Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Согласно статистике 75% населения мира в состоянии алкогольного опьянения пишут СМС или звонят своим бывшим половым партнерам

Еще   [X]

 0 

Творческие профессии для людей с инвалидностью (Липес Юлия)

Существующая система помощи взрослым людям с психическими проблемами направлена лишь на преодоление социальной изоляции. Но эти люди не хотят быть только получателями помощи; они стремятся делать что-то нужное и интересное себе и другим.

Год издания: 2012

Цена: 130 руб.



С книгой «Творческие профессии для людей с инвалидностью» также читают:

Предпросмотр книги «Творческие профессии для людей с инвалидностью»

Творческие профессии для людей с инвалидностью

   Существующая система помощи взрослым людям с психическими проблемами направлена лишь на преодоление социальной изоляции. Но эти люди не хотят быть только получателями помощи; они стремятся делать что-то нужное и интересное себе и другим.
   Книга адресована тем, кто занимается организацией системы профессионального обучения таких людей. Педагоги, психологи, мастера производственного обучения найдут здесь детальное описание структуры и принципов работы Центра профессиональной подготовки для особых молодых людей, действующего в Москве.


Составитель Юлия Владиславовна Липес Творческие профессии для людей с инвалидностью

Особые мастерские

   Мы хотим рассказать про наши художественно-прикладные мастерские, где специалисты учат работать молодых людей с проблемами развития.
   Идея создать такие мастерские появилась около десяти лет назад в Центре лечебной педагогики. Для помощи особым детям там активно используются разные виды творческих занятий – рисование, лепка, шитье, работа с деревом[1]. Постепенно художники и педагоги поняли, что занятия ремеслами могут быть не только терапией, но и основой будущей профессии. В ЦЛП открылись небольшие группы предпрофессиональной подготовки особых подростков.
   Наши ученики вырастали. Для взрослых людей с психическими проблемами существовали в Москве в основном клубы и досуговые центры. Они решают проблему преодоления социальной изоляции, но этого, по нашему мнению, недостаточно. Мы хотим, чтобы у наших учеников была полноценная жизнь, чтобы они не были только получателями помощи, а научились делать что-то нужное и интересное для других. В этом наши желания совпадают с желаниями наших учеников и их родителей.
   Нескольких лет сотрудники ЦЛП и инициативная группа родителей целенаправленно занимались организацией профессионального обучения особых молодых людей. Наконец ситуация сдвинулась с мертвой точки – перед нами открылась возможность, о которой мы раньше не думали. Директор технологического колледжа № 21 предложил создать в колледже Центр профессиональной подготовки молодых людей с ограниченными возможностями. Таким образом наши сотрудники были приняты на работу в колледж, наши ученики поступили туда учиться, мы получили большое помещение и прекрасное оборудование. Кроме того, возникла возможность делиться своим опытом, рассказывать другим специалистам, как можно обучать особых молодых людей интересным и нужным профессиям. Эта брошюра – наша попытка рассказать о своей работе тем, кто захочет открыть в другом месте подобные мастерские.

Устройство центра профессиональной подготовки для особых молодых людей

   У нас четыре мастерские: художественно-полиграфическая, текстильная, керамическая и столярная. После знакомства с разными мастерскими каждый ученик выбирает ту, в которой он будет учиться и работать. Если ему трудно сделать выбор, на помощь приходят родители и педагоги. Определившись с будущей профессией, ученик уже постоянно работает в одной мастерской: освоение профессии требует много сил, тем более от человека с трудностями обучения, эмоционально-волевыми проблемами и дефицитом внимания.
   Общеобразовательное обучение должно по возможности восполнить те пробелы в элементарных знаниях, которые мешают нашим ученикам в работе и в повседневной жизни. Например, работающие в текстильной мастерской изучают четные и нечетные числа. Это полезно для ткачества, где нужно считать ряды. Ученикам из столярной мастерской важнее умение пользоваться линейкой. Те, кто ездит по городу сам, учатся пользоваться картой и осваивают новые маршруты. Тем, кто не ездит один, важно запомнить свой адрес, чтобы при необходимости назвать его и обратиться за помощью. Для каждого человека набор тем и объем их изучения планируется индивидуально. Занятия проводятся индивидуально или в маленьких группах по 3–5 человек.
   Кто и как работает в мастерской
   Мастер – руководитель мастерской, другие художники (2–3 человека)
   – определяют направление работы мастерской, организуют производство изделий;
   – обучают учеников ремеслу;
   – подбирают и разрабатывают технологические процессы, подходящие для учеников;
   – помогают формированию творческого стиля каждого ученика;
   – вместе с педагогами определяют индивидуальную программу каждого ученика.
   Педагог (1–2 человека)
   – отвечает за учеников, находит каждому место, соответствующее его интересам и возможностям;
   – составляет расписание занятий;
   – вместе с художниками составляет индивидуальную программу каждого ученика, обсуждает его успехи, проблемы и способы их решения;
   – организует индивидуальное сопровождение для некоторых учеников;
   – проводит родительские собрания и обсуждает с родителями возникающие вопросы.
   Технолог и другие технические работники (1–2 человека в зависимости от особенностей ремесла)
   – отвечает за работу оборудования;
   – отвечает за налаживание сложных технологических процессов.
   Менеджер (1 человек)
   – организует покупку оборудования и материалов;
   – находит заказы для мастерской;
   – реализует изделия мастерских.
   Ученики (6-12 человек)
   – учатся ремеслу, причем каждый ученик должен научиться самостоятельно выполнять хотя бы некоторые виды работы.
   Волонтеры (1–2 человека)
   – помогают мастеру (тогда мастер определяет им задание) или помогают педагогу (тогда педагог определяет им задание).

Почему мы обучаем особых подростков художественным специальностям?

   Казалось бы, для людей, которым трудно учиться, нужно выбирать самые простые профессии. Тот, кто не может сдать экзамены в институт, может пойти в техникум или в училище. По специальностям, которыми мы занимаемся – полиграфия, текстиль, керамика, работа с деревом, – в Москве есть возможность получить и высшее, и среднее образование. Есть даже училище для выпускников вспомогательных школ, готовящее швей-мотористок. Если следовать этой логике, мы должны были бы еще упростить программу и обучать наших учеников выполнению самых простых операций. Так и принято делать на Западе. Там особых молодых людей обучают простейшим профессиям, и потом они сортируют бутылки по ящикам в супермаркете или складывают полотенца в прачечной. В такой профессиональной подготовке есть важное достоинство – она не отделяет человека от социума.
   Мы попробовали создать другой путь образования для особых подростков и молодых людей и считаем, что он тоже имеет право на существование.
   Отчасти это связано с историей наших мастерских. Они возникли в Центре лечебной педагогики. Наши ученики воспитаны на разных занятиях ручной деятельностью. Художники и педагоги увидели, что эти
   занятия можно продолжать, что у ребят есть большой потенциал, и стали учить их более серьезно.

Почему выбрана модель ремесленной мастерской?

   Веками и в Европе, и в России существовала традиционно сложившаяся, отработанная схема устройства художественных и прикладных мастерских, ремесленных цехов. Во главе мастерской стоит мастер – художник, разработчик художественного стиля. Подмастерья – начинающие профессионалы, перенимающие опыт у мастера, овладевающие технологиями ремесла. Они участвуют в разработке изделий. Им доверяют технологические процессы, усложняющиеся по мере обучения. Ученики находятся на первой ступени обучения. Они выполняют самые простые задачи.
   По такому принципу строится и работа наших мастерских. Мастер разрабатывает простые, легковыполнимые технологические процессы, подбирает их в соответствии с наклонностями и возможностями каждого ученика. Другая задача мастера – художественный отбор и эстетическое представление того, что делают ученики. Например, художник отбирает рисунки учеников и располагает их на ткани так, что получается красивый платок. Часто в мастерской не один, а два или три художника, объединенные общим стилистическим направлением. Художник, который меньше вовлечен в процесс обучения, создает собственные работы и разрабатывает для мастерской новые идеи. Многим нашим ученикам нужны помощники. Эту роль выполняют педагоги, которые параллельно получают основные технологические знания. Их можно считать подмастерьями, у которых есть дополнительные педагогические и психологические задачи. Педагоги помогают каждому найти свое место в мастерской, стараются создать такую среду, где каждый ответственно относится к своей работе и помогает другим[3].
   Мастерская – это своеобразное творческое содружество. В нем, как и в средневековых ремесленных мастерских, нет четкого разделения труда, разделены только зоны ответственности. Никто не может заниматься только творчеством или только технической работой. Художнику приходится иногда пересчитывать изделия и разрешать конфликты, а педагог умеет делать блокноты или загружать печку. Ученики не только учатся техническим операциям, но под руководством мастеров постепенно вырабатывают свой индивидуальный художественный стиль.

Особенности профессионального обучения в наших мастерских

   1. Все обучение, в том числе общее и художественное образование, подчинено овладению конкретной профессией. Всем людям полезно развиваться, получать новые знания, но у наших учеников столько учебных трудностей, что мы не можем охватить все и решили сосредоточить свои усилия на главном. Поэтому из программы исключены многие общепринятые предметы, а те, что остались, приспособлены именно к нашим нуждам. Например, в керамической мастерской нет обучения живописи, а есть курс «основы композиции», ориентированный именно на изготовление керамических панно и роспись подглазурными красками.
   2. Индивидуальный подход. Программа обучения конкретизируется в процессе работы. Художник пробует, смотрит, что получается, и помогает ученику найти его собственный путь. Мы работаем на отсроченный результат, не пытаемся обучить изначально поставленной задаче (например, нарисовать натюрморт).
   3. Многие изделия делаются совместно мастером и учениками. Например, кто-то рисует эскизы для росписи, но не может аккуратно обвести свой рисунок кистью. Это делает другой ученик или помощник. Или: ученик научился шить и сшил сумку, а его однокурсница освоила ткачество и соткала к ней декоративную вставку.
   4– Мы учим каждого тому, что он сможет делать максимально самостоятельно, и тому, что можно применить в работе. Для этого художники подбирают специальные технологии. Тот, кто не может рисовать кистью, процарапывает рисунок. Не могущий резать ножницами рвет бумагу и делает аппликации в особой технике. Если ученик не в состоянии ровно обрезать и подшить край ткани, мы оставляем бахрому. Неровно сотканный гобелен вшиваем в окошко из грубой льняной ткани. Если волнистую строчку повторить несколько раз, получается декоративная деталь, а не просто кривая линия. Один ученик делает блокнот от начала до конца, включая правильную настройку оборудования, а другой научился только сшивать подготовленный блокнот на брошюровщике, но делает эту операцию самостоятельно.
   5. Наша задача – профессиональное образование, а не арт-терапия, поэтому мы занимаемся творчеством в сочетании с техническими навыками. Арт-терапия – это спонтанное творчество, в котором задействованы чувства, а не разум. Этот метод полезен как средство терапевтического воздействия, но не обучает и не приводит к созданию изделия, выполненного в правильной технике и интересного зрителям и покупателям. Наш способ обучения основан на осознании своих действий. Перед учениками ставится определенная задача, которую они должны выполнить. Хотя это творческое художественное занятие, мы акцентируем внимание не на получении удовольствия от процесса работы, а на воплощении своего замысла и соблюдении технологии.
   6. Для нас важно, чтобы психическое состояние наших учеников не ухудшалось, а улучшалосъ. Многие из наших учеников настолько импульсивны, что однообразная монотонная работа требует от них гораздо большего напряжения, чем решение сложных творческих задач. Есть и такие, которые легко обучаются механическому повторению операций (например, ткачеству на станке) и могут долго делать одно и то же, но это однообразное занятие является для них средством ухода в себя, делает похожим на робота. Один из учеников полиграфической мастерской всегда выбирает одну и ту же работу – нажимать на кнопку измельчителя бумаги. При этом он уходит от всяких контактов с окружающими. Мы стараемся расширять его возможности, предлагать ему другую работу, хотя в ней он будет менее самостоятелен и понадобится больше помощи. Некоторым, наоборот, однообразное выполнение простых технических операций (например, сделать разметку для орнамента) помогает собраться и начать работать, когда по каким-то внутренним причинам трудно делать творческую работу – рисовать или расписывать. Свободное творчество без руководства мастера может быть вредно для психического состояния ученика. Оно становится не средством выражения личности, а лишь новым способом проявления навязчивых состояний. Наконец, есть ученики, которые из-за ментальных проблем не могут заниматься самостоятельным творчеством. Они осваивают простые технические навыки, а творчество для них – это участие в изготовлении художественных изделий. Мы убедились, что даже чисто технические операции, например, наклеивание деколей на чашки, наполняется творческим содержанием, если деколи изготовлены по авторским работам наших учеников, и превращается в очень скучную работу, если нужно наклеивать неинтересные картинки. Учитывая все это, мы стараемся подобрать каждому ученику то сочетание творческой и технической работы, которое больше всего подходит именно для него.

Разные способы взаимодействия

   Очень многое зависит от личности того, кто ведет занятие. Кто-то считает, что нужно работать в тишине, другой ценит более свободную и творческую обстановку. Среди учеников есть более творчески активные, а есть более склонные к технической работе. Одни любят делать то, что уже умеют, другие – учиться новому. Обстановка мастерских сама по себе способствует развитию творческих способностей, и рано или поздно они проявляются у каждого.
   Иногда ученик выполняет отдельные операции, порученные ему мастером, в других, наоборот, художник помогает ученику воплотить свой творческий замысел. Можно пробовать, ошибаться и искать. Основные способы творческого взаимодействия художника и ученика показаны в таблице:

Интерес общества к изделиям наших мастерских

   Работы наших учеников неакадемичны, их рисунки во многом похожи на детские. Искусствовед К.Г. Богемская (см. примечание на с. 13), ссылаясь на книгу Мишеля Тевоза «Арт-брют», объясняет это сходство тем, что и дети, и аутсайдеры исходят не из других произведений искусства, а изобретают язык для собственного пользования. Рисунки аутсайдеров и наивных художников, выполненные как бы в детской манере, отличаются от рисунков детей, по мнению К.Г. Богемской, тем, что отражают внутренний опыт взрослого человека.
   Поскольку в наше время ценность наивного искусства признается обществом, в современном дизайне появилась тенденция использовать язык якобы наивного искусства. Но это всего лишь имитация, и зритель это чувствует. В наших мастерских нет установки на наивное творчество, главное для нас – любыми средствами сделать доступным воплощение замысла. Именно это дает ощущение непосредственности и свежести восприятия.

Участие в выставках и продажа работ мастерских

Роль педагогов в мастерской

   Педагоги в мастерских – это люди, знающие особенности наших учеников и помогающие им осваивать профессии. Многие имеют опыт лечебно-педагогической работы с особыми детьми и подростками в Центре лечебной педагогики или проходили там стажировку. В мастерских работают несколько профессиональных психологов, однако в этой брошюре мы договорились и психологов, и лечебных педагогов называть просто педагогами, так как их роль не сильно различается.
   В каждой мастерской есть ответственный педагог[4]. Его основная задача – отвечать за коллектив учеников. Кроме того, если учеников в мастерской много, там может работать и еще один педагог. Педагоги помогают мастеру найти подход к каждому из учеников, а ученикам – строить отношения, разрешать конфликты. Если ученику нужно индивидуальное сопровождение, педагог подбирает ему помощника. Хотя мастер руководит мастерской, на первом этапе обучения он сильно нуждается в педагогической помощи.

Педагогические принципы

   1. Уважение к личности каждого человека независимо от его способностей. Жан Ванье так пишет о людях с психическими и ментальными проблемами: «Их интеллект слаб, но доверие и открытость другим огромны… Они живут ближе к самым существенным вещам. В нашем обществе соревнования, которое придает такое большое значение власти и силе, им очень трудно занять свое место, они проигрывают в любом состязании… Однако сильный человек должен быть готов услышать слабого. В нашем обществе, разделенном на группы, которые часто отягощены внутренними конфликтами, в наших городах, построенных из стекла, бетона и одиночества, мы можем понять и принять друг друга именно благодаря слабым людям. У них есть особая миссия исцелять сердце и разрушать барьеры, которые разделяют людей и мешают им жить счастливо и человечно».[5]
   2. Социализация. Самая большая проблема наших учеников в том, что они социально обесценены, не востребованы в обществе. Они не чувствуют себя полноценными его членами. Из-за этого многие люди с психическими проблемами не развиваются и даже во взрослом возрасте остаются инфантильными. В мастерских эти люди могут реализовать себя как личностно, так и профессионально. К нам в гости часто приходят художники. Работы наших мастерских участвуют в выставках, изделия наших учеников оцениваются со стороны, они оказываются востребованы, и это очень важно.
   3. Интеграция в обществе всегда лучше изоляции. Особым людям нужно научиться вести себя так, чтобы не вызывать отрицательного отношения окружающих. Например, в обществе не принято очень громко разговаривать, петь песни или подпрыгивать. Это может мешать другим, вызывать раздражение. Наши ученики не всегда анализируют свое поведение, и нужно помогать им в этом.
   4– Важность отношений. Отношения в мастерской далеко выходят за рамки обычных взаимоотношений преподавателей и учеников, они гораздо глубже и полнее. Важны и отношения в группе учеников, и отношения между художниками, педагогами и учениками. Мастерская не смогла бы нормально существовать, если бы нас связывали только формальные рабочие отношения. Как говорит древняя китайская мудрость, там, где кончается любовь, начинаются справедливость и гуманизм. Нам важно избежать обеих крайностей – как равнодушной справедливости, так и всеприемлющего гуманизма.
   5. В каждой мастерской есть иерархия, у каждого есть свои обязанности и своя область ответственности. Есть общие правила, которые все должны выполнять. У одних больше обязанностей, у других – меньше, это зависит от возможностей каждого. Педагог может потребовать, чтобы ученик изменил свое поведение и соблюдал правила. Он обладает такой властью не потому, что находится с учениками по разные стороны барьера, разделяющего психически больных и психически здоровых людей, а потому, что занимает в мастерской позицию старшего, ответственного за группу учеников. Несомненно, в других местах и в других ситуациях мы занимаем позицию учеников, а кто-то другой является педагогом по отношению к нам.

День в мастерской

   В зависимости от того, что мы делаем, все могут сидеть вместе за общим столом или делиться на небольшие группы. Некоторым важно иметь возможность поработать в тишине в отдельной комнате.
   Во время работы нельзя шуметь, отвлекаться на разговоры и мешать другим. В остальном обстановка достаточно свободная – каждый может обратиться к мастеру с вопросом, встать, взять нужные инструменты. Когда группа учеников только начинает заниматься в мастерской, педагогам приходится выстраивать четкую организацию занятий. Когда ребята уже больше умеют и верят в свои силы, жесткий внешний порядок не так нужен – его заменяет интерес и внутренняя сосредоточенность на работе. Правда, бывает, что кому-то из учеников становится трудно самому держать себя в рамках, и приходится временно возвращаться к внешним опорам.
   Обычно небольшое время (10–15 минут) в мастерской отводится на общее обсуждение, которое проводит педагог. Оно может быть посвящено решению текущих вопросов, обсуждению возникших проблем или достижений. Каждый имеет возможность высказаться, рассказать, что ему особенно понравилось или не понравилось в этот день.

Как набирается группа

   В наших мастерских есть один опытный педагог, который отвечает за прием учеников. Она знакомится с каждым, кто хочет поступить в мастерские, беседует с его родителями. При наборе группы мы стараемся не отступать от интегративного принципа. В каждой группе есть более сильные и более слабые ученики, и мы стремимся, чтобы между ними не было сильного разрыва, т. е. чтобы группу нельзя было разделить на «сильных» и «слабых» или «больных» и «здоровых». По нашему опыту, группа больше всего способна к обучению, если в нее входят ученики самых разных уровней: и те, кто окончил индивидуально массовую школу, но из-за эмоционально-волевых проблем и трудностей общения не смог учиться дальше, и те, кто учился во вспомогательной школе, и те, для кого вспомогательная школа оказалась слишком сложной.
   Обучение идет хорошо, если в группе из 12 человек есть 2-з достаточно самостоятельных ученика, которые могут освоить некоторые виды работы от начала до конца и, если нужно, помогать другим. Эти ребята могут сами достать нужные материалы и инструменты, во время работы вовремя обратиться за помощью к мастеру, после работы убрать все на место. Другим ученикам нужно больше помогать, напоминать, что и в каком порядке нужно делать, вовремя останавливать, чтобы работа не была испорчена. Учеников, которые требуют постоянной помощи или постоянного внимания, по крайней мере, в первый год обучения, должно быть не больше двух. Чтобы создать в группе отношения дружбы и взаимопомощи, в ней должно быть не больше 2 человек с серьезными поведенческими проблемами.
   При наборе группы приходится учитывать, что обучение в колледже продолжается 3 года. Принимая нового ученика, мы стараемся понять, сумеем ли мы за этот срок обучить его тому, что он сможет самостоятельно применять в работе.
   Первый набор наших мастерских – необычный, он состоит в основном из ребят, с которыми мы начали заниматься уже давно, до того, как мастерские переехали в колледж. Мы видим, что есть ребята, которых можно научить работать, но не за три, а за пять или больше лет. Поэтому очень хорошо, если есть место, в котором особые подростки занимаются разными ремеслами и готовятся к обучению в мастерских.

Елена Сирота. Общеобразовательное обучение

   На общеобразовательных занятиях молодые люди получают информацию о возможных опасных ситуациях и о правилах поведения в этих ситуациях, обсуждаются вопросы взаимодействия в обществе, правила пользования общественным транспортом и др. В задачи обучения входит моделирование ситуаций взаимодействия с окружающими в общественных местах, обучение оказанию первой медицинской помощи, знакомство со справочной литературой и умение ею пользоваться. Кроме того, на этом материале закрепляются и поддерживаются полученные ранее познавательные навыки чтения, счета, письма, пересказа, а также некоторые моторные навыки. Перед занятиями ставятся также развивающие задачи – развитие и/или поддержание операций анализа и синтеза, обобщения, развитие внимания, воображения.
   Особенности наших учеников обусловливают следующие принципы проведения занятий.
   1. Явная практическая направленность материала; учащиеся должны понимать, в какой конкретной ситуации они смогут применить полученные знания и умения; это связано с тем, что перенос абстрактных знаний в новые условия значительно затруднен.
   2. Наглядность используемого материала; это связано с интеллектуальными трудностями учащихся.
   3. Использование разных форм работы на занятии; это связано с особенностями развития внимания, быстрой утомляемостью; кроме того, это важно для создания оптимальной мотивации на занятии (мотивационные нарушения наиболее часто встречаются у молодых людей с тяжелыми нарушениями развития).
   4. Организационные особенности: занятия должны проходить в небольших группах (в зависимости от уровня подготовленности учащихся), должна быть учтена, насколько это возможно, психологическая совместимость учащихся, группы должны быть по возможности интеграционными.

   В качестве примера расскажем об изучении правил пользования транспортом. Это важно для социальной адаптации учащихся. Кроме того, усвоение моделей действия в ситуациях пользования общественным транспортом позволяет снизить риск, связанный с передвижением в большом городе.
   При пользовании общественным транспортом молодые люди сталкиваются с необходимостью решения ряда задач:
   – разработка маршрута поездки, выбор вида транспорта;
   – оплата проезда;
   – правила поведения в общественном транспорте;
   – умение пользоваться справочными материалами.
   Кроме содержательных задач, на занятиях решаются также задачи развития познавательных навыков (поддержание и развитие навыков чтения, письма, пересказа на материале чтения справочной литературы, чтения карт).
   Конкретное содержание занятий зависит от особенностей группы учащихся. Некоторые молодые люди не смогут самостоятельно передвигаться по городу и пользоваться общественным транспортом. Тогда на занятиях важно определить степень необходимой им в этом помощи. Для тех учащихся, которые уже пользуются транспортом, важно разрабатывать новые маршруты поездок, корректировать правила поведения в транспорте, в общественном месте. Таким образом, перед каждым учащимся ставятся индивидуальные задачи освоения того или иного предмета, а результатом обучения будет решение этих задач.

Примеры проводимых занятий

   Задачи занятия:
   – научиться пользоваться картой города Москвы, находить на ней интересующие объекты;
   – воспитывать правила поведения на занятии, правила ведения диалога (умения выражать свои мысли, быть внимательным к собеседнику и т. п.);
   – развитие речи, мышления, поддержание навыков чтения.

   1. На столе разложена карта города Москвы. Обсуждение назначения карты города. (Что это? Зачем нужна карта? Что изображено на карте? Какие объекты?)
   2. Задание – найти на карте колледж. Это задание выполняется совместно (вспомнить адрес, найти нужную улицу (возможно, ориентируясь по ближайшим станциям метро). Каждый учащийся должен найти колледж
   на карте.
   3. Задание для самостоятельной работы на занятии – найти свой дом (улицу) на карте, рассказать, какая рядом станция метро, какие улицы.
   4. Рассматриваем карту Московской области (зачем она нужна? Какие на ней можно отыскать объекты?). Ищем знакомые объекты на карте Московской области.

   Занятие по той же тематике может быть проведено иначе, в зависимости от особенностей учащихся. Занятие в группе молодых людей с более серьезными проблемами психического развития и социальной адаптации может решать задачу запомнить адрес колледжа, научиться отвечать на вопросы о его местонахождении.

   1. Выучить адрес колледжа, записать (переписать) его на листе бумаги.
   2. Учиться отвечать на вопросы:
   3. На какой улице находится колледж? 4– Какой адрес колледжа?
   5. Какая рядом станция метро?
   6. Рассмотреть фрагмент карты Москвы, где изображен колледж, научиться показывать на ней колледж.

   Виды проездных билетов и правила их использования
   Задачи занятия:
   – научиться пользоваться проездными билетами;
   – воспитывать правила поведения на занятии, правила ведения диалога (умение выражать свои мысли, быть внимательным к собеседнику и т. п.);
   – развитие речи, мышления, поддержание навыков чтения.

   1. В ходе общей беседы выясняется, каким образом учащиеся оплачивают проезд в транспорте (о необходимости оплачивать проезд). Социальная карта москвича. Кому выдается социальная карта москвича, зачем она нужна, как и в каких случаях ею пользоваться.
   2. Другие способы оплаты проезда. Проездные билеты. В каких случаях обладателям социальной карты может пригодиться проездной билет.
   3. На столе выкладываются различные проездные билеты городского транспорта. Возможные вопросы, на которые учащиеся отвечают самостоятельно или учатся находить ответ:
   – Какой транспорт можно оплатить этим проездным билетом?
   – Действителен ли билет?
   – Сколько осталось поездок?
   – Сколько стоит билет?
   – Где продаются проездные билеты (на наземный транспорт, на метро)? И др.
   4– Билеты на электричку, на междугородный поезд. Возможные вопросы:
   – Чей это билет?
   – Какой вагон?
   – Какое место?
   – Куда прибывает поезд? Во сколько?
   – Откуда отправляется поезд? Во сколько?
   – Где продаются билеты на поезд? И др.

   В задачи занятия по этой тематике для учащихся с более серьезными проблемами психического развития и социальной адаптации может входить, например, только изучение правил использования социальной карты москвича.

   1. Узнавание и называние разных видов транспорта.
   2. Рассматриваем социальную карту москвича. Возможные вопросы:

   – Что это?
   – Чья это социальная карта?
   – Где ей можно пользоваться?
   – Как оплатить социальной картой москвича проезд в общественном транспорте?

   Обучение пользованию общественным транспортом может включать также занятия по следующим темам:
   – знакомые маршруты. Дорога домой и в колледж;
   – стороны света. Округа Москвы;
   – виды транспорта;
   – правила дорожного движения. Правила перехода проезжей части.

   Наглядные материалы, используемые на занятиях
   1. Кольцевая линия метро со станциями пересадок.
   2. Выход из метро к автобусам указанных номеров.
   3. Указатель выхода в город и станций пересадок.
   4. Надпись на двери вагона метро.
   5. Надписи на дверях в метро.
   6. Вход в метро.
   7. Трамвайная остановка у станции метро «Улица Подбельского». Трамвай.
   Примеры практических работ
   1. Страница из тетради Дмитрия А. Схема изображения сторон света, с помощью которой можно ориентироваться при работе с картой города. Работа выполнена на занятии «Стороны света. Округа Москвы».
   2. Светофор, нарисованный Мариной Д. на занятии «Правила дорожного движения».
   3. Аппликация «Пешеходный переход», выполнена Дмитрием Р. на занятии «Правила дорожного движения».
   4. Задание – записать свой домашний адрес на занятии «Знакомые маршруты. Дорога домой и в колледж».

Тамара Лаврентьева. Керамическая мастерская

Принципы обучения

   Каждая работа рождается в диалоге. В нем могут участвовать все – ученики, педагоги, волонтеры. Так постепенно вырабатывается общий стиль – производная возможностей учеников и художественных предпочтений преподавателей. Если руководить мастерской будет художник другого плана, художественный стиль будет иным. Он привнесет что-то новое, найдет новые технические приемы, но вряд ли ему удастся повернуть направление в сторону традиционных форм обучения.
   Главное для нас – выявить у каждого свой авторский стиль. Мы ценим взгляд на мир наших учеников и сами имеем уникальную возможность понять, как они видят и что думают про окружающую действительность. Это очень интересно.
   Обучение художников обычно строится по сложившимся канонам, а сам ученик – продукт своей эпохи, он впитывает в себя все правила этой системы, изучает историю искусств, учится профессионально работать с цветом и формой. Но как бы ни были они талантливы и смелы, в смысле свободы творчества им, конечно, до наших учеников далеко. Мы не можем готовить профессионалов в понимании традиционных художественных вузов. Но работы наших учеников оригинальны, спонтанны и очень интересны зрителям, а значит, можно организовать профессиональную нишу, основанную на их дарованиях.
   Мы не придерживаемся заранее выбранных форм обучения. Обычно мы пробуем общепринятые техники
   и способы обучения, а если что-то не получается, ищем причину трудностей. Часто приходится подбирать более простые технические приемы или разбивать работу на более мелкие шаги. Это метод проб и ошибок. С годами у нас накапливается опыт преодоления трудностей, связанных с особенностями наших учеников.
   Наше преподавание во многом строится на ограничении. Мы сужаем круг изучаемого, выбирая лишь то, что нужно непосредственно для занятия керамикой. Это не значит, что мы ничем, кроме керамики, не занимаемся. Но всё «заточено» под нее. Мы не делаем упор на изучении цветовой гармонии: краски меняют цвет при обжиге, и заранее представить результат – задача непосильная. На уроках декоративной композиции мы учим только самым основам, знание которых поможет придать, например, вазам декоративный вид, даже если рисунок или орнамент будет сделан небрежно. Хотим привить им чувство композиции, чтобы она работала на уровне музыкального слуха. Это очень сложно, но мы, решая простейшие задачи, постепенно движемся в этом направлении. Мы строго следуем лишь нескольким очень простым правилам. Главное из них состоит в том, что любая работа должна начинаться с общего решения, а мелкие детали делаются в последнюю очередь.
   Моя задача не в только в том, чтобы чему-то научить, а в том, чтобы понять замысел, подключиться к идее, помочь ее реализовать. То есть на основе интересов, предпочтений и даже стереотипов довести работу до художественного уровня.
   Есть ученики более творчески активные, есть более склонные к технической работе. Некоторые любят делать то, что уже умеют, другие хотят учиться новому. Я не уверена, что каждого нужно «раскачивать», чтобы пробудить творческий импульс. Очень полезно, если в мастерской есть люди, хорошо овладевшие техническими навыками. Общая художественная направленность способствует развитию творческих способностей, так что рано или поздно они проявляются у каждого.
   В мастерской каждый выполняет часть общей работы, и процесс обучения не выходит на первый план. Но мы видим, что ребята приобретают всё новые навыки, учатся анализировать свои и чужие работы, замечать ошибки, формировать свое мнение. Мастерская работает и развивается как единый организм, где все учатся друг у друга, в том числе и преподаватели, а рабочее время – это просто кусочек жизни, прожитый вместе.

   Выбор стиля
   Когда стало понятно, что надо уходить от традиционных подходов в преподавании, я не знала, в какую сторону двигаться. Склонности учеников постепенно вывели нас к работе в стиле современного концептуального искусства, когда текст органично включен в рисунок. Однажды Коля Ф. написал на вазе свое необычное высказывание[6]. Мы долго сомневались, нужно ли сохранять эту работу, но все-таки обожгли ее. Это было слишком непривычно и не соответствовало общепринятому мнению специалистов о том, чем полезно заниматься с такими подростками. Но поддержка и интерес других художников помогли нам двигаться дальше в этом направлении.
   Мы стали использовать в работах литературные тексты. Нам очень помогли стихи известного современного поэта Германа Лукомникова. Эти стихи поражают своей образностью и лаконичностью и при этом очень просты для понимания. Мы пригласили автора в гости, устроили его поэтический вечер, который доставил всем большое удовольствие. На многих наших вазах и чашках использованы стихи Лукомникова.

   Работа над формированием и воплощением замысла
   Главная задача при обучении – дать возможность ученикам воплотить их замысел. Для этого сначала нужно, чтобы замысел сформировался. Это происходит у всех по-разному. У некоторых изначально нет проблем с замыслом, а другие испытывают в этом большие трудности. Кому-то достаточно подбросить несколько идей, другим нужно долго листать иллюстрации, вспоминать случаи из жизни. Не всегда удается найти собственный замысел, тогда можно взять в качестве образца готовое изделие, или его фотографию, или репродукцию картины.
   Часто бывает, что образ задуман, но воплотить его не удается – при отсутствии опыта и профессионализма трудно достичь желаемого результата. Первоначальный образ как бы стирается в воображении, но остается импульс, идея, зацепившись за которую можно работать и с тем, что получается. Иногда это слишком затягивает, и от задуманного не остается и следа. Тогда бывает полезно напомнить первоначальный план, потому что при отсутствии самокритики и благодаря нашей поддержке ученики часто довольствуются тем, что получилось.
   Сложности и затруднения возникают у учеников на разных этапах воплощения замысла. Иногда чувство неуверенности мешает начать работать. Некоторые, наоборот, стремятся как можно быстрее воплотить замысел. Их работы часто небрежны, композиция не продумана, много случайных, ненужных деталей. Часто они технически просто не умеют выполнить то, что задумали. Тогда нужно помочь спланировать, разбить работу на этапы, помочь справиться с техникой. Другие увязают в деталях и теряют общее направление работы, далеки от реализации задуманного. Есть ученики, которые быстро утомляются, не могут долго концентрировать внимание и из-за этого теряют интерес к начатой работе. Мешают разные внешние обстоятельства – шум, разговоры и т. п. При подборе задания нужно учитывать время, сложность выполнения и способности ученика, чтобы работа могла быть доведена до конца. В начале обучения часто бывает, что замысел невозможно реализовать технически и приходится искать обходные пути. Но какими бы ни были трудности, моя помощь все же вторична, я оказываю поддержку, и мое участие не является ведущим.
   Очень важно понять, в какой момент нужно перестать помогать. Это должно происходить плавно, почти незаметно, чтобы ученик не почувствовал свою беспомощность, не утратил интереса к работе.

   Володя Ш. появился в нашей мастерской, когда ему было 29 лет. Основная проблема заключалась в том, что его совсем не удавалось хоть чем-то заинтересовать. Мы попробовали позаниматься с ним индивидуально рисунком. Это оказалось довольно интересным делом. Рисунок карандашом или фломастером был для Володи уже привычным делом, не вызывающим такого неприятия, как работа с глиной. Как оказалось, Володин свободный рисунок своеобразен: он изображал людей, животных, деревья очень схематично, стремясь как бы вписать каждое изображение в квадрат. Линия уверенная, не прерывающаяся, нет мелких деталей, скорость выполнения высокая. Я показала его изображения фигуры человека (квадрат во весь лист с маленькими овалами по краям, символизирующими голову, ноги и руки) дефектологу, чтобы посоветоваться. Поскольку Володя был уже взрослый, мне сказали, что изменить что-то в представлении схемы человеческого тела трудно, но можно. Например, напоминать ему, что у людей есть талия…
   Но я понимала, что если он будет изображать талию, то индивидуальность и удивительная монументальность его работ потеряется. Я так и не смогла понять, нравятся ли Володе его рисунки, моя реакция на них ему была безразлична. Одно стало ясно: нужно найти способ, при котором работа делается быстро, в основе должен быть рисунок, а руки при этом не должны пачкаться. Такой способ есть: раскатывается пласт глины, закрашивается ровным слоем ангоба или шликера и палочкой процарапывается рисунок. Казалось, способ найден и кое-какие результаты достигнуты, но нельзя сказать, что дело сильно изменилось в лучшую сторону. Володя все равно тяжело переносил присутствие людей, быстро уставал, практически совсем не участвовал в происходящем.
   Примерно через год, когда Володя привык к обстановке и чувствовал себя более спокойно, он начал проявлять интерес к работе, настаивать на своих, на первый взгляд нелепых, но при этом художественно интересных идеях. В аппликациях он вдруг настаивал, что яйцо в натюрморте должно лежать на горлышке графина, а не рядом с ним. При его тенденции к обобщению и упрощению формы кленовый лист изображался в виде квадрата…
   Роспись керамическими красками была при этом однообразна, скучна, в основном любые изделия закрашивались вертикальными полосами двух цветов. Однажды я дала Володе колокольчик и спросила, что бы он хотел на нем нарисовать. Он не отвечал, а продолжал повторять одни и те же фразы. Я предложила ему написать одну из них на колокольчике. Он удивился и написал карандашом: «да, конечно, да, Жорж, Вова». Я обвела это подглазурной краской. Появилась серия колокольчиков с надписями: «Невозможно прожить без печали», «Я старичок, у меня всё болит», «С кем ты был на курорте?» и вазы «Ниночка приедет», «Спасибо тебе, хороший ты человек». С этого момента, мне кажется, у Володи начал проявляться интерес к работе. На выставке, где у Володи был свой стенд, всем стало понятно, что он очень интересный автор.
   У Володи очень долго не было собственных замыслов. По-видимому, он вообще не имел опыта воплощения в действиях каких-то своих мыслей и представлений. С ним много лет занимались обучением полезным
   навыкам, и он в результате умеет сам делать всё что нужно: одеваться, завязывать шнурки, определять время по часам, звонить по телефону… Однако почти всегда он выполняет это не по своему желанию, а по указанию кого-то другого. Совершенно отдельно от практических действий существует у Володи мир его мыслей и представлений. Он думает о чем-то, часто повторяет одни и те же фразы, не связанные с происходящим. Предложение написать одну из них на колокольчике было для Володи неожиданным шагом, соединившим его внутренний мир с действием, с созданием какого-то изделия.
   Маша С. долго считала, что не умеет рисовать и лепить, соглашалась только обводить и копировать образец. Поэтому мы не могли представить, какие образы живут в ее сознании. Мы долго учили Машу техническим навыкам. Накопив достаточно возможностей, Маша начала лепить, рисовать и расписывать, и мы увидели, какие у нее интересные представления о мире. Здесь трудность была не в формировании образа, а в его воплощении, потому что у Маши есть свои собственные критерии правильности и похожести, совсем не всегда совпадающие с нашими. В результате на наших вазах и чашках появились Машины рисунки. По технике исполнения они похожи на рисунки 5-6-летних детей, но по замыслу – совсем другие.

   У Коли Ф. есть собственные замыслы, многие из них интересны зрителям. У него есть заложенное от природы чувство листа, своя интересная графика. Если мы видим, что работа удается, в нее не надо внедряться. Если пытаться внести изменение в Колин замысел, он перестает воспринимать его как свой и начинает механически выполнять чужие указания. Во время работы Коля полностью поглощен своим замыслом и старается реализовать его как можно скорее. При этом он может забыть важные технические правила (например, не сделать на рельефе ребра прочности, и тогда он может погнуться при сушке) или нарушить последовательность операций (сначала обвести тонкие контуры, а потом пытаться закрашивать фон). В результате наше обучение сводится к тому, чтобы вовремя напоминать ему правильную последовательность операций, а также к требованиям выполнять общепринятые нормы поведения (во время работы нельзя кричать, подпрыгивать и т. п.).

   В работах наших учеников отражаются их собственные образы, их видение мира, но они проходят большую обработку нашим обучением. Когда на уровне замысла и его воплощения хоть что-то продвинулось, можно начинать учить всему остальному.

   Общее и индивидуальное
   Как реально во время работы удается давать индивидуальные задания на общих занятиях? Когда мы наклеиваем деколи, мы даем каждому ту картинку, с которой он уже может справиться. Когда лепим объемные фигуры, распределяем подготовительную работу между всеми с учетом возможностей каждого. Например, делать заготовки конической или цилиндрической формы сложнее, чем катать шарики или тонкие колбаски. Самая простая работа – наносить фактуру на плоские детали. Когда все заготовки сделаны, каждый собирает одну или несколько фигурок. По такому же принципу организовано и все остальное.
   Наиболее индивидуализированы занятия росписью. Часто бывает, что кто-то продолжает свою работу, начатую в прошлый раз, кто-то делает новую. Каждый использует ту технику, которую он уже освоил или сейчас осваивает. Художник должен успеть подойти к каждому, обсудить с ним его работу, помочь выбрать краски и технику исполнения.

   Помощь
   Наша задача – сделать так, чтобы каждый этап работы был интересен и доведен до конца. Кому-то помогают редкие инструкции, другому требуется постоянная помощь. Некоторым ученикам достаточно показать принцип, другим нужно каждый раз объяснять заново. Тем, кто с трудом запоминает простые действия, нужно разбить работу на этапы. В таком случае лучше давать задания с часто повторяющимися элементами и учить работать по подражанию.
   

notes

Примечания

1

2

3

4

5

6

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →