Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

США потребляют 40% мировых ресурсов и производят 50% мирового мусора.

Еще   [X]

 0 

Мистика Древнего Рима. Тайны, легенды, предания (Бурлак Вадим)

С древних времен Рим являлся пристанищем для многих племен и народностей. Историки назвали Древний Рим «котлом, в котором переваривался весь античный мир». Величайшую империю и ее столицу народы той эпохи ненавидели и восторгались, преклонялись и пытались сокрушить, воспевали и проклинали. Все эти чувства порождали множество легенд, преданий, слухов, нераскрытых тайн, связанных с «Вечным городом», с его историей, богами, знаменитыми и безвестными горожанами. Об этих тайнах и мистике древнего Города книга известного российского путешественника и писателя Вадима Бурлака.

Год издания: 2011

Цена: 59.9 руб.



С книгой «Мистика Древнего Рима. Тайны, легенды, предания» также читают:

    Предпросмотр книги «Мистика Древнего Рима. Тайны, легенды, предания»

    Мистика Древнего Рима. Тайны, легенды, предания

       С древних времен Рим являлся пристанищем для многих племен и народностей. Историки назвали Древний Рим «котлом, в котором переваривался весь античный мир». Величайшую империю и ее столицу народы той эпохи ненавидели и восторгались, преклонялись и пытались сокрушить, воспевали и проклинали. Все эти чувства порождали множество легенд, преданий, слухов, нераскрытых тайн, связанных с «Вечным городом», с его историей, богами, знаменитыми и безвестными горожанами. Об этих тайнах и мистике древнего Города книга известного российского путешественника и писателя Вадима Бурлака.


    Вадим Бурлак Мистика Древнего Рима: тайны, легенды, предания

    СПРОСИ МАТЬ-ВОЛЧИЦУ

       Холм перед ними был дик и нем.
       Ромул сказал: «Здесь будет город».
       «Город, как солнце», – ответил Рем.

       Ромул сказал: «Волей созвездий
       Мы обрели наш древний почет».
       Рем отвечал: «Что было прежде,
       Надо забыть, глянем вперед».

       «Здесь будет цирк, – промолвил Ромул, —
       Здесь будет дом наш, открытый всем».
       «Но надо поставить ближе к дому
       Могильные склепы», – ответил Рем.
    Николай Гумилев

    Оды и проклятия Венному городу

       Есть ли что-то общее у жителей Вечного города перечисленных выше исторических эпох? Можно ли говорить о так называемом «римском характере»? Сохранились ли хоть какие-то традиции у ныне живущих в столице Италии от времен основателей Вечного города?
       Однозначно ответить на эти вопросы невозможно.
       Современные жители Рима темпераментны и радушны, обидчивы и восторженны, предприимчивы и не очень дисциплинированны и пунктуальны, ревностные хранители своих памятников культуры и ценители красоты и гармонии. Они любят детей и животных. А еще римляне обожают исторические тайны родного города и щедро потчуют ими приезжих.
       Говорят, каждый житель Вечного города рождается поэтом, художником, певцом, музыкантом. Вот только не всегда они раскрывают свои таланты.
       С древних времен Рим являлся пристанищем для многих племен и народностей. Этруски, рамны, тиции, люцеры и другие стали первопоселенцами этого города.
       В античные века Рим гордо именовался «Caput mundi» – главой мира. Сюда свозили рабов из всех концов Европы, Северной Африки, Ближнего Востока. Некоторые из невольников, за особые заслуги, становились вольными жителями Вечного города.
       Тысячи изгнанников, переселенцев, военнопленных, торговцев из разных стран обосновывались в Риме. Они вбирали местную культуру, традиции, верования и привносили свое, национальное, в духовную копилку величайшего государства античных времен.
       Знаменитый древнеримский поэт Марк Валерий Марциал писал о съехавшихся в Вечный город на открытие Колизея людях разных племен:
    Вот и родопский идет земледелец с Орфеева Тема.
    Вот появился сармат, вскормленный кровью коней;
    Тот, кто воду берет из истоков, им найденных, Нила;
    Кто на пределах земли у Океана живет;
    Поторопился араб, поспешили явиться сабеи,
    И киликийцев родным здесь благовоньем кропят.
    Вот и сикамбры пришли с волосами, завитыми в узел,
    И эфиопы с иной, мелкой завивкой волос.

       В XVIII–XIX веках европейские историки назвали Древний Рим «котлом, в котором переваривался весь античный мир».
       Величайшую империю и ее столицу народы той эпохи ненавидели и восторгались, преклонялись и пытались сокрушить, воспевали и проклинали.
       Все эти чувства порождали множество легенд, преданий, слухов, нераскрытых тайн, связанных с Вечным городом, с его историей, богами, знаменитыми и безвестными горожанами.
       И сами жители Рима на протяжении более двух с половиной тысяч лет создали не меньше рассказов о тайнах своего города.
       «Кто видел Италию и особенно Рим, тот никогда больше не будет несчастным», – с восторгом писал великий немецкий поэт и мыслитель Иоганн Вольфганг Гёте. Он считал, что путешествие по Италии было прекраснейшим периодом его жизни. Гёте много повидал европейских столиц и селений, но этот город был ему особенно близок.
       Рим в наше время невозможно представить себе без туристов и паломников к его святыням. Большинство из них не только очаровываются Вечным городом, но и пытаются разгадать его тайны.
       Выдающийся французский писатель Стендаль не раз бывал в Риме в начале XIX века и оставил о нем обширное и подробное воспоминание: «… По-моему, Рим красивее во время грозы. Яркое, спокойное солнце весеннего дня ему не подходит. Эта почва, кажется, специально создана для архитектуры. Нет здесь, конечно, чудесного моря, как в Неаполе, недостает некоторой сладострастной мягкости, но Рим – город могил; счастье, которое можно здесь себе представить, – это мрачное счастье страстей, а не мягкое наслаждение, как на побережье Позиппо…
       Что может быть оригинальнее вида из Мальтийской приории, высящейся на западной вершине Авентинского холма, спускающегося к Тибру крутым обрывом! Какое глубокое впечатление производит с такой высоты гробница Цецилии Метеллы, Аппиева дорога и римская Кампанья! Что можно предпочесть виду, открывающемуся на другую, северную часть города…»
       В XIX веке начался массовый наплыв в Рим русских. Актеры и художники, ученые и литераторы, купцы и просто желающие увидеть «священные камни глубокой старины».
       Николай Васильевич Гоголь в неоконченной повести «Рим» писал об этом городе: «Галереи и галереи – и конца им нет: и там, и в той церкви хранится какое-нибудь чудо кисти; и там, на дряхлеющей стене, еще дивит готовый исчезнуть фресок; и там, на вознесенных мраморах и столбах, набранных из древних языческих храмов, блещет неувядаемой кистью плафон».
       У нашего современника, поэта и историка Сергея Дмитриева есть строки:
    Рим был и есть, иного не дано,
    К нему приводят все дороги.
    И мне однажды было суждено
    Застыть в поклоне на его пороге.

    Отсюда правили империей веков,
    Раскинувшейся на полмира,
    И нет на свете стран и языков,
    Где бы не знали царственного Рима.

    Земля дрожит, как будто до сих пор
    Шагают маршем Рима легионы,
    И строят всюду – времени в укор —
    Театры, акведуки, стадионы.



    Рим был и есть без всякого сомненья,
    И у меня кружится голова
    От лёгкого к плите прикосновенья…

       Если собрать отзывы о столице Италии лишь только знаменитых людей, то получится многотомная ода, созданная на разных языках мира. Но немало слышал великий город в свой адрес и проклятий, и недобрых пророчеств. И с ними связано множество еще неоткрытых тайн.
       «Найдите в Риме хоть одного раба, который не проклинал бы наш город», – писал неизвестный автор в начале новой эры.
       Делали это не только невольники. Галльские жрецы произносили особые заклинания: «Рухни, каменная громада… Да сотрясется, Рим, под тобой земля!.. Да поглотят тебя пожары. Да покинут тебя твои боги, и мор выкосит все живое, и пыль веков навечно покроет твои улицы…».
       Недобрые пожелания отчасти оказались пророческими. Все испытал Рим: и пожары, и нашествия врагов, и эпидемии… Но – выстоял и снова расцвел.
    «Кто же ты?»
       Обычный маршрут тех, кто впервые посетил Рим: обнесенная колоннадой площадь перед собором Святого Петра и сам собор; знаменитый фонтан Треви; площадь Пьяцца дель Пополо, украшенная храмами; Пьяцца Венеция; памятник Виктору Эммануилу II; колонна Траяна; Испанская лестница, ведущая на холм к церкви Санта-Тринита дель Монти; многочисленные католические храмы разных веков и, конечно же, римские катакомбы, Колизей, Форум, Пантеон, Аппиева дорога…
       За каждым углом, за каждым поворотом улочки здесь могут поджидать приезжего архитектурные творения прошлого, необычные встречи, а вместе с ними – неоткрытые тайны Рима.
       В первый день пребывания в Вечном городе вместе со своими итальянскими приятелями я остановился у фонтана Треви. Редкий кинофильм о Риме обходился без него. Оттого и кажется он хорошо знакомым даже тем, кто приехал сюда впервые.
       Еще в первой половине XIX века в фонтан Треви бросал монетку «на возвращение» русский литератор и ученый Андрей Муравьев. Потом он вспоминал: «Иногда спускался я, от площади Барберинской, по улице Трифонов, к великолепному фонтану Треви, которого девственные воды были указаны жаждущим воинам поселенкою на дороге Тибуртинской, и проведены в древнюю столицу зятем Августа Агриппою, для его Пантеонских бань…
       Два Климента, XII и XIII, украсили фонтан сей, прислонив к дворцу Конти его гранитную массу, из которой бьет шумный поток в обширный мраморный водоем; там плещутся морские кони и тритоны, сопровождающие колесницу старца Океана…
       С большим нетерпением желал увидеть Папа завершение великолепного фонтана, но художник, под разными предлогами, отлагал пустить воду; он пригласил наконец первосвященника осмотреть предварительно внешнее его убранство, обещая в скором времени открыть струю, и едва только отвернулся Климент, чтобы идти в обратный путь, как вдруг хлынули с шумом воды, из-под колоссального Океана, подражая реву его волн; слезы брызнули из глаз изумленного старца, он подал руку художнику и сказал: „вы прибавили мне несколько лет жизни“».
       Слово «Треви» означало «сходящиеся к фонтану три улицы». С XVIII века в Риме существует традиция: первую монету бросить в этот фонтан через плечо, и тогда ты обязательно вернешься в Вечный город; потом вторую монету потереть о свою одежду, чтобы в тебя влюбилась римлянка; а третью швырнуть как можно дальше от фонтана. Тогда в этом городе будет везение во всем.
       Из верхнего бассейна в нижний струятся уступами широкие потоки чистой, с зеленоватым отливом, воды, обдавая брызгами изваяния веселящихся морских божеств.
       Как водится, туристы бросают монеты в фонтан, фотографируются, опускают ладони в прохладную воду.
       Мое внимание привлек восторженный паренек, видимо, из Англии. Очарованный увиденным, он громко и самозабвенно читал стихи. Казалось, его не интересовало, слушают ли его люди. Парень обращался к Вечному городу.
       Не знаю, чьи стихи произносил турист из Англии. Из всего услышанного мне запомнилось лишь несколько строк:
    О, Рим, как ты
    многолик, противоречив, загадочен…
    Кто же ты?
    Ответь, Великий Рим!..
    Я брожу по твоим руинам,
    Среди шумных веселых улиц,
    Вглядываюсь в лица прохожих
    и никак не могу понять:
    Кто же ты?..
    Ответь, Великий Рим!..

       Прошло с тех пор много лет. И, вспоминая о своих поездках по Италии, я невольно повторяю строки, услышанные у фонтана Треви: «Кто же ты? Ответь, Великий Рим!..» Но однозначного ответа пока не могу найти.

    В гостях у мастера

       Ходили слухи, что эти изваяния являлись не только украшениями, но и оберегами от всяческих бед.
       – Каждая моя статуэтка – и напоминание о Великом городе, и талисман, – сразу начал разговор Витторио, едва мы с приятелями переступили порог его скромной квартиры-мастерской. – Мало у кого это получается сегодня, – грустно добавил он.
       – Отчего так? – спросил я.
       – Люди стали пренебрежительно относиться к божествам и покровителям Древнего Рима и не воспринимают их всерьез. А я, хоть и христианин, с уважением отношусь к ним. Они в свое время сделали многое для моего города, а теперь им нужен покой и добрые воспоминания о них. Уставшие, старые боги еще кое на что способны – и на добро, и на зло…
       Взгляд мастера повеселел.
    Ответь мне, Юпитер,
    Ответь мне, Юнона,
    Как заслужить прощение у вас?.. —

       процитировал он чьи-то строки.
       Пока я выслушивал перевод его слов, Витторио хитровато, но внимательно, наблюдал за выражением моего лица. Так художники изучают человека, на которого хотят нарисовать дружеский шарж.
       Но мастер не собирался этого делать. Убедился, что я не стану иронизировать над его словами и отпускать атеистические шуточки насчет богов Древнего Рима, и указал рукой на застекленный шкаф:
       – Вот мои творения! Что вас интересует?
       Полки были заставлены бронзовыми статуэтками. Юпитеры, Марсы, Венеры, Нептуны, Вакхи, Юноны, Меркурии… Но меня сразу привлекла волчица, кормящая маленьких Ромула и Рема.
       Перехватив мой взгляд, Витторио одобрительно кивнул:
       – Если хотите узнать какие-то загадки и секреты Рима, – ваш выбор верный. «Мать-волчица» откроет их вам. Она не любит равнодушных к прошлому, впавших в беспамятство, принявших «дар лотофагов»…
       – Принявших «дар лотофагов»?.. – переспросил я и вопросительно взглянул на приятелей. Может, они неверно перевели слова мастера?
       Нет, перевод был точен. Так осенью 1989 года, я впервые услышал это странное название.
       Витторио оказался не только искусным мастером, но и знатоком легенд и преданий. Не знаю, помогла ли мне «мать-волчица», вскормившая основателей Вечного города Ромула и Рема, но от моего нового знакомого я услышал немало рассказов о тайнах Рима.
       Поведав ту или иную легенду Вечного города, Витторио на мои расспросы неизменно с улыбкой отвечал:
       – Спроси «мать-волчицу»… Она мудра и многое повидала и услыхала в жизни…
       В тот вечер мы долго толковали об истории Рима. В отличие от классического объяснения причин падения древней Великой империи, старый мастер высказал свою незатейливую версию:
       – Забытье прошлого – это гордыня, за которую надо расплачиваться очень дорогой ценой… Гордыня римлян повлекла за собой ненависть многих народов, вражеские нашествия, эпидемии, голод, моральное разложение, природные катастрофы… А как все славно начиналось!.. – добавил Витторио, будто вспомнил самые счастливые дни своей молодости.
       – Что именно? – спросил я.
       – Рождение Рима, – ответил мастер.

    «Земля, назначенная судьбой»

       После гибели знаменитой Трои этот герой античного мира со своими товарищами долгое время скитался по Средиземноморью. И вот, наконец, корабль его пристал к побережью Апеннинского полуострова.
       «…Наконец достигли они устья Тибра, который, извиваясь по лесистому местоположению, впадал в море. Троянцы, выйдя на берег… узнали, что наконец достигнута цель их странствования. Эней же радостно воскликнул: „Привет мой тебе, о земля, назначенная мне судьбою! Хвала вам, пенаты Трои, неизменно сопутствовавшие мне доселе! Вот наше новое отечество!“
       Затем, украсив чело венком из зеленых веток, Эней обратился, призывая к гению, покровителю этой страны, к матери земле, к рекам и потокам и к самому Зевсу, властителю судеб человека. Настало наконец желанное время – приступить к основанию обетованного города», – писал Вергилий.
       Но трудности Энея и его товарищей с прибытием на Апеннинский полуостров не завершились. Троянцев ожидали новые испытания.

    Борьба за новое отечество

       Единственная дочь Латина, Лавиния, понравилась предводителю троянцев. Но ее руки добивались вожди соседних народов.
       Спор за право обладать Лавинией, а еще ненависть к Энею богини Юноны привели к войне.
       Против троянцев и царя Латина восстал царь рутулов Турн. Ему удалось собрать огромное войско. После нескольких столкновений двух армий Эней и Турн решили завершить войну собственным поединком.
       Как писал Вергилий: «… Отмерили место для боя, принесли обычные жертвы и определили условия, скрепивши их клятвою.
       Решено было: если победит Турн, то троянцы переселяются к Эвандру и не вступают в войну с латинами никогда; если же победит Эней, то получает в супруги Лавинию, и оба народа – троянцы и латины, вступают в союз, но власть остается пока в руках Латина.
       В то время, как большинство народа и царь Латин говорили о мире, а немногие в том числе Турн – противились этому, Эней окружил город своими отрядами. В городе произошло ужасное смятение; одни просили мира, другие бежали к стенам, для обороны; там и сям летали стрелы, и некоторые дома и башни стали загораться, подожженные троянцами…
       Турн же, слыша эти крики, видя башню, им самим построенную для защиты города, горящею, ждал Энея, чтоб положить всему конец единоборством с ним.
       Скоро герои сошлись. Метнув безуспешно один в другого копья, они бросились яростно с мечами друг на друга…»
       Ничто в античном мире не решалось без участия богов. И поединок завершился не просто благодаря смелости, ловкости и мастерству Энея. Его поддержал сам Зевс Громовержец.
       Публий Вергилий Марон писал: «…участь Турна была решена на Олимпе…
       Подкосились ноги Турна; он пал на колени и, малодушно простирая руку к победителю, воскликнул: „Заслужил я это. Пощады не прошу – пользуйся своим счастьем! Но если тебя может тронуть горе моего старика отца, то сжалься над ним и возврати ему меня, если не живого, то труп мой. Я побежден и сдаюсь тебе. Лавиния твоя. Не простирай далее своего гнева!“»
       Эней хотел пощадить противника, но, увидев на плече Турна перевязь своего убитого друга, вонзил меч в грудь врага.
       Царь Латин тут же согласился выдать дочь за Энея. Латинцы и троянцы соединились в один народ. Эней построил близ Тибра город и назвал его в честь супруги Лавинией.

    Поклонение «Великому причалу»

       Согласно легенде, потомков Энея, братьев-близнецов Рема и Ромула, по воле царя города и государства Альбы-Лонги Амулия, посадили в корзину, чтобы утопить. Правитель видел в них будущих соперников и претендентов на его трон.
       Известный римский историк Тит Ливии писал: «… Когда по приказу Амулия царский раб принес корзину с плачущими младенцами на берег Тибра, он увидел, что вода стоит высоко и бушующие волны грозят каждому, кто дерзнет приблизиться к реке.
       Испуганный раб, не решившись спуститься близко к воде, бросил корзину на берег и убежал…
       Разбушевавшиеся волны захлестнули корзину с младенцами и унесли бы ее по течению, если бы не задержали ее ветви смоковницы, росшей у самой воды. И тут, как по волшебству, вода в реке стала убывать. Буря прекратилась, а близнецы, выпав из наклонившейся корзины, подняли громкий крик».
       Дети не погибли. Они оказались на берегу именно в том месте, куда более трех веков назад причалил корабль их предка Энея.
       Рема и Ромула заметила черная волчица. Накормила их своим молоком и увела в пещеру невысокой желтой горы. В одной легенде говорится, что называлась эта возвышенность Палатин, в другой – Капитолийский холм.
       Рим, как известно, стоит на семи холмах: Авентине, Виминале, Капитолии, Квиринале, Палатине, Цели, Эсквилине. Но рядом с ними, согласно преданию, на берегу Тибра была еще одна возвышенность, которую местные пастухи называли горой Черной волчицы.
       В легенде не сказано, как долго Рема и Ромула кормила и воспитывала волчица. Но однажды, когда дети играли у входа в пещеру, их увидел пастух Фаустул. Он забрал близнецов домой и вместе со своей женой Аккой Ларентией растил и воспитывал их.
       Для пастуха всегда главным врагом являлся волк. Фаустул решил вытравить из памяти найденышей образ Черной волчицы. Он обращался к богам за помощью, но те ничего не ответили. И тогда Акка Ларентия где-то раздобыла волшебный отвар из лотосов – «дар лотофагов» и напоила Рема и Ромула.
       Братья забыли на какое-то время о своей приемной матери-волчице. Но она помнила о них и тайком от людей приходила на помощь, когда им угрожала беда.
       Когда Рем и Ромул подросли, они вспомнили о волчице и о царе Амулии, который приказал их убить. Братья собрали сторонников, захватили город Альба-Лонга и казнили царя. Потом они решили основать свой город.
       Перед этим Рем и Ромул побывали на берегу Тибра, там, где были когда-то спасены и куда более трех столетий назад причалил корабль их знаменитого предка Энея.
       Здесь они совершили новый ритуал «поклонение „Великому причалу“». В чем он заключается – осталось тайной для непосвященных. Лишь несколько избранных знали секрет этого обряда и передавали потом его из поколения в поколение своим верным ученикам.
       В наше время в Италии можно услышать легенду, будто Рем и Ромул, раздобыв где-то уйму серебра, отлили огромное копье и всадили его на месте «Великого причала» глубоко в землю. Там оно, якобы, покоится до сих пор.
       Этим легендарным копьем интересовались агенты папы Пия IX, офицеры наполеоновской армии и агенты безопасности Муссолини. Говорят, – ищут и в наше время. Однако «Великий причал» и серебряное копье Рема и Ромула пока не найдены.
       После совершения обряда «поклонения „Великому причалу“» братья-близнецы отыскали пещеру и свою черную спасительницу. Как ни странно, волчица была еще жива и по-прежнему в расцвете сил. Хотя живут эти хищники не более 17 лет.
       Но легенда есть легенда. В них и не такие чудеса происходят.
       Мать-волчица, согласно преданию, приняла вскормленных ею близнецов и даже подсказала, где возводить новый город.
       Хотя в другом предании сказано, что место строительства Рима обозначили коршуны: «Братьям, ожидавшим необходимого для начала всякого дела знака воли богов – авгурия, явились коршуны: шесть Рему на Авентине и двенадцать Ромулу на Палатине».
       Тут-то и начались распри между братьями. Рем позавидовал Ромулу – ведь боги отдали тому предпочтение. На это указывало большее число коршунов, круживших над холмом Палатин.
       Как писал Тит Ливии: «Оба брата были упрямы, и ни один не хотел уступать другому.
       Когда Ромул, желая настоять на своем, принялся копать ров, который должен был очертить контуры будущего города, Рем, раздосадованный упорством брата, начал издеваться над ним и, легко перескакивая через ров и насыпной вал, с насмешкой приговаривал, что никогда не видел мощных укреплений.
       Взбешенный Ромул, не помня себя от гнева, вскричал: „Так будет с каждым, кто осмелится переступить стены моего города!“ – и обрушил на Рема страшный удар, от которого тот упал замертво».
       Убив своего брата, Ромул повелел захоронить его в холме «Черной волчицы».

    Таинственное исчезновение

       Знаменитый римский историк Тит Ливии писал о нем: «Когда Ромул собрал войско для смотра на поле около Козьего болота, внезапно с великим шумом и громом налетела буря, и царя окутала столь густая мгла, что его совсем не стало видно; Ромула больше не было на земле.
       Римские юноши, придя наконец в себя от страха, когда после грозового вихря снова спокойно и ясно засияло солнце, обнаружили, что царское кресло пусто. Хотя они поверили сенаторам, стоявшим рядом, будто бурей унесло его на небо, однако погрузились в скорбное молчание, как бы чувствуя себя осиротевшими.
       Потом по почину некоторых все принялись воздавать хвалу Ромулу как богу, рожденному богом, как царю и отцу города Рима. Они стали возносить к нему мольбы о мире, дабы он всегда милостиво и благословенно охранял свое потомство (римлян).
       Я убежден, были тогда также некоторые, хотя и молчавшие, но винившие сенаторов в том, что те своими руками растерзали царя. Ведь подобные слухи, хотя и очень смутные, распространились по Риму».
       Как упоминал Тит Ливии, разговоры, догадки, намеки, связанные с исчезновением Ромула, не один год будоражили римлян. Многие знали, что Ромул перестал считаться с мнением сенаторов. Он публично оскорблял их, угрожал, в случае неподчинения, жестоко расправиться с ними.
       Среди жителей Вечного города начались волнения. Но внезапно исчезнувший царь дал о себе знать через доверенного человека по имени Юлий. Он попросил оповестить римлян, что вознесся на небо и отныне стал покровителем своего города.
       Юлий громогласно объявил народу:
       – Наш царь Ромул призвал нас и наших потомков не забывать прошлое, быть мужественными, познавать мир, постоянно упражняться в военном деле – и тогда ничто не сломит Рим… Он просил не искать виновных в его внезапном исчезновении. Ибо подозрения, обвинения, ссоры приведут к полному разладу в великом и могущественном царстве…
       Слова основателя Вечного города, переданные Юлием, успокоили не всех. Появились слухи: царя погубили с помощью колдовских сил!.. Стали искать виновных. Сенаторы и часть влиятельных римлян решили: во избежание вооруженных стычек и кровопролития надо лишить народ памяти. В ход был пущен волшебный напиток «дар лотофагов», холм «Черной волчицы» тайно срыли, а «Великий причал» засыпали землей.
       Конечно, подобное не понравилось «матери-волчице». Перед тем, как скрыться в глубокой пещере срытого холма, она объявила римлянам: «Я не дам забыть себя, и из века в век буду напоминать вам о прошлом…»
       В Риме появился прорицатель, утверждавший, что лично общался с матерью-волчицей и она призвала верных Ромулу граждан отомстить сенаторам. Может быть, эти призывы и возымели действия, но прорицателя вскоре нашли задушенным в пещере холма Палатин.
       Стой поры, согласно преданию, большинство римлян окончательно поверили, что Ромул и в самом деле вознесся на небо и стал божеством-покровителем Вечного города.

    Явления «Черной волчицы»

       В конце XIX века археологи и в самом деле нашли вымощенную черным мрамором площадку в том месте, о котором говорилось в легенде. Но останков Ромула не обнаружили.
       Любители мистики объяснили это тем, что мать-волчица скрывает их от людей…
       Не только от мастера Витторио мне доводилось слышать, как в древности и в Средние века перед вражескими нашествиями, голодом или эпидемиями, пожарами и землетрясениями в ночном Риме появлялась тень волчицы.
       Тем самым она предупреждала о грозящей беде и напоминала о прошлом.
       А суеверные люди, заметив ее тень, испуганно восклицали: «О, минуй меня, разгневанная мать-волчица!..»
       В наше время итальянцы говорят, что пренебрежительное отношение к легендам своего народа сродни беспамятству, которое сурово наказывает людей.
       Что ж, возможно, доля правды есть в этом высказывании. Не знаю, поможет ли мне бронзовое изваяние волчицы мастера Витторио разгадать тайны Рима, но все же я буду к ней обращаться…
       Вдруг – да поможет!..

    ДАР ЛОТОФАГОВ

       буря по темным
       Рыбообильным водам; на десятый
       к земле лотофагов,
       Пищей цветочной себя насыщающих,
       ветер примчал нас…
    Гомер
    Случай в портовом отеле
       Разведка на то она и разведка, чтобы, распутывая узлы всевозможных тайн, создавать их еще больше.
       Ну, зачем генералу из Москвы отправлять своего сотрудника за тридевять земель в алжирский город Бужи?
       Август… Африканское пекло. Температура даже ночью не опускается ниже тридцати пяти по Цельсию, а ему, видите ли, приспичило выяснять, отчего умер какой-то греческий или итальянский торговец пробковым деревом.
       Служащие в припортовой гостинице в Бужи о смерти постояльца не желали распространяться и пытались побыстрей спровадить любопытного посланца из Москвы. Зато в местной полиции парни попались словоохотливые.
       Известно, что стражи порядка всего мира не любят журналистов. А вот к писателям у них отношение иное. Наверное, при слове «писатель» полицейские вспоминают свое детство, школьные годы, когда надо было зубрить биографии классиков литературы и штудировать их творения. Спустя годы недовольство учителями у бывших школяров проходит. Стираются из памяти времена вынужденной зубрежки и остаются добрые ностальгические воспоминания.
       Молодцеватый офицер, услышав, что к нему явился писатель из Москвы, вытаращил глаза, поправил роскошные смоляные усы, всплеснул руками и восторженно воскликнул:
       – До-стоев!..
       Очевидно, выговорить полностью фамилию Федора Михайловича Достоевского ему оказалось не по силам. Ну что ж, и такое начало встречи многообещающее.
       В тот год в правоохранительных органах Алжира велась усиленная борьба со взятками. Поэтому на стол дружелюбного полицейского неназойливо легли: авторучка с золотым пером и два серебряных юбилейных рубля.
       Всего лишь сувениры из далекой страны – и никакого подкупа.
       Взгляд офицера повеселел, а справедливый вопрос «На кой дьявол русскому писателю подробности смерти торговца – то ли из Греции, то ли из Италии?..» затерялся в глубинах его сознания.
       И самого покойника, и номер тщательно осмотрели. Там полный порядок. Никаких следов насилия не обнаружено. В вещах его – ничего примечательного, – бодро сообщил полицейский, а затем добавил после паузы: – Вот только ваза с цветами была опрокинута. У меня создалось впечатление, что покойник ее нарочно опрокинул…
       – А какие цветы в ней были?
       – Лотосы, веточки итсегека и еще не известные мне травы. Впрочем, какое это имеет значение? Букет завял, и наверняка гостиничная обслуга его выбросила.
       – Итсегек… Мелкие желтовато-розовые цветочки, а ветки содержат ядовитый алколоид анабазин. Так вроде бы итсегек не растет на севере Африки?
       Офицер пожал плечами.
       – Не берусь ответить. В ботанике я не силен…
       – А как попал букет в номер?
       – Служители отеля не знают… Сами они точно не приносили его. Да, вот что мне показалось странным. Когда торговца укладывали на носилки, он еще был жив и произнес несколько слов по-французски: «Дар лотофагов… Кродил… Кродил… Такая же судьба, как у него…».
       – А может, он произнес не «кродил», а «Кратил»?
       – Затрудняюсь ответить, – во взгляде полицейского появилось нетерпение.
       – Больше он ничего не сказал?
       – Это были его последние слова…

    Ученик Гераклита, учитель Платона

       Скончавшийся в Бужи коммерсант несколько лет работал в Европе и в Африке под псевдонимом Кратил.
       Что означали его последние слова «Дар лотофагов… Такая же судьба, как у него…»? Бред или попытка оставить сообщение?
       Что могло быть сходного в судьбах человека XX столетия и жившего почти две с половиной тысячи лет назад афинского философа Кратила?
       Другие с таким именем в истории вроде бы не значатся. Жил этот греческий философ в Увеке до новой эры и был учеником знаменитого Гераклита и первым учителем не менее славного Платона.
       Кратил утверждал, что невозможно познать всех процессов действительности, тайны мироздания, и человеку не дано верно судить о том, что постоянно изменяется.
       В конце жизни он даже отказался вообще разговаривать. Поскольку, по его мнению, речь не способна выразить ничего достоверного.
       Взгляды Кратила, спустя примерно двадцать четыре столетия, вызвали негодование у Владимира Ленина. В своих «Философских тетрадях» вождь большевиков отмечал: «…Кратил только двигал пальцем в ответ на все, показывая, что все движется, ничего ни о чем сказать нельзя».
       Перед тем, как навсегда замолчать, афинский философ заявил своим ученикам и почитателям:
       – Стоит ли запоминать то, что уже прошло и никогда не повторится? Стоит ли запоминать сегодняшнее, ведь завтра оно будет минувшим? Сколько страданий приносят воспоминания и память вообще! Не лучше ли воспользоваться «даром лотофагов» и стать поистине свободным?.. Вот потому я отказываюсь говорить, а если сочту нужным, перестану видеть и слышать…
       В предании о смерти Кратила говорится, что он попросил чародея составить ему букет по рецепту лотофагов. Философ поставил этот букет из лотосов и еще каких-то цветов в своей спальне. Уснул и не проснулся. А чародей объявил, что Кратил отправился в землю лотофагов, где не надо ничего помнить.

    Народ забвения

       Возможно, в ней встречается самое древнее литературное упоминание о лотофагах:
    …Свой удовольствовав голод питьем и едою, избрал я
    Двух расторопнейших самых товарищей наших (был третий
    С ними глашатай) и сведать послал их, к каким мы достигли
    Людям, вкушающим хлеб на земле, изобильной дарами.
    Мирных они лотофагов нашли там; и посланным нашим
    Зла лотофаги не сделали; их с дружелюбною лаской
    Встретив, им лотоса дали отведать они; но лишь только
    Сладко-медвяного лотоса каждый отведал, мгновенно
    Все позабыл и, утратив желанье назад возвратиться,
    Вдруг захотел в стороне лотофагов остаться, чтоб вкусный
    Лотос сбирать, навсегда от своей отказавшись отчизны.
    Силой их, плачущих, к нашим судам притащив, повелел я
    Крепко их там привязать к корабельным скамьям;
    остальным же
    Верным товарищам дал приказанье, нимало не медля,
    Всем на проворные сесть корабли, чтоб из них никоторый,
    Лотосом сладким прельстясь, от возврата домой не отрекся…

       Предположительно лотофаги обитали на северном побережье Африки. По преданию, когда в 814 году до новой эры финикийцы основали Карфаген, они встретили в устье реки Баграда неизвестное племя.
       На вопросы финикийцев: Кто вы? Каким богам поклоняетесь? Кто ваши вожди? Чем занимаетесь? – аборигены ответили: не помним.
       Переселенцы-основатели Карфагена узнали, что «забывчивый народ» дорийцы называли лотофагами, поскольку те питались в основном плодами лотоса. А еще из этого цветка они делали опьяняющие напитки и составляли букеты, от которых терялась память и появлялись чудесные видения.
       Лотофаги не помнили, когда перестали возделывать землю, охотиться, ловить рыбу. Они лишь заготавливали лотос и еще какие-то цветы, коренья и травы.
       Жрецы дорийских селений Акрагант, Гела, Селинунт на Сицилии, лукомонов и этрусков на Апеннинах, а затем и Рима, тайком от своих сограждан выменивали у лотофагов их дурманящие напитки на всевозможную утварь, украшения и оружие.
       Недолго карфагеняне соседствовали с загадочным народом. Как гласит предание, без видимых причин лотофаги внезапно покинули свои селения и отправились вверх по небольшой реке Баграда.
       Спустя какое-то время в Карфаген стали доходить вести, что «народ забвения» (так лотофагов называли кочевники – нумидийцы) вымирает и прячется от чужаков в каком-то оазисе. Чужакам попасть к ним было трудно. Оазис окружала почти непроходимая пустыня.
       Однако нумидийским чародеям все же удалось заполучить от «народа забвения» секрет изготовления напитков и букетов цветов, поражающих память, сводящих с ума или убивающих людей.
       Научились изготавливать «дар лотофагов» и в Древнем Риме. Этим занимались лукомоны – духовные предводители этрусков, постигшие многие науки и тайные знания разных народов.

    Почитатели цветка

       Древние египтяне и другие средиземноморские народы подметили, что лотос всплывает на поверхность водоема и распускается в сумерках, а закрывается на рассвете. В этом люди усмотрели связь цветка с небесным светилом.
       Египтяне часто изображали бога Солнца Осириса вместе с лотосом. Нежным водяным цветком украшались головные уборы фараонов, их жен и жрецов. Управителей Древнего Египта символом власти являлся скипетр в виде лотоса.
       Коварная богиня Исида благодаря этому цветку умела заживлять раны и лечила от укуса змей и лихорадки. Но – и лишала с его помощью памяти. Если невзгоды, болезни и ранения забыты – значит, их не было, – считали жрецы богини Исиды.
       Народы Средиземноморья верили, что если в ночь, когда распускались лотосы, бродить по берегам рек и озер и долго смотреть на эти цветы, то можно заблудиться и не найти обратной дороги к родному очагу и стать вечным неприкаянным странником.
       Когда спадала нильская вода, люди собирали и сушили корни лотоса. В отваренном виде они напоминают по вкусу картофель, но вызывают сильную жажду.
       Лотос почитался не только в Африке. В легенде народов Индостана говорится: «Когда настало время появления на свет Будды, то все лотосы на прудах царского сада распустились и замерли в ожидании этого чуда…
       Когда Будда родился, с неба упал обильный дождь из лепестков лотоса…
       Слуги бросились к новорожденному, но тот отстранил их, самостоятельно поднялся на ноги и пошел…
       И всюду, где ступала его нога, там сразу вырастал лотос…».
       В Древнем Риме какой-то период этот цветок считался символом скрытности и предвестником таинственных перемен. По крайней мере, так утверждали римские предсказатели во II–I веках до новой эры.
       Когда надо было отправить гонца с секретным донесением, его усаживали в круг из цветов лотоса. Считалось, что после такой процедуры гонец не выдаст тайну врагам.

    На берегах Меридова озера

       Издавна воды Ми-ур использовались в ирригационных целях. А его побережье было местом проведения мистерий, посвященных богу воды и разлива Нила Себеку. Этого бога изображали в виде крокодила или человека с головой крокодила и, как правило, с лотосами.
       В храме Себека содержались эти опасные рептилии. Жрецы умели повелевать ими. Во время празднеств в честь Себека животных вынуждали выходить из храмовых бассейнов. Каким-то образом жрецы заставляли крокодилов открывать пасти и оставаться неподвижными, пока не завершится мистерия.
       Чтобы умилостивить Себека, совершались кровавые жертвоприношения. В бассейн крокодилам кидали еще живых птиц, зверей, скотину.
       В годы, когда уровень воды в Ниле опускался до опасной черты, что означало наступление засухи, жертвоприношениями Себеку становились рабы. Живые люди попадали к храмовым крокодилам и в периоды слишком сильных, разрушительных наводнений, и засух, и нашествия врагов. По преданию, жрецы готовили из лотоса напиток и поили намеченных на заклание людей. Жертвы забывали обо всем на свете и сами бросались в бассейн к огромным, священным крокодилам.
       В XIX веке до новой эры, при фараоне Аменемхете III, часть озера Ми-ур осушили. Несмотря на то, что этот властелин Египта по-прежнему почитал Себека, жрецы были недовольны ирригационными работами.
       Древнегреческий историк Страбон писал, что в оазисе Фаюм, где расположено озеро Ми-ур, египтяне построили огромное здание со множеством запутанных коридоров. Впоследствии греки назвали это сооружение «лабиринт». По преданию, в нем жрецы готовили напиток из лотоса, лишающего человека памяти. Возможно, он был аналогом «дара лотофагов».

    Восстание рабов

       В 104–101 годах до новой эры Сицилию охватило восстание рабов. Среди невольников было немало опытных воинов, некогда захваченных римлянами в плен. Они сумели не только объединиться в эффективную армию, но даже попытались создать свое государство.
       Восставшие провозгласили царем бывшего воина из Сирии, раба по имени Сальвий. Придя к власти, он повелел называть себя Трифоном.
       Расположенный на юго-западе Сицилии город Триокала стал центром восстания и резиденцией новоиспеченного «царя». В короткий срок там были построены оборонительные сооружения, укреплены старые городские стены, вырыты колодцы, рвы и тайные подземные ходы.
       В 102 году до новой эры армия римлян блокировала, но так и не смогла взять Триокалу. Атаки осаждавших город успешно отбивались, с большими потерями для римского войска.
       Приближенные к Трифону советовали ему, что надо покидать Сицилию и возвращаться на родину. Рим богат и могуч и рано или поздно разгромит восставших. Какова будет печальная участь бывших рабов – понимали и Трифон, и его окружение.
       Несколько раз римляне подсылали к вождю восставших своих лазутчиков и наемных убийц. Покушения срывались.
       Раздосадованный командующий римской армией консул Маний Аквилий приказал уничтожить Трифона любым способом. Лишив рабов талантливого вождя, предводитель римского войска рассчитывал быстро покончить со всеми восставшими. Для этого Аквилий использовал не только умелых убийц, но и сицилийских ведьм.

    Пропавшие корабли

       Эта страна, расположенная по южному побережью Малой Азии, напротив Кипра, в конце II века до новой эры стала сосредоточием пиратов. Впоследствии морские разбойники сумели образовать там свое государство, которое в 67 году до новой эры было разгромлено римской армией.
       Тайным посланцам восставших рабов удалось договориться с киликийцами, чтобы те, в случае поражения, вывезли Трифона и его армию из Сицилии в Сирию. Разумеется, за очень большое вознаграждение.
       Пираты, враждовавшие с Римом, сдержали слово: их корабли отправились к далекому острову. Но в море против них вмешались мистические силы.
       Во время вынужденной остановки флотилии у берегов Крита подосланные римлянами ведьмы сумели напоить пиратов «даром лотофагов». А к мачтам и рострам кораблей недобрые посланницы привязали букеты из лотосов и других, специально подобранных, цветов.
       В общем, отправляйтесь, господа пираты, в забытье!
       Напрочь лишились памяти киликийцы – грозные морские разбойники.
       Зачем? Куда держать путь? Как управлять парусами? А надо ли искать ответы, когда на душе весело и волны сами несут вдаль корабли?.. Эти вопросы уже не волновали их… Забытье…
       Прошла флотилия мимо порта Гераклея, расположенного неподалеку от Триокала, – а пираты даже не взглянули на сицилийский берег. И воины Трифона поняли, что зря подают отчаянные сигналы киликийцам. Коварный Рим одержал еще одну победу.
       А корабли пиратов по воле ветра уходили все дальше на запад. И это вовсе не тревожило их экипажи. Сколько времени они блуждали по волнам и куда причалили?
       Больше о них ничего не известно. Ни в море, ни на суше не осталось никаких следов исчезнувшей флотилии. Лишь в Киликии бывалые пираты какое-то время вспоминали своих пропавших товарищей и говорили о них:
       – Не убереглись… Прозевали сигналы опасности и отправились в землю лотофагов…
       Сицилийское восстание рабов было подавлено римским войском в 101 году до новой эры. Конечно же, завершилось все кровавыми расправами. Но самого вождя восставших это не коснулось. Трифон умер еще при осаде Триокалы.
       По одним данным, он погиб в бою. По другим – его отравила какая-то женщина.

    Загадочная смерть Германика

       Этот молодой военачальник прославился в подавлении восстания против Рима в Паннонии и в войне с германскими племенами. По приказу Тиберия, он разгромил восстание рейнских легионеров и совершил еще несколько военных выступлений.
       Император Тиберий отличался излишней подозрительностью. Из-за этого он казнил и отправил в ссылку немало сенаторов и других влиятельных граждан Рима. За малейшее высказывание против него Тиберий преследовал по закону «об оскорблении величия римского народа». Все преторианские когорты он перевел из провинций в столицу.
       Замечательный русский писатель, хорошо знавший историю Рима, Иван Бунин дал нелестную, но верную характеристику этому тирану: «На этом острове две тысячи лет назад жил человек, совершенно запутавшийся в своих жестких и грязных поступках, который почему-то забрал власть над миллионами людей и который, сам растерявшись от бессмысленности этой власти и от страха, что кто-нибудь убьет его из-за угла, наделал жестокостей сверх всякой меры, – и человечество навеки запомнило его, и те, что в совокупности своей, столь же непонятно и по существу столь же жестоко, как и он, властвуют теперь в мире, со всего света съезжаются смотреть на остатки того каменного дома, где жил он на одном из самых крутых подъемов острова».
       Остров, о котором упоминал Иван Бунин, был островом Капри. Туда, незадолго до смерти, удалился от «суетного Рима» император Тиберий.
       А на улицах Вечного города уже тогда распевали об этом тиране песню:
    Он позабыл про вино, охваченный жаждою крови:
    Он упивается ею так же, как раньше вином…

       Успешные военные действия Германика и его большая популярность в армии и в самом Риме настораживали Тиберия. Возможно, справедливо опасаясь переворота и возведения племянника на свое место, император повелел полководцу отправиться в Малую Азию.
       Хотя ему были переданы «особые полномочия», Германик остался недоволен назначением. Это недовольство он высказывал в кругу друзей и соратников:
       – Почести и проводы слишком слащавы, чтобы им поверить…
       Кто-то из «друзей» донес эти слова императору, и Германик понял, что в подобной ситуации надо находиться подальше от Рима.
       Летом 19 года, прибыв в Сирию, гордость и надежда империи Германик внезапно заболел. Галлюцинации, бред, головокружение, а затем – потеря памяти и постоянные приступы то безудержного веселья, то полной апатии.
       Один местный лекарь, осмотрев римского полководца, высказал предположение: «Дар лотофагов…»
       – Что это такое? – поинтересовался больной.
       – Древнее средство… Оно мутит разум и лишает памяти, – прямо ответил лекарь.
       Германик скончался в Антиохии в начале октября 19 года новой эры.
       А в Риме, среди оппозиции, возникли подозрения, и по городу поползли слухи, что полководца, по приказу Тиберия, отравила Планцина, супруга римского наместника в Сирии Пизона. Но доказать факт убийства и найти виновного было невозможно. Все опасались мести императора Тиберия.

    Агриппа и Агриппина

       Она была дочерью талантливого полководца, государственного деятеля, писателя Марка Випсания Агриппы, прославившегося победой над флотом Антония у мыса Акций, литературными трудами.
       Марк Випсаний Агриппа известен также созданием одной из первых географических карт античного мира и постройками в Риме водопровода, терм, храма Пантеон и других важных городских объектов.
       Как зять императора Августа, Агриппа мог стать его преемником. Но на эту роль уже зарился Тиберий.
       В 12 году до новой эры Агриппа находился в Паннонии, провинции в бассейне реки Дунай. Здесь его застал приказ императора вернуться в Рим.
       По дороге в столицу он внезапно заболел, перестал узнавать людей из своего окружения, пытался куда-то уйти, бормотал непонятные слова, забыл даже свое имя, а через несколько дней умер.
       Пошли слухи, что это подосланные Тиберием люди применили «дар лотофагов».
       После смерти Германика, в конце 19 года его вдова вернулась из Малой Азии в Рим.
       Городской дом и вилла Агриппины сразу стали местом сбора оппозиционной аристократии. Приходили сюда и известные поэты, музыканты, драматурги, философы. Среди них было много друзей отца и мужа.
       Об этих собраниях узнал Тиберий. Он подсылал соглядатаев в ее дом, но до поры до времени опасался расправиться с богатой и влиятельной аристократкой – слишком большой популярностью она пользовалась в Риме. К тому же, верные слуги всячески оберегали ее.
       Наконец, когда императору удалось расколоть недовольных его правлением и уничтожить большую часть оппозиции, дошла очередь и до Агриппины. По приказу императора, непокорная аристократка была сослана на остров Пандатерия. Но и это наказание не заставило ее смириться. Она по-прежнему допускала нелестные высказывания и вела обличительные записи о Тиберий.
       Император снова хотел прибегнуть к своему излюбленному средству – «дару лотофагов». «Пусть живет, но навсегда лишенная памяти и вдали от Рима…» – решил он.
       Каким-то образом Агриппина узнала, что ее хотят отравить роковым для ее семьи снадобьем.
       – Лучше смерть в здравом уме, чем долгое существование в беспамятстве, – заявила она слугам.
       Агриппина отказалась от еды и в 33 году умерла.

    Переступил роковую черту

       Но прошло какое-то время, и у людей стали возникать вопросы: всегда ли полезна память? Как побыстрей забыть печальные события и уйти от горестных воспоминаний?
       А некоторые властители и военачальники пошли в подобных размышлениях еще дальше. Зачем уничтожать вражеских воинов и лазутчиков? Лучше лишить их памяти, и они забудут, откуда и для чего прибыли, что хотели совершить, кто их друг или враг. Такими легко повелевать и заставлять выполнять то, что не сделал бы человек в обычном состоянии.
       Но как лишить человека памяти, а значит, и воли? С подобного вопроса начинались разработки того, что в наше время называют психотропными веществом и оружием.
       Являлся ли «дар лотофагов» своеобразным психотропным оружием далекого прошлого и представляет ли он опасность сегодня? Ответ известен лишь узкому кругу специалистов.
       О погибших, пытавшихся открыть какую-то опасную тайну, иногда говорят: «Он переступил роковую черту, не прислушался к сигналу тревоги». А неизвестный древнеримский автор отмечал: «Подойдя к секрету, задумайся: стоит ли его разгадывать и открывать врата в неизвестное?!» Возможно, и «Кратил» XX века переступил роковую черту. И тогда в его номере бужийского отеля появился таинственный букет.
       На одном древнеримском папирусе под изображением лотоса написано: «И только человек может из прекрасного сотворить зло».
       Немногие сегодня слышали об античном греческом философе Кратиле. Но еще меньше знают о «Кратиле» XX века, скончавшемся в бужийском отеле. Будут ли вспоминать о нем те, кто давал ему задание, те, кто знал его настоящее имя? Ради чего и какую «роковую черту» он переступил? Может быть, не пожелал, чтобы люди вольно или невольно приобщались к «дару лотофагов» и уходили в погибельное беспамятство?..

    БОГИ ВЛАСТВУЮТ, ОБИЖАЮТСЯ, КАРАЮТ И ВЕСЕЛЯТСЯ

       Молнией жги,
       надо мною все тучи свои отряхай!
       Но лишь погибнув, смирюсь я,
       а если ты жизнь мне даруешь,
       Вакху с Венерою я верно опять послужу!..
    Асклепиад Самосский (III–II века до н. э.)
       Рим принял заморских богов!..
       Рим помнит о них!..
    Автор неизвестен (предположительно III–V вв.)

    «ТАЙНА ГРОЗНАЯ И ЗАВОРАЖИВАЮЩАЯ»

    Непростые взаимоотношения

       Людей надо наказывать и одаривать, пугать и радовать, умудряться не отвечать на их дурацкие и бестактные вопросы и в то же время постоянно давать однообразные советы, выслушивать бесконечные просьбы, молитвы и проклятия в свой адрес…
       Наверное, примерно так размышляли древние боги, взирая с высоты своего положения на жизнь и деяния простых смертных. Волк не полезет на дерево, рыба не полетит к облакам, змея не поползет на заснеженные горные вершины, курица не станет нырять в море, корова не полезет в пещеру, а вот человек…
       Словом, человек – самое беспокойное существо на земле, с которым не всегда справлялись сонмы древних богов.
       Сколько их, бессмертных, взирало на Вечный город в античные времена, оберегало и наказывало его? Прибывали в Рим переселенцы, рабы, купцы, беженцы из разных уголков Европы, Африки, Азии и привозили изваяния своих божеств. Осирис с берегов Нила, Мардук из Вавилона, целая компания Олимпийских небожителей, богиня Табити из сирийских степей… Все они нашли приют в стенах Вечного города.
       Древние боги не враждовали между собой. Не могли мирно и достойно сосуществовать люди.
       Автор книги «Рим и древний мир» Майк Корбишли отмечал: «Римляне верили, что их боги принимают человеческое обличье и что у каждого из них своя сфера деятельности…
       Римляне возводили для своих богов храмы, а верховный жрец – понтифик совершал обряды и жертвоприношения. Обряд мог начинаться с шествия по городу, а заканчиваться закалыванием жертвенных животных на алтаре.
       Римляне верили в загробную жизнь. Умерший сходил в подземный мир, где он обитал вместе с маннами – богами умерших…
       По мере завоеваний все новых и новых земель, римляне узнавали о чужих богах и богинях и многих из них включали в „семейство“ собственных богов, причем некоторые приобретали для римлян огромное значение. Так, египетским богине Исиде и богу Серапису поклонялись во всей империи».
       Другой известный знаток Древнего Рима, немецкий ученый Теодор Моммзен, в своем труде писал о верованиях и суевериях римлян в III–I веках до новой эры: «Эллинизм того времени, уже утративший свою национальность и пропитавшийся восточной мистикой, заносил в Италию как безверие, так и суеверие в их самых вредных и самых опасных видах, а это шарлатанство было особенно привлекательно именно потому, что было чужеземным.
       …правительство было вынуждено согласиться на принятие фрикийской матери богов в число публично признанных божеств римской общины.
       …простой булыжник, который был великодушно представлен иноземцам в качестве настоящей матери Кибелы, был принят римской общиной с небывалой пышностью; в воспоминание об этом радостном событии даже были устроены в высшем обществе клубы, в которых члены поочередно угощали друг друга, что, по-видимому, немало содействовало начинавшемуся образованию клик. С уступкой римлянам этого культа Кибелы восточное богопочитание заняло официальное положение в Риме…
       …пышная обстановка великой матери с ее одетыми в восточные наряды жрецами, которые шествовали с главным евнухом во главе по городским улицам под звуки чужеземной музыки флейт и литавров, останавливаясь у каждого дома для сбора подаяний… суета этих обрядов имела большое влияние на настроение умов и на воззрения народов.
       Результаты, к которым это привело, не заставили себя долго ждать и оказались слишком ужасны… до римских властей дошли сведения о самых возмутительных делах, совершавшихся под личиной благочестия: обычай устраивать тайные ночные празднества в честь бога Вакха, занесенный каким-то греческим попом в Этрурию, подобно раковой опухоли, все разъедая вокруг себя, быстро проник в Рим и распространился по всей Италии, повсюду внося в семьи разлад и вызывая самые ужасные преступления – неслыханное распутство, подлоги завещаний и отравления…»

    Надпись на каменной стене

       Мой переводчик из Рима пояснил, что, согласно преданию, почти две с половиной тысячи лет назад этот лабиринт использовали этруски. В нем они творили свои обряды и мистерии, прятали там сокровища и святыни. А когда этот загадочный народ был подчинен федерацией латинских племен во главе с Римом, хранители тайн этрусков – лукумоны ушли, в знак протеста, навсегда в подземелье. Они закрыли за собой вход в него каменной стеной. Как им удалось совершить такое – непонятно.
       Не смог объяснить мне этого и переводчик.
       Еще одна загадка этрусков?.. В легенде также говорится, будто в недрах гигантского подземелья до сих пор хранятся спрятанные лукумонами сокровища, документы, памятники духовного наследия древнего народа.
       Но – какая же пещера не имеет преданий о кладах?..
       Мой переводчик поведал также, что стену, закрывающую вход в лабиринт, пытались пробить или сдвинуть римляне в первых веках новой эры. Тщетно… Каменный монолит оказался непреодолимым. Может быть, тогда и появилась эта надпись – то ли как знак отчаяния незадачливых искателей сокровищ, то ли как предостережение всем, кто попытается повторить поиски.
       Правда, мне довелось услышать еще одну легендарную версию по поводу надписи на каменной стене. Ее будто бы сделало этрусское божество – мудрый Таг. И не нацарапал, не выбил – а нашептал!
       Даже на самом крепком камне, словно от удара зубила, остаются знаки могущественного божества и предсказателя. Как это у него получалось – никто не знает, ибо «Таг и сам есть великая тайна», – считали этруски.

    Разные версии

       Знаменитый греческий историк Геродот в V веке до нашей эры упоминал, что у лидийцев, населявших часть территории Анталии в древние времена, однажды разразился невиданный голод. Длился он аж 18 лет.
       Как бывало почти всегда в древности, во время бедствий, народ обратился к богам. По их совету, одна половина населения Лидии осталась на месте, другая – отправилась на кораблях искать новые земли. Возглавил переселенцев сын лидийского царя Тиррен.
       Об этом переселении Геродот писал: «Они миновали многие страны и вышли к Умбрии на севере Италии. Здесь они осели и живут до сих пор. Здесь они, вместо лидийцев, назвались тирренами по имени своего вождя Тиррена, сына царя Атиса».
       Другой греческий историк Дионисий Галикарнасский, создавший в конце I века до нашей эры свой основной труд «Римская археология», считал этрусков не переселенцами, а древнейшими аборигенами Апеннин: «…народ этот не мигрировал откуда-либо, он был очень древнего происхождения и принадлежал этой земле, храня отличия от римлян в языке и обычаях».
       Теодор Моммзен также пытался разгадать тайну происхождения этрусков. Он отмечал, что язык этого народа имеет мало схожего с греко-итальянскими языками: «В самых разнообразных наречиях ученые старались отыскать коренное родство с этрусским, но и поверхностные расследования и самые усиленные розыски, все без исключения, не привели ни к какому результату; не было найдено сходство даже с языком басков, к которому обращались прежде всех других из географических соображений…
       Даже без вести исчезнувший народ, который на островах Тускского моря и в особенности на острове Сардиния строил тысячи загадочных гробниц… не мог иметь никакой связи с этрусками, так как на этрусской территории не найдено ни одного подобного сооружения.
       Только по некоторым отрывочным и, как кажется, довольно надежным указаниям, можно предполагать, что этрусков следует отнести к числу индо-германцев…».
       Существует также с давних времен предположение, что этруски – потомки легендарных атлантов и прибыли они на Апеннинский полуостров более 4 тысяч лет назад.
       Боги предначертали этрускам кочевать по свету, пока сама земля не подаст им особый знак. Знамением перейти на оседлый образ жизни должно было стать некое чудо-создание из-под земли.
       Д.Х. Лоуренс отмечал: «…Этрускам в высшей степени свойственны легкость, естественность и жизнелюбие… а смерть была для них лишь естественным продолжением полноты жизни».

    «Озаривший светом истины»

       В одну из дождливых ночей внезапно разошлись тучи, и от звезды Канопус ударил в землю тонкий луч и тут же «разлетелся на множество осколков». Они мгновенно превратились в маленькие бронзовые и серебряные зеркальца и засияли отраженным светом луны.
       В тот знаменательный час, вблизи места, куда ударил луч, в кустарниках пряталось множество змей и леопардов. Животные всполошились, однако не уползли, не убежали прочь.
       Этруски поняли, что надо делать. Они принялись копать землю, покрытую зеркальцами. Копали до тех пор, пока из недр не явилось на белый свет чудо-создание – мудрый ребенок по имени Таг (или Тагет).
       Легендарный основатель Тарквинии и правитель Тархон стал задавать ему сложные вопросы, на которые не могли ответить даже всезнающие старцы – лукумоны.
       Но Таг легко справился с этой задачей.
       Явившееся из-под земли божество оказалось пророком и мастером предсказаний по шелесту листьев, полету птиц, внутренностям животных, движению облаков, ударам волн о камни и плеску воды. Чудо-ребенок мог быстро излечивать людей от любых болезней и ран, а еще усыплять и веселить их.
       Словом, для этрусков это необычное дитя было бесценным даром. Они воздали хвалу богам, совершили жертвоприношения и стали слушать «вундеркинда из подземелья».
       Первым делом Таг повелел каждому этруску взять по одному зеркальцу, рожденному звездой Канопус, и хранить при себе как талисман, гадать с его помощью, а также ослеплять врагов.
       А еще Таг указал на змей и леопардов. Отныне эти животные сделались покровителями этрусков. Он запретил охотиться на них. Змей и леопардов разрешил убивать лишь в случае самозащиты. Ребенок, вышедший из недр земли, также повелел беспрекословно подчиняться воле богов, чтить своих предков и хоронить их с надлежащими почестями.

    Объединение и расцвет

       На месте, где появился легендарный Таг, был на самом деле возведен город Тарквиния, который стал политическим и религиозным центром федерации всех этрусских городов. В то время еще молодой Рим был вынужден покориться этрускам.
       Научные исследования и старинные документы подтверждают: федерация городов подчинила в VII–VI веках до новой эры земли до реки По, области Пицет, Лациум и большую часть Кампании.
       Как отмечал римский историк Ливии, Этрурия в период своего расцвета «контролировала все пространство Италии, от Альп до Сицилии».
       Этруски, по-видимому, стали основателями первой развитой цивилизации на Апеннинском полуострове и творцами замечательной архитектуры, изделий из металла, глины, создателями множества живописных и скульптурных работ. Они придумали свой алфавит и первыми на Апеннинах стали чеканить монеты.
       Живший в V веке до новой эры греческий поэт Феокрит писал, что этрусские мастера являлись «…самыми искусными и влюбленными в свое ремесло».
       «Их бронза и вазы, все предметы их домашней утвари и украшения – великолепны…» – восторгался афинянин Критий.
       Теодор Моммзен отмечал: «Этрусское изобразительное искусство занялось прежде всего и преимущественно изделиями из обожженной глины, из меди и золота…
       Об увлечении, с которым производилось ваяние из глины, свидетельствует громадное количество барельефов и статуй из обожженной глины, которыми, как видно из уцелевших развалин, когда-то были украшены стены, фронтоны и крыши этрусских храмов…
       Изделия из литой меди не отставали от изделий из глины. Этрусские художники отваживались изготовлять колоссальные бронзовые статуи, доходившие в вышину до пятидесяти футов…
       Кто видел богатые и изящные золотые украшения южноэтрусских гробниц, тот не назовет неправдоподобным предание, что тирренские золотые сосуды ценились даже в Аттике…
       Этрусские рисовальщики и живописцы находились в такой же зависимости от греков, как и скульпторы, но были нисколько не ниже их; они чрезвычайно деятельно занимались рисованием на металлах и монохроматическим расписыванием стен. Если все нами сказанное мы сравним с тем, что находим у остальных италиков, то с первого взгляда нам покажется, что их искусство было почти ничтожным в сравнении с этрусским…»
       Этруски славились и как инженеры и строители ирригационных систем, каналов, акведуков, водопроводов. Они умели осушать болота и настилать гати.
       К V веку до новой эры этот народ стал известен в античном мире своими достижениями в мореплавании и в военном искусстве.
       Древние греки называли их тирренами. Не случайно большая часть Средиземного моря, между Апеннинским полуостровом и островами Корсика, Сардиния и Сицилия, с античных времен называется Тирренским морем. Ведь именно в его водах в течение нескольких веков господствовали корабли этрусков.
       В мифах говорится, что многим своим достижениям этот народ обязан пророку и предсказателю Тагу.

    Визиты и подарки

       Являлся Таг со щедрыми подарками. Владыка подземного царства у этрусков – Айти получил от маленького пророка золотую корону и скипетр в виде змеи. Впрочем, он подарил властелину подземного мира и четырех живых ядовитых гадов.
       Деловой хватке Тага можно позавидовать. Он добился, чтобы Айти не появлялся на белый свет, но чтобы не обидеть его, приказал своему народу обязательно изображать это божество на стенах гробниц, браслетах, на черном мраморе.
       Бог войны Ларан, конечно же, получил в подарок меч, копье, шлем, а еще громоподобный голос, которым можно поднимать людей в бой, избавлять от усталости.
       Нефунсу – этрусскому владыке морей, озер и рек – Таг преподнес якорь, трезубец и живых дельфина и спрута.
       К богине судьбы Нортии расторопный ребенок отправился в Вольсинию, где повелел возвести в честь нее храм. В дальнейшем этруски ежегодно проводили в этом святилище особый обряд – вбивание гвоздя, что символизировало неотвратимость рока.
       После возведения храма судьбы Таг подарил Нортии молоток и мешок с гвоздями. С этими предметами богиня в Вольсинии изображалась этрусками на камнях и на зеркалах.
       Не забыл Таг и богиню любви и плодородия Туран. Ей он преподнес золотые крылья, голубя, змею и пантеру.
       Казалось бы, всех одарил вундеркинд-чародей, со всеми сумел договориться. Вот только почему-то обошел он стороной Тухулху – демона подземного мира и Хару – демона царства мертвых.
       И затаили эти могущественные темные силы обиду и на самого Тага, и на весь этрусский народ.
       – Он вышел из земли – туда и должен уйти. А те, кто ему поклоняется, забудут его поучения, – решили раздосадованные Тухулху и Хару.

    Когда взыграла гордыня

       Конечно, в развале государств, в исчезновении с исторической арены племен и народов, гибели цивилизаций наука видит иную причину и называет прежде всего политические и экономические проблемы, войны, земные катаклизмы…
       Все верно. Однако и войны, и экономические и политические причины обязательно связаны с духовной и моральной деградацией людей. Эти факторы едины и взаимозависимы, как и все элементы Глобальной Проблемы Выживания Человечества.
       Наука говорит об экономике и политике, легенды и мифы – о гневе богов за людские грехи. Так ли важны эти противоречия, когда сегодня главное – то, что все чаще, по нарастающей, человечество само создает предпосылки для гибели государств, вымирания народов. И все больше в своих бедах виноваты сами люди.
       Ну а мифы и современная наука должны не противостоять, а помогать друг другу во имя понимания прошлого, настоящего и будущего землян.
       Что стало с процветающей страной этрусков?
       Вернемся к легенде.
       Обиженные Хару и Тухулху принялись мстить Тагу и его народу. Они подсунули в мешок Нортии «гвоздь раздора». Озабоченная будущим человечества и немного рассеянная, богиня судьбы не заметила этого. Она вбила в ствол дуба, олицетворявший этрусский народ, роковой «гвоздь раздора».
       Согласно другому преданию, Нортия забила его в серебряный столб, закопанный Ромулом на месте «Великого причала»…
       И перестали дети слушаться родителей, подчиненные – начальников, рядовые воины – командиров, а весь народ – своих мудрых лукумонов. Взыграла гордыня в каждом этруске. И начали они делать все по-своему, оспаривать и критиковать волю и деяния богов. И завладели могущественной страной разлад и раздор…
       И ликовали Хару и Тухулху, и радовались враги этрусков.

    Покорение Риму

       Написал огорченный Таг книги о всех бедах и катастрофах человечества, прошлых и будущих, о правилах гадания и предсказаний и отправился в подземный лабиринт. Вышел из земли и ушел в землю. Дал людям знания и унес их во тьму.
       Нашлись среди этрусков мудрецы, которые заявили: отправимся лучше вслед за Тагом, за его истинами, чем останемся пребывать в грехе под солнцем. Сказали – сделали… Ушли в подземный лабиринт и затворили его каменной стеной, на которой потом появились слова: «Тайна грозная и завораживающая».
       Правда, непонятно, почему их Таг «надышал» не на этрусском, а на латинском языке. Может, обиделся на свой народ?.. У божественных вундеркиндов свои причуды…
       А в научных трудах о падении великой древней страны говорится, что в 510 году до н. э. началось восстание. Последний этрусский царь Тарквиний Гордый был свергнут и бежал из Рима.
       Тит Ливии писал о нем: «Луций Тарквиний, получив царскую власть ценой преступления, окружил себя целым отрядом телохранителей, понимая, что сам подал пример тому, каким путем можно занять царский трон…
       Ко всем без исключения Тарквиний относился высокомерно, не считаясь ни с заслугами, ни с достоинствами своих сограждан. Волю сената и народа он не принимал во внимание и искал опоры не в Риме, а за его пределами, рассчитывая на помощь знати соседних племен против своего собственного отечества…
       Тарквиний Гордый, желая еще больше возвеличить Рим среди прочих подвластных ему городов, приступил к сооружению храма Юпитеру на Капитолийском холме…
       Торопясь с сооружением храма, который по замыслу царя, должен был увековечить не только славу верховного божества римлян, но и стать воплощением могущества самого Тарквиния Гордого, он заставил и простой народ заниматься строительными работами.
       Кроме храма, велось сооружение лож для знати вокруг цирка, проводилась под землей огромная труба для вмещения всех городских нечистот. Однако вся эта бурная деятельность не могла заглушить в сердце царя дурных предчувствий, всегда терзающих людей с нечистой совестью. И когда в его собственном дворце из деревянной колонны выползла змея, царь, не доверяя разъяснениям этрусских прорицателей, решил получить истолкование этого страшного знамения у Дельфийского оракула…»
       Для этого Тарквиний Гордый отправил с богатыми дарами в Дельфы двух своих сыновей и племянника.
       А тем временем среди жителей Рима пошли слухи, будто змей наслали во дворец царя обозленные на всех этрусков Хару и Тухулху.
       Многие историки античных времен упоминали, что царствование Тарквиния отличалось особой жестокостью и подавлением прав народа. Он предательски убил своего предшественника Сервия Туллия, почти каждый день казнил в Риме и простолюдинов, и аристократов, а многих приказывал убивать тайно.
       Земли и богатства уничтоженных патрициев Тарквиний забирал себе или раздавал преданным ему людям.
       Много лет спустя император Клавдий писал: «…Затем, после того, как нрав Тарквиния Гордого стал ненавистен нашему народу, стала, естественно, отвратительной мысль о царской власти, и управление республикой было передано консулам, избиравшимся ежегодно магистратом».
       Пала в Риме царская власть, а вместе с ней – и господство этрусков. Но еще существовали на Апеннинском полуострове города-крепости этого народа. Выиграв несколько войн, Рим к середине VI века до н. э. стал могущественным государством. А в начале III столетия до н. э., отбив нападения галлов и этрусков, римляне полностью подчинили себе все их города, которые не смогли сплотиться.
       О причинах ослабления этрусского государства и исчезновения этого народа написано множество научных работ. Есть и спорные, и убедительные доказательства в пользу той или иной исторической версии. Есть размышления и гипотезы ученых по поводу различных тайн этрусков…
       И все же не стоит пренебрегать и мифами, с их сказочными объяснениями загадок этого народа. История знает немало случаев, когда всем известный, не раз доказанный факт оказывался чьей-то фантазией, а легенда, которую никто не принимал всерьез, – реальностью.

    Свист беды

       Хромоногое божество, демон царства мертвых, не исчез вместе с этрусками. Хару не угомонился и совершал свои черные дела и в самом Вечном городе, и по всей Римской империи. Даже после ее падения. Бродил он по дорогам Апеннинского полуострова, по ночным улицам столицы и провинциальных селений, отыскивая, не остался ли на земле хоть один этруск. Любой африканец, азиат, европеец, в ком была какая-то доля крови этого народа, мог стать жертвой хромоногого демона.
       Римляне обычно изображали Хару в виде страшного человека с молотком и со свистком. Древние жители Апеннинского полуострова полагали, что перед большими бедами и несчастьями хромоногий демон царства мертвых дул от радости в свой проклятый свисток. Люди редко улавливали его тихое звучание. Но от свиста Хару бесились птицы и звери, желтели и осыпались листья, никла и иссушалась трава. Потом наступала очередь страданий людей.
       Говорят, нечто подобное происходило, когда хромоногий демон принес в Рим страшную эпидемию. Случилось это в 452 году до новой эры. Тогда от болезни умерли десятки тысяч людей.
       Древнегреческий ученый Дионисий Галикарнасский писал о тех печальных событиях: «Они сжигали тела и предавали их земле в самых крайних случаях. По-видимому, при отсутствии знатности или ввиду нехватки необходимых приспособлений они просто сбрасывали трупы в стоки нечистот под улицами или выбрасывали их в реку; именно отсюда и шло основное зло. Когда волны выбрасывали трупы на берега рек или морское побережье, поднимался ужасный запах, разносимый ветром, поражая тех, кто был еще здоров, вызывая быстрые изменения в их телах…»
       Некоторые, обезумевшие от горя и страха, люди во время той эпидемии утверждали, что слышали свист этрусского демона и даже видели его ликование.

    На арене Рима

       В начале XIX века великий английский поэт Джордж Байрон, вдохновленный скульптурой «Умирающий гладиатор», писал: «Гладиатора я вижу пред собою, лежит он, опершись на руку: его мужественное чело согласно на смерть и голова склоняется все ниже; сквозь пронзенное ребро его тихо капают, из багровой раны, последние капли крови и тяжело падают на землю, одна за другой, как первые капли дождя перед грозой; и вот в глазах его, уже плывет кругом арена: он угас прежде, чем замолк бесчеловечный вопль, во славу столь же несчастного его победителя!
       Он еще слышит вопль и уже не обращает на него внимания; глаза его там, где и сердце, а оно далеко…
       …зарезан для Римского торжества! – все это кипит в нем, вместе с его кровью. Как! И он умрет, и без мести? – Воспряньте, Готты, и обрушьте гнев свой на Рим!..»
       Были в истории периоды, когда во время гладиаторских боев на арену выпускали палача. Он скрывал свое лицо под маской этрусского демона царства мертвых, а в руках неизменно держал молоток и свисток. Он шел по арене, нарочито прихрамывая. Когда один из раненых гладиаторов падал, палач протяжно свистел, а затем, неторопливо, чтобы продлить мучения, добивал его молотком.
       Немногие знали, кто на самом деле появлялся на арене в обличье Хару. Спрашивать об этом или заглядывать под маску считалось смертельно опасным. В Риме ходили слухи, будто иногда и не человек вовсе добивал гладиаторов, а сам Хару поднимался из подземелья, чтобы насладиться кровью и мучениями своих жертв.
       Перед выходом на арену гладиаторы жевали дубовые листья, смешанные с какими-то травами, считая, что благодаря этому они уберегутся от мучительных ударов молотка палача в маске. Помогала ли подобная защита? Убитые не могли ответить, а оставшиеся в живых продолжали надеяться.
       Любители тайн Древнего Рима считали, что Хару во время агонии гладиаторов выспрашивал у них: «Где хранятся книги знаний Тага? Где искать его самого? Как найти дорогу в лабиринт этого скверного, зазнавшегося мальчишки?..».
       Но, видимо, хромой демон не получал долгожданного ответа, поскольку продолжал убивать и мучить людей много веков…
       Существуют ли на самом деле книги Тага? Современные знатоки римских тайн в ответ лишь загадочно улыбаются и произносят слова, начертанные на каменной стене: «Сие есть тайна грозная и завораживающая…».

    МЕСТЬ ЛИБИТИНЫ

    Плутарх, древнегреческий философ, историк.

    Покровительница «хвостатой звезды»

       В святилище Либитины в Риме хранились похоронные принадлежности и изображения «хвостатых звезд» на четырех камнях.
       Шестой царь Рима, правивший в VI веке до новой эры, Сервий Туллий, распорядился во время каждых похорон оставлять в столичном святилище Либитины одну монету. Так он наладил учет умерших в своем царстве.
       В Риме и на Сицилии жили ведьмы, которые поклонялись богине похорон и пользовались ее покровительством. В потайных пещерах они прятали конские хвосты, с помощью которых, якобы, могли вызывать из небесных глубин кометы.
       Служительницы Либитины по-особому встряхивали конские хвосты, произносили опасные для человека заклинания, и на их зов появлялась на небосводе комета. А вслед за этим просыпался вулкан Этна.
       В Древнем Риме верили, что «хвостатая звезда» влияла на судьбы людей, государств и народов. С помощью кометы служительницы Либитины могли предсказывать будущие катастрофы: землетрясения, эпидемии, войны, пожары, голод.

    Интриги и участие в политике

       Согласно преданию, к их помощи прибегал консул Марк Перперна, когда надо было подавить восстание рабов. Ведьм вызывали в Галлию, чтобы противостоять колдовским силам друидов. Неугодный Риму пергамский царь Аттала III был устранен чародейскими силами служительниц Либитины. С их помощью уничтожались, якобы, и другие властители государств той эпохи, которые не желали покоряться Риму.
       По преданию, именно Либитина с помощью астролога Бальбилла подтолкнула императора Нерона устроить резню в честь «хвостатой звезды».
       Появление кометы взбудоражило весь Рим. Паника охватила и кварталы знатных людей, и бедняков. Одни бежали прочь из города, другие кидались в храмы и молили богов о пощаде.
       Напуган был и сам император.
       Нерон вызвал к себе известного астролога Бальбилла:
       – Ответь мне, любитель ночи, знаток звезд и людских судеб, что надо делать, как уберечься от огненной небесной странницы? Мой Рим обезумел от страха… А где безумство – там непредсказуемое зло…
       Предсказатель тут же посоветовал принести в жертву «хвостатой звезде», а заодно и Либитине, более тысячи представителей знатных римских семей.
       Непонятно, зачем это понадобилось астрологу?
       Однако Нерон, не долго думая, совершил массовое кровавое жертвоприношение. Для заклания он выбрал тех патрициев, кого заподозрил в заговоре против себя. Казнены были не только сами почтенные отцы семейств, но и их жены и дети…
       Комета улетела, не натворив вреда жителям Вечного города. Конечно, если не считать погибших от рук палачей…
       Нерон ликовал, что расправился с неугодными людьми. Радовался и астролог. На этот раз он сумел угодить императору и остался цел.
       Надолго ли?..
       А служительницы Либитины совершили ритуальную «пляску хвалы и одобрения». Их покровительница была довольна. Таких щедрых жертвоприношений и денежных подношений она давно не получала в Риме.
       – Радуйся, о Либитина!.. – кричали почитательницы богини похорон. – Рим снова вспомнил о тебе и теперь никогда не забудет!..

    «Обдай жаром беспенную землю»

       Вулкан Этна достигает высоты 3340 метров и является самым высоким в Европе.
       Существуют свидетельства и записи о вулканических катастрофах на Сицилии в 1226, 1170, 1149, 525 годах до н. э.
       Согласно древнему преданию, Этна начинала буйствовать, как только в небе появляется «хвостатая звезда». Служительницы Либитины, когда поднимались на вершину вулкана, чтобы вызвать для какой-то своей цели комету, не только трясли «разящими конскими хвостами», но и плясали и напевали свои заклинания и призывы:
    Приди, великая хвостатая звезда,
    Взгляни на свою дочь Этну,
    Разбуди свою дочь.
    Ее кормила без тебя Великая Либитина,
    Так накорми теперь ты…

    Взгляни на свою мать, Этна.
    Проснись, потянись к ней,
    Обдай жаром беспечную землю,
    Накажи людей, что не желают
    Почитать Великую Либитину…

       Всегда ли просыпалась Этна при появлении кометы? Пока известны лишь несколько случаев совмещения во времени прилета «хвостатой звезды» и извержения этого вулкана. Но в Древнем Риме верили в связь небесной странницы и Этны.

    «Твоя звезда уже в пути»

       В начале марта, за несколько дней до своей гибели, Юлий Цезарь сказал своему приближенному – претору Марку Юнию Бруту:
       – Вот странно, сегодня ночью я не мог заснуть, и какая-то сила заставила меня выйти на террасу, а затем разглядывать без всякой причины звезды. Что я хотел там отыскать – не знаю. Но вдруг через какое-то время, будто сама ночь стала мне нашептывать: «Собери волю и разум в кулак. Напрягись… Твоя „хвостатая звезда“ уже в пути. Пока ты один ее можешь разглядеть. Она еще ничем не выделяется на небосводе. Распознай… Семь ночей у тебя в запасе. Но если не сможешь разгадать пророческие знаки „хвостатой звезды“ – она унесет твою душу. И тогда семь ночей ее будут видеть все, кроме тебя…»
       – Ты нашел эту звезду? – заинтересовался претор.
       Цезарь покачал головой:
       – Почти до самого утра я стоял на террасе и высматривал свою звезду, но так и не смог отыскать. Значит, попусту миновала первая ночь из семи, отпущенных мне…
       – Но впереди еще шесть ночей, – попробовал успокоить его Брут.
       Цезарь ничего не ответил. Промолчал и претор. Он был весьма удивлен: еще недавно Цезарь не придал бы такому случаю внимания и уж точно не стал кому-то рассказывать.
       «Что-то изменилось в нем…» – подумал Брут, но виду не подал.

    «Но грех ему уже не искупить»

       Три ведьмы молча и неподвижно стояли у недавно построенного каменного моста консула Фабриция.
       Здесь было главное святилище Либитины, – вымолвила наконец черноволосая ведьма.
       Рим перестал почитать Либитину, и нечестивцы разрушили ее святилище еще до того, как возвести этот мост, – кивнула рыжеволосая ведьма.
       И поплатятся за это. Либитина все помнит и ничего не прощает. «Хвостатая звезда» уже приближается, и ее дочь Этна все громче зовет ее… – сказала седая ведьма и достала из-под полы горшочек с кровью белого петуха.
       То же самое сделали остальные. Они огляделись, но – тихо было кругом.
       «Fatum» – написала кровью на камнях моста черноволосая и произнесла вслух:
       – «Судьба»…
       «Dolus» – написала рыжая и прошептала:
       – «Обман»…
       «Mors» – вывела седовласая и тоже едва слышно сказала:
       – «Смерть»… – А потом добавила: – Цезарь – последний из осквернителей Либитины, теперь он будет первым…
       – Первым среди тех, кого в ближайшие ночи покарает наша повелительница, – подхватила рыжеволосая.
       Три ведьмы спрятали горшочки с кровью петуха и достали «разящие конские хвосты». Несколько раз встряхнули ими и произнесли заклинания:
       – «Хвостатая звезда» совсем близка, – сказала черноволосая.
       – Она уже высматривает Цезаря, а ее дочь Этна своим дымом указывает на Рим, – добавила рыжая.
       – И ему не спрятаться, не укрыться от нее, – поддержала седая. – Когда «хвостатая змея» заберет его душу, Гай Юлий Цезарь вспомнит свои нечестивые слова… Но грех перед Либитиной на земле ему уже не искупить…
       – Наконец-то он поймет, чья воля взяла верх, – да будет поздно, – подхватила рыжая ведьма.
       – Серебро Либитины никому не пойдет впрок. И никому не позволено называть богиню матроной… – кивнула черноволосая.
       Какие нечестивые слова Цезаря вспомнили ведьмы? Наверное, фразу: «Воля Цезаря важнее пожеланий матроны погребения!..»

    «Все помнит и ничего не прощает»

       В 82 году до новой эры Сулла был объявлен диктатором и сразу явил народу свои самые неприглядные черты характера. А вскоре развязал в стране массовый террор. Диктатор приказывал казнить не только своих противников. Их дети и жены также подвергались насилию.
       Примерно в 80 году до новой эры он приказал изъять из святилища Либитины все, собранные за несколько столетий, серебряные монеты и превратить их в секретный запас Рима.
       Ценности перевезли в так называемый «серый тайный подвал», который находился там, где спустя годы будет возведена триумфальная арка императора Септимия Севера.
       Говорят, диктатор Сулла умер своей смертью через год после отставки. Намекают, что он был отравлен, задушен, заколот мечом…
       Пусть говорят…
       У поклоняющихся Либитине – другое мнение.
       – Ее серебро никому не пойдет впрок. Либитина все помнит и ничего не прощает!.. – заявляли они.
       Есть предположение, что, когда срочно понадобились деньги на продолжение Галльской войны, именно Юлий Цезарь потребовал использовать серебро Либитины, конфискованное по приказу Суллы.
       Тогда-то Цезарь, якобы, и произнес непочтительные слова в адрес богини погребения.
       – Пусть считается, что Марк Брут нанес предательский смертоносный удар Цезарю совсем по другим причинам, не имеющим никакого отношения к Либитине, – говорили ее поклонницы. – Мы-то знаем, в чем истина…
       Что же заставило Брута пойти на убийство, а спустя некоторое время покончить с собой? Об этом написано много – ив давние, и в наши времена.
       Разве может серьезный исследователь связывать гибель Цезаря с появлением кометы, с гневом богини погребения, с проклятием ведьм?..
       Обычно называются экономические, политические причины… Ошибки и просчеты Юлия Цезаря…
       И все же после его убийства – 15 марта 44 года до нашей эры – тысячи людей видели необычно яркую комету и увязали гибель вождя с ее появлением…
       Римский историк Светоний Транквилл, живший в I–II веках новой эры, писал о Юлии Цезаре: «…когда во время игр в честь его обожествления хвостатая звезда сияла в небе семь ночей подряд, появляясь около одиннадцатого часа, то все поверили, что это душа Цезаря, вознесенного на небо… Вот почему изображается он со звездой над головой…»
       А еще утверждала древняя молва, что часть серебра Либитины во времена правления Октавиана Августа было переплавлена. Из него отчеканили новые монеты, на которых изображалась комета.

    КАК УХОДИЛ САТУРН

    Древнейший из богов Венного города

       Любители древних тайн Рима считали, что на месте этого дворца более двух тысяч лет назад располагался вход в так называемое подземелье Сатурна. В нем поклонники древнейшего божества Рима соорудили в честь него алтарь.
       В 497 году до н. э. храм Сатурна был возведен на Форуме. Но со временем жители Вечного города стали меньше почитать это божество. Возможно, они опасались недовольства его сына Юпитера. Хотя именно Сатурн, согласно мифам, научил людей земледелию и виноградарству.
       Среди римских богов царствовал Юпитер, и поэтому свергнутый им Сатурн стал постепенно вытесняться из Вечного города. А подземелье с его алтарем было замуровано и позабыто.
       Но древние боги обидчивы и мстительны. За неуважение к себе они наказывают изощренно и долго. Так считали жрецы Древнего Рима.
       В III–V веках многие беды, свалившиеся на жителей Вечного города, приписывались мести Сатурна. Один из стражников у Тибуртинских ворот увидел ночью светящееся облако. Оно поднималось от того места, где под землей находился заброшенный старинный алтарь.
       Потом стражник услышал голос, принадлежащий самому Сатурну. Древнее божество предупредило, что покинет Рим, лишь когда в полной мере отомстит его жителям и отберет у них все, что посчитает нужным.
       Подобные светящиеся облака у Тибуртинских ворот и божественный голос люди видели и слышали потом не раз, даже спустя много веков.
       Место, где когда-то находился вход в пещеру Сатурна, стали считать проклятым. На нем долгое время ничего не строили и не сажали.
       Когда наконец Сатурн удовлетворится местью жителям Вечного города, и какие наметил отобрать сокровища – этого не могли объяснить ни жрецы Древнего Рима, ни любители тайн нашего времени.

    Изумрудная чаша

       После жесточайшей расправы над восставшими аль-Мамуд решил заняться разграблением пирамид. Слухи о несметных сокровищах, спрятанных там, давно не давали покоя багдадскому халифу.
       Хоть и уговаривали его мудрые советники не вскрывать древние величественные строения, аль-Мамуд все же исполнил свое желание. Не остановили его и угрозы навлечь проклятия фараонов.
       Спустя многие годы ученые записали предания о проникновении в пирамиду по приказу аль-Мамуда: «…в узком проходе был найден гроб, похожий на статую мужчины, высеченную из зеленого камня. Когда этот гроб принесли к халифу и сняли крышку, под нею оказалось тело мужчины в золотых доспехах, украшенных драгоценными камнями, в руке он держал меч, которому нет цены, а на лбу у него горел огнем рубин величиной с куриное яйцо; и халиф взял этот камень себе».
       В другой записи устного предания о вторжении в пирамиды по велению багдадского халифа говорится, что там хранились «сообщения жрецов, написанные на плитах из гранита, от каждого жреца одна плита мудрости, и на ней были обозначены его удивительные деяния».
       Упоминалась в этом документе и еще одна находка: огромная изумрудная чаша с какими-то волшебными свойствами.
       Как отмечал арабский историк XII века аль-Кайси, вначале эта чаша хранилась в одном из дворцов Каира. Ее видели там до 1118 года. Впоследствии она исчезла из Египта.
       Слухи и легенды утверждают, что изумрудная чаша попала в руки рыцарям-крестоносцам и была вывезена в Европу. На протяжении многих лет она хранилась в подземелье одного из замков, где с ее помощью совершались магические обряды рыцарей секретного ордена «Чаша Грааля».
       В полнолуние это древнее творение древних мастеров выносили из подземелья и поднимали на вершину горы. В чашу наливали родниковую воду и бросали травы. Устанавливали ее так, чтобы в воде отражалась луна. Затем рыцари секретного ордена произносили заклинания, полученные еще от египетских жрецов. Каждый участник обряда тер стенки чаши вначале правой, а затем левой ладонью. И тогда перед рыцарями ордена открывалось грядущее.
       Что произойдет в будущем – можно было увидеть в воде, наполнявшей чашу. Если увиденное удовлетворяло участников обряда, воду не выливали, а хранили в хрустальных флаконах. Долгое время в ней, якобы, содержалась «вещая сила».
       Конечно, эти упоминания о «волшебной чаше» – всего лишь легенды и предания. Нет пока научных подтверждений существования «Чаши Грааля»: попал ли изумрудный сосуд из египетской пирамиды в Европу, идет ли речь в разных преданиях об одной и той же чаше?
       Но, если верить легенде, этот сосуд из египетской пирамиды в Средние века оказался в Риме.

    Убийца с помощью магии

       Эта состоятельная аристократка увлекалась оккультизмом и магией разных народов. Особенно ее интересовали мистические обряды и всевозможные тайны Древнего Египта.
       Графиня денег не жалела, и ее агенты скупали предметы, книги, рукописи, связанные с магией, по всему свету. Много лет она занималась изучением тайных учений и достигла большого мастерства. Даже опытные римские ведьмы опасались графиню и старались не приближаться к ее дому.
       Из каких-то древних рукописей эта аристократка научилась убивать людей с помощью магических действий.
       Несколько нужных предметов из египетских пирамид она расставляла в комнате вокруг изумрудной чаши. В зависимости от того, в каком порядке располагались предметы и какой водой наполнялся легендарный сосуд, человек, находящийся рядом, или молодел, или очень быстро старел.
       Воду графиня брала или из родника, или из тухлого болота. Выбор диктовала цель: омолодить или убить человека.
       Конечно же, в первую очередь, она омолаживала себя. А врагов под разными предлогами приглашала в комнату своего дома, где, согласно тайному учению, устанавливала изделия древних мастеров так, что ничего не подозревающий гость быстро старел и через несколько дней умирал.
       Врачи разводили руками и недоумевали, почему тридцатилетний или сорокалетний человек внезапно скончался от старости.
       Не только личных врагов уничтожала графиня. Возможно, она выполняла и кровавый политический заказ своих друзей.

    Тем же оружием

       По одной версии, древний бог Сатурн вдруг пожелал напомнить, что дом графини построен в «проклятом месте». Сам, видимо, не решился карать женщину, и призвал для этого лемуров.
       Древние римляне лемурами называли не безобидных, симпатичных, с огромными глазищами, приматов, а свирепые тени призраков мертвецов, как правило, не захороненных.
       Английский историк и знаток Древнего Рима Норман Дэвис писал о них: «Злобные и мстительные духи умерших дурных людей не только терзались сами, но и вымещали свои страдания на живущих.
       По ночам эти злые духи, называемые ларвами, покидали подземный мир и преследовали тех, кого они считали своими врагами, мучая их кошмарами и страшными видениями. Римляне называли их также лемургами…»
       Как отмечал Норман Дэвис, в Древнем Риме существовал даже праздник мертвых. Его отмечали по ночам 9, 11 и 13 мая. Жители Вечного города особо старались в это время умилостивить злобных духов. По традиции, глава семьи должен был в полночь босиком обойти все свои жилые и хозяйственные помещения, потом выйти за порог и обмыться родниковой водой. После этого он девять раз бросал через плечо бобы – любимую пищу лемуров – и произносил заклинание. Сделав такое подношение, глава семьи снова омывался водой и девять раз ударял друг о друга медными тазами. Подобные действа, согласно верованиям древних римлян, должны были отвадить злобных духов от дома.
       По наущению Сатурна, эти лемуры в изумрудную чашу вместе с водой налили незаметно кровь черного петуха. А древние роковые предметы, которыми пользовалась нестареющая аристократка, переставили в другом порядке.
       Графиня вначале не обратила внимания на эти изменения и на кровь в чаше. А когда обнаружила, – было уже поздно. В течение нескольких часов она постарела на десятки лет. Перед смертью у нее хватило сил спрятать свои древние сокровища и оккультные предметы в подвал своего дома, который, по слухам, соединялся с подземельем Сатурна.
       Возможно, с другими старинными ценностями там оказалась и таинственная изумрудная чаша. Правда, после Второй мировой войны ее вроде бы видели в закрытом для посторонних собрании ценностей одного американского «завинченного коллекционера».
       Виновен ли древнеримский бог в убийстве графини? Сторонники другой версии ее гибели считают, что аристократку довели до смерти родственники убитых ею людей.
       Кто-то из врагов графини побывал в Египте, услышал о магической силе предметов, находившихся тысячи лет в пирамидах. Коварство аристократки было раскрыто. Затем в ее комнате последовала тайная перестановка всевозможных статуэток, флаконов, вазочек, украшений из усыпальниц фараонов. Роковые предметы сделали свое дело.
       В 70—80-х годах XX века охотники за сокровищами из разных стран пытались отыскать в Риме «подземелье Сатурна», а заодно – ценности, спрятанные графиней, но поиски тогда ни к чему не привели.

    СГОВОРИЛИСЬ СИВИЛЛА С ФОРТУНОЙ

    Одна из двенадцати

       Но у античных авторов под именем Сивилла упоминается двенадцать разных предсказательниц, живших в разные столетия.
       В «Мифологическом словаре» о них говорится: «…Сивилл называли по месту обитания;…
       …В Малой Азии обитали фригийская, колофонская, эрифрейская Сивилла, на островах Самос и Делос – самосская и делосская, в текстах упоминается также персидская, халдейская, египетская, палестинская…»
       Но самая известная из них, и в далеком прошлом, и в наше время, – Куманская Сивилла. Родом она была из греческого города Кумы. Там ее приметил и полюбил Аполлон. Сивилла попросила бога одарить ее долголетием и способностью предсказывать судьбу. Аполлон исполнил это. Но позабыла прорицательница испросить вечную молодость и через сто лет превратилась в старуху.
       Однако старость не помешала ей по-прежнему предвидеть события ближайшего и далекого будущего.

    «Навечно с Римом»

       В преданиях говорится, что побывала она в Гиперборее и на востоке в каких-то горах, «подпирающих небо», а потом обошла многие города и Святилища Аполлона в Средиземноморье.
       В тех местах, где необычная странница останавливалась, она создавала свои школы. И спустя какое-то время ее ученицы расходились по разным землям, городам и селениям, чтобы предсказывать судьбы людям.
       Когда Энею пришлось бежать из разрушенной Трои, Сивилла предсказала ему великое будущее и что он станет родоначальником великого государства и народа, а его потомки построят Вечный город.
       Свои пророчества она произносила в стихотворной форме, а потом записывала на пальмовых листьях. Из этих листов с годами набралось несколько книг. О них узнал царь Древнего Рима Тарквиний Приск и решил приобрести заветные книги, а заодно и пригласить в свою страну Сивиллу.
       Он правил в конце VII – в начале VI века до нашей эры и, согласно преданию, был пятым царем Древнего Рима. Так что если великая предсказательница была знакома с Энеем, то к тому времени ее возраст насчитывал несколько столетий.
       Согласно преданиям, Тарквинию Приску приписывались военные победы над сабинами, латинами и другими племенами Апеннинского полуострова, строительство храма Юпитера на Капитолийском холме, возведение цирка и многочисленных каналов в Риме и его окрестностях.
       У него были большие планы на будущее: завоевание новых земель и народов, строительство городов и крепостей, расширение и обустройство столицы своего царства. А подобные планы требовали предсказаний.
       Сивилла согласилась прибыть в Рим вместе со своими книгами. Но первым делом она встретилась не с царем, а с богиней счастья, случая и удачи Фортуной. В I веке до новой эры и позднее это божество римляне изображали с повязкой на глазах или с рогом изобилия.
       

    комментариев нет  

    Отпишись
    Ваш лимит — 2000 букв

    Включите отображение картинок в браузере  →