не была с ним. А что же он сам не пришел тогда к Люси?
   – О чем задумался, медиум? – спросил его Трон, после того, как они миновали очередной отель с непонятным названием «Обещания праздности».
   – Да я подумал… Я тут вспомнил. Был выстрел. В комнате Люси и Фрэнка. А Люси оказалась умершей…
   – Нет, – перебил его Либетт, – он не мог этого сделать. Сам посуди, Люси нас не помнит. Значит, это была не она.
   Джон на секунду притормозил и сказал:
   – То есть ты хочешь сказать, что мы разговаривали, шли вместе по лесу и ночевали в хижине, накануне всей этой заварушки, с Люси, в которую вселилась злая душа, и вела ее за нос? Если она ничего не помнит, не значит, что ничего не было. Ты не умирал, Трон. Ты не знаешь, как оно на самом деле.
   – Ха! А ты у нас спец по этой части! Умирал по пять раз на дню! Ты тоже ничего не знаешь про это. Я вообще имел ввиду, может, это какая-то другая женщина выдавала себя за Люси и пыталась проникнуть в наш отряд, ради своей выгоды.
   – Интересно, зачем же это? Что такого чудесного в гулянии по городу, где обитают умершие души, желающие вывернуть все внутренности первому встречному.
   – Ну ты же слышал выстрел. Может, она хотела убить Фрэнка. Или даже всех нас.
   Эта версия очень гармонично вливалась в развитие дальнейших событий. А ведь это могло быть правдой. Псевдо-Люси проникла в штаб, завоевала доверие, придушила бдительность и убила всех членов отряда спасения. Как какой-нибудь псих, желающий помешать друзьям в их миссии и распространить хаос по всей Земле.
   Но размышления Джона прервал высокий возглас Люси:
   – Да вы что такое несете! Я никого не убивала. Никто в меня не вселялся. Я умерла уже давно. Я помню все, последний день, ночь, тот проулок и грабителя, который подошел ко мне и… убил. Потом проводника, и как за меня пожертвовал молодой человек, которому я помогла выбраться из-под обломков. А если вы говорите, что я была с вами – то это неправда. Я не помню тебя, Трон, честно. Это была не я.
   – Нет… Это была не ты. Но все же так похожа. Темный близнец, – Джоном овладел легкий ужас, когда он вспомнил, как видел перед собой ту самую Люси Брин, он разговаривал с ней. Это не могла быть не она. Это было похоже на розыгрыш.
   – Давай попробуем найти того, кто бы нам помог разыскать наших друзей. Фрэнк точно в курсе всех событий. Он был там. Оставим эту историю на потом, – Трон взял контроль в свои руки и двинулся к очередному зданию. На этот раз оно было одноэтажным и на нем не было никаких вывесок названий отелей, и на зал ожиданий похоже не было. – Ну вот. Вроде бы начинает везти. Заглянем внутрь.
   Внутри действительно все выглядело по-другому. Джону сначала показалось, что они попали в очередное новое измерение – из-за полной присутствующей здесь тишины. Очень тихая зала не издавала ни единого звука. Даже звуков шагов по полу не было слышно.
   Друзья прошлись немного по пустынному белому коридору. Джон слышал дыхание Люси Брин, и его сердце забилось сильнее. Странно, что он еще чувствовал его биение. Ведь здесь человек не жив. А может, потому что он сам находился в коме, и для него все по-другому? Но Джону казалось, что он здесь находится на равных правах со всеми, он считал себя полноправным гражданином этого загробного города.
   Но как бы то ни было, в одном Верона был уверен точно – единственное, манящее его без остатка было глубокое желание быть рядом с Люси. Она манила его все время. Сначала, Джон думал о Люси, когда попал сюда больше, чем об остальных членах отряда. А теперь, увидев ее при встрече, Верона совсем потерял спокойствие.
   Наверное, это было нездорово. Ведь он был жив по определению, а она – нет. И все же, стук сердца Люси особенно громко звучал у него в висках. Любовь к этой прекрасной утонченной фигуре и восхитительно острому уму вновь проснулась в подсознании медиума. И воспоминания своим заточенным лезвием пронзали голову Джона снова и снова.
   Вывел его из транса тихий стон, раздавшийся поблизости, за стеной в соседней комнате, куда направлялись сейчас трое друзей. Трон шел спереди, не спешил. За ним шла Люси, а Верона пропускал ее вперед, чтобы дать себе возможность лишний раз полюбоваться ее красотой. Красотой тела души. Если можно так выразиться. Джон ухмыльнулся своим мыслям, и в этот момент, совершенно неожиданно раздался голос позади них, что Люси ахнула.
   – Вы совершенно точно выразились, мистер Верона. Будьте уверенней в своих мыслях, и тогда вы сможете ими управлять, – слова произнес мужчина, вышедший из дверного проема примыкающей комнаты.
   Он был довольно высокого роста. Все тело его покрывала одежда. Лишь часть лица в районе глаз была доступна обзору. Морщинистая бледная кожа органично вписывалась во внутреннюю обстановку всего здания. Неровные белые стены вторили внешности этого человека. Единственное, что было не так – его глаза.
   – Вы пришли сюда за ответами. Но что будет, если я вам все расскажу? – мужчина, сгорбившись, говорил игривым голосом сквозь мантию, прикрывающую его рот. Его глаза переливались несколькими оттенками зеленого, в зависимости от поворота головы.
   – Нам надо понять, как победить синий туман, – сформулировал предельно просто проблему Трон.
   Человек с переливающимися на свету глазами не стал отвечать, а посмотрел на Джона, который хотел задать другой вопрос. Действительно, Верону интересовало совсем не то, что раньше. Да, он готов был ринуться в бой, пожертвовать своей душой, если будет угодно, чтобы спасти загробный мир от вторжения, но раньше. Насмотревшись на чудеса здешних обычаев, и на людей, он начал думать о совсем других вещах.
   – Помогите нам найти наших друзей.
   Незнакомец снял балдахин, обнажив седую голову с густыми волосами, и сказал:
   – Многие, в отчаянии или от нечего делать, призывают о помощи здесь. Они просят о том, что им необходимо, или пытаются понять, что происходит – ведь не все могут смириться со смертью. А когда они получают от меня что им надо, то не могут ощутить чувства насыщенности. Они не чувствуют победы. Им это больше не надо. Но найти меня во второй раз невозможно. Вам выпала возможность использовать мои знания ради своих целей. Мне не нужно знать, зачем это вам надо, я незаинтересованное лицо. Существовать я смогу везде. Я помогу найти ваших друзей, и победить туман я покажу способ. Но тут проблема не в том – как? А в том – зачем это? Разве вы действительно способны победить ход событий и остановить машину смерти, которая запустила свой механизм и не сможет уже остановиться? Это ваш выбор. Так сделали вы его?
   Монолог незнакомца спровоцировал тишину. Никто из друзей ничего не говорил. Мужчина угадал мысли Джона. А может, прочитал. Все, что наболело у Вероны за последнее время – то, что этот мир был совсем чужд ему, и патриотизм не работал, сколько бы Джон его не оправдывал. А найти Фрэнка, Андрея и вырваться отсюда было сейчас первостепенным планом. Но Джон пока не говорил об этом Трону. И с Люси надо было, к тому же, что-то решить. Она, похоже, что умерла. Но это не укладывалось у него в голове.
   – Послушайте, у Люси же есть тоже право на желание?
   – Да. Разумеется. Вас же трое здесь, – улыбнулся незнакомец.
   Джон позвал друзей отойти в сторону.
   – Слушайте, Люси может спросить, жива она или нет, или, кто выстрелил тогда в комнате Люси и Фрэнка.
   – А, может, два вопроса? – предложил Либетт.
   – Нет, господа. Если будем бесконечно спрашивать друг у друга, кто есть кто в этом мире, то уйдет целая вечность. А время дорогая штука, не каждый позволяет себе им разбрасываться, – мужчина говорил, стоя в шагах в двадцати от них, и слышал, что они говорили между собой.
   Трон предложил хорошую мысль:
   – Тогда зададим взаимоисключающий вопрос. Скажем, убили ли Люси тем выстрелом в комнате?..
   Джон перебил его рассуждения:
   – Ответом будет «нет». И что нам это даст? Нет, мы найдем Фрэнка и спросим у него лично.
   Но в это время Люси Брин уже задала свой вопрос незнакомцу:
   – Смогу ли я вернуться в свое тело и быть живой?
   Джон не успел уследить за ловкостью их спутницы и теперь с досадой ожидал ответа. Ему показалось, вопрос был немного неправильным. Хотя, ответ тоже мог оказаться значимым.
   – Это маловероятно. Но все же – да, – ответил мужчина с седыми волосами.
   Это погрузило Джона в неимоверный восторг. Он подлетел к Люси, схватил ее за плечи, потом обнял и закричал прямо в лицо незнакомому провидцу:
   – Она жива? Она жива! Ответь мне, она жива?
   – Мистер Верона. Давайте я лучше покажу вам, как найти ваших друзей.
   Но Джон разгорячился, и не смог остановиться:
   – Нет! Отвечай. Как ее можно вернуть.
   Лейтенант отодвинул Верону подальше, пытаясь закрыть ему рот. Но Джон все сильнее разъярялся. Он чувствовал сильный импульсивный скачок крови в висках. Его не интересовало ничто – ни эта глупая затея спасения, ни эти правила одного желания. И друзья, которые неизвестно где… Фрэнк, Андрей. Их надо вызволять.
   – Ладно, я не хочу знать, жива она или нет. Скажи, как нам найти наших товарищей и как победить синий туман, – Джон успокоился. Виски больше не пульсировали. А Люси обняла его и понимающе улыбнулась.
   – Не переживай. Мы найдем способ. Даже если мы будем знать, это еще не значит, что получится.
   Но от слов этой милой женщины, которая теплом своих объятий прогнала прочь спутанные мысли, Джону легче не стало. Он все еще боялся потерять ее. Эта навязчивая мысль сохранить во что бы то ни стало жизнь Люси, всплывала каждый раз, как только Верона думал о чем-то другом.
   Джон посмотрел на свою сильную женщину из прошлого. Из далекого прошлого, которое не вернуть ни под каким предлогом. Верил ли он, что незнакомец говорит правду. Пусть даже он прав, и Люси сможет победить и вернуться, но вернется ли та самая девушка, способная одним взглядом вернуть смысл в бессмыслицу и восполнить надеждой безнадежного Джона. Кто мог знать? Может, этот проходимец, которому не было дела до них, и до чего-либо другого? Не узнаешь, пока не попробуешь.
   – Ну что, леди и джентльмены, готовы к поиску ваших друзей мистера Муна и мистера Волохова? – подзадоривал мужчина и подошел к стене.
   Он выглядел достаточно старо, но двигался как крепкий взрослый мужчина, не раз применявший физическую силу. Провидец провел по стене, поискав самую выпуклую форму, и выцарапал небольшой камушек.
   – Видите ли, в своем промысле я знаменит для многих, но никто не знает, как меня зовут. Очевидно, для вас интересно будет знать это, но это я расцениваю как отдельное желание. А кому охота его тратить на такую глупость?
   – Слушай, ты, джин всезнающий, – Трону надоели правила, которые исходили не от его руководства. Верона почувствовал, что гордыня лейтенанта будто бы была испещрена глупыми необоснованными приказами неуполномоченного лица. – Сам рассуждаешь о экономии времени, а говоришь нам вещи, которые все равно бесполезны. Для нас, для тебя. Говори уже по делу, и мы пойдем дальше.
   Провидец положил камень в карман и произнес:
   – Я не обязан вам ничего говорить или делать. И за свои старания беру немного. Лишь маленькая шалость – поболтать. Меня зовут Яаголь. Вам можно простить пару лишних желаний. Хоть вы сами и не знаете, что вас ждет. Я уже все знаю. Люси Брин жива, находится так же, как вы все, в коме. Но вернуть ее почти невозможно. Больше на эту тему я не буду говорить, – Яаголь поднял руку вверх, когда Джон попытался порасспросить побольше. – Ваши товарищи находятся на равнине у горы. Найти их вы сможете по этой карте, – провидец протянул Люси кусок доски с пола, на котором только что начертал небольшой маршрут мелом. – А победить синий туман можно лишь используя то, что они никогда не видели, – и провидец со странным именем Яаголь запустил руку в карман, достав тот самый камень, который он отковырял от стены, и протянул его Джону.
   – Что это? – спросил Либетт.
   Но Яаголь исчез. «Какой странный человек. А может, и не человек вовсе. Кто знает, кто жил раньше. А ведь он может все знать. Одного вопроса явно мало» – думал про себя Джон, а сам мысленно его благодарил за помощь.
   Верона разглядывал камень, но не мог понять, как он действует. Вроде обычный белый ничем не примечательный булыжник. Но он был гладко отполирован, не смотря на то, что был выцарапан из стены. Белый, глубокий, красивый… Джону камень начинал нравиться.
   – А ну-ка, отдай сюда! Ты еще съешь его, – Люси заметила, как Верона жадно смотрел на камень, вцепившись в него руками как за сокровище. Она с силой отняла его и не давала обратно.
   – Мне дали камень, не тебе. Ты не поймешь, что с ним делать. Вы женщины в таких делах не разбираетесь.
   – Да ну? – Люси безразлично посмотрела на камень. – Ну вот выйдем наружу, я его тебе отдам. Пойдемте отсюда. Я думаю, никто не появится здесь больше.
   Друзья отправились к выходу. Из двух комнат во всем доме невозможно было не выйти. Трон скрылся за дверью. Люси уже открывала дверь, когда Джон подошел к стене и жадно вцепился в нее руками.
   Непреодолимое желание заполучить камень с волшебной стены поглотило разум Джона. Он не мог устоять перед соблазном дотронуться. Что-то успокаивало его, придавало сил и наделяло слабой эйфорией. Как наркотик, попавший прямо в душу. И ничто не могло быть важно сейчас – ни спасение мира, ни спасение друзей, ни Люси. Лишь прожигающая жажда стать этой стеной. И быть здесь всегда. Уродливые неровности очень точно повторяли контуры ладоней. Но внезапно Джон почувствовал, что сердце стало биться значительно медленней, и он понял в том нечто нездоровое.
   Он отпрянул от стены и повернулся к двери. Люси стояла, по-прежнему, в дверях и настороженно посмотрела на него. Она не произнесла ни слова, лишь позволила Джону выйти первым.
   Напряжение, которое возникло в дверном проеме, невозможно было не почувствовать. Тогда Верона произнес:
   – Хорошие стены, прохладные. Я уже вспотел от этой всей истории.
   – Ну да, ну да. Если хочешь об этом поговорить, я устрою тебе сеанс. Может, кое-что еще о тебе узнаем, – Люси улыбнулась и подмигнула бровями.
   Он вспомнил ее сеансы, на которые Джон, может из любопытства, соглашался. Он не очень любил копаться в себе, точнее, вовсе не любил. Джон такой, какой есть. И он любил воспринимать себя как данность. Плохой, хороший – он Джон Верона. Это помогало ему жить и общаться с людьми. А Люси заставляла его вспоминать прошлое, становиться добрее, отзывчивее, мягче. Да разве он не был отзывчивым? Да Джон сама доброта! Резкость, придающая ему сил сражаться с этим миром, постоянно не нравилась психологу-стажеру, которой тогда была его девушка.
   И вот сейчас, она отблеском прошлого стояла перед ним и просила его сделать ненужные, по его мнению, вещи – копаться в своей сущности. Пусть лучше это сделает Трон. До боли знакомый, родной. Как брат, или он сам в другом теле. Джону очень нравился лейтенант. Его прямота, целеустремленность и простодушие. У Вероны частенько в последнее время складывалось такое чувство, как будто он знал этого бравого солдата очень давно. Может, потому что ему часто приходилось работать с такими людьми как Трон. Джон не знал, но был беспредельно рад тому случаю, что именно с ним он встретился первым. С Люси он хотел увидеться. И даже очень. Но тогда, наедине, пришлось бы долго наверстывать упущенные годы.
   – Что ты на меня уставился? Я не буду твоим мужем. У меня, к тому же, девушка был. бу. есть! – Трон отошел в сторону от прищуренных глаз Джона, а тот засмеялся и напал на него в шуточной борьбе.
   – Мальчишки, – покачала головой Люси Брин и повернулась обратно к дому. Но на его месте была лишь парковка. Пустая заросшая парковка. От дома не осталось ничего.
   Что-то странное начало происходить с камнем, который им вручил Яаголь. Джон заметил изменения, находясь в цепкой ловушке лейтенанта, и вырвался из нее с трудом.
   – Послушай, Трон, там с камнем… с камнем! Что-то с камнем…
   Либетт отпустил его, посмотрев на камень. Он изменился. Люси с удивлением подняла поближе к глазам. И мужчины увидели в нем себя.
   Как только камень оказался на свету, падающего с тусклого фонаря, он начал светиться. И чем дольше камень находился под светом, тем ярче испускал его сам.
   – Он заряжается! – догадалась Люси.
   – Мы сожжем эту нечисть. А помогут нам в этом местные жители, – Джону надоело бродить вокруг да около. Он захотел просто исполнить приказ. Уничтожить – значит уничтожить. – Люси, ты остаешься здесь. Разыщи того, кто готов помочь. Нужно использовать свет от солнца, или как тут называется эта лампочка. А мы с Троном отправляемся искать Фрэнка и Андрея.
   Люси смотрела на него взволнованно, не соглашаясь с ним ни одним мускулом или черточкой лица. Ее встревоженную мину Джон наблюдал уже в который раз. Она запомнилась ему последней перед тем, как в глазах начало темнеть. Еще чуть-чуть, и он провалился в сон, упав на пыльную землю.

Глава 8

   Сон свалил Джона куда-то далеко в прошлое. Верона видел себя ребенком, живущим с отцом в небольшом домике тихого района Силвер Сити. Здесь никогда не бывало ничего примечательного, и маленький Джон всегда сбегал в другой район, чтобы поиграть с друзьями. Они любили тайком пробираться в различные здания и играли там, когда было холодно. А летом они постоянно наблюдали за звездами с крыш высоток. Друзья вчетвером держались всегда рядом, и заступались друг за друга. Их дружбой Джон всегда дорожил. Но потом двое из них переехали далеко от Силвер Сити, и Верона их давно не видел.
   А последний его друг, Билли Рэддс, с кем он находился в тот роковой день, был убит. Джон видел его, убийцу – бледного, крупного, неосязаемого человека. Его голову увенчивали длинные черно-синие волосы… Но они не были похожи на настоящие. Тонкими струйками они шевелились из стороны в сторону. И теперь Джон понял, наконец, кто это мог быть. Один из нечистых воинов проклятого синего тумана, проникший в мир людей.
   От этой догадки Джону стало невыносимо противно переживать снова этот кошмар. Он закричал, пытаясь помешать синему призраку убить мальчика, и набросился на него. Но это был всего лишь сон, и картина мгновенно сменилась.
   Перед ним появилась знакомая лачуга, где все началось. Тут лежали тела пятерых отважных ребят, которые пошли на необдуманный риск ради неясных целей и с полным отсутствием знаний об опасности. Желание поскорей закончить кошмар – вот единственный двигатель, заставляющий людей что-либо делать. Поскорей расправиться с тем, что ненавистно, неприемлемо. Поэтому, пятеро друзей, не имея ни малейшего понятия что делать, отправились в опасную дорогу, чтобы победить зло, вернуть мир в исходное состояние. Восстановить систему от незапланированного изменения.
   Джон вошел внутрь, полагая найти внутри тихую, застенчивую девушку по имени Эмма, с которой у них был договор. Она поможет, если поможет он. Это был деловой подход, который так нравился железнодорожному мастеру. Верона привык решать дела прямо. Его смущало лишь отсутствие ресурсов. Но сейчас появился этот волшебный камушек, способный испускать свет. А чего боятся те жуткие существа? Того, чего никогда не видели – света. Теперь надо подумать, как лопнуть пузыри… «Что? Какие пузыри. Что они здесь делают?!» – Джон был окутан крупными пузырями, парящими высоко над землей.
   Под ним, внизу, далеко виднелись луга и пашни, редкие леса и чудесная голубая речка. А на небе было очень светло. Такого света Верона уже давно не видел. Солнце было ярким, очень похоже на настоящее. И облака повсюду, обдавали прохладой, когда Джон пролетал мимо.
   Джон летел. Не падал, но двигался в беспорядочном направлении.
   – Что за чудеса? – он засмеялся, чувствую некую легкость. Небольшую, но ему хватило, чтобы тревоги ушли.
   – Это всего лишь сон. Привет Джон, – неожиданно появилась Эмма, лежа на боку и поправляя шляпку. – Я думаю, тебе надо расслабиться. Ты слишком напряжен.
   Джон ухмыльнулся:
   – Сначала просят мир спасти, теперь уже зовут расслабляться. Да мне хорошо, спасибо, – Верона немного слукавил. Он действительно ощущал легкость внутри себя, но бремя давило своим тяжелым грузом.
   Эмма подплыла в воздухе вплотную к нему, и посмотрела прямо в глаза. Да смотрела так необыкновенно для нее долго, что Джону показалось – сейчас должен произойти поцелуй.
   – Да брось, Джон. Немного остудить мысли, разжать нервный комок, и забыть о том, кто ты есть. Ведь кому какое дело? – своим теплым дыханием Эмма совсем запутала Джона. Он смотрел на нее, не отрываясь, в упор. И ожидал развития действий, представляя следующие движения навстречу этой красивой милой девушки.
   Она обнажила ладонь, сняв перчатку двумя пальчиками и бросив ее вниз. Затем, поджав губы и закатив глаза, сказала сладким голосом:
   – Как бы я хотела сейчас испытать то же самое, Джон, – девушка дотронулась до его лба, и произошло нечто, чего никак Верона ожидать не мог.
   Неожиданно, всем своим существом Джон почувствовал волшебную невесомость. Так легко ощущать себя ему раньше не представлялось счастливого случая. Когда Верона посмотрел вниз, то заметил, что падает.
   «Что! Я падаю! Я же…» – беспорядочно мысли Джона обгоняли одна другую. Он падал на высокой скорости, все ближе подлетая к земле.
   Прохлада обжигала лицо. И легкость, беспечная легкость занимала все свободные места в душе и теле. Ни о чем другом не думалось. Только легкость. Она – главнее всего. Неужели, что-то может навечно забрать эту легкость у других? Туман не должен добраться до этой сокровенной тайны. Не должен…
   Когда совсем уже становилось близко, Джон начал сбавлять скорость и постепенно благополучно приземлился на ноги.
   «Чудный сон» – подумал Джон. Он не мог надышаться прохладой и свежестью зеленого луга, где сейчас стоял. Сколько бы он не вдыхал – насытиться не мог.
   – Нет, Джон. К сожалению, в этом мире, и тем более во сне, ты никогда не будешь испытывать все сполна, – Эмма спокойно вышла к нему из леса.
   Джон смутился своим мыслям. Он ждал совсем другого. Ему стало стыдно за себя.
   – Ну тебя, Джон, – улыбнулась девушка. Она прочитала его. Верона понял это. – Я же с тобой игралась. Стыдно должно быть только мне. Но, к счастью, я не испытываю этого чувства. Я вообще ничего не испытываю. Нам нужно закончить одно дело, чтобы помочь Фрэнку.
   Это сообщение обескуражило Джона. С каждым часом становилось все мрачнее и сложней. Он хотел расспросить подробности, но Эмма уже готова была отвечать:
   – Он сейчас находится в нестабильном положении. Все больше тьмы вокруг него сгущается. Мы поможем ему, я думаю, у нас получится, – тихо произнесла она, а потом добавила: – Но самое главное – твоя уверенность Джон. Ты все больше думаешь о том, что это не нужно. Но ты не понимаешь. Чем больше твоя неуверенность, тем сильней становится туман, и… послушай, на кону стоит не жалкий город – скоро они уже доберутся до него – но мир в целом.
   – Я… – начал было говорить Джон.
   – Не только мир живых, мироздание в целом, – перебила Эмма, вкладывая смысл в каждое слово. – Это существование как таковое. Если проиграем – будет очень плохо.
   Что значили ее слова? Весьма пространно звучало это «плохо». Совсем не так нужно уговаривать человека, если необходимо чего-то добиться от него. Тем более, если речь идет об ответственности за все существование.
   – Ты помнишь, как однажды, помог девочке добраться до дома, где ее ждал больной отец, не в силах сам вызвать медицинскую помощь? Опоздай она минут на десять, и его уже невозможно спасти.
   В голове медиума кольнуло забытое воспоминание. Темный переулок. Он идет домой с ночного клуба. Он молод, пьян и раздосадован. И вдруг увидел девочку, плачущую тихо, чтобы никому не мешать. «Что ты здесь делаешь?» – произнеслась в голове Джона его фраза. «За лекарством папе ходила. Его не продают» – ответила ангельским детским голосочком знакомая девочка. Маленькая Эмма со слезами на щеках стояла и не могла ничего сказать от безысходности. Джону подступил ком к горлу. Он забыл про свои обиды, которые были совсем смешными, по сравнению с бедой маленькой девочки. Такси довезло их до дома ее отца. В квартире на полу корчился от недуга мужчина, и Джон вызвал медицинскую помощь.
   Воспоминание было правдивым. Они уже знакомы. И сейчас перед Джоном стояла та самая маленькая девочка, но теперь она была совсем в другом мире, и снова молила о помощи.
   – Неужели ты хочешь, чтобы все это не имело смысл? Мой отец смог помочь еще очень многим людям, когда ты спас его. Все исчезнет, Джон. Все исчезнет, если не вмешаться.
   Ком теснил горло, и Верона задумался над ее словами. Он не позволит этому синему смраду поглотить светлую жизнь. Ему не убить красоту человеческой сущности. Джон сжал кулаки, и внезапно он вспомнил про случай нападения тумана на его друга Билли Рэддса. Как это могло произойти?
   Но вопрос не прозвучал. Сон растворялся. Он проснулся.
   Трона и Люси видно не было. Вокруг стоял полумрак. Джон лежал на кровати у окна, за которым наступала ночь. Очевидно, он находился в той части города, где постоянно было темно. Верона встал с кровати, и вошла Люси.
   – Джон. Ты проснулся. Ты долго спал, – она подошла и обняла его. – Ситуация поменялась. Туман предпринял попытки прорваться сюда. У нас мало времени остается. Трон и другие души организовали отряды обороны. Синий туман не переносит света. Камень отлично справляется. Мы зарядили его на солнце.
   – Но ведь одного камня мало на несколько отрядов? – озадачился Джон. – Как же они будут сражаться?
   – Трон предложил версию – сказал, чтобы люди собрали линзы с очков или других приборов, которые принадлежат им лично.
   Джону отлично была знакома эта теория. Старик Леонид говорил им про это – что можно взять с собой в этот мир некоторые вещи, которые и будут производить реальное действие. Но Люси продолжила:
   – Мы с тобой отправляемся вниз, чтобы разыскать оставшихся, кто в коме. Карта есть. И мне показали потайное место, где мы незамеченными выберемся отсюда. Пойдем.
   – Постой… – Джону начала понемногу приходить память о сне. – Фрэнк находится в плену, или что-то похожее. Его сейчас мы не сможем найти. Где Андрей?
   Люси показала ему досточку, на которой мелом обозначались два пути, почти не пересекающихся, ведущие к двум инициалам – «А. В.» и «Ф. М.». Пути извивались некоторыми отклонениями, но, в общем, были близки к прямым линиям.
   Джон поцеловал в лоб Люси, для нее и себя неожиданно, и, с полегчавшей душой, открыл дверь наружу. На улицах города стоял небольшой шум. Много спешащих людей бегало из дома в дом. Толпы собирались в одном месте, потом также вместе уходили куда-то, по разным направлениям. Поднялось восстание – мелькнуло в голове у Вероны. Тихое восстание – наверное, чтобы враг не услышал.
   К одной из этих толп присоединились двое – медиум, отчаянно решивший бороться до конца и психолог, отчаянно решившая, что Джон ей изменил во сне.
   – Ты чего это, мне изменял? – такой вопрос, адресованный Вероне ровно в тот момент, когда он хотел расспросить у одного из толпы о том, что случилось, поставил его в логический тупик.
   

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →