Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Треть русских верит, что Солнце вращается вокруг Земли.

Еще   [X]

 0 

Сила отчуждения (Иванов Сергей)

Приключения богатыря Светлана, шагнувшего однажды из обычной московской квартиры в мир, где реальность – все то, что мы по наивности считаем мифами и легендами, продолжаются!

Год издания: 2003

Цена: 49.9 руб.



С книгой «Сила отчуждения» также читают:

Предпросмотр книги «Сила отчуждения»

Сила отчуждения

   Приключения богатыря Светлана, шагнувшего однажды из обычной московской квартиры в мир, где реальность – все то, что мы по наивности считаем мифами и легендами, продолжаются!
   Заключен поневоле мир с Горными великанами, что помогли Светлану и его супруге, королеве Анджелле, отразить нашествие Пропащих Душ. Но Восстали воины Северного Междуречья – служители `дикого бога`, дарующего своим последователям бессмертие, – бога вампиров, под знамена которого собираются все новые и новые силы черной нежити...
   И пока еще неизвестно, как бороться с возникшим из ниоткуда могущественным врагом!


Сергей Иванов Сила отчуждения

Часть I. Дорога, ведущая в крепость.

Глава 1. Королевский десант.

   По мере того, как горы отдалялись, холмы вокруг становились ниже, а лес – гуще. Нисходившее к верхушкам деревьев солнце светило, как и положено, справа, подтверждая, что всадники направляются к югу. Вдобавок, с каждым пройденным километром делалось теплее, хотя связано это было главным образом с перепадом высоты. Даже эльфские доспехи, на вид скорее парадные, нежели боевые, легкие до несолидности, начинали казаться душными. Однако снимать их не хотелось – уж очень надежными они себя показали. Такое ощущение, будто едешь в танке.
   Опять их осталось двое: два друга, два богатыря-рыцаря, король Артур и Светлан… э-э… королевин муж. Он же доверенный ее посланник в эти недружественные места – можно сказать, голубь мира… гм… эдакая птичка, вымахавшая за девять футов и под четыре центнера. (А сколько, интересно, весит страус? Уж наверняка меньше. Хотя в здешнем мире, возможно, еще сохранилась птица моа. Не говоря о драконах.) Первую часть своей миссии они выполнили, достигнув соглашения с воинственными великанами, – осталось поладить с графом де Бифом, номинальным вассалом Анджеллы и могущественным правителем Междуречья, претендующим и в королевстве на первую роль. Или же, наоборот, оторвать ему башку, если в той совсем не окажется мозгов.
   Вообще, с послом лучше обращаться аккуратно, раз уж он – богатырь, а вдобавок восседает на громадном шестиногом звере, силой не уступающем слону, но больше смахивающем на чудовищное насекомое, закованное в шипастую броню. Тем более стоит остеречься, когда таких послов двое, потому что вместе они опаснее целого войска. Собственно, поэтому им не требовалась охрана – да и кто бы угнался за их трофейными «лошадками», скоростью не уступавшими вездеходам? А совладать с шестиногами могут лишь богатыри. Либо Пропащие Души – беспощадные и неукротимые чудища, нагрянувшие на этих зверях из Провала и сразу принявшиеся истреблять сапиенсов. Первую их волну кое-как удалось погасить. Но через пару месяцев ожидался второй вал, куда более страшный, – затем и отправились самые могучие из друзей Анджеллы в этот поход, чтобы перед лицом общей угрозы попытаться сплотить вчерашних противников. Кстати, теперь, после недавней стычки с Пропащими Душами, на каждого богатыря приходилось по два шестинога. Хотя зачем трудноуязвимым и неутомимым зверюгам может понадобиться смена?
   Щурясь на закатные лучи, Артур вдруг принялся декламировать вирши какого-то здешнего поэта, прославляющие радость бытия, – не слишком складные, зато от сердца. И звучный глубокий голос его вполне гармонировал с энергичными строками.
   – Что, и тебя пробрало? – поинтересовался Светлан, когда король наконец иссяк. – Действительно, после темных глубин, откуда мы выбрались, начинаешь ценить простые радости.
   Гулко хохотнув, Артур заметил:
   – Похоже, даже киса довольна, что вырвалась из пещер, – ишь, разнежилась на солнце!
   Машинально Светлан поглядел на помянутую «кису», разлегшуюся перед ним на просторной спине шестиноге. Она вправду относилась к семейству кошачьих, хотя больше походила на гигантского леопарда – размером эдак с тигра. А еще кобрис напоминала змею, причем ядовитую. Темную ее шкуру расцвечивал изумительный узор, словно составленный из мерцающих чешуек, верхние клыки проступали из-под губы, точно у саблезуба. А при угрозе или в раздражении она распушивала гриву в капюшон, сразу будто делаясь крупней, – отсюда и прозвище.
   Это был то ли подарок Лу, Праматери великанов, то ли ее соглядатай. Скорее второе – уж слишком явственно Светлан ощущал сознание пещерного зверя. А тем более его должна была слышать Лу.
   – Или она успела полюбить нового хозяина? – прибавил Артур.
   – Когда речь идет о котах, вряд ли можно говорить о любви – скорей о доверии. Ожидать от них жертвенности, как от собак…
   – Например, от нашего Пса? – с усмешкой подсказал король.
   – Пес – особый случай, – возразил Светлан. – Слишком долго он живет и слишком хорошо знает нас. Для него люди давно спустились с небес. Кстати, и я, чем старше делаюсь, тем легче верю в плохое. Это совпадение или закономерность? Может, все сапиенсы с возрастом делаются циниками?
   – По-твоему, кобрис можно отнести к сапиенсам? До сих пор-то мне не встречались разумные кошки.
   – У каждого чуда есть пределы. В кошачью черепушку разве уместится разум? А вот у этой животины мозгов побольше, чем у любого льва. К тому ж, она прошла отличную выучку.
   – Если ты циник, – спросил Артур, – чего ж не удалишься от мира в какой-нибудь скит?
   – А я и удалился, – нахмурившись, сказал Светлан. – В сказку. Во всяком случае, люди здесь настоящие. Или лучше сказать: «стоящие»?
   – Выходит, в нас ты пока веришь?
   – Ну, ты для меня эталон – ходячий. Я по тебе себя меряю.
   – И во сколько монархов оцениваешь себя? – усмехнулся Артур.
   Теперь их послушные шестиноги бежали рядом, почти смыкаясь боковыми шипами, а их широкие спины словно бы скользили над тропой, смахивая на единую платформу. Вот если б их впрямь скрутить болтами или, скажем, сплавить…
   – Но иногда мне кажется, что это грезы, – продолжил Светлан. – И что всех вас: любимую, друзей, – я себе придумал.
   – Во всяком случае, это неплохо стыкуется с теорией Фридриха, – заметил король. – Ведь он утверждал, будто наш мир… э-э…
   – Виртуальный, – подсказал Светлан.
   – Да. Или, как он выразился, «сон мирового разума». Впрочем, иные считают, что и ваш мир – сон. И, однако, продолжают в нем жить.
   – Лишь бы он не обращался в кошмар.
   – От нас зависит.
   – От всех?
   – От всех тоже, но от богатырей – в первую очередь. Неспроста же нас одарили силой?
   – Может, и неспроста – но к хорошему ли? Начать с того, что в богатыри меня призвал Паук, колдун наш покойный, да неуспокоенный.
   Тряхнув роскошной гривой, Артур рассмеялся:
   – Он лишь разбудил твою мощь – себе на беду. И если бы знал, к чему это приведет… Действительно, ты перетряхнул королевство сверху донизу, но в итоге получилось вовсе не то, чего вожделел Паук.
   – В том и дело, что до итога еще далеко…
   – Однако алчный старик так и не прорвался к живительному роднику – напротив, он лишился всего. А вместе с ним под обвал попали чистильщики, охочие до ведьминой крови. Эти святоши на всех углах трубили, будто благополучием их одаривает Господь, но на деле они – вампиры!.. И, значит, охотиться надо на них.
   Как интересно, подумал Светлан. Оказывается, кровь ведьм – это и есть пресловутая «живая вода». Просто люди, по своему обычаю, постарались закамуфлировать свинство обтекаемыми словесами.
   – Вот этого и опасаюсь больше всего, – признался он. – Сейчас-то мы помогаем ведьмам и полумагам, спасая их от злобы чистокровок, потому что незауряды слабей. А набрав силу, как бы они не стали третировать тех, из кого вышли. Конечно, наши девочки талантливей и добрее своих гонителей – но хватит ли у них мудрости, чтобы не заделаться снобами? Если уж мои собратья-художники корчат из себя новую аристократию!..
   – Ведь наши девы и впрямь лучше, – заявил король. – И что дурного, если они станут держать толпу в узде?
   – Случайно, у тебя нет сестрички Морганы? – поинтересовался Светлан. – Может, оттого ты так потворствуешь ведьмам?
   На это Артур не ответил, однако помрачнел. Кажется, Светлан нечаянно угодил по больному – вечно его подводит длинный язык!
   Между прочим, именно ведьмы защищали сейчас королевство от Пропащих Душ. Нагрузившись мешочками с нефтью, они рыскали над лесами и болотами, высматривая чудищ, уцелевших после недавнего сражения, а наткнувшись, пытались их подпалить. Иногда это удавалось. Пока что урон противной стороны был невелик, но мало-помалу летуний становилось больше – набор в воздушные войска королевы проходил форсированными темпами. Эдак вскоре и вовсе обезлюдеет Город Солнца – «все ушли на фронт», ну да. А сколько фанатов на планете лишатся кумиров, сгинувших невесть куда!.. Хотя черт с ними, с фанатами, – уж они быстро утешатся.
   Светлан вздохнул – так тяжко, что самому сделалось себя жалко.
   – Похож я на Рыцаря Печального Образа? – спросил он. – Или ты не читал Сервантеса?
   – А-а, – догадался Артур. – Тебе опять вспомнилась Анджелла.
   – Да разве я про нее забывал? Даже если бы хотел…
   – Я понимаю. Все, кого мы любим, живут внутри нас. И значит, разлуки нет.
   Вот оно, счастье! – усмехнулся Светлан. Это – когда тебя понимают.
   – Но что печалит тебя? – спросил король. – Ты не доверяешь ее любви? Или тебя тревожат щеголи, вьющиеся вокруг королевы?
   Светлан снова хмыкнул.
   – Видишь ли, у меня нет сомнений, что я – лучший, – ответил он. – Но в то же время я уверен, что другие об этом не знают. И потом, мы с тобой так выросли за последние два дня! Как поется в одной старой песне: «Во мне самой узнает ли меня»?
   – Ну, прибавили пару футов – подумаешь!..
   – И с десяток пудов, ага. Как говорится, хорошего не бывает много. Красавица и чудовище – сладкая парочка, в сказках сплошь и рядом. Хотя и красотка… гм… с чудинкой. Интересно, как к ней относятся подданные?
   Действительно, хватит о личном – вернемся к делам.
   – Анджелла популярна в народе, – молвил король. – А кто не любит ее, тот боится. Еще бы, ведь за нее сама Преисподняя!
   – В моем лице, что ли?
   – Точно, – подтвердил Артур с удовольствием.
   – И за что ж ее почитает простой люд?
   – Тайна сия велика есть. И не настолько я понимаю простолюдинов, хотя общением не брезгую. Зато от правителей не жду хорошего – ни от вассалов Анджеллы, ни от ее соседей. Теперь самое время половить рыбку.
   – Пока текло гладко, вода не мутилась, – подтвердил Светлан. – А благой род вовсе не прибавляет благости. Даже в стране сказок власть портит великодушных… Ну, кроме тебя, да?
   – Да какая у меня власть? – хмыкнул Артур. – Вдобавок, я всегда от нее бегал.
   – Молодец, хватило мозгов. А моя женушка, похоже, увязла. Погубит Анджеллу чувство ответственности!..
   – Но разве ей оставили выбор? Разве Анджелле есть, на кого оставить страну? Сойти с трона сейчас – значит предать подданных.
   – Ну, не сгущай. Я лучше других знаю, какая умница Анджи, и все-таки – ей так мало лет! К тому ж, девица у руля… Здесь нужна холодная голова.
   – Не забывай: до последнего года Анджелла жила двумя жизнями. У нее есть и разум, и сердце. А что до устойчивости…
   – … то балластом здесь служу я? Хорошо, допустим, она на своем месте. Тогда почему от ее хлопот так мало проку?
   – Может, это и сказочный мир – в сравнении с твоим, – произнес король. – Но большинство-то людей в нем вполне обычны. И править ими бывает непросто. Думаешь, у Анджеллы большая власть? Ей подчиняются столица и ближние окрестности, прочие же земли поделены меж вассалами короны, преданными сюзерену разве на словах. А призвать их к порядку силой… Королевское войско лишь звучит грозно, а на деле состоит из дворцовой стражи, двух-трех десятков рыцарей, еще не забывших свой долг или стремящихся закрепиться при дворе, и отряда наемников с востока.
   – А почему с востока? – поинтересовался Светлан. – Дешевле обходятся?
   – И это тоже. Хотя дерутся не хуже прочих. Но, скажем, у здешнего графа армия посерьезней. Я уж не говорю о его казне.
   – А у него-то откуда прибытки?
   Артур усмехнулся.
   – Ты представляешь, что такое нормальный феодал? – спросил он. – По сути, это главарь банды численностью от пары десятков до нескольких тысяч, который волен грабить на своих землях кого пожелает, а потом сам же выступает судьей. Хорошо, если у него хватает ума не доводить подданных до бегства, – иначе доходы упадут, зато соседи станут богаче, а значит, и сильнее. Пожалуй, лишь это сдерживает алчность правителей.
   – Вернись к нашему барану, ладно?
   – Так вот, де Бифы издавна на особом положении.
   – Военном? – уточнил Светлан. – Чрезвычайном?
   – Что-то вроде. Вдобавок, у здешнего графа обширные владения, с одной стороны огражденные горами, а с двух других – реками.
   – Да помню я здешнюю карту!..
   – Трудно пожелать лучшего местоположения, верно? На этих плодородных землях кормится множество крестьян и благоденствует несколько городов, мало чем уступающих столице. Вдобавок, де Биф соседствует с Нордией, самым процветающим из ближних королевств, а заодно стрижет купцов, пробирающихся туда по реке.
   – Но это еще не всё, – проворчал Светлан.
   – Точно, – кивнул Артур. – Едва не главная из статей его дохода – субсидии, получаемые от короны. Ведь здешние графы который век воюют с великанами, обороняя северные рубежи королевства. А уж сколько из этих денег тратится на войну, а сколько оседает в сундуках де Бифа, ведает лишь сатана.
   – Выходит, это корона платит Бифам дань, а не наоборот? За, якобы, защиту от огров. Но те, похоже, не собираются никого завоевывать. Да им и не выжить вдали от гор, где за них примутся кавалерия, лучники. Этих верзил хватает лишь на ближние вылазки.
   – В том и дело. Уже не вспомнить, кто начал эту войну, однако с ней свыклись. А традиции искоренять – сам знаешь… Тем более, если она выгодна многим.
   – М-да… Что еще скажешь хорошего?
   – Все дикости нашего строя, из-за которых ты столько наскакивал на меня, в Междуречье дошли до крайности. Скажем, право первой первой ночи – согласен, мерзкий обычай! – здесь разрослось в целый месяц…
   – Медовый, что ли? – фыркнул Светлан. – Действительно, беспредел!
   – … а затем к нему прибавили право первой жизни. То есть первенца в семье, удостоенной милостью сюзерена, забирают в замок, взращивая служанку или стражника, – чему номинальные отцы, как понимаешь, противятся не сильно.
   – А на матерей плевать, да?
   – Ну, этим-то еще повезло – если сравнивать с теми, кто умирает при родах, разорванные громадным плодом.
   – Их что, подкладывают под огров? – сообразил Светлан.
   – Ходят такие слухи, – пожал плечами король. – Хотя сами бедняжки этого не помнят. Зато какие из деток вырастают стражи!
   – А уж как их любят в народе! – подхватил Светлан. – Что людей бесит более всего – это головы, торчащие над толпой. И когда, не стерпев превосходства, правители все ж срубают их, начинается такое ликование!..
   – Тебя послушать, мой друг, – ты совсем не веришь в людей, – заметил Артур. – Но ведь с каждым из встреченных ведешь себя вовсе не так?
   – Я с этим борюсь, – мрачно сказал Светлан. – И, бог даст, в конце концов себя победю. К старости едва не всякий делается мизантропом – если не полный идиот, конечно… или не блаженный.
   – И поэтому ты, рискуя жизнью, пытаешься спасти здешний люд?
   – Да я бы с радостью отошел от дел…
   – Ну?
   – Так ведь некому больше!
   – То-то и оно. Не поручать же мирные переговоры солдатам?
   – Вот вояк особенно не выношу, – признался Светлан. – Тинэйджерам-то простительно покупаться на романтику боев, но для взрослого мужика это – патология. Да им просто нравится убивать! А думать, видимо, нечем, иначе бы съехали с ума.
   – Ну, дорогой мой, если и здесь задумываться, станет не до подвигов. Конечно, каждый имеет право на жизнь…
   – Может, и не каждый, – опять усомнился Светлан. – К тому же, в горячке боя, раз до него дошло, рассусоливать опасно. Когда кто-то сам нарывается на твой меч… Видишь, – вздохнул, – я такой противоречивый!
   – Это недостаток?
   – Для богатыря – скорее всего. Он должен быть прямым, как твой двуручник.
   Хмыкнув, Артур покосился на Экскалибур, пусть не лучший из своих мечей, зато самый любимый. Новым оружием, как и нынешними латами, рыцари разжились у орков. Почти все это было сработано древними эльфами и качеством намного превосходило изделия людей. Но к Экскалибуру, массивному и огромному, с саженным клинком, украшенным двумя золотыми драконами, явно приложил руку какой-то колдун.
   – А теперь давай помолчим, – предложил Светлан. – Ты не против?
   Король не возражал. Солнце уже коснулось горизонта – самое время попытаться установить связь. Днем-то не стоило пробовать, тем более на таком дистанции. К тому ж, сейчас Анджи в наилучшей кондиции, достигнув равновесия в ежесуточных колебаниях своей сложной натуры.
   Закрыв глаза, Светлан принялся думать о жене, и постепенно ее облик проступал из тьмы, обретая формы и краски, оживая с каждой секундой. Наверно, такая связь уступала видеофонной, но для сказочной страны вполне годилась. Правда, к магии это трудно отнести. Просто бывает, что двое настроены в унисон, – даже в реальных мирах такое случается, хотя обычно лишь с ближними родичами… Кстати, не исключено, подумал он. В конце концов, оба мы – порождения Паука… так или иначе. Может, причина в этом? Вот тут и зарыт… Пес.
   И с каждым месяцем их дальняя связь совершенствовалась, обретая новые свойства. Поначалу им удавалось лишь слышать мысли друг друга, четко проговаривая те внутри себя. Затем они стали видеть образ собеседника, гораздо более изменчивый в виртуале, – к звуку добавилась картинка.
   – Негодяй, – сказала Анджелла вместо приветствия. – Если б могла – убила бы!..
   – Да зачем же самой марать руки? – ответил богатырь, усмехаясь. – Вообще, королеве приличнее говорить «казню». Не надумала еще обзавестись палачом?
   – Боже мой, Светлан!.. Ну почему ты так долго молчал?
   – Технические сложности. Во-первых, эта связь действует, видимо, только в пределах королевства – уж не знаю, как это связано с твоим статусом…
   – Во-вторых?
   – Во-вторых, в первый же вечер нас унесло в такие дали!.. И вернулись лишь сегодня утром. А день выдался напряженный. Зато прошел с пользой.
   – Рассказывай.
   Впрочем, больше это походило на показ. Из памяти Светлан вызывал картины недавнего их путешествия – ключевые, можно сказать, моменты – а королева созерцала импровизированное кино своим мысленным взором. Причем прокручивалась запись много быстрей, чем шла бы в реале, – весь фильм уместился в несколько минут.
   – Господи, – сказала Анджелла затем, – насколько легче видеть это, зная, что все кончилось благополучно!..
   – Гарантированный хэппи-энд уберегает от лишних стрессов, – согласился Светлан. – Жаль, во время съемок у нас не было такой уверенности. Кстати, тебя не смущают мои нынешние габариты?
   – Ты – богатырь, – ответила она. – Просто твое тело догоняет твой дух.
   – По-твоему, у меня дух трехметровой высоты? – удивился Светлан.
   – Возможно, и выше.
   – Еще не хватало! – испугался он. – М-да… Ладно, а что деется у вас: никто больше не выполз из подполья? Или мы уже победили всех врагов?
   – Да что могло случиться при дворе за такой промежуток? – фыркнула Анджелла. – Тут же спят до полудня.
   – Но ведь не ты? У тебя, как и у всех ведьм, ночной образ жизни.
   – Мне-то и днем было не до сна – когда ты замолчал так внезапно.
   – Ну извини, впредь постараюсь упреждать. Хотя у Бифа я не жду похожих сюрпризов.
   – Если вы и с графом разберетесь быстро…
   – То у тебя в рукаве припасено еще кое-что? – догадался Светлан. – Хочешь заслать меня дальше?
   – Меня беспокоит Луи, – сообщила королева. – Наш венценосный сосед. Что-то заваривается в его котле – не слишком приятное для нас.
   – «Но разведка доложила точно», – пробормотал он. – Ведьмы на хвостах принесли или настучала прежняя агентура, унаследованная от Филиппа?
   – Разве в таких делах помешают добавочные информаторы? Ты сам учил меня быть экономной.
   – И не разбрасываться шпионами, ага. Но ведь Луи, по слухам, достаточно богат, чтобы не зариться на добро близких. А его подданные благоденствуют – в сравнении с прочими. Зачем ему затевать войну?
   – Ты же знаешь: аппетит с годами прибывает. А Луи любит роскошь, к тому ж слывет покровителем искусств. У него что ни день, то праздник, а «зрелища» часто обходятся дороже «хлеба».
   – Король-солнце, ну да… Что, и ему нужно сделать укорот?
   – Скорее уж вразумить, наставить на путь… Ведь вам все равно по дороге? Ну, почти.
   – Ты так думаешь?
   – Учитывая резвость шестиногов, крюк небольшой.
   Они обменялись еще несколькими фразами, и связь прервалась, будто обесточили передатчик. Возможно, причина и была в нехватке энергии – магической либо какой другой. Или дело в том, что солнце погрузилось за верхушки деревьев, этим как-то повлияв на эфир. Вообще, проблемой следовало заняться вплотную… если б удалось выкроить время. А сколько других неясностей дожидаются, пока до них дойдут руки? Ногами надо ходить, ногами!..
   – Хорошо, – произнес Светлан уже вслух. – Предположим, о грядущем нашествии Пропащих Душ мы раззвоним по всему свету. Что это даст, как считаешь?
   Артур, до этого деликатно глядевший в сторону, повернул к нему гордую голову и после короткой паузы ответил:
   – Вряд ли нас воспримут всерьез – исключая тех, кто знаком с нами близко. Возможно, это и к лучшему: по крайней мере, можно не бояться паники.
   – Но ведь Лу отнеслась с доверием?
   – На то она и Праматерь, чтобы мудростью превосходить остальных. Говорят, Лу даже способна проницать будущее.
   – Ну, если учесть размеры ее мозга, а также возраст – немыслимый по нашим меркам… Тут вполне могло проклюнуться новое качество.
   – А что поведала тебе Анджелла? – спросил король.
   – Сперва я отчитался за… гм… проделанную работу. Рассказал про наше погружение в глубь времен, о тамошних перипетиях и основных персонажах, включая упокоенных… э-э… нами же. Конечно, присовокупил разговор с Лу и нашу с ней договоренность.
   – И что на это сказала королева?
   – Сказала-то она мало, больше реагировала чувствами. В целом… одобрила. Хотя наше молчание испугало Анджеллу настолько, что она не утерпела и послала подмогу. Или даже спасательную команду.
   – И кто же туда вошел?
   – Увидишь – скоро. Пусть это станет сюрпризом для тебя.
   – Надеюсь, приятным?
   – Надейся, надейся…
   Порывшись в мешке, Светлан достал копченый окорок, специально выданный ограми для зверя, и кинжалом срезал с мяса ломоть, насадив на острие. Кобрис сразу оживилась, придвинувшись ближе и нацелив глаза на благоухающую говядину, – уж она точно не была вегетарианкой. Ухмыльнувшись, Светлан принялся кормить хищницу с руки, поначалу опасаясь за пальцы… как оказалось, зря: со своими ядовитыми клыками она привыкла обращаться аккуратно. Впрочем, время от времени кобрис, своевольная как все коты, пыталась выхватить кус, но Светлан был быстрее. А воздерживаться от лишнего напора у нее хватало ума. Жеванием она себя не утруждала, заглатывала сразу. Предатор – одно слово.
   Все же кобрис был потрясающе красива. Это сочетание кошачьей грации со змеиной расцветкой… Ну как в такую не влюбиться?
   – Вот так и рождается большое чувство, – вздохнул Светлан, когда от окорока осталась только кость. – Мы ценим женщин за красоту, а они нас – за устроенный быт.
   – Жизнь делает из рыцарей циников? – заметил Артур. – На самом-то деле ты не думаешь так.
   – Об Анджелле – нет. И ведьмы в этом не замечены. Но они не делают погоды… а если и делают, то не ту. «Я ж тебя так любил, так любил!» – проныл он гнусавым голосом.
   – Это стихи? – с сомнением спросил король.
   – Этот стон у нас песней зовется, – пояснил Светлан. – Народное творчество вечных мальчиков. Через столетие потомки будут умиляться.
   Теперь окончательно стемнело, и хотя шестиногам мгла вовсе не мешала, следовало позаботиться о ночлеге – не столько ради себя, сколько из-за ожидаемого пополнения. Впрочем, Светлану тоже не помешал бы короткий привал. Как ни комфортно было мчать на таких «лошадках», в глазах уже рябило от беспрестанной смены картинок – душе хотелось постоянства, тишины. Ну, можно еще лесных птичек послушать…
   Рыцари затормозили на подходящей поляне, укромной, но не тесной, рассеченной надвое прозрачным ручьем. Спешились и разложили пожитки на траве, даже успели запалить посадочные огни, чтобы летуны не промахнулись во тьме. И только подсели к одному из костров, намереваясь перекусить, когда прибыла первая гостья.
   Над кронами деревьев к ним скользнула Жанна, прелестная и совсем юная девушка, бывшая служанка королевы, – как и положено ведьме, нагая, омытая лунным светом, а взамен метлы оседлавшая изящную конструкцию, сработанную искусником Этьеном из дерева и горсти железок. За последний год, избавясь от страха, местные ведьмы заметно прибавили в мастерстве, а особенно продвинулись ближние подружки Анджеллы. За лучшими из них даже дракон Георг поспевал с трудом – вот и сейчас он отстал от Жанны на пару минут.
   Правда, дракон прибыл с грузом, доставив к рыцарям сразу троих. Первым был Стрелок с неизменным своим луком – как всегда, тихий и стеснительный. Второй стала дива, прекрасное вместилище демонессы Джинны, сотворенное ею для контактов с людьми, а в отсутствие хозяйки безвольное точно растение, даже не подающее голоса. Третьим оказался плечистый рослый юнец, выряженный не по-здешнему. Смуглое тонкое лицо могло принадлежать персу или иранцу, легкие доспехи и широкий изогнутый меч тоже больше подходили Азии, да и звали его Бахрамом – о чем он сразу уведомил, учтиво поклонившись. В детали вдаваться не стал, прибавил лишь, что в королевство проник из-за южных кордонов, пробравшись через дикие пустоши, охраняемые драконами, – деяние само по себе нехилое. Говорил Бахрам сдержанно и без положенных Востоку цветистостей, но речь выдавала образованность, а темные глаза светились юной страстью.
   – Для полной икебаны не хватает самурая, – хмыкнул Светлан, усаживаясь на прежнее место. – Или хотя бы монгольского батыра. Кажись, Анджелла решила набрать дружину из иностранцев. Три богатыря, блин… не считая Стрелка.
   – Зато я местная, – вставила Жанна, беззастенчиво ластясь к нему. – И всегда под боком, да?
   Впрочем, у нее хватило благоразумия держаться по другую сторону от кобрис, способной убить девушку одним ударом когтистой лапы. А вот рыцарей, куда более сильных, ведьма совершенно не опасалась.
   – Ну, ты-то на батыра мало смахиваешь. – Не удержавшись, Светлан погладил ее по упругой спине, чмокнул в подставленные губы: – Ах, сладкая!.. Давайте-ка, други, не стесняйтесь, – позвал он остальных гостей. – Проголодались, небось, за время полета?
   На аппетит, действительно, не жаловался никто из прибывших. Даже Георг согласился отведать копченой форели, посчитав это приемлемым отступлением от своей обычной диеты. И «отведал» ее таки как следует, сметя порцию вчистую и не отказавшись от добавки. После чего сразу заснул, свернувшись вокруг костра в громадное полукольцо, мерцающее радужной чешуей, и сложив на спине утомленные крылья. Сейчас же Жанна приникла к его горячему боку, вполне доверяя благодушному чудищу. При этом не забыла принять изящную позу, откровенно похваляясь точеными округлостями, обретенными не столь уж давно. Несмотря на худенькую стать, плоды на этом деревце уже созрели и налились, а более крупные здесь просто бы не смотрелись.
   – Ты стала еще сексапильней, – сказал Светлан искренне. – Растешь, видимо?
   – Над собой, – засмеялась польщенная девушка. – Кто из нас вырос, так это ты – я даже не поверила сперва. Куда ты опять влетел, си-ир?
   – Долго рассказывать. Чуть погодя, ладно?
   – И Артура разнесло. Даете, а? Вас и прежде с трудом признавали за людей…
   – Ты всегда умела утешить, – проворчал он, снимая доспехи. – Не хочешь погреться о меня?
   – Спрашиваешь!..
   Скоренько Жанна сменила печку, ибо после своих полетов больше нуждалась не в обычном тепле. Как и все ведьмы, она отлично умела расходовать… гм… Силу. («Да пребудет она с нами!»). Но вот накапливать ее с той же лихостью не могла. Для того девам и требовались мужчины, эдакие естественные конденсаторы, чтобы заряжаться от них энергией. А уж от богатырей прямо полыхало – тут даже не требовалась полная близость… к счастью.
   – Слушай, а тебя-то с чего сюда занесло? – обратился Светлан к Бахраму. – Случаем, ты не принц?
   – Нет, я не знатен, – мягко ответил тот. – И хотя семьи своей не стыжусь, великими предками похвалиться не могу. А если б и мог, вряд ли бы захотел. Пусть лучше мои потомки гордятся мною.
   Похоже, скромному честолюбию Бахрама имелось на что опереться, а его статная фигура вполне годилась для героя.
   – Далеко целишься, а? – хмыкнул Светлан. – Потомки!.. А свою пери уже завел? Конечно, и без нее можно плодиться, только зваться такие детки будут иначе: в лучшем случае отпрыски, в худшем – исчадия. Да кто ж охранит их от злых духов, если рядом не будет доброй феи?
   – Всему свой срок, – произнес Бахрам. – Прежде, чем думать о наследниках, следует разжиться наследством.
   – Резонно, – признал Светлан и перевел взгляд на Стрелка: – У тебя глаз наметанный – кто-нибудь встречался на пути?
   – Пару раз замечали Пропащих, рыскающих по лесу мелкими группами, – откликнулся тот тихим голосом.
   – И всё?
   – А еще видели латников, спешащих в ту же сторону, что и мы.
   – Разглядели, кто это?
   – Святое воинство де Бройля, – ввернула Жанна, уютно устроившаяся под его рукой. – Скачут во весь опор левым берегом реки, будто от чертей спасаются.
   – Может, наконец взялся за ум? – предположил Артур без особенной надежды. – Нам бы пригодилась его команда.
   – Ага, щас! – фыркнул Светлан. – Хоть раз был он замечен в хорошем?
   – Тогда к чему такая спешка?
   – Боюсь, к худому. Жанночка, а много с Бройлем народу?
   Ведьма обратила вопрощающий взгляд на Стрелка.
   – Большой отряд, – ответил тот. – Около двух тысяч всадников.
   Бахрам кивнул, подтверждая. Светлан переглянулся с Артуром.
   – Это не только де Бройль, – молвил король. – Неужто дикие бароны все же учредили союз? Вот уж чего не ждал!
   – Союз нерушимый баронов свободных, – пробормотал Светлан. – И кто ж их сплотил, а? Ладно, если это лишь игры тамошних заговорщиков…
   – Ага, – сказал Артур. – Есть и худшие варианты?
   – Когда тупарь вроде нашего Бройля начинает выкидывать фортеля… До сих пор-то он был предсказуем, как паровоз. Если помнишь, мы оставили его возле развалин, перед этим разворошив Паучью нору…
   – И?
   – А возле входа в Подвал Безвременья нам чудилась чертовщина. Ты ведь опознал ту страшненькую тень?
   – Призрак-колдун, бывший Паук, – пробормотал Артур. – Разве он может быть опасен?
   – Для нас скорее всего нет… ежели напрямую. А вот темное и куцее сознание Бройля притягивает монстров. И стоит этим двоим состыкнуться…
   – Упаси бог! Потому барон и страшится Преисподней, что слишком уязвим.
   – От судьбы-то не убежишь. И если Паучья Тень все ж поглотила Бройля…
   А теперь Паук рвется ко мне, добавил Светлан мысленно. И что ему неймется, чего не хватает? «Отдай мое сердце», ну да… Сюжет детских страшилок. Но, может, в этом есть резон? Убив колдуна, я завладел его силой, похитил магический дар. А теперь он хочет это вернуть.
   – Ведь до сих пор баронам не удавалось договориться, – сказал Артур. – Каждый хотел верховодить – других сие не устраивало.
   – Очевидно, теперь равновесие нарушилось и Бройль подмял прочих, одного за другим. Ты знаешь, как начиналась Османская империя? Или здесь она еще не началась? И крестовиков что-то не видно. Неужто не бродите по долинам и взгорьям Азии, мстя неразумным? А кто ж будет огнем и мечом утверждать милосердие Божье?
   – На это мне нечего сказать, – пробормотал король.
   – Настоящему рыцарю всегда есть, что сказать, – поддел Светлан. – Ладно, у наших дам уже глаза слипаются – давайте придавим с пару часов. А что не доспим тут, доберем на ходу.
   Хотя для богатыря и два часа – много. Но чего не сделаешь ради хорошей компании!
   Ночь выдалась ясной, а ветер был довольно теплым. К тому же, с одной стороны поляну загородил Георг, с другой громоздились шестиноги, пыша жаром не хуже дракона. Разумеется, Артур устроил диву подле себя – впрочем, со всей рыцарской галантностью, вовсе не злоупотребляя ее покорностью. А Жанна, конечно, улеглась под бок Светлана, вместе с ним завернувшись в походный плащ, подбитый нездешним мехом, и принялась тереться о богатыря, восполняя энергию, потраченную на полет. Вот ни Бахраму, ни Стрелку не нашлось пары… если не считать за пару их самих.
   Прищурясь на догорающий костер, Светлан обмяк всем телом, жалея, что рядом нет Анджеллы. Конечно, если не вдаваться в детали и дать волю фантазии… Чем дальше, тем сильней эти две девушки делаются похожими. И, главное, никаких претензий со стороны жены!.. Уж не затем ли она и прислала Жанну? Кому ж еще доверить столь деликатную миссию, как не лучшей подруге?
   – А ты, си-ир, чего не спишь? – сонно пробормотала ведьма.
   – Тут либо спать, либо думать, – откликнулся Светлан. – А пока думается, лучше не тратить время на прочее.
   Надо же, выродил!.. А под «прочим» чего разумею? Может, как раз прочее – важнее?
   – У тебя думалка не треснет, сир? Надо, не надо – он все морщит лоб.
   – Кто-то же должен? Это у вас, летуний, в обычае сперва вляпаться по самые… гм…
   – А думаешь ты, конечно, об Анджи, – не столько спросила, сколько объявила Жанна. – Любимая косточка, хо!.. А теперь-то с какого бока обсасываешь?
   – Да вот прикидываю, кто из ближнего круга остался при дворе.
   – И что выходит?
   – Она что, решила отослать от себя всех друзей? – проворчал Светлан. – И остаться наедине с тамошним гадюшником. Как думаешь, не пора вызывать команду Бертрана? На дворцовую-то охрану надежды мало.
   – Ах, сир, ты недооцениваешь первую ведьму королевства! И потом, она так любит тебя…
   – А это при чем?
   – Да при том, что королева постарается тебя не огорчать.
   – Но если ее стараний не хватит? Что-то творится с Анджи последнее время… Нет, тут есть над чем поломать голову.
   – Ну думай, думай, – разрешила девушка и тотчас провалилась в сон, совершенно разомлев в его тепле.
   Неподалеку ворочался Стрелок, тяжко вздыхая. Его давно уже влекло к Жанне, и шалунья, кстати, вовсе не воротила нос. Но кому-то там, в дальнем зарубежье, юноша хранил верность, уже сам не зная, как избавиться от опрометчивого обещания, – еще одна жертва долга. Вот и изнемогает теперь в неравной борьбе с собой. Хорошо, парень не ревнив, а то и вовсе бы съехал с ума, наблюдая Жанкины сумасбродства. У ведьм-то свои причуды.
   Зато Артур с дивой будто умерли: ни вздоха, ни шороха. И Бахрам спал беззвучно – если спал. Когда нужно, богатыри умеют обращаться в камень, а юнец явно из этой породы: силой от него прямо пышет, в каждом движении сквозит мощь.

Глава 2. Чужестранная воительница.

   Выступили с рассветом, но предварительно простились с Георгом, улетавшим обратно в столицу. Не прошло и часа после начала похода, когда Светлан наконец сообразил, как сомкнуть шестиногов в платформу, сцепив боками. В такой конструкции тряска и вовсе не ощущалась – седоки будто скользили над бездорожьем, увлекаемые парой дюжин ног. Броневые щиты, превращавшие роговые образования на спинах чудищ в надежно защищенные кабинки, теперь укрепили вокруг общего ряда сидений, заслонившись не только от возможных засад, но и от встречного ветра.
   Жанна устроилась на коленях Светлана, обвив стройными ногами его талию, а плечами и затылком возлежа на гигантской кошке, свернувшейся перед ним в шелковистый ком, – плутовка уже успела поладить со зверем. Обе дремали, накрытые широким плащом, а из соседней кабинки на девушку поглядывал Стрелок, грустно вздыхая. Беднягу явно раздирало между верностью сюзерену, выбранному сгоряча, и томлением по шалунье-ведьме, приветливой к слишком многим, – это не считая слова, данного невесть кому. Или парню нравится себя терзать?
   По другую сторону Светлана разместился Артур вместе с дивой, по-прежнему безучастной, зато прекрасной, точно ожившая статуя. Оживить-то ее оживили, но вдохнуть душу не удосужились. Творец и владелица этого шедевра, существо бесплотное (а потому и бесполое), возникала в своей оболочке лишь изредка, вовсе не заботясь предупреждать о визитах, – но даже так сумела настолько очаровать короля, что бедняга совершенно забыл о прочих пассиях. А ведь у него такое большое сердце!
   Еще дальше, в собственной кабинке, восседал Бахрам, зорко следя за доставшимся ему флангом. С управлением шестинога он освоился за минуты – впрочем, как и ожидалось. Сил на это у парня хватило с лихвой. Вот обычных солдат тут потребовалось бы не меньше трех.
   Мимо проносились пологие холмы, похожие на курчавые макушки исполинов, мелькали гроздья деревьев, постепенно разрастаясь в немалые рощицы. Иногда путь отрядцу пересекали ручьи – точнее, шестиноги сами пересекали их, расплескивая каскады брызг и почти не замедляя хода. Ощущение скорости было, будто мчишь на суперкаре, – вот только этим зверюгам не требовалось шоссе. Вообще, чем больше привыкаешь к ним, тем симпатичней они кажутся – именно, как машины, отлично приспособленные для своих функций. Ну что красивого в авто, если не знать, для чего оно создано? Здешние рыцари на эту груду крашенного металла лишь поморщились бы. А ведь хороший кар – это произведение!
   Вдруг открыв глаза, Жанна сладко потянулась. Затем радостно засмеялась, приветствуя новый день, и вместо зарядки принялась топтаться маленькими ступнями по его обширной груди, грея подошвы.
   – Что, «молодая-звонкая»? – спросил Светлан. – Будет нам весело… э-э… всколькером?
   – А это как сам пожелаешь, на сколько хватит твоих богатырских сил, – с готовностью откликнулась дева. – Вон Геракл, я слыхала…
   – Ты меньше слушай, чего люди плетут, – хмыкнул он. – Если б герои размножались с таким пылом, все человечество давно бы стало героическим. А что видим в действительности? У богатырей иные функции, милая моя, – это ж не самцы-производители.
   – Кто говорил о размножении? – пожала плечиками ведьма. – Вот у зверей это на первом месте. А мы, цари природы, живем для радости.
   – Думаешь, у царей мало иных забот, кроме как… гм, ладно. Про монарший быт лучше спроси у Артура. Конечно, он не дурак развлечься – но часто ли ему выпадает такая возможность?
   – При чем тут короли, сир? Речь о людях – вообще.
   – Ах, о людях!.. Тогда поспрошай у здешних крестьян, зачем они живут.
   – Ну о чем с ними можно говорить? Такие пни!..
   – Понимаешь, им приходится вкалывать от зари до зари – некогда расти над собой.
   – А нечего плодиться, точно кроли, – с неожиданной злостью бросила ведьма. – Всё для детей – ха!.. Да просто они до чертиков боятся смерти.
   – И что, их можно понять – это общая потребность. Одни проникают в вечность через славу, другие – через свое потомство.
   – Да кому они сдались там? И ведь чем дрянней человечишка, тем сильней ему хочется наследить!
   – У тебя что, девонька, свежие комплексы появились? – поинтересовался Светлан. – Ты б сперва от прежних избавилась.
   – Ну не люблю я простаков! – сказала та. – Не-люб-лю. Вот такую фурию из меня сделали. Или даже гарпию.
   Усмехнувшись, он возразил:
   – Видишь ли, я-то знаю, что в душе ты – добрая девушка. Возможно, имеет смысл почаще напоминать тебе об этом?
   – Ну, может быть, – подумав, согласилась Жанна. – Где-то в самой глубине.
   В лесу пришлось разделиться – для четырехзвенной платформы здесь было тесно. Хотя двух шестиногов, своего и соседнего, Светлан оставил в сцепке, чтоб управлять сразу обоими. А что делать? Наедине с таким зверем худощавому Стрелку пришлось бы туго, а Жанна вовсе не стремилась парню помочь, разнежившись на коленях Светлана.
   Разговор иссяк. Не слишком комфортно общаться, когда по бокам, в опасной близости, мелькают толстенные стволы, а голоса раз за разом заглушает треск кустов, взламываемых безжалостными шестиногами. Но мчались звери по-прежнему вровень, будто связанные невидимым тросом.
   Внезапно кобрис насторожилась, вскинув голову на гибкой шее. Тотчас и Светлан ощутил новый запах, совершенно незнакомый ему и, однако, показавшийся отвратительным.
   – Это еще что за мерзость? – удивился он, притормаживая шестиногов.
   – Шарки, – откликнулся Артур, тоже сбрасывая скорость. – Похоже, целая стая. И кого-то они взяли в оборот.
   Действительно, на тропе, куда они как раз выскочили, четко отпечатались следы копыт, еще совсем свежие. И неслась лошадка во весь опор, перепуганная насмерть.
   – Ну ни дня без приключений, – сказал Светлан. – Вот такие у нас, у царей, радости – прямо обхохочешься.
   С шарками он пока не встречался, но на картинках видел. Больше всего чудища походили на торпеды, переделанные для охоты на суше, – обтекаемые, приземистые, с длинными телами и мощными лапами. Их акульи пасти легко сминали любые кости, позволяя за секунды одолеть и тура. Почему-то водились шарки лишь вблизи гор, вытеснив из здешних мест как волков, так и зверей покрупней, вроде медведей или пум, и отличались свирепостью, почти равной безумию. Отпугнуть их было еще труднее, чем убить.
   – На кого люблю охотиться – это на охотников, – проворчал король, поворачивая своего зверя. – Ну, вперед!
   Впрочем, понукать шестиногов не требовалось. Низко пригнув головы, они мчали по следу, точно оголодавшие хищники. На зелень звери уже не обращали внимания, предвкушая трапезу посытней. Их бег сделался еще стремительней, хотя казалось: куда больше? Изгибам тропы всадники следовали не строго и где можно срезали углы, проторивая новые ходы в непролазных зарослях, – такие столкновения бронированных тел с хлипкими растениями напоминали взрыв. Любопытно, а какие мощности развивают шестиноги? По ощущениям, как у лучших каров – эдак под тысячу лошаков. Неужто и впрямь? Что-то запредельное!..
   К счастью, гнать пришлось недолго. Развернувшись в ряд, четверка шестиногов единой волной вырвалась к речному обрыву и тут затормозила, вспахав когтями землю. Все-таки они опоздали с помощью – в том смысле, что управились без них.
   Схватка произошла на самом берегу и была, судя по всему, жаркой. Во всяком случае, после нее победитель захотел охладиться в прозрачном потоке и смыть с себя кровь – к счастью, чужую. А тут, как нарочно, и зрители подоспели.
   Поглазеть, кстати, было на что: сложение без единого изъяна, бронзовая кожа, под которой перекатывались мышцы отменной формовки, копна темных волос, отливающих медью. И точеное лицо с нездешними чертами, и высокая упругая грудь, и сухая талия, будто стянутая незримым корсетом, и крепкие бедра, вовсе не похожие на мужские, зато отлично контрастирующие с сухими коленями и узкими щиколотками, и безупречная стройность – несмотря на мускулатуру. Конечно, красотка на любителя, но когда видишь такую гармонию, подправлять в ней не хочется ничего – just perfect, вот именно.
   Судя по разбросанным вокруг телам, наводящим жуть даже сейчас, с «конем на скаку» у этой девы не возникнет проблем. Как и с «горящей избой», буде ей вздумается туда зайти. Акция была проведена на высоком уровне – чувствовался почерк мастера.
   Вдруг оказавшись на виду стольких мужчин, вовсе не выглядевших безобидными, девушка не смутилась, не попыталась спрятаться или закрыться, а лишь подвинулась ближе к доспехам, сложенным на валуне, озирая новых персонажей настороженно, но без тени испуга. И по этим быстрым шагам, с легкостью рассекающим воду, Светлан смог оценить ее силу. Эх, ничего себе!.. Кажется, нашего богатырского полку прибыло.
   Щадя стыдливость купальщицы, Артур уже смотрел в сторону, зато Бахрам пялился на нее во все глаза, сверкая восторженной улыбкой. А Стрелок нежданно залился румянцем, будто за последний год не успел свыкнуться с женской наготой. Или дело в том, что эта красотка мало походила на бесстыдниц-ведьм? То есть и она вовсе не стеснялась своего тела, но отпущенной красотой, похоже, не злоупотребляла. К тому ж, в ее арсенале это средство – не главное.
   – А я гадал, кому сбагрить четвертого шестинога, – сказал Светлан, среди изувеченных тел разглядев пегую лошадь, не пережившую заварушки. – Милая, ты не против, если наши зверьки приберут тут? Да и мы хотели бы размять ноги.
   – И языки, да? – негромко хмыкнула Жанна.
   Успев разобраться в ситуации, силачка приглашающе махнула рукой и уже без опаски возобновила купание, грацией вряд ли уступая русалкам. Отпустив шестиногов кормиться, гости устроили привал чуть выше по течению, решив, раз уж так сложилось, позавтракать на берегу. Согревшись на утреннем солнце, Жанна выпорхнула из плаща и живенько обустроила место, разложив припасы с живописной небрежностью. Мужчины тоже разоблачились – кто до штанов, а кто и вовсе, рассчитывая окунуться после трапезы.
   Немного погодя к ним подошла незнакомка, встряхивая мокрыми волосами и даже не позаботясь одеться, – вольность неслыханная по здешним меркам. Впрочем, нагота девы вовсе не перевешивала впечатления, производимого чудесным ликом: длинные яркие глаза, небольшой нос с изящными ноздрями, столь же аккуратные уши, твердые скулы без единой морщинки, чуть впалые щеки, чеканная линия подбородка и неожиданно сочный рот – что называется, чувственный. А овал лица до того правильный, что пробирала дрожь.
   Уронив увязанное в узел снаряжение, воительница без церемоний примкнула к кружку, опустившись упругим задом на речной голыш. Какая осанка, а? Достоинства ей не занимать – уж это наверняка. А порывистость ее движений вполне уравновешивалась координацией – иначе б она не вылезала из травм.
   – Вы впрямь уступите рогача? – спросила девушка. – Предупреждаю: у меня мало монет.
   Голос оказался красивый и сильный, ей под стать. А слова она, похоже, не расходовала впустую.
   – Мы отдадим зверя за улыбку, – галантно сформулировал Артур. – Вы же сумеете с ним совладать?
   Сжав кисть в небольшой, но твердый кулак, девушка усмехнулась, показав жемчужные зубы с четкими треугольниками клыков. И что, этот оскал у нее вместо улыбки? Но все равно – смотрится замечательно.
   – А если захотите, поедем вместе, – добавил король. – В нашей компании нехватка прекрасного пола.
   – Зато теперь будет поровну, – прибавил Светлан серьезно. – Считая киску.
   По очереди воительница оглядела каждого, будто определяла цену, опять чуть вздернула верхнюю губу.
   – Меня зовут Лора, – сообщила затем. – По-моему, вам не нужна охрана.
   – За других не знаю, – сказал Светлан, – но мне пригодилась бы. А дорого возьмешь?
   – С вас довольно и рогача, – подумав, решила девушка. – Не люблю оставаться в долгу.
   – Ишь, – хмыкнул он. – А мы хотели тебя спасать. И во сколько ты оценила бы свою жизнь?
   – Ну ладно, не нападай, – поспешил Артур к ней на выручку. – Что ж вы не едите, сударыня? Не хочу хвалиться, но все яства прямиком со стола здешней королевы.
   Уверившись, что Лоре до фонаря чужие взгляды, теперь и он глазел на гостью, щурясь от удовольствия.
   – Ну, раз я уже на службе…
   Второго приглашения не понадобилось. Рассевшись с полной непринужденностью, дева продемонстрировала, что в здоровом теле и аппетит обычно не хилый. Хотя придворные изыски не произвели на воительницу особого впечатления – видно, она предпочитала пищу простую и сытную.
   А Светлан тем временем приглядывался к ее доспехам, удивляясь все больше. Нет, в самом деле: чудное вооружение. Конечно, в общем русле древних железок – но вот определить по ним страну, расу, эпоху… Не могла ж эта краля свалиться с иной планеты?
   Что-то не припоминаю женщин-богатырей, подумал он. Для них и термины-то не придуманы. Не звать же бедняжек богатырками? Или, скажем, богатырицами… Но кучка впрямь собирается могучая! Надо ж, герои множатся на глазах – притягиваем их, что ли? Сперва Бахрам, лицо восточной национальности, теперь Лора, вообще взявшаяся невесть откуда. Эдак скоро набежит целое войско, и вот тогда, выстроясь свиньей, мы с топотом и гиканьем ринемся спасать человечество. Или лучше отправиться за золотом руном? Золотишко-то – всегда в цене!..
   Насытясь, двинулись купаться – даже Стрелок не устоял. Успевшая высохнуть Лора поддержала компанию, сразу показав себя хорошим товарищем. Тихая речка забурлила от богатырских гребков, мощные тела носились по ней глиссерами. А особенно веселилась Жанна, повизгивая от прохладной воды, забираясь на спину то одного, то другого богатыря, даже перепрыгивая на ходу – эдакая наездница, укротительница дельфинов. Ничего себе, праздник плоти, посмеивался Светлан. Или все-таки духа? Так выпьем же за гармонию!
   Но все хорошее кончается раньше, чем хочется. Когда пловцы, нарезвившись, выбрались из воды, шестиноги успели очистить берег от свежего мяса, не оставив даже крови, словно бы схрумкали ее вместе с песком. Да и время уже поджимало – как водится, потехе час.
   Пока одевались, Светлан продолжал разглядывать Лору, точней ее странную оснастку, получая все новую пищу для своих подозрений. Конечно, и здешний мир не в ладах с реалиями, но до сих пор тут не нарушали стиль. Выходим на новый виток, да?
   Легкие латы воительницы несколько напоминали сбрую, зато были изумительного качества, вдобавок сработаны столь изощренно, словно их конструкция совершенствовалась тысячелетиями. Оказалось, воинский наряд Лоры вовсе не скрывал ее пол, скорее подчеркивал – сапоги на щегольских каблуках, решетчатые полусферы для грудей. И в этом был резон: с женщиной мало кто сразу начинает биться в полную силу. В таких делах фора не повредит… конечно, если не эмансипе, в чем Лору трудно заподозрить. Уж она не станет убавлять свои шансы, потворствуя комплексам. Наверно, перед боем специально снимает с себя лишнее, оставляя одни доспехи.
   И все ж хотелось бы взглянуть ближе на ее оружие. Что это за сплав такой? И узоры оч-чень занятные. Не говоря о форме. Такое разве в кино встретишь. Уж не смотрела ли девонька те же фильмы, что и Светлан? Но на продукт его эпохи Лора тем более не походила.
   За рекой опять начались луга, что позволило сомкнуть шестиногов в прежнюю платформу. Глухой перестук многих лап сливался в ровный гул, будто они катили на лимузине, тряска теперь не ощущалась и вовсе, прорывавшийся из-за броневых щитов ветер трепал волосы. Жанна вновь погрузилась в сон, разлегшись на Светлане и кобрис. А в соседней кабинке, вместе со Стрелком, теперь восседала Лора, на диво быстро освоив управление. С другого бока девушку занимал (или донимал) светской беседой Артур, осторожно пытаясь выведать ее происхождение. Но она умело уходила от вопросов, загадочно ухмыляясь, – видно, уже накопила в этом немалый опыт. Опасаясь тревожить спящих подружек, ведьму и кошку, Светлан помалкивал, однако не пропускал ни одного слова их новой спутницы, больше обращая внимание на интонации. А с другого края платформы так же старательно внимал Бахрам, светясь задумчивой улыбкой.
   Судя по всему, Артур уже готов был отступиться, когда неожиданно заговорила его напарница-дива, словно бы ожив:
   – Подозреваю, там, откуда пришла Лора, силачам приходится туго.
   Оба рыцаря, Светлан и Артур, разом вперили взгляды в ее лицо, тотчас распознав демонессу, несколько дней назад напророчившую скорое нашествие Пропащих Душ. Итак, она (он, оно?) вновь удостоила людей визитом, наведавшись в подчиненное тело.
   – С чего это? – быстро спросил Светлан.
   – В тех краях слишком много магии, – охотно пояснила Джинна. – Со здешними не сравнить.
   – То есть это еще один мир, да? Не другая страна, даже не материк… Следующий шаг на пути к Хаосу. И как же выбралась оттуда Лора?
   – Ах, витязь, витязь, – укоризненно сказала дива. – Тебе ли об этом спрашивать?
   – Считаешь, и ее забросили? Но ведь не Паук!.. Да и зачем, какая ее роль в нынешнем кризисе?
   – Об этом ведает лишь режиссер. Тебя ж тогда не стали знакомить со сценарием? Бывает, что и богатырей дергают за нити.
   – Зато я изменил финал, – парировал Светлан. – А за что меня дергали, лучше не вспоминать.
   – Сказала бы я!.. – хохотнула Лора.
   Живя среди мужчин, она, видно, привыкла к скабрезностям – в отличие от Артура, не одобрявшего таких шуток.
   – Богатырями трудно управлять, – заметил он сухо. – Они плохо поддаются чужой воле и сторонним чарам.
   – Ты уверен? – усмехнулась воительница.
   – Ты ведь слыхала про Паука, – сказал Светлан. – Как оцениваешь?
   – Нормальный маг, – пожала она плечами. – Не слабый, понятно, но я видала и посильней.
   – Ого! – произнес Артур. – Что ж это за край, где Паук попал бы в середнячки? Не хотел бы я там жить.
   – А-а, теперь понимаешь, каково пришлось мне! – засмеялся Светлан. – Хотя, если и там прибавят силу… Может, их мир столь же насыщена магией и так же влияет на сапиенсов, как прошлое, в котором мы побывали?
   – Лучше подумайте, зачем Лору послали сюда? – ввернула дива.
   – Неужто, чтобы рассорить нас? На шамаханскую царицу она мало смахивает. Конечно, девочка сексапильная, в самом соку…
   – А ты добрый, – оценила воительница, как видно, не избалованная лестью. – Наверно, и ласковый, да?
   И поглядела на него с интересом. Все-таки сильным женщинам непросто: пока сыщешь такого, кто не слабей!..
   – Не мне судить, – пробормотал Светлан, вдруг смутившись.
   Легко быть смелым, пока вокруг – робкие. А как наткнешься на более раскованного… э-э… раскованную… И кто поручится, что он пялился на прелести Лоры вполне бескорыстно? До королевы, говорят, далеко… То есть воли-то себе он, понятно, не даст, даже в мыслях. И все ж тело – такой предатель!
   – А каковы, интересно, ваши богатыри? – спросил он.
   – Ну, дядя, – усмехнулась девушка. – Среди них такие есть!.. Не дай бог с ними столкнуться.
   «Среди них» – отметил Светлан. То есть себя Лора не относит к богатырям, хотя по здешним меркам… Он попробовал представить мир, где Одаренных большинство… или, по крайней мере, немалая доля… и ему сделалось зябко. Нет, лучше уж ходить в исключениях!
   – Вообще-то, и мы шиты не лубом, – не удержался Светлан от похвальбы. – А если перечислить всех, кого мы уложили в грязь…
   – Может, и горы способны двигать?
   – Горы-то нам пока не по силам, – признал он. – И небо на плечах не держали. Но вырвать с корнями дерево… ежели не очень большое. То есть бульдозер вполне сможем заменить.
   – Лучше бы танк, – сказала Джинна. – На одной силе не выедешь.
   Все ж удивительно, насколько менялась дива, когда в ней возникала демонесса. В каждом ее жесте, в каждом изгибе теперь сквозили редкие качества, проступала диковинная личность. А как очаровывал глубокий голос женщины, как завораживал ее лик, когда их наполняла страсть и подчинял пронзительный ум!.. Понятно, почему при каждом визите Джинны король лишь пару минут спустя обретает речь. Если бы у Светлана не было иммунитета к чужой красоте – в лице (и фигуре) Анджеллы…
   – Вот танки относятся тут к запрещенному оружию, – откликнулся он. – Или ты намекаешь на мой скрытый потенциал? Но ведь кодексом поединщиков запрещено применение магии.
   – Господи, вы не наигрались еще? – фыркнула демонесса. – Тут о выживании речь, а они о кодексе беспокоятся!..
   – Женщина, да что ты понимаешь в хорошей драке?
   Улыбнувшись словно комплименту, Джинна забросила изящные ступни на передок кабинки, да еще поддернула просторную юбку, оголив ноги едва не до талии. Судя по всему, эта игра нравилась ей все больше, а пребывание в женском теле, вдобавок совершенном, доставляло отменное удовольствие. Да и кто бы отказался?.. Кроме мужчин, понятно.
   – Всё не так просто, – продолжал Светлан. – Я пока не могу утверждать с уверенностью, но впрячь «коня и трепетную лань» в одну… э-э… телегу всегда было сложно. А по себе ощущаю, как два этих дара уже начинают конфликтовать друг с другом. К чему это приведет: к аннигиляции, к новому взрыву? И что тогда останется от меня?
   – Рожек у тебя вроде нет, си-ир, – задумчиво промурлыкала Жанна, открыв глаз. – А насчет ножек… Ну, это не самое ценное в мужчине!
   Светлан погрозил ей пальцем. Лора одобрительно хмыкнула.
   – Оставим вопрос открытым, – предложила Джинна. – Здесь тебе придется думать и решать самому.
   – И выбирать, ага, – буркнул он. – Быть сильным или умным… точнее, умелым. Уж лучше тогда чередовать – скажем, по дню. От многих знаний, знаешь ли…
   – И выбирать, – подтвердила демонесса. – А вздумаешь чередовать – обзаведись секретаршей, чтобы не путать.
   – Я пойду! – вызвалась Жанна, а Лора теперь глянула на нее, оценивающе прищурясь. И что она взвешивает, интересно?
   Между прочим, внезапное преображение дивы могло удивить здесь, пожалуй, лишь Лору, но силачка отнеслась к появлению Джинны спокойно, словно в своем мире уже сталкивалась с подобным. Или просто не любит тратить нервы на ерунду? Чего переживать, когда другие спокойны!..
   – Собственно, я веду вот к чему, – продолжала Джинна, рассеянно расшнуровывая лиф, слишком тесный для ее куполов. – Пропащие Души, которые нагнали на вас столько страху…
   – На нас? – удивился Светлан.
   – А разве прилично рыцарю перебивать даму?
   – Хо, – сообразил он. – Так это была провокация!.. Ну извини.
   Жанна хихикнула.
   – Так вот, Пропащие вполне могут оказаться лишь звеном в цепи бед, накатывающих на этот мир.
   – Кажись, о втором звене мы уже знаем, – сказал Светлан.
   – Знаете, да не всё. По-твоему, это лишь Паук и бароны? А не хочешь испытания по полной программе?
   – Ну, пошли загадки!.. А почему не выразиться ясней?
   – Во-первых, я демон, – возразила красавица. – Во-вторых, женщина… Сам же подбил меня на эту роль!
   – А ты очень противилась, да? Похоже, эта роль наделась на тебя как перчатка. Может, вы, демоны, изначально ближе к… э-э… прекрасному полу?
   – Может быть, может быть… Такой тезис требует осмысления.
   Конечно, Джинна доигралась со шнуровкой: вольнолюбивые перси вырвались-таки на простор, торча задорными сосками, а края выреза соскользнули по матовым плечам к самым локтям. Эдак по степени раздетости она вскоре уравняется с Жанной, дальше которой, вообще-то, ехать некуда. Бедняга Артур!.. А тут даже уединиться негде, разве только обтянуть кабинку плащами. Или отпустить их хотя бы на час в ближние заросли? Вот демонесса наверняка не отказалась бы от новых впечатлений, если бы смогла сейчас задержаться дольше, чем в прошлые разы.
   – Хорошо, – сказал Светлан, – и как это стыкуется с выходом Лоры? Она-то на чью мельницу льет воду?
   – Девочка – честный наемник, – сообщила Джинна. – А ее услуги купили вы. Так что, если тут каверза, то исходит не от Лоры. Что же до долгосрочных прогнозов…
   – … то события такого масштаба ты не предсказываешь, – заключил он. – Куда трудней угадать поведение одного человека, чем больших групп.
   – К тому ж, Лора могла попасть сюда и случайно, без чьего-либо умысла. Но то, что ее мир настолько сблизился с вашим…
   – … настораживает, верно. Уж не в этом ли причина нынешних катаклизмов?
   – Ты сам это сказал.
   – Но ведь я не демон? Мало ли что сболтнешь!.. Человеку-то свойственно – в отличие от вас.
   – Осталось выяснить, что есть человек и подходишь ли ты под это определение, – улыбнулась Джинна.
   – Тут ты меня уела, – помрачнел Светлан. – Хотя ничто человеческое… н-да… Стало быть, сей сказочный мир сблизился с… еще более сказочным. А там уже рукой подать до Хаоса.
   – Ну-у, так уж и рукой, – бархатным голосом пропела Джинна и вытянула подальше ногу, словно бы затем, чтобы лучше ощутить встречный поток.
   А Жанна опять закрыла глаза, возвращаясь в сладкую дремоту. Надо признать, вела себя она достойно. Хотя за последний час из неоспоримой звезды здешней компании, главного его украшения, обратилась в одну из трех претенденток на это высокое звание, а соперницы у нее – одна другой ярче. Но ведьмы и тут не как все: без жесткой конкуренции им даже скучно. Впрочем, каждая из этой троицы хороша по-своему: и сама Жанна, совсем недавно проклюнувшаяся из подростков, прямо сияющая юной прелестью; и грациозная силачка Лора, чьи точеные мускулы вовсе не портили фигуры; и, уж конечно, Джинна – эдакое наглядное пособие для демонстрации пика женского расцвета, увы, скоротечного у большинства дам.
   Впереди снова заблестела вода – путь отрядцу преградило озеро, раскинувшееся на километры, с разнокалиберными зелеными островами и многочисленными отмелями, поросшими камышом. Огибать его не стали, двинулись напрямик, благо у шестиногов хватало плавучести. Скорость, понятно, снизилась, однако не сильно, словно бы под поверхностью живой плот разгоняли мощные моторы. Погрузив ребристые головы в воду, шестиноги занялись рыбалкой, похоже, запасаясь энергией впрок, – будто им мало недавнего пиршества!.. Впрочем, следить за их охотой было занятно. А броневые щиты, вовсе не обязательные посреди большой воды, опустили по сторонам, точно борта грузовика.
   Встречный поток уже не так остужал, да и солнце поднялось к зениту, начав припекать совсем по-летнему. Теперь и Светлана стало клонить в сон. Артур увлеченно шептался с дивой, скорее всего воспрянувшей ненадолго. Стрелок изо всех сил старался не вслушиваться. Привольно развалясь на широком сиденье, красавец Бахрам мечтал о чем-то далеком и глубоко личном. А новая их спутница откровенно наслаждалась покоем, по примеру Джинны закинув босые ноги на передний щит. Ступни сладостно терлись одна о другую, точеные пальцы шевелились – возможно, не намеренно.
   На минуту Светлан все же заснул, и тотчас ему пригрезилась Анджелла. Он так явственно ощутил ладонями ее тело, что бросило в дрожь, даже сделалось жутко, когда очнулся. А разбудила его, по-видимому, Лора.
   – Отличные у вас рогачи, – заговорила она, обратив лик к Светлану. – Не думала, что водятся здесь.
   Кажется, Лора чувствовала себя свободней с ним, чем с Артуром или Стрелком. А может, услышала его безмолвный призыв… хотя тот был обращен не к ней. Но если откликаться силачка умеет не хуже, чем притягивать…
   – Я тоже, – пробурчал он в ответ. – Лучше б и дальше питал иллюзии.
   Дева негромко рассмеялась, оценив шутку. Во всяком случае, на дурочку она не похожа.
   – А это что за фиговина? – спросила Лора, указывая на голову его шестинога, увенчанную подобием вычурной короны.
   – Огнемет.
   – Чего? – не поняла она.
   – Сию прыскалку извлекли из пасти огневика, дополнили кое-чем, – пояснил Светлан. – Наш посильный вклад в боевой арсенал человечества.
   – И что, крепко бьет?
   Оживившись, Лора повернулась к нему всем телом, а Стрелку предоставила для обозрения выпуклый зад, щедро оголенный доспешной сбруей, – что вновь ввергло беднягу в краску. Теперь он и в эту сторону боялся смотреть.
   – Ну, не как у прототипа, – ответил Светлан. – А все равно – мало не покажется.
   – Ничего себе, – восхитилась она. – Сам додумался?
   – Идея моя, а воплотить нашлось кому.
   – Еще и умный, ишь!.. А кого жарить станете?
   – Надеюсь, до этого не дойдет. Мы – мирные люди.
   – Притом запасливые, – кивнула девушка, будто слыхала песню про бронепоезд. – И при случае готовы любого пустить на фарш.
   Со вздохом Светлан возразил:
   – Я больше не ем мяса.
   – И давно?
   – Уже двое суток.
   – А почему?
   – Видишь ли, золотце, – сказал он, – когда крутишься среди людоедов, приходится впадать в иную крайность, чтоб погасить их дурной пример. Это как при крене на судне.
   – Не будь занудой, – отмахнулась Лора. – А сейчас можешь пальнуть?
   – Тебе вздумалось поджечь озеро? – Светлан покачал головой: – Нет, у нас не так много припасов. Бог даст, вскоре увидишь… точнее, не дай бог.
   Силачку не обескуражил отказ, скорее она ждала этого. И сейчас же кивнула на кобриса:
   – Это то, что я думаю: домашняя киска Лу?
   – Ты неплохо осведомлена.
   – Выходит, вы в сговоре с ней?
   – У цивилизованных людей это зовется соглашением. А мы как бы королевские послы.
   – Значит, ты – тот тип, что у королевы в хахалях?
   – Ну… примерно так.
   – И раскуроченного на детали огневика пришиб тоже ты? А после – Паука?
   – Мне повезло, – молвил Светлан скромно. – К тому ж, помогли.
   – Тогда и мне повезло – что встретилась с вами.
   – Ты уверена?
   Лора показала ему симпатичный кулак.
   – Это к чему? – удивился богатырь.
   – Во-первых, – она выпрямила большой палец, – с вами не поскучаешь. Во-вторых, – расправила указательный, – у вас можно многому научиться. В третьих, – выдвинула средний, – королева, по слухам, хорошо платит. В-четвертых, – пришел черед безымянного, – вблизи нее проще подняться.
   С подозрением Светлан уставился на сжатый мизинец Лоры.
   – А что у нас на десерт? – поинтересовался он.
   Открытой ладонью девушка дотянулась до его губ, а прищуренный ее взгляд дополнил намек. Озадаченно вскинув брови, Светлан крякнул. Конечно, лестно, когда тебя выбирают, но оказаться в списке предпочтений на пятом месте, после учебы, заработка и карьеры…
   – Спасибо за доверие, – пробормотал он. – Но тут к этим вещам относятся серьезней, чем, видимо, у вас. Не думаю, что королева одобрит твое предложение. А обманывать ее…
   – Она поймет, – произнесла Лора уверенно. – Ты мужчина, к тому ж богатырь и не можешь служить в полную силу, когда думаешь не о деле. Тебе нужно сбрасывать лишки – зато мне они сгодятся. И королеве это выгодно, раз я вступила в вашу команду. Ничего на сторону, ясно? Хорошо всем.
   – Н-да? – сказал он с сомнением. – Любопытная трактовка верности. Обсудим ее на досуге, ладно? В ближайшие дни у нас плотный график, вряд ли удастся втиснуть еще что-то.
   Как будто таким доводом можно образумить женщину!..
   – Не против? – спросила Лора, поднимаясь. Окончательно покинув Стрелка, она перебралась в кабинку Светлана, втиснулась на его сиденье. Присутствие Жанны и кобрис, пусть и спящих, ее совершенно не стесняло, – на зверя эта нахалка даже забросила ноги, точно на пуф. Кажется, она и впрямь способна оседлать любого… э-э… жеребца. Какой напор, а? Естественность без границ.
   – Девонька, тебе сколько лет? – осведомился Светлан. – Может, не стоит так спешить?
   – Мое дело, да? – отрезала Лора. – Королева тоже не старуха. И при моей работе глупо откладывать на потом.
   – Да уж, работенка у тебя… Но, думаешь, у королей жизнь спокойней?
   – Когда взойду на трон – узнаю.
   – Ох, лучше не надо!.. А что, – спохватился он, – такой вариант реален?
   – Всякое случается, – сказала Лора уклончиво.
   Щурясь от удовольствия, она гладила подошвами изумительную шкуру кобриса, вдавливала в нее подвижные пальцы, захватывала ими шерсть. Как ни странно, кошка не возражала, лишь урчала все громче, будто и ее заводили эти ласки. Вдруг открыв глаза, Жанна пристально посмотрела на новую компаньонку. Ну, если еще и ведьма подключится…
   – Земля, – громко произнес Светлан, кивая вперед. – И, по-моему, нас встречают.

Глава 3. Версия де Сэмпре

   – А-а, ты тоже заметил! – спокойно констатировал Артур, отвлекаясь от разговора с соседкой. – Ну-ка приблизь их.
   Достав монокуляр, Светлан наставил его на рощу и поводил им от дерева к дереву, задумчиво насвистывая.
   – Сотня или чуть больше, – сообщил он. – Первый ряд – пешие. За ними конники, уже готовые к атаке. Вооружены неплохо, хотя вразброд. С дюжину рыцарей во главе. В общем, серьезные ребята, не самодеятельность.
   Солдаты, верно, полагали, что спрятались надежно, и вряд ли ожидали сложностей, когда дойдет до высадки. Этот плотик выглядел так безобидно, едва возвышаясь над водной гладью, – разве двигался слишком резво и неясно, за счет чего. А опасаться горстки людей, беспечно предававшихся безделью, не удосужившихся облачиться в доспехи, наполовину раздетых…
   – Они сильно удивятся, когда наши зверюги выберутся на берег, – хмыкнул король. – Имеет смысл расцепляться, как думаешь?
   Светлан покачал головой, перебирая варианты. Конечно, можно отвернуть в сторону, высадившись в другом месте, но даже шестиноги вряд ли смогут вплавь обогнать конницу.
   – Лора желала увидеть огнемет в действии, – сказал он. – Пожалуй, стоит потратить заряд-другой.
   – Демонстрация силы? Ну, ты стратег!
   – Похоже, парни из тех, кто начинает думать, когда от мозгов остается месиво, – а таким встряска не повредит. Вряд ли ж они понимают, с кем связались?
   – Понимали б – не связывались бы, – согласился Артур. – Жаль, у нас только две прыскалки. Представляешь счетверенный залп?
   – Извини, но у дракоши было три головы, – напомнил Светлан. – И то одну стибрили. А другого где взять? Я ж не виноват, что огневиков не выводят в инкубаторах.
   Благодушно хохотнув, король сказал:
   – Пора поднимать щиты. Еще начнут сдуру палить!..
   Без суеты они восстановили на суденышке круговую защиту, обезопасив себя от случайных стрел, и так же, не спеша, стали облачаться в латы. Вернувшись на прежнее место, Лора скоренько закрепила на себе сбрую и с полной уверенностью взялась за поводья, до последней секунды придерживая голову шестинога под водой.
   И когда громадные звери, нащупав под собой дно, стали вырастать над поверхностью, все выше вздымая страшные черепа, показывая себя во всем Провальном великолепии, у многих храбрецов, затаившихся в кустах, отвисли челюсти. Если в здешних краях кто и натыкался на Пропащих, то рассказать об этой встрече уже не мог, – так что такая картинка была солдатам внове.
   Сигнал к атаке все же прозвучал, и нехотя они стали выдвигаться из рощи, разворачиваясь в боевую шеренгу. Но тут Светлан с Артуром, тщательно нацелив огнеметы, выпустили по длинной пламенной струе, разом запалив два дерева перед самым строем, – и латники попятились, вовсе не желая превращаться в факелы. Уж про огневиков здесь были наслышаны, а иные могли и видеть.
   – Командира ко мне! – рявкнул Артур, перекрывая треск костров. – Кто за главного, ну? Именем королевы!..
   Таким голосом можно изображать громовержца, покрикивая с верхотуры, и на солдат он произвел впечатление. Через минуту от строя отделились трое всадников в рыцарском облачении и настороженно приблизились к ходячей крепости, в сравнении с которой они выглядели карликами.
   – Хо, барон де Сэмпре, – узнал Артур одного из них. – Славно же вы встречаете королевских послов!
   Выпрямившись в полный рост, он показался рыцарям, вполне уверенный, что его особа известна всякому, кто хоть раз посещал турнир.
   – Увы, милостивый сударь, нас не предупредили о вашем визите, – постным голосом откликнулся де Сэмпре, поднимая забрало. – И едете вы вовсе не со стороны столицы. Конечно, верительные грамоты у вас с собой?
   Лицо его, худое и продолговатое, было б красивым, если бы не длинный шрам, кореживший щеку. Впрочем, у рыцарей это сродни знаку отличия.
   – Разумеется, – величественно кивнул король. – Хотя и моего слова должно хватить за глаза.
   – Боже упаси меня усомниться в нем, – сказал барон вполне искренне. – Но вы же знаете правила?
   – И даже соблюдаю их, когда есть возможность, – чтобы не ломать кости невежам.
   – Золотые слова! – рассмеялся де Сэмпре. – А свою посольскую миссию вы уже выполнили?
   – Наполовину. Кстати, где сейчас де Биф?
   – Не особенно далеко. Пожалуй, лучше проводить вас туда, чем объяснять дорогу.
   – Боюсь, барон, вашим коням не поспеть за нами. Этих зверей не всякий дракон догонит.
   – В самом деле? – удивился тот. – Тогда, если не возражаете, я прокачусь с вами. У вас же найдется место?
   – Думаете, в этом есть резон?
   – Даже два. Во-первых, вы избавитесь от новых недоразумений на пути в крепость. Во-вторых, мне давно положен отпуск. Запаршивел, знаете ли, в походах – хочется нормальной постели, благовоний, ванны. А эти озерные омовения… Я уж не поминаю обозных шлюх, коими сыт по горло!
   Артур переглянулся со Светланом. Тот пожал плечами: почему нет? Если это впрямь убавит сложностей…
   – Забирайтесь, – разрешил король.
   Учтиво извинившись, де Сэмпре удалился на несколько минут, чтобы отдать необходимые распоряжения. Затем вернулся к платформе и довольно ловко, несмотря на грузные доспехи, вскарабкался наверх – наверно, среди людей он слыл силачом, а в армии де Бифа был из лучших бойцов.
   – Здравствуй, Лора, – неожиданно сказал барон, увидев девушку. – Выходит, нашла себе подходящих хозяев?
   – Видно будет, – небрежно откликнулась та. – Но платят щедро.
   Снова пришлось тасовать седоков. Стрелок перебрался в кабинку Бахрама, на всякий случай приготовив лук, Лора охотно вернулась к Светлану, снова разделив с ним сиденье, – зато гостя разместили с почетом, между королем-рыцарем и фаворитом здешней королевы. А заодно обезопасили с обоих боков, чтоб избежать сюрпризов.
   Впрочем, де Сэмпре, судя по всему, не собирался глупить. Рассевшись удобней, он тотчас снял с головы шлем, демонстрируя доверие, и огляделся с любопытством. Вблизи барон выглядел старше, чем на расстоянии, – у глаз проступили мелкие морщины, в длинных волосах открылись седые пряди, на темени – аккуратная лысина. Хотя поддерживал себя в отличной форме, судя по гладкой коже и легким движениям.
   Только устроились, как шестиноги рванули с места, резво набирая привычную скорость. Ухватившись за локотники, де Сэмпре восхищенно присвистнул. Вскоре коварная роща вместе с толпой солдат, высыпавших из-за стволов поглазеть на невиданных животин, осталась далеко позади, а затем и вовсе сгинула с глаз, заслоненная пологими холмами.
   Эта местность тоже изобиловала зарослями, но в сплошной массив они не смыкались, оставляя между собой проходы, большей частью расположенные по низинам, в обход холмов, а кое-где даже превратившиеся в овраги. Это существенно удлиняло путь, однако не настолько, чтобы жертвовать комфортом, пытаясь срезать углы. К хорошему привыкаешь, и расцеплять платформу без насущной надобности не хотелось никому.
   – Надо ж, и ведьмы присутствуют! – пробормотал де Сэмпре. – Теплая компания – как говорится, каждой… по паре. А уж ручным тигром меня теперь не удивишь.
   Легонько поморщив нос, Лора легла щекой на плечо Светлана и закрыла глаза, прилаживаясь соснуть. От барона впрямь исходило некоторое амбре – средневековье, сэр!.. хоть и сказочное. Общаясь с Анджеллой, Жанной, Артуром, Светлан успел забыть о здешних нормах. А ведь Сэмпре далеко не самый ядреный тут, к тому же у него оправдание: походный быт. «Я старый солдат, мадам…» По крайней мере, болезненных примесей в его букете не ощущалось.
   – Между прочим, барон, – заговорил Артур, – а с чего вы набросились на бедных путников? Вели мы себя скромно, никого не задевали.
   – Ну-у, сир, вы же заявились из страны огров! И учитывая ваши незаурядные габариты…
   – А также наши доспехи, да? Как раз такие и носят великаны.
   Барон засмеялся, легко сдаваясь.
   – Говоря честно, мы хотели поживиться, – сознался он. – На войне как на войне – при всем почтении к вашей щепетильности, сир. Но вас я действительно не признал, иначе остерегся бы нападать.
   – Неужто из почтения? – не поверил король.
   – Боже мой, нет! Из самосохранения. Я пока не сошел с ума, чтобы тягаться с убийцами драконов – даже имея за своей спиной полк. Не говоря о том, что вовсе не жажду заполучить во враги королеву.
   – Чего не скажешь о вашем господине, ведь так?
   – Возможно, сир, – сказал барон и выжидательно замолчал. Похоже, он прекрасно сознавал, что и кому следует говорить, но лишней деликатностью себя не стеснял – не говоря уж о прочем.
   – Смелее, милостивый сударь! – подбодрил Артур. – Среди нас нет ни доносчиков, ни болтунов. Глупо не использовать такой шанс.
   Уж его в этом нельзя упрекнуть – времени не теряет. Покосившись на усмехающегося Светлана, гость произнес:
   – По-моему, де Биф поставил не на тех. Он переоценивает силу мечей и не понимает могущества чар. За такие просчеты платят слишком дорого.
   – И, надо думать, вы не желаете платить вместе с ним?
   – Я пытался графа предостеречь, но его не свернуть – бесполезно. Беда всех глупцов, что остальных они считают глупее себя. Впрочем, болванов вокруг де Бифа хватает, и для такого стада он – подходящий вожак.
   – Но не для вас, верно?
   Де Сэпмре молча пожал плечами.
   – Знаю: вы – отличный вояка, – сказал Артур. – И умный человек, даже талантливый. Едва не всеми победами последних лет граф обязан вам.
   – Вот тут я как раз сглупил, – проворчал барон. – И надо было мне высовываться!.. Чего не прощают подданным бездарные правители – это успехов. И среди солдат я сделался слишком популярным.
   – Считаете, вас пора задвигать?
   – Уже. Вы видели мой отряд: сброд, отребье!.. Конечно, даже из дерьма можно вылепить клинок – если мне дадут на это время.
   – Даже так? – покривился король. – Чем дальше, тем веселей. Но можно ведь сменить сюзерена?
   – На герцогиню де Кюси, сестру несостоявшегося узурпатора? Дамочка-то она приятная…
   – Или заменить де Бифа собой. В конце концов, он сам к этому подталкивает. Идея тут его – не ваша. Ну как не оправдать такое доверие!
   – Я знаю свой предел и в игроки не суюсь, – сказал де Сэмпре. – Зато фигура не из последних, согласитесь. Возможно, даже ключевая – на этом поле.
   – А вам не предлагают делаться игроком, – отрезал Артур с внезапной жесткостью. – В королевстве и без вас хватает, кому играть, и встревать в их разборки чревато гибелью. Если граф не понимает этого, тем хуже для него. Но вот кто играет де Бифом – знать хотелось бы.
   – Сир, я глубоко уважаю ваши суждения…
   – И умереть за них согласитесь? – хмыкнув, вступил Светлан. – Ну-ка выкладывайте, барон, что творится тут!.. Вы же рассчитываете на заступничество королевы – я правильно понял? Никто другой не защитит вас, а ударяться в бега, оставив де Бифу нажитое барахло, – не ваш стиль. Но если графу донесут, как охотно вы взялись нас сопровождать…
   Одарив его проницательным взором, де Сэмпре поклонился.
   – Приятно иметь дело с понимающими людьми, – произнес он. – Последние годы меня не баловали этим. Должен заметить, изысканное общество я ценю выше комфорта, а королева, говорят, не терпит вблизи себя глупцов.
   – Она вообще не отличается терпимостью – молодость, знаете ли. Вот мы с Артуром – мужики тертые и понимаем, что люди, в массе, не сахар.
   – Гниль, – внятно сказала Лора, не открывая глаз.
   Усмехнувшись, Светлан продолжил:
   – Если б такими были все, жить стало бы скучно. К счастью, имеются исключения. Но нельзя ж требовать, чтобы они составляли большинство?
   – Полностью разделяю, – поддакнул барон. – Люди несовершенны, даже у лучших найдутся изъяны. Не всем же быть героями, как вы, – безупречными, бесстрашными!..
   – Ну, – согласился теперь Светлан. – А королева – не сознает. И стоит кому из придворных нашалить: провороваться там или втихую порешить ближнего, – как ему тут же перекрывают кислород… Или взять, к примеру, военных. Ведь отличные парни, да? Только время от времени, сгоряча или по острой нужде, убивают женщин и детей, а также насилуют, грабят…
   – Эдак ты мне всю интригу порушишь, – заметил Артур, улыбаясь. – Отпугнешь беднягу барона напрочь.
   – Должен же он знать, на что подписывается? Человек вроде разумный, сумеет взвесить плюсы да минусы. И соотнести свои возможности с требованиями работодателя.
   Дальнейший разговор прояснил многое. Де Сэмпре оказался занятным субъектом, по-своему даже симпатичным. Безжалостным и беззлобным одновременно. Совести он был лишен начисто, а честь ему худо-бедно заменяла рассудочность. Как ни странно, у него хватало ума верно оценивать людей, даже если те мало походили на него. К тому же он был неплохо образован – в отличие от диких баронов юга, взращенных в лесу или на болотах, – сказывалась близость просвещенной Нордии. Впрочем, здешним дворянам это лишь давало возможность, но реализовывал ее далеко не каждый. Вот де Сэмпре – молодец, не упустил.
   Ситуацию в Междуречье барон представлял прекрасно, и послушать его стоило. Даже сведения Артура устарели. Привычно поглядывая по сторонам, а в особо густые заросли вглядываясь через монокуляр, Светлан подхлестывал рассказчика короткими репликами, направляя на то, что интересовало самого, – и постепенно картинка выстраивалась. Но вот как повернется она, когда на здешнюю арену вырвется де Бройль с дружиной?
   Пока мужчины трепались, Лора в самом деле уснула, совершенно обмякнув лицом и посапывая, как младенец. Зато не дремала Жанна, затаившись в ногах Светлана. Да и киска Лу явственно навострила уши, если не понимая всё, то исправно переправляя сведения по известному адресу. Интересно, догадывается ли об этом барон?
   – Похоже, де Биф примет нас неласково, – резюмировал Артур. – Впрочем, как и предполагалось. А если его тоже для начала постращать?
   – У графа не хватит ума оценить ваш намек, – ответил де Сэмпре. – Разве запечете его прямо в латах.
   – Местный деликатес: печеная графятина, – фыркнул Светлан. – Может, и вправду? Наш барон так его расписал!..
   – Ты ж не любишь крайних мер? – удивился король.
   – Скажу с большевистской прямотой: я не святой. И на всех моей жалости не хватает – приходится расходовать избирательно. А де Бифа в его натуральном виде мне, боюсь, не переварить.
   В этот момент мчащая платформа вырвалась из очередного прохода, больше похожего на высохшее русло, на огромный и плоский луг, будто влетела в озеро, и понеслась через него, сминая высокую траву. Сбоку, на изрядном расстоянии, обнаружился отряд кавалеристов, после недолгой заминки ринувшийся наперехват – впрочем, без всяких шансов на успех.
   – Не многовато ли войск для тыла? – спросил Артур. – Вблизи гор нам на такие встречи везло меньше.
   Де Сэмпре усмехнулся.
   – Это и есть самое забавное, – сказал он. – Наш граф ухитрился обозлить многих, включая горожан и крестьян, – слишком дорого обходится его защита. А здешние жители не отличаются кротостью, зато крепких парней среди них полно – спасибо нашим врагам. И теперь армии де Бифа не до великанов. Приходится разъяснять населению, кто их главный спаситель, для вящей убедительности сажая несогласных на колы.
   – А оплачивает сии аргументы королева, так? Предгорные заставы тем временем пришли в запустение, и сейчас ваша оборона, судя по нашей инспекции, смахивает на дырявую сеть.
   Разведя руками, барон утешил:
   – Зато в Междуречье посты едва не на каждом перекрестке. А здешние города больше похожи на осажденные крепости. Уже который месяц де Бифу кажется, что стоит надавить еще чуть, и все покатится, как по маслу, – но беда в том, что резервы исчерпаны.
   – Значит, чтобы удержаться, граф неминуемо попросит помощи у кого-то. Но королева, само собой, спасать его не захочет. Кто же остается?
   – Ну, скажем, Луи, – предположил де Сэмпре, – наш добрый сосед-король. Его послы давно обосновались при дворе де Бифа и только ждут случая.
   – В самом деле, Луи слишком оживился последнее время, – задумчиво молвил Артур. – И что на него нашло?
   – Может, и на него навели порчу? – со смешком вставил Светлан. – Как на Бройля.
   – Или он наконец почувствовал себя сильным, выстроив под собой пирамиду. А ведь когда-то мы приятельствовали, – сообщил король. – По молодости, еще обретаясь в принцах, Луи был изрядным шалопаем и частенько лез в авантюры – однажды мне даже пришлось вытаскивать его из переделки, едва не стоившей бедняге жизни. Затем, вступив на трон, он взялся за ум и стал править страной получше многих, благо наследство досталось богатое. Уж не решил ли Луи, что пора расширять владения? Пожалуй, де Бифа он сумеет приручить, вовремя подставив плечо. А затем сможет избавиться от него, заменив кем-нибудь поспособней. Как вам такой вариант, де Сэмпре?
   – Заманчивый, чего скрывать. И если бы с юных лет я не привык взвешивать шансы… Вы же сами признали, что я – «отличный вояка».
   – И что?
   – Да то, что ссориться с вами, по моим прикидкам, куда опасней, чем с де Бифом и Луи, вместе взятыми. И вы не из тех, кто использует людей, а затем отбрасывает… хотя мне такое понятней, честно скажу. Но вы своих вассалов не оставляете – пока они не предают.
   – Пожалуй, для Луи вы окажетесь слишком способным, – похвалил Артур. – Вот у Анджеллы это не грозит никому.
   – И слава Богу, – сказал де Сэмпре. – Все ж по натуре я больше слуга, а служить хочется достойным. До сих пор мне не везло на это. Кстати, сир, не сочтите за дерзость, но вы-то здесь в каком статусе? Ведь вы и сам – король!
   Артур хмыкнул, медля с ответом. Сантиментов он терпеть не мог, врать не умел. А отмолчаться…
   – Хорошо королям, – проворчал Светлан. – У них нет сюзерена, кроме бога, и они никому не обязаны верностью. С ними можно лишь дружить.
   – Насколько понимаю, сударь, с вами такая же ситуация? – сейчас же спросил барон. – Конечно, для глупцов важнее родословная, но истинных богатырей, по-моему, вполне можно приравнять к королям.
   – Богатырь ровня любому, – поправил Светлан. – У него нет ни господ, ни слуг. То же относиться и к ведьмам… Это чтобы вам было проще ориентироваться в окружении королевы, – прибавил он. – Надеюсь, ваша «натура» не станет противиться таким порядкам?
   – Я умею с ней договариваться. Спасибо за разъяснение.
   – На здоровье.
   Повернув голову, Светлан поглядел на конников. Скакали-то они красиво, но отставали безнадежно. Вот если фиксировать подобные сценки, это ж какую фильму можно соорудить! И затрат минимум – если не считать потерянных жизней. Хотя массовка со статистами погибнут в любом случае… а заодно кое-кто из героев. Нет уж, пусть на трупах кормятся стервятники, а мы как-нибудь обойдемся.
   А в следующую минуту платформа влетела в провал меж двумя лесистыми холмами, и по бокам опять зашелестели зеленые стены, уносясь за спину. К счастью, здешние солдаты еще не обзавелись дальной связью, иначе смогли бы осложнить чужакам прогулку.
   – Господи, ну и скорость! – восхитился де Сэмпре. – Этак доберемся за пару часов.
   – И всё дальше от гор, – заметил Артур. – Де Биф уж и забыл, верно, как они выглядят.
   Подняв голову, Лора огляделась недовольно, похлопала пышными ресницами, спросонья походя на обиженного ребенка, и снова обмякла, припав к Светлану. Так и не убрав ногу, просунутую между ними, Жанна с любопытством вгляделась в девушку, затем перевела глаза на него.
   – Что, егоза, – откликнулся он, – уже подозреваешь в чем-то?
   – Только не тебя, – прошептала ведьма, едва двигая губами. – С тобой мне хватило одной ошибки. Но девочка занятная!
   – Девочка! – фыркнул Светлан. – И намного ты старше ее?
   – Года на полтора, – прикинула она. – И на целый мир, который ты подарил нам.
   От нечаянного гостя Жанну прикрывал бортик, и она не преминула воспользоваться этим, выпростав из-под плаща нагое тело. Одобрительные взгляды друзей согревали ведьму лучше одежды.
   – Мы еще не видели ее мира, – сказал Светлан. – Может, и он не такой юный? Ты посмотри на ее доспехи!
   – Ну?
   – Просто они шли иным путем… по своему почину или от неизбежности… шли долго. И сколько эта милашка знает – тоже вопрос. Уж верно, не меньше наших школьниц. А повидала и пережила намного больше. К счастью, на коже богатырей не остается шрамов.
   – Как и на коже ведьм, – напомнила Жанна, сладко потянувшись. Ведь и ей крепко досталось в застенках Кюси.
   – Да, – согласился он. – Но для магии это семечки. А вот до каких высот поднялись чародеи в мире Лоры?
   – Придет время – узнаем.
   – Верно, сейчас и здесь хватает проблем, – кивнул Светлан. – Конечно, если их не подбрасывают извне.
   – Это лишь догадки, мой господин.
   – Согласен. Ограничимся пока ближними колобродами, Бифом и Бройлем. Слушай, сладкая, ведь мы знаем о ситуации больше остальных. А знание, как известно, сила. Но как эту силу применить?
   – Как? – эхом откликнулась ведьма, глядя на него с ожиданием и любопытством, точно на фокусника. Конечно, доверие окрыляет… иногда.
   – Во-первых, лишь нам ведомо, где и когда состоится большая буча… вернее, нам сообщили о ней. И про сводное войско Бройля никому тут, скорее всего, не известно – в то время как мы даже способны угадать его ближайшие действия.
   – Ты, – поправила девушка со вздохом. – Ты – способен. На меня не рассчитывай.
   – А на кого ж тогда? Твоя задача: меня вдохновлять.
   – Вот этим? – пошевелила она бедрами. – А от мыслей не отвлекает?
   – Только в первые недели – потом привыкаешь.
   – Ну, тогда поехали. Итак, си-ир?
   – Итак, за Бройлем внезапность, мобильность, идеальная слаженность команды. И не дай бог, он подберется к Бифу близко – тогда и тот подпадет под влияние призрака. Видимо, сперва барон будет добиваться встречи… причем на любых условиях. Если не выйдет, станет откусывать от графской армии по куску, пока не поглотит всю. Крушить противника ему резона нет, потому как себе в убыток. Но стоит Бифу прознать про опасность личных контактов…
   – Ты забываешь, что по ночам призраки способны выплывать из своих вместилищ, – возразила ведьма. – И чем они сильней, тем дальше летают. А у Паука должна быть очень густая тень.
   – Н-да? Тогда графу и вовсе не спастись. В крайнем случае Паук доберется до него короткими перебежками, от одного подходящего тела к другому. Выходит, у Бифа попросту нет шансов… если не вмешаемся мы.
   – Да пусть грызутся!.. Конечно, выровнять силы не помешает.
   – Повторяю: это – тупик. Глупо растрачивать их мощь, когда грядут большие события. Но как направить ее в полезное русло?
   – А что об этом думает королева?
   – Что бы она ни думала, решать нам. Разве нет?
   – Хотя бы посоветуйся с ней. Иногда и женщины могут предложить дельное.
   – Между прочим, я уже не слышу Анджи как раньше, – сообщил он. – Видно, наш резонанс пошел на спад. И куда это заведет?
   – Но, сир, разве она по-прежнему тебе не дороже жизни?
   – Э-э… конечно.
   – И разве то же самое нельзя сказать о ней?
   – Об этом не мне судить, – усмехнулся Светлан. – А твоим словам, жалостливая моя, я не поверю. Время покажет, на каком я месте в списке ее предпочтений. Кстати!.. Уж ты, наверно, связи с ней не теряешь?
   – Ну естественно, сир, – охотно признала Жанна. – Ведь мы подруги, вдобавок близкие.
   – Не говоря о том, что ведьмы, да?
   – Само собой – как же без этого? Удивительно другое: что ты смог Анджи услышать. Мужчинам такое не свойственно.
   – По-моему, ты пытаешься меня обидеть… Нет?
   – Боже упаси! Но если для общения с королевой тебе понадобится посредник… ница…
   – Тебя что, как и эту кису, послали приглядывать за мной? – усмехнулся Светлан. – Если б ты не была вольной летуньей, так бы и решил.
   – Ах, сир, ведь и кошками управлять сложно, – сказала Жанна, ласково пригладив под собой шерсть. И кобрис откликнулась довольным урчанием.
   – Спелись, да? Родственные души!
   Общего и впрямь хватает – не удивительно, что сошлись.
   – А хочешь знать, что я думаю? – спросила девушка, вдруг посерьезнев. – У тебя талант к чародейству. Но чтоб развить его, потребны усилия. И кое-что еще.
   – Одиночество, верно? Разлад с любимой, терзания, тоска… Счастливым, как и силачам, магия ни к чему. И если…
   – Господа, мы подъезжаем, – объявил де Сэмпре, взволнованно озираясь. – Черт, ну и темпы!.. Вон за тем поворотом уже будет виден Стронг, главная крепость де Бифа. Там он и обретается последнее время.
   Тотчас Лора встрепенулась, широко распахнув глаза. И очнулся от своего транса Артур, нехотя разорвав взгляды с дивой.
   – Ну, барон, вы определились, на чьей стороне? – спросил он. – Или все же попробуете сплясать над пропастью?
   – Из меня неважный эквилибрист, – сказал военный и усмехнулся: – Дело не в избытке честности, скорее опыта маловато. А посему, сир, можете считать меня преданным слугой королевы – мне попросту не остается иного. Я предался бы ей и душой, если бы верил в байки, что про нее ходят.
   – Будьте покойны, сударь, никто не посягает на вашу душу. А вашу верность мы постараемся подкрепить выгодой – не в наших правилах требовать от людей чрезмерного. Но если вы нарушите договор…
   – Все понял, сир, не продолжайте, – кивнул де Сэмпре. – Я не из тех, кто пытается надуть более умных. И соображения у меня больше, чем жадности – согласитесь.
   В эту секунду платформу вынесло за поворот, и впереди, за изрядной пустошью, выжженной и разровненной, взглядам открылись массивные стены, как и положено, окруженные широким рвом. Сразу же Светлан натянул поводья, остановив всю четверку на краю леса, в тени последних деревьев. Вот сейчас «гнать коней» не стоило.
   – По-моему, тебе лучше одеться, – сказал он Жанне. – Не хочешь побыть благородной дамой?
   – На этот раз я сыграю пажа, – ответила та, с головой скрываясь под плащом. – А по совместительству – оруженосца. Или Артур не король?
   – Думаешь, удастся спрятать округлости? Все ж не девочка.
   – Я стану женственным юношей, – хихикнула ведьма. – Пора подмочить его репутацию.
   И когда она возникла из-под плаща, превращение уже завершилось. Черты тонкого лица остались прежними, но вот выражение, мимика… А хрупкое тело совершенно преобразила осанка. Кажется, и тут не обошлось без магии. Или хватило ее таланта актрисы? Хотя где тут проходит грань?
   Игриво поклонившись, юнец представился:
   – Жан де Моску, прошу любить.
   Теперь и голос звучал иначе, хотя ниже сделался не намного.
   – Прямо тут? – осведомился Светлан. – И каким способом, интересно?
   Впрочем, спошлил он от изумления – хотя пора бы привыкнуть. Но вот Артуру не позавидуешь. Как хорошо, что пажи полагаются лишь королям!
   Ничего пока не подозревая, Артур обозревал крепость в монокуляр, губы его задумчиво кривились. Уж не собрался ли он брать твердыню штурмом? Конечно, вчетвером они разнесут замок по камушку – ломать не строить… Но затем-то что?
   – А как насчет вассальской клятвы, де Сэмпре? – неожиданно спросил король. – Ведь вы присягали графу!..
   – Мне что, дожидаться, пока он подошлет убийц? – осведомился барон. – Или поручит меня палачам, обвинив бог знает, в каких грехах. Я не настолько… щепетилен.
   Наверное, он хотел сказать «глуп», но решил не дразнить новых хозяев.
   – Я это к тому, что пока вам не стоит высвечиваться, – пояснил Артур. – Иначе нарветесь на несчастный случай. Или стрелу, или даже меч в темном углу. Вокруг де Бифа столько лизоблюдов! А вот когда он предаст королеву – тогда упрекнуть вас не сможет никто.
   – Выходит, предавать нужно вовремя? – ухмыльнулся де Сэмпре. – Вернее, объявлять о своем предательстве. Но, как верноподданный ее величества, я не вправе ждать, пока граф из тайного изменника станет явным. Разве это не освобождает от вассальских обязательств уже сейчас?
   – В ваших словах есть резон, – сказал Артур, мудро оставляя ему лазейку. – Но кто ныне прислушивается к логике? Во всяком случае, не рыцари из свиты де Бифа.
   – Тут вы правы. К тому ж мое посредничество вам вряд ли поможет – скорее наоборот. Стоит графу заподозрить, что власть уплывает, как он делается похожим на обезумевшего тура.
   – Тогда имеет смысл разделиться. Мы со Светланом и Лорой двинемся к замку, в то время как… Ба! – воскликнул король, внезапно увидев Жанну. – А это кто?
   – Ваш преданный паж, сир, – ответила она, изящно кланяясь. – Где-то даже любимый. Вы ведь не страшитесь молвы?
   – Вот чертовка! – рассмеялся Артур. – Ладно, принимается… Барон, вы уже просчитали ближние ходы? Наш друг Бахрам доставит вас, куда скажете, и вместе с вами будет в резерве. А заодно прихватите ее, – король указал на диву. – Надеюсь, у вас ей будет безопасней, чем при дворе де Бифа, – слишком она необычная по меркам Междуречья.
   Затем на платформе опять начались перемещения. Де Сэмпре с дивой перебрались к Бахраму, преобразившаяся Жанна – к Артуру. А Лора и Стрелок вернулись в свою кабинку, где девушка сразу надела сапожки и подтянула доспехи, наконец оградив бронзовое тело от чужих клинков – но не от взглядов. Выглядела она отдохнувшей и совершенно освоившейся в новой компании, хотя с момента их встречи не прошло и полдня.
   Рассевшись наново, богатыри расцепили шестиногов, не желая в самом начале игры выкладывать перед де Бифом все козыри. А затем и вовсе поделились на два отряда. Меньший, из трех человек, отступил в чащу и помчал меж деревьев в обход замка. Остальные пятеро, не считая кошки, погнали своих чудищ к крепостным воротам, напустив на себя уверенный, даже надменный вид, будто не они только что подглядывали из-за ветвей.
   – Сперва испробуем легальные средства, – молвил Артур, повернув лик к Светлану. – Уж полномочий у нас хватает. И пусть посмеют не принять королевских посланцев!..
   – Засланцев, – пробурчал тот. – Только сразу-то ворота не круши – ладно, величество?

Глава 4. Партия войны.

   В замок их все-таки пустили – после стольких проволочек, что даже у миролюбивого Светлана стало заканчиваться терпение. Впрямую не отказывали, видимо, страшась взрыва, но бюрократическую канитель растянули до последнего предела. Шестиногов пришлось оставить поблизости от крепостных ворот и дальше топать пехом, что унизительно для королевских послов, – ладно, стерпели. Однако ручную кису задержать не позволили, как ни настаивали крепостные стражи (кстати, размерами немногим уступавшие Светлану с Артуром). И конечно, заикания о сдаче оружия задавили сразу – еще не хватало! А пасть ниц перед де Бифом не требуется? Вы кому это говорите, смерды!..
   Наконец гостей провели в парадный зал – сумеречный, угрюмый, озаренный чадящими факелами – где во главе длинного стола, выгнутого подковой, восседал здешний хозяин, даже сейчас облаченный в тяжелые латы и рогатый шлем. Кроме него в зале хватало народу, и почти каждый был в доспехах, будто вырвался из сражения на минутку… длящуюся уже не один день, судя по количеству мусора и объедков. На пустяки вроде танцулек и менестрелей тут не отвлекались – насыщались истово, целеустремленно, горы съеденного затопляя реками пива и вина. Вокруг пирующих бродили лохматые псы, осоловевшие от сытости, лениво выискивая деликатесы – больше среди объедков на полу, но иногда прихватывая прямо со стола.
   Отстранив с пути стражника, Артур двинулся к де Бифу, словно бы не замечая галдящую публику. Чуть приотстав, Светлан шагал рядом, левой рукой придерживая пещерного тигра, безмолвно скалящегося по сторонам. Стрелок и обе девицы, как и положено, замыкали процессию. Постепенно гул вокруг стихал – в основном благодаря кобрис, отлично умевшей нагонять страх.
   Метра за три до стола Артур остановился. Ближе подходить к графу не стоило: газовая завеса. Его густые ароматы пробивались даже сквозь общий фон, тоже замешанный круто. Менее закаленные мухи давно бы сдохли в такой атмосфере, но здешние мутанты гудели над тарелками бодро и деловито. Никого не заботило их обилие – скорей удивило бы отсутствие. Или даже вызвало бы подозрение: уж не отравлена ли пища?
   Король молча ждал, придавив де Бифа свинцовым взглядом. Нехотя тот поднялся из насиженного кресла, еще с меньшим желанием поклонился. Обоих послов граф даже превосходил массой, но на великана не походил. Скорее смахивал на отражение в кривом зеркале, настолько его разнесло вширь, – наверно, не в каждую дверь втиснется. Зато могучий зад и толстые ноги отлично годились для прочной посадки на боевом коне.
   С натугой де Биф выдавил из себя фразы, положенные к случаю. Говорил он неряшливо, подбирая и расставляя слова кое-как, вдобавок невнятно и глухо, но общий смысл был ясен: наше почтение королеве и будьте как дома, не стесняйтесь!.. А дела обговорим после – не на пиру ж ими заниматься?
   Для дорогих гостей приволокли отдельный стол, установив против де Бифа и завалив яствами – к счастью, свежими, только сейчас из кухни, но, увы, сплошь мясными. А кресла предоставили такие же, как у графа: массивные, с резными спинками и локотниками, – решив наконец проявить почтение. Даже кобрис снабдили громадным пуфом, точно домашнюю собачонку. Вот уж действительно: «заставь богу молиться…»
   Первым делом Жанна возвела незримый заслон, отваживая нахальных мух, а заодно и лишние запахи. Затем гости расселись. Нарушив протокол, юного пажа укрыли в центре, между Светланом и Артуром, а грозную кошку устроили на краю, рядом со Стрелком, – для усиления этого фланга: все же парень специлизировался не по рукопашной. Вот Лора, если дойдет до свары, справится и сама.
   Впрочем, вряд ли заваруху устроят в зале: уж слишком вольготно тут, есть где разгуляться троице богатырей – можно такого наворотить! Не совсем же Биф идиот? А ловушки в полу или над головой, равно как и лучников за стеной, ведьма и Светлан обнаружили бы сразу.
   Но есть трупятину, сочащуюся свежей кровью, ему не хотелось совершенно. И все эти копчености, печености, жарености… Уж тут никто не заботился о прозрачности ветчины – резали, не скупясь. Конечно, у богатырей желудки луженые по определению, но это не значит, что их следует загружать отравой. Какое уж просветление при такой пище? Не удивительно, что здешние рыцари смахивают на людоедов.
   Даже привычный Артур взирал на блюда с сомнением.
   – Не хочешь колбаски? – предложил он, будто решил сперва опробовать на товарище. – Похожа на докторскую.
   – Этой «докторской» лишь врачей травить, – огрызнулся Светлан. – Тамбовского волка угощай!
   – Что тебе не нравится, здоровила? – спросила с другого боку Лора. – В походе о такой кормежке только мечтать. А твою силу нужно поддерживать.
   – Я не такой прожорливый, каким выгляжу.
   – Он еще прожорливей, – хихикнула Жанна.
   – В Тартарах – да, нападал жор, – признал Светлан. – Ведь там я активно рос, всё сгорало как в топке. А здесь-то откуда взяться аппетиту?
   Хотя есть все ж хотелось. Сейчас он не отказался бы от картошки – зажаренной эдак покруче, с лучком. Но здешние колумбы еще не открыли Америку… если допустить, что в этом мире она имеется. Правда, лука на столах хватало – однако видеть, как его пожирают головками!.. Потом им станет худо, но это уж потом. Или не станет, что скорее, – народ-то закаленный.
   – По-моему, я уже встречал этого рогоносца, – пробормотал Светлан, вяло кромсая окорок. – Один из своры «благороднейших и славнейших рыцарей», наехавших на меня во время прошлой заварухи.
   – И по твоей милости ставших посмешищем, – добавил Артур столь же тихо. – Оказаться в числе четырнадцати, выбитых из седла за минуту!.. Такое граф вряд ли простит.
   – Я, что ли, виноват? Мне не оставили выбора.
   – Не себя ж винить? На это у него не хватит ума.
   – Выходит, все четырнадцать в наших врагах?
   – Скорее всего. Да они и не сунулись бы в тот позорный бой, если бы не стояли за Карла. Кстати, помимо де Бифа тут еще парочка того же разлива.
   Вокруг стоял неумолчный хруст, дополненный чавканьем, перемежаемый крикливыми спорами, безудержной похвальбой, грубыми насмешками… впрочем, под тяжелым взглядом сюзерена не переходившими в ссоры. Лишь граф мог вершить здесь суд и расправу, а кто оспаривал это, вблизи него не задерживался.
   Но в остальном пирующие держались раскованно. Нравы тут были простые, почти все обходились без принятого у дворян «выканья» и в выражениях себя не стесняли. Понятно, при столичном дворе здешних невеж не жаловали; ну, а те, как водится, платили ответной неприязнью. И, конечно, не упустили случая излить ее на посланников королевы. Хотя не на всех. К королю-рыцарю, прославленному многими подвигами и лично уложившему шестерых великанов, даже здесь отнеслись с пиететом. Жанну и Стрелка приняли, верно, за свиту Артура, а потому тоже особо не задевали. Зато девушку-воина причислили к Светлану – то ли оруженосец его, то ли подружка. И уж с ними двумя не церемонились.
   Конечно, и про Светлана в этих краях слыхали. Но отсюда его деяния виделись сквозь такой туман!.. К тому ж, главные свои подвиги он вершил в одиночку, и поначалу они приписывались другому. А что затем королевским указом в герои произвели именно Светлана, пришлого чужака… Да многие ли верят этому, тем более здесь? Смотрится-то он верзилой, однако в Междуречье, соседствующем со страной огров, этим удивить трудно. Вот богатырей, действительно, можно по пальцам пересчитать, и наезжать на них избегают даже берсерки… конечно, если богатырь истинный. А докажи!
   Вскоре громогласные замечания и оскорбительные намеки посыпались на парочку отовсюду. Самому-то Светлану этот словесный град досаждал гораздо меньше мух или запахов, но ему была любопытна реакция воительницы. И девушка вновь показала себя с лучшей стороны.
   Треп рыцарей она пропускала мимо ушей. Да эти неуклюжие издевки и не стоили внимания – тупым оружием трудно уколоть. Но стоило одному из грубиянов, войдя в раж, приблизиться к силачке на опасную дистанцию и даже попытаться ухватить ее за плечо, как она точно взорвалась, на секунду почти растворившись в воздухе. В результате верзила кулем отлетел прочь, с разгона врезавшись в стену, и надолго утратил дар связной речи – вместе с сознанием. А Лора спокойно вернулась к еде, даже не поглядев в его сторону.
   Как ни странно, среди пирующих это вызвало гогот, вполне одобрительный. Даже ушибленный не выглядел обиженным, когда его привели в чувство, – видимо, как раз такие доводы здесь понимали лучше всего. Сразу шуточки сменили тональность, а после и пошли на спад.
   Все-таки не обошли злословием и симпатягу пажа. Не то, чтобы тут совсем не жаловали изящных да смазливых, но относились к ним по законам военного времени. Походный быт, знаете ли, не говоря о скуке гарнизонной жизни. Далеко не всегда вблизи отыщутся непуганые пейзанки.
   Посверкивая глазищами, Жанна отмалчивалась, вынужденная играть принятую роль, – хотя при других обстоятельствах от насмешников полетели бы клочья.
   – Надо признать, манеры у них… – проворчал Артур. – Может, поучить?
   – Да брось, – ответил Светлан. – Несчастные же люди. Телевизор еще не изобрели, книг они сроду не читали, актеры заедут сюда разве сдуру или с отчаяния. И что остается? Пирушки да шлюхи, кто до сих пор не сбежал. Ну, еще охота, драчки… Вот так и проходит жизнь!
   – По-твоему, это не проявление враждебности?
   – Брехливый пес не кусает, – сказал Светлан. – Во всяком случае, не сразу. Опаснее те, кто молчит.
   А были тут и такие. Посланников королевы они будто не замечали, но исподтишка жалили острыми взглядами, то ли любопытствуя, то ли заранее ненавидя. Их впрямь стоило взять на заметку.
   Пышным облачением и округлыми жестами выделялся посол Нордии, невысокий полноватый блондин, восседавший неподалеку от графа в окружении своей команды, тоже разодетой с нездешним шиком. Звался он, как подсказал всезнающий Артур, маркизом Шарлем де Гронде и у короля Луи числился в самых доверенных.
   Вторым из молчунов обращал на себя внимание угрюмый или же попросту озабоченный делами рыцарь в темных латах, неприятно напомнивший Светлану Оттона, властителя мертвых, год назад, во время их бурной разборки, сорвавшегося в Провал. Движения быстрые и точные, сложение отменное, рост – за семь футов. Правда, зубы смахивают на лошадиные, да и лицо несколько напоминает. Но многим дамам даже нравятся такие… жеребцы. Сидел он по левую руку графа и, судя по всему, заведовал здесь стражей.
   А из дальнего угла сверлил богатырей глазами некий тип, тощий и жилистый, похожий на колдуна, но подвизавшийся тут главным святошей – судя по епископской мантии.
   Но больше всего Светлана занимал сам де Биф. До сих пор-то богатырь судил о нем со слов Артура и де Сэмпре… а что разок выбил из седла, так та встреча длилась секунды.
   Ростом граф превышал два метра, но при этом был столь грузен, что казался приземистым. Лицо де Бифа – широкое, мясистое, как и положено при таком сложении, – удивляло острым носом и тонкими губами, будто заимствованными у гораздо более худощавого. Вел себя граф сдержаннее других. Выглядел мрачным, больше молчал – может, оттого, что непрерывно и без особенного разбора поглощал пищу, будто задался целью уничтожить ее всю. Но при этом зорко приглядывал за пирующими, и его свинцового взгляда, нацеленного из-под тяжелых век, обычно хватало, чтобы утихомирить самых буйных. Если нет, за дело брались полукровки-стражи, размерами соперничающие с богатырями, и в два счета скручивали шалуна, чтобы затем выволочь его из зала и доставить в кроватку, по пути надавав тумаков. Процедура эта наверняка была отлажена до мелочей – но тогда что так заботит начальника стражи? Или это его перманентное состояние?
   – Ты есть-то собираешься? – вновь спросила Лора, видимо, утомившись подавать пример.
   – Что? – откликнулся Светлан. – Вот это? Я ж не хищник… пока еще. Лучше после выйду на лужайку, попасусь. Буду глядеть на звезды, думать о светлом…
   – А вот киска уминает, чего ни дай, – заметила девушка. – Верно, огры не особенно ее баловали.
   – Вот чем зверя потчевали у огров – лучше не гадать, – вздохнул Светлан. – Не то даже у тебя пропадет аппетит.
   – Кстати, как ее зовут?
   – Э-э… Агра. Ты не против? – спросил он у кобрис. Та медленно мигнула – что можно было трактовать, как согласие.
   – Ладно, си-ир, понятно, что ты не ешь этих… млекопитающих, – тихонько сказала Жанна. – Родичи как бы, да? Мне и самой… самому… отвратно. Но птиц-то можно? Вон пирог с жаворонками, вон жареные дрозды… соловьиные язычки в винном соусе…
   – Ужас какой, – пробормотал Светлан. – И певчих птичек не щадят – всё бы жрать, жрать!.. А менестрелей не запекаете в тесте?
   Лора фыркнула в голос, наверное, вообразив такое блюдо. Жанна состроила брезгливую гримаску – как и всегда, больше дурачась.
   – Не хотите настоящей еды? – вдруг произнес де Биф, невесть с чего вновь выказывая радушие. – Пища героев, да. Ее немногие достойны.
   – Это какая же? – с подозрением спросил Светлан.
   – Вчера в ловчую яму свалился огр. Матерый, упитанный. Лучшие его части уже доставлены.
   – О господи…
   – Бытует поверие, – пояснил Артур, улыбаясь краями губ, – что огрское мясо придает силу.
   – А печень врага – храбрость, – подхватил Светлан. – На их людоедство ответим своим, ага?
   – Они ж великаны, – возразил граф, искренне удивившись. – Не люди.
   – Как говаривал мой друг, – Светлан покосился на ухмыляющегося короля, – а какое превышение над своим ростом вы считаете допустимым? За века эта грань сделалась такой расплывчатой!
   Похоже, над этой мыслью де Бифу еще не приходилось думать, но отнесся к ней он со всей серьезностью, мучительно наморщив лоб. Надо же, он умеет слышать!..
   – Это мы обговорим в приватной беседе, – произнес Артур. – И лучше бы ее не откладывать. А «пищу героев»… советую похоронить. Поверьте, граф, героем делаются не через желудок.
   Более изощренный ум мог углядеть в этой фразе оскорбительный намек, но де Биф лишь впал в прежнюю молчаливость, возобновив угрюмое жевание.
   На какое-то время в зале наступило затишье – относительное, конечно. Интерес к гостям из столицы, никак не реагирующим на потуги здешних остряков, явно пошел на спад. Общее сборище, как водится, стало распадаться на группки из двух-трех давних знакомцев, и почти в каждой нашлись занятия повеселей, чем метать стрелы в глухую стену.
   Притворяясь паинькой, Агра заигрывала с волкодавами. Но стоило кому-то из них увлечься, как она хлестала жестким хвостом по его морде, вынуждая беднягу с визгом отскакивать. Верно, вот так же кобрис вразумляла юных огров – только у тех-то шкура намного прочней.
   – Совести у тебя нет, – упрекнул ее Светлан. – Связалась с младенцами!.. А если бы я с тобой так играл?
   Впрочем, рамок Агра не переступала и всерьез жертвам не вредила – больше унижала. Такое псинам и в страшном сне не виделось: что с ними будут забавляться, как с мышами. А еще говорят: собачий характер!..
   И тут острый слух Светлана, среагировав на ключевое слово, из общего гвалта вычленил голоса двух персонажей – весьма примечательных, к слову сказать. Как видно, эти двое относились к категории «друзей-соперников». Они и походили друг на друга точно близнецы: оба громадного роста, неохватной ширины, со спутанными гривами и дикарскими лицами, заросшими клокастыми бородами. Только один грязно-рыжей масти, а второй пепельно-серый. Хотя, если их отмыть… А еще оба смахивали на де Бифа, хотя значительно уступали ему в толщине, а борода у графа была черная с проседью. Но в его сыновья эти олухи вряд ли годились – разве в племянники.
   – Болтают, у Паука были здоровущие псы, – говорил рыжий. – В одиночку брали медведя!.. А теперь ни Паука, ни псов, ни даже Дома. Всё порушил чужак. И как справился, а?
   – Кто может одолеть истинного колдуна? – гыкнув, поддержал серый. – Только другой колдун. Он лишь рядится под силача – видимость одна. Надул, понимаешь, телеса, строит из себя!..
   Умерять голосов они не привыкли, а может, были туги на ухо – во всяком случае, Светлан слышал бородачей прекрасно, хотя сидели не близко. Вообще, тихие голоса здесь не котировались – сильный да храбрый должен звучать громогласно, чтобы никто не усомнился. Или провоцируют? Пожалуй, у этих хватит ума. Их он еще не колотил, а тут каждый учится на своих шишках. Вот с Артуром они, наверно, знакомы близко, потому и не задевают. Но наша-то любовь впереди, да?
   – Недаром он якшается с ведьмами, – продолжал рыжий. – Всяко их бережет и защищает. Отец-то Пим и вовсе нарек его Антихристом – дескать, явился из Преисподней и сживает со света истинноверующих, применяя колдовские чары.
   Кажется, вы меня уговорите, подумал Светлан с ухмылкой. Вот возьму и овладею смежным ремеслом!..
   – И королеву чужак зачаровал, – подхватил серый. – Теперь, чего тот ни пожелает, она исполняет.
   Ох, если бы! – вздохнул Светлан. Беда в том, что Анджи шибко самостоятельная, а ведь ее заносит по молодости и от избытка чувств… Или это не избыток? Смотря где, наверно.
   А бородачи не унимались. Они походили на пацанов, расшалившихся до того, что стали задирать взрослого, – и жутко, а несет. Да еще каждый подзуживает другого, играя на знакомых струнах. Ну и допрыгались: рыжий побился с серым об заклад, что дутый богатырь не сможет прорубить его новый панцирь, купленный в Нордии, знаменитой своими мастерами, и что он, рыжий, уверен в этом настолько, что готов испытать такой удар на себе, обрядившись в нордийские латы. Похоже, сболтнул сдуру, а потом уперся из упрямства и глупого гонора.
   Затем оба кое-как выбрались из-за стола и направились, гулко топоча, к Светлану, чтобы вовлечь и его в свой дурацкий спор. Де Биф этому не препятствовал – скорее заинтересовался нежданной потехой, даже прекратив жевать.
   Волей-неволей Светлан согласился на демонстрацию, хотя урезонивать закусившего удила рыжего пришлось долго. Сошлись на компромиссе: первый удар – пробный, по пустому панцирю; второй – как заказывал… если не передумает. Логики в этом Светлан не видел, но упрямца такой вариант почему-то устроил. Да и кого тут можно убедить нормальными доводами?
   В течении следующей пары минут стражники-исполины приволокли откуда-то деревянного болвана (мало здесь живых), установив его по центру зала и споро обрядив в латы, за которыми рыжий сгонял своего оруженосца, – кстати, выглядели железки и впрямь недурно. А затем на арену, весь… гм… в белом (во всяком случае, светлом), вышел Светлан и неспешно направился к злосчастной деревяшке.
   Иногда ему нравилось пускать пыль в глаза. А такой удар был эффектен, даже красив: единым махом меч выдергивается из заплечных ножен и с гулом обрушивается на цель – хорошо, не живую. А если еще дополнить свирепым рыком…
   Собравшиеся тут мужи знали толк в рубке и сами умели биться, превосходя силой и сноровкой едва не всех в здешнем королевстве. Впечатлить такую публику было потрудней, чем медлительных увальней из окружения королевы или даже огров, стерегущих Праматерь. И Светлан показал, на что годен. Меч блеснул перед ним тусклой вспышкой, вернувшись в ножны еще прежде, чем до зрителей донесся лязг.
   В первую секунду мало кто понял, что произошло, – даже удар заметили немногие. Затем хваленные доспехи распались надвое, с грохотом обрушась на каменный пол, и у спорщиков-рыцарей отвисли челюсти. У рыжего от лица отхлынула кровь, ряха же серого, наоборот, налилась ею, точно перед инсультом.
   – Что, – спросил Светлан вкрадчиво, – теперь испробуем на живом?
   Оба замотали головами, пятясь под его взглядом. Конечно, лестно, когда тебя боятся хищники, но лучше этим не увлекаться. Ведь каждый раз, подержав в руке меч, Светлану требовалось усилие, чтобы убрать его обратно, – словно бы тот требовал жертв, увлекая владельца к новым сечам. Действительно: лучше не обнажать без нужды.
   – Ну, как желаете, – не стал настаивать он.
   И нацелился было вернуться за стол, когда расфранченный нордийский посол, насмешливо кривя сочные губы, произнес – вроде бы для своих дворян, но так, чтобы слышал и де Биф:
   – Похожий фокус я лицезрел при дворе нашего доброго Луи. Правда, тамошний чародей не изображал из себя рубаку. Честная магия, господа!
   Вокруг маркиза раздались услужливые смешки, впрочем не поддержанные междуреченцами. И все равно: это вызов. Кажется, богатыря только что обозвали мошенником?
   Одним прыжком очутившись рядом с нордийцами, Светлан саданул кладенцом поперек массивного стола – будто молния ударила. А заодно рявкнул от души, как и должно, сопровождая молниевый разряд громом. От акустического удара, будто разорвавшего пространство, ближних рыцарей отбросило вместе с креслами, да и прочих тряхнуло крепко. Взвыли напуганные псы, со сводов посыпалась труха и пыль, едва не треть свечей погасла. А затем, под звон осыпающихся блюд и кубков, рухнула на пол столешница, разрубленная надвое. Эффектная точка!
   – А как вам понравился такой фокус? – спросил Светлан в наступившей тишине.
   Почему-то никто не ответил. Зато расхохотался Артур, откровенно наслаждаясь спектаклем, а в сощуренных глазах де Бифа блеснуло удовлетворение. Эта демонстрация явила мощь его победителя – и разве хоть кто-то здесь сможет противостоять ей? Значит, и в тогдашнем поражении графа нет позора.
   – Вообще, то же самое можно было сделать кулаком, – проворчал Светлан, снова усаживаясь в кресло. – Или это уже перебор?
   Понемногу вокруг опять разгорался пир. Захмелевшие рыцари оживленно обсуждали оба богатырских удара, несколько крепышей даже устроили проверку, пытаясь разрубить собственный стол. Рыжий бородач горевал над загубленным панцирем, в то же время радуясь, что легко отделался, и на пару с серым приятелем стремительно напивался – похоже, по обоим поводам. Огорченным нордийцам заменили мебель и посуду, но сочувствием и издевками пока не докучали – наверное, до этого еще дойдет очередь. В предвкушении насмешек злосчастные щеголи тоже усиленно налегали на спиртное.
   – Может, и мне напиться? – спросил Светлан. – Или хотя бы выпить. Имеются тут достойные напитки?
   Агра протяжно зевнула, затем сомкнула пасть с отчетливым клацаньем. При виде ее смертоносных клыков и раздвоенного языка на минуту притихли даже самые горластые.
   – Не пей, хозяин, – козлом станешь, – с ухмылкой предостерегла Лора. – Или какой иной скотиной.
   – Вино-то, похоже, заговоренное, – негромко сказала Жанна.
   – И черт с ним, – буркнул Светлан. – Лишь бы отравы не сыпанули.
   Он не смог бы опьянеть, даже если бы захотел, – не богатырская это доля, не хмелеют истинные батыры.
   – В этом де Биф не замечен, – сообщил Артур. – Он злобен и жесток, но со спины не нападает.
   – И слава богу. А то от яда у меня изжога.
   Все ж не обошлось без небольшого концерта. «Сдуру или с отчаяния», но Стронг посетила труппа комедиантов, и де Биф решил, видимо, показать гостям, что не дурее прочих графьев и тоже как бы не чужд искусству. Правда, на спектакль это походило мало – скорее на подборку эстрадных номеров. А уровень исполнения… провинциальный, даже по меркам королевства. Зато почти половину труппы составляли девицы, и лишней скромностью они не отличались, недостаток мастерства возмещая дерзкими нарядами и фривольными повадками. И не боятся же дразнить зверей!..
   – Бедняжки думают, будто умеют танцевать, – позволила себе шпильку Жанна. – Про голоса уж не говорю. Верно, над ними кто-то зло пошутил.
   – В здешних представлениях одно хорошо, – с улыбкой откликнулся Артур. – Они не длятся долго.
   Тигрица опять зевнула, словно бы не выспалась за день. Розовая ее пасть расцвела огненным цветком, при том что сама Агра почти растворялась в сумраке зала, – впечатляющая картинка.
   – Вообще, и я не отказался бы баиньки, – поддержал киску Светлан. – Как ни странно, да? На меня такие сборища действуют удручающе. И время уже позднее – за’полночь.
   – В самом деле, долг вежливости мы отдали, – молвил король. – Себя показали, публику потешили. Вот только дела не успели обговорить.
   – По-твоему, здесь может быть толк от серьезных разговоров?
   – Немедленный – вряд ли. Но чтобы зерна дали всходы, нужно бросить их в землю загодя.
   – Монарх-землепашец, надо же! – ухмыльнулся Светлан. – И где ж ты набрался таких сведений?
   – Постранствуешь с мое, еще не то узнаешь, – парировал Артур. – Вы не против, друзья?
   Стиснув обеими руками тяжелый стол, он поднялся и аккуратно, не пролив из бокалов ни капли, перенес его поближе к де Бифу. Пришлось и остальным перебираться на новое место, волоча за собой кресла.
   – Монсеньор, я же сказал: дела – после, – пробурчал де Биф, нехотя отрываясь от еды. Спьяну или намеренно он приравнял короля к принцу. Конечно, королевство у того крохотное, но от этого его величие не делается меньшим.
   – Нынче же, граф, – возразил Артур спокойно. – Больше – никаких отлагательств. Нам не до пирушек.
   – По-вашему, мы плохо воюем?
   – По-нашему, с этой войной надо завязывать, – вступил Светлан. – С большими парнями мы столковались, осталось уломать мелюзгу. Или, думаешь, не сладим? Скажу тебе, как граф графу: лучше не мешайся.
   Угрюмо помолчав, правитель изрек:
   – Если королева забыла свой долг, то я – нет.
   – Вассальский? – вкрадчиво уточнил Артур.
   Подумав еще, де Биф ответил:
   – Божий.
   – И что, Бог лично поручил вам крушить огров или уведомил через посредников? А вы уверены, что им не нашептывал дьявол? Или что тут не замешан ваш интерес? Ради высших целей обычно жертвуют чем-то, а вы больше наживаетесь, разве нет? Но если потребуют принести на алтарь самое дорогое – что тогда запоет ваш «бог»?
   – Не тратьте слов, сир. Я не меняю взгляды и решения. Пока я хозяин здесь, война будет длиться.
   – В таком случае, любезный граф, придется отстранить вас от руководства кампанией. Как посланник королевы, я наделен такими полномочиями.
   – И каким образом ваше бродячее величество собирается это устроить? – просипел де Биф язвительно.
   – Самым надежным, мой дорогой, – вогнав вас в грунт по макушку. Или же это сделает мой друг. Вы не забыли, на что он способен?.. Кажется, бедняга покраснел, – добавил Артур шепотом.
   – Побагровел, – поправил Светлан.
   – А есть разница?
   – Багровеют от злости, краснеют от стыда.
   – Действительно, до стыда ему, как до спасения души.
   Впрочем, непохоже было, что эта перепалка завела графа всерьез, – сейчас его явно заботило иное. И что же может оказаться для де Бифа важнее власти?
   – Вызовете на поединок? – спросил он, осклабясь. – После всего, что показали тут? Конечно, я не откажусь. Даже, если выйдете против меня вдвоем.
   – Если потребуется, мы вызовем всех ваших рыцарей – скопом, – надменно молвил король. – Я поручился перед великанами, что люди не нарушат перемирие, а вы знаете, сударь, чего стоит мое слово. Или нет?
   – И во сколько жизней его оцениваешь? – тихо поинтересовался Светлан. – Ой, не заносись, величество!
   – Считаете, монсеньор, тогда силы выровняются? – фыркнул де Биф. – И за сколько ударов рассеете наши ряды? Вам же это лучше знать!.. Или будете сшибать наездников криками?
   – Черт, ведь он прав, – пробормотал Артур. – Разве выйти против них пешими? Нет, даже так шансы не уравнять… Эх, прощайте, турниры!
   – А ты учреди турнир богатырей, – предложил Светлан.
   – Да где ж их наберешь столько? На все королевство лишь четверо, считая чужестранцев… Что же остается, сударь? – осведомился король. – Как прикажете биться с вами? Ведь должен быть выход из этого тупика!..
   – Только осада, монсеньор, – ответил тот серьезно. – Если дадите нам время подготовиться.
   – Ну что вы усложняете? – не выдержал Светлан. – Бла-ародные!.. А почему попросту не надавать ослухам оплеух, вздернув за шкварник?
   – Мне говорили, – не глядя на него, выцедил граф, – что в делах чести Убийца Чудовищ не особо разборчив. Еще я слышал, будто он слуга сатаны и сражается с помощью колдовства. И что наша королева пленена им с первых дней правления, а все указы исходят от чужака. И что даже вы, сир, находитесь в плену его чар.
   – А можно мне назвать Бифа сучьим выродком? – шепотом спросил Светлан. – Как бы в отместку.
   – Зачем оскорблять его мать? – сказал Артур. – Она ж не знала, что родится такое!.. Думаете, стены замка защитят вас? – обратился он к графу. – Ведь приспешники дьявола умеют летать.
   С усилием де Биф натянул на широкое лицо прежнюю маску вынужденной приветливости.
   – Вижу, милостивые судари, вас уже утомило наше общество, – произнес он на удивление гладко. – Не смею больше докучать. Вас проводят в гостевые покои. А наша война, думаю, потерпит до утра.
   Вот на это не возразил никто.
   – Ну-с, зерна брошены, – пробормотал Светлан, вставая. – И какими же будут всходы?

Глава 5. Магию – в жизнь.

   Гостевые покои располагались на верхнем этаже громадного здания, высящегося по центру замка этаким утесом, а окнами выходили на юг, позволяя жильцам услаждать взоры видом, открывавшимся за крепостной стеной: обширный пустырь, заросший дикой травой и убегающий к далекому лесу. Как ни странно, королевским послам выделили смежные помещения, даже не попытавшись разделить опасных гостей. Наверно, де Биф и вправду был чужд коварству. Или в достаточной мере радушен, переняв это у огров, своих врагов (пока те учились у людей хитрости). Или же не настолько глуп, чтобы рассчитывать на согласие богатырей селиться порознь.
   Обследовав покои и не найдя тут скрытых сюрпризов, все собрались в большой комнате, такой же мрачной, как парадный зал, и так же озаренной чадящими факелами да огромным камином. Конечно, факелы немедленно затушили, дабы не отравляли воздух, зато возле камина расселись, словно вокруг костра, придвинув кресла. На квадратном столе было заготовлено угощение, будто на пиру могло не хватить кормежки. Впрочем, здешние яства оказались не столь убойными, как бы десерт: пироги, фрукты, легкие вина, – из этого хоть что-то можно выбрать.
   Прелестный паж Артура выглядел сейчас странно, ибо разгуливал по пояс голым, рассчитывая в случае тревоги успеть одеться за секунды. Лора опять распустила на себе латы, призывно светясь бронзовым телом сквозь множество щелей. А Светлан с охотой избавился от лишнего груза, свалив доспехи в углу, – эльфский кортик, правда, прихватил с собой, чтоб было чем резать плоды.
   – Смотри-ка, для те6я уже придумали прозвище, – заговорила Жанна, посмеиваясь. – Убийца Чудовищ, ого!
   – Да кого я убил: единственного огневика? – возразил Светлан. – О Пропащих Душах здесь еще не знают, а назвать чудищем старикашку Паука… Самое смешное, что с годами второе слово потеряют и спустя поколения будут с трепетом повторять: убийца, убийца!.. Это греет, верно?
   – Главное, что с трепетом, – утешила ведьма. – А уж какая станет у тебя кликуха… Ведь и убийцы бывают такие душки!
   – Постоянно забываю, что тебя нужно делить на восемь, – вздохнул он. – Каждый раз принимаю за взрослую. Может, причина в твоем бюсте?
   – А я и в других местах оформилась, – похвалилась девушка.
   – Жаль, не во всех. Конечно, головка у тебя милая…
   – Только пустая, да?
   – Ну почему… Хотя ветер гуляет.
   Пока они трепались, Лора успела проверить запоры на дверях и даже выглянула в окно, обследуя наружную стену, – а нельзя ли пробраться по ней? Что ж, осторожность не повредит. Кроме де Бифа, в замке полно прочих доброжелателей, иногда слишком инициативных.
   – А славно ты рявкнул на нордийцев, – заметил Артур, неспешно расстегивая панцирь. – Ведь это не было Громом из твоего магического резерва?
   – Я ж не собирался их калечить, – повел плечами Светлан. – Вообще, сей финт не я придумал. Видишь ли, старина, хорошая озвучка вынуждает увидеть даже то, чего нет, а впечатление от действа возрастает в разы.
   – Помнится, и де Бройль заявлял, что громовые рыки во время боя наводят дрожь даже на храбрецов. Еще он говорил, что клинок при атаке должен издавать устрашающий свист.
   – Надо же, – удивился Светлан. – Иногда и болваны глаголят истину. Устами дебила…
   – Кстати, а почему банду баронов не объявить войском королевы? – спросил Артур. – Пока еще де Биф разберется!..
   Видимо, он не считал такую хитрость обманом – на войне, как на войне. Вот вам и рыцарское благородство!
   – Этот ход напрашивается, верно, – согласился Светлан. – А потому не годится. С некоторых пор я избегаю очевидных решений – не терплю, когда меня дергают за нити.
   – Сказала бы я, за что вас дергают! – фыркнула Лора, разваливаясь в соседнем кресле.
   – Не боишься перехитрить самого себя, си-ир? – спросила Жанна, усаживаясь к нему на колени. – То есть, если кто-то хорошо тебя изучил…
   Светлан усмехнулся:
   – Он знает, что я знаю, что он знает… Да? Тут важно вовремя затормозить. Или чувствовать, когда тебя подталкивают.
   – Кто подталкивает? – не понял Артур.
   – Да хоть бы обстоятельства.
   – Ладно, все это чересчур сложно… для простого короля. А вот что делать с графом? Если он упрется рогами…
   – По-твоему, я недостаточно его впечатлил? Или он хочет поглядеть на богатырей в настоящей драке? Упаси его бог! Когда от молодецкого маха люди разлетаются кеглями…
   – Увы, мой друг, фамильное упрямство де Бифов вошло в поговорку. Боюсь, без боя не обойтись. Ты же знаешь: некоторым проще снести голову, чем вразумить.
   – Есть менее радикальное средство, – сказал Светлан. – А применяли его в Византии, дабы стреножить шибко деятельных. И потом для них открывалось столько маленьких радостей!..
   Поморщившись, Артур проворчал:
   – Уж лучше смерть.
   – Может, оставим выбор за клиентом?
   – Но что за средство, господин? – простодушно спросил Стрелок, вызвав у Лоры усмешку. А Жанна и вовсе залилась смехом, впрочем не обидным.
   – Надо отправить тебя в турне по Ближнему Востоку, – сказал Светлан. – Чтоб представлял, как выглядят евнухи. Кстати, внешне Биф не слишком изменится. Борода, правда, оскудеет.
   – Ведь это не всерьез? – произнес король. – А с графом надо решать, причем до утра.
   – Я и сам не прочь вогнать его в землю. Но станет ли от этого лучше?
   – А какую ты видишь альтернативу?
   – Может, и в нем сыщется светлое? – предположил Светлан. – Или хотя бы здравое.
   – В де Бифе? – спросил Артур с сомнением. – Вот в этой глыбе говядины?
   – Неприступных людей не бывает, – наставительно молвил Светлан. – Если они еще люди, конечно. И почти с каждым можно поладить, подойдя с верной стороны. Подходы надо искать, подходы!..
   – Рыться в куче дерьма, чтобы найти жемчужину? – фыркнула Жанна. – Была охота!
   Светлан вздохнул… пожалуй, даже сочувственно: самому не хочется.
   – По молодости либо сгоряча и я бы наломал тут дров, – сказал он. – А еще год назад попытался бы выстроить интригу, дабы порешить вражин, по возможности не замарав рук. Но нынче… душа не лежит. Точнее говоря, не пускает. Почему-то чудится, что этим способом мы навредим больше себе, чем другим. Как говаривал один… гм… рыцарь, большие дела надо вершить чистыми руками. И мыл их, надо признать, тщательно – кровью.
   – Видишь? – хмыкнул Артур. – Говорить легко.
   – А тебе подавай легкие пути? Богатырь!..
   – Знаешь, друг мой, я ведь привык действовать напрямик, а не искать, как ты говоришь, подходы. Тем более, когда их в помине нет.
   – Ну, должны же быть плюсы и у Бифа?
   – Он отважен, – нехотя признал король. – Хотя это у него больше от упрямства и отсутствия воображения.
   – Достоинства как продолжение недостатков? Ну-ну.
   – Еще он не падок на женщин… последнее время.
   – Да? – заинтересовался Светлан. – И с каких пор?
   – С тех самых, как женился.
   – Вот! А ты говоришь… Многие ли из железноголовых верны женам?
   – Но сперва граф похитил ее и надругался. Тогда это было для него обычным делом.
   – М-да, «их нравы», – поморщился Светлан. – Аппетит, стало быть, пришел во время еды?
   – Скорее болезнь, – усмехнулся Артур. – Говорят, супруги не очень-то ладят. Конечно, на публике всё пристойно…
   – Ну, учитывая, как началась их… э-э… близость… Чему ж удивляться? И все-таки факт любопытный – тут стоит порыться. Кстати, Биф как-то оправдывал свой… гм… первый позыв? Ты ж общался с ним после этого. Или не заходила речь?
   – Утверждал, что был вне себя, что девица довела его до бешенства своими колкостями и угрозами…
   – Изнасиловать в аффекте – это новое в практике, – подивился Светлан. – То есть настолько захотелось, что никакого удержу, да? Или таким способом граф ставил ее на место?
   – Странно, что он вообще снизошел до оправданий. Любой из диких баронов похвалялся бы таким подвигом, а де Биф ушел от них недалеко. Если вспомнить, что вытворял он в своем графстве, пользуясь слабостью короля Филиппа… Сейчас-то вроде поутих.
   – Но не родился же он злобным? Наверно, что-то сделало его таким?
   – Например?
   – Да откуда мне знать? Может, его от груди рано отняли. Или слишком подавлял отец. Или надругались в малолетстве. Вот и отыгрывается теперь, требует сатисфакции от обидевшего общества!..
   – По-моему, дружище, ты слишком упрощаешь. Объяснить, что движет творениями Господа, даже столь нескладными, как де Биф, – совсем не легко. Хотя, если принять за истину теорию почтенного Робинкраца, что здешний мир… э-э… виртуальный… Чего взять с придуманных персонажей!
   – Я не считаю ваш мир выдуманным – то есть не больше, чем наш, – возразил Светлан. – И уж во всяком случае, он не менее живой. Но мотивации в нем должны быть прозрачней, а характеры не столь навороченными… Я не говорю, что это плохо! Наоборот, завидую вашей цельности. Но находить зарытых собак здесь все-таки проще.
   – Ну не знаю, не знаю…
   Поглядев в узкое окно, за которым ночь сгустилась уже до черноты, ведьма вскочила с колен богатыря и, коротко разбежавшись, взмыла в воздух, сделав пробный круг под потолком.
   – Ишь ты, – хмыкнул он. – Эскадрон пажей летучих!
   – Вонючих, – скривившись, откликнулась Жанна. – В этом замке полно оружия и снеди, но не видно ни корыт, ни тазов – будто им ни к чему мыться.
   – Пачкаться не надо, – поддел Светлан. – К истинным ведьмам грязь не пристает.
   – К прирожденным, – поправила девушка и вздохнула. – Таких высот я еще не достигла. – Спланировав на середину стола, она спросила: – А что вы там трындели про графа и его закопанных псов? Признаться, сиры, я потеряла нить… Вечно вас заносит!
   – Его девушки не любят, – пояснил Светлан. – Он год не был в бане.
   – Год? – удивился Артур. – Да он там сроду не бывал!
   – Может, корень зла как раз в этом?
   – Ха! Как говорится, черного кобеля…
   – Но почему Бифу не мыться хотя б изредка? Или для него это слишком большая жертва?
   – Может, он зарок дал? – предположила Жанна. – Или на него заклятие наложено. А как завидит невинную да чистую деву, в нем пробуждается дикий тур, и кидается он, ослепленный яростью, чтобы втоптать бедняжку в грязь…
   – Только не надо сказок, – сказал Светлан. – А то я не знаю, как это бывает!.. Спроси вон у Лоры, где прячется тот «дикий тур». Но вот что затем в Бифе шевельнулось иное – действительно, чудо. Кстати, а что представляет из себя графиня?
   Похоже, это заинтересовало не только его – все дружно посмотрели на Артура. Поведя широченными плечами, тот ответил:
   – Зовется Адель. Лет около двадцати, худощавая, высокая – слегка даже чересчур. Немного сутулится. Волосы светлые, с пепельным отливом, кожа бледная, лицо миловидное… когда не злится. Нос, пожалуй, великоват…
   – Короче, на кралю не тянет, – вставила Жанна. – Наше величество, как всегда, слишком деликатничает.
   – Однако ноги у нее длинные и стройные, – вступился король. – И шея красивая.
   – Зато грудь плоская, – догадалась девушка. – И зубы врастопырку, ага? Сказал бы прямо: смахивает на оголодавшую крысу!
   Покряхтев, Артур нехотя признал:
   – В самом деле, некоторое сходство присутствует. Хотя крыска все ж довольно милая, со своеобразным шармом…
   – Крысиным, – буркнула ведьма.
   – Ладно, с формой, будем считать, разобрались, – подвел черту Светлан. – Как насчет содержания?
   – Рядится любит в роскошь, обожает безделушки… Или это тоже форма? – засомневался король.
   – Давай-давай, не тормози – сойдет за промежуточную фазу… Под «безделушками», как понимаю, ты разумеешь драгоценности?
   – Именно. При этом одевается Адель… э-э… необычно.
   – Безвкусно, – поправила Жанна. – Видали мы этих провинциалок! Спеси-то через край…
   – С чего это ты невзлюбила графиню? – поинтересовался Светлан. – Что-то слышала про нее или авансом, на всякий случай?
   – А птицы всегда не любили крыс.
   – Наша орлица, ишь! – хмыкнул он. – А треску, как от…
   – … сороки, да? – Жанна хихикнула. – Ладно, уже молчу.
   Кто здесь помалкивал – это Лора. Откинувшись на высокую спинку, она переводила прищуренный взгляд с одного собеседника на другого и, протянув мускулистую руку в сторону, задумчиво катала апельсин по краю стола, словно хотела показать, какой великолепной лепки у нее пальцы и какими красивыми могут быть ногти, даже остриженные под корень. Во всяком случае, зрелище притягивало. Хотя казалось бы: на что тут смотреть?
   Ну, а что безмолвствовал Стрелок – к этому все давно привыкли.
   – Что же до личных качеств графини, – продолжил Артур, – то здесь, боюсь, куда больше под спудом, чем на виду. Она неглупа, наблюдательна, и язычок подвешен неплохо – хотя иной раз хочется его окрестить жалом.
   – Пчелиным или змеиным? – не сдержавшись, ввернула Жанна.
   – Об этом следует спросить ужаленных, – усмехнулся король. – На меня Адель не стала тратить яд.
   – Конечно, кто ж устоит перед таким кавалером! – И разведя руки, насмешница изобразила нечто вроде сидячего реверанса: – Си-ир…
   – Полагаю, дело в ином, – отмахнулся Артур. – Похоже, Адель имела на меня виды.
   – Матримониальные? – уточнил Светлан.
   – Возможно, ей и польстило бы стать королевой. Но first is first: сперва следует заделаться владычицей Междуречья – единоличной. Поэтому ей была важней моя сила, чем титул. Ведь кто еще тут смог бы завалить ее мужа? А достать отсюда, скажем, де Бройля… Не говоря об Оттоне, с коим даже безумец остерегся бы связываться.
   – Когда мужиков тянет во власть – еще могу понять, – проворчал Светлан. – Но чего там забыли женщины? Или это какой-то психический выверт?
   Артур поглядел на него с сомнением, видимо, не поняв насчет «мужиков». Для монарха он мыслил на удивление широко, но допустить к рулю крестьянство?!..
   – Вот у меня оба деда – селяне, – сообщил Светлан. – Чем не мужик?
   – Ты – исключение, – твердо сказал король. – Ни телом, ни, тем более, душой ты не похож на простолюдина.
   – Да я и на человека уже… не очень-то…
   – Ладно тебе, сир, – утешила Жанна. – Я видала и пострашней. Ну большой – подумаешь!.. Чего бояться, если не злобный?
   – А ведь Сэмпре про Адель – ни полсловом! – вдруг вспомнил Светлан. – Не странно ли?
   – Возможно, не хотел убавлять нашу решимость, – пожал плечами Артур. – Людей он впрямь понимает неплохо. Адель все же сирота, и опекать ее, кроме де Бифа, некому.
   – А может, барон сам имеет виды на графиню? Ведь в любом сражении не помешает запасной план. Звонил-то он складно – даже я поверил.
   – Видишь?
   – А теперь усомнился. («Ну да, русский мужик задним умом крепок!») Что-то не складывается картинка. Де Биф, понятно, животное, но не такой законченный зверь, каким его живописал Сэмпре.
   – Так ведь и я помню графа таким, – сказал Артур.
   – Вот память и застит тебе глаза – в отличие от меня. Свежий взгляд, знаешь ли. Где ты видел грустных зверей?
   – На свете всякое бывает…
   – Что и не снилось, да? – фыркнул Светлан. – Нет, старина, грустный зверь – это уже слегка человек.
   – Может, он съел чего? – предположила практичная Жанна. – Вот и мается от несварения.
   – Сиротку, ага? А на них у Бифа аллергия…
   Забрав у Лоры апельсин, он в две секунды срезал кинжалом кожуру и вручил девушке дольки, готовые к употреблению. Второй очистил уже себе, но не успел вонзить зубы в сочную мякоть, как налетевшая ведьма выхватила плод – больше из вредности. Дескать, а почему второй даме не предложил?
   – Так ты ж теперь паж, – возразил Светлан. – Грудастый, правда. Но до чего доверчивы рыцари: не разглядеть под такой маскировкой девицу!..
   – Искусство перевоплощения, – пояснила Жанна, снова рассевшись посреди стола и смакуя добычу. – Тоже в некотором роде магия.
   – Ворованное слаще, а? – поинтересовался он. – Смотри, не заиграйся, летунья… А вдруг бы я не сдержал рефлекс?
   Сняв стружку с третьего апельсина, Светлан смог наконец и сам оценить вкус междуреченских фруктов. Или это привозные?
   – Выходит, графиня нам пока не враг, – резюмировал богатырь. – И будь мы менее разборчивы в средствах… Вот пирожные есть не советую, – предостерег он Стрелка, застенчиво потянувшегося к тарелке. – Что-то не нравится мне их душок, а ты из нас – самый уязвимый.
   Тотчас ведьма ухватила роскошно оформленное блюдо и, поднеся его к самому носу, подтвердила:
   – И впрямь, угощеньице с сюрпризом!.. Кто же тут такой шалун?
   Принюхавшись, Артур заметил:
   – Возможно, все не так страшно – сюрприз несколько залежалый.
   – И что? – спросил Светлан.
   – В большинстве ядов, как и в продуктах, важна свежесть.
   – Иначе клиент не оценит, да? Ох, уж эти монархи – поднаторели в темных делах!
   – Так ведь тут либо ты травишь, либо тебя, – улыбнулся Артур.
   – Тебя, пожалуй, отравишь!.. Так чья это, по-твоему, работа?
   Король опять пожал плечами:
   – По стилю похоже на нордийцев – наверняка ж они успели подкупить графских поваров? Хотя и здешние святоши могли расстараться. Не говоря уж о службе безопасности. Нередко тамошние заправилы делаются слишком активными и начинают вести собственную игру.
   – А сам де Биф?
   – Сомневаюсь. Прежде-то он не нарушал перемирия. Впрочем, если подойти к делу формально…
   – Ну?
   – Граф несет ответственность за своих слуг. И если мы переправим это угощение ему же…
   – Король, король!..
   – Есть такой термин: военная уловка, – с улыбкой напомнил Артур.
   – Да, но Биф, по твоему же мнению, пока не начинал боевых действий. Или и ты поборник превентивных ударов?
   – Я просто перебираю варианты. В конце концов, кто тут за главного?
   – Ну надо же! – вознегодовал Светлан. – Я-то полагаюсь на него, как на свою совесть… И где ж ты научился так подставлять друзей?
   Не выдержав, король рассмеялся и тоже принялся вкушать десерт. А блюдо с пирожными Жанна, плавно размахнувшись, отправила в камин – к большому сожалению Стрелка, питавшего слабость к сладкому.
   – А этот… отец Пим… что за субъект? – спросил Светлан, дегустируя теперь яблоко.
   – Да все святоши… одним миром… Что не вписывается в канон – подлежит кастрации. Будь его воля, он и на здешний люд напустил бы чистильщиков. А более про здешнего епископа не знаю ничего.
   – Весь из себя таинственный, да? Ну, на нет, как говорится… – Переведя взгляд на заскучавшую снова Жанну, богатырь произнес: – Ты вроде заикалась насчет водных процедур?
   – Издеваешься, сир?
   – Вовсе нет. Проблема лишь в подходящей емкости, а воду, причем теплую, я обеспечу.
   – И много? – заинтересовалась ведьма.
   – Да сколько захочешь.
   – Вообще, тут в одной каморке каменный пол и порог не низкий. А если его слегка нарастить…
   – Ишь, бассейн тебе подавай!.. Ну, веди.
   Конечно, за вспорхнувшей девицей двинулись всей гурьбой. «Каморка» оказалась нормальной комнатой, к тому же с двумя окнами. Но в остальном было, как и сказала Жанна: порожек высотою в локоть, нисходивший двумя ступенями к полу, выложенному гранитными плитами. И несколько объемистых, обитых железом сундуков вблизи облезлых стен, зачем-то декорированных старыми щитами. Кладовка, что ли?
   – Что ж, – сказал Светлан. – Рухлядь вынести просто, и перекрытия должны выдержать. А что до проема…
   Коротким рывком он сорвал с петель стальную дверь и, повернув вдоль горизонтали, приставил поплотней к дверному проему, тоже металлическому. Затем велел:
   – Ну-ка, посторонитесь!
   Тщательно нацелив кисть, Светлан выстроил Знак Молнии, заимствованный им у владыки Тартара, и аккуратными плазменными жгутами наглухо приварил створку к стене. Шагнув через дверь внутрь комнаты, перебросал сундуки Артуру, ставившему их один на другой тут же, возле входа.
   – Теперь надо хорошенько подмести, – объявила ведьма. – А кто тут главный дока по метлам?
   – Не мельтеши, – остановил ее Светлан. – Есть способ получше.
   Встав на ступеньки, он точно дозированной Волной (а этому его научила Лэлли, маленькая эльфка) вымел из комнаты весь мусор в распахнутые окна.
   – Надо ж, как удобно, – позавидовала Жанна. – И действенно!..
   – Даже слишком. Чуть ошибешься, и за бортом окажется весь скарб.
   – Вместе с мужем, – хихикнула она. – Да уж, ведьмам такой пылегон лучше не выдавать – характерец у нас, сами знаете… Ну, сир, теперь остался пустяк: всё это заполнить, – переключилась девушка. – И какой трюк припасен у тебя для этой задачки?
   – Весь вечер на арене, ха! – проворчал Светлан. – Причем без намордника.
   Переступив снова дверь, он составил из ладоней приемную камеру и протянулся ею к ближнему озеру, замыкая пространство, как умел уже довольно давно. Затем стал потихоньку отворять камеру наружу, при этом не разрывая созданный каналец, – а вот этого Светлан прежде не делал.
   Из сомкнутых его кистей полилась струя, вначале тоненькая, напоминающая не будем говорить что, но постепенно набиравшая силу – пока не стала хлестать, как из пожарного крана, открытого до отказа. Картинка нарисовалась странная: стоит, понимаешь, хмырь и содержимым пары горстей наполняет комнату, – иллюзионистам такое не снилось.
   – Лихо, – оценила и Жанна, уже вылезающая, елозя попкой, из тесных штанов. – Эк ты продвинулся, си-ир! Вот так оставь тебя на пару дней без призору…
   – Магия на службе быта, а как же? – хмыкнул богатырь. – Погоди, – опять придержал он торопыжку. – Я же обещал – теплую.
   – Только с паром не переусердствуй, ага? Знаю я ваши русские бани!..
   – Тогда уж турецкие, – поправил Светлан. – Наши-то без бассейнов.
   – Да разве турки моются? – удивилась она. – И давно это с ними?
   – При Бахраме не брякни, трепушка… Может, в твой язык вставить косточку?
   – Ты все перепутал, си-ир, – развеселилась ведьма. – Хотя то, что нам вставляют, тоже без костей.
   – Фу на тебя!
   Вода уже поднялась до подоконников, кстати, довольно высоких тут, и на этом Светлан прекратил подачу, перекрыв струю. Чтобы не повторяться и не рисковать зря, для нагрева применил Знак Жара, выцыганенный им у того же Сирка. Погрузив руки в бассейн, разгонял вокруг них тепло, пока от поверхности вправду не стал подниматься пар.
   – Довольно, довольно! – закричала Жанна, с разбега вонзаясь в бассейн. А вынырнула возле дальней стены, едва не угодив в окно… впрочем, для ведьмы это не страшно.
   – Если перебрал с теплом, скажи – убавлю мигом, – произнес Светлан. – Это мы тоже умеем.
   – Отлично, отлично, сир! – отфыркиваясь, пропела девушка. – Лучше не бывает!..
   Ну, вот теперь, смыв с себя прах пошлого мира, летунья надолго умчится в небо, будет носиться там до посинения, пугая птиц и страдающих бессонницей стариков.
   – От таких подарков и я не отказываюсь, – мурлыкнула Лора, поднося кисти к плечам. – Надо ж, подфартило! Мало богатырь, еще и маг.
   Она щелкнула хитрыми застежками там да тут, и сбруя съехала по ее полированной коже, сложившись у ног в компактную груду. Нагнувшись, дева сотворила что-то с сапожками и тут же, распрямляясь, взмыла прямо из них, разом перемахнув бортик и без брызг погрузившись в воду. Сверкнули розовые подошвы, булькнуло – и ее нет. Лишь стремительная тень скользит возле самого пола.
   – Видел бы де Биф, чего мы вытворяем тут, – пробормотал Светлан, тоже снимая с себя последнее. – Воистину, таких гостей опасно впускать!..
   Таким же точным скачком он нырнул в бассейн, с удовольствием ощутив чистейшую воду. Подавив желание выловить Лору, продолжавшую акулой кружить по комнате и будто дразнившую мужчин мельканиями ягодиц над поверхностью, богатырь присел на пятки посреди комнаты и, дотянувшись теперь до заветной бутыли, укрытой на спине шестинога среди посольского багажа, стал из сомкнутой ладони изливать жидкое мыло, второй рукой тут же взбивая его в белоснежный сугроб. Наверно, это было расточительством, но иной раз хочется побыть транжирой. А подлетевшие с обеих сторон девы, такие разные, но в равной степени пленительные, принялись кувыркаться в пышной пене, точно в снегу, размазывая ее по блистающей коже.
   Э-э, господа, это уж слишком! – подумал Светлан не без смущения. Как бы не перебрать с эротикой, а? Хорошо, я сейчас не весь на виду…
   Кстати, приваренная дверь разделила отрядец пополам, хотя половины получились не равноценные. Жертва долга Артур, как ни тянуло его в общую ванну, остался охранять снаружи комнаты и лишь придвинул кресло поближе к проему, чтобы услаждать взор резвящимися наядами. Бедняга Стрелок, очень озабоченный происходящими в его теле процессами, плохо поддающимися контролю, даже избегал заглядывать в бассейн. Кобрис, как и положено кошке, в воду не стремилась, хотя за купальщиками наблюдала с интересом, разлегшись поверх сундуков. А посему весь пыл расшалившихся девиц достался одному Светлану, вовсе не расположенному к таким играм.
   К счастью, длилось это недолго. Прогревшись впрок и отмывшись до сияния, Жанна вскоре упорхнула в ночь, взамен удобной леталки оседлав обычную метлу, вдобавок корявую. Лора тоже не слишком напирала, хотя за богатырем следила взглядом охотницы, наверно, убедившись за вечер, что дичь стоящая. Неужто и эта открыла сезон? Еще не хватало!..
   Закончив с помывкой, Светлан поменял воду, прежнюю спустив по канальцу в ров, дабы не мутить озеро, и уступил место в бассейне Артуру, взамен него подрядившись сторожем. Впрочем, король не остался один – Лора и от повторного омовения не отказалась, по всей видимости, питая к этой процедуре слабость.
   А уже после них, дождавшись, пока вся троица вернется к камину, в огромную ванну забрался Стрелок, конечно, не посчитав зазорным воспользоваться ею после короля. Да у Светлана уже и не осталось Силы для новой порции – растратил магию напрочь, до самого дна. И что на него нашло?
   Завернувшись в свой плащ, Лора забралась с ногами в кресло, выглядя под складками мягкой ткани вполне по-домашнему и сейчас вовсе не напоминая воительницу. Некоторое время они трепались о пустяках, поглядывая друг на друга и на полыхающее в топке пламя, пожалуй, слишком жаркое для такой погоды. Но здесь не экономили дров.
   – Ну, – спросил Светлан затем, – кто заступает на дежурство первым?
   – Вряд ли, мой друг, я смогу сегодня забыться, – молвил король и улыбнулся благостно. – Слишком свежи впечатления, увы.
   Разумеется, он говорил о Джинне – безумец. Впрочем, разве он один? «Безумству храбрых», ага… Одни безумствуют, другие поют – так и живем.
   – А мне не помешает с часик соснуть, – сказал Светлан. – Когда еще выпадет случай?
   И, позевывая, направился в свободную комнату, аккуратно затворив за собой дверь. Здесь оказалось даже уютно – по местным стандартам. Пол устлан коврами, стены драпированы бархатом, поверх которого висело несколько картин – к счастью, не портретов. И сама спальня размером все-таки не с зал, хотя ложе в ней устроили великанское – даже Светлану нашлось тут, куда вытянуть ноги. Но предварительно он распахнул пошире окно, впуская свежий воздух.

Часть II. В гостях – не дома.

Глава 6. Хорошего не бывает много.

   Уединения не получилось – следом за ним в спальню проникла Лора, живо распаковалась и улеглась поверх одеял на широченную кровать, свернувшись в клуб не хуже Агры. Ее нагота не разочаровывала даже в такой близи – отнюдь. Каждая мышца прорисована, как на статуе, ногти на всех двадцати пальцах мерцают в сумраке, точно лакированные. А исходящий от ее кожи запах, слишком явственный для обоняния богатыря, завлекал не хуже чар. При этом дева была такой соразмерной, смуглой, естественной… что даже не выглядела раздетой. (Возможно, поэтому она предпочитала дразнить самцов через прорехи в нарядных доспехах.) Слов Лора тратить не стала, справедливо посчитав свой вид и свою позу достаточным приглашением. А решать предоставила ему – спасибо и на том.
   Со вздохом Светлан опустился рядом, даже обнял девушку, когда она прильнула, – и на этом затормозил. После долгого общения с ведьмами такие вольности казались дозволенными, не выходящими за дружеские рамки… и не будоражили его как других, менее закаленных. К тому ж, здесь незримо присутствовала Анджелла, помогая богатырю не влететь в такое, после чего ему будет «мучительно стыдно»… или, по крайней мере, некомфортно. Ну да, «и с партизанами как-то неловко получилось»!
   Впрочем, Лора вскоре уснула – сказался, видимо, недосып предыдущих дней, когда расслабляться было опасно. Вот возле Светлана страшиться нечего. Как говаривала его прежняя подружка: «Мне с тобой скучно, мне с тобой спать хочется».
   Рассеянно водя ладонью по литому плечу девушки, Светлан глядел поверх ее атласного бедра, которое тоже хотелось погладить, и пытался сосредоточиться на мыслях, весьма далеких от прелестей Лоры. В самом деле, пора наконец напрячь мозги – а то всё несет, несет куда-то… по Ангаре. Конечно, интриги – вещь захватывающая и, как правило, более щадящая, чем мордобой. Но мы все-таки в сказке, а не в готическом романе, и арсенал средств тут куда богаче. Ну-с, и что не используется еще?
   Скажем, разведка у нас налажена… более или менее. Летуньи-ведьмы здорово выручают тут, заодно обеспечивая связь. При острой надобности смогут и перенести одного-двух… хотя Георг с этим управится лучше. А теперь и наземный скоростной транспорт нарисовался – правда, трофейный. И с богатырями стране подфартило, чего скромничать. Такая команда!..
   Но вот чем может помочь Канал? Да, он подпирает наши тылы. Уж с ним королевству не грозят эпидемии, голод – к счастью, лекарства и продукты Канал пропускает без проблем. Той же картошкой можно завалить здешний люд – без всякой Америки. А к ней маис, шоколад, коф-фе, табак… тьфу, мерзость!.. Хотя кто знает его, этот Канал. Может, как раз заморские продукты он не захочет пускать. Эдакий патриот… европейского засола.
   А почему, собственно, мы считаем Канал пристегнутым к одной точке? Точнее говоря, к двум: ведь в первый раз меня забросило к лесному озеру, до которого от логова Паука не один десяток километров. Стало быть, хотя бы с этой стороны Канал имеет немалый люфт – возможно, не одну сотню верст… или тысячу. И это самодостаточная система, вовсе не требующая сторонней подпитки. Черт знает, где Канал черпает энергию, – скорее всего, кормится от разницы потенциалов двух миров, сказочного и моего. Но раз уж я, по милости Паука, так завязан на Канал, почему не попытаться им управлять… хоть немножко. Тогда не придется тратить часы на дорогу. А если удастся и самому припасть к источнику… магии, да? Вот тогда я впрямь заделаюсь колдуном – не по крови, по возможностям. И в нынешних делах это совсем не лишне. Вдобавок, и Анджи перестанет бояться себя, распознав во мне такого же странника… в смысле, чудика… И тогда у нас опять все наладится.
   Господи, мне ли роптать на судьбу? – вздохнул Светлан. Целый год счастья!.. А многим ли везет хотя бы на день?
   Итак, Канал, да… Дело за малым: научиться управлению. Паук же справлялся с этим, судя по всему. Правда, он заварил эту кашу, стоял у истоков… Ну так моя-то задача намного проще?
   В этот момент Лора зашевелилась, распахнула ресницы. Глаза у нее были удивительные: чистый фиолет. Разве такие бывают у людей?
   – Все думаешь? – спросила девушка, улегшись щекой на его грудь. – Мыслитель!
   – Любуюсь, – ответил он. – Если тебя поставить на постамент, вполне сойдешь за бронзовую статую, даже красить не надо. Кстати, у меня уже была приятельница-статуэтка. Только золотая и намного миниатюрней.
   – Возможно, это связано, – предположила силачка. – Под мои объемы труднее набрать золота. И в сражении бронза не так притягивает взгляд.
   Все-таки насколько проще с людьми, лишенными комплексов. В своей привлекательности Лора не сомневалась, а потому ее не обижала чужая сдержанность. Удивляла – да. Но агрессии не вызывала, слава богу. Каковы бы ни были мотивы отказа, мужчина тут в своем праве.
   – Послушай, сладкая, – сказал Светлан. – Я не собираюсь выпытывать, зачем ты проникла в здешний мир. Но раз ты здесь – значит, должна смыслить в этих переходах.
   – Разве? – усмехнулась она. – А много ты смыслишь в рогачах?
   – Все же побольше тех, кто их еще не видел. И уж советоваться с такими смысла нет.
   – Тебе нужна стенка, да? – сообразила Лора. – Чтоб упражняться на отскоке?
   – М-м? – удивился он. – Вы что, тоже любите играть в мяч?
   – Зачем? Просто таким способом наши чародеи оттачивают умение метать огненные шары.
   – Плазму, что ли? Представляю, какой должна быть стена!..
   – Магическая, конечно. Так ведь на то и чародеи.
   – Вот с них и начнем, – решил Светлан. – Точнее с их способности влиять на людей. Но ведь не на всех, верно?
   – А для чего, по-твоему, нужны богатыри? Чтобы поставить предел могуществу магов. Иначе что помешало б им захватить планету? И обратить ее затем в руины, сражаясь между собой за власть.
   – Занятная трактовка. Выходит, богатыри потребны человечеству для выживания? Уж не оно ль и порождает героев, когда доходит до края, – как бы защитная реакция. И черпают они свою силу из народа, так?
   – Наверно, – повела плечом Лора. – Не зря ж им плевать на власть, богатство, роскошь. И пустая слава богатырям ни к чему – боги не люди, их не обманешь.
   – Ага, – сказал он, переваривая новый тезис. – Ну, до ваших богов еще дойдет черед – пока и без них мороки хватает. Сейчас мне интересней, почему на богатырей не действуют чары. С чего они такие непрошибаемые?
   – Так сила ж не в одних мускулах. Иначе много б ты стоил даже с такими глыбами – любой великан смял бы в момент!..
   – Ну понятно, одной физикой это не объяснить. Выходит, истоки в… гм… душе?
   – В духе, – хмыкнула девушка. – Богатырском. От него сила. И плоть, – она с удовольствием оглядела обоих, – как у нас.
   – А дух – от народа. – Светлан рассмеялся. – Класс! Я-то всегда сторонился больших компаний…
   – А тут не ты решаешь. И разве люди ошиблись с выбором?
   – Ладно, оставим. Вопрос, собственно, вот какой: может ли маг все-таки зацепить богатыря? Ну хоть как-то?
   – Напрямую – нет. А вот если маг разродится чудом, которое будет жить без его поддержки, то тут удаются всякие сцепки.
   – Вот! – обрадовался он. – Уже ближе. Но если такая конструкция действует на богатыря, то, наверно, и он способен на нее влиять?
   – Если очень постарается, – кивнула Лора. – И захочет. Вообще-то богатырям ни к чему чары.
   – Так ведь хорошего не бывает много!
   – А я о чем? – подхватила она и сильной ладонью провела по его животу – вниз. – Ну?
   – Не-а, – отказался Светлан. – Как говорится, ничего личного – дело не в тебе. Но сердечные раны не зализывают вдвоем.
   – Разве?
   – По крайней мере, это относится ко мне – за других не поручусь. Да и какое мне дело до них!
   – Здешние люди такие странные, – сказала девушка. – Такие… – Она замолкла, подыскивая слово.
   – Целомудренные? – подсказал Светлан с ухмылкой.
   – Фальшивые. Тут занимаются тем же, что у нас, но делают это с такой оглядкой и так… уныло. Не понимаю! Объявить позывы естества грязью, чтобы затем влезать в нее по уши… Больные они, что ли?
   – Это зовется ханжеством, – пояснил он. – Когда на виду благостные песнопения и трудовой энтузиазм, а вот за фасадом… Слишком часто нами руководят импотенты. Хотя есть и похотливые ничтожества, которые сами-то не упустят случая, но другим запрещают настрого, страшась конкуренции. И когда к власти приходит недомерок… Не приведи бог!
   – Скажи, а с чего тебя заботят эти… сцепки? Неспроста ж?
   Не удержавшись, Светлан запустил пальцы в ее медные локоны, провел от лба к затылку, точно граблями. Ах, какая!.. И Лоре это понравилось – зажмурилась по-кошачьи, даже мурлыкнула чуть слышно.
   – Как догадываешься, я тоже пришлый, – ответил он. – И забросили меня сюда против воли, через некий проход, созданный Пауком. Теперь-то мы используем Канал на полную, мотаясь по нему туда-сюда, благо в моем мире много полезного…
   – А-а, – сообразила Лора. – Та самая Преисподняя!.. И каково там?
   – Магии еще меньше, чем здесь, зато техника – на высоте. К примеру, летать у нас может любой, не только ведьмы, а болтать друг с другом через всю планету доступно даже детям. Уж в этом – полная свобода.
   – При случае свозишь?
   – Почему нет? Вот устраним нынешний кризис…
   – Значит, Паук сдох, а Канал остался, – резюмировала девушка. – Как и говорила, да?
   – Я заметил.
   – Тогда от тебя к Каналу должна тянуться нить.
   – Почему ж я не ощущаю ее?
   – Потому что не вглядывался в себя пристально. Слишком многое отвлекает снаружи. Тебя бы на год в отшельники…
   – Хох! – испугался Светлан. – А других способов нет?
   – Понимаешь, ты слишком сильный. Вот если б тебя прижало так, что не спастись… Ну, тогда, может быть…
   – А может и не быть, да? Вот так же учили плавать морских свинок, запамятовав, что вообще-то они – «заморские». И очень удивлялись, когда те тонули.
   – Богатырям ли страшиться риска? – поддела Лора.
   – Да я ж не всамделишный батыр – так, по недоразумению и на безрыбье…
   – Ну, заливай!..
   – А свои подвиги вершил от безысходности.
   – Видишь? – не пропустила она. – Значит, и тут… выплывешь.
   – «Может быть», – фыркнул Светлан. – Нет уж, сперва я испробую прочие варианты.
   – На год в пустыню? Давай. Могу даже сопроводить.
   – С тобой, пожалуй, просветлеешь…
   – А прочих способов я не знаю.
   – Просто ты вообразить не можешь, на что способен сибарит, лишь бы избежать опасности и лишений. Слыханное ли дело: в пустыне – целый год! Без видеофона, без визора, без компа…
   – Без девиц, – подсказала Лора.
   – Без горячей воды, наконец. Да ради комфорта я пойду на такие усилия, что от них и до чудес рукой подать.
   Засмеявшись, она куснула Светлана в шею.
   – Э, э! – испугался тот. – Не заступай.
   – А то что: нашлепаешь?
   – Да я бы и не прочь…
   – Но?
   – Но потом мне захочется твою попку погладить…
   – И?
   – И эта дорожка может далеко увести.
   – Ну, не так и далеко, – возразила девушка. – Не дальше живота, если напрямик. Там есть такая симпатичная расщелинка…
   – Давай без экскурсов в анатомию, ладно? Уж я отлично представляю, что там и как устроено.
   – Одно дело представлять, другое – видеть.
   – Во-во, о чем и речь. Только не расщелинка там, а омут – тебе ли этого не знать?
   – Зато как сладко в нем тонуть!..
   – Это ты другим рассказывай – к примеру, Стрелку. Но… близок локоть, а выше головы не прыгнешь.
   – Ах, – вздохнула Лора и легла на него уже всем телом. – Упрямый!
   – Конечно, мы не графья де Бифы, – сказал Светлан, – однако тож могем проявлять твердость… гм… в некоторых местах.
   

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →