Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Лайковые перчатки изготовляются из кожи лам.

Еще   [X]

 0 

Святой Эгидий, византиец на Западе. Житие и почитание (Сборник)

автор: Сборник

Первая на русском языке монография, посвященная Святому Эгидию (VII–VIII вв.), чтимому на Западе подвижнику, выходцу из Византии. Его культ, первоначально возникший в Южной Франции, широко распространился в Европе и приобрел развитую агиографию, иконографию и гимнографию. Представлены средневековые Жития, на латинском языке и в русском переводе, а также история и формы почитания преподобного отшельника, в особенности в Италии.

Год издания: 2015

Цена: 349 руб.



С книгой «Святой Эгидий, византиец на Западе. Житие и почитание» также читают:

Предпросмотр книги «Святой Эгидий, византиец на Западе. Житие и почитание»

Святой Эгидий, византиец на Западе. Житие и почитание

   Первая на русском языке монография, посвященная Святому Эгидию (VII–VIII вв.), чтимому на Западе подвижнику, выходцу из Византии. Его культ, первоначально возникший в Южной Франции, широко распространился в Европе и приобрел развитую агиографию, иконографию и гимнографию. Представлены средневековые Жития, на латинском языке и в русском переводе, а также история и формы почитания преподобного отшельника, в особенности в Италии.


Святой Эгидий, византиец на Западе. Житие и почитание ред. – сост. М.Г. Талалай

   © М. Г. Талалай, статья, составление, редакция, перевод, 2015
   © И. В. Кувшинская, перевод, комментарии, 2015
   © Э. Джордано, статья, 2015
   © М. Бартоли, статья, 2015
   © Издательство «Алетейя» (СПб.), 2015

От редактора-составителя

   Главный фактор – это то обстоятельство, что столь чтимый в Западной Европе подвижник остался практически неизвестным в отечественной культуре. А ведь преподобный Эгидий – выходец из Византии, и его подвиги – отшельничество, нестяжательство, крайнее смирение – лежат в лоне именно древней восточно-христианской традиции.
   Объясняется это тем, что хотя житие Святого приходится на VII–VIII вв., задолго до Великой Схизмы, его слава возникла на Западе уже позднее и посему на Восток не проникла.
   По сути дела, он принадлежит к сонму тех ранних западных Святых (Патрик Ирландский, Геновефа/Женевьева, Зиновий Флорентийский), что отсутствуют по историческим причинам в православных Святцах – их с энтузиазмом открывала для себя русская диаспора в прошлом веке.
   Следовательно, рано или поздно и Св. Эгидий должен был получить свою русскую книгу.
   Следующее обстоятельство – живая народная вера на Итальянском Юге и вековые традиции луканского городка Латронико, Небесным покровителем которого является Св. Эгидий. Жители этого селения, истово чтящие своего «Эджидио», всегда желали, чтобы о Святом знали как можно больше и «дальше». Их желание нашло отклик у членов новой культурной Ассоциации «Русский Дом в Базиликате», которые – помимо разного рода проектов – нашли прочную основу своей деятельности в византийском наследии края. В итоге местный краевед, автор многих книг по истории и культуре Латронико, Эджидио (т. е. Эгидий) Джордано подготовил для русской публикации обстоятельный текст о Небесном покровителе родного города.
   Для нашего современника имя анахорета в первую очередь вызывает в памяти благородную деятельность итальянской Общины Св. Эгидия – стало логичным пригласить и ее к участию в нашей книге: римский член ассоциации Марко Бартоли составил, по нашей просьбе, очерк о ранней истории Общины и причинах посвящения.

   Житие Св. Эгидия, рукопись «Золотой Легенды» во французском переводе Жана де Виньи, 1365–1375 гг. Париж, Bibliothèque Mazarine, ms 1729, f. 225r

   Главной же научной составляющей коллективной монографии стал труд латиниста И. В. Кувшинской, которая последние годы занимается переводом c латинского языка эпохального житийного свода «Золотая Легенда». Его автор, Иаков Ворагинский, генуэзский епископ XIII в., включил в число самых важных Святых и преподобного Эгидия, блестяще пересказав сложившиеся к его эпохе предания.
   Остается приятная задача – выразить признательность всем непосредственным участникам монографии, а также тем, кто разным образом помогал ее осуществлению: это Костанцо Ди Джироламо (Неаполь), Антонио Вентурелли и Виктория Петрова (Лаурия), дон Антонио Донадио (Латронико), Адриано Рокуччи (Рим), Илья Аникьев (Москва).

   Михаил Талалай,
   Милан, февраль 2015 г.

К читателю

   Латронико, вне сомнения, – это место, история которого тесно переплетена с историей Святого Эгидия, его Небесного покровителя: через фигуру Святого наш город выражает свою идентичность и свое единство. Святой Эгидий здесь повсеместен, он служит некой точкой отсчета для жизни как отдельного местного жителя, так и для всей городской общины. Возможно, что преувеличу, но всё равно хочется сказать: нельзя представить раздельно город и его Святого, настолько сильна их связь.
   Когда и при каких обстоятельствах почитание Святого Эгидия в Латронико приняло конкретные формы, сказать трудно, однако уверен, что оно возникло еще в эпоху Крестовых походов. Известна одна точная дата – 1570 год, когда наша базилика обогатилась мраморной статуей Святого.
   Религиозность городской общины это не какая-то культурная традиция, или же суеверие – она возникла из укрепившейся в веках убежденности, что Святой Эгидий есть наш покровитель и защитник.
   Жители Латронико отдают себе отчет в том, что пребывают в молитвенном единении со Святым и соразмеряют свою жизнь с его Житием.
   Праздник в честь Святого Эгидия совершается согласно римскому литургическому календарю 1-го сентября каждого года.
   Этому празднику предшествует торжественная «новена» – то есть девять дней особых молений ко Святому, она заканчивается пением гимна «Тебе, Боже» (Te Deum) после полуночи, в уже в наступивший следующий день 2-го сентября. В базилике в сей поздний час видны уставшие, но ясные и одухотворенные лица.
   Есть глухие сведения, что в Латронико уже в древности почиталась частица мощей Святого Эгидия…
   Те мощи, которым мы поклоняемся сегодня – частица длани Святого, помещенная в позлащенный реликварий – были переданы нам монсеньором Габриэле-Марией Гарроне, епископом Тулузы: он лично привез их 27 октября 1963 г. к нам в Латронико, когда прибыл в Италию на Второй Ватиканский Собор.

   Процессия во время престольного праздника со статуей Св. Эгидия. Фото 2013 г.

   И сегодня к мощам приходят многочисленные паломники, даже из дальних краев, в особенности в те дни, когда мощи открыты для общего почитания – в первое воскресение после Праздника Святого Эгидия (1-е сентября) и в первое воскресение после Пасхи.
   …Узнав житие Святого Эгидия, хочется следовать его заповедям – воистину евангельским. В душу входит умиротворение и чаяние вторить его подвигам.
   Но, правда и тó, что даже узнав про эти подвиги, мы охотно возвращаемся к повседневности, к обыденной нашей жизни. Будем честными и признаемся, что у нас не всегда хватает сил на изменение наших привычек, пусть мы и сознаем их суетность и никчемность. Тогда не будем стесняться и смело обратимся за помощью к Святому Эгидию: «Помоги в жизни, защити в смерти, всегда будь милостив к нам, аминь».
   Это окончание молитвы к Святому Эгидию – Preghiera in onore di Sant’Egidio Abate, которую каждый житель Латронико знает с детства.
   Это и окончание моего вступление к русской книге о Святом Эгидии – с пожеланием, чтобы Святого узнали и полюбили на православном Востоке.

   дон Джованни Костанца,
   настоятель Базилики Св. Эгидия в Латронико,
   январь 2015 г.
   (перевод М. Г. Талалая)

   Сувенирный коллаж г. Латронико с видом храма Св. Эгидия (внизу в центре)
* * *
   Эта книга призвана рассказать русскоязычной публике о житии и о почитании нашего Небесного покровителя – Святого Эгидия, поскольку на Востоке его фигура оставалась малоизвестной для религиозной культуры.
   Сборник, составленный историком из Российской Академии Наук Михаилом Талалаем, в который вошли житийные тексты, подготовленные латинистом Ириной Кувшинской, и рассказ о почитании Святого Эгидия нашего земляка и страстного краеведа Эджидио Джордано, посвящен одному из интереснейших пунктов пересечений христианских традиций Запада и Востока и связям Запада с византийской культурой.
   Очень важно изучать Житие и уроки нашего любимого и почитаемого Святого ради создания духовных связей Православной и Католической Церквей, ради обретения наших общих христианских корней.
   Остается только поблагодарить – от имени всех граждан Латронико – авторов этой прекрасной книги и ее редактора-составителя за представленную ими встречу культур и за событие, которое поможет укрепить наши дружеские отношения.
   Подчеркну основные, на мой взгляд, цели этого издания:
   – это еще один «мост», сооруженный между Латронико, Базиликатой и европейским Востоком;
   – это Святой византиец, грек, возвращаемый в лоно православной традиции;
   – это важный фрагмент мозаики в деле продвижения паломничества и туризма в наш замечательный город Латронико.

   Фаусто-Альберто Де Мария,
   мэр г. Латронико,
   январь 2015 г.
   (перевод М.Г. Талалая)

Средневековые сказания о Святом Эгидии


Иаков Ворагинский
О Святом Эгидии («Золотая Легенда», гл. CXXX)

   Эгидий из Афин, родившийся в царской семье и с юных лет наставленный в Священном писании, однажды по дороге в церковь увидел недужного, который лежал на улице и просил подаяние. Эгидий отдал больному свою тунику, и тот, надев ее, тотчас полностью исцелился. После чего, когда родители Эгидия упокоились во Господе, он сделал Христа наследником всех своих имений. Однажды, возвращаясь из церкви, Эгидий встретил человека, ужаленного змеей, и тотчас изгнал яд своей молитвой. Некий бесноватый, находясь в церкви вместе с верующими, смущал их своими криками, но Эгидий исцелил страждущего, изгнав беса.
   Страшась людской любви, Эгидий тайно отправился к берегу бушующего моря и увидел моряков, терпящих кораблекрушение. По молитве Святого буря немедля утихла, и моряки причалили к берегу. Услышав, что Эгидий следует в Рим, они поблагодарили Святого за помощь и обещали взять его с собой безо всякой платы.
   Прибыв в Арелат, Эгидий в течение двух лет находился там вместе со Святым епископом Цезарием и исцелил некую больную, три года страдавшую от лихорадки. Стремясь к пустынножительству, Эгидий тайно покинул город и долгое время вел Святую жизнь рядом с отшельником Вередением. Своими заслугами Эгидий победил бесплодие той земли. Просияв многими чудесами, Святой Эгидий убоялся мирской славы и, оставив тот край, направился в еще более отдаленную пустынь. Там отыскал он пещеру и чистый ключ, а его кормилицей стала лань, в определенные часы питавшая Святого молоком.
   Случилось, что королевские слуги, охотившиеся в тех краях, увидели ту лань и, презрев другую дичь, погнались за ней со сворою псов. Спасаясь от преследователей, лань припала к коленам своего питомца. Удивляясь, отчего она стенает так громко, Святой Эгидий вышел из пещеры и, услышав шум приближающейся охоты, вознес молитву Господу, дабы Он защитил ту, которую дал Святому в кормилицы. Ни один из псов не осмелился приблизиться к ним на расстояние брошенного камня, но с громким воем вся свора обратилась в бегство и вернулась к охотникам.
   Приближалась ночь, и охотники возвратились домой. На другой день они снова поскакали в чащу, но, напрасно разыскивая лань, снова вернулись ни с чем. Узнав о случившемся, король догадался о произошедшем, и вместе со множеством охотников отправился в лес, пригласив с собою епископа. Когда же псы вновь не посмели подойти к тому месту и с воем вернулись обратно, охотники окружили непроходимые заросли колючего терновника, и один из них, неосторожно выпустив стрелу, чтобы выгнать лань, тяжело ранил Божественного мужа, молившегося за свою кормилицу. Обнажив мечи, воины прорубили себе путь к пещере и увидели почтенного седовласого старца, облаченного в монашескую одежду, и лань, прильнувшую к его коленам.
   Одни лишь епископ с королем спешились и, приказав прочим стоять поодаль, приблизились к старцу. Они спросили его, кто он и откуда прибыл, и почему пожелал остаться в дикой пустыни среди чащи леса, а также кто посмел нанести ему столь тяжкую рану. Старец ответил на каждый вопрос. Тогда епископ и король смиренно попросили у Эгидия прощения. Они обещали призвать лекарей, чтобы те исцелили рану, и предлагали Святому многие дары, но тот не пожелал принять их снадобья и презрел все королевские дары, даже не взглянув на них. Зная, что сила Господня в немощи совершается[1], Святой попросил Господа, чтобы прежнее здравие боле не возвращалось к нему до конца жизни.
   Король часто посещал Эгидия и принимал от него пищу Спасения. Он предложил Святому несметные богатства, но Эгидий отказался их принять, убеждая короля основать монастырь, дабы в том краю укоренилась дисциплина монашеской жизни. Когда его просьба была исполнена, Святой Эгидий долго не соглашался стать настоятелем, но побежденный слезами и мольбами короля, возложил на себя попечение о монастыре.
   Молва о Святом Эгидии дошла до короля Карла, который призвал его к себе и принял с подобающим достоинством. Среди многих благочестивых бесед Карл попросил Святого, чтобы тот поминал его в своих молитвах, и признался, что однажды совершил ужасный грех, в котором не может исповедоваться никому, даже Святому Эгидию. В следующее воскресенье, когда во время богослужения Эгидий молился за Карла, Святому явился ангел Господень, положивший на алтарь письмо: в нем по порядку были записаны как грех Карла, так и отпущение того греха по молитвам Святого Эгидия. В том письме сообщалось, что, раскаявшись и укрепившись в вере, король никогда боле не совершит подобного греха. В заключение было прибавлено, что всякий, кто призовет Святого Эгидия в заступники за любой совершенный проступок, не должен сомневаться в отпущении греха по заслугам Святого, если согрешивший оставит этот грех.
   Когда письмо было доставлено Карлу, тот признал свой грех и смиренно попросил прощения. Эгидий же отбыл с почетом, и, оказавшись в Немаусе, воскресил недавно умершего княжеского сына. Некоторое время спустя Святой Эгидий предсказал, что в скором времени его монастырь будет разрушен врагами. Он отправился в Рим, где испросил у папы привилегии для своей церкви, а также две кипарисовые двери, на которых были вырезаны изображения апостолов. Препоручив те двери Божьему промыслу, Эгидий пустил их плыть по течению Тибра. На обратном пути в свой монастырь он исцелил в Тибероне некоего паралитика, так что тот стал ходить. Вернувшись в обитель, Святой нашел те двери у врат монастыря и возблагодарил Бога за то, что среди стольких превратностей моря Он сохранил их невредимыми. Святой Эгидий водрузил двери в своей церкви во украшение ее и в память о договоре, заключенном с Римским престолом.
   Наконец, Господь в видении открыл Эгидию, что день его смерти неминуемо приближается. Поведав о том братьям и призвав их молиться за него, Святой Эгидий счастливо почил во Господе. Многие утверждали, что слышали ангельские хоры, возносившие на небо душу Святого. Просиял же он в лето Господне 700.

Jacobus a Voragine
De Sancto Aegidio (“Legenda Aurea”, caput CXXX)

   Aegidius Athenis ex regia stirpe progenitus et sacris litteris ab infantia eruditus, dum quadam die ad ecclesiam peregret cuidam aegroto in platea jacenti et elemosinam petenti tunicam suam tribuit, qua indutus sanitatem integram mox receipt. Post hoc, parentibus suis in domino quiescentibus, patrimonii Christum fecit heredem. Quadam vice dum ab ecclesia rediret, quidam vir a serpente percussus eidem obvius extitit, sed oratione fusa Aegidius protinus virus fugavit. Quendam daemonicum in ecclesia cum caeteris existentem et fdeles clamoribus suis turbantem Aegidius daemone fugato sanavit.
   Verum humani favoris formidans periculum clam littus maris petiit et nautas quosdam in mari periclitantes conspexit et facta oratione tempestatem omnem sedavit. Applicantibus autem nautis, audito, quod Romam tenderet, gratias ejus meritis egerunt et, quod eum secum gratis veherunt, promiserunt.
   Cum igitur Arelatem venisset et bienno cum sancto Caesario ejusdem civitatis episcopo mansisset et ibidem quondam triennio febricitantem curasset, eremum cupiens clam discessit et cum Veredenio eremita sanctitate conspicuo diu mansit, ibi sterilitatem terrae suis meritis fugavit. Sed dum ubique miraculis coruscaret, humanae laudis timens periculum relicto eo interiorem eremum penetravit, ubi quoddam antrum et quendam fonticulum reperiens quondam nihilominus cervam praeparatam ibidem habuit in nutricem, quae certis horis lactis alimoniam sibi praebebat.
   Sed cum ibidem regis pueri venarentur, praedictam videntes cervam caeteris feris contemptis hanc cum canibus insequuntur; a quibus dum vehementer urgeretur, ad pedes sui confugit alumni. Ille vero admirans, cur praeter solitum sic mugiret, exiens et venatores audiens dominum exoravit, ut, quam sibi tribuerat nutricem, servaret. Canum autem nullus infra lapidis jactum sibi appropinqare ausus est, sed cum nimio ululatu ad venatores revertebantur.
   Nocte igitur superveniente domum redeunt et insequienti die illuc revertentes casso labore domum iterum redierunt. Quod dum rex audisset, rem ut erat suspicatus, cum episcopo et multitudine venatorum illuc properavit, sed cum canes ut prius non accedere praesumerent, sed omnes ululando redirent, locum veprium densitate inaccessibilem in girum circumdiderunt, unus autem incaute sagittam dirigens, ut inde cervam expelleret, viro Dei pro cerva oranti grave vulnus infxit, sed milites semitam ferro aperientes ad ipsius devenerunt speluncam et videntes senem habitu monachali vestitum, canitie et aetate venerabilem, cervam quoque ad ejus genua provolutam.
   Solus episcopus et rex eum peditus adierunt, caeteris retro stare jussis, et interrogaverunt eum, quis esset vel unde venisset aut cur tam densam ere mi vastitatem petisset seu quis eum vulnerare tam graviter praesumsisset. Quibus cum ad singula respondisset et illi ab eo humiliter veniam postulassent, medicos sanando vulneri spoponderunt et multa donaria obtulerunt, sed ipse nec medicinam adhibere voluit et munera contemnens ad ipsa etiam non respexit, quin potius sciens virtutem in infrmitate perfci, dominum exoravit, ne, quamdiu viveret, sanitati pristinae redderetur.
   Sed cum rex eum frequenter visitaret et pabulum salutis ab eo reciperet, immensas divitias obtulit, sed eas ille recipere recusavit, admonens, ut inde monasterium construeret, ubi monastici ordinis disciplina vigeret. Quod cum rex fecisset, victus Aegidius lacrymis et precibus regis, postquam plurimum renuisset, illius monasterii curam suscepit.
   Hujus famam rex Carolus ut audivit, ejus impetrato adventu reveren ter eum suscepit. Inter caetera salutis colloquia rex eum rogavit, ut pro eo dignaretur orare, quia quoddam facinus enorme commiserat, quod nulli unquam nec ipsi sancto confteri auderet. Sequenti igitur dominica, dum Aegidius celebrans pro rege oraret, angelus domini eidem apparens schedulam super altare posuit, in qua scriptum erat per ordinem et regis peccatum et Aegidii precibus jam esse dimissum, sed tamen poenitens et conftens ab illo deinceps abstineret. Adjunctum erat in fne, ut, quisque sanctum Aegidium pro quocunque commisso invocaret, si tamen ab illo desisteret, ejus meritis sibi remissum non dubitaret.
   Oblata igitur regi schedula peccato suo rex agnito veniam humiliter postulavit, Aegidius autem cum honore rediens apud Nemausensem urbem flium principis, qui tunc obierat, suscitavit. Post aliquantulum vero temporis praenuntians monasterium suum non longe ab hostibus evertendum Romam adiit et privilegium ecclesiae duoque ostia cyparissina, in quibus sculptae erant imagines apostolorum, a papa impetrans dimittensque ea in Tyberum divino regimini commendavit et ad monasterium rediens cui dam contracto apud Tiberonem gressum restituit. Cumque ad monasterium redisset, praedicta ostia in portu invenit et gratias agens Deo, quod inter tot maris pericula illaesa servasset, ea in liminibus ecclesiae suae ad decus ecclesiae et monimentum pacti Romanae sedis erexit.
   Tandem dominus diem sui obitus imminere sibi per spiritum revelavit, quod ille fratribus indicans et pro se orare suadens in domino feliciter obdormivit, ubi choros angelorum ejus animam in coelum ferentium plurimi se audivisse testati sunt. Claruit circa annum domini DCC.

Житие Святого Эгидия

   составленное неизвестным автором, извлеченное из шести рукописей и других сочинений, соотнесенных друг с другом

Предисловие

   Христиане прежних веков постановили неустанно отмечать деяния досточтимых Отцов многоразличными торжествами и, празднуя дни их памяти, почитать их с великим благочестием. Ведь таким образом похвала Богу, действующему через них и в них царящему, разливается еще шире и побуждает души тех, кто внимает столь великим примерам добродетели, с еще большим жаром чтить благую жизнь. Некогда язычники воздвигали статуи великих мужей, очевидно, с той целью, чтобы глядя на них, грядущие потомки ревностно стремились уподобиться им в жажде добродетели и славы. Сколь же сильнее должно быть благочестие христиан, представляющее себе Деяния давних Отцов, чтобы в этих Деяниях, как в некоем зерцале, увидеть себя и познать?

Глава первая

   Отечество и родители Святого. Отъезд из родного края и прибытие в Галлию: пребывание в Арелате и отшельническая жизнь с пустынником Вередемием
   Святой Эгидий, родом грек, происходил от преславных родителей. Ему суждено было родиться в Афинах от отца по имени Феодор и матери Пелагии: оба они были отпрысками царского рода. Несмотря на то, что во всем свете не было людей столь знатных, родители Эгидия вели христианнейшую жизнь. Еще в нежном возрасте Эгидий обратился к изучению свободных искусств. Просвещенный духом мудрости, он вскоре сравнялся в знаниях с ученейшими мужами. Благодать Божия не оставляла понятливого юношу, украшая его жизнь благородством нравов. И вот уже светоч милосердия, зажженный изнутри, стал озарять своим сиянием все вокруг.
   Однажды, когда Эгидий направлялся в церковь, случилось, что некий страждущий лежал в городе посреди улицы, прося подаяние у прохожих. Потрясенный его жалостными речами, Святой отрок, до того времени еще трепетавший перед суждением наставника, не имея ничего подобающего для милостыни, снял тунику, в которую был одет, и протянул ее больному. Надев тунику, больной возрадовался, ибо тотчас всё его тело стало здоровым. Когда Эгидий вернулся домой, отрока спросили, где он оставил тунику, и тот сказал в ответ, что ее забрал незнакомец. Эгидий легко получил прощение за свой проступок, поскольку, как единственный сын, был нежно любим родителями.
   Вскоре родители Эгидия почили с миром. Он же, незадолго до того узнав об их кончине из откровения Святого Духа, сделал Христа наследником своих имений, которые были весьма обширны. Чудесным образом Эгидий богател, оставаясь бедным, ибо вместо мирских богатств обретал вечные сокровища. Однажды, возвращаясь из церкви, Эгидий встретил некоего человека с искаженным от боли лицом, которого только что укусила змея: тело больного распухало, и он говорил, что яд змеи смертоносен. Помолившись за страждущего, Святой муж вернул ему прежнее здравие и велел благодарить Бога, по милосердию Которого тот получил исцеление.
   В воскресный день, во время богослужения, некий несчастный, одержимый демоном, стал издавать ужасные вопли, так что вскоре вся церковь пришла в смятение. Тогда Эгидий, по обыкновению своему находившийся в храме, простерся на земле и кратко помолился, а затем, поднявшись и уповая на милосердие Божие, уверенно противостал одержимому, метавшемуся в разные стороны, и ясным голосом велел злобному духу выйти. Не в силах сопротивляться приказанию Святого, демон со страшным криком и мычанием покинул человека, в которого некогда вселился, и оставил его невредимым.
   Поскольку добродетель Святого мужа невозможно было утаить из-за ее величия, многие стали стекаться к нему отовсюду, прося об исцелении душ и телес, ибо там, где присутствует щедрый даритель и дары изобильны, никто не обманывается в надеждах. Чудесные деяния умножали славу Эгидия, и потому его имя становилось известным по всей Греции. Он же, боясь, как бы заслуги не умалились с приходом всеобщей любви, и полагая, что неразумно продавать сокровище чистой совести по цене легкой славы, задумал покинуть отечество, чтобы еще ревностнее служить Богу. Стремясь к пустынножительству, Эгидий решил отправиться за море. В тайне ото всех близких он достиг морского брега и там обратился с молитвой к Высшему Царю, дабы снискать Господней помощи в исполнении своего намерения. Тотчас вдали, среди волн бурного моря, Эгидий увидел корабль, гонимый ударами морских валов, и отчаявшихся моряков, потерявших управление и уже тонущих в пучине. Как только Эгидий обратился к Богу с молитвой о помощи, буря немедля стихла, и корабль достиг гавани.
   Увидев Божественного мужа, простершегося в молитве на морском бреге, корабельщики поняли, что благодаря ему избежали опасности на море. Моряки спросили его, кто он и зачем пришел в морскую гавань. Эгидий ответил, что он – христианин и хочет добраться до Рима, если Бог пошлет ему помощь. Пав к его ногам, моряки сказали: «Всем сердцем благодарим Господа, что Он удостоил послать нам столь славного спутника, который спас нас от сей бури и в грядущем сохранит путешествующих от всякого страха перед морской пучиной. Мы сами из тех краев: если ты желаешь отправиться в Рим, мы охотно отвезем тебя туда безо всякой платы и, сверх того, предоставим все необходимое во время плавания». Услышав это, Святой муж с ликованием возблагодарил Бога. Почтенный странник легко и радостно взошел на корабль, препоручив Богу свою душу и души своих спутников. Корабль расправил паруса, и Эгидий со своими товарищами устремился по морю в дальний путь.
   Через четыре дня и четыре ночи, благополучно следуя взятому курсу, моряки пристали к некоему острову. Они сошли с корабля, чтобы починить корму, и вдруг на песчаном бреге увидели большие следы. Стараясь не потерять их, моряки проследовали вглубь острова и подошли к келье, сокрытой среди колючих зарослей. Приблизившись к ней, путники увидели некоего мужа, читавшего у входа в келью. Святой Эгидий понял, что перед ним раб Божий, и спросил, как долго тот пребывает в пустыни и каким трудом живет в этом месте. «Уже двенадцать лет, – сказал он, – я несу здесь покаяние, довольствуясь одними травами, грубыми кореньями и водой». Услышав это, Святой муж, давно жаждавший вести подобную жизнь, вначале кратко помолился, а затем обнял отшельника, и оба препоручили друг друга взаимным молитвам. Три дня они провели, славя Бога, и затем, попрощавшись, расстались.
   Взойдя на корабль, через три дня путники достигли Марсилии. В то время Арелатской церковью управлял блаженной памяти епископ Цезарий. Весть о его святости дошла до Эгидия, и потому он поспешно отправился в Арелат, желая быть наставленным беседой и поучением столь достойного предстоятеля. В Арелате Эгидий был торжественно принят в доме богатой вдовы по имени Феокрита. Пока готовилась трапеза, Святой услышал болезненные стоны, раздававшиеся в сокрытых от гостей покоях. Эгидий спросил, что происходит, и Феокрита ответила: «Это моя дочь, три года мучимая лихорадкой: ради ее исцеления я напрасно потратила на лекарей огромные средства. Прошу, помоги ей, если ты умудрен в науке врачевания, и я щедро отблагодарю тебя». Эгидий сказал, что ему не ведомы земные лекарства и, употребив противоядие молитвы, избавил дочь Теокриты от болезни.
   Слава о его чудесах вскоре распространилась повсюду и дошла до слуха епископа Цезария. Епископу в духе уже стало известно о приезде Эгидия и его жизни. Архидиакон Аврелий немедля привел Эгидия к епископу, который принял его с великим почетом. По многочисленным просьбам Цезария Эгидий задержался в Арелате на два года, но по истечении двух лет, желая в уединении служить только Богу, муж Божий тайно покинул Арелат. Перейдя Родан, он стал искать сокрытое от чужих взоров место, подходящее для исполнения его обета, и достиг берега Гардоны. Ведомый Богом, Эгидий встретил некоего отшельника по имени Вередемий, славного святостью и чудесами. Вередемий жил в расселине горы, и подняться к нему было достаточно трудно, поскольку путь преграждали острые скалы. Эгидий, видя святость его жизни, на некоторое время остался с отшельником ради наставления. О, сколь невыразим промысел Божий, соединивший эти два светила, взошедшие от отдаленных частей земли, чтобы озаряя друг друга светом, они еще ярче освещали мир! Кто в силах изъяснить словами, сколь многими знамениями и чудесами посияли они в тех краях? Ведь всякий страждущий, за которого отшельники молились Богу, тотчас получал желанное исцеление. Говорят, что своими молитвами Святой Эгидий победил даже бесплодие земель того края.
   Среди многих чудес мы кратко поведаем лишь об одном, поскольку оно стало причиной земного расставания Божественных мужей. Однажды, в отсутствие Вередемия, к Святому Эгидию принесли некоего недужного, тело которого было полностью поражено болезнью, и попросили исцелить его. Те, кто принесли больного, поклялись, что не уйдут, пока Святой не исцелит страждущего, как обыкновенно исцелял других. Эгидий же, отказываясь, уверял их, что другие исцеления происходили заслугами не его, но Вередемия, и убеждал, чтобы и этого больного отнесли к Вередемию. Но те, не согласившись с Эгидием, возразили: «Раз ты победил бесплодие нашей земли, то если захочешь исцелить больного, сможешь сделать и это». Муж Божий по кротости нрава уступил их просьбам и, не без слез сотворив молитву, возвратил давно желанное здравие больному, изгнав из тела всякую немощь.

Глава вторая

   Приход в отдаленную пустынь, где лань кормила Святого молоком. Король Флавий Готский находит его, и Эгидий получает место для основания монастыря, который он построил и принял в свое управление
   Опасаясь, что благодаря слухам об этом и других чудесах слава о нем разнесется среди людей, и народ не будет с прежним благоговением почитать его наставника, Эгидий преуменьшал значение собственных заслуг. Стремясь к еще более уединенной жизни, он задумал бежать и, оставив Вередемия, тайно отправился в отдаленную пустынь. По Божьему промыслу Эгидий достиг некоего места, находившегося неподалеку от устья реки Родана. Тот край носил имя Септимания: там в изобилии росли плодовые деревья, и лишь дикие звери достигали тех мест. Эгидий нашел пещеру и чистейший ключ, бивший рядом с нею. Святой радостно возблагодарил Бога, что отыскал жилище, как будто обрел царский дворец. Он пробыл там три года, молясь о спасении всех людей и питаясь только травами и водою. Кроме того, Господь предуготовил для него лань, которая в определенные часы давала Эгидию пропитание, кормя его своим молоком.
   Случилось, что слуги короля Флавия, в те времена властвовавшего над готами, отправились поохотиться в окрестностях пещеры. Увидев лань, что кормила молоком Божьего мужа, превосходящую всех ланей статностью и красотой, охотники, презрев другую дичь, натравили на лань свору псов. Испуганная криками и лаем, скача в разные стороны и уже не надеясь на спасение, лань достигла убежища своего питомца. Приблизившись ко входу в пещеру, она стала жалобно стенать, как бы ища защиты у Святого мужа. Эгидий удивился, почему лань стенает так громко, и, выйдя из пещеры, услышал собак и охотников. Заметив ее свисающий язык и бока, дрожащие от частых вздохов, он понял, в чем дело. Преклонив колена, Эгидий сотворил краткую молитву, прося Господа, дабы Он защитил ту, которую дал Святому в кормилицы. Восстав от молитвы, Эгидий велел лани умерить свои стенания, и та, смолкнув, легла у ног Святого. Ни один из псов не осмелился приблизиться к ним на расстояние брошенного камня. Вся свора вернулась к охотникам, и вой собак еще долго оглашал окрестности. Наступившая ночь вынудила усталых охотников вернуться домой ни с чем.
   На следующее утро королевские слуги вновь отправились на охоту, намереваясь выследить ту лань. Что же дальше? Точно также как и в предыдущий день, они вернулись без добычи. Когда о случившемся доложили королю, тот догадался о произошедшем. Позвав епископа города Немаус, находившегося тогда при дворе, король по порядку рассказал ему обо всем. Было решено, что с наступлением рассвета король и епископ отправятся в лес со многими охотниками и сворою псов, чтобы во всем удостовериться. Как и вчера, и третьего дня, охотники преследовали убегавшую лань до того места, где жил Святой, и, как и прежде, псы с воем вернулись обратно. Слуги короля со всех сторон окружили непроходимые заросли колючего терновника, и один из них, неосторожно выпустив стрелу, чтобы выгнать лань, тяжело ранил Божественного мужа, молившегося за свою кормилицу у входа в пещеру.
   Упорствуя, воины мечами прорубили себе тропу и, наконец, оказались у пещеры раба Божьего. Они нашли там старца, облаченного в монашеское одеяние, убеленного сединами и почтенного летами, и в изумлении увидели лань, прильнувшую к его коленам. (Эгидий сидел, поскольку испытывал слабость от еще кровоточащей раны, и был вынужден прервать молитву). Одни епископ с королем, спешившись, подошли к старцу, приказав слугам вернуться и встать поодаль. После того как Эгидий смиренно ответил на их приветствие, король и епископ спросили его, кто он и зачем поселился в отдаленной пустыни, и кто посмел нанести ему эту тяжкую рану. Когда Эгидий назвал свое имя и родину и поведал о происшествии, ставшем причиной его раны, король и епископ пали к его ногам и стали слезно просить прощения, обещая прислать лекарей и оплатить их труды.
   Святой муж не слушал их и молился, преклонив колена. Он заявил, что не примет никаких снадобий для исцеления тела. Король и епископ предложили Эгидию многие дары, но Святой презрел те дары, даже не взглянув на них. Дивясь на мужа подобной святости, король и епископ препоручили себя молитвам Эгидия и, попрощавшись с ним, удалились. Между тем Святой исповедник, чувствуя, как его плоть страдает от нанесенной раны, тотчас вспомнил ответ, данный Богом апостолу: Сила Господня в немощи совершается[2], и попросил Господа, чтобы прежнее здравие боле не возвращалось к нему до конца жизни.
   Король стал постоянно навещать Эгидия ради духовного наставления, стремясь беседовать с ним и руководствоваться его Святыми советами. Он часто предлагал Эгидию несметные сокровища, но тот отказывался их принять. Муж Божий убедил короля, что много лучше построить монастырь, в который он соберет рабов Божьих. Посвятив себя монашеской жизни, они будут денно и нощно служить Господу. «Я охотно сделаю все, о чем ты просишь, – ответил король, – если ты пообещаешь стать их духовным наставником и пастырем». Святой Эгидий долго отказывался, приводя многочисленные доводы и утверждая, что он, как человек созерцательной жизни, менее всего подходит для этих обязанностей. Наконец, вняв частыми просьбам и слезным мольбам короля, Эгидий нехотя дал свое согласие стать настоятелем монастыря. Король возрадовался и по совету Святого Эгидия, указавшего место для церквей и их число, воздвиг две церкви: одну в честь Святого Петра и всех апостолов, а другую во славу Святого мученика Привата. Церкви были построены неподалеку от пещеры Святого, в которой он долгое время в одиночестве предавался молитвенным бдениям.
   Рабы Божьи стекались туда и служили Господу согласно с монашеским уставом, следуя заповедям Божественной любви. Монастырь владел землями, простиравшимися вокруг него на расстояние пяти миль, поскольку, как говорят, именно такой путь однажды проделал Эгидий, выйдя из пещеры навстречу королю Флавию, искавшему беседы с ним. Кроме того, Божественный муж по настоятельным просьбам своей братии и князей того королевства, к коим благочестиво присоединился весь народ, торжественно принял венец священнического служения. Вознесенный этими почестями, или, лучше сказать, бременем своих повседневных обязанностей, Эгидий сурово изнурял плоть ночными бдениями, долгими постами, усердными молитвами. Поэтому, размышляя о его жизни, можно сказать, что в ней были побеждены все страсти.

Глава третья

   Управление монастырем. Прибытие к королю Карлу и возвращение в монастырь. Предсказание о скором разрушении обители. Путешествие в Рим, где Эгидий препоручил монастырь понтифику и получил от него привилегии и дары. Отъезд в монастырь. Блаженная смерть и погребение Святого
   Он управлял братией со столь очевидной кротостью, что, хотя и говорил каждодневно, что следует нести крест Господень, почитался всеми больше из любви, нежели из страха. Кто смог бы описать в немногих словах пламень веры, постоянство надежды, безграничность любви, царившие в его обители? Весть о столь великом благочестии достигла слуха Карла, короля Франции. Пожелав увидеть Эгидия и насладиться его беседой, король отправил послов, настоятельно прося Святого удостоить его своим посещением. Приняв послов и поверив всему, о чем они рассказали, Муж Божий внял их просьбам и согласился посетить короля. Отдав братьям должные распоряжения и получив все необходимое для путешествия, Эгидий отправился к королю и вскоре прибыл в Арелат.
   Когда Эгидий вошел помолиться в базилику Святого Креста, в углу храма демон устами некоего одержимого стал кричать ужасным голосом: «Увы! Увы мне! Сколько мучений я терплю из-за тебя, Эгидий! Ведь твоя праведность противна моим законам. Прошу тебя, перестань молиться, чтобы мне было позволено покинуть это место. Ведь я заперт тут и страдаю из-за тебя!». Услышав его речи, раб Божий осенил себя крестным знаменем и произнес: «Изыди, враг рода человеческого!». И тот, издав страшный рык, оставил невредимым человека, которого долго и жестоко терзал. Молва о чуде немедля разнеслась повсюду, так что все, почитавшие Эгидия прежде, стали чтить его еще больше.
   Затем Эгидий прибыл к Карлу и был с почетом принят королем. Карл убедился, что все рассказы о Святом правдивы, и попросил Эгидия остаться у него на несколько дней. Король и Эгидий часто рассуждали о презрении к миру, о стремлении к добродетели и других предметах. Среди этих спасительных бесед Карл смиренно попросил Эгидия молиться за него. Король сказал, что совершил некий позорный поступок, в котором не смеет признаться никому, даже Святому Эгидию.
   На следующее воскресенье Святой муж, как обычно, служил мессу. Когда во время богослужения Эгидий молился за короля, ему явился ангел Господень, положивший на алтарь письмо. В том письме по порядку был записан грех короля и отпущение его по молитвам Эгидия, при условии, что кающийся никогда боле не совершит подобного греха. В заключение было прибавлено, что всякий, кто призовет Святого Эгидия в заступники за любой совершенный проступок, не должен сомневаться в отпущении греха по заслугам Святого, если согрешивший оставит этот грех. Увидев письмо, муж Божий возблагодарил Господа и по окончании богослужения дал прочесть письмо Карлу. Король узнал преступление, некогда им совершенное, и, бросившись к ногам Святого, горячо просил Эгидия заступился за него перед Господом в своих молитвах. Муж Божий молитвами препоручил Карла Богу и, милосердно наставив короля, убедил его боле не совершать подобный проступок.
   Спустя некоторое время, с трудом добившись у короля позволения уехать обратно, Эгидий с большими почестями и многими дарами отправился в свою обитель. Будучи в Немаусе, он воскресил умершего там княжеского сына. Вернувшись в монастырь, Эгидий пробыл в нем некоторое время. По наущению Святого Духа Эгидий предсказал братии, что вскоре обитель будет разорена врагами. Соблюдая осмотрительность, Эгидий отправился в Рим вместе с немногими братьями, чтобы исполнить свое давнее желание и посетить место, где Петр и Павел исповедали свою веру. Святой хотел поставить основанный монастырь под власть Апостольского престола, дабы обитель никогда не была подчинена мирским властям, не сведущим в благочестии.
   

notes

Примечания

1

2

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →