Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

По некоторым косвенным свидетельствам, размер обуви Иисуса Христа был 44,5.

Еще   [X]

 0 

Комедии (Шекспир Уильям)

В книгу вошли четыре искрометные комедии блестящего английского драматурга и поэта Уильяма Шекспира: «Двенадцатая ночь, или что угодно», «Много шума из ничего», «Сон в летнюю ночь», а также «Укрощение строптивой». В шекспировских пьесах отразились причуды человеческого сердца, странности любви и комизм поведения влюбленных. Автор ярко живописует своих неунывающих, находчивых и остроумных героев, любящих жизнь и веселье. Сюжеты комедий различны, неизменным в них остается слияние вымышленной и мифической канвы с реальностью, связь ренессансных веяний с народными традициями.

Год издания: 0000

Цена: 79.99 руб.



С книгой «Комедии» также читают:

Предпросмотр книги «Комедии»

Комедии

   В книгу вошли четыре искрометные комедии блестящего английского драматурга и поэта Уильяма Шекспира: «Двенадцатая ночь, или что угодно», «Много шума из ничего», «Сон в летнюю ночь», а также «Укрощение строптивой». В шекспировских пьесах отразились причуды человеческого сердца, странности любви и комизм поведения влюбленных. Автор ярко живописует своих неунывающих, находчивых и остроумных героев, любящих жизнь и веселье. Сюжеты комедий различны, неизменным в них остается слияние вымышленной и мифической канвы с реальностью, связь ренессансных веяний с народными традициями.


Уильям Шекспир Комедии

Двенадцатая ночь, или что угодно

Действующие лица

   Себастиан, молодой дворянин, брат Виолы.
   Антонио, капитан корабля, друг Себастиана
   Капитан корабля, друг Виолы.
   Валентин, придворный герцога
   Курио, придворный герцога
   Сэр Тоби Белч, дядя Оливии.
   Сэр Эндрю Эгчик.
   Мальволио, управитель Оливии.
   Фест, шут Оливии.
   Оливия, богатая графиня.
   Виола, влюбленная в герцога.
   Мария, служанка Оливии.
   Фабиан, слуга Оливии.
   Придворные, священник, матросы, полицейские, музыканты и слуги.

   Действие происходит в Иллирии, в городе и на близлежащем берегу.

Действие I
Сцена первая

   Входят герцог, Курио и придворные.
   Вдали – музыканты.

   Герцог
Коль музыка, ты – пища для любви,
Играйте громче, насыщайте душу!
И пусть, насытившись, желанье звуков
От полноты зачахнет и умрет.
Еще раз тот напев! Он словно замер!
Он обольстил мой слух, как ветер юга,
Что, вея над фиалковой грядой,
Нам в душу веет сладким ароматом.
Довольно, перестаньте! Нет, уж он
Не нежит слух, как это было прежде.
О дух любви, как свеж ты, как ты жив!
Как океан, ты принимаешь все,
Но что ни попадет в твою пучину,
Каким бы ценным ни было оно,
Всю ценность безвозвратно потеряет.
Любовь так преисполнена мечтаний,
Что истинно мечта – одна любовь.

   Курио
   Хотите ли на травлю, государь?
   Герцог
   Кого травить мне?
   Курио
   Лань.
   Герцог
Да, я охочусь

За благороднейшей моею ланью.
Когда я в первый раз Оливию увидел,
Мне показалось, будто самый воздух
Очищен от губительной заразы
Ее дыханием – и в то ж мгновенье
Оленем стал я и, как злые псы,
Меня с тех пор преследуют желанья.

   Входит Валентин.
   Герцог
   А, вот и ты! Ну что она сказала?
   Валентин
Осмелюсь доложить, что я не видел
Самой графини. Девушка ее
Ходила к ней и, возвратясь, сказала,
Что даже небо прежде семи лет
В лицо ей не заглянет без покрова.
Она монахиней под покрывалом
Решилась жить и келию свою,
Что Божий день, горючими слезами
Вкруг окроплять – и это все затем,
Чтоб брата мертвую любовь почтить
И в памяти печальной сохранить
Ее надолго живо и свежо.

   Герцог
Она, в ком сердце создано так нежно,
Что может чтить столь свято память брата,
О, как она полюбит, если рой
Живущих в ней желаний умертвит
Стрела златая, если воцарится
На двух возвышенных ее престолах,
На этих милых, нежных совершенствах,
На сердце и уме – один властитель!
Вперед – в любви свободную обитель!
Сладка мечта любви в тени лесов
Среди благоухающих цветов!

   Уходят.

Сцена вторая

   Входят Виола и капитан корабля.

   Виола
   Что это за земля, друзья мои?
   Капитан
   Иллирия, прекрасная синьора.
   Виола
Но что же мне в Иллирии здесь делать?
Мой брат в полях Элизиума бродит!
Но, может быть, он жив, не утонул?
Как думаете вы?

   Капитан
   Ведь вы спаслись же!
   Виола
   О, бедный брат! Но, может быть, и он
   Не утонул, а спасся тоже?
   Капитан
Да.
И чтобы вас возможностью утешить,
Я вот что расскажу: когда корабль
Разбился о скалу и вы, спасаясь,
Вот с ними плыли на ладью, я видел,
Как смелый брат ваш, бодро сохраняя
Среди опасностей присутствие ума,
Связал себя с огромнейшею мачтой —
Его учили смелость и надежда.
Как на хребте дельфина Арион,
Он твердо сохранял с волнами дружбу,
Пока я взором мог за ним следить.

   Виола
   (бросая кошелек)
Возьми за эту весть. С моим спасеньем
В душе моей воскресла и надежда;
Твои ж слова ее питают. Он,
Быть может, жив! Ты эту землю знаешь?

   Капитан
И очень хорошо. Недалеко
Отсюда я родился и воспитан.

   Виола
   А кто здесь правит?
   Капитан
   Благородный
   И сердцем и происхожденьем герцог.
   Виола
   А как зовут его?
   Капитан
   Орсино, донна.
   Виола
Орсино? Да, я помню, мой отец
Его не раз так называл. Тогда
Еще он холост был.

   Капитан
Да и теперь,
Или, по крайней мере, незадолго,
Не дальше как за месяц, я оставил
Иллирию: тогда носился слух —
Вы знаете, что мелкие не прочь
Болтать о том, что делают большие, —
Что ищет он Оливии руки.

   Виола
   Но кто она?
   Капитан
Дочь графа и девица,
Исполненная всяких совершенств.
Граф умер год тому назад, ее
Оставивши на попеченье брата,
Который также кончил жизнь; графиня ж,
Любя его горячею любовью,
От общества мужского отреклась.

   Виола
О, если бы я ей служить могла
И звание мое перед людьми
Скрывать, пока мой план созреет!

   Капитан
Это
Исполнить нелегко. Всем предложеньям,
И даже герцогским, она не внемлет.

   Виола
Ты вежлив в обращенье, капитан,
И, несмотря на то что очень часто
Природа под изящной оболочкой
Скрывает смерть, мне верится охотно,
Что благородная твоя осанка
В гармонии с прекрасною душой.
Прошу тебя – за исполненье просьбы
Я щедро награжу – сокрой, кто я,
И помоги мне отыскать одежду,
Приличную для плана моего.
Я герцогу хочу служить. Прошу
Меня ему представить как кастрата.
Твой труд не пропадет напрасно: я
Умею петь, умею восхищать
Игрой на лютне и способна к службе.
Все остальное – время довершит,
Лишь помолчи об умысле моем.

   Капитан
Я буду нем: вы будете кастратом —
Иль слепота меня да поразит!

   Виола
Прекрасно! Так веди же дальше!

   Уходят.

Сцена третья

   Входят сэр Тоби Белч и Мария.

   Сэр Тоби
   Кой черт вздумалось моей племяннице так огорчаться смертью своего брата? Право же, заботы – враг жизни.
   Мария
   Право, сэр Тоби, вам бы следовало пораньше возвращаться домой. Барышня, племянница ваша, сильно возмущается вашими полуночными визитами.
   Сэр Тоби
   Так пусть возмущается себе, пока против самой не возмутились.
   Мария
   Однако порядочная жизнь вам бы больше пристала.
   Сэр Тоби
   Больше пристала? Да к чему мне рядиться? Я и так порядочно одет. Этот кафтан настолько хорош, что в нем можно пить, и сапоги тоже – или чтоб им подавиться собственными голенищами!
   Мария
   Бражничанье да гулянье доконают вас. Барышня еще вчера об этом говорила, да еще о каком-то дурачке, которого вы как-то вечерком приводили к ней свататься.
   Сэр Тоби
   О ком это? Об Эндрю Эгчике?
   Мария
   Да.
   Сэр Тоби
   Да он не хуже кого другого в Иллирии.
   Мария
   Какое кому до этого дело?
   Сэр Тоби
   Да ведь он получает в год три тысячи дукатов.
   Мария
   Все его дукаты станут ему разве на год: он дурак и мот.
   Сэр Тоби
   И как ты только можешь так говорить? Он играет на басе, а знает три-четыре языка наизусть слово в слово и многим еще кое-чем одарен от природы.
   Мария
   Да, правда, порядочно одурен. При всей своей глупости он еще и забияка – и не имей дара трусости для усмирения удальства, так умные головы думают, что ему бы скоро свернули шею.
   Сэр Тоби
   Клянусь кулаком моим, тот лжец и мерзавец, кто так отзывается о нем! Кто они?
   Мария
   А те самые, которые утверждают, что он каждый вечер напивается с вами допьяна.
   Сэр Тоби
   Конечно, за здоровье моей племянницы. Я до тех пор буду пить за нее, пока в глотку льется и есть еще вино в Иллирии. Собака и свинья, кто не пьет в честь моей племянницы до тех пор, пока мозг у него не пойдет кубарем
   Тише, красотка! Castiliano volgo! [1] Сэр Эндрю Эгчик идет.
   Входит сэр Эндрю Эгчик.

   Сэр Эндрю
   Сэр Тоби Белч! Как поживаешь, сэр Тоби Белч?
   Сэр Тоби
   Дружище, сэр Эндрю!
   Сэр Эндрю
   Здравствуй, красавица!
   Мария
   Здравствуйте, сударь.
   Сэр Тоби
   Приступай, сэр Эндрю, приступай!
   Сэр Эндрю
   Кто это?
   Сэр Тоби
   Горничная моей племянницы.
   Сэр Эндрю
   Милая мамзель Приступай, мне хочется ближе с тобою познакомиться.
   Мария
   Мое имя Мария, сударь.
   Сэр Эндрю
   Милая Мария, приступай!
   Сэр Тоби
   Ты не так меня понял, братец. Приступай – значит разговорись с нею, атакуй ее. Марш на приступ!
   Сэр Эндрю
   Клянусь честью, в этом обществе я не решился бы cделать это. Так это значит – приступай?
   Мария
   Мое почтение, господа.
   Сэр Тоби
   Если она так уйдет, сэр Эндрю, так чтоб тебе никогда не обнажать шпаги!
   Сэр Эндрю
   Если ты так уйдешь, так чтоб мне никогда не обнажать шпаги! Что ж ты, милочка, думаешь, что водишь дураков за нос?
   Мария
   Нет, сударь, я вас не вожу за нос.
   Сэр Эндрю
   Но будешь вести, вот тебе рука моя.
   Мария
   Конечно, сударь, мысли свободны, но все-таки не худо было бы держать их немного на привязи.
   Сэр Эндрю
   Это зачем, моя милочка? Что значит эта метафора?
   Мария
   Она суха, сударь, так же, как ваша рука горяча.
   Сэр Эндрю
   Что же? Ты хоть кого согреешь!
   Мария
   Нет, у вас холодное сердце – это я могу пересчитать по вашим пальцам.
   Сэр Эндрю
   А ну попробуй!
   Мария
   Да я уже пересчитала по ним, что вы и трех не пересчитаете. Прощайте. (Уходит.)
   Сэр Тоби
   О рыцарь, тебе нужно бы стакан канарского! Случалось ли, чтобы тебя так сшибали с ног?
   Сэр Эндрю
   Никогда, вот разве только Канарское сваливало меня с ног. Мне сдается, что иногда во мне не больше остроумия, чем в обыкновенном человеке. Но я ем очень много говядины – и это вредит моему остроумию.
   Сэр Тоби
   Без сомнения.
   Сэр Эндрю
   Если бы я это думал, я бы зарекся есть ее. Завтра я поеду домой, сэр Тоби.
   Сэр Тоби
   Pourquoi [2], любезный рыцарь?
   Сэр Эндрю
   Что такое pourquoi – поезжай или нет? Жаль, что я не употребил на языки
   времени, которое ушло на фехтованье, танцы и травлю лисиц. Ах, что бы мне
   заняться искусствами!
   Сэр Тоби
   О, тогда голова твоя прекрасно была бы убрана волосами!
   Сэр Эндрю
   Как так? Разве они исправили бы мои волосы?
   Сэр Тоби
   Без сомнения! Ты видишь, от природы они не хотят виться.
   Сэр Эндрю
   Однако они все-таки мне очень к лицу, не правда ли?
   Сэр Тоби
   Чудесно! Они висят, как лен на прялке, и я надеюсь дожить еще до того, что какая-нибудь баба возьмет тебя между колен и начнет их прясть.
   Сэр Эндрю
   Ей-богу, я поеду завтра домой, сэр Тоби. Твоя племянница не хочет показываться. Да если бы и показалась, так можно держать десять против одного, что я ей не понравлюсь. Сам герцог к тому же ухаживает за ней.
   Сэр Тоби
   Герцога она не хочет, так как не хочет выйти за человека, который выше ее званием, летами и умом. Я сам слышал, как она клялась в этом. Веселей, брат! Еще не все пропало.
   Сэр Эндрю
   Так я останусь еще на месяц. Я человек с самым странным устройством души: иногда меня только и занимают маскарады да поездки.
   Сэр Тоби
   Неужели ты годен на эти дурачества?
   Сэр Эндрю
   Да, так же, как и всякий другой в Иллирии, будь он кто угодно, лишь бы не был знатнее меня; а со старшими я сравнивать себя не хочу.
   Сэр Тоби
   Зачем же скрываются эти таланты? Зачем завеса опущена пред этими дарами? Или, может быть, ты боишься, чтоб они не запылились, как картины миссис Малл? Почему ты не идешь в театр галопом и не возвращаешься вприсядку? Я на твоем месте не ходил бы иначе, как a pas de rigaudon [3]. Что с тобой сделалось? Разве нынешний свет таков, чтоб держать под спудом свои добродетели? Глядя на прекрасное устройство твоих ног, я всегда думал, что ты родился под галопирующею звездою.
   Сэр Эндрю
   Да, нога мощная, и в чулке розового цвета недурна. Не приняться ли за стаканы?
   Сэр Тоби
   А что нам больше делать? Разве мы не родились под созвездием Козерога?
   Сэр Эндрю
   Козерога? Это знаменует толчки и драку.
   Сэр Тоби
   Нет, дружище, это означает прыжки и пляску. Ну покажи свои скачки, валяй! Выше! Эге, чудесно!
   Уходят.

Сцена четвертая

   Входят Валентин и Виола в мужском платье.

   Валентин
   Если герцог всегда будет так милостив, Цезарио, так вы далеко пойдете: всего три дня, как вас знает, – и вы уже не чужой.
   Виола
   Вы опасаетесь или непостоянства с его стороны, или небрежности с моей, если сомневаетесь в продолжении его благосклонности. Что, он непостоянен в своих милостях?
   Валентин
   Нет, нисколько.
   Входят герцог, Курио и свита.

   Виола
Благодарю, но вот и его светлость.

   Герцог
Скажите, где Цезарио? Где он?

   Виола
Я здесь, к услугам вашим, государь.

   Герцог
   (свите)
Вы все пока постойте в стороне.
Цезарио, ты знаешь все: тебе
Я в книге сердца моего открыл
Страницы глубочайших тайн. Беги,
Лети к ней, милый друг, не принимай
Отказов никаких, стой у дверей, скажи,
Что корни в пол нога твоя пустила,
Что не уйдешь, пока ее ты не увидишь!

   Виола
Однако ж, государь, когда тоске
Она действительно так предалась,
Как говорят, – она меня не впустит.

   Герцог
Шуми, быть дерзким лучше, чем оставить
Без исполнения твое посольство.

   Виола
Положим, государь, что мне удастся
С ней говорить – тогда что?

   Герцог
О! Тогда
Раскрой пред ней весь пыл моей любви
И изуми рассказом обо мне.
Тебе излить тоску мою пристало:
Тебя она скорее станет слушать,
Чем старого посла с лицом суровым.

   Виола
Не думаю.

   Герцог
Поверь мне, милый друг
Тот наклевещет на твою весну,
Кто скажет, что ты муж. Уста Дианы
Не мягче, не алей; твой голосок,
Как голос девушки, и чист и звучен;
Как женщина, ты создан весь. Я знаю,
Твоя звезда посольству твоему
Благоприятна. Четверо из вас
Пусть с ним идут. Ступайте хоть и все,
Когда угодно. Мне дышать тем легче,
Чем менее вокруг меня людей.
Окончи счастливо твое посольство —
Свободен будешь ты, как твой монарх,
И с ним разделишь все.

   Виола
Я постараюсь
Все сделать, чтоб графиню покорить.
(Тихо.)
О, как я ни стараюсь, все страдаю!
Его женой сама я быть желаю.

   Уходят.

Сцена пятая

   Входят Мария и шут.

   Мария
   Ну говори, где ты таскался, или я рта не открою, чтобы выгородить тебя. Госпожа прикажет тебя повесить за отлучку.
   Шут
   По мне – пожалуй. Кто на этом свете хорошо повешен, тому лба не забреют.
   Мария
   Почему так?
   Шут
   А потому, что кому суждено быть повешенным, тот не утонет.
   Мария
   Дурацкий ответ! Знаешь, кто выдумал это выражение «забрить лоб»?
   Шут
   Кто, моя красотка?
   Мария
   Те, кто не умеет плавать. И ты это можешь смело повторять в твоей глупости.
   Шут
   Да, надели, Господи, мудростью мудрых, а дурачье пусть себе отдают в рост свои дары.
   Мария
   Тебя все-таки повесят за то, что ты шатался так долго, или выгонят вон; а разве это для тебя не все равно, что быть повешенным?
   Шут
   Хорошо висеть лучше, чем худо жениться. А что до того, что меня прогонят, так мне все равно, пока на дворе лето.
   Мария
   Так тебе не нужна моя помощь?
   Шут
   Зачем? У меня и своих пара помочей.
   Мария
   А когда одна лопнет, так другая будет держать; а если обе лопнут, то ты потеряешь панталоны.
   Шут
   Ловко! Ей-богу, ловко! Продолжай, продолжай! Если сэр Тоби оставит пьянство, то ты будешь самой остроумной из дочерей Евы во всей Иллирии.
   Мария
   Тише, шут! Ни слова больше! Тебе не худо бы извиниться как следует.
   (Уходит.)
   Шут
   Остроумие, если на то будет воля твоя, то помоги мне в доброй шутке! Умные люди, которые думают, что обладают тобою, часто остаются в дураках, а я, который уверен, что не имею тебя, могу прослыть за мудреца, ибо что говорит Квинапал? – «Мудрый глупец, лучше глупого мудреца».
   Входят Оливия и Мальволио.

   Шут
   Желаю здравствовать, сударыня!
   Оливия
   Выведите глупость вон!
   Шут
   Слышите вы? Выведите вон графиню!
   Оливия
   Поди ты, сухой дурак! Я тебя знать не хочу, да, кроме того, ты еще начинаешь худо вести себя.
   Шут
   Два недостатка, мадонна, которые можно уничтожить питьем и добрым советом. Дайте сухому дураку напиться – он не будет сух. Посоветуйте дурному человеку исправиться – и если он исправится, то это уже не дурной человек; если же он уже не может исправиться, то пусть его портной заштопает. Ведь, что не исправлено, все только штопано. Провинившаяся добродетель штопана грехом; исправившийся грех штопан добродетелью. Годится этот простой вывод – хорошо, нет – что делать! Истинный рогоносец – только несчастье, а красота – цветок. Графиня хотела, чтоб вывели глупость, и я повторяю: выведите графиню вон!
   Оливия
   Я хотела, чтобы тебя вывели, почтеннейший.
   Шут
   Жестокая ошибка, сударыня: cucullus non facit monachum, то есть: «мой мозг не так пестр, как мой кафтан». Добрейшая мадонна, позвольте доказать, что вы дура.
   Оливия
   Можешь ли ты это сделать?
   Шут
   И очень, мадонна!
   Оливия
   Доказывай.
   Шут
   Но я должен сперва проэкзаменовать вас, мадонна. Отвечайте мне…
   Оливия
   Пожалуй. За недостатком лучшего развлечения я послушаю твои доказательства.
   Шут
   Добрейшая мадонна, о чем грустишь ты?
   Оливия
   Добрый дурак, о смерти моего брата.
   Шут
   Я думаю, душа его в аду, мадонна.
   Оливия
   Я знаю, дурак, что душа его на небесах.
   Шут
   Тем больше ты дура, если грустишь о том, что душа брата твоего на небесах. Эй, вы! Выведите глупость вон!
   Оливия
   Что ты думаешь об этом дураке, Мальволио? Не становится ли он лучше?
   Мальволио
   Конечно, и будет совершенствоваться до последнего издыхания. Старость приводит в упадок умного человека, а дурака совершенствует.
   Шут
   Ниспошли же тебе Господи раннюю старость, и глупость твоя да расцветет во всей красе! Сэр Тоби поклянется, что я не лисица, но и гроша не заложит, что ты не дурак.
   Оливия
   Что ты на это скажешь, Мальволио?
   Мальволио
   Я удивляюсь, как ваше сиятельство можете находить удовольствие в таком бездарном мерзавце! Я видел давеча, как простой дурак, в котором столько же мозга, как в палке, вышиб его из седла. Смотрите, он уже потерялся: если вы не смеетесь и не доставляете ему случая для острот, так у него рот зашит. Ей-ей, умные люди, которые смеются над этими заказными дураками, не что иное, как паяцы этих же дураков.
   Оливия
   О, ты болен самолюбием, Мальволио, и вкус твой совершенно испорчен. Кто благороден, простодушен и одарен свободой мысли, тот принимает за мыльные пузыри эти выходки, в которых ты видишь пушечные ядра. Привилегированный дурак не клевещет, хотя бы беспрестанно насмехался, так же, как человек, известный за умного, не насмехается, хотя бы всегда осуждал.
   Шут
   Да ниспошлет тебе Меркурий дар красноречия за то, что ты хорошо говоришь в пользу дураков.
   Мария возвращается.

   Мария
   Сударыня, там у дверей какой-то молодой человек, он очень желает с вами говорить.
   Оливия
   Он от графа Орсино, не правда ли?
   Мария
   Не знаю, сударыня: статный молодой человек и с довольно большой свитой.
   Оливия
   Кто же его удерживает?
   Мария
   Сэр Тоби, сударыня, ваш дядюшка.
   Оливия
   Пожалуйста, уведи его: он вечно говорит, как сумасброд.
   Мария уходит.
   Ступай, Мальволио, – и если это посол от графа, так я больна или меня нет дома. Скажи, что хочешь, лишь бы отвязаться.
   Мальволио уходит.
   (Шуту.) Видишь, как твои шутки стареют и надоедают?
   Шут
   Входит сэр Тоби.

   Оливия
   Право, он полупьян. Кто там у дверей, дядюшка?
   Сэр Тоби
   Человек.
   Оливия
   Человек? Какой человек?
   Сэр Тоби
   Человек там. (Икает.) Черт возьми эти селедки! (Шуту.). Ты что, болван?
   Шут
   Почтеннейший сэр Тоби…
   Оливия
   Дядюшка, дядюшка, так рано и уже в таком непристойном виде.
   Сэр Тоби
   Недостойном? Велика важность. Там кто-то у дверей.
   Оливия
   Ну хорошо, да кто же?
   Сэр Тоби
   По мне, хоть сам черт, если ему угодно. Мне что за дело? Уж поверьте мне, говорю я. Э, все на одно выходит! (Уходит.)
   Оливия
   С чем можно сравнивать пьяного?
   Шут
   С утопленником, дураком и бешеным. Первый глоток сверх жажды делает его дураком, второй – бешеным, а третий – утопленником.
   Оливия
   Ступай же за полицейским, пусть освидетельствует дядюшку, он уже в третьей степени пьянства – он утонул. Ступай, присмотри за ним.
   Шут
   До сих пор он еще только бешеный, мадонна, и дурак будет смотреть за бешеным. (Уходит.)
   Мальволио возвращается.

   Мальволио
   Сударыня, этот молодой человек клянется, что должен говорить с вами. Я сказал ему, что вы нездоровы, но он уверяет, что уже слышал об этом и потому именно пришел говорить с вами. Я сказал, что вы спите, – и это он как будто знал уже наперед и утверждает, что затем-то и пришел поговорить с вами. Что ему сказать, сударыня? Он вооружен против всякого отказа.
   Оливия
   Скажи ему, что я не хочу с ним говорить.
   Мальволио
   Я это уже говорил ему, да он уверяет, что будет стоять у дверей, как будка часового, пока вы его не допустите.
   Оливия
   Какого же рода этот человек?
   Мальволио
   Мужского.
   Оливия
   Ну, а какого рода мужчина?
   Мальволио
   Очень дерзкого. Волею или неволею, он непременно хочет говорить с вами.
   Оливия
   Его лета, наружность?
   Мальволио
   Не довольно стар для мужа, не довольно молод для мальчика; ни рыба ни мясо, так – на меже мальчика и мужа. Лицом смазлив, говорит дерзко, у него как будто еще молоко на губах не обсохло.
   Оливия
   Впусти его, да позови Марию.
   Мальволио
   (кричит)
   Мария, графиня зовет! (Уходит.)
   Мария возвращается.

   Оливия
   Подай мне вуаль и накинь ее на меня: попробую еще раз выслушать посольство Орсино.
   Входит Виола со свитою.

   Виола
   Кто из вас благородная хозяйка этого дома?
   Оливия
   Обратитесь ко мне, я хочу отвечать за нее. Что вам угодно?
   Виола
   Вселучезарнейшая, превосходнейшая, несравненнейшая красавица, прошу вас покорнейше сказать мне, кто здесь хозяйка? Я никогда ее не видал, и потому мне бы не хотелось промахнуться с моею речью, так как, кроме того, что она мастерски изложена, мне еще стоило большого труда выучить ее наизусть. Красавицы мои, не насмехайтесь надо мной: я очень чувствителен – малейшее неуважение меня раздражает.
   Оливия
   Откуда вы, сударь?
   Виола
   Я могу вам рассказать немного больше того, что я выучил, а этого вопроса нет в моей роли. Уверьте меня в том, моя красавица, что вы действительно хозяйка, чтоб я мог продолжать речь мою.
   Оливия
   Вы актер?
   Виола
   Нет, мое сокровенное сердце. И при всем том, клянусь вам всеми крючками хитрости, я не то, что представляю. Вы ли хозяйка?
   Оливия
   Если не слишком много беру на себя, так я.
   Виола
   Действительно, если это вы, то вы много на себя берете. Что в вашей воле дать, в том отказать вы не властны. Впрочем, это не принадлежит к моему поручению. Итак, я буду продолжать похвальное вам слово, а потом поднесу зерно моего посольства
   Оливия
   К делу. Что же касается похвального слова, то я вас освобождаю от него.
   Виола
   Ах да… А я убил столько труда, чтоб выучить его наизусть, и слово мое так поэтически изложено.
   Оливия
   Потому-то оно и вымышлено. Пожалуйста, поберегите его для себя. Я слышала, что вы неприлично вели, себя у моих дверей, и впустила вас больше затем, чтоб подивиться вам, чем слушать ваши рассказы. Если вы не безрассудны, то удалитесь; если вы умны, то укоротите речь свою. Сегодня я не расположена быть действующим лицом в подобном странном разговоре.
   Мария
   Угодно вам сняться с якоря? Вот дорога.
   Виола
   Нет, милый юнга, я еще здесь покрейсирую. Усмирите немного вашего великана, принцесса!
   Оливия
   Говорите, что вам угодно?
   Виола
   Я – посланный.
   Оливия
   Вероятно, вы должны сказать мне ужасную весть, если делаете к ней такие ужасные приготовления. Исполняйте ваше поручение.
   Виола
   Оно назначено только для вашего слуха. Я пришел не с объявлением войны, не с требованием дани. Оливковая ветвь в руке моей, и я произношу только слова мира
   Оливия
   Тем не менее начало было довольно бурное. Кто вы? Чего хотите?
   Виола
   Если я выказал невежливость, то этому виной прием, который встретил. Кто я и чего я хочу – таинственно, как девственная прелесть: для вашего слуха – целая поэма, для всякого другого – святотатство.
   Оливия
   Оставьте нас
   Мария и свита уходят.
   Послушаем эту поэму. Ну, сударь, что гласит ваша поэзия?
   Виола
   Прелестнейшая!..
   Оливия
   Утешительное учение, и о нем много можно наговорить. Где же стихи ваши?
   Виола
   В груди Орсино.
   Оливия
   В его груди? В которой главе?
   Виола
   Чтоб отвечать методически – в первой.
   Оливия
   О, ее я читала! Это ересь. Больше ничего вы не имеете сказать мне?
   Виола
   Красавица, позвольте взглянуть на ваше лицо.
   Оливия
   Разве герцог дал вам поручение к моему лицу? Вы сбились с текста. Однако ж я отброшу занавес и покажу вам картину. (Сбрасывает вуаль.) Смотрите – такова я действительно в это мгновение. Хороша ли работа?
   Виола
   Превосходна, если одна природа создала ее.
   Оливия
   Краса неподдельная: не боится ни дождя, ни ветра.
   Виола
Где розы с лилиями сочетала
Природы нежная, искусная рука,
Там красота чиста и неподдельна.
Вы будете жесточе всех, графиня,
Когда в могиле скроете красу,
Изображенья не оставив миру.

   Оливия
   О, я не хочу быть так жестокосерда! Я издам каталог моей красоты, сделаю опись – и каждая частица, каждый кусочек будет приложен к моему завещанию, как, например: первое – довольно алые губы; второе – пара голубых глаз, при них и ресницы; третье – шея, подбородок и так далее. Что, вы присланы для оценки?
   Виола
О, я вас вижу в настоящем виде:
Вы непомерно горды! Но, хоть будь
Сам дьявол заключен в вас, – вы прекрасны.
Мой повелитель любит вас, синьора.
Такой любви нельзя не наградить,
Хотя бы вы, Оливия, носили
Корону беспримерной красоты.

   Оливия
Как любит он меня?

   Виола
С потоком слез,
С благоговением, с огнем молитвы,
Со вздохами, звучащими любовью.

   Оливия
Он знает, что любить я не могу
Его, хотя считаю благородным,
И добрым, и богатым, и отважным.
И знаю, что он молодостью свежей
И незапятнанной цветет. Природа
Прекрасные дары в прекрасной форме
Ему дала, А все же не могу я
Его любить, что мог бы уж давно
Он отгадать.

   Виола
Когда б я вас любил
Так горячо, мучительно и страстно,
Как мой монарх, в отказе вашем гордом
Я б никакого смысла не нашел —
Не понял бы его.

   Оливия
Но что б вы сделали?

   Виола
У вашего порога
Я выстроил бы хижину из ивы,
Взывал бы день и ночь к моей царице,
Писал бы песни о моей любви
И громко пел бы их в тиши ночей.
По холмам пронеслось бы ваше имя,
И эхо повторило б по горам:
«Оливия!» Вам не было б покоя
Меж небом и землей, пока бы жалость
Не овладела вашею душой.

   Оливия
Кто знает, вы бы далеко зашли!
Откуда же вы родом?

   Виола
Жребий мой
Хотя и не тяжел, но род мой выше:
Я дворянин.

   Оливия
Идите же назад
К монарху вашему. Его любить
Я не могу. Пусть он не присылает
Опять ко мне послов, иль разве вы
Придете известить меня, как принял
Орсино мой отказ. Прощайте
Благодарю за труд. Вот вам на память.

   Виола
Нет, спрячьте кошелек – я не слуга,
Не мне, а герцогу нужна награда.
Пусть камнем станет сердце человека,
Которого вы будете любить!
Да презирает он твою любовь,
Как презираешь ты любовь Орсино!
Красавица жестокая, прощай.
(Уходит.)

   Оливия
А родом вы откуда? «Жребий мой
Хотя и не тяжел, но род мой выше:
Я дворянин». Клянусь, что это правда!
Твое лицо, приемы, смелость, стан,
Твои слова – вот твой богатый герб.
Оливия, не торопись, потише.
Но ежели б слуга был господином —
Ужели заразиться так легко?
Я чувствую, что юношеский образ
Невидимо и осторожно вкрался
В мои глаза. Мальволио, где ты?

   Мальволио возвращается.

   Мальволио
Я здесь, графиня! Что угодно?

   Оливия
Догони
Упрямого посланника Орсино.
Он перстень здесь насильно мне оставил.
Скажи, что я подарка не хочу.
Пусть герцогу не льстит, пусть не ласкает
Его пустой надеждой – никогда он
Оливию своей не назовет.
Когда ж послу угодно завтра утром
Прийти ко мне, я объявлю причину.
Мальволио, спеши!

   Мальволио
Сейчас, графиня.
(Уходит.)

   Оливия
Что делаю, сама того не знаю.
Мой глаз не обольстил ли это сердце?
Свершай, судьба! Мы не имеем воли,
И нам судьбы своей не избежать.

   Уходит.

Действие II
Сцена первая

   Входят Антонио и Себастиан.

   Антонио
   Так ты не хочешь оставаться и не позволяешь мне идти с тобою?
   Себастиан
   С твоего позволения – нет. Темно светит надо мной звезда моя. Злоба моей судьбы могла бы заразить и твою. Потому, прошу тебя, позволь мне страдать одному. Я худо заплатил бы за твою любовь, поделившись с тобою моим горем.
   Антонио
   Хоть скажи, куда ты идешь?
   Себастиан
   Нет, извини. Мое путешествие – прихоть. Но я замечаю в тебе прекрасную черту скромности – ты не хочешь выудить из меня мою тайну; тем охотнее я тебе откроюсь. Знай же, Антонио: меня зовут Себастианом, хоть я и называю себя Родриго. Отец мой был тот Себастиан из Мессалины, о котором ты, как мне известно, уже слышал. Он оставил меня и сестру, родившихся в один час. Зачем не угодно было небу, чтоб мы и в одно время умерли? Ты помешал этому: за час до того, как ты спас меня от бушующих волн, сестра моя утонула.
   Антонио
   Боже!
   Себастиан
   Хоть и говорили, что она на меня очень похожа, однако многие считали ее красавицей. Я, конечно, не мог разделять с ними их чрезмерного удивления, однако смело скажу, что сама зависть должна была бы назвать ее сердце прекрасным. Она уже утонула в соленой воде, а я топлю ее память снова в соленых слезах.
   Антонио
   Не взыщи за плохой прием.
   Себастиан
   О добрейший Антонио, прости только мне все беспокойства!
   Антонио
   Если ты не хочешь убить меня за мою дружбу, позволь мне быть твоим
   слугою.
   Себастиан
   Если ты не хочешь уничтожить сделанного, то есть убить того, кому спас жизнь, так не требуй этого. Прощай однажды и навсегда. Мое сердце так чувствительно – это наследие матери, – что глаза мои при малейшем поводе наполняются слезами. Я иду ко двору графа Орсино. Прощай. (Уходит.)
   Антонио
Благословенье неба будь с тобою!
Врагами я богат в дворце Орсино,
Иначе скоро свиделся б с тобой.
Но что мне в том? Я за тобой лечу!
С опасностями я играть хочу.

   Уходит.

Сцена вторая

   Входит Виола. Мальволио ее догоняет.

   Мальволио
   Не вы ли были сейчас у графини Оливии?
   Виола
   Я только что от нее и шел так медленно, что успел дойти только до этого места.
   Мальволио
   Она возвращает вам этот перстень. Вы могли бы избавить меня от труда и сами взять его с собою. Она еще приказала вас просить решительно сказать вашему герцогу, что она отвергает его предложения. Еще одно: не осмеливайтесь являться к ней с поручениями от герцога, разве придете известить, как он это принял. Возьмите же!
   Виола
   Она взяла у меня перстень, и я не приму его назад.
   Мальволио
   Послушайте, вы дерзко бросили ей перстень, и ей угодно, чтобы он так же был возвращен. Если он стоит того, чтоб нагнуться, – так вот он, а если нет – пусть возьмет его первый прохожий. (Бросает перстень и уходит.)
   Виола
Я не оставила ей никакого перстня!
Что это значит? Боже сохрани!
Не обольстила ли ее наружность?
Она так страстно на меня глядела,
Как будто бы забыла о речах.
Ее слова прерывисты так были!
Она меня – о, это верно! – любит.
Любовь хитра: она меня зовет
Через посредство мрачного посла;
И перстня герцог ей не посылал!
Я – цель ее желаний. Если так,
То лучше бы любить ей сновиденье.
Ты одеянье – хитрость, как я вижу,
В которой силен наш лукавый враг.
Как лицемеру-молодцу нетрудно
На сердце женщины запечатлеть
Свой образ! Ах, не мы, а наша слабость
Тому причиной! Мы должны же быть
Так созданы. Чем кончится все это?
Оливию Орсино любит нежно;
Я, бедная, равно им пленена;
Она ж, обманутая, полюбила,
Как кажется, меня. Что это будет?
Когда я юноша, мне не питать
Надежды на любовь Орсино;
А если женщина, то, Боже, как напрасно
Должна Оливия по мне вздыхать!
Ты этот узел разрешишь, о время!
А для меня он не по силам бремя.

   Уходит.

Сцена третья

   Входит сэр Тоби, за ним сэр Эндрю.

   Сэр Тоби
   Сэр Эндрю
   Нет, ей-богу, не знаю. А знаю, что долго не спать – значит долго не спать.
   Сэр Тоби
   Ложный вывод столько же для меня противный, как пустая бутылка. Просидеть за полночь и потом идти спать – значит рано; так, стало быть, ложиться спать за полночь – значит рано ложиться. Разве наша жизнь не состоит из четырех элементов?
   Сэр Эндрю
   Говорят так; но я думаю, что она состоит из еды и питья.
   Сэр Тоби
   Ты ученый. Давай же есть и пить. Эй, Мария! Вина!
   Входит шут.

   Сэр Эндрю
   Вот дурак, ей-богу!
   Шут
   Здорово, ребята! Видали вывеску трех дураков?
   Сэр Тоби
   Добро пожаловать, болван! Споем-ка хором.
   Сэр Эндрю
   Ей-богу, славное горло у дурака! Я бы дал сорок шиллингов, когда бы у меня были такие икры и такой славный голос для пения, какие имеет дурак. Ей-ей! Ты вчера! вечером хорошо дурачился, как рассказывал о Пигрогромитусе и Вапианах, что прошли за квебускую линию. Чудесно, ей-богу! Я послал тебе шестипенсовик для твоей любезной – получил ли ты?
   Шут
   Я спрятал твой подарок в карман, потому что нос Мальволио – не плеть, моя милая белоручка, а мирмидонцы не пивная лавочка.
   Сэр Эндрю
   Превосходно! Вот лучшие шутки, в конце концов. Ну, пой же!
   Сэр Тоби
   Да, спой-ка. Вот тебе шестипенсовик, валяй!
   Сэр Эндрю
   Вот и от меня: коли один дает шестипенсовик, я даю другой. Ну же, пой песню!
   Шут
   Что ж вам спеть? Любовную песенку или нравоучительную и чинную?
   Сэр Тоби
   Любовную! Любовную!
   Сэр Эндрю
   Да, что мне нравоучения!
   Шут
   (поет)
Где ты, душенька, гуляешь?
Иль меня ты забываешь,
Что один грустит?
Кто тебя отсюда манит?
Час любви, поверь, настанет,
Быстро пролетит!

   Сэр Эндрю
   Чудесно, ей-богу!
   Сэр Тоби
   Славно! Славно!
   Шут
   (поет)
Что любовь? Не за горами,
Не за лесом и полями,
Здесь она – лови!
Если медлишь – проиграешь,
Поцелуй мой потеряешь:
Не теряй, лови!

   Сэр Эндрю
   Медовый голос, клянусь моим дворянством!
   Сэр Тоби
   Соблазнительный голос!
   Сэр Эндрю
   Медовый и соблазнительный, ей-богу!
   Сэр Тоби
   Так сладок, что даже тошно. Да что, не хватить ли так, чтоб земля пошла вприсядку? Спугнем-ка филина хором, который вытянул бы у ткача три души.
   Сэр Эндрю
   Пожалуйста, если вы меня любите. Я так люблю хоры, я на песнях собаку съел! Начинайте «Мошенник».
   Шут
   «Молчи, мошенник»? Да ведь тогда я должен буду назвать вашу милость мошенником.
   Сэр Эндрю
   Это уже я не в первый раз заставляю называть себя мошенником. Начинай, шут! Оно начинается: «Молчи…»
   Шут
   Я не могу начать молча.
   Сэр Эндрю
   Хорошо, ей-богу, хорошо! Ну начинайте!
   Поют хором. Входит Мария.

   Мария
   Это что за кошачий концерт? Если графиня не позовет своего управителя Мальволио, чтоб выгнать вас из дому! так назовите меня чем угодно.
   Сэр Тоби
   Графиня – родом из Китая, мы – дипломаты, а Мальволио – старая ведьма.
   (Поет.)
Вот три веселых молодца!..

   Что я ей не родственник, что ли? Разве мы не одной крови с твоей госпожой? (Поет.)
Госпожа, эх госпожа…

   Шут
   Право, его милость славно дурачится.
   Сэр Эндрю
   Да, он на это мастер, когда расположен, и я тоже; но только он искуснее, как-то натуральнее.
   Сэр Тоби
   (поет)
Однажды зимним вечерком
Сошлись…

   Мария
   Ради Бога, молчите!
   Входит Мальволио.

   Мальволио
   Взбесились вы, господа, что ли? Что это у вас ни стыда ни совести – шуметь по ночам? Или вы принимаете дом графини за трактир, что так немилосердно горланите ваши сапожничьи песни? Не знаете ни времени, ни меры.
   Сэр Тоби
   И время и меру наблюдали, сударь, в нашей песне. Убирайся к черту!
   Мальволио
   Сэр Тоби, я должен поговорить с вами начистоту. Графиня поручила мне сказать вам, что хотя вы и живете у нее как родственник, но с буйством вашим на не хочет иметь никакого дела. Если вы можете расстаться с дурным поведением, так она вам очень рада; если же нет – и вам угодно с ней проститься, так она очень охотно с вами расстанется.
   Сэр Тоби
   (поет)
Прощай, душа! Твой друг во тьме идет!

   Мальволио
   Прошу вас, сэр Тоби…
   Шут
   (поет)
И видно по лицу, что пропадет.

   Мальволио
   Возможно ли…
   Сэр Тоби
   (поет)
Ты никогда, сэр Тоби, не умрешь!

   Шут
   (поет)
Протянешь ноги – врешь!

   Мальволио
   Это вам делает честь, право!
   Сэр Тоби
   (поет)
Не худо бы его прогнать?

   Шут
   (поет)
Зачем? Ему к лицу здесь постоять.

   Сэр Тоби
   (поет)
Прогнать его, мошенника, за дверь!

   Шут
   (поет)
О трус! Да не посмеешь же, поверь.

   Сэр Тоби
   Я с такту сбился, по-твоему, приятель! Соврал! Что ж ты за важная особа? Дворецкий! Или ты думаешь, потому что ты добродетелен, так не бывать на свете ни пирогам, ни пиву?
   Шут
   Да, клянусь святой Анной, и имбирем будут по-прежнему обжигать рот.
   Сэр Тоби
   Твоя правда. Провал вай-ка! Петушись в лакейской. А подай-ка нам винца, Мария!
   Мальволио
   Если б ты, Мария, хоть сколько-нибудь дорожила милостью графини, так не потворствовала бы этому разврату. Она узнает об этом, вот мое слово!
   (Уходит.)
   Мария
   Ступай! Помахивай ушами!
   Сэр Эндрю
   А было бы так же хорошо, как и выпить проголодавшись, вызвать его на поединок да и не явиться, и тем его одурачить.
   Сэр Тоби
   Сделай-ка это, дружище; я напишу тебе вызов или на словах расскажу ему, как ты сердился.
   Мария
   Почтеннейший сэр Тоби, будьте потише только эту ночь. Молодой посол от герцога опять был у нее, и с тех пор ей совсем не по себе. А с Мальволио я справлюсь. Если я не сделаю его притчей во языцех и посмешищем, так позволяю вам думать, что не сумею лежать прямо в постели. Я знаю, что могу это сделать.
   Сэр Тоби
   Расскажи же, расскажи! Что ты о нем знаешь?
   Мария
   Право, иногда кажется, что он вроде пуританина.
   Сэр Эндрю
   О, если б я думал это, то прибил бы его как собаку!
   Сэр Тоби
   Как? За то, что он пуританин? Твои побудительные причины, рыцарь?
   Сэр Эндрю
   Мои причины хоть и не побудительны, но, напротив, хороши.
   Мария
   Пусть себе будет – чтоб его нелегкая взяла – пуританином или чем угодно: все-таки он флюгер, что ходит за ветром; осел, который выучил наизусть высокопарные речи и сыплет их пригоршнями; ужасно доволен собою и совершенно уверен в том, что набит совершенствами; он свято верует, что, кто на него ни взглянет, непременно в него влюбится. Этот порок прекрасно поможет моему мщению.
   Сэр Тоби
   Что ж ты думаешь сделать?
   Мария
   Я подкину ему туманные любовные письма. В них опишу я цвет его волос, форму ног, поступь, глаза, лоб, черты лица – и он узнает себя непременно. Я могу писать совершенно как графиня, ваша племянница. Когда нам попадется какая-нибудь забытая записка, так мы никак не можем различить наши почерки.
   Сэр Тоби
   Бесподобно! Я уже чую, в чем дело.
   Сэр Эндрю
   И мне в нос ударило.
   Сэр Тоби
   Он подумает, что письма эти от моей племянницы и что она в него
   влюблена.
   Мария
   Да, я действительно хочу выехать на этом коньке.
   Сэр Эндрю
   А, и этот конек сделает его ослом.
   Мария
   Ослом.
   Сэр Эндрю
   О, это будет чудесно!
   Мария
   Богатая штука! Уж поверьте, я знаю, мое зелье на него подействует. Я поставлю вас двоих – шут будет третий – туда, где он должен найти письмо; заметьте только, как он будет объяснять его. На сегодня довольно; желаю, чтобы вам приснилась наша шутка. Прощайте! (Уходит.)
   Сэр Тоби
   Прощай, амазонка.
   Сэр Эндрю
   Славная, на мои глаза, она девка!
   Сэр Тоби
   Хорошо дрессирована и обожает меня; да в этом ее нельзя винить.
   Сэр Эндрю
   И меня раз как-то обожала!
   Сэр Тоби
   Пойдем спать, сэр. Не худо бы, если б тебе прислали денег.
   Сэр Эндрю
   Если мне не удастся жениться на твоей племяннице, так я крепко обчелся.
   Сэр Тоби
   Вели только прислать денег, если же она не будет наконец твоею, так назови меня лошадью.
   Сэр Эндрю
   Если я этого не сделаю, так я бесчестный человек. Понимай как хочешь.
   Сэр Тоби
   Пойдем, пойдем! Я приготовлю грог. Ложиться уже поздно. Идем, брат, идем!
   Уходят.

Сцена четвертая

   Входят герцог, Виола, Курио и другие.

   Герцог
По звукам стосковался я. Здорово!
Цезарио мой добрый, сделай милость,
Спой ту старинную, простую песнь
Вчерашней ночи. Грусть мою как будто
Она отвеяла и дальше, и свежей,
Чем красные слова воздушных арий,
Пленяющих собой наш пестрый век.
Одну строфу, одну строфу всего лишь!

   Курио
   Извините, государь, того, кто мог бы спеть ее, здесь нет.
   Герцог
   Кто же это пел?
   Курио
   Шут Фест, шут, который восхищал, бывало, отца Оливии. Но он, верно, где-нибудь близко.
   Герцог
Сыщите же его, а между тем
Сыграйте тот напев неотразимый.

   Курио уходит. Музыка.
Цезарио, когда полюбишь ты,
В страданьях сладких вспомни обо мне.
Как я, все любящие своенравны,
Изменчивы в движениях души.
Одно в них держится неколебимо —
То образ милой, глубоко любимой.
Что, нравится ль тебе напев?

   Виола
Прекрасно!
Как эхо, раздается он в чертогах,
Где царствует любовь.

   Герцог
Твои слова
Искусно выражают чувство страсти,
Ручаюсь жизнью! Как ни молод ты,
Но ты уже искал в глазах любимой
Ответа на любовь, не так ли?

   Виола
Да,
Немного, государь.

   Герцог
Ну какова ж твоя любезная?

   Виола
На вас похожа.

   Герцог
Не стоит же она тебя. Как молода?

   Виола
Почти что ваших лет.

   Герцог
Стара!
Жена должна избрать себе того, кто старше;
Тогда она прилепится к супругу
И будет царствовать в его груди.
Как мы себя, Цезарио, ни хвалим,
А наши склонности непостоянней,
Чем женщины любовь.

   Виола
Я тех же мыслей.

   Герцог
Так избери подругу помоложе,
Иначе ведь любовь не устоит.
Ведь женщины, как розы:
Чуть расцвела —
Уж отцвела,
И милых нет цветов!

   Виола
Да, жребий их таков!
Не доцветать,
А умирать.
Их жизнь – мгновенье, слезы.

   Курио возвращается с шутом.

   Герцог
Ну спой-ка песнь вчерашней ночи, друг!
Заметь – она старинная, простая.
Крестьянки в поле, убирая хлеб,
Иль, кружево сплетая, молодицы
Поют ее; она немудрена
И сладкою невинности любовью
Играет, как простая старина

   Шут
   Прикажете начать?
   Герцог
   Да, пожалуйста, спой.
   Шут
   (поет)
Смерть, скорей прилетай, прилетай —
Кипарисами гроб мой обвит!
Жизнь, скорей улетай, улетай —
Я красавицей гордой убит!
Плющом украсьте саван мой,
Посмертный мой венец!
Никто с любовью такой
Не встретит свой конец.
Нет, нежных, прекрасных цветов
Не бросайте на черный мой гроб
И во прах не склоняйте голов
На укрывший дерновый сугроб!
Чтоб было некому по мне вздыхать,
Заройте труп мой в прах!
Чтоб другу гроб мой не сыскать,
Забудьте о слезах!

   Герцог
   Вот тебе за труды.
   Шут
   Что за труд, государь? Я нахожу удовольствие в песнях.
   Герцог
   Так возьми за удовольствие.
   Шут
   Пожалуй, за удовольствие, рано или поздно, мы должны расплатиться.
   Герцог
   Позволь мне тебя уволить.
   Шут
   Да осенит тебя бог меланхолии, а портной сошьет тебе платье из двуличной тафты! Твой дух – опал, играющий всеми цветами. Людей с твоим постоянством надобно бы посылать в море, чтоб они занимались всем, не находя нигде цели, потому что когда не знаешь, куда идти, то зайдешь всего дальше. Прощайте! (Уходит.)
   Герцог
Оставьте нас.

   Курио и придворные уходят
Цезарио, еще раз
Иди к неограниченно жестокой;
Скажи ей, что моя любовь над миром
Возвышена, как небо над землей:
Ей пыльных областей земных не нужно.
Скажи, что все ее дары, богатства,
Ей счастьем данные, в моих глазах
Ничтожны и изменчивы, как счастье.
Лишь он, тот царь-алмаз, тот образ-чудо,
В который Бог ее оправил душу,
Меня прельстил, меня к ней приковал.

   Виола
Однако ж если, государь, она
Не может вас любить?

   Герцог
Такой ответ
Не принимаю я.

   Виола
Но вы должны.
Положим, девушка влюбилась в вас —
Какая, может быть, и есть на свете —
И сердце ноет у нее по вас,
Как ваше по Оливии; положим,
Что вы не можете ее любить,
Что вы ей это говорите – что ж,
Ответ ваш не должна ль она принять?

   Герцог
Грудь женщины не вынесет той бури,
Такого страсти урагана, как в моем
Грохочет сердце; женщины душа
Мала, чтоб уместить в себе так много.
Они непостоянны; их любовь
Желаньем только может называться;
Она в крови у них, а не в душе,
И вслед за ней отягощают сердце
И пресыщение, и тошнота.
Моя ж, как море, голодна любовь —
Ей насыщенья нет! О, не равняй
Мою к Оливии любовь с любовью,
Что может женщина ко мне питать!

   Виола
Однако же я знаю…

   Герцог
Что ты знаешь?
Скажи.

   Виола
Мне слишком хорошо известно,
Как женщина способна полюбить.
Их сердце так же верно, как и наше.
Дочь моего родителя любила,
Как, может быть, я полюбила б вас,
Когда бы слабой женщиной была.

   Герцог
А жизнь ее?

   Виола
Пустой листок, мой государь:
Она ни слова о своей любви
Не проронила, тайну берегла,
И тайна, как червяк, сокрытый в почке,
Питалась пурпуром ее ланит.
Задумчива, бледна, в тоске глубокой,
Как гений христианского терпенья,
Иссеченный на камне гробовом,
Она с улыбкою глядела на тоску —
Иль это не любовь? Конечно, нам,
Мужчинам, легче говорить и клясться;
Да наши обещанья выше воли:
Велики в клятвах мы, в любви – ничтожны.

   Герцог
Сестра твоя скончалась от любви?

   Виола
Я – вот все дочери и сыновья
Из дома моего отца. При всем том
Не знаю я… Да не пора ль к графине?

   Герцог
Да, вот в чем дело! Живо, поспешай!
Вручи ей от меня вот этот перстень
И повтори ей, что моя любовь
Не вынесет отказа иль отсрочки.

   Уходят.

Сцена пятая

   Входят сэр Тоби, сэр Эндрю и Фабиан.

   Сэр Тоби
   Ступай сюда, синьор Фабиан.
   Фабиан
   Конечно, пойду. Если я пророню хоть один гран этой шутки, так пусть из меня сделают похлебку на меланхолии.
   Сэр Тоби
   Не порадует ли тебя, что эта протоканалья осрамится с головы до ног?
   Фабиан
   Я торжествовал бы! Ты знаешь, однажды он лишил меня милости графини по случаю медвежьей травли.
   Сэр Тоби
   Назло же ему медведя еще раз спустят, и мы не оставим на нем живого волоска. Не так ли, сэр Эндрю?
   Сэр Эндрю
   Если мы не сделаем этого, то да сжалится над нами небо!
   Входит Мария.

   Сэр Тоби
   Вот и бесенок. Ну что, мое индийское золото?
   Мария
   Станьте втроем за куст: Мальволио идет этой дорогой. Он с полчаса стоял там, на солнце, и кривлялся перед собственной тенью. Ради Бога, примечайте за ним! Я знаю, это письмо превратит его в философствующего болвана. Тише, ради всего веселого!
   Мужчины прячутся.
   Ты лежи здесь. (Бросает письмо.) Вон плывет рыбка, которую надо поймать на удочку. (Уходит.)
   Входит Мальволио.

   Мальволио
   Все только счастье – одно счастье. Мария сказала мне однажды, что графиня ко мне неравнодушна, и я сам слышал, как сама она намекала довольно ясно, что если она влюбится, так в человека с такой фигурой, как у меня; со мною обращается она с большим почтением, чем с кем-либо из остальных слуг ее. Что мне об этом думать?
   Сэр Тоби
   Надутая скотина!
   Фабиан
   Эти умствования превращают его в великолепнейшего из индейских петухов. Эк он надувается в своих перьях!
   Сэр Эндрю
   Ей-ей, так бы и прибил этого мошенника!
   Сэр Тоби
   Тише!
   Мальволио
   Быть графом Мальволио…
   Сэр Тоби
   О, скот!
   Сэр Эндрю
   Пулю в лоб ему, пулю!
   Сэр Тоби
   Тише, тише!
   

notes

1

2

3

4

5

   очень полезно».

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →