Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

У Лорда Байрона было четыре домашних гуся, которые везде следовали за ним, даже на общественных собраниях

Еще   [X]

 0 

Россия, которой не было - 2 (Бушков Александр)

автор: Бушков Александр категория: РазноеУчения

При изучении Киевско-Новгородской эпохи города и земли Западной Руси описываются как естественная часть Руси. Однако дальнейший исторический период претерпевает в научном восприятии удивительные преображения: Московия оказывается не просто преемницей Киевской Руси, а ее единственной преемницей.

В науке сложилась традиция сводить историю Руси XIV-XVI веков к истории Московии - не самой важной и не самой цивилизованной части страны. Книга посвящена расследованию исторического развития именно Западной Русии сопоставлению процессов, происходивших в двух частях средневековой страны: Западной Руси и Московской Руси.

Большое место в книге отведено феноменам общественного сознания - объяснению причин, в силу которых история Западной Руси замалчивается ученымии `уходит на дно`, как русский вариант Атлантиды.

Книга взята с сайта www.e-puzzle.ru

Об авторе: Бушков Александр родился в г.Минусинске Красноярского края. Литературный дебют - повесть "Варяги без приглашения" (1981). В конце 80-х - начале 90-х становится известен как публицист крайне правого толка. Во второй половине 1990-х годов публикует несколько триллеров, которые становятся бестселлерами… еще…



С книгой «Россия, которой не было - 2» также читают:

Предпросмотр книги «Россия, которой не было - 2»

Бушков Александр, Буровский Андрей - Россия, которой не было (том 2)
Русская Атлантида

Россия, которой не было – 2



РУССКАЯ АТЛАНТИДА: ИСТОРИЧЕСКОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ

Когдато давно, в 1919 году, отступающие войска А. И. Деникина, похоронив павших в бою, оставили на могиле одну только надпись:
«Здесь лежат свободные русские люди».
В 1980 году я посетил это место и долго стоял возле длинной полосы, просевшей надо рвом земли, и глотал водку, и слезы, поминая своих павших братьев.
Книга посвящается всем свободным русским людям, жившим во все времена.
Андрей Буровский

ПРОВАЛЫ В ИСТОРИИ
(вместо предисловия)

Сражающемуся с чудовищами следует позаботиться о том, чтобы самому не превратиться в чудовище. Слишком долго заглядывающему в бездну следует помнить, что и бездна вглядывается в него.
Ф. Ницше

Только тогда можно понять сущность вещей, когда знаешь их происхождение и развитие.
Аристотель

Почитание Александра Невского – одна из политических традиций Руси. А образ Александра Невского – один из самых значительных и самых привлекательных образов князяпатриота Уже в конце XIII века он был канонизирован Русской православной церковью и приобщен к лику святых. Как всякому официально признанному святым, ему полагалось «житие» с набором самых назидательных чудес; в «житии» Александра Невского выведут как идеального князявоина, образец защитника Руси от врагов.
Так же будут почитать его и светские владыки Московии, и выросшей из нее Российской империи. Петр I захочет перенести его прах в новую столицу, в Петербург, и вина ли Петра, что не выдержал лед и тяжелый серебряный гробрака провалился на дно Невы? Петр I был в числе светских владык, которые и спустя много веков после смерти именовали Александра Невского основателем государства, великим героем, великим воином, отцом народа.
Интересно, а сам Александр Невский мог ли предвидеть свое будущее? ТАКОЕ будущее? Что от него пойдет династия владык, владения которых охватят шестую часть суши? Что под властью его потомков склонятся и потомки всех других русских князей, и Тевтонского ордена, и татар? Что его будут ставить в пример юношам в военных училищах? Что орден Александра Невского будет учрежден в Российской империи 21 мая 1725 года и независимо от этого 29 июля 1942 года в СССР?
Ведь современники вовсе не так уж высоко оценивали его деяния.
Да, в 1240 году, в возрасте 16 лет, он разгромил войско скандинавского ярла Биргера. В 1241 году он лихо воевал с крестоносцами из Тевтонского ордена и 5 апреля 1242 года разбил их на берегу Чудского озера. По мнению современных историков, эта победа поставила Александра Невского в ряд с величайшими полководцами мира.
Но вот мнения его современников почемуто очень расходились: одни и впрямь преклонялись перед Александром; новгородские же летописи показывают другую, гораздо более сдержанную точку зрения на Александра Невского.
Ратные подвиги Александра Невского в Новгороде ценили, но не чрезмерно. А вот захватчивым, жадным, самовластным и неуживчивым называли, и трижды вече распахивало ворота перед Александром Ярославовичем, говоря, что «перед князем путь чист», и никакие его ратные заслуги нисколько не мешали в этом. По крайней мере, национальным героем никто его в Новгороде не считал. Интересно, в других землях Руси, где про немцев только слыхали, Александр был куда в большей чести! Почему бы?
Вот и первый удивительный провал. В летописях очень подробно описывается, как прогоняли Александра новгородцы. В учебниках же, в популярной литературе об этом нет и ни полслова.
Провал, конечно, не в цепи исторических событий, провал в историографии – в том, как пишется история. Что выгоняли – это история. Что этот факт замалчивают – это историография.
В 1990е годы стали печатать Льва Гумилева, и выявился еще один провал. Оказывается, Александр Ярославович Невский стал приемным сыном Батухана, Батыя русских летописей, близким другомприятелем многих монгольских князей, своим человеком в Орде.
С точки зрения Льва Николаевича, тесная дружба с монголами – скорее преимущество Александра Невского. Ведь терпимые, разумные, добрые монголы очень похожи по характеру на русских и на Русь пришли чуть ли не как братья. По крайней мере, так думал Лев Николаевич и ставил в большую заслугу Александру Невскому войны с плохими, злыми немцами, которые утробно ненавидели все русское и шли на Русь исключительно с целью насилия.
Монголы высоко ценили дружеские чувства Александра – в 1252 году ярлык на великое княжение Владимирское вручен был именно ему. Но, оказывается, весьма многие люди думали совсем не так, как монгольские ханы и как Лев Николаевич Гумилев.
Во всех учебниках по истории пишут эдак осторожненько: мол, во время монгольского нашествия или после монгольского нашествия вечевой строй на Руси кончился. «Кроме Новгорода», оговариваются иногда для объективности. Но ни точного времени, когда пал вечевой строй, ни обстоятельств дела както не упоминают.
Потому что вечевой строй на Руси вовсе не пал, а продолжал жить и развиваться, – это раз. Вся Русь, кроме северовостока, знала вече вплоть до утверждения более европейских форм демократии – Магдебургского права, например. Вся Западная Русь знала демократию и самоуправление вплоть до Переяславской рады (1654 год), до отмены Литовских статутов на вошедших в Российскую империю землях Великого княжества Литовского – в 1840 году.
А на СевероВосточной Руси запретили вече и сняли вечевые колокола вовсе не татары. Это два.
В 1262 году по всей Руси вспыхнуло восстание против монгольских сборщиков дани – баскаков. В Новгороде, в Суздале, Ярославле, Владимире. Как писал летописец, «и побиша татар везде, не терпяще насилие от них».
Конечно, война – это всегда риск. Всегда очень трудно судить, как повернется война и насколько велик был шанс покончить с игом навсегда. Но война – это еще и выбор, в том числе и выбор нравственный.
Вечевая Русь, Русь, умевшая сама управлять собой, свой выбор сделала, ударив в колокола и «побиша» недругов. Александр Невский тоже сделал выбор: вместе с ордынским, собственно татарским войском он активнейшим образом подавлял восстание во всех городах СевероВосточной Руси. Подавлял с невероятной, просто пугающей жестокостью; дружинники Александра Ярославовича Невского, точно так же, как татары, отрезали пальцы, уши и носы, секли кнутом пленных, жгли дома и города.
Именно тогда кончился на СевероВосточной Руси вечевой строй. И удавил самоуправление и демократию на этой части Руси не кто иной, как великий князь Владимирский Александр Ярославович Невский. Ведь это городские вече принимали решение бороться с татарами, вечевые колокола созывали народ на восстание.
Обвинять злых татар в том, что это они принесли на Русь азиатские методы правления и азиатский образ жизни, стало классикой. Но ведь еще брат прадеда Александра Невского, Андрей Боголюбский, за полвека до монголов попытался утвердить деспотизм восточного типа на северовостоке Руси, но в конце концов был убит в своем любимом Боголюбове.
Может быть, монголы и помогли становлению такого типа власти, но вовсе не потому, что принесли его с собой. А потому, что умный и хитрый двоюродный правнук Андрея Боголюбского, Александр Невский, сумел использовать монголов для осуществления заветной мечты. Хотели, может быть, и многие князья, но именно он стал реальным «самовластцем» для себя и для своих потомков.
После 1262 года Орда прекрасно знала, что уж на когокого, а на эту линию княжеского рода очень даже можно положиться, и в первой половине XIV века собирал дань уже внук Александра Невского, знаменитый Иван Калита. Не кому иному расчистил Александр Невский дорогу, как своим внукам.
Глупо, конечно, судить исторические личности по меркам сегодняшней морали. В сущности, так и поступали советские власти – скрывали от населения страны факты, которые позволили бы называть Александра Невского коллаборационистом или предателем национальных интересов. Разумеется, ни тем, ни другим Александр Невский не был и в помине, но он сделал некоторый выбор и, вряд ли сам осознавая это, стал в начале новой российской цивилизации. Той самой версии российской цивилизации, которую со времен еще интеллектуалов XVII века ОрдынНощокина и Василия Голицына называют азиатской.
Московия, начало которой положил Александр Невский, станет сильнее других русских государств и сумеет задавить «конкурентов» (почему – особый разговор). И понесет всей Руси традиции холопства, азиатчины. А очень многие стороны нашей же собственной истории от нас же начнут скрывать. И потому истории о том, как национальный герой РусиРоссии Александр Невский разорял Русь вместе с монголами, вы не найдете ни в одном учебнике по истории, ни в одном официальном справочнике советского времени.
И таких провалов в истории, вернее, в историографии, становится много, как только речь заходит о том, как русские люди выбирали европейский тип развития. Многие ли знают, что, когда Петр завоевал Прибалтику, часть русских людей оттуда уехала в Швецию? Предатели? Да, так их и называли солдаты Петра. «Мы привыкли быть гражданами; мы не привыкли быть холопами», – отвечали те. Об этом факте пишут шведские книги, а нам с вами знать о судьбе соотечественников не полагается.
Многие ли знают, что московский первопечатник Иван Федоров в Москве подвергался преследованиям, бежал на Западную Русь и много лет издавал там книги, а помер во Львове?
Провалы возникают всякий раз, когда факты опровергают исторические стереотипы или могут показать московский тип государства с невыгодной стороны.
Очередным стереотипом стало утверждение «прогрессивного характера» Ливонской войны. Мол, необходимо было выйти к Балтийскому морю, и это оправдывает все потери и все усилия.
Но вот первый провал: никакой необходимости двигать армии не было и в помине, потому что Древний Новгород давно и успешно вел активную морскую торговлю на Балтике. Вмешательство Москвы отнюдь не создало чегото нового, а напротив, уничтожило уже давно достигнутое.
И второй провал: нигде не упоминается, что движение армии великого князя московского сопровождались просто фантастическими зверствами, включая младенцев, вырванных из чрева матерей, изнасилованных до смерти, сожженных живьем в монастырях и храмах, посаженных на кол и четвертованных (список можно продолжить, читая древние хроники или сочинения Гоголя).
В 1577 году московитская армия не смогла взять Ревеля, но последний раз захватила большую часть ливонской территории. Был захвачен в плен маршал Гаспар фон Мюнстер. Он был ослеплен и бит кнутами, под кнутами и умер. Сохранились слова Гаспара фон Мюнстера: «Почему вы меня так долго не убиваете?»
Военачальников других городов сажали на кол, разрубали на части.
У нас нет многих данных о поведении русских войск в Казанском и Астраханском ханствах, кроме разве что массового убийства армянских пушкарей, но их поведение в Ливонии хорошо документировано и немецкими, и польскими, и литовскими хрониками.
Впрочем, история Ивана IV и его эпохи – это какойто сплошной провал. К счастью, позади времена, когда ЦК ВКП(б) принимал специальное постановление, как НАДО видеть эту эпоху прогрессивной. «Прогрессивная» опричнина, тупое сопротивление «реакционных» бояр.
Но и позже историки закрывали глаза на совершенно липовые обвинения в адрес тех же бояр. Ведь вполне определенно, что не было никакого заговора князя Воротынского, «впустившего» войска ДевлетГирея в Москву.
Так же ясно, что не было никакой крамолы и измены в Новгороде, а были там разве что богатства, на которые зарились опричники.
Известно, что не был ни заговорщиком, ни колдуном боярин И. П. Федоров, по «делу» которого казнено более 400 человек, в том числе его крестьян: зналиде, что колдун, а молчали!
Многие вещи вообще невозможно оправдать никакими государственными интересами. Они просто выходят за пределы понимания психически нормального человека. Когда боярина сажают на кол и он умирает больше пятнадцати часов, а на его глазах насилуют его мать. Когда человека на глазах жены и пятнадцатилетней дочери обливают кипятком и ледяной водой попеременно, пока кожа не сходит чулком. Когда Висковатого разрубают, как тушу… Впрочем, продолжать можно долго.
Психически нормальному человеку трудно понять, как можно пировать под крики людей, пожираемых в яме специально прикормленным человечиной медведемлюдоедом. Трудно понять садистскую игру с женами и дочерьми казненных, которых то пугали, то давали тень надежды, постепенно доводя до безумия.
Но о преступлениях опричнины пишут хоть чтото – хотя и далеко не все.
А где рассказано о том, что Иван Грозный ни разу не вышел на поле боя? Что он менялся в лице и дрожал при малейшей опасности?
Когда ДевлетГирей в 1570 году сжег Москву и было убито от 50 тысяч человек до 500 (колоссальное различие в оценках доказывает одно – никто, как всегда, не считал), при подходе татар Иван IV бежал в Серпухов, потом в Александровскую слободу и, наконец, в Ростов.
Хан писал Ивану: «Я разграбил твою землю и сжег столицу за Казань и Астрахань! Ты не пришел защищать ее, а еще хвалишься, что ты московский государь! Была бы в тебе храбрость и стыд, ты бы не прятался. Я не хочу твоих богатств, я хочу вернуть Казань и Астрахань. Я знаю дороги твоего государства…».
Кстати, вот еще сразу два огромных провала. Первый, что Москву ДевлетГирей сжег не просто так, не из «азиатской жестокости», а в порядке мести за действия Московии. Второй провал, что Иван IV вступил в переговоры с ДевлетГиреем и слал письма, полные смирения, предлагал ежегодную дань, вел себя крайне униженно.
В 1572 году ДевлетГирей понял, что Иван тянет время, и опять двинулся через Оку, но уже в 50 верстах от Москвы, на берегу речки Лопасни, столкнулся с войском Михаила Ивановича Воротынского. Хан отступил, а Иван отказался от всех уступок и уже не унижался перед ним, а слал издевательские письма. Князь же Воротынский был обвинен в измене и зверски замучен. Иван лично рвал бороду Воротынскому, лично подсыпал угли к бокам 63летнего князя.
Позже, потерпев от Стефана Батория сокрушительное поражение, Иван опять напишет письма Виленскому воеводе Николаю Радзивиллу и канцлеру Литвы Воловичу, где объясняет, что отказался от защиты Полоцка из соображений гуманности, не желая кровопролития, и надеется, что они поступят так же.
Так же он будет вилять и врать, написав и самому Стефану Баторию. Ответное письмо Батория сохранилось, и все оно, от первой до последней страницы, – плевок в физиономию Ивана. Помянув преступления армии Ивана в Ливонии, убийство им своих же людей, бегство московитов в Литву, Стефан Баторий прямо обвиняет московита в трусости. «И курица прикрывает птенцов своих крыльями, а ты, орел двуглавый, прячешься!» – писал Баторий. И вызвал Ивана на поединок, на дуэль (дуэль, конечно же, не состоялась).
И более поздние эпохи тоже кишмя кишат провалами.
Вот, например… В 1795 году суворовские солдаты брали восставшую Варшаву. Захватив пригород Варшавы, Прагу, они устроили страшную резню. Весь мир обошел образ русского солдата с польским младенцем на штыке. И это не было преувеличением: суворовские «чудобогатыри» махали еще кричащими младенцами на штыках в сторону не взятого города, кричали, что со всеми поляками сделают так же.
Многим в России до сих пор кажется, что если государство сильное, армия могучая и вызывает страх, то не очень важно, вызывают ли уважение страна и народ. Но даже если такой страны бояться – этот страх сродни страху человека перед хищникомлюдоедом или перед разбойником с дубиной.
Многие книги иностранцев про путешествия на Русь, написанные еще в XVII–XVIII веках, или не переведены до сих пор, или изданы мизерными тиражами. Чтобы вроде и издать, и чтобы широкому кругу не было известно, что написано. А то ведь неизвестно еще, к каким выводам может прийти читатель.
Книга же Иоганна Гмелина «Путешествие по Сибири с 1733 по 1743 год» не переведена до сих пор.
В этой книге автор, видите ли, «сделал резкие и необоснованные выпады против населения России». Книгу эту я читал, и уверяю вас, никакой напраслины Иоганн Гмелин не возвел. Писал правду: о продажности чиновников, о незнании людьми иностранных языков, о банях, где моются вместе мужчины и женщины, и т.д. Никто никогда, кстати, и не пытался опровергать всех этих «клеветнических измышлений»: да и какой смысл опровергать святую правду?
Можно долго рассказывать о тайнах самой истории, о ее проблемах, мифах и открытиях. Еще дольше можно говорить о том, как писалась история в СССР и как она пишется сегодня в Российской Федерации и на других осколках Союза: в Белоруссии и на Украине.
Наша книга посвящена одному громадному провалу истории. Внутри этого провала можно найти множество более мелких, но все это – части одной грандиозной «фигуры умолчания».
Если судить по советской и по современной российской историографии, можно сделать вывод: в конце XIII – начале XIV века кудато исчезает вся Русь к западу от Смоленска. Только что она была – и вдруг кудато пропадает! Потомто она опять «всплывет», уже в XVII–XVIII веках, когда украинцы возжаждут «навеки соединиться» с русским народом, а там и начнутся разделы Польши. Но в XII–XIV веках история этой огромной страны своего рода тайна, скрытая от собственного народа.
Густой историографический туман висит над огромным периодом русской истории.
Я решил написать эту книгу, чтобы хоть немного рассеять этот туман и показать читателю, чем была, чем обещала стать, да так и не стала Западная Русь – Русская Европа, чья история трагически прервана, а потом еще и замолчана всей мощью огромного государства.

А. М. Буровский,
кандидат исторических наук,
доктор философских наук, профессор,
председатель Красноярского отделения Международной академии ноосферы,
член СанктПетербургского Союза ученых,
член Проблемного совета при Академии образования

ЧАСТЬ I
МИФЫ ИСТОРИИ

Глава 1
ПРОПАВШАЯ РОССИЯ

Чего не спохватишься – ничегото у вас нет!
М. Булгаков

Придя в 5й класс, школьник узнает о том, что существовала когдато Киевская Русь. Даже ребенок, который до сих пор ничего не слыхал об этом государстве, получает о нем представление.
Есть карты, на которых показаны границы Киевской Руси, и если для ребенка хоть чтонибудь говорят географические названия – например, Львов, Чернигов, Муром или тот же Новгород, он легко может соотнести исторические территории и современные. И легко убедится, что в Киевскую Русь входили территории Западной Украины и Белоруссии, а вот территории Московской, Владимирской и Ярославской областей – не входили.
О временах Киевской Руси написано множество романов и повестей. А. П. Каждан, В. Д. Иванов, С. Д. Скляренко…
В детстве я увлеченно читал А. П. Каждана «У стен Царьграда» и «Край половецкого поля» О. Гурьян. Подростком и юношей – «Русь изначальную» и «Повести древних лет» В. Д. Иванова. Впрочем, не буду даже пытаться перечислять, тем более – систематизировать. Это тема отдельного большого исследования – художественная литература о Киевской Руси. И у каждого здесь свои предпочтения, свои любимые книги, свои воспоминания, свои открытия.
Многие прочитали литературные переложения «Былин», а их содержание тоже привязано к КиевоНовгородскому периоду русской истории. И содержание многих народных сказок.
Существует огромный пласт научнопопулярной литературы, особенно по археологии ранних славян III–VIII веков по Рождеству Христову и Киевской Руси. Каждан, Раппопорт, Янин, Федоров, Монгайт. Чуть посложнее уже требуют некоторого усилия. Б. Д. Греков с его «Киевской Русью», книги Б. А. Рыбакова. Литературы очень много, и как правило увлекательной.
Для желающих изданы сочинения классиков русской исторической науки: В. Соловьева, Ключевского, Татищева, Костомарова и многих других, менее известных. Издания этих книг в 1950–1970е годы были очень малотиражными.
Но уж издания 1990х годов этим не страдают. В послесоветское время издавалось все, что было выгодно издавать, и тиражи классиков истории редко были менее 30–50 тысяч экземпляров.
Эти книги читать уже непросто, нужно иметь хоть какуюто подготовку. Но они – доступны. Доступны, кстати, и издания летописей. И «Повесть временных лет», и прочие летописи более позднего времени изданы порой прекрасными изданиями, с комментариями и примечаниями.
Так что история Киевской Руси входит в жизнь человека рано и вовсе не только через страницы учебника. Было бы желание ее знать, а литература найдется.
Короткому периоду с 1184 года, когда Киевская Русь распалась на отдельные княжества, и до 1237 года, когда по раздробленной Руси ударила татарская конница, повезло меньше. О нем мало написано и художественных, и научнопопулярных книг и статей. Но, вопервых, и о нем коечто есть. Романы Павло Загребельного, Иванова, Скляренко, Хижняка… Опять же называю имена, выбранные исключительно потому, что эти авторы нравятся мне больше остальных, и только. Наверняка читателям известны произведения, о которых я не имею никакого представления и которые, может быть, даже превосходят названные здесь.
Учебники и любого периода советской истории, и Российской Федерации дружно отмечают, что с 1184 года в истории Руси начался период, который марксистские историки упорно называют периодом феодальной раздробленности.
На соответствующих картах видно, что территория Руси в XII веке даже расширилась. Например, к ней добавилось ВладимироСуздальское княжество в междуречье Волги и Оки, куда раньше Русь не распространялась. В тексте учебников отмечено, что «в XI и XII вв. происходило освоение северовосточных земель».

Прекрасно представлена в историографии мрачная эпоха монголотатарского нашествия XIII века. И в учебнометодической, и в художественной, и в научнопопулярной литературе. Опять же, не буду называть имен… целое созвездие имен, от знакомого с детства В. Яна и до «крамольника» Льва Гумилева, перевернувшего все привычные оценки, начавшего рассматривать татарское иго, как великое благо.
В послевоенное время во многих городах РСФСР, УССР и БССР проведены невиданные по масштабам раскопки: в основном на местах, где всякая современная застройка была уничтожена бомбежками или в ходе ведения боевых действий. Результаты опубликованы. Есть прекрасные книги Каргера, Рыбакова, Грекова, Тихомирова. В основном, к сожалению, это книги только специальные, но коечто попало и в научнопопулярную литературу.
Но, во всяком случае, и эта кровавая, злая эпоха достаточно хорошо известна и ученику средней школы, и студенту исторического или филологического факультетов ВУЗа, и массовому читателю.
Подведем итоги. Современному россиянину хорошо известен КиевоНовгородский период нашей истории, так называемая Древняя Русь. Известно, что на удельные княжества распалась вся Киевская Русь. Что монголотатары ударили по всей Руси и что от этого всем было плохо – даже новгородцам, до которых монголы, на их счастье, не добрались.
Россиянин хорошо знает, что в культурном отношении Киевская Русь была единой. Что Киев был матерью городов русских и для жителей Галича, и для жителей Суздаля, и для жителей Новгорода.
Что святые страстотерпцы Борис и Глеб, жившие в Галиче, канонизированы в Киеве и почитались по всей Руси.
Что династия киевоновгородских князей, потомков Рюрика, продолжает править во всех княжествах, на которые распалась Киевская Русь.
Что память о Мстиславе, княжившем в Тмутаракани, хранится по всей Руси. Как и память о Владимире Мономахе, княжившем в ПереяславленаДнепре.
То есть россиянин знает: до XIII века Древняя Русь была единой в культурном, языковом отношении. И что все раздробленные княжества – это временно отделившиеся части единой страны.
А вот потом начинаются чудеса… На огромной, только что единой территории Киевской Руси появляются какието неведомые, ничем не объяснимые «черные дыры», в которые проваливаются времена и территории.
Например, ГалицкоВолынская Русь. Вот еще недавно она существовала для российской историографии.

Не будем даже ссылаться на ГалицкоВолынскую и Ипатьевскую летописи, на «Повесть временных лет», на польские документы. То есть не будем доказывать давно известное, что Галицкая и Волынская земли существовали в составе Киевской Руси и что ГалицкоВолынское княжество реально существовало с 1189 года как самостоятельное государство. То есть мы сейчас не будем заниматься историей как таковой. Будем заниматься историографией, то есть историей того, как люди пишут историю.
Конечно же, в истории никакой такой «черной дыры» не было и быть не могло. И город Галич вполне благополучно стоял на своем месте и после 1340 года, когда бояре призвали на княжение литовского князя. И ВладимироВолынск не провалился сквозь землю в 1336 году, когда отошел под власть Польши. И Львов тоже не распался на части, не развалился ни в 1349 году, когда он был «захвачен польскими феодалами» [1] , ни в 1772 году, когда он по первому разделу Польши отошел к Австрийской империи.
Конечно же, никакая «черная дыра» не поглотила всей ГалицкоВолынской земли (Галисии, Галиции) оттого, что в середине XIV века эта часть Киевской Руси вошла в состав Польского королевства и Великого княжества Литовского.
Разные области Галиции продолжали существовать и развиваться в составе Польши, Великого княжества Литовского и Австрии до 1795 года – до того, как они отошли к Российской империи по третьему разделу Польши, или до 1939 года, до того, как на эту территорию наложил лапу сталинский СССР по пакту МолотоваРиббентропа.
Более того. На этих территориях продолжала идти интенсивная историческая и культурная жизнь. Порой даже гораздо более интенсивная, чем в Москве или в Киеве, но обо всем этом в свое время.
Провал происходит не в истории, а в историографии…
И даже точнее – провал возникает только и исключительно в российской имперской и в советской историографии.
Из гимназических учебников Петербургского периода, из школьных советских учебников напрочь исчезла ГалицкоВолынская Русь. Вообще. ГалицкоВолынское княжество XI–XIII веков упоминается. А потом, начиная с XIV века, это княжество не упоминается. Совсем.
В советских учебниках за 9й класс всплывало слово «Галиция» как одна из провинций Польши; в учебниках за 10й класс – как название дивизии «СС Галиция», воевавшей на стороне немецкофашистских захватчиков. Но имеет ли эта Галиция XX века какоето отношение к Галицкой Руси – не разъяснялось, и большинство учеников не имели об этом решительно никакого понятия.
Такое же мертвое молчание – в художественной литературе. Может быть, конечно, я просто не в курсе дела.
В конце концов, могли же ускользнуть от меня какието важные сведения? Не могу же я прочитать все вышедшие на русском языке исторические романы? Что ж! Я буду очень благодарен, если мне назовут роман, действие которого происходит во Львове или, скажем, в окрестностях Галича.
Или научнопопулярную книгу об архитектурных памятниках Львова. Но только пусть этот роман, эта книга повествует как раз о жизни Галиции… бывшей ГалицкоВолынской земли в тот самый период – с 1336 до 1795 года.
А написан и, главное, издан пусть будет при советской власти. Даже роман А. Хижняка «Даниил Галицкий» обращается к гораздо более давним временам, почти за сто лет до интересующего нас срока.
Пока у меня нет сведений, что такого рода произведения были написаны и изданы.
Нет и никаких сведений в виде телевизионных или радиопередач, газетных и журнальных статей.
Такое же чудо происходит и с западными русскими княжествами: Туровским, Пинским, Смоленским, со всеми более мелкими княжествами, на которые разбились эти три.
Когда речь идет о КиевоНовгородском периоде, эти западные русские княжества упоминаются наряду со всеми. Не говоря ни о чем другом, именно в Полоцке жила женщина с германским именем Рогнеда. С нею связан не слишком оптимистический, но интересный эпизод из истории Древней Руси.
Когда печенеги убили на Днепровских порогах Святослава, власть в Киеве захватил его старший сын Ярополк.
В Новгороде тогда сидел Владимир, а в древлянской земле – Олег. Ярополк пошел войной на древлянскую землю, и Олег погиб в этой войне. А Владимир, «устрашившись», бежал в Скандинавию и только через два года вернулся в Новгород «со многою силой» и «наместников Ярополковых выслал».
Готовясь к войне с Ярополком, Владимир посватался к Рогнеде, дочери полоцкого князя. В летописях совершенно не идет речи ни о романтике, ни о какихто сексуальных привязанностях. Владимир действовал из соображений политических: Рогнеда в то время была просватана за Ярополка, и откажи он ему – все Полоцкое княжество откачнулось бы к Владимиру. Рогнеда отказала Владимиру, сказав что «не хочет разувать сына рабыни». Тогда Владимир начал войну с Полоцким княжеством, убил отца и двух братьев Рогнеды, а саму Рогнеду захватил, дал ей славянское имя Горислава и женился на ней.
По разным данным, РогнедаГорислава стала матерью будущего князя Изяслава Владимировича и еще нескольких детей. Умерла она около 1000 года, много позже после того, как Владимир принял христианство и женился на сестре византийских императоров Анне. Считал ли он своей женой и РогнедуГориславу после венчания с Анной, история умалчивает.
Во всяком случае, Рогнеда не забыла обстоятельств своего «романа». «Когда он (Владимир. – А. Б. ) имел уже других жен, то некогда пришел к Рогнеде, уснул. Она, помня свое прежнее насильство и настоящее оскорбление, хотела соннаго ножом зарезать». А когда Владимир, вовремя проснувшись, отвел удар и вырвал оружие, «в отчаянии и в слезах говорила»: «Отец, мать и братья мои от тебя лишились жизни, разорено отечество и я пред всеми поругана; и ныне по супружестве ненавидишь меня с бедным сим младенцем».
После чего Владимир, устыдившись, «велел возобновить отчизну Рогнедину Полоцк и ее на удел отпустил со старшим ее сыном Изяславом» [4].
Есть и другие версии этой страшненькой истории, в сравнении с которой бледнеют даже страсти Троянской войны; называют разное число детей РогнедыГориславы; некоторые летописи упоминают четырех ее детей [5]. Во всяком случае, происходила она именно в Полоцке, в столице одного из западных русских княжеств. И эта история вошла и в учебники, и в исторические сочинения. Без нее невозможно подробное изложение истории Киевской Руси.
Но стоит Полоцку оказаться в составе Великого княжества Литовского, и в нем как будто перестает чтолибо происходить. Прямо как в Смоленской летописи под некоторыми годами: «В лето не бысть ничего».
Хотя именно в Полоцке в XIV–XV веках вечевой строй достигает такого развития, что роль приглашаемых на службу князей напоминает роль князей новгородских и складывается формула: «пополоцки править» – некий аналог Полоцкого права в своем роде.
Но и об этом ведь – ни звука ни в учебниках, ни в Другой литературе.
Так же не было ничего на протяжении тех же трех столетий на всей территории будущей Украины. Действительно, что происходило в Киеве, Могилеве, Львове, Дорогобуже, Сумах, Полтаве на протяжении XIV, XV, XVI, XVII веков? Если принимать всерьез советскую историографию, то ничего.
Еще более пикантно, что в советской историографии такой же оказалась судьба и матери городов русских, стольного града Киева. Во всех учебниках, во всех исторических трактатах упоминалось, что в декабре 1240 года его штурмом брали монголотатары. Соответствующие «духоподъемные» сцены есть в романе «К последнему морю» В. Яна, во множестве других художественных произведений. Данные о раскопках слоя, свидетельствующего о взятии Киева монголами, – в книге М. К. Каргера «Древний Киев».
Но вот наступает 1362 год, и Киев входит в состав Великого княжества Литовского, и до 1654 года он будет находиться в составе Великого княжества Литовского и в составе Польского королевства.
И все. Три века жизни Киева выпадают… Нет, конечно же, вовсе не из истории выпадают эти три столетия. Но из советской историографии – выпадают.
Все эти города и Киев тоже «всплывают» в историографии только в XVII веке и только в связи с «борьбой украинского и белорусского народов за присоединение к России». Интерпретация событий на тогдашней Украине и Белоруссии крайне далека от действительности, но это уже второй вопрос. А территория нескольких русских княжеств, самое ядро формирования Древней Руси, исчезает на несколько веков. Исчезает, а потом вдруг всплывает под новым названием – Украина.
Нет никакой информации и о Смоленской земле в тех же веках – с XIV по XVII. Даже в таком солидном справочнике, как БСЭ, сообщается только, что Смоленское княжество «в конце 12 в, распалось на несколько уделов и подверглось нападению нем, крестоносцев и литов, феодалов.
В нач. 15 в. С.к. было захвачено литов, князем Витовтом.
Смоленские земли вошли в состав Великого княжества Литовского. Смоленск и терр. быв. С.к. были окончательно возвращены России по Андрусовскому перемирию 1667» [2].
Отметим эту пикантную, но не новую деталь – Литва «захватывает» Смоленск, Москва только «возвращает». Но главное – нигде, ни в каком литературном источнике нет ничего даже отдаленно похожего на внутреннюю историю Смоленского княжества.
Действительно, как жил Смоленск и Смоленская земля в составе ЛитовскоПольского государства? Было ли в городе самоуправление? Если да, то какое? Какие кто платил налоги? Какие права имели православные смоляне в католическом княжестве? Кто княжил? Какую вел внешнюю политику? Как жили в нем люди в XIV и XV веках? По каким законам? Какие государственные деятели, какие деятели культуры вышли из смолян за три века жизни в Литве? Об этом нет ничего.
Смоленская земля в составе ЛитовскоПольского государства упоминается только раз – в связи с Грюнвальдской битвой. Говорится, что эта битва была выиграна главным образом усилиями русских дружин из Смоленска. Правда ли это? Скажем, в Литве и современные учебники, и выходившие в годы независимости (1918–1939) не акцентируют внимания на том, кто же сыграл решающую роль. Был общий враг. Его остановило войско, в составе которого были люди трех славянских этносов.
Сказанное касается даже Новгорода и Пскова – княжеств, которым повезло все же гораздо больше всех остальных. Все написанное во всех учебниках и учебных пособиях в советское время и в Российской Федерации относится только к двум сторонам жизни этих княжеств:
1. Как они воевали с Тевтонским орденом?
2. Как Москва завоевывала эти княжества? Причем завоевание однозначно рассматривается как акт присоединения Новгорода не к Москве, а к России. Отметим это.
В историографии Российской империи и в советской историографии получается так, что после нашествия монголотатар история восточных славян странным образом перетекает на СевероВосточную Русь. История подъема Москвы, история собирания княжеств Москвой, история строительства Московского кремля, собора Василия Блаженного, формирования политической системы – всему этому историки уделяют огромное внимание.
В Российской империи, затем в СССР и в Российской Федерации – наследниках СевероВосточной Руси, Московии – до сих пор однозначно, с предельной однолинейностью рассматривают Москву как единственную наследницу и преемницу Киевской Руси. Все остальные земли Древней Руси в этих учебниках и программах имеют значение только как объекты завоевания или как территории, входящие в Московскую Русь.

Но нигде нет никакой информации ни о внутренней жизни ни о геополитическом положении, ни о культурных достижениях, ни о внешней политике, ни о системе управления всеми землями, которые входили в состав Киевской Руси, но не вошли в состав Руси Московской.
История всех других княжеств, надо полагать, считается «менее актуальной». О том, как жили в XIV–XVI веках Рязань или Тверь, кто в них княжил и как, мы тоже не можем сказать.
Человек, который учился по учебникам и программам, принятым в Российской империи, СССР и Российской Федерации, у которого нет никакой информации, кроме официальной и общепринятой, не может узнать абсолютно ничего обо всех четырех веках истории ЮгоЗападной Руси, Галиции, Белой Руси, Смоленска, Новгорода.
Оставим пока в стороне политическую историю. Но я не уверен, что людям даже вполне взрослым и просвещенным известно: именно ЮгоЗападная Русь была источником просвещения, источником культурных новаций для диковатой северовосточной провинции славянского мира – Московии. Что иезуитская академия в Вильно принимала славянских студентов с 1579 года. Что Львовский университет основан в 1661 году. Что КиевоМогилянская академия существует с 1632 года, и что роль КиевоМогилянской академии как мощнейшего славянского университета была куда сильнее, чем Московской славяногреколатинской академии. Что значение КиевоМогилянской академии померкло только после открытия Московского университета (1755 год), и особенно Харьковского университета (1804 год), и что закрыта КиевоМогилянская академия была только в 1817 году.
Многим ли гражданам нынешней Российской Федерации знакомы имена Петра Могилы, Франциска Скорины, Георгия Сковороды или белорусского атеиста К. Лыщинского, автора безумно смелого трактата «О небытии Бога»?
Многие ли представляют себе архитектурные ансамбли и культурные богатства Львова, Умани и даже Киева?
А если и представляют, то в такой ли степени, как сокровища СанктПетербурга и Москвы?
Не хотелось бы оказаться понятым превратно. Вот, мол, шляпу надел, профессиональным историком заделался, а теперь еще и издевается, демонстрирует превосходство. Нет, сограждане, я делаю совсем не это. Я выражаю сожаление, и я сочувствую тем, кому неоткуда узнать о деятелях западной русской культуры. Неоткуда узнать, потому что о них нет никакого упоминания ни в школьных учебниках, ни в сочинениях историков, ни в художественной литературе.
И какую информацию можно извлечь из самых серьезных, универсальных справочников, если даже самые солидные издания советского времени о политических деятелях, о деятелях науки и культуры Западной Руси сообщали только самые фантастические сведения? «В начале 20х гг. Скорина переехал в Вильнюс, где основал первую на территории СССР типографию» [3].
Тут только руками разведешь… Потому что в приведенном отрывке нет буквально ни единого слова правды. Франциск Скорина переехал не в Вильнюс, а в Вильно. Вильно был тогда немецким и польским, а вовсе не литовским городом. Основанная Франциском Скориной типография была далеко не первой на «территории СССР», и даже не первой в Вильно. Она была первой СЛАВЯНСКОЙ типографией.
И уж, конечно, в XVI веке не было никакого СССР и территории СССР.
Впрочем, не только история Великого княжества Литовского и Новгорода – терра инкогнита для ученика и для читателя. Точно такой же неведомой страной предстают и русские земли, вошедшие в состав Речи Посполитой. Территории, которые в советской историографии назывались Западной Украиной и Западной Белоруссией, вошли в состав Российской империи только после третьего раздела Польши, после 1795 года.
Тот же вопрос: что происходило в Гродно и во Львове в 1720… да и в 1795 году? Чем жили эти земли? Скажем, что думали профессоры Львовского университета по поводу пресловутых разделов Польши? Информации нет никакой.
Кстати, стоит этим территориям оказаться опять в составе Польши – с 1918 по 1939 годы, когда Российская империя развалилась, а пакт МолотоваРиббентропа еще не привел к четвертому разделу Польши, – и повторяется знакомая история. Никаких сведений о жизни этих земель в советской историографии не содержится.
Тут вообще странный случай. В забвении нескольких веков русской истории очень солидарны подданные Российской империи, Советского Союза и Российской Федерации, причем в одинаковой мере. Солидарны профессиональные ученые и широкие народные массы. Солидарны власть предержащие и все общество.
Усилиями очень большого числа людей или по крайней мере с их полнейшего согласия огромная территория Западной Руси как будто погружается в туман и мрак, скрывается под водой, как град Китеж. Только для такой территории, для миллионов людей будет мало озера, в котором Китеж все же поместился. Тут масштабы небольшого материка или громадного, сравнимого с материком острова. Речь идет о целой Русской Атлантиде.
Русская Атлантида – это не только и не столько даже Земля неведомая, терра инкогнита. В еще большей степени это Marae Incognitum – неведомое море, неведомый туман, поглотивший и скрывающий, не дающий рассмотреть землю. А если совсем точно – это территория, которая становится неведомой в определенное время своей истории. Неведомое время – темпус инкогнига. Неведомая жизнь по неведомым правилам и на неведомой земле.
Тут возникает не один какойто вопрос. Нет, возникает огромное количество вопросов, которые можно свести в два огромных «пучка».
1. Что же представляла из себя эта Русская Атлантида, о которой в Российской Федерации и по сей день практически ничего не известно?
2. Кому нужно было сделать такую грандиозную «фигуру умолчания» по поводу Западной Руси? С какой целью напущено столько тумана?
Книга написана для того, чтобы ответить хотя бы на часть возникающих здесь вопросов.

Глава 2
БОЛЬШОЙ МОСКОВСКИЙ МИФ, ИЛИ ЛЕГЕНДЫ МОСКАЛЕЙ О САМИХ СЕБЕ

Мы русские – какой восторг!
А. Суворов

Дети! Храните себя от идолов!
1е послание Иоанна, глава 4, стих 21

Исторические мифы – неизбежность!

Всякое государство и всякий народ неизбежно создают легенды про самого себя. Так получается даже против собственной воли: события истории истолковываются так, как их бы хотелось увидеть. Желание подтвердить верность своих представлений о мире, своих предрассудках оказывается сильнее фактов. Испорченный телефон исторической памяти отодвигает в тень одно, высвечивает другое, напрочь забывает третье, придумывает четвертое.
Многие примеры таких мифов сами по себе стали уже чуть ли не нарицательными. Напомню хотя бы только выдуманный подвиг Ивана Сусанина. Подвиг, которого не было и который стал символом русского монархизма и патриотизма, своего рода национальным символом.
И это совсем не специфично для России. Такие же выдумки легко обнаружить и в истории других народов.
…1745 год. Идет война за австрийское наследство. Французские войска под командованием Мориса Саксонского осадили крепость Турне (в современной Бельгии). Англоголландскоганноверские войска под командованием герцога Камберленда движутся к крепости, хотят выручить ее из осады. Французские войска, не снимая осады, двинулись навстречу неприятелю и заняли позиции возле деревушки Фонтенуа. 11 мая 1745 года произошло сражение под Фонтенуа. Погибло 5 тысяч французов, у противника – 12 или 14 тысяч. Поле боя осталось за французами, которые захватили 32 орудия. Крепость Турне осталась в осаде и была взята 10 июня 1745 года.
Вот и все. Вот и все сражение под Фонтенбло – мало что решивший эпизод такой же полузабытой войны за полузабытое австрийское наследство. Но тутто начинается легенда…
В те времена армии шли навстречу друг другу, пока солдаты не могли разглядеть белки глаз противника, – тогда имело смысл целиться и стрелять. Тем более, 11 мая 1745 года поле под Фонтенуа скрывал туман, солдаты обеих армий долго не видели друг друга.
Во всех английских учебниках по истории написано, что когда армии сблизились до расстояния прицельного выстрела, командующий английскими гвардейцами милорд Гей закричал:
– Господа французы! Стреляйте первыми!
Эта история прекрасно известна и во Франции, но с одной маленькой поправкой: там «точно знают», что кричалто вовсе не англичанин, а француз. Кричал мосье Д’Атерош, капитан королевских гвардейцев, и кричал он, конечно же:
– Господа англичане! Стреляйте первыми!
Скорее всего, на поле под Фонтенуа действительно ктото и чтото в этом духе прокричал: легенды редко возникают совсем уж на пустом месте. В обеих странах соответствующая легенда вошла в учебники, и сомневаться в ней знающие люди не советуют. Иностранцу простительно, конечно, но, усомнившись в общепринятой легенде, своим он рискует уже не стать. А уж для своего по крови такого рода сомнения и вовсе неприличны и свидетельствуют о катастрофической нехватке национального, патриотического духа. Французы отмечают, что французский тогда был международным языком, на нем говорили в высшем английском свете, и крик мосье Д’Атероша был прекрасно понятен британцам. Британцы столь же справедливо отмечают, что милорд Гей вполне мог кричать и пофранцузски – по той же самой причине. Кричал же Милорадович в 1812 году «Молодцы, французы!» пофранцузски.
Итак, ктото чтото кричал, и этот крик стал своего рода национальной легендой. Но вот кто именно кричал, что именно и кому именно в этот теплый туманный день 11 мая 1745 года, мы, скорее всего, никогда уже не узнаем. Единственный надежный способ, насколько я понимаю, – это применить «машину времени».
Исторические мифы возникают, развиваются и растут по таинственным законам жизни выдумок и уходят, наконец, в небытие.
Но только не поймите, ради Бога, что в наше время не рождаются новые исторические мифы! Как раз вот сейчас, на наших глазах вскипели, возникли из небытия и пока не полностью ушли в прошлое и мифы про демократическую Россию и мифы про западное общество: про его разумность, щедрость, порядочность, интеллигентность и т. д.

Большой московский миф

Каждый народ творит миф о самом себе, переосмысливая историю в духе, нужном на данный момент.
На этом фоне Большой московский миф (БММ) вовсе не исключителен, и только одно вызывает в нем некоторое удивление: очень уж долго существует этот миф, и очень уж он всеобщий, грандиозный, пронизывающий все стороны жизни Московии, претворившейся сначала в Российскую империю, потом в СССР.
Этот Большой московский миф о РоссииМосковии хорошо известен всем моим читателямроссиянам. Потому что этот миф ложится в основу преподавания истории в школе и в ВУЗе, кричит о себе в сотнях литературных произведений и кинофильмов. Разделяют его не все, и в разной степени. Но этот миф исключительно важен. Не думаю, что будет преувеличением сказать: Большой московский миф лежит в основе национального самоопределения русских московитов. Он так важен, этот миф, что вынь его – и зашатается чересчур многое в сознании многих россиян. А сам по себе миф этот прост и коварен.
Невозможно отделаться от мысли, что на просторах Российской империи (а может быть, и гораздо раньше) сформировался некий тип сознания, который может быть представлен в самых различных внешних обличьях: от «охранительного» до «революционного» и от «сталинского» до народнического.
В этот тип мироощущения, в этот Большой московский миф (БММ) входит несколько положений, которые трудно отчленить друг от друга и которые друг друга превосходно дополняют.
1. Вопервых, это идея четкой и однозначной исторической преемственности от Киевской Руси к Московской. Единственным наследником Киева признается Москва и только Москва. Остальные русские земли как бы и не имеют права на историческое бытие и являются только периферией то Киева, то Москвы.
Передам слово Сергею Михайловичу Соловьеву, который прекрасно и емко сумел выразить самую суть этой части мифа.
«Вообще движение русской истории с югозапада на северовосток было движением из стран лучших в худшие, в условия более неблагоприятные. История выступила из страны, выгодной по своему природному положению, из страны, которая представляла путь из Северной Европы в Южную, из страны, которая поэтому находилась в постоянном общении с европейскохристианскими народами, посредничала между ними в торговом отношении. Но как скоро историческая жизнь отливает на восток в области Верхней Волги, то связь с Европою, с Западом, необходимо ослабевает и порывается… Но Западная Россия, что же с нею сделалось? …Западная Россия, потеряв свое значение, потеряла способы к своему дальнейшему материальному, государственному и нравственному развитию, способы иметь влияние на Восточную Россию результатами своего общения с европейцами… Татары и Литва разорили ее вконец… Запустелая, лишенная сил, раздробленная ЮгоЗападная Русь подпала под власть князей литовских. Галич, счастливый уголок, где было сосредоточились последние силы ЮгоЗападной Руси, быстро поднялся и расцвел, но скоро и пал в следствии своего уединения от остальной, живой Руси, то есть Великой, ибо Малую Русь в описываемое время нельзя было назвать живою» [6].
Ну вот, даже и Галич, как видите, пал (имеется в виду, видимо, его присоединение к Польше, не иначе), – а все от изоляции от «остальной, живой», так сказать, от «настоящей» Руси.
Н. М. Карамзин был даже еще лаконичнее: «…югозападной Руси, которая со времен Батыева нашествия отделилась от северной, имея особенную систему государственную, связанную с делами Венгрии, Польши и Немецкого Ордена гораздо более, нежели с Суздальскими или Новогородскими. Последние для нас важнее: ибо там решилась судьба нашего отечества» [7].
Можно привести еще множество цитат разного масштаба и из авторов прошлого, и из нынешнего века, но из этих цитат мы не получим никакой новой информации, будут крутиться все те же нехитрые идеи.
По существу, и так уже все ясно. Схема проста: СевероВосточная Русь уцелела после нашествия монголов, спаслись благодаря своему положению, а Западная Русь разгромлена степняками и Литвой, обнищала и потеряла всякое значение. Единственно, все авторы будут расходиться в частностях, но основная схема приблизительно одинакова у всех: эти земли «отпали от Руси». А при завоевании Москвой опять «стали частью Руси».
Мнения разойдутся по поводу географического фактора – татар и Литвы, но останется нетронутым основное: после нашествия монголов, с XIV столетия вся Русь, кроме СевероВосточной, рассматривается как пропавшая, выпавшая из истории до того времени, как Московия включит эти земли в свое государство.
Допустим, Карамзин писал «Историю государства Российского», и именно поэтому история западных русских земель никак не отразилась в его многотомном гр&heip;

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →