Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

У акул иммунитет к раку.

Еще   [X]

 0 

Петербург: вы это знали? Личности, события, архитектура (Антонов Виктор)

Знали ли вы, что в Петербурге жил брат французского революционера Марата? Чем примечательна дама, изображенная на одном из лучших портретов кисти Репина? Какова судьба продававшихся в городе мумий? Это лишь капля в море малоизвестных реалий, в которое будет невероятно интересно окунуться и обитателям Северной столицы и жителям других городов.

Год издания: 2012

Цена: 199.9 руб.



С книгой «Петербург: вы это знали? Личности, события, архитектура» также читают:

Предпросмотр книги «Петербург: вы это знали? Личности, события, архитектура»

Петербург: вы это знали? Личности, события, архитектура

   Знали ли вы, что в Петербурге жил брат французского революционера Марата? Чем примечательна дама, изображенная на одном из лучших портретов кисти Репина? Какова судьба продававшихся в городе мумий? Это лишь капля в море малоизвестных реалий, в которое будет невероятно интересно окунуться и обитателям Северной столицы и жителям других городов.
   Эта книга – сборник популярно написанных очерков о неизвестных или прочно забытых людях, зданиях, событиях и фактах из истории Петербурга.
   В книге четыре раздела, каждый из которых посвящен соответственно историческим зданиям, освещая их создание, владельцев, секреты, происходившие в них события и облик; памятным личностям, их жизни в городе, их роли в истории, занимательным фактам их биографии; отдельный раздел в честь прошедшего Года Италии отведен творчеству итальянских зодчих и мастеров в Петербурге и пригородах и четвертая часть посвящена различным необычным происшествиям.
   Издание отлично иллюстрировано портретами, пейзажами, рисунками и фотографиями, а все представленные вниманию читателей сведения основаны на многолетних архивных изысканиях.


Виктор Антонов Петербург: вы это знали? Личности, события, архитектура

От автора

   Вышедшая пять лет назад моя книга «Петербург: неизвестный, забытый, знакомый» имела у читателей определенный успех. В 2010 году была напечатана еще одна – «Петербург: новое о старом». Она по содержанию являлась продолжением предшествующей, тоже состояла из популярно написанных очерков о неизвестных или прочно забытых людях, зданиях, событиях и фактах в истории нашего города и опиралась на многолетние архивные изыскания. Этой же концепции я старался следовать и в данной книге.
   В ней четыре тематических раздела, которые содержат разнообразные сведения об исторических зданиях, памятных личностях и отдельных эпизодах городской жизни, начиная с XVIII века вплоть до наших дней. Особый раздел посвящен творчеству итальянских зодчих и мастеров в Петербурге и пригородах. (Прошедший 2011 год был объявлен в России годом Италии). В предлагаемых статьях много неизвестной информации, которую я нашел в разных источниках.
   Как и предшествующие, данная книга имеет научно-популярный характер и поэтому будет интересна и профессиональным краеведам, и любознательным читателям. В отличие от распространенной ныне тенденции я считаю себя представителем так называемого «фундаментального краеведения», которое созидает необходимый фундамент для развития и популяризации культурологических знаний о разных аспектах не только архитектурной истории, но также событийной жизни городской среды.
   В работе большое содействие мне оказывали сотрудники архивов, прежде всего РГИА и ЦГИА СПб., и коллеги, – многознающие А.Н. Лукоянов и Е.И. Краснова, а также Центр петербурговедения. Всем им приношу свою глубокую благодарность.
   Хотя в петербурговедении, увы, появляется все меньше обстоятельных исследовательских трудов, его развитие тем не менее не останавливается и постепенно усложняется. Хочется надеяться, что эта книга может стимулировать такую перспективную эволюцию.

Раздел 1 Исторические здания

«Высокий дом на берегу Невы…»


   Английская набережная, дом 4

   Первым хозяином участка был светлейший князь А.Д. Меншиков, уже в 1715 году он имел здесь мазанковые палаты. После того как князь попал в немилость и отправлен в ссылку, его владение в 1727 году было конфисковано. Здесь намечалась постройка «аптеки и почтового двора», но затем место отдано всесильному вице-канцлеру графу А.И. Остерману, который в 1735–1737 годах выстроил в стиле барокко типовой двухэтажный на подвалах дом в 9 осей по фасаду. Его автором считается известный зодчий П.М. Еропкин.

   А.Д. Меншиков. П.Н. Бажанов

   Остермана опала тоже не миновала, отчего резиденция графа в 1743 году перешла к столичному генерал-полицмейстеру Василию Федоровичу Салтыкову (1675–1753) из старинного боярского рода, дяде императрицы Анны Иоанновны. Целых семь лет (1734–1740) энергичный вельможа управлял Петербургом и много для него сделал. Разделил город на пять частей, утвердил названия площадей, улиц и каналов, учредил Комиссию о городском строении и т. п. В 1742 году он оставил дела и удалился в частную жизнь.
   Особняк по семейному разделу был передан третьему сыну Салтыкова – Сергею Васильевичу (1726–1765), молодому придворному цесаревны Екатерины Алексеевны, которая, называя его «выдающейся личностью», из-за бесшабашного и ветреного нрава иронически отзывалась о нем одновременно, как о «пятом колесе в карете». На набережной камергер почти не жил, ибо пребывал дипломатом в Европе, и потому в 1763 году поручил доверенному лицу продать за 14 тыс. руб. дом Ивану Юрьевичу Фридрихсу (Фридерикс, 1728–1779), богатому английскому купцу и придворному банкиру.
   При Салтыковых в корпусе на Галерной уже работал популярный английский трактир Фразера (Фрейзера), где, например, в 1758 году продавали «привезенные сюда из Англии в 12 дней устерсы (устрицы). Они находятся в гальоне (галеоне, корабле. – В. А.), который стоит у берегов против его дому…». Трактир-гостиница существовал и двадцать лет спустя.
   Фридрихе летом 1776 года с особняком расстался, и тот перешел к генерал-инженеру Николаю Ерофеевичу Муравьеву (1724–1770), который принимал участие в Семилетней войне, а с 1764 года возглавлял Канцелярию строений государственных дорог. Последние годы жизни он провел в Риге в должности генерал-губернатора. В молодости Муравьев сочинял «весьма изрядные стихотворения, а особливо песни» (Н.И. Новиков), однако более известен он как автор первого русского пособия по алгебре.
   Женат был генерал на Анне Андреевне Волковой. Овдовев, она в 1778 году вышла замуж за князя Александра Васильевича Урусова, вельможу и коллекционера. Через год после нового замужества Урусова переехала в Москву и за 22 тыс. руб. продала дом генерал-аншефу барону Александру Николаевичу Строгонову (1740–1789), от которого он был унаследован его сыном – бароном Григорием Александровичем, видным дипломатом и библиоманом.
   Барон поручил перестроить особняк своему незаконнорожденному брату, архитектору А.Н. Воронихину. В 1791–1793 годах здание расширили (в нем стало 50 комнат) и заново оформили внутри и снаружи. Фасад украсил портик из пилястр и портал с четырьмя колоннами и балконом.

   А.Н. Воронихин. Неизв. художник. После 1811 г.

   Поскольку дипломат служил за границей, то в июле 1800 года он продал свое владение графине Александре Григорьевне Лаваль, поручившей известному зодчему Тома де Томону новую перестройку, он исполнил ее в 1806–1809 годах. Фасад получил нынешний классицистический вид (ионическая колоннада, завершенная ступенчатым аттиком), и в том же стиле отделаны были интерьеры. Из них сохранились: парадная лестница с ротондой, столовая с гризайльной росписью, «музеум», библиотека с плафоном и декоративными портретами знаменитых поэтов и философов. Вся художественная отделка отличается хорошим вкусом и качеством.
   Такую отделку графиня могла себе позволить, ибо получила от матери очень богатое наследство. Отец – Г.В. Козицкий, энергичный просветитель и статс-секретарь, позаботился о разностороннем образовании дочери, благодаря чему она могла собирать в своем салоне известнейших литераторов «золотого века» русской литературы – от A.C. Пушкина и М.Ю. Лермонтова до В.А. Жуковского и П.А. Вяземского. На званых вечерах выступали приезжие и отечественные певцы и певицы. Балы проходили в огромном бело-колонном зале, потолок и падуги в котором в 1818 году расписали по эскизам автора – модного французского архитектора Т. Шарпантье.
   Александра Григорьевна поздно вышла замуж за Ивана Степановича Лаваля (Jean Francois de la Valle, 1761–1846), французского эмигранта, графский титул он получил от короля Людовика XVIII, жившего в изгнании в Митаве. Как гласит предание – в награду за крупную ссуду из капиталов жены-миллионерши.

   Выставочный зал дома графини Лаваль. М.Н. Воробьев. 1819 г.

   Новоиспеченный граф, по отзыву Дениса Давыдова: «Некрасивый, с брюшком и на тонких ножках», служил по Министерству иностранных дел, был церемониймейстером и редактором столичной газеты на французском языке. Супруги собрали отличную коллекцию античного и этрусского искусства, картин, позднее ее, в основном, приобретет Эрмитаж.
   Светскую жизнь в особняке нарушило восстание декабристов. В нем участвовал князь С.П. Трубецкой, муж Екатерины Ивановны – дочери Лавалей, она последовала за мужем в Сибирь. Спустя некоторое время приемы возобновились, но интересными оставались недолго. Для них, кроме бело-колонного зала, использовались также две гостиные, отделанные Г.А. Боссе в 1843 году в стиле неорококо.
   Когда вдова Лаваль скончалась, то по семейному разделу особняк в 1851 году достался ее дочери, графине Софии Ивановне Борх (1809–1871), проживавшей на Английской наб., 38. Она «в течение всей ссылки была добрым ангелом своей сестры и ее семьи» (П.В. Долгоруков). При ней А.М. Камуцци в 1853 году возвел на Галерной жилой двухэтажный флигель, позже надстроенный А.К. Бруни. Его сдавали, дабы уменьшить общие расходы хозяйки.

   И.С. Лаваль. Рис. А.С. Пушкина. 1819 г.

   Однако это не остановило ее разорение. Когда графиня умерла, опека в 1872 году продала особняк за 280 тыс. руб. (оценка – 142 тыс. руб.) коммерции советнику Самуилу Соломоновичу Полякову, железнодорожному магнату и крупному банкиру, который более двух миллионов рублей пожертвовал на благотворительность. Его братья-миллионеры Яков и Лазарь тоже имели дома на фешенебельной набережной. От банкира бывший лавалевский особняк в 1888 году унаследовал его сын – Даниил Самуилович, служивший в Министерстве внутренних дел. В Павловске у него имелась прекрасная дача, но там и в особняке Поляков жил наездами, предпочитая воздух Парижа. Флигель на Галерной он сдавал Санкт-Петербургско-Московскому коммерческому банку.
   В конце 1911 года особняк у владельца приобрело Министерство юстиции для расширения Сената. Архитектор министерства К.К. Шмидт бережно приспособил его к новому использованию. Следующая крупная реконструкция произошла почти сто лет спустя, когда здание, после революции занимаемое Российским государственным историческим архивом, было передано Конституционному суду РФ.

На Английской, у Тенишевой…

   В этот нарядный дом на Английской наб., 6, рядом с особняком Лавалей, сегодня петербуржец может попасть только с экскурсией, ибо здесь с 2004 года после обширной реставрации, которую ранее провел олигарх P.A. Абрамович, купивший дом для представительства Чукотки, находится компания «Газпромнефть». Отреставрированный старинный дом интересен не только сохранившимся убранством, но и своей историей, начинавшейся вскоре после основания Петербурга.

   Английская набережная, дом 6

   Первым владельцем участка назван обер-экипажмейстер (отвечал за флотские экипажи. – В. А.) Леонтий Макушев, в 1713 году продавший его «обер-комиссару подполковнику Ивану Афанасьевичу Тормасову, но тот шесть лет спустя заявил, что «полаты и мазанки по даче чертежей строить буду».
   Переселившись из Олонца, где заведовал местной верфью, Тормасов купил участок и стал служить в Адмиралтейств-коллегии. В 1727 году назначен воеводой в Вологду и, очевидно, тогда же у его владения появился новый хозяин – князь Петр Борисович Черкасский (ок. 1700–1768), происходивший из знатного черкесского рода. Княжна Мария Темрюковна Черкасская была второй женой Ивана Грозного, а отец князя Петра – стольником Петра Великого.
   Сам князь карьеру начал во флоте, участвовал в Крымском походе графа Миниха и отличился при взятии Бахчисарая. В чине генерал-майора командовал в 1744–1760 годах лейб-гвардии Конным полком, после чего два года состоял губернатором Москвы, где у него имелся настоящий дворец. В 1768 году Черкасский вышел в отставку, протестуя против позорного мира с Пруссией, заключенного Петром III для окончания Семилетней войны. В том году он уже не жил в своем столичном доме – им с 1764 года владел крупный английский купец Джон Томсон, успешно продававший обои с мануфактуры своего брата Майкла в Москве. Купцу дом продал сын князя – майор Петр Петрович. Здесь Джон Томсон в 1766 году продавал «новую четвероместную карету с англинскими шорами для 6 лошадей, также 6 больших вороных жеребцов», а в 1779 – когда в доме жил Майкл Томсон – «у гофмаклера Петра Барца <…> 1 бриллиант».
   Всего тридцать лет минуло со времени постройки двухэтажного на подвалах каменного дома в 9 окон по фасаду. Этот фасад был оформлен рустом, окна – барочными наличниками. Попадали в дом через парадные ворота, они с набережной вели во двор. В подвалах находился склад для бочек английского эля, популярного в высшем обществе. Бочки привозили на судах из самой Англии, наряду с другими традиционными товарами британского экспорта. В царствование Екатерины II английские торговые компании процветали, их члены богатели. В 1774 году в Петербурге действовало 57 английских фирм, в их числе «Томсон и Питерс».
   В конце XVIII века домом по-прежнему владеет Томсон, только с именем Питер. В доме насчитывалось 28 покоев, и он стал шире прежнего, ибо был застроен проезд во двор. В корпусе по Галерной в 1803 году работает «Норграфов кофейный дом», тоже явно английский. Кофейни – в моде. В том же году на этой улице действовал также «Кларков кофейный дом».
   Пять лет спустя домохозяином назван немецкий купец (Иван Филиппович) Иоганн Блессиг, родом из Страсбурга, унаследовавший фирму отца «Киммель и Блессиг», ее годовой оборот достигал полмиллиона рублей. Он, его вдова Эмилия и сыновья долго владели особняком, в 1814–1816 годах перестроенном в стиле классицизма. Одновременно Блессиг распорядился «вновь построить каменные флигели в 3 этажа, каменные сараи и конюшни в один этаж».
   В 1865 году владелец сменился, им стал Эдуард Петрович Казалет (Cazalet), торговавший от фирмы «Виллиам Миллер и К°», внук английского негоцианта Ноя Казалета, основавшего в 1780-е годы торговую фирму «Крамп и Казалет». Сын Ноя – Петр предпочел торговле пивоварение и в 1859 году стал хозяином Калинкинского пивоваренного завода – со временем крупнейшего в стране. Предприятие выпускало в зеленых бутылках элитные сорта английского и баварского пива, а также меды. Завод существует доныне и носит имя Степана Разина.

   В.Н. Тенишев

   Разбогатевший на пиве Эдуард Казалет получил звание потомственного почетного гражданина и поселился в самом центре столицы. Он сразу поручил архитектору В.Е. Стуккею (кстати, тоже англичанину) полностью перестроить приобретенный особняк в стиле необарокко, что и было исполнено за два года. Лицевой дом надстроили на этаж и перепланировали внутри. Из богато украшенных интерьеров сохранились: нарядная парадная лестница и два зала в бельэтаже – большая гостиная, оформленная кариатидами и лепными фигурными панно, и другая, украшенная деревянными панелями, резными пилястрами и мраморным камином. В 1873 году архитектор В.Ф. Эстеррейх пристроил к дому восточный флигель с двумя парадными помещениями, в 1910 году расширили театральным залом.

   М.К. Тенишева

   В 1872 году в проданном доме разместился Международный коммерческий банк, приспособивший часть помещений для канцелярских нужд и выстроивший в 1887 году во дворе дополнительный корпус. Этот акционерный банк был открыт в 1863 году и занимался финансированием главным образом тяжелой промышленности и железных дорог. В 1899 году он переехал в новое здание на Невском пр., 58, а дом по купчей перешел к пайщику банка князю Вячеславу Николаевичу Тенишеву (1843–1903), крупному предпринимателю и одаренному дельцу, нажившему огромное состояние.
   Сын генерал-майора, этот «русский американец» получил высшее гуманитарное и техническое образование и уже в 26 лет обзавелся собственным заводом. Радея о развитии образования, князь много жертвовал, в частности, отпустил полтора миллиона рублей на создание в столице известного Тенишевского училища.
   В начале 1901 года он подарил особняк своей второй жене Марии Клавдиевне (1867–1928), молодой, красивой и образованной женщине; после смерти мужа она переехала сюда с Английской наб., 14, и еще активнее занялась меценатством и возрождением народных промыслов, для чего в Смоленской губернии, в «идейном имении» Талашкине, устроила мастерскую для обучения местных крестьян. Обладавшая художественным вкусом и способностями, княгиня увлекалась искусством эмали и немало в нем преуспела, коллекционировала акварели и русскую старину.
   По вечерам в ее доме ровно пять лет (1904–1909 гг.) собирались «Мюссаровские понедельники», их охотно посещали члены этого благотворительного общества – петербургские художники и любители искусства. Посетители рисовали, слушали концерт и затем ужинали. Позднее в театральном зале давало разнообразные представления Суворинское училище, открытое при одноименном театре. Театр в 1908 году сдавался вместе с особняком «в 30 комнат под клуб, банк, правление, контору или выставки».
   В 1910–1911 годах гражданский инженер Л.Ф. Геллерт вместо сломанного поперечного дворового флигеля возвел четырехэтажный дом в стиле модерн с ателье для художников, однако, мало кто им и воспользовался.
   В июле 1914 года особняк превратили в казарму и «на штучных итальянских паркетах, сделанных из розового дерева, перламутра и слоновой кости, очутилось 600 солдат». Большевики особняк национализировали и заняли под разные учреждения. Княгиня с дочерью в это время жили далеко – в Париже.
   После войны в княжеский дом надолго вселился институт «Ленгражданпроект», для всей страны проектировавший города, жилые и гражданские объекты. Сегодня в дом пытаются вернуть муз – в нем устраиваются концерты в рамках фестиваля «Набережные Петербурга».

Резиденция Паскевичей

   С 1714 года участок принадлежал англичанину – «торговому иноземцу Гендрику Ачкину» (Генри Ходгину. – В. А.), жившему ранее в Архангельске. Переехав в столицу, он купил его у дьяка Леонтия Арцыбашева. В реестре 1732 года есть печальная запись: «Ачкин умре и на том дворе никто не живет».

   Английская набережная, дом 8

   Опустевший двор вскоре перешел к генерал-фельдмаршалу князю Ивану Юрьевичу Трубецкому (1667–1750), сподвижнику Петра I. Он и выстроил двухэтажный на подвалах каменный дом в 9 осей по фасаду, с въездными воротами во двор. Фасад был оформлен рустованными лопатками.
   Хотя у князя имелся отличный дом на Немецкой (Миллионной) улице, он перед переездом в Москву предпочитал жить на набережной вместе с женой и молодым Иваном Ивановичем Бецким, своим незаконнорожденным сыном, ставшим позднее видным екатерининским вельможей. В 1739 году Трубецкой был назначен московским генерал-губернатором, но столичный особняк за собой сохранил.
   После смерти сановника наследники продали особняк князю Дмитрию Михайловичу Голицыну (1721–1793), чей поколенный портрет кисти Ф. Рокотова выставлен в Третьяковской галерее. Портрет написан в 1760-е годы, когда Голицын уже владел домом на набережной.
   Дмитрий Михайлович, сын известного фельдмаршала, по материнской линии приходился племянником екатерининского приближенного князя А.Б. Куракина. В 1751 году он женился на княжне Екатерине Дмитриевне Кантемир (1720–1761), сестре талантливого поэта Антиоха Кантемира. Скорее всего тогда же и приобрел особняк на набережной. Детей у супругов не было, и после смерти жены Голицын уехал послом в Вену, где провел более 30 лет, занимаясь благотворительностью и покровительствуя ученым и художникам. «Человек почтенный, добрый, всеми любимый…», – писал его однофамилец Ф.Н. Голицын. Прекрасный дипломат и знаток искусства князь собрал ценную коллекцию картин, которую подарил Голицынской больнице, выстроенной в Москве на завещанные им средства.

   С.С. Потоцкий. Дж. Доу.

   Бывая в Петербурге лишь изредка, Голицын здешний дом сдавал купцу Питеру Томсену, а в 1787 году продал его Марии Адамовне Олсуфьевой (1757–1820), замужем за камергером князем Николаем Алексеевичем Голицыным. На той же набережной (№ 24) в это время жила мать княгини.

   Е.К. Сангушко

   H.A. Голицын (1751–1809) служил при дворе цесаревича Павла Петровича и выполнял дипломатические поручения Екатерины II. В 1798 году, выйдя в отставку, он продал, вероятно, столичный дом, вмещавший 33 покоя и расширенный справа за счет въездных ворот, и занялся строительством своего имения «Архангельское» под Москвой.
   В следующее десятилетие дом принадлежал камергеру князю Петру Федоровичу Шаховскому, а после него другому князю, тоже Голицыну, – Александру Михайловичу (1772–1821), гофмейстеру, женатому на сестре Шаховского.
   Так как этот Голицын также часто жил за границей, то особняк в 1810 году приобрел генерал-майор граф Станислав Станиславович Потоцкий (1782–1831), однако, уже спустя год он выставил его на торги. Сумев погасить долги, владелец в 1812 году выстроил во дворе четырехэтажный жилой флигель, а в 1824 году переделал корпус на Галерной. Портрет Потоцкого кисти Дж. Доу висит в Галерее 1812 года Зимнего дворца, ибо генерал участвовал во многих битвах в войне с Наполеоном и за свою храбрость дважды был награжден золотой шпагой.

   И.Ф. Паскевич. Ф. Крюгер. 1834 г.

   Война еще не закончилась, как граф, происходивший из знатной и очень богатой польской семьи, женился на Екатерине Ксаверьевне Сангушко (1781–1820), родной сестре Елизаветы (Элиз) Ксаверьевне Браницкой, супруги графа М.С. Воронцова, в которую был влюблен Пушкин. Молодой поэт бывал на вечерах, устраиваемых в доме. По воспоминаниям А.О. Смирновой-Россет: «…На вечерах были швейцары со шпагами, официантов можно было принять за светских франтов, ливрейные лакеи были только в большой прихожей, омеблированной как салон: было зеркало, стояли кресла <…>. Все это на английскую ногу…».
   Екатерина Ксаверьевна в браке прожила недолго, но успела родить двух дочерей и двух сыновей. Дочь Александра, жена своего дальнего родственника, действительного статского советника Артура Потоцкого, в начале 1857 года семейный особняк продала за 150 тыс. руб. генерал-адъютанту князю Федору Ивановичу Паскевичу-Эриванскому (1823–1903). Отец князя был известным фельдмаршалом, отличившимся на Кавказе и при подавлении антиправительственных восстаний в Польше и Венгрии. С этого времени особняк «в итальянском вкусе» стал резиденцией Паскевича.
   По заказу графини Потоцкой видный зодчий А.И. Штакеншнейдер разработал в 1843 году проект перестройки трехэтажного лицевого дома, но он остался на бумаге, отчего фасад некоторое сохранял свой классицистический вид. Все последующие изменения связаны с Паскевичем, для которого архитектор А.Х. Пель в 1856–1858 годах несколько изменил оформление главного фасада и создал со стороны двора остекленный зимний сад на чугунных колонках.
   Украшением интерьеров занимался академик P.A. Гедике, талантливый представитель стиля эклектики.

   Ф.И. Паскевич-Эриванский. 1850-е гг.

   Парадная лестница с верхним светом оформлена пилястрами, лепкой и зеркалами; Лебединый (или Голубой) зал украшен фризом с головками лебедей; стены парадной столовой отделаны дубовыми панелями и тисненой кожей. В кессонах потолка помещен красочный орнамент. В Арсенальной галерее (у князя имелась отличная коллекция старинного оружия) с арочным перекрытиями сохранились сюжетные скульптурные панно; в Готическом зале – архитектурное оформление в стиле развитой готики. В том же стиле – соседний рыцарский кабинет с фигурами рыцарей в боевых доспехах.
   Федор Иванович Паскевич участвовал в походах отца, воевал в Крымскую войну и состоял в комиссии по подготовке освобождения крестьян. В 1866 году он вышел в отставку и с 1880 года делил свою уединенную жизнь между Петербургом и Гомелем, где находился унаследованный от отца замечательный дворец. Карьера князю не удалась, и он сосредоточился на хозяйственных делах. Жену он нашел в соседнем доме – юная Ирина Ивановна Воронцова-Дашкова (1835–1925) была дочерью владельца графа Ивана Илларионовича (при реставрации нашли соединительный проем между домами).

   Арсенальная галерея в доме Ф.И. Паскевича. Фото И.К. Бианки. 1860-е гг.


   Столовая в доме Ф.И. Паскевича. Фото И.К. Бианки. 1860-е гг.

   Супружеская пара не имела детей, и талантливая Ирина Ивановна, которая была «умна и добра», имела «тонкий художественный вкус» и значительную силу воли (С.Д. Шереметев), сосредоточилась на занятиях литературой – писала стихи, пьесы, рассказы и много переводила на французский, в частности Л.Н. Толстого. Ей принадлежит первый перевод «Войны и мира».
   Корпус по Галерной хозяева сдавали под квартиры и конторы. Так, в конце XIX века в нем размещалось правление Русского паровозостроительного и механического общества. В 1908 году один из жильцов предлагал за полцены фотоновинку – «стереоскопический аппарат 9x18, анастигм., Ллойд F 6.3. Три шторы. Кассеты, затвор шторный».

   Рыцарский зал. Фото 1990-х гг.

   Большевики дом и произведения искусства национализировали, как и дворец в Гомеле, где доживала свои дни престарелая вдова-княгиня. С 1924 года в здании размещались Музей торгового мореплавания и портов и морская библиотека, основанные на собрании великого князя Александра Михайловича. Когда музей расформировали, а библиотеку перевели в другое место, особняк в 1947 году занял институт «Ленжилпроект», освободивший его к 1993 году для Московского индустриального банка. Банк завершил долголетнюю реставрацию разнообразных интерьеров – сейчас они стали доступны экскурсантам.

Родовое гнездо

   Однако в XVIII веке домовладельцами являлись другие люди, именитые и не очень. Известен самый первый хозяин – парусный мастер Иван Данилович Кочет(ов). Он в 1706 году, то есть через три года после основания города, на выделенном на Неве месте построил деревянную избу, а в 1729 году заменил ее мазанковым домом.

   Английская набережная, дом 16

   До «полатного» строения дело не дошло. У Макара Ивановича Кочета, сына парусного мастера, «полатного строения нет», отмечает реестр от 1732 года.
   В связи с этим участок в следующем году был передан графу Федору (Фридриху, Дириху) Скавронскому, родному брату покойной императрицы Екатерины I. Федор, небогатый лифляндский крестьянин, и его брат Карл недолго прожили в Петербурге, куда в 1726 году их доставили по указу венценосной сестры, однако она успела им даровать графский титул и определить социальный статус. С титулом поздравить братьев приехал сам А.Д. Меншиков. Истории Скавронских посвящен роман «Фрейлина Императрицы» Е.А. Салиаса.
   После смерти в Москве бездетного Федора Самуиловича Скавронского участок перешел к его вдове Екатерине Родионовне, из рода Сабуровых. Ее «к строению не принуждать» – гласило распоряжение от 1734 года, но уже через четыре года на этом месте стоял представительный с мезонином дом в 15 окон по фасаду. Хозяйка жила в подмосковном имении, в доме квартировал остзейский барон Менгден.
   Сдавался дом и после того, как в середине 1740-х годов им стал владеть племянник Федора Самуиловича – граф Мартын Карлович Скавронский (1714–1776), будущий обер-гофмейстер и генерал-аншеф. В начале Мойки, недалеко от Зимнего дворца, у него был другой богатый особняк, где он и проживал со своей семьей. В доме на набережной квартировали приезжие, например, в 1750 году – «машинный и часовой мастер Вилиам Винровс». Два года спустя столичная газета поместила большое объявление: «…приехавшая недавно со своим мужем молодая Француженка мадам де Фардье намерена здесь завесть для девиц Французскую школу, такожде и шить обучать; того ради, ежели кто хочет своих дочерей к ней в школу учить или к ней жить отдавать, те могут явиться к ней у Галерного двора, в седьмом доме от церкви Исаакия Далматского; да у ее мужа Фардье имеются продажные разных сортов порошки для зубов, белая и желтая помада, румяны, благоуханное мыло, порошок, которым алмазы, такожде золото и серебро чистят, вода, которою на лице разные пятна можно выводить и десна чистить, белые и красные (рыжие. – В. А.) волосы чернить и прочее».
   Мягкий и покладистый граф был обласкан императрицей Елизаветой Петровной, своей кузиной, и получил от нее много пожалований и чинов. Императрица присутствовала на его свадьбе в 1754 году с баронессой Марией Николаевной Строгоновой (?—1805), что упрочило положение графа среди русской знати. Однако на чудаковатом Павле, единственном сыне Мартына Карловича, род Скавронских угас.
   В конце своей жизни, 30 января 1772 года, старый граф за 15 тыс. рублей продал здание на набережной придворному банкиру Ивану Юрьевичу (Иоганну Фридриху) Фредериксу (1723–1779), который был родом из Голландии, но сотрудничал главным образом с английскими торговыми фирмами. Своим возвышением и богатством банкир обязан братьям Орловым, фаворитам Екатерины II. Она в 1773 году пожаловала Фредериксу титул барона, до сих пор носимый его многочисленным потомством. Лишь Владимиру Борисовичу Фредериксу, министру Двора при последнем царе, был дарован титул графа.

   Е.Р. Дашкова

   После кончины банкира его вдова Ирина (Регина Луиза) Захарьевна в 1782 году с домом рассталась и его хозяйкой сделалась известная княгиня Екатерина Романовна Дашкова (1743–1810), статс-дама и наперсница императрицы, оплатившей покупку. Княгиня только что вернулась из долгого пребывания в Англии, где находилась ради учебы своего единственного сына. Прекрасно образованная, она в это время состояла директором Академии наук и художеств и президентом Российской академии, которая занималась вопросами русского языка и словесности и издавала журнал «Собеседник любителей Российского слова», где печатались Державин, Капнист, Фонвизин, Херасков, да и сама княгиня. Лето Дашкова проводила на своей подгородней даче Кирьяново, выстроенной, вероятно, Дж. Кваренги (пр. Стачек, 45).
   В 1787 году пустующий дом нанимал английский посланник. Английским дипломатам нравилось жить на невской набережной.
   Когда случилась очередная размолвка с Екатериной II, ее многолетней подруге пришлось продать дом, уехать из столицы и уединиться в подмосковном имении. Особняк, сохранявший старомодный вид, в мае 1794 года приобрел богатый негоциант Логин (Леви) Петрович Бетлинг, который писался голландским купцом. Одновременно он купил еще два дома на набережной (ныне № 42 и левая часть № 68). За пятнадцать лет владения купец ничего в доме не менял, и он в неприкосновенности перешел к генерал-лейтенанту и обер-гофмаршалу Дмитрию Николаевичу Дурново (1769–1834) и его супруге Марии Никитичне, урожденной Демидовой, принесшей мужу богатое приданое. У Дурново было двое сыновей: генерал-майор Николай, убитый в 1828 году при штурме турецкой Шумлы, и гофмаршал Павел (1804–1864), который унаследовал и преумножил семейное достояние. Павел Дмитриевич скупал в разных губерниях земли и крепостных (имел около 10 тысяч) и участвовал в коммерческих начинаниях. Это был настоящий дворянин-буржуа.

   П.П. Дурново

   Он в 1840 году переделал интерьеры и в бельэтаже устроил зимний сад. С 1857 года гофмаршал жил в основном в Москве и в доме хозяйничал его сын Петр Павлович (1835–1919), он дослужился до генерала от инфантерии, но не забывал и о личном бизнесе, в частности о добыче золота в Сибири. Хотя гражданская карьера П.П. Дурново сложилась вполне успешно, в 1905 году он как генерал-губернатор Москвы не справился с революционными волнениями и его уволили с высокой должности. По словам С.Ю. Витте: «Он был человек не глупый, но больше на словах, чем на деле. Любил говорить, спорить, но никаким делом серьезно заниматься не мог…». Большевистский переворот заставил эмигрировать дочь сановника Александру, жену гетмана П.П. Скоропадского, но сам член Госсовета успел умереть в своем доме, который после перестройки напоминал итальянское палаццо и был полон ценными произведениями искусства.
   Полную перестройку всего комплекса осуществил в 1872–1873 годах известный столичный архитектор Л.Ф. Фонтана, приверженец эклектики, чуть раньше переделавший дачу Дурново на Неве (Полюстровская наб., 22). Это – одна из лучших его работ. Сохранив этажность и число осей барочного особняка, архитектор мерным рядом окон бельэтажа, оформленных ионическими пилястрами, сандриками и балясинами, придал торжественную импозантность всему фасаду. С фасадом гармонировал вестибюль с беломраморной лестницей и фигурами атлантов перед ней. Парадная анфилада включала гостиные, бальный зал и большой зимний сад с редкими растениями (Петр Павлович унаследовал увлечение отца). От сада, лестницы и гостиных ничего не осталось. Уцелел и отреставрирован вестибюль, частично сохранилась лепка в большом зале, двери из красного дерева.
   Родовое гнездо семьи Дурново после революции претерпело много внутренних переделок, но гармоничный фасад, к счастью, остался нетронутым. Сегодня в его стенах размещается заместитель генпрокурора РФ по Северо-Западному округу. Корпус по Галерной намечено, надстроив, переоборудовать под элитный отель.

Брачные чертоги

   Однако он не всегда было таковым, ибо история дома восходит к первым годам существования Санкт-Петербурга.