Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

В 19 веке гомосексуалистов называли не "голубыми" а "зелеными".

Еще   [X]

 0 

Девятый легион (Северов Виктор)

Обыкновенный российский город Владимирск подвергся неожиданному нападению из… параллельной Вселенной. В эпицентре битвы за родной город очутился командир разведроты старший лейтенант Сергей Вяземский. Автоматы и танки оказались сильнее мечей и боевой магии, и российская армия отразила нападение, а затем проследовала за отступившим врагом в мир меча и магии, где в небесах парят боевые драконы, а по дорогам маршируют когорты Нового Рима, основанного легендарным пропавшим Девятым легионом…

Год издания: 2015

Цена: 139 руб.



С книгой «Девятый легион» также читают:

Предпросмотр книги «Девятый легион»

Девятый легион

   Обыкновенный российский город Владимирск подвергся неожиданному нападению из… параллельной Вселенной. В эпицентре битвы за родной город очутился командир разведроты старший лейтенант Сергей Вяземский. Автоматы и танки оказались сильнее мечей и боевой магии, и российская армия отразила нападение, а затем проследовала за отступившим врагом в мир меча и магии, где в небесах парят боевые драконы, а по дорогам маршируют когорты Нового Рима, основанного легендарным пропавшим Девятым легионом…


Виктор Северов Девятый легион

Сергей Вяземский

   – Ммм… Нет, извините, такого у нас нет…
   Да е-мое!..
   Вышедший из торгового павильона парень лет двадцати пяти, одетый в полевой камуфляж Российской армии, сдвинул на затылок кепи и устало потер лоб.
   Ну и где, спрашивается, было искать этот чертов девайс? Нет, Сергей уже давно подозревал, что командир бригады временами невменяем просто в ноль, но это уже ни в какие рамки не лезет.
   Вот на кой ляд всем командирам подразделений нужна эта чертова указка? Ну да, ну да, раз у товарища комбрига такая есть, то и у всех остальных она должна быть…
   Вяземский в очередной уже раз за минувшие недели мысленно поблагодарил ушедшего на повышение командира роты. Поблагодарил с искренним уважением, долго и малоцензурно. И в очередной раз подумал, что если бы знал, на что именно подписывается, то ни за что бы не согласился стать временно исполняющим обязанности комроты…
   Вот не был бы Сергей ВрИО командира разведроты, то и указочку эту мерзкую искать не пришлось бы…
   Кстати, интересно знать – какая сволочь подарила эту прелестную указку комбригу? И почему эта сволочь не подарила ему вместо нее мозги? Они товарищу полковнику пригодились бы куда больше…
   Старший лейтенант посмотрел на часы и решил, что поисков квестовых артефактов на сегодня уже достаточно. Пора и честь знать, пора и в часть топать, тем более что Вяземский все еще числился старшим наряда по антитеррору… И так уже после совещания чересчур задержался в городе, хотя, по идее, числясь в антитерроре, вообще-то никуда отлучаться было нельзя.
   Почему? Ну а вдруг девчонки… То есть террористы. И плевать, что в этом медвежьем краю в крайний раз террористов ловили… эээ… да вроде как никогда еще не ловили.
   Исламский экстремизм не выходил на рамки лихачества на дорогах водителями маршруток из солнечного Азербайджана, а обитавшие на севере нивхи вряд ли хоть сколько-нибудь всерьез могли задумываться о такой штуке, как сепаратизм.
   Что еще оставалось из потенциальных террористических угроз?
   Русский Майдан? Так, слава богу, тут не столица, да и народ сейчас скорее сам пойдет разгонять митингующих, еще до прибытия полиции, чем поддержит мирный протест с коктейлями Молотова и уличными беспорядками.
   Или, быть может, стоило ожидать появления террористов из группировок Мученики Аль-Пармезана или Тигры освобождения Божоле, измученных многолетним запретом на поставку в Россию заморских яств? Так эти белоленточные черви только в социальных сетях и грозны, а вне любимого дивана резко теряют революционно-либеральный треш, угар и содомию…
   В общем, до безобразия спокойный край. Хоть три года во все стороны скачи, но ни одного террориста не встретишь… Так для чего же нужен наряд антитеррора? А чтобы был! Армия, мать ее.
   Да, маразм. Но так как это армия, то этот маразм был абсолютно естествен.
   Сергей подошел к своей машине, распахнул дверцу «Калдины», зашвырнул на переднее сиденье папку с документами и тетрадями, сел в машину, завел мотор…
   Вяземского посетила мысль. Хорошая мысль, поэтому старлей начал ее думать.
   Чертова квестовая указочка упорно не желала выходить из головы, вызывая боли в этой многострадальной голове, предназначенной для ношения форменного кепи.
   Однако почему должна была страдать только одна голова? Если у тебя болит голова и не хочет проходить, то надо вызвать головную боль еще у кого-нибудь. Самочувствия это не улучшит, а вот моральное удовлетворение принесет.
   Сергей задумал коварное – переложить непростую задачу нахождения указки на плечи срочников. Ради увольнения они не то что складную лазерную указку – синего кита в томатном соусе раздобудут. А если пообещать «жирный увал» – с вечера субботы до утра понедельника, эту указку если даже не купят, то самостоятельно смастерят…
   Настроение Вяземского, традиционно испорченное контактом с начальством, значительно улучшилось.
   Как сказал когда-то Маяковский – и жизнь хороша, и жить хорошо!..
   Правда, потом один хрен застрелился.
   Сергей проехал выше по улице, свернул на Горького и двинулся к площади, намереваясь объехать традиционную пробку на перекрестке Мира и Победы. Остановился на светофоре, планируя проехать по Есенина, свернуть вниз и по прямой ехать в городок…
   День сегодня был отличный – теплый, солнечный, но не душный, как часто бывало. В такую погоду хорошо бы рвануть на море, благо до него всего каких-то полсотни километров… Но нет же, нет. Временно исполняющий обязанности командира разведывательной роты старший лейтенант Сергей Вяземский должен ехать и делать свою ежедневную работу – гонять ленивых срочников и не менее ленивых контрактников…
   Делал он это, правда, не от большой вредности. Должность просто такая… вредная. Гонять других, чтобы тебя не гоняли… Документация, описи, борьба за чистоту и порядок… Никакой романтики. И никакой возможности уйти от царящего вокруг маразма. Не служба, а сплошная канцелярщина.
   Такая вот… защита Родины.
   Сергей был готов поспорить на что угодно – обычные люди представляют армию совсем не так. Однако лучше уж так, чем если армии действительно придется выполнять ее естественные функции…
   В послужном списке Вяземского не значилось участия в каком-либо конфликте, но вот наглядных примеров реально воевавших людей перед ним было навалом.
   Вот, к примеру, замком первого взвода – Олег. Нормальный мужик, но иногда складывалось впечатление, что со времен своей поездки в Чечню для мирной жизни он уже потерян бесповоротно.
   Нет, никакого афганского, вьетнамского или еще какого синдрома – обычно вроде все нормально… А потом – раз! И человека накрывает. И снова «давай держись, я тебя вытащу!», «прикрывай! прикрывай!» и все прочее.
   Страха это не вызывало – только не страх. Скорее уж жалость… Но нельзя же держать человека на службе, с доступом к оружию и боевым патронам в таком состоянии из одной только жалости? Да, спору нет – бойцом Олег был отличным, дело свое знал на совесть и новобранцев учил дай боже… Но другого ротный уже давно бы выгнал и не стал прикрывать за раздолбайство и пьянки… И за выходки тоже. История о том, как Олег как-то раз принял на грудь, поднял среди ночи срочников и в рамках «ночных тактических занятий» захватил караулку, разоружив весь наряд, теперь уже была настоящей легендой. Что ни говори, но и так пользующуюся изрядной долей уважения разведроту зауважали еще больше.
   Но это ведь не детские проказы, так что по-хорошему Олегу светило увольнение… Однако отделался он тогда, считай, легким испугом – всего-то на год перевели с его взводом в другой городок. Хорошо, что комбриг тогда в отпуске был и со всем разбирался зампотыл, который не столько на доморощенных захватчиков орал, сколько на раздолбаев-танкистов…
   Так почему Олег еще в армии? А хрен его знает – Вяземский этого так и не понял, да и не особо старался. Но в то же время решил, что увольнять Олега тоже не собирался, потому как роте он нужен.
   Такие вот дела.
   Сергей побарабанил пальцами по рулю.
   Минута ожидания на светофоре тянулась отчего-то слишком долго…
   Стоп. Да на нем же эти алые цифры «42» не меняются в принципе. Неужто завис аппарат?..
   Из лесопарка поблизости в небо неожиданно поднялась непонятная тень и рванула в сторону города. А затем еще одна, и еще одна…
   Старлей моргнул. Вгляделся внимательнее, провожая взглядом несущиеся к центру города летучие тени…
   Наваждение не пропадало.
   Это были то ли драконы, то ли еще какие-то птеродактили размером с небольшой самолет, с человеческими фигурками на шеях.
   «Допрыгался. – В голове Вяземского мелькнула ужасающая мысль. – Довели комбриги и указочки. Крыша поехала в неизвестном направлении…»
   Следом из леса начали ровным шагом выходить пехотинцы. Много. Очень много. Десятки… Сотни… Тысячи. Следом вышли и самые настоящие всадники на конях в белоснежных попонах.
   Лучи яркого летнего солнца заблестели на наконечниках копий и окованных металлом алых полуцилиндрических щитах. В воздух взметнулись золотистые значки и развевающиеся флаги. Легионеры, демонстрируя отличную выучку, сбивали щиты в плотный строй. Впереди них россыпью выдвинулись лучники и алебардисты. Кавалерия гарцевала на флангах.
   Все прямо как по науке… Конница – по бокам, в центре – тяжелая пехота, легкая пехота – впереди…
   Сергей несколько нервно хохотнул и начал понемногу успокаиваться.
   Его чердак был в относительном порядке. А это, наверное, просто какой-то фильм снимают. Про какую-то битву на Каталаунских полях или в Тевтонбургском лесу… Вон, и другие водители рядом, да и просто прохожие тоже рты поразевали и смотрят…
   Вот только…
   В таком захолустье снимают фильм про Римскую империю? Так, что даже никто не в курсе? Что за…
   Из леса по широкой дуге вылетел огненный шар, размером с бочку, пронесшийся по воздуху и ударивший по стоящим в пробке машинам метрах в двухстах ниже по улице…
   Мощный – ничуть не слабее разрыва гаубичного – взрыв разнес на части тяжелый самосвал и разметал стоящие вокруг него легковушки. Взметнулось и разлетелось ярко-оранжевое пламя, а следом за первым воздух прочертил еще десяток огнешаров.
   Взрывы превратили центральный проспект, забитый машинами, в огненный ад, полный разорванного металла и воплей сгораемых заживо людей. Ударной волной выбило окна в близлежащих домах. Один из огненных снарядов ударил в жилой дом, снеся его угол.
   Сергей переключил рычаг гидромуфты, ударил по газам и рванул вперед.
   Мысли о собственном сумасшествии улетучились как не бывало. Мыслей вообще почти не осталось – все эти вопросы: кто? зачем? откуда?..
   Все эти вопросы остались там, где по людям еще не била чужая артиллерия.

Интерлюдия

   – Аристоклес, все еще веришь в то, что там может быть что-то хорошее? – покосился он на стоящего рядом человека в синей мантии.
   – А ты все еще не веришь? – хмыкнул тот в ответ. – Брат, я ведь уже доказал, что мои расчеты были не просто выдумкой. А если верно и все остальное, что я нашел в архивах…
   Собственно, любого другого Туллий послал бы очень далеко, но Аристоклес, пусть и ставший магом, все-таки оставался его младшим братом. Вообще-то придворный чародей когда-то заявил, что потенциальные способности выше как раз у старшего из сыновей старого графа, но Туллий все-таки был наследником.
   Аристоклес никогда не блистал ни колдовскими, ни умственными способностями, однако был достаточно старателен и усидчив, потому и выбился в итоге в архивариусы одной из башен Круга. Где, собственно, и обнаружил старые зашифрованные записи, которые, как оказалось, таили в себе очень много интересного…
   – Мы войдем в историю, брат, – усмехнулся маг. – Впервые границы Империи пройдут не только в этом, но и в другом мире… И я думаю, что не будет большой наглостью потребовать за это титул прокуратора новых земель. Или ты против герцогского титула, брат?
   – На самом деле – да, против, – честно признался Туллий. – Мне вполне хватало и нашего графства…
   – Но все-таки ты мне помог?
   – Да, помог, – поморщился граф. – Хотя, признаться, когда впервые услышал твои речи, то хотел прогнать тебя прочь как умалишенного.
   – Однако я оказался прав, верно?
   – Верно…
   Аристоклес появился в замке Туллия четыре месяца назад, потрясая древними манускриптами и неся какую-то несусветную чушь о каких-то сокровищах…
   Как оказалось, маг раздобыл старые записи времен Второй империи о направленных на дальний восток экспедициях. Одна из которых обнаружила в районе современного Восточного предела племя коянов, поклонявшихся каким-то древним вратам, которые, согласно преданиям, этих варваров вели в другой мир…
   Экспедицию эта история не особо заинтересовала, потому как таких легенд по миру гуляло предостаточно, однако сами врата оказались реальны и построены явно не коянами. Варварам, не знавшим даже бронзы или меди, явно было не по силам возвести каменную арку-кольцо высотой в добрых полсотни футов. Причем, судя по записям, минерал, из которого она была сделана, науке известен не был…
   Туллий все это выслушал и, предугадав следующий вопрос брата, был краток – денег на экспедицию он давать не собирался.
   Однако, как оказалось, Аристоклесу деньги нужны не были – напротив, он сам предлагал взять на себя все расходы, но взамен ему нужны были верные и надежные солдаты.
   Немного поразмыслив, граф согласился, благо вскоре он все равно должен был отправиться в приграничные земли для участия в очередной карательной экспедиции совместно с имперской армией против инсургентов…
   Первоначально Туллий просто хотел оказать своему брату некоторую помощь, благо маг и сам пару раз выручал его в кое-каких ситуациях. Однако когда солдаты нашли в лесу лежащее на земле огромное кольцо из странного блестящего камня черного цвета, ситуация резко усложнилась.
   Спустя два месяца исследований поднятые и очищенные врата удалось включить.
   Да, именно включить.
   Туллий хорошо помнил, как одним вечером каменное сооружение завибрировало и загудело, а затем с яркой вспышкой внутренности арки затопило светящее белое марево. Кольцо стало похоже на громадную тарелку с молоком, поставленную на бок.
   В тот же вечер артефакт был срочно отключен, а на место раскопок прибыли сразу два имперских легиона, которые начали спешно возводить перед аркой несколько линий обороны. Официально они отправились на учения, но на самом деле были предоставлены в распоряжения Туллия, который задействовал кое-какие связи в Штабе командования Предела. Одновременно прибыло и подкрепление из Круга магов, которые занялись дальнейшим изучением заработавших врат.
   Однако ни Туллий, ни Аристоклес жаждой знаний не горели, а намеревались как можно скорее отправиться в другой мир. Этого же мнения придерживались и прибывшие вассалы графа, и командиры легионов.
   Риск в этом, конечно, был немалый… Помимо того, что можно было просто застрять на той стороне, некоторые двери просто не стоило открывать ни при каких обстоятельствах ради собственной безопасности.
   Например, ведь, по мнению некоторых историков, именно из другого мира и пришли когда-то адепты хаоса, которых Империя после многих сотен лет упорного противостояния выдавила в безжизненные ледяные пустоши на севере материка.
   Мнения разделились – представители Круга выступали за дальнейшее изучение могущественного артефакта, армейские командиры ратовали за немедленное уничтожение опасного предмета, а нобили горели желанием отправиться в завоевательный поход в земли по ту сторону врат.
   Решающее слово было за графом, который после некоторого колебания высказался за продолжение работ, поэтому все-таки было решено и дальше изучать врата. А в случае обнаружения за ними противника осуществить упреждающую атаку, после чего запечатать врата в иной мир.
   Все это требовалось для обеспечения похода на ту сторону без лишнего риска – чем-чем, а осторожностью Туллий славился всегда.
   Но все изменилось, когда при следующем включении врат из них вылетела самая обычная птица.
   Сбитая метким выстрелом наемного арбалетчика пичуга была опознана как самый обычный голубь, после чего и выплыла гипотеза о том, что арка может вести как просто в другой участок планеты, так и действительно в иной мир.
   Но мир достаточно безопасный и пригодный для завоевания и колонизации.
   И вот сегодня впервые на ту сторону были отправлены люди – разведывательный десяток одного из приданных легионов.
   В ожидании возвращения разведчиков перед аркой сейчас находились командующие потенциальным корпусом вторжения.
   Аристоклес, как довольно скверный чародей, но в то же время неплохой организатор, осуществлял руководство приданными магами, коих насчитывалось пять человек. Еще чародеев шесть прибыли вместе с тремя легионами, но они подчинялись своим легатам.
   На Туллия же, как на де-факто правителя окрестных земель, было возложено командование обычными войсками. Восточный предел хоть и считался частью Империи, но, как и любая пограничная территория, был той еще феодальной вольницей. Столица не вмешивалась до тех пор, пока многочисленные графства, баронства, княжества, епископства, торговые республики и вольные города платили налоги в казну и выставляли солдат.
   Хотя стояли здесь и имперские войска, которые де-юре не подчинялись никому, а на деле внимательнейшим образом «прислушивались» к распоряжениям графа Туллия.
   Вот и сейчас они были в первую очередь привлечены для вторжения. Стальной каток легионеров должен был сломить любое возможное сопротивление, а дворянскому ополчению, что пойдет следом за ними, достанутся все трофеи…
   Возможно ли такое, что корпус вторжения понесет потери? Практически исключено. Имперской армии и дворянскому ополчению даже на равных способен противостоять противник лишь уровня кочевников Великой степи или дикарей из Ледяных пустошей…
   Три полнокровных легиона, три тысячи солдат из местных дворянских дружин, и по тысяче наемных стрелков и алебардистов. Всего – двадцать тысяч человек. Немалая сила в умелых руках! А граф Туллий Варрон хоть и не хватал звезд с неба в плане полководческих талантов, но и особым бездарем не был. К тому же его руководство, как обычно, было лишь верховным – все основная работа традиционно легла на командиров легионов…
   Неожиданно из белого марева начали один за другим выходить человеческие фигуры. Зелено-бурые плащи, низкие круглые шлемы, легкие кожаные доспехи – разведчики! Один, два, три… Вернулся весь десяток, что уже радовало.
   Разведчики миновали открытое пространство перед вратами и начали проходить через ряды заграждений, установленных перед контрвалационной линией, окружавшей портал, направляясь в сторону ближайших врат.
   Туллий вместе с легатами и несколькими нобилями спустился со смотровой вышки к разведчикам.
   – Ваша светлость, – кулак солдата глухо стукнул по кожаной кирасе напротив сердца, – разрешите доложить.
   – Докладывай, центурион, – кивнул Туллий.
   – По вашему приказу местность по ту сторону разведана. Вокруг лес, дальше поля, невысокие горы на горизонте. Жарко – теплее, чем у нас. Небо, земля, вода – все как у нас. А вот травки и живность как у нас в северных провинциях примерно.
   – Местные жители?..
   – Так точно, обнаружены. Много, одеты чудно. Только люди – нелюдей не видно. Вооруженных – тоже, – ответил центурион. – Город большой, каменный. Примерно миля от врат. Много высоких инсул – выше четырех этажей. Какие-то самоходы – как у гномов, но другие. Укреплений нет – ни башен, ни стен, ни рвов, ни фортов.
   – Что за народ может пренебрегать стражей и укреплениями? – презрительно скривился один из легатов – Сульперий. – Либо это какая-то глухомань, либо народ там позабыл, с какой стороны браться за меч. Как солнцепоклонники.
   – Магия? – озабоченно произнес Аристоклес.
   – Никак нет, милорд маг. У меня боец есть – Линус, колдовать не умеет, но волшбу чует. Сказал – вообще ничего не засек. Думается мне, милорд маг, народец там – что-то вроде наших гномов, которые только к механической волшбе и способны.
   – А как думаешь, центурион, – спросил Туллий. – Город возьмем?
   – Даже одним легионом – запросто, – ухмыльнулся разведчик. – А город богатый, торговый наверняка – добычи много можно взять…
   Граф мысленно вздохнул.
   Что ж, самые дурные мысли о том, что эти врата могут вести куда-нибудь в ад, не подтвердились. Слава богам и трижды хвала им! А теперь перспективы вторжения выглядят весьма и весьма заманчиво…
   Туллий мысленно выделил из грядущих завоеваний кусок себе и два лена своим младшим отпрыскам…
   Мысль графу понравилась.
   Империя запрещала делить уже имеющееся, но не возбраняла безземельным аристократам завоевывать себе владения на новых землях.
   – Отлично, – улыбнулся Туллий. – Тогда готовимся к наступлению!

Сергей Вяземский

   Получить приказ на выдвижение и уничтожить противника. Если эти ряженые легионеры убивают наших людей – они противники. И плевать, откуда они вывалились – из прошлого или другого мира, и что у них на вооружении – катапульты, пушки, бластеры или заклинания. Ни в коем случае нельзя задерживаться в городе, пытаясь кого-нибудь «спасать» – надо прорываться.
   Начнешь геройствовать, даже не имея при себе оружия – и сам помрешь, и других не спасешь, только зря пропадешь…
   Вяземский несся параллельно лесу и видел, как из него выходят все новые и новые легионеры, выдвигающиеся в сторону города. Чисто навскидку их уже всего собралось несколько тысяч – точнее посчитать не получалось…
   Неожиданно по кузову машины что-то забарабанило, левое заднее стекло разлетелось вдребезги, а в левой передней двери застряло что-то вроде стрелы или арбалетного болта. Сергей резко увеличил скорость, выходя из возможной зоны поражения.
   Спустя минут пятнадцать он уже стоял перед воротами части, на автомате обматерив стоящих на КПП[1] солдат за нерасторопность, хотя это были уже просто нервы. Наряд, кстати, был при броне и оружии, а значит, скорее всего, в части уже были в курсе того, что в городе творится что-то неладное.
   Машину пришлось бросить на стоянке перед вторым КПП, после чего бегом нестись в казарму.
   Как и ожидалось, городок уже стоял на ушах.
   Срочники из казарм танкистов, инженеров и БМТО[2] неслись в парк с техникой, волоча за собой оружие и тревожные мешки. А напротив казармы разведчиков уже стояли пригнанные из парка БТР и бронированный «Урал». Еще один «Урал», но уже обычный, стоял около казармы снайперов, что находилась напротив.
   – Давай, давай, давай!.. – стоящий на крыльце Олег – уже экипированный по максимуму, подгонял солдат. – Серега, только тебя ждем! Локтев, придурок!.. Хрена ли ты мечешься? Ну-ка, тащи сюда автомат, каску и броник командиру!
   – Выдвигаемся в город? – спросил Вяземский, переводя дыхание и поворачивая кепи козырьком назад.
   – Боевая тревога. Сигнал антитеррор, из штаба звонили – орали что-то непонятное. Ты в курсе, что вообще происходит?
   Рассказать про драконов, кавалерию и легионеров? Еще чего!
   – Хрен его знает, – сплюнул Вяземский, натягивая бронежилет, разгрузку поверх и каску на голову. – Дерьмо какое-то в городе. Какие-то ряженые на улицах… Но убивают по-настоящему.
   – Террористы, – глаза Олега нехорошо заблестели. – Вот с-суки… Даже сюда добрались… Ну, ничего, сейчас мы им покажем…
   Сергей взял автомат, вставил снаряженный магазин, передернул затвор и поставил на предохранитель.
   Запоздало пришла мысль, что это вообще-то будет его первый настоящий бой…
   – Как с патронами? – спросил старлей.
   – Да сколько там в ящике-то было? – скривился сержант. – Всем по три магазина раздал, один черт, надолго не хватит – минут на пять нормального боя. Надо получать возимый БК[3] на складах…
   – Ясно. Тогда я пока к дежурному.
   Дежурным по городку сегодня стоял бывший ротный разведки, а ныне – комбат БМТО, майор Кравченко. Вяземский сначала рванул было к штабу, но заметил долговязую фигуру в форменной рубашке и брюках около казарм танкистов. Рядом с ним обнаружился и начштаба танкового батальона, и комбат инженеров. Сапер уже был при автомате и каске с броником, а вот танковый майор был безоружен и явно растерян.
   Впрочем, вряд ли нашелся хоть один бронежилет, который налез бы на такое необъятное пузо…
   – Серега!.. – окрикнул Кравченко Вяземского с полусотни метров. – Давай сюда!
   – Денис Юрьевич…
   – Из города? Что там? – быстро спросил майор. – Из штаба сказали, что их штурмуют, потом связь оборвалась.
   – Там ряженые какие-то в городе, – Сергей старательно подбирал слова, чтобы и ситуацию обрисовать, и психом не выглядеть. – Террористы или еще кто – хрен их разберет. Много – несколько тысяч. Вооружены легко… Хотя есть что-то типа граников[4] или легкой артиллерии.
   – Ты угораешь, что ли? – нахмурился Кравченко. – Какие еще несколько тысяч? Какая еще легкая артиллерия?
   – У меня машину в нескольких местах прострелили, – огрызнулся старлей. – Хотите, покажу?
   Прострелили. Стрелами. Но это уже, как говорится, нюансы…
   – Ладно, верю. Говоришь, много?
   – До хрена, командир. Что делать-то?
   – Пойдете со снайперами первыми, – скомандовал майор. – Как заберете на складе БК, сразу выдвигайтесь. Действуйте по плану антитеррора – прорывайтесь к штабу и охраняйте его. Продержитесь хотя бы полчаса – потом мы попробуем танки подтянуть. Понял, нет?
   – Денис, ты обалдел? – нервно произнес начштаба танкистов. – Какие еще, твою мать, танки? В городе? Ты знаешь, что нам потом за это будет?
   – А ты знаешь, что нам потом будет, если это будет второй Буденновск?! – рявкнул майор. – Рыжик-то отбрешется, а залетим мы с тобой, Леша – на нары залетим или тюленями на Новой Земле командовать. Понял, нет?
   – Была террористическая угроза, – пробасил комбат инженеров. – Если будет надо, и танки двинем, и я своих подтяну – ИМР[5] в городе не хуже танков будут…
   – Да какие, вашу мать, у нас террористы?! Вы сдурели, что ли?!
   – А ты оглох, что ли, Леша? – осведомился Кравченко. – Там сейчас взрывы и перестрелка. Какая разница, мать, кто это? Понял, нет?
   – Я своих сейчас обратно в казармы загоню, – отчеканил начштаба. – Никаких тебе танков. Раскомандовался тут… Пока ничего не прояснится, я и пальцем не пошевелю. Пока сверху приказа не будет, я…
   – А я тебя сейчас возьму и под арест посажу, – пообещал майор. – Приказ сверху? А штаб для тебя кто теперь – мухи болотные? Иди лучше, Леша. Я лучше с твоими летехами переговорю – они у тебя парни нормальные. А с тобой я потом потолкую. Понял, нет?
   – Допрыгался ты, Денис… – сквозь зубы процедил танкист и зашагал в сторону своей казармы.
   – А ты добзделся, Леша. Вот почему он такое дерьмо, а, мужики? – задал в общем-то риторический вопрос Кравченко, когда начштаба отошел на приличное расстояние. – Комбат-то у них нормальный… Только в отпуске сейчас. Короче, все поняли, мужики? Первыми пойдут подразделения постоянной готовности, потом танкисты и инженеры. Если совсем худо будет – погоню это стадо бээмтэошное, но это уже на крайняк, потому толку с них будет мало. Поняли, нет? Тогда действуем.
* * *
   В бинокль было видно, что вся северная часть города уже занята противником – повсюду мелькали алые щиты и конные разъезды, возникающие из дыма. Откуда взялся дым? Просто Владимирск горел, подожженный сразу в нескольких местах. Средневековый деревянный город пожар спалил бы на раз, но Владимирск от катастрофы спасала современная застройка панельными многоэтажками.
   В воздухе стоял запах паленой резины и пластмассы, кое-где среди стелющегося сизого дыма поднимались черные жирные клубы. Видимость была откровенно паршивая – постоянно висящий над городом смог и так не всегда позволял видеть дальше пары километров, а сегодня все стало и того хуже. Примерно как когда Владимирск время от времени накрывало дымом от лесных пожаров вокруг города.
   – Хрень какая-то… – пробормотал Олег, тоже оглядывая местность в бинокль, высунувшись из соседнего люка БТР. – Что это за дрянь вообще?
   Среди поднимающихся столбов дыма в воздухе металась все та же тройка громадных теней летучих тварей.
   – Террористы.
   – Прикалываешься, командир? Это какие-то римляне из кино, мать их, а не террористы.
   – Людей убивают? Город жгут? Значит, террористы.
   Этому выводу Олег не стал ничего возражать, хотя и недовольно поморщился.
   – Эй, разведка! – крикнули из стоящего в конце мини-колонны «Урала» снайперов. – Что видно?
   – До Мира уже все захвачено! Съезжаем на Ленина и прорываемся там!
   БТР фыркнул двумя потоками сизого дыма и двинулся вперед рядом с трассой, которая была наглухо забита спасающимися из города людьми. Движение на основных магистралях, и так довольно плотное в обычные дни, сейчас встало почти наглухо, поэтому в город разведчики вошли, петляя по небольшим узким улочкам.
   Где-то вдалеке слышались звуки спорадических перестрелок, которые возникали по всему городу. Нападавшие явно столкнулись где-то со стихийным сопротивлением… Мало ли в обычном городе мест, где есть оружие и люди, умеющие им пользоваться? Полиция, ФСБ, те же подразделения, расположенные в самом городе…
   Сергей опустился обратно на маленькое и неудобное сиденье и обернулся назад.
   Сидящие в десантном отсеке солдаты сосредоточенно подгоняли снаряжение. По списку взвод – де-факто по численности лишь отделение. Но хотя бы все уже старослужащие, прошедшие учебку, – пацаны серьезные и крепкие. Еще три взвода-отделения в броне-«Урале» при двух контрактниках-сержантах. И еще два десятка снайперов стрелковой роты в крайней машине – итого в общей сложности чуть больше семидесяти человек. Мало! И боекомплекта мало, даже с учетом запаса для антитеррора…
   – Парни, дело серьезное, – произнес Вяземский. – Облажаться нельзя. Патронов мало, так что стрелять короткими…
   Сергей вспомнил то, что видел сам…
   – И что бы вы там ни увидели – не удивляйтесь. Хоть эльфов, хоть инопланетян – мало ли что. Понятно, нет?
   – Так точно, тарщ старший лейтенант! – дружно рявкнули разведчики.
   Ну, понеслась…
   Боевые машины прошли по проспекту Ленина, свернули на Пуркаева и вышли на Чехова – улица узковатая, зато почти всегда полупустая…
   И почти сразу же наперерез из переулка метрах в двадцати впереди выдвинулась сотня щитоносцев, ощетинившихся копьями.
   Против бронемашины? Смеш…
   Вылетевшие из-за спин легионеров стрелы забарабанили по корпусу БТР, неспособные пробить его… Но затем прямо в лоб ударил огненный шар, разорвавшийся на броне. Уши сидящих внутри заложило от грохота, а правый смотровой триплекс пошел трещинами. И почти сразу же загрохотала автоматическая пушка, хлестнув короткой очередью.
   – Выводи нас отсюда! – проорал Сергей мехводу, приникая то к одному, то к другому перископу.
   На дороге осталось лежать больше десятка тел, но легионеры сомкнули ряды и довольно грамотно отошли за ближайшее здание, не пытаясь атаковать снова.
   Зато уже спустя пару минут рация взорвалась отборным матом – ругался командир снайперов. А над машинами пронесся уже знакомый дракон-птеродактиль.
   – Разведка, нас сверху накрыли! Стрелами какими-то! У меня четверо «трехсотых»!
   «Урал» снайперов был просто тентованный, поэтому никакой особой защиты обеспечить не мог. Вяземский вознес мысленную хвалу ротному, который когда-то не пожалел коньяка, чтобы разведке достался бронированный грузовик, раздобытый зампотылом неизвестно где и неизвестного у кого…
   – Ранены тяжело?
   – Стрелять смогут, бегать – нет!
   Хоть что-то…
   Спустя пару минут небольшая колонна повернула на Компроспект, и спереди показалось массивное здание штаба бригады, охваченное огнем. Решетчатые металлические ворота были снесены, а вокруг здания собралось несколько сотен солдат в алых плащах. Некоторые из них вели из арбалетов стрельбу по окнам, другие же выбивали тараном двери.
   – Серега, кто это, мать их?!
   – Противник! Не тормози – бей!
   Олег с ходу полоснул из пушки и пулемета по осаждающим, а мехвод, явно решивший, что «не тормози» – это ему, заехал на бордюр и выбил секцию металлического забора вокруг штаба, направив машину прямиком в сторону легионеров. Те попытались сбить строй и выставить на пути БТР стену щитов, но многотонная бронированная машина с легкостью смяла легионеров, оставив от них лишь в прямом смысле мокрое место.
   БТР вывернул во внутренний двор… И тотчас же получил в борт пучок молний. Сидящих внутри бронемашины чувствительно тряхнуло током. И тут же, кажется, накрылся электропривод башни, потому как Олег начал с матами проворачивать ее вручную.
   В следующее мгновение БТР клюнул носом и остановился как вкопанный.
   – К машине! – рявкнул Вяземский.
   Старлей не знал, что конкретно случилось, но оставаться в обездвиженном БТР сейчас было смерти подобно, поэтому лучше было попытать счастья снаружи.
   Один из солдат распахнул дверцы бронемашины и выскочил наружу… Но почти сразу же он влетел внутрь от удара попавшего в живот копья. Хорошо еще удар пришел в бронепластину, и боец не пострадал, но несколько солдат моментально открыли стрельбу в дверной проем, разумеется, забыв о предупреждении бить одиночными.
   – Оставить! Прекратить огонь!
   Вновь загрохотали пушка и пулемет, а тем временем солдаты высыпались из всех люков БТР и залегли вокруг. Сергей выскочил из машины и сразу же плюхнулся на горячий бетон рядом со ступенями, ведущими к парадному входу в штаб.
   Противник отходил, неся потери от частого одиночного огня вступивших в бой остальных разведчиков и снайперов. Отходил неправильно – по-средневековому, пытаясь сбиться в плотный строй и выставив щиты и изредка огрызаясь стрелами. Неясно, на что они надеялись, но эти щиты «калаши» и СВД дырявили навылет, будто картон. Сергей ловил на мушку одного врага за другим, целясь в верхнюю часть щита, и легионеры падали на землю раз за разом.
   Спустя всего несколько минут пространство вокруг штаба покрылось телами в алых плащах, которые кое-где лежали сплошным багровым ковром.
   – Все живы? – крикнул Вяземский. – Саня, Эмиль!..
   – Петрова зацепило!
   – У нас норма! Только Локтев лоб разбил!
   – Снайпера?..
   – Порядок!
   – Снайпера, давайте в штаб – мы зачистим вокруг!
   – Понял тебя, разведка!..
   Но сначала старлей проверил БТР, который противник умудрился каким-то образом вывести из строя.
   Как оказалось, газон, на который заехала машина, неожиданно превратился в натуральное болото, в котором завязли передние колеса БТР.
   – Олег! – Сергей постучал по броне. – Что с машиной?
   – Дай мне минут пятнадцать, – послышалось из открытого люка вперемешку с ругательствами. – Мотор пашет, а вот предохранители все повыбивало к чертовой матери…
   – Добро, – кивнул Вяземский. – Взвод, за мной!..
   Разведчики двинулись вдоль стены штаба, обходя его с правой стороны. Миновали десятки разорванных едва ли не в клочья тел в алых плащах – если человека в месиво может превратить даже небольшая автоматная пуля, то что уж говорить о 30-миллиметровом снаряде? От такого не спасали ни щиты, ни доспехи…
   Зрелище было малоприятное, но сейчас у всех в крови явно зашкаливал уровень адреналина, так что никому дурно не стало. Не до этого сейчас. Главное, не пропустить атаку… Пусть против них – сущие варвары, но от стрелы в шею или копья между бронепластин не спасет ни автомат, ни кевларовая каска…
   Из-за растущих метрах в десяти впереди деревьев вывернул какой-то непонятный воздушный вихрь, и, повинуясь внезапному наитию, Вяземский рухнул на землю.
   – Лечь!..
   В следующую секунду вихрь буквально взорвался, хлестнув над залегшими разведчиками призрачным потоком, а от стены штаба отделился зыбкий полупрозрачный силуэт, напоминающий «хищника» из одноименного фильма в маскировке.
   Сергей щелкнул переключателем режима огня на автоматическую стрельбу и хлестнул по зыбкой фигуре короткой очередью.
   Силуэт мигнул и рухнул на бетонную дорожку человеческим телом в длинном синем балахоне, перечеркнутом несколькими алыми отметинами от пуль.
   – Невидимка!.. – ахнул кто-то.
   – Маг!..
   Противник получил в спину три автоматные пули, способные превратить все внутренности человека в сплошное месиво, но все равно умудрился перекатиться и сделать короткий жест в сторону старлея. Лишь чудом Вяземский успел откатиться в сторону, а то место, где он лежал только что, пропахала глубокая борозда шириной с ладонь и длиной с полметра.
   По колдуну тотчас же открыли плотный огонь остальные бойцы, буквально изрешетив его.
   – Прекратить огонь! – скомандовал Сергей, поднимаясь на ноги и осторожно двигаясь в сторону лежащего в луже крови врага, не сводя с него автомата.
   Удивительно, но враг еще был жив. И это был первый противник, которого удалось рассмотреть более-менее подробно. Мужик лет сорока – слегка полноватый, слегка лысоватый. Ничего особенного. Сними с такого этот балахон, наряди в костюм, и его будет не отличить от какого-нибудь финансового директора.
   Вяземский почувствовал неестественное колебание воздуха и моментально всадил пулю в лоб врага. Колдун или нет, но это на него подействовало.
   – Это че, это они, выходит, маги и рыцари? – произнес один из бойцов.
   – По хрену, – сплюнул Сергей. – Пусть будут маги. Значит, магов бить в первую очередь, и бить в голову.
   – Тарщ старший лейтенант, а че вообще происходит, а?
   – Да если бы я знал… – честно ответил офицер. – Все, хорош трындеть. Продолжить движение!..
   На зачистку местности вокруг потребовалось минут пятнадцать. И то зачисткой это можно было назвать лишь с натяжкой – легионеры вполне разумно отошли, столкнувшись с контратакой. Можно было смеяться над их щитами и копьями, но действовали они абсолютно верно тактически. И, если честно, разведчикам просто повезло с техническим превосходством – противостоящие им солдаты явно были неплохо обучены…
   Но лишь для противостояния себе подобным.
   Проблемы могли доставить только так называемые маги… Сергей не знал, действительно ли это какие-то колдуны, особо продвинутые инопланетяне или биороботы, но факт оставался фактом – именно их стоило опасаться всерьез. Но и от случайной стрелы или копья тоже никто не застрахован, и это не шутка. В условиях городской застройки у разведчиков не будет подавляющего преимущества в дальнобойности оружия, а значит, луки и арбалеты врага будут достаточно эффективны. Особенно если легионеры смогут позволить себе лупить сотнями стрел в залпе.
   Мелькнула мысль, что совсем неплохо было бы раздобыть для защиты крепкие щиты… Может, трофейные взять? Нет, слишком уж они были громоздкие – с такими особо не побегаешь с непривычки, тут бы что-то полегче найти…
   Сергей невольно усмехнулся, представив, что такими темпами и мыслями разведке вскоре надо будет экипироваться точно так же, как и противнику. Только вместо копий будут автоматы, а вместо мечей – пистолеты…
   Парадный вход в штаб оказался забаррикадирован, так что заходить пришлось с запасного, через который в здание уже зашли снайперы и рассредоточились по штабу, занимая установленные заранее огневые позиции.
   На втором этаже разведчиков встретил явно нервничающий офицер в мятом кителе и с пистолетом в руке. Этого лейтенанта Сергей не знал, потому как со штабными никогда особо не общался.
   – Старший лейтенант Вяземский.
   – Помощник дежурного лейтенант Филиппов… Черт, мужики, как же вы вовремя – у меня всего три патрона оставалось…
   – Можешь рассказать, что тут было?
   – Да чертовщина какая-то… – пробормотал лейтенант с не первой попытки засовывая пистолет в кобуру. – В городе начали взрывы греметь, перестрелки где-то вроде были… Потом по проспекту спустились эти… рыцари, мать их… и пошли на штурм. Дежурный сразу же вам в городок отзвонился – только и успел. А потом эти первый этаж из чего-то обстреляли, дежурка сгорела подчистую, и дежурного самого тоже накрыло…
   – Значит, тоже не знаешь, что это за гоблины?
   – Да откуда, старлей? – с тоской произнес Филиппов. – Я вообще ни хрена не понимаю, что происходит…
   – Ладно, ладно! Сколько у тебя тут народа, оружия?
   – Около сотни. Оружия… Считай, нет оружия – пистолеты у офицеров и фельдъегерей да несколько автоматов… Но патронов уже и нет почти…
   – А комендантская рота?
   – Комендантская – в комендатуре. А при нас должна быть всякая штабная шушера – хакеры, водилы… – с раздражением бросил лейтенант. – Но они как сидели у себя в казарме, так и сидят – все равно от них толку никакого. Стрелять не умеют, да и оружия, считай, нет…
   Ну, тоже логично. К чему бросать на убой тех, кто вообще ни хрена сделать не сможет?
   Подошел лейтенант снайперов – невысокий, всегда спокойный, как удав, Темиргалиев.
   – Разведка, я своих по местам расставил, – сообщил он Вяземскому. – Пацанам сказал бить по любой средневековой гадине, что сюда будет ползти. Что у тебя?
   – Вокруг чисто, выбили только один отряд в полсотни рыл около гаражей.
   – То-то, что выбили… Разведчиков и снайперов слишком мало, а противников слишком много – даже под огнем враг в основном рассеивается, но истребить его пока что просто нереально.
   – Еще мага прикончили, – добавил Сергей.
   – Смешно, – хмыкнул Темиргалиев.
   – А мне что-то не особо. Считай, что это просто их тяжелое вооружение – гранатометчики или снайперы. Нам попался мужик в каком-то балахоне – молниями кидался и еще каким-то телекинезом… Маскируется здорово.
   – Понял тебя, – снайпер посерьезнел. – Я передам своим, чтобы по любой подозрительной тени били.
   – Добро, – кивнул Вяземский.
   Где-то в городе все еще слышались звуки перестрелок.
   У рыцарей огнестрела нет, значит, это обороняются менты или еще кто… Хорошо бы связь с ними установить.
   – Связь есть? – спросил Сергей у дежурного. – Кто еще есть в городе?
   – Нет связи, старлей, говорю же. Если только по сотовым созваниваться… С трудом. Сеть ложится, видно.
   Вяземский с некоторым трудом пошарился под бронежилетом, но мобильник из внутреннего кармана все-таки выудил.
   Сигнал сети был непривычно слабым, но все-таки был.
   – У меня порядок. Так кто в городе?
   – Комендантская рота и рота РХБЗ[6] в двухстах метрах от нас. Возле Луча – связисты, на Победе – рембат и ВАИ[7]. Еще КСП[8] и комендатура на Комсомольской.
   Негусто… Ой как негусто… По численности – да, почти батальон можно собрать, но этот батальон разбросан по всему городу, да и вряд ли у этих подразделений достаточно оружия и патронов. В одной из казарм БМТО, например, даже оружейной комнаты не было, потому как «там же такие звери, что им даже оружия не дают». Материально-техническое обеспечение, а по сути своей – тот еще стройбат…
   Но связь была нужна позарез. Координировать действия необходимо – хотя бы даже тот же отход…
   – Лейтенант, нужны телефоны командиров всех этих пунктов. Ну или просто офицеров и контрактников оттуда – нужно связь установить.
   – Да откуда у меня все их телефоны? – удивился Филиппов. – Я там народ знаю, но телефоны не спрашивал…
   – Лейтенант, в себя приди! – Сергей возвысил голос. – Ты в штабе или кто? Подними списки оповещения или еще какие есть бумажки. Срочников напряги – пускай ищут и обзванивают, у них же у каждого мобильник при себе. Надо шевелиться, пока сотовая связь не накрылась.
   – Черт… – Дежурный провел рукой по лицу. – Торможу, да… Я тогда пойду.
   – Давай, лейтенант. – Вяземский покрутил в руках сотовый, подумал и набрал Кравченко.
   – Да! – после некоторого ожидания послышался голос майора сквозь рев двигателей и шум помех. – Говори!
   – Командир, штаб заняли, уродов рассеяли. Держим оборону. Сейчас попробуем наладить связь с другими подразделениями в городе.
   – Кто противник? Обрисуй ситуацию.
   – Пехота, несколько тысяч. Вооружение – копья, щиты, луки…
   – Чесноки… М-мать, Серега, тебя там контузило, что ли? Какие, в задницу, копья?!
   – Командир, я сейчас кого угодно к телефону позову – они тебе то же самое скажут.
   – Мать… Ладно, пусть будут копья. Еще что?
   – Кавалерия – тоже несколько тысяч, – несмотря ни на что, Сергея до сих пор не покидало ощущение, что он не говорит, а бредит. – Видел трех летучих ящеров – возможно, разведка. Что-то типа тяжелого вооружения – огонь, молнии. Некоторые очень хорошо маскируются, живучие – десяток пуль в тело не прикончил, только пуля в голову.
   – Серега, если я всего этого не найду, то тебя в психушку сдам, – пообещал майор. – А если найду… то сам пойду. Все, до связи!
* * *
   – БТР на ходу, командир, – доложил Олег. – Проводку коротнуло, но башню я кое-как подшаманил. Из канавы вылезли.
   – Ясно, – кивнул Вяземский. – У тебя что, лейтенант?
   – Списки оповещения подняли – сейчас налаживаем контакты, – ответил Филиппов. – Связисты штурм отбили, но у них большие потери – сейчас забаррикадировались в казарме и держат оборону. До рембата враг пока не дошел, ВАИ там же находится. РХБЗ сказали, что собираются идти на прорыв, потому как вокруг полно рыцарей. До комендатуры пока не достучались. ФСБ на связи – держатся в своей конторе, но их немного. С УВД связи нет, а надо бы – нам бы сейчас больше всего пригодились их омоновцы…
   – Брату надо бы звякнуть – он у меня в УВД как раз служит… – неожиданно подал голос Темиргалиев.
   – Так звони! – немедленно произнес Сергей. – Они сейчас – самые боеспособные во всем городе, не считая нас.
   – Лады. – Снайпер достал телефон и вызвал один из контактов. – Алло! Алло!.. Вот дрянь… Не связь, а дерьмо… Тимур! Тимур?.. А Тимур где? Не понял, повтори. Ага. А ты кто? А вы где вообще? Повтори. Так. Так! Понял. Командира? Сейчас.
   Снайпер протянул свой телефон.
   – Старший лейтенант Вяземский, – представился Сергей. – Разведрота.
   – Эриксон на связи, – в трубке сквозь квакающие помехи послышался слегка хриплый голос. На заднем фоне слышался какой-то шум, крики и одиночные выстрелы.
   – Кто? – не понял разведчик.
   – Черт… Извини, старлей, это я по привычке – позывной это мой, Эриксон. Я тут в исполкоме… Тьфу! Ну, в этой, обладминистрации, или как она сейчас называется… Короче, тут куча шишек и нас обложили эти херовы реконструкторы. Я, типа, оперативное командование на себя принял. Ментам маякнули, но они увязли где-то на подходе, а эти уроды уже внутрь ломятся.
   – Понял тебя, Эриксон. Сколько продержитесь?
   – Полчаса максимум.
   – Сколько народа?
   – До хрена. Сотня где-то. Люди, чиновники и демократические журналисты.
   – Ясно. Тогда продержитесь там полчаса.
   – А куда мы денемся, старлей? – хрипло хохотнул Эриксон. – Эй вы! Тащите сейф к окну! Да мне и уродам снаружи по хрен, что ты вице-мэр, тащи, кому говорю!.. Давай, старлей, ждем!
   – Ну что там? – спросил Олег.
   – Горисполком обложили, – сообщил Сергей. – Там куча шишек, а в целом задница. Если за полчаса к ним не доберемся, то им каюк. Берем БТР и наш «Урал» и рвем к исполкому. Булат, остаешься здесь за старшего. Отправьте кого-нибудь за Эмилем – пускай поведет грузовик. Олег, бери Карташова – двинем на БТР. Да, Булат, и скинь мне номер твоего брата, чтобы можно было при подходе созвониться…
   – Впятером и с бэтээром? – усомнился Филиппов. – Не удержите вы администрацию, нереально это…
   – А на кой нам ее удерживать? Народ лучше вывезти сюда – места хватит, а силы лучше не распылять.
   – Сто человек на БТР и «Урале»? Придется делать несколько рейсов…
   – Да что вы, штабные, понимаете в вопросах перевозки личного состава… – хмыкнул Сергей. – «Урал» вмещает не двадцать или тридцать человек, а столько, сколько нужно. Все, парни, держитесь тут – скоро вернемся.
   Разведчики прошли по коридору, спустились по главной лестнице в вестибюль. Пожар на первом этаже уже потушили, но все вокруг было в копоти, а парадная дверь забаррикадирована всяким хламом.
   Логично, но практически бесполезно, учитывая выбитые окна, через которые проникнуть внутрь особого труда не составляло. Направление здесь было опасное, поэтому главный вход прикрывал пулеметный расчет, а на верхнем этаже Темиргалиев посадил несколько своих снайперов. Не густо, но, по идее, должно хватить… Вряд ли легионеры сунутся сюда еще раз. Если воспринимать их как каких-нибудь варваров или дикарей, знакомых с магией, огнестрельное оружие должно было показаться им проявлением магии…
   По крайней мере, Вяземский думал именно так.
   Что-то вроде того, как если бы он с ротой собирался взять штурмом узел связи с десятком солдат внутри, но был отогнан появившимся танковым батальоном. Соответственно, для повторной атаки Сергей бы запросил подкрепление и усиление…
   Применительно к легионерам это означает, что им придется собрать несколько тысяч солдат, подтянуть пару магов и запастись осадным снаряжением…
   Никогда раньше Вяземский не думал, что ему когда-нибудь придется на полном серьезе о таком размышлять.
   Спустя несколько минут небольшая колонна, состоящая из БТР и бронированного «Урала», выехала через выбитые главные ворота штаба бригады. И Сергей предпочитал лишний раз не задумываться о том, по чему конкретно они сейчас ехали с таким влажным хрустом, ведь убрать тела погибших легионеров не было ни сил, ни желания…
   Добраться до областной администрации было делом не таким простым, как это казалось на первый взгляд. Да, от штаба до нее было от силы минут пятнадцать пешком, но это же пешком. А пешком сейчас лучше было не передвигаться – опасно для жизни. Мечи не мечи, копья не копья, а отряд человек в сто имеет реальные шансы подобраться в дыму на расстояние броска и элементарно задавить массой десяток автоматчиков.
   Значит, только транспорт.
   Но это порождает уже другие проблемы. Не Москва, чай, город не особо большой – даже не миллионник, но и в обычные дни по центральным улицам так просто не проедешь. Пробки же.
   Сегодня же когда началось… началась эта атака, видимо, все сначала попытались выбраться из города на транспорте… И моментально забили все основные магистрали. После чего машины были брошены, а народ разбежался по домам и просто окрестным зданиям – торговым центрам, банкам, офисам…
   Кое-где удалось пройти по свободным переулкам и объехать автомобильные заторы по тротуарам… Но в районе площади Ленина, где находилась администрация, дороги стали практически непроходимы.
   Пришлось сделать значительный круг, обойдя площадь с юга, после чего разведчики укрыли машины за одним из зданий, а Вяземский вылез из БТР и решил немного осмотреть местность.
   Результаты наблюдения были не слишком утешительны, но вполне ожидаемы – исполком обложило несколько тысяч легионеров. Причем на этот раз при поддержке нескольких сотен всадников, которым, по правде, Сергей так и не смог придумать сколь-нибудь логичной роли при штурме здания.
   Зато десяток громил ростом под два с половиной метра, которые деловито мастерили из срубленного тополя таран, его напрягли куда сильнее. Потому что как раз им командир разведроты отдельной мотострелковой бригады мог найти отличное тактическое применение…
   Особенно командир разведроты мотострелковой бригады.
   Вяземский мысленно прикинул ситуацию.
   Насколько он помнил, окна первого этажа администрации традиционно для России закрыты решетками… Поэтому ломиться через парадный ход, а не через окна достаточно логично. Запасные выходы можно перекрыть достаточно легко… Если они опять же в пику российским традициям вообще открыты. Извечная беда – пожарные выходы почти всегда закрыты, ключ от замков в ящике, ящик в яйце, яйцо в утке, утка под кроватью, кровать в соседнем корпусе…
   Вроде все. Точнее, на самом деле наверняка не все, но большего в смоге Сергею было не разглядеть. А медлить больше нельзя – великаны уже потащили свой таран, а значит, сейчас начнется приступ…
   Вяземский вернулся к БТР, рассеянно скользнув по опаленной лобовой броне машины.
   А неплохо так приложило… Только броня и спасла, а обычную машину бы поджарило как котлету.
   Автоматы против мечей – это без шансов. Но пушки против магии – не такой уж однозначный расклад.
   – Как обстановка? – спросил Сергея высунувшийся из люка Олег.
   – Исполком в осаде, – ответил старлей, забираясь по броне. – Несколько тысяч вокруг, готовят штурм. Нужно расчистить место перед зданием и рассеять уродов. Снаряды старайся лишний раз не тратить – этим панцирным и пулемета хватит. Я только там десяток каких-то громил заметил – вот их как раз 7,62 может и не взять. Эмиль!
   – Слышу! – Сержант высунулся из стоящего позади «Урала».
   – Будь готов, сейчас пойдем на прорыв.
   – Понял тебя, командир!
   Сергей уселся на сиденье, а Олег вернулся на место башенного стрелка.
   – Давай, Карташов, – кивнул Вяземский мехводу. – Все закончится – домой ефрейтором уедешь.
   – Не надо, тарщ командир, – буркнул солдат, переключая рычаг коробки передач. – Мне батя сказал, что лучше дочь-проститутка, чем сын-ефрейтор…
   БТР взревел двигателем и рванул по брусчатке вперед – к зданию областной администрации. Старлей приник к одному из смотровых перископов, вжимаясь лбом в жесткий резиновый валик и следя за обстановкой.
   Легионеры в этот же самый момент пошли в атаку, выдвинувшись из-за импровизированных баррикад, которые они соорудили вокруг здания из припаркованных рядом машин.
   Арбалетчики начали засыпать стрелами окна исполкома, пехота сбила щиты в сплошную коробку и двинулась на приступ, прикрывая идущих за ними здоровяков с тараном.
   Загрохотала пушка БТР, и словно эхом от ее выстрелов раскатилась очередь спаренного пулемета.
   Из окон здания по штурмующим ударил нестройный автоматно-пистолетный огонь, вниз полетели куски бетона. Из строя стоящих поблизости кавалеристов в воздух поднялось бело-голубое облако, которое сгустилось, а затем ударило по окнам исполкома десятками небольших стрел.
   – На два часа! – крикнул Сергей. – Всадники, бей!
   Олег не стал задавать албанских вопросов «а зачем?», «а почему?» и просто рубанул очередью по скучившимся врагам.
   Даже на полном ходу было трудно промахнуться по такой большой цели, да еще и со ста метров. Созданная для того, чтобы в случае чего даже танк покорябать, по кавалерии 30-миллиметровая пушка произвела просто опустошительный эффект. Вдобавок ко всему Олег ударил еще и осколочно-фугасными, так что тела людей и лошадей рвало буквально в клочья. Затем он перенес огонь на осаждающих исполком легионеров, и те, понеся сильные потери, начали отступать.
   Мехвод начал было сбавлять скорость, увидев, что весь проспект перед зданием администрации забит машинами, но вот тормозить нам сейчас как раз было совсем не нужно.
   – Гони!
   – Там же тачки сплошняком!
   – Значит – тарань!
   БТР тряхнуло от мощного удара, послышался скрежет сминаемого металла, но разогнавшаяся бронемашина проделала проход среди стоящих автомобилей, расшвыряв их своим скошенным носом.
   Бронетранспортер въехал четырьмя колесами на каменный бордюр и остановился, вращая башней, которая огрызалась короткими пулеметными очередями, отгоняя противников. Следом за нами подъехал и остановился грузовик, а Вяземский в это время быстро набирал телефонный номер.
   – Эриксон, мы здесь! Выводи народ, пока эти консервы не очухались!
   – Понял тебя, старлей! – явно на бегу произнес неизвестный командир засевших в исполкоме людей. – Уже идем!
   Сергей выбрался из БТР наружу и на всякий случай укрылся за ним, не желая поймать случайную стрелу…
   Стоило только об этом подумать, как от брони БТР с лязгом отскочило несколько стрел, которые попадали вокруг на брусчатку.
   Спустя несколько минут, видимо потраченных на разбор баррикад, одна из дверей администрации открылась и оттуда начали выбегать люди. Первым вылез невысокий растрепанный мужик лет тридцати пяти в мятой рубашке, полицейском бронике и с укороченным «калашом» в руках. Следом выбрались двое парней в полицейской форме и тоже с автоматами в руках, а затем начали выбегать из здания и просто какие-то гражданские.
   – Давай, давай!.. – хриплым голосом подгонял остальных мужик, что выбежал первым. Судя по голосу, это был тот самый Эриксон. – Быстрее!
   На правом фланге наметилось какое-то шевеление – из-за здания начали выходить легионеры, плотно сбив щиты и выставив копья. Вяземский немедленно сделал по ним несколько выстрелов, заставляя отступить. Потеряв троих человек, противник действительно счел за лучшее отойти под прикрытие здания, выпустив в сторону Сергея несколько стрел.
   – Старлей, ты? – крикнул Эриксон.
   – Я! Давай живее своих двигай, пока они не очухались! «Трехсотые» есть?
   – С десяток! Но легкие!
   – Кто с оружием, пускай садятся в БТР!
   Если что, из амбразур хоть можно будет отстреливаться, а то в «Урале» бронекорпус глухой…
   Тем временем гражданские начали грузиться в грузовик – десяток, другой…
   – А где еще машины? – выкрикнул какой-то суетливый мужик. – Мы же сюда все не поместимся!
   – Кто хочет жить – поместится! – рявкнул Сергей. – Быстрее, вашу мать!..
   Но даже стоя и набившись как селедки в бочку, все в «Урал», естественно, не поместились – слишком уж много народа было. Остальных пришлось сажать в БТР.
   – Куда ты этот хлам тащишь? – остановил старлей какого-то парня, волокущего телекамеру.
   – Это… она… дорогая же… – выдавил тот в ответ.
   – Мы журналисты и… – добавила подошедшая девушка, одетая в бежевый костюм, в нескольких местах запачканный кровью.
   – Там место только для людей, – отрезал Сергей, вырывая камеру из рук и швыряя ее на брусчатку. – Пошли, живо!..
   Парень и девка синхронно завопили, глядя, как дорогостоящая, но слишком уж габаритная техника превратилась в сплошное крошево. Однако оператор пришел в себя первым, быстро нашарив среди обломков карту памяти, а Сергей в это время подтолкнул корреспондентку к люку в десантный отсек.
   – Быстро, мать вашу! Или здесь оставлю!
   Девушка сделала шаг, но тут ее оттолкнул в сторону какой-то молодой хлыщ в белой рубашке и галстуке, отчего она отлетела в сторону и упала бы на землю, если бы ее не подхватил напарник.
   Вяземский моментально поймал хлыща за шкирку, выдернул из проема дверей и приложил мордой о броню БТР.
   – Еще раз такое выкинешь – я тебя тут точно оставлю, – наклонившись, прошипел Сергей ему на ухо, выпуская из захвата. – Понял, нет?..
   Неожиданно в воздухе послышался какой-то полувой-полуклекот, и в воздухе над ними промелькнула громадная тень. А следом по брусчатке забарабанили небольшие металлические дротики, которые, похоже, сбросила эта летучая тварь.
   Старлей рухнул на землю, увлекая за собой и хлыща, и одновременно подсекая ноги еще одному мужику, который бежал к БТР.
   На счастье, удар с воздуха оказался не слишком прицельный и пришелся с небольшим недолетом. Однако жертвы бы точно были, если бы вылезший из кабины Эмиль, который руководил посадкой людей в «Урал», не успел вытолкнуть нескольких людей прочь из зоны поражения. Оттолкнуть их он успел, а вот сам получил с десяток стрелок в спину, пошатнулся и начал оседать на землю.
   Первым рядом с сержантом оказался Эриксон, который четко, что выдавало изрядную практику, достал из разгрузки Эмиля бинты и начал его перевязывать.
   – Жить будет! – крикнул он Сергею. – Но вести машину – вряд ли!
   Вяземский рванул было вперед, намереваясь сам сесть за руль «Урала», но его опередил здоровый светловолосый мужик в сером костюме, который полез в кабину грузовика.
   – Я поведу, не беспокойтесь!
   Эмиля кое-как уложили в десантном отсеке БТР. Раны сержанта были не слишком опасны – спас бронежилет, но многочисленны, поэтому его надо было срочно эвакуировать в более спокойное место.
   Но теперь, даже в жуткой тесноте, все в бронемашину просто не помещались, как ни крути…
   Или?..
   – Займите мое место, я снаружи на броне поеду! – скомандовал Сергей, забираясь на крышу БТР.
   – Опасно, командир! – крикнул из люка Олег. – Давай лучше…
   – Не дури! Я не танкист, с пушкой хреново обращаюсь – она должна быть на тебе!
   – Давай я тоже с тобой, – на броню полез и Эриксон.
   – Ты-то куда, мать твою?! – прикрикнул Вяземский на него.
   – Ни хрена! – ухмыльнулся мужик, постучав по прикрытой бронежилетом груди. – Я ж тоже бронированный! А каска – хрен с ней! А сам-то, а?
   – Ну, как знаешь!.. – Старлей одной рукой вцепился в расположенную на броне скобу, второй удерживая висящий на ремне автомат, и пнул ботинком по башне. – Поехали!

Интерлюдия

   – Да нет там ни одного мага, нет! – Чародей, тоже не сдержавшись, заорал в ответ: – Не магия это!
   – А что это тогда, что?! – Легат указал на сваленные рядом с полевым лазаретом изрешеченные скутумы и пробитые навылет кольчуги и даже кирасы, снятые с раненых. – Моих парней что, камнями закидали?!
   – Это не магия, – упрямо повторил чародей. – Я не чувствовал никакой волшбы – значит, ничего сильного против нас не применяли. А слабую волшбу щиты и доспехи рассеяли бы или отразили. Значит, это не магия.
   Блазиус сплюнул и пошел прочь.
   Наступление, столь превосходно развивавшееся поначалу, понемногу превращалось в жуткую катастрофу. А как все было хорошо на первых порах… После традиционной огневой подготовки легат разделил легион на отдельные когорты и, согласно плану, ударил по центру неизвестного города. Улицы были на диво удобными для наступления – прямые как копья, широкие и просторные. На таких можно было не бояться того, что дорогу преградит какая-нибудь безумная сотня варваров, способная в городской тесноте задержать всю когорту.
   Не было поначалу и никакого сопротивления. Аборигены разбегались, объятые ужасом, и даже не пытаясь вступить в бой. Да и как они могли сопротивляться, если ни у кого не было видно не то что мечей, а даже самых примитивных кинжалов или топоров?..
   Город легата не слишком поразил – на многоэтажные инсулы он насмотрелся в свое время в столице, тем более местные здания в основном представляли собой просто коробки. Разноцветные, но коробки. Никакой резьбы, статуй, лепнины или колонн. Зато много стекол совершенно невозможного размера и цветной ураган вместо цивилизованной однотонной окраски.
   Город был непривычен – да, но не поражал воображение. Разве что смущала совершенно потрясающая чистота улиц и полное отсутствие лошадей или иного гужевого транспорта. Да, и почти что все улицы оказались мощены неизвестным Блазиусу способом, что вообще-то вызывало только радость – наступать по колено в грязи было явно удовольствием ниже среднего.
   И, пожалуй, самое главное, чужой город был полон странных и непонятных запахов, наводивших на мысли об алхимических кварталах и мануфактурах. Тот же самый витающий в воздухе привкус масел, декоктов и механической магии…
   Самоходы вызвали сдержанное любопытство, но и только. Такие штуки гномьего производства известны были, но особого распространения не получили – слишком уж дорогие и капризные. Так что вряд ли и тут эти яркие игрушки диковинного вида могли представлять какой-то существенный интерес…
   Легат с непривычки даже немного расслабился. Все шло даже проще, чем на учениях или на операциях против немногочисленных инсургентов…
   Первые проблемы начались, когда следующие в авангарде велиты столкнулись с варварами, которые наконец-то оказали сопротивление.
   Раздавшийся грохот, наподобие лязга исполинского молота, был оглушителен даже на удалении сотни футов.
   Итог первого столкновения оказался неутешителен – трое погибших, пятеро раненых. Причем раны были довольно странного вида, как будто бы колотые, но ни стрел, ни арбалетных болтов видно не было… А варвары, пустив первую кровь легиону, спешно скрылись на своем самоходе.
   Легат списал потери на то, что велиты были просто слишком легко экипированы, и особого значения потерям не придал. Для нормального городского боя они и так были чрезвычайно низкими.
   Однако по мере продвижения когорты потери возрастали. Вооруженные неизвестным оружием варвары исправно бежали, но перед бегством успевали пустить кровь наступающим легионерам. Блазиус заподозрил было магию, однако собственные чародеи его успокоили – никакой магической активности поблизости не отмечалось.
   Первое здание, которое легат посчитал достойным для захвата, привлекло его внимание архитектурой, похожей на традиционную имперскую. Не остался без внимания и развевающийся на флагштоке бело-сине-красный триколор. Судя по всему, это был либо какой-то местный магистрат или резиденция нобиля, в зависимости от того, как управлялся этот город…
   На штурм была брошена третья когорта при поддержке чародея, а сам легат продолжил движение в глубь города.
   Едкий и вонючий дым, поднимающийся над запаленным в нескольких местах городом, сильно сковывал действия. Видимость была отвратительной, а разогнать этот смог магам было не под силу.
   По крайней мере, они так говорили.
   Легат скрипел зубами, но терпел. Все-таки это были не его подчиненные, а прибывшие вместе с нобилями придворные чародеи.
   Система взаимодействия между имперской армией и феодальным ополчением, как всегда, оставляла желать лучшего. Благо еще, что в верхах не началась традиционная грызня по поводу первоочередности командования…
   Следующее здание – вновь приглянувшееся за свою монументальность, имперский стиль, колонны и флаги, Блазиус решил штурмовать лично. Ну, то есть не так, чтобы лично, но непосредственно руководя осадой…
   Первый приступ был отбит.
   Засевшие в здании варвары просто начали стрелять из своего громового оружия, уложив под стенами полсотни атакующих. Потери на самом деле были не слишком большие, но здание оказалось на удивление неплохо укреплено – металлические решетки на всех окнах первого этажа, узкие двери, крепкие стены. А прорвавшихся внутрь легионеров не спасли ни тяжелые щиты, ни прочные доспехи – варварское оружие пробивало все это с потрясающей легкостью.
   Попытка перегруппироваться, привлечь специальный штурмовой отряд, пробить бреши и атаковать с нескольких сторон обернулась и вовсе полной катастрофой, когда в тыл ударил выскочивший из дыма очередной самоход варваров.
   Пусть легат никогда не сталкивался с такими штуками в бою, но разницу между военным и гражданским самоходом почуял сразу. Угловатая, грязно-зеленого цвета, похожая на какую-то диковинную рептилию, она загрохотала своим громовым оружием, учинив такой разгром, что не каждому магу было под силу. Неизвестная Блазиусу магия разрывала тела людей и лошадей на части, с великолепным презрением игнорируя любые щиты или доспехи. Пусть легат и не был седым ветераном, но повидать успел всякого…
   Вот только не такого.
   Хорошо еще, что скованные железной дисциплиной легионеры не поддались панике, как остатки дружин нобилей, которые, за считаные мгновения потеряв больше сотни человек, бросились наутек.
   Блазиус счел за лучшее отойти, перегруппироваться и вернуться к месту прорыва в этот мир. Командование явно совершило большую ошибку, недооценив аборигенов, и за нее уже поплатились своими жизнями несколько сотен солдат. Причем без всякого толку поплатились.
   Большая площадь недалеко от того леса, в котором находились врата, оказалась превращена в импровизированный полевой лагерь пополам с полевым же госпиталем. Причем развернуто это было все еще до прибытия солдат Блазиуса – бойцами 57-го легиона, которые тоже столкнулись с сопротивлением и понесли серьезные потери.
   Раненых было много, а сами ранения были тяжелыми. Все те же непонятные колющие отметины, непохожие на следы попадания стрел или дротиков. Некоторые легионеры были сильно обожжены – кое-где противник применил ручные снаряды с зажигательной смесью, которые в имперской армии выдавались лишь по особым случаям.
   Легионные командиры при первых же признаках того, что все пошло не так, как планировалось, предпочли закрепиться на достигнутых позициях, отправив всех тяжело раненных в тыл. Отряды наемников и нобилей же увязли где-то в городе, а кое-кто уже с увлечением грабил и сгонял пленных варваров в караваны для отправки на ту сторону…
   Блазиус вновь бросил взгляд на снятые с раненых доспехи.
   Аккуратные круглые отверстия, часто по нескольку штук рядом. Причем пробиты были не только легкие кольчуги, но и тяжелые кирасы, и даже шлемы. Иногда даже навылет.
   И чародеи будут продолжать утверждать, что это не магия?
   – Кажется, кто-то совершил ошибку, – процедил сквозь зубы легат. – Очень большую ошибку.

Сергей Вяземский

   – Менты продвинулись по Островной и соединились с фээсбэшниками. – Филиппов быстро делал на карте пометки маркером. – Сейчас в районе перекрестка с проспектом Мира они ведут бой около офиса «Роснефти», но из западной части города противник уже выбит. Остались разве что отдельные дезорганизованные группы и конные разъезды. К железнодорожному вокзалу с юга подходит рембат и эмчеэсники, но атаковать они пока что вряд ли будут – слишком мало оружия.
   – Что с восточной частью города? – спросил Сергей, делая большой глоток прямо из горла стоящего рядом графина с водой. – Где подкрепление?
   – Все магистрали забиты, – с досадой произнес лейтенант. – Танки завязли на окраине города, сейчас потихоньку продвигаются к центру.
   – А здесь кто? – Вяземский указал подбородком на обозначенный как подконтрольный нам сектор в районе Комсомольской и проспекта Победы. – С этими двумя точками понятно – связисты и комендачи, а в южной вершине кто?
   – Фээсбэшный госпиталь и какое-то общежитие.
   – Что за общежитие? Не помню, чтобы у нас было какое-то военное училище…
   – А это и не военное – общага обычного торгового техникума. Студенты отрываются.
   – Дела… – присвистнул старлей. – Так… Получается, врага мы оттесняем к северу – к лесу и сопкам? Хорошо…
   – Откуда вообще взялись эти пережитки феодализма, а?.. – с тоской протянул Филиппов. – Двадцать первый век, блин… Гоняем бэтээром копейщиков и лучников из автоматов стреляем…
   – Откуда бы они ни взялись. – Сергей вспомнил, как всего несколько часов назад видел, как все начиналось. – Но в город эти уроды вышли с севера – из леса.
   – Ты это сам видел?
   – Да, как раз с совещания ехал и в пробке стоял.
   – И что нам теперь делать-то…
   Хороший вопрос, мать его… Хороший и правильный. Но несвоевременный.
   – Как что? – делано удивился Вяземский. – В первую очередь выбьем противника из города, чтобы не допустить дальнейших жертв среди местного населения. А что за противник и откуда здесь взялся – пускай потом разбираются. И не мы – наше дело драться. А с японцами, американцами или римлянами – это уже неважно…
   Начали обсуждать ситуацию дальше, периодически выслушивая доклады солдат, с десяток которых засели на резервном узле связи и налаживали контакты с остальными очагами сопротивления в городе.
   Как-то так вышло, что оперативное командование оказалось сосредоточено на Вяземском, а Филиппов стал чем-то вроде начальника штаба, хотя, по идее, старшим по должности здесь был как раз он… Но лейтенант явно не рвался брать на себя всю ответственность, когда можно было спихнуть это неблагодарное дело на другого.
   На Сергея то бишь. Но он не был в обиде.
   – Студенты весь сектор взбаламутили, – выслушав очередной доклад, проворчал Филиппов. – Там же, в округе, куча других вузов и общежитий – там сейчас натурально молодежная революция. Проспект Победы они перекрыли, Гоголя – тоже. Баррикады начали возводить, шины жгут… Зачем, на хрена – непонятно. Насмотрятся по телевизору на забугорные беспорядки, блин…
   – Если они в эти студенческие баррикады упрутся, будет хорошо, – заметил Вяземский. – Можно будет пройти по Чехова или Восточной и ударить во фланг…
   – Разрешите? – послышался уже знакомый хриплый голос, и в кабинет зашел Эриксон. – Гражданских разместили, раненых перевязали и уложили, но, по-хорошему, их надо бы в госпиталь…
   – Пока нельзя, – покачал старлей головой. – Это ж на восток прорываться по Мира к областной больнице… Еще два госпиталя на Горького, но эта улица полностью под контролем врага. Так что лучше лишний раз не рисковать.
   – Ясно. – Эриксон поправил висящий на плече укороченный «калаш». – А вообще, какие планы, чего делаем? Или это не мое дело, и пошел я на фиг?
   – Я тебе сейчас нескромный вопрос задам, товарищ, – хмыкнул Вяземский. – А ты вообще кто? Одет по гражданке, но с оружием обращаться умеешь…
   – Ну, если быть совершенно точным, то я – временно безработный, – ухмыльнулся Эриксон. – А вообще только два месяца как приехал с Новороссии. Меня и в исполком-то пригласили как почетного гостя для вручения какой-то награды… Ну, типа, я выдающийся гражданин нашего города, вот. А! Ну, вообще я Алексей Неверов, по батюшке можно не величать.
   – Вот как… – Сергей окинул Эриксона уже совсем другим взглядом. – Стоп. Что, тот самый Эриксон?
   – А чего сразу тот самый? – хмыкнул мужик. – Стоило один раз интервью дать, так из меня сразу Рэмбо какого-то вылепили… Но вообще да – тот самый.
   Что Вяземский слышал об одном из полевых командиров Новороссии? Не шибко много, но что-то все-таки слышал – российский доброволец, уехавший в те края еще в самом начале конфликта. Сколотил небольшую разведывательно-диверсионную группу и всю войну портил нервы бандеровцам, наводя шорох у них в тылах. В отличие от некоторых, до командира батальона или бригады он не дослужился, но до самого конца войны имя Эриксона время от времени упоминалось в новостях.
   То, что он был родом откуда-то из этих мест, Вяземский слышал, но вот чтобы он был конкретно из Владимирска… Новость, однако.
   Но это сейчас только к лучшему.
   – Значит, с боевым опытом у тебя порядок… – кивнул Сергей.
   – Ну, всю войну прошел – да, все три года от начала до конца. Пока не написал на Раде «Дошли!», так и не уезжал, а теперь мне там делать нечего – созидательными навыками природа-матушка меня как-то обделила… Но ничем крупнее взвода не командовал – большие формирования это все-таки не мое.
   – Так. Остаешься здесь, – моментально решил старлей. – Опыт городских боев у тебя есть… Что можешь посоветовать?
   – Да что я могу посоветовать-то… – почесал затылок Эриксон. – Тут же против нас не пойми кто воюет… Мечи, копья, кольчуги… Ну, в домах они вряд ли закрепятся с такой экипировкой, значит, будут держаться улиц. А если у них ничего тяжелого нет, то с улиц их выбить труда не составит. Выдавить из города, а затем окружить в поле и накрыть со всех сторон. Как-то так.
   – А мы, получается, отжимаем их не в поля, а к лесу и сопкам… – побарабанил Вяземский пальцами по карте. – Из леса их выковырять будет сложнее.
   – А вообще – что происходит-то, а? – задал топовый вопрос сегодняшнего дня Эриксон. – С кем война, почему война, что за война?
   – Если мне будут давать по рублю каждый раз, когда будут это спрашивать, к ужину я стану миллионером, – хмыкнул Сергей. – Я не больше твоего знаю.
   – Хреново…
   – Гхм… Эээ… Господа офицеры?.. – послышалось со стороны входа.
   Троица дружно оторвалась от карты и посмотрела в сторону говорившего – это оказался тот самый хлыщ, которого Вяземский приложил мордой о броню. Не один – в сопровождении того мужика, что вел «Урал». Охранник, что ли?
   Сергей с некоторой меланхолией подумал, что это он, получается, какую-то начальственную шишку поцарапал… Впрочем, сейчас старлею на это было глубоко наплевать. Зампотыл не выдаст, комбриг не съест.
   – Не господа, а товарищи, – на автомате произнес Вяземский.
   – Товарищей у нас в девяносто первом отменили, – скривился хлыщ.
   – А господ в семнадцатом расстреляли, – с ходу огрызнулся Сергей, а затем сменил тон на более вежливый: – Чем могу помочь?
   – Никита, свободен, – неожиданно подал голос здоровяк. – Возвращайся к остальным.
   – Но, Александр Сергеевич…
   – Иди, я сказал.
   Хлыщ потоптался на месте, но затем все-таки ушел, а мужчина тем временем шагнул вперед и протянул руку:
   – Холодов, Александр Сергеевич.
   – Старший лейтенант Вяземский, – пожал Сергей протянутую руку. – Осуществляю оперативное командование контртеррористической операцией.
   О, как красиво завернул… Даже самому понравилось.
   – Можете что-нибудь рассказать, что здесь происходит?
   Сергей иронично покосился на Эриксона, тот ухмыльнулся в ответ, пошарил по карманам и подбросил в воздух найденную монетку.
   – Сначала позвольте спросить – а вы кто?
   Филиппов крякнул и посмотрел на старлея как на идиота.
   – Мэр этого города.
   Опа…
   Вяземский непроизвольно выпрямился. Вот в кои-то веки и аукнулось его извечное незнание мэров и губернаторов от слова совсем…
   – Ситуация под контролем, – дежурно ответил старлей, но, заметив недовольство на лице Холодова, решил добавить: – Противник блокирован силами армии, полиции и местного ополчения. Как только прибудет подкрепление, мы начнем операцию по его вытеснению и уничтожению…
   – Общими фразами и я умею говорить… Вы мне лучше честно скажите, какая обстановка в действительности.
   – Честно? – на секунду задумался Вяземский. – Кто нас атаковал – неизвестно, но, думаю, в течение сорока восьми часов город мы очистим.
   – Я могу чем-нибудь помочь? – спросил губернатор.
   – Обзванивайте всех, кто сейчас может помочь. Если есть выходы на нефтяников или у кого еще есть хорошо вооруженная охрана – связывайтесь. Пускай хотя бы займут оборону, а не пытаются прорваться из города или что-нибудь…
   – И наверх хорошо бы подать сигнал, – добавил Филиппов. – Мы свое начальство уже оповестили, но если и вы подключитесь – лишним это не будет.
   – Но это еще чудо, что сотовая связь до сих пор держится, – вставил Эриксон. – В любой момент может не выдержать, так что лучше поторопиться…
   – Ясно, – кивнул мэр. – В таком случае рассчитываю на вас. А я пока, наверное, лучше вернусь к остальным…
   – Да, будем весьма признательны, – ответил Сергей. – Спасибо за содействие. Так, а теперь возвращаемся к нашим средневековым баранам… Пока что мы действовали исключительно нахрапом, но так лучше больше не делать – есть инфа, что у противника есть что-то посерьезнее стрел и копий, но надо обобщить эти данные… Кто что может сказать? Филиппов?..
   – Ну, по дежурке они ударили чем-то крупнокалиберным – это точно… – задумчиво потер лоб лейтенант. – Артиллерия?.. Не, вряд ли, тогда при вашем появлении они все бросили бы, а ни хрена и нет… Гранатометы?
   – По окнам исполкома лупили каким-то дротиками, – вставил Эриксон. – Сантиметров десять, броник не берут, но руку протыкали на раз. И, это самое… Они вроде как изо льда были.
   – Что за чушь? – поморщился Филиппов. – Какой еще лед?
   – Ну, обыкновенный такой… Он еще потом растаял.
   – Бред.
   – Да нет, не бред… – протянул Сергей – Наш БТР пытались поджечь каким-то огненным шаром, еще молнией ударили. Огнешар броню не прожег, но фару снес и правый триплекс повредил. Молния проводку коротнула, ну и током внутри всех слегка тряхнуло. Но это внутри БТР – вне брони пехоту такие штуки побьют однозначно. Да, еще в самом начале вторжения рыцари по городу били чем-то мощным – опять же огненные шары размером с бочку. Скорость полета низкая, можно было отследить визуально. Рвались примерно с мощностью гаубичного снаряда. Еще подстрелил противника – очень хорошо маскировался. Фильм «Хищник» помните? Почти так же. И бил он в ответку чем-то непонятным, но землю пропахало солидно – что-то невидимое, но по силе… Хрен даже с чем сравнить-то. Броню БТР, может, и не пробило бы, но человека пополам разрубило бы наверняка.
   – Ну и как ты, мать его, объяснишь всю эту хренотень? – мрачно посмотрел на Вяземского Филиппов.
   – Никак, – невозмутимо пожал тот плечами в ответ. – Просто учтем и примем во внимание.
   – Это что? Это магия, что ли, получается? – озадаченно произнес Эриксон. – Хрена себе…
   – Может, и магия, может, еще какой телекинез или технология вуду. Но тактику борьбы надо вырабатывать, иначе, пока будем смеяться над копьями и стрелами, нас поджарят или нашинкуют.
   – Хм… Ну, ладно. Значит, цель – отдельные люди? Как можно определить визуально?
   – Тот, которого подстрелил я, был без оружия на виду. Одет в какой-то балахон. Или эта ночнушка по науке мантией зовется?..
   – Если этих самых магов много, то дело худо… – тоскливо произнес Филиппов. – Это тогда будет минимум борьба на равных…
   – Если б этих магов было много, то нам уже каюк пришел, – возразил Эриксон. – А они видал как действуют? Обычными солдатами воюют, значит, колдунов у них немного – вроде как у нас не все поголовно пулеметчики, а только по одному на отделение.
   – Звучит логично, – немного подумав, согласился Сергей. – Опять же прослеживается связь – магов использовали, когда что-то штурмовали. Штаб там или исполком… В нас, правда, по дороге огнешаром поджарили, но хрен знает, куда та банда направлялась…
   – Значит, броня спасает? Это хорошо, это радует… Значит, в кои-то веки можно воевать из-под брони…
   – Но лучше не рисковать – мало ли что у этих козлов есть в арсенале? Может, даже какое-нибудь особо сильное противотанковое колдунство… И да, у нас в БТР БК – не резиновый, а когда снаряды закончатся, мы сможем в основном изображать только грозный бронесарай и подавлять психологически.
   – А пулемет?
   – Там патроны еще быстрее кончаются – скорострельность, что ты хочешь…
   – Но всегда можно будет сделать, как на первых бэтээрах – «шестидесятках». Посадить десант и пусть палят через амбразуры.
   – Хорошо бы до такого не дошло… – вздохнул Вяземский. – Очень надеюсь, что уже к завтрашнему дню разберемся с этой хренотенью…
* * *
   В воздухе мелькнули сполохи огня, и несколько бутылок с зажигательной смесью разбились о стену щитов, перегораживающих улицу.
   Но, на удивление, расплескавшийся было по щитам огонь неестественно быстро потух, не причинив легионерам существенного вреда.
   Скопище солдат противника, кажущееся в вечерней темноте одним гигантским многоногим чудищем, медленно пятилось вверх по улице, стойко переживая обстрел и изредка огрызаясь в ответ стрелами.
   Сергей высунулся из-за стоящей посреди улицы машины и сделал несколько одиночных выстрелов, целясь в мелькнувшего позади первого ряда щитов легионера с поперечным гребнем на шлеме. Судя по всему, это был какой-то командир, а командиров всегда нужно выбивать как можно скорее…
   Рядом с разведчиком на асфальт приземлился Эриксон, переводя дыхание после перебежки. Выражение лица у ополченца было довольно мрачное.
   – Чего такое? – поинтересовался Вяземский, тоже присаживаясь за машиной и меняя магазин.
   – Да так… Ассоциации просто хреновые.
   – Коктейли Молотова и строй щитов?..
   – Ага.
   Четырехлетней давности репортажи с Майдана Сергей тоже помнил хорошо, а ситуация сейчас действительно чем-то напоминала те события. Тоже с одной стороны строй щитоносцев, а с другой – метающая в них коктейли Молотова и дробленую брусчатку молодежь…
   Вот только на этот раз без всяких оговорок были правы атакующие, а не стоящие под градом камней и бутылок с зажигательной смесью. Это ж не они приперлись в чей-то мир или чье-то время и, даже толком не разобравшись, начали войну.
   Римляне, мать их… С магами. Но без мозгов. Раз решили сунуться с мечами и копьями против автоматов и танков – точно без мозгов.
   …В наступление ходить Вяземский сегодня больше не планировал, но делать это все-таки пришлось. А все из-за того, что обороняющие город силы оказались слишком уж разрозненны и разношерстны.
   Нет, ударившие с запада полицейские сделали все как надо – выгребли из арсеналов оружие и боеприпасы, экипировались и начали наступать во фланг. А вот удар с востока ни с кем не был согласован и едва не вылился в катастрофу, когда студенческие отряды схлестнулись с легионерами.
   Хотя, признаться, действовали студиозусы в лучших традициях уличных беспорядков. Возвели баррикады (больше похожие на кучи мусора), запалили покрышки и начали разливать в пустые пивные бутылки слитый из машин бензин и ломать брусчатку.
   Однако двинувшиеся по трем улицам студенческие толпы натолкнулись на ожесточенное сопротивление и почти сразу же отступили. Так что пришлось срочно отправлять небольшие отряды на усиление этого задиристого, но не слишком умелого в военном плане стада.
   Вяземский с Эриксоном остались на Ленина, а БТР Сергей отправил дальше на Гоголя, где обстановка складывалась куда хуже. Конечно, два автомата в качестве подкрепления – это даже не смешно, но против средневековых противников этого худо-бедно хватало…
   – Будешь? – Ополченец достал из кармана штанов мятую пачку сигарет.
   – Вообще-то я броса… Как же я всегда не вовремя-то бросаю. Давай.
   – На, держи… Эй!! – рявкнул Эриксон в сторону продолжающих ползучее наступление студентов. – Куда поперлись?! А ну стоять!..
   – Дык, они ж уходят… – произнес один из них, одетый в спортивный костюм, бейсболку и замотавший лицо платком.
   – Они и так уже достаточно отошли. Продвинемся еще дальше, и по нам могут ударить их дружки с соседней улицы.
   Нельзя сказать, что Сергей и Эриксон командовали этой толпой молодежи. Скорее студенты их просто слушались, как более опытных в военном деле людей. Но никаких попыток навести нормальную дисциплину они не делали – все равно это было практически бесполезно. Тем более эта толпа при попытке организации явно станет лишь жутко аморфным подразделением, а пока они толпа – они сильны.
   Эриксон достал небольшую бутылку минералки, они с Сергеем сделали по нескольку глотков и продолжили перекур.
   Молодежь вокруг них деловито готовилась к следующей атаке. Парни тащили в качестве щитов оторванные двери и реквизированное с ближайшей стройки металлическое заграждение. Долбили брусчатку и кололи ее, готовя метательные снаряды. А девчонки деловито разливали слитый из стоящих вокруг машин бензин в бутылки из-под пива, затыкая их тряпками.
   Сергей никогда не думал, что среднестатистический житель Владимирска столь подкован в городской войне… Даже нет, не столько подкован в методах ведения уличного боя, сколько действительно готов применять эти знания на практике. Да, это все была молодежь – еще глупая и горячая… Вот только эту же самую молодежь сейчас называли совершенно бездуховным и изнеженным поколением, не способным ни на что.
   Правда, в молодость Сергея их поколение называли точно так же. Хотя, если его поколение можно было назвать поколением пепси, то этих ребят уже поколением айфонов.
   Но чтобы вот так вот кидаться в драку, мало быть просто глупым отморозком, и уж тем более нельзя думать лишь об айфонах, айпадах и прочей ай-фигне. Для этого надо иметь за душой хоть что-то…
   Хотя бы злость, к примеру.
   Наверное, это просто копилось очень долго – под влиянием телевидения и Интернета, откуда все крайние годы одним сплошным потоком шли новости о полыхающих революциях и войнах в соседних странах. Или о той грязи, что шла с вроде бы просвещенного Запада, которая изменила былое преклонение перед Европой и Америкой на холодное и гадливое презрение.
   Народ не стал злобнее, но стал злее. Смутное ощущение, что война может быть совсем рядом, копилось долгие годы, и теперь дело за малым – враг лишь должен себя обозначить.
   Жаль погибших сегодня. Но почти так же жаль и этих клоунов с щитами и копьями – врагов в России нынче бьют до тех пор, пока они не становятся друзьями…
   Отдышались, перевели дух. Где-то неподалеку раздался грохот автоматической пушки бэтээра.
   – Пошли! – скомандовал Сергей, поднимаясь с асфальта. – Щиты держать! Не высовываться, если не хотите поймать стрелу в глаз! Сближаемся до пятидесяти метров, мы автоматами вскрываем строй, а вы метаете бутылки и камни!
   – Бутылки бросать под ноги! – добавил Эриксон. – Щиты у них заколдованные! Вперед! Наваляем уродам!
   Толпа поддержала их нестройным, но радостным гулом.
   Для молодежи это было просто такое вот классное развлечение, а Вяземского и Неверова они воспринимали в качестве своеобразных заводил и массовиков-затейников.
   Продвинулись вперед, делая на один шаг пятящихся легионеров сразу два, а то и три. Сблизились.
   Противник дал поверх щитов залп стрелами, которые с лязгом и треском продырявили корпуса и стекла стоящих вокруг машин. Позади кто-то вскрикнул, поймав случайную стрелу – то ли раненый, то ли убитый.
   – Давай!.. – крикнул Сергей, припадая на одно колено и беря на прицел строй щитов.
   Они с Эриксоном открыли частый одиночный огонь, моментально пробив брешь в алой стене скутумов. Полдесятка легионеров рухнуло – автоматные пули шутя пробивали деревянные щиты и железные доспехи. На место выбывших вставали новые солдаты, но недостаточно быстро. И в следующий момент по отступающим хлестнул град из камней, а под их ногами расплескался жидкий огонь.
   Легионеры пережили уже три таких пробоя, но в этот раз не выдержали. Единый строй рухнул, распавшись на несколько спешно отступающих групп.
   К сожалению, тут сработал извечный рефлекс – убегающего догоняй, и толпа с ревом рванула вперед.
   – Стояяять!.. – после секундного колебания Вяземский разрядил остатки магазина в воздух. – Не бежать! Могут в засаду завести!
   На самом деле он больше опасался того, что вошедшую в раж молодежь в ближнем бою элементарно сомнут, но объяснять это было слишком долго.
   Помог ему в деле убеждения выехавший из переулка справа БТР, который остановился аккурат перед студенческим ополчением.
   – Командир! Юрьич на связь вышел, – оповестил меня высунувшийся из люка Олег. – Наши вошли в город – гонят уродов в лес на север.
   – Отлично, – кивнул Сергей, перезаряжая автомат. Черт, а больше патронов ведь и нет…
   – Я с этими обормотами, наверное, останусь, – подал голос Эриксон. – Сейчас зачистка начнется, надо проследить, чтобы они нашим под горячую руку не попались или еще чем противоправным занялись.
   – Добро. Тогда закрепитесь здесь и ждите подкрепление. И действительно, сделай что-нибудь с этой толпой, а то наши сгоряча еще решает, что у нас тут Майдан начался…
   – Не боись, – ухмыльнулся ополченец. – Не впервой.
   – Тогда давай. – Они обменялись рукопожатиями. – Еще свидимся.
   – Да это точно – тут же такая веселуха началась… И как я в стороне-то останусь?
   Вяземский залез внутрь БТР, а затем он двинулся по опустевшему проспекту Победы вверх, идя на соединение с основными силами.
   – Почему они так медленно? – спросил Сергей. – И почему так тихо?
   – Командир, ну ей-богу, у нас же тут не Багдад или Киев, чтобы из танков шмалять в городе…
   – Тоже верно. Как справились?
   – Там несколько сотен рыцарей было. Рассеяли их, и они укрылись где-то в старой промзоне. Я туда решил не соваться – ополченцев выставил и приказал дожидаться подкрепления. Пускай их из этих руин кто-нибудь другой выкуривает.
   – Хорошо, – кивнул старлей. – Патроны есть? У меня крайний магазин остался.
   – Держи, командир, но он початый и больше нет.
   – И на том хорошо…
   Следующие полчаса они потратили на блуждание по переулкам, продвигаясь к северной части города. Накатывающиеся с востока раскаты пулеметных очередей и грохотание пушек начали звучать все ближе и ближе.
   – Дозор, это Доктор. Как слышишь меня, прием? – ожила рация, когда БТР осторожно продвигался через двор между многоэтажками, выходя к площади с левого фланга.
   – Доктор, я Дозор. Слышу тебя хорошо, – ответил Вяземский.
   – Докладывай обстановку, Дозор.
   – С запада наступают менты, противник отходит с боями. На юге и юго-востоке враг рассеян и укрылся в старой промзоне. Провожу рекогносцировку в районе площади Славы. Противника пока не наблюдаю, но отходил он на север – в сторону лесопарка.
   Понял тебя, Дозор. Наступаем с востока. Вышли на линию Есенина – Емельянова. Выдвигайся на соединение.
   – Принято, Доктор.
   – До связи.
   – До связи.
   БТР двигался медленно, старательно объезжая брошенные на дороге машины и то и дело водя из стороны в сторону тонким хоботком автоматической пушки.
   – Что-то ни одного урода не видать… – произнес Олег, всматриваясь в ночной прицел.
   Сергей поверил ему на слово, потому что он сейчас мог следить за окружающей обстановкой только с помощью простых перископов, через которые в темноте не было видно почти что ни хрена.
   Громады многоэтажек вокруг возвышались черными рукотворными скалами, на которых не было видно ни огонька. Не работало и уличное освещение – наверное, в ходе боев повредили окрестные подстанции, вот свет в этих микрорайонах и повырубало. Шли почти вслепую – не включая фар, благо что ночные прицелы были относительно новыми и худо-бедно работали…
   – Сто метров, – произнес Олег. – Вижу противника. Драпает в лес. Преследуем?
   Ну да, наибольшие потери противник несет не при проигранной битве как таковой, а при паническом бегстве…
   – А что, есть чем? – резонно поинтересовался старлей. – Снарядов у нас сколько осталось?
   – Десятка два… Зато лента к «ПКТ» почти целая.
   – Ну с таким мы напреследуем… – хмыкнул Сергей. – Нет, двигаем на площадь, останавливаемся и наблюдаем. Мы ж разведка, а не десантно-штурмовые части.
   Прошли по Горького к самой площади Победы, откуда сегодня Вяземский начал свой путь…
   Тут было на удивление пусто, хотя старлей планировал встретить здесь отступивших легионеров… Получается, они отступили дальше – в лес? С одной стороны – разумно, потому как на открытом месте они чудовищно уязвимы для нашего оружия… С другой стороны, римской пехоте в лесу делать нечего. Строя там не сколотить, а вся средневековая тактика эффективна только до тех пор, пока строй существует. Настолько впали в панику после боев? Вряд ли. Противник попался хоть и технически жутко отсталый, но не из робкого десятка. Чтобы стоять под огнем автоматов, надо иметь ту еще выдержку…
   Или там у них в лесу какой-то базовый лагерь, точка фазового перехода или как ее там?.. Надо выяснить. Непременно надо это выяснить…
   БТР вывернул на площадь и начал описывать широкую дугу, объезжая забитый брошенными машинами центр… И тут из леса ударило полдесятка небольших огненных шаров. БТР слегка тряхнуло, когда несколько снарядов разорвалось на броне. Новый залп, разрывы огненных шаров, и несколько машин вокруг охватывает пламя.
   Грохочет башенное орудие, полосуя лес последними оставшимися в лентах снарядами.
   Неожиданно огонь вокруг бронемашины с ревом словно бы стекается в одно место, а затем взрывается расширяющимся кольцом огня, которое на излете зацепляет колеса БТР. В воздухе тут же появляется смрадная вонь горелой резины.
   – Из машины! – заорал Вяземский, хватая автомат и бросаясь к двери десантного отсека.
   Сергей выбежал первым и сразу же присел около носовой части БТР, укрываясь за броней и выставляя ствол «калаша» в сторону леса. Следом появляется мехвод, крайним из подбитой машины вылезает Олег.
   И почти сразу же где-то в нескольких сотнях метров раздался грохот пушечных выстрелов, и на опушке леса распустились несколько взрывов. Ниже по улице из-за стоящих зданий сначала оказался свет фар, а затем по обочине дороги начали выдвигаться танки, поворачивая башни в сторону леса. Один, другой… Следом показались и несколько силуэтов поменьше – кажется, БМП.
   Танки остановились и выпустили снаряды, целясь по лесу. Новые взрывы прогремели уже где-то дальше – внутри лесного массива.
   Ну наконец-то…
   Пользуясь тем, что подошедшее подкрепление било аккурат по тому месту, откуда велся обстрел, разведчики вернулись к БТР и быстро осмотрели его. Три из четырех колес по левому борту были сожжены до железок, но других повреждений видно не было, да и огонь уже утих. Бронемашина была целой, но двигаться не могла – печально, печально…
   Бронетехника двинулась вверх, так что Вяземский решил дождаться подхода подкрепления.
   И задача максимум сейчас была – чтобы в темноте их случайно не обстреляли по ошибке. Это Сергей знал, что стрелять нужно лишь по тем, кто носит доспехи и прочее холодное оружие. А вот знают ли это танкисты, которые вошли в город явно только недавно? Без шуток – вопрос жизни и смерти…
   Гусеницы с грохотом и лязгом крошили асфальт, рев танковых движков был все ближе и ближе. Мазнул ослепительный свет фар, отчего Сергей невольно закрыл глаза рукой, и небольшая колонная бронетехники встала.
   – Не двигаться! – проорал кто-то, прячась за поднятым люком на башне. – Кто такие?!
   Вот что значит настоящий командный голос… Орать – это не прихоть, а суровая необходимость. Рев танкового двигателя интеллигентным шепотом не перекрыть.
   – Поляков, ты?! – рявкнул старлей в ответ. – Это Вяземский из разведки!
   Двигатель танка замолчал, из-за люка осторожно высунулась голова в шлемофоне.
   – Князь, ты, что ли?! – видимо, уже по привычке проорал танкист. – Ты как здесь оказался?
   – Да стреляли!.. Кравченко с вами не связывался? Мы тут местность разведывали – он в курсе.
   – А!.. Так это вы? Поняяятно… Что с бэтээром?
   – Колеса спалили. Хорошо, вы вовремя уродов отогнали – они сейчас все в лес бегут.
   – А мы за ними! Давай к нам на броню, Князь! Сейчас мы этим консервным дадим просраться!
   Вот кто бы про консервных-то говорил, а?..
   – Не пойдет! – ответил Сергей. – У них лучники есть – могут и подстрелить на броне. За тобой ведь бээмпэшки? Мы лучше под броней пойдем.
   – Добро!.. Гасанов! Гасанов, падлюка!..
   – Да слышу я! – донеслось от первой БМП. – Вяземский, давай к нам. В тесноте, да не в обиде.
   Спустя пару минут разведчики уже трамбовались в узкий десантный отсек бронемашины. БМП-3 в отличие от «двойки» отнюдь не радовала удобством посадки, но что уж тут поделать…
   Внутри БМП сидели нахохлившиеся срочники, экипированные по самое не могу – из-за спин даже рукояти пехотных лопаток торчали. Вид у них у всех был слегка ошалевший, но далеко не испуганный – хрен ли, не новобранцы, весь год уже почти отслужили, так что ко многому привычны…
   – Чего скажешь, разведка? – как только бронемашина вновь тронулась с места, проорал со своего места командир БМП. – С кем деремся? Японцы, американцы?
   – Римляне!
   – Ты «Астерикса и Обеликса», что ли, вспомнил? – хохотнул танкист. – Ладно, хрен с ними – пусть будут РИМЛЯНЕ!
   – Хорош ржать, Гасан. Патронов лучше подкинь – мы почти все расстреляли.
   – Серьезно? – танкист прекратил дурачиться. – Ясно… Так, десант, значит быстро скинулись по магазину разведчикам. Но чтоб магазины мне потом вернули!
   – Ты обалдел? – ухмыльнулся Вяземский. – Война, батенька! Сейчас под нее что угодно можно списать будет.
   – Твоя правда, разведка!..
   Снаружи вновь послышались раскаты танковых выстрелов, БМП чувствительно тряхнуло раз, другой, а затем уже трясло не переставая.
   – Гасан, что за хрень? – крикнул Сергей, перекрывая рев двигателя бронемашины. – Не дрова везешь!
   – Но по дровам едем! Входим в лес! Танки проложат путь, а мы следом!
   Лесопарк этот старлей знал неплохо – деревья тут и правда были молодые, тонкие, что тяжелым «Т-72» сносятся не тяжелее, чем кустарник. Но все-таки ночью? Лезть бронетехникой в лес? Разве что против того врага, у кого ничего страшнее стрел и копий в арсенале нет…
   Но что насчет вражеских колдунов? Есть ли у них в арсенале что-то действительно мощное, способное пробить пару сантиметров брони?..
   С завыванием провернулась башня БМП, загрохотала автоматическая пушка. Эхом откликнулись курсовые пулеметы.
   – Вперед! Давай вперед! – азартно орал танкист. – Уроды! Уроды вокруг! Десант, к бойницам! Бить по любой тени!
   Солдаты с руганью начали доставать оружие, торопливо запихивая автоматные стволы в специальные бойницы, снимая оружие с предохранителя и передергивая затворы. В следующий момент внутренности БМП наполнились грохотом выстрелов и пороховым дымом.
   Учитывая, что разведчики были «бонусным десантом», бойницы им, естественно, не досталось, но затем старлей вспомнил о резервной – самой неудобной бойнице в одном из кормовых люков.
   Сергей нырнул в узкий проход, кое-как с шипением и руганью прополз, на ощупь в темноте ища бойницу…
   Что хорошо в «трешке» – амбразуры в ней самые удобные, что только встречались на российской бронетехнике. Вместо крошечного окошка бронестекла для прицеливания и наблюдения, через которое обычно нельзя разглядеть ни хрена, – удобная штуковина с прицельной меткой. Немного приноровиться и…
   БМП тряхнуло так, что Вяземский едва не прикусил язык и недобрым словом помянул управляющего машиной механика-вредителя. На мгновение у Сергея возникло ощущение, будто бы он проваливается куда-то вниз, но в следующий миг наваждение исчезло.
   Бронемашина закрутилась на месте, по ее броне что-то застучало. Где-то поблизости послышался то ли выстрел, то ли взрыв… Громыхнуло главное орудие «трешки», выплевывая 100-миллиметровый осколочно-фугасный снаряд в невидимого старлею врага.
   В прицельной панораме замелькали какие-то смутные силуэты, едва различимые в царящей вокруг темноте, но стрелять Сергей не стал. Патронов было не так уж много, чтобы тратить их зазря…
   Неожиданно через корпус БМП его уже знакомо приложило током.
   – Гасан, нас молнией приложили! – крикнул Вяземский со своего места. – С нами так же было! Переходи на запасные цепи, пневматику… ручками крути в конце концов!
   – Понял тебя! Тогда бери моих и прикрой снаружи!
   Находиться в ослепшей бронемашине – себе дороже. Если не будет поддержки башенного оружия, можно и влипнуть по-крупному…
   – Олег, Карташов – останьтесь и помогите. Остальные – наружу и занять оборону!
   Сергей на ощупь нашел ручки, закрывающие верхний люк выхода из десантного отсека, повернул их и с натугой поднял тяжелую бронеплиту. Выпрямился, поднимаясь на ноги и используя люк в качестве прикрытия.
   – Пошли, пошли!..
   В нос ударил запах пороховой гари, выхлопа двигателя, металла и… Неожиданно – свежего воздуха с какими-то странными запахами. Не было того удушающего пекла раскаленного неожиданно жарким июнем города.
   Вокруг была темнота, освещенная багровым светом горящих невдалеке костров. Почему-то вокруг не было видно ни одного дерева – лишь ровная площадка, лишенная даже кустарников… И огороженная высоким деревянным частоколом, проходящим метрах в ста впереди.
   Чуть правее с рычанием, будто озлобленный зверь, из глубокой ямы выползал танк, хищно поводя длинным хоботом пушки.
   Сергей огляделся по сторонам, чтобы увидеть спешно и в беспорядке отступающих легионеров, которые сейчас петляли между заграждений из вкопанных в землю заостренных кольев и явно направлялись к воротам в стене частокола. А за ним уже вовсю шло непонятное шевеление – мелькали многочисленные факелы, блестящие в их свете шлемы и наконечники копий…
   Солдаты один за другим выскакивали из БМП, падая прямо на землю и ощетиниваясь во все стороны оружием.
   Одна из наблюдательных вышек за частоколом неожиданно окуталась голубоватым сиянием, а затем воздух пробила длинная ветвящаяся молния, ударившая в землю около бронемашины. Громыхнул несильный взрыв, и во все стороны полетели комья земли и грязь.
   Башня «трешки» зашевелилась и начала поворачиваться в сторону обозначившего себя противника… Но первым громыхнул выстрел танка, который с потрясающей легкостью разнес в щепки и сторожевую вышку, и несколько метров частокола вокруг нее.
   Из-за частокола вверх взметнулась какая-то смутная волна, а затем повсюду вокруг в землю начали втыкаться стрелы. Послышалось несколько вскриков боли, а затем громкий мат, и залегшие вокруг БМП солдаты огрызнулись огнем.
   «Трешка» плюнула выхлопом, взревела двигателем, разворачиваясь на месте, и тут Сергей увидел…
   Никакого лесопарка позади не оказалось – лишь все та же открытая площадка, окруженная по периметру частоколом. Вот только метрах в десяти позади из земли торчало, опутанное сотнями веревок кольцо метров двадцати в высоту, заполненное колыхающимся молочно-белым маревом… Как будто кастрюлю с молоком поставили на бок и каким-то макаром заставили его не выливаться – вот на что была похожа эта странная штука…
   Из которой неожиданно высунула свой нос ИМР, медленно выползающая на эту сторону. Освещая себе дорогу светом фар, стальной монстр начал разворачиваться на месте. Бульдозерный нож, больше похожий на таран, – опущен, стрела с захватом – развернута.
   Сергей спрыгнул с БМП, обежал ИМР и направился к этой непонятной… непонятным… непонятному порталу.
   Странная белая субстанция лениво колыхалась, заключенная в тонкое кольцо из странно выглядящего черного материала. По ее поверхности время от времени пробегали волны и рябь.
   Мозг отчетливо сигнализировал, что товарищ Вяземский дурак и не лечится, раз решил осматривать в бою под обстрелом местные достопримечательности, но почему-то Сергей чувствовал, что прежде всего нужно понять, что сейчас произошло…
   Это… Это, мать его, что? Это что, действительно какой-то портал? И они только что через него прошли?
   Вот только можно ли вернуться через него обратно? Не билет ли это в один конец?
   Сергей протянул руку и коснулся белого марева. Вокруг указательного пальца тотчас же разошлись круги, как будто от брошенного в пруд камня. Странно, но старлей не почувствовал абсолютно ничего – с таким же успехом можно было просто ткнуть пальцем в воздух…
   И пока в голову не пришли какие-нибудь еще мысли, Сергей глубоко вдохнул и шагнул в этот портал.
   Мгновенное ощущение падения куда-то в пропасть – уже знакомое ощущение…
   И Вяземский оказался среди развороченного тяжелыми гусеничными машинами леса. Снесенные деревья, выкорчеванные бульдозерными отвалами пни, месиво из земли и грязи под ногами. Запах выхлопных газов и пороховой гари, рев мощных двигателей и грохот выстрелов.
   По глазам неожиданно ударил вывернувший из-за деревьев луч установленного на башне прожектора.
   – Кто такой?! – проорали в его сторону. – Серега, ты? М-мать… Серега, что за хрень у тебя за спиной?!
   Старлей обернулся назад и увидел, что позади него обрушившийся склон небольшого холма обнажил точно такие же врата, что и на той стороне… Вот только ТАМ они были настоящими, реальными, а здесь было лишь что-то вроде отражения. Призрака, фантома, полупрозрачной голограммы…
   – Серега, слышишь меня?! – говорившего (а точнее, орущего) сквозь рев танкового двигателя наконец-то удалось определить как Дениса Юрьевича.
   – Врата, – слово пришло словно бы из ниоткуда. – Командир, это – врата. А за ними сейчас дерутся наши парни.
* * *
   Вышедшие из портала «Т-72» почти сразу же развернулись в стороны и открыли огонь по частоколу, снося наблюдательные вышки и проделывая проходы. Вперед тем временем двинулись две подошедшие ИМР, будто спички, ломая своими отвалами воткнутые в землю колья.
   Инженерные машины набрали скорость и на полном ходу врезались в частокол, проломив его, будто бы он был сделан не из бревен, а из картона. Длинные манипуляторы с захватами начали крушить все вокруг, расширяя проходы, а следом в прорыв устремились БМП.
   Позади частокола обнаружилось некое подобие лагеря – палатки и какие-то строения, среди которых мелькали в темноте фигурки людей.
   Откуда-то из глубины по наступающим бронемашинам ударила волна стрел, отскочивших из стальной брони. Затем прилетело несколько более крупных дротиков или даже копий, которые тоже ничем не смогли повредить БМП и ИМР. Казалось бы – что вообще может противопоставить армия образца в лучшем случае полутысячелетней давности современному подразделению?..
   Оказалось, что вполне даже могла.
   Описав дугу, перед БМП ударили несколько больших пламенных шаров, расплескав в стороны землю и жидкий огонь. Сложно сказать, смогли бы они пробить броню или нет, но в следующий момент «трешки» превратились в подобие огненных ежей, ощетинившись во все стороны огнем из пушек и пулеметов.
   Ряды палаток оказались просто-напросто сметены ураганным огнем, а затем БМП при поддержке ИМР двинулись вперед. Инженерные машины вообще-то не предназначались для подобных штурмовых операций, но против неспособного оказать сопротивления противника они были эффективны.
   Пожалуй, даже чудовищно эффективны, если судить по периодически доносящимся крикам…
   – Что скажешь? – спросил Сергея Кравченко.
   – У меня такими огнешарами резину у БТР сожгли, – ответил Вяземский. – По фугасному действию – примерно как 122-миллиметровый. За пробиваемость не скажу.
   – Ясно… – офицер щелкнул клавишей своей рации. – Это майор Кравченко. Всем! В ответ на обстрелы ровнять местность под ноль. Пехоту не спешивать, воевать под броней. Конец связи.
   Сергей даже не успел толком понять, как оказался при командире в качестве консультанта по противнику. Уж так сложилось, что Вяземский имел счастье (или, что вернее – несчастье) столкнуться как с обычными противниками, так и с явно необычными…
   – Что еще эти уроды могут показать? Молнии там, лед… Хрен знает… Нежить, может, еще какая?
   Полное обалдение от того факта, что майор-то, оказывается, в курсе всей этой фэнтезийной ерунды, Сергею пришлось тщательно маскировать. Очень тщательно. А взамен этого думать о том, что действительно им могут противопоставить…
   – Исполком обстреливали чем-то вроде ледяных стрел, – вспомнил старлей. – Пару раз кидались молниями… Это самое опасное даже для техники – электронику из строя выводят. Правда, временно. Еще стоит опасаться драконов.
   – Плюются огнем?
   – Нет. Но, кажется, ведут разведку и скидывают стрелы.
   – Вот мы и посмотрим, что круче – зенитка или дракон, – ухмыльнулся майор.
   Из белого марева врат неторопливо выехала «Тунгуска», вскинув стволы спаренных пушек и крутя локатором. Затем показалась еще одна зенитная самоходка, а следом показалась и пара «акаций».
   Техника все шла и шла с той стороны на эту, проходя сквозь портал и с ходу начиная вгрызаться в землю. Танки, инженерные машины, немного БМП и грузовики с припасами.
   – Товарищ майор, а может, это все лишнее?..
   – Все – это что?
   – Все это. – Вяземский указал на прибывающую технику. – Может, стоило оцепить эту дрянь и подождать начальство? Ну, или просто забросить внутрь десяток ящиков тротила и рвануть…
   – Рванул один такой. А если у них тут таких порталов, как блох на собаке? С этим не получилось, откроют в тысяче километрах севернее, где ни одной военной обезьяны нет и города пожгут быстрее, чем мы пискнуть успеем. Ни хрена. Эти римляне у меня еще землю будут жрать и ссаться при словах «Российская армия».
   Вообще-то правда в словах командира была. Варвары варварами, а портал открыли они сюда. И если такое колдунство им по плечу, могут и еще где-нибудь открыть, но уже без полномасштабных вторжений, а будут гадить по-мелкому. Так что врата действительно надо захватывать и удерживать, чтобы их с этой стороны не прикрыли, а то это у нас один такой мост получается в наличии…
   В воздухе мелькнула смутная тень, закрывая виднеющиеся в небе звезды, и Сергей отскочил к стоящей рядом БРЭМ[10].
   – Воздух! – заорал Вяземский, вскидывая автомат. – Укрыться!
   По броне что-то с лязгом застучало, в землю воткнулось несколько коротких дротиков.
   – Залпом! В зенит! – скомандовал Кравченко, забираясь на БРЭМ и вставая за турельный пулемет.
   Стоящие вокруг открыли огонь в небо, целясь в парящую над нами тень. В воздухе разнесся хриплый клекот, и стало понятно, что их атаковал ящер-разведчик. Стоящая рядом «Тунгуска» немного развернула башню и от души полоснула из спаренных пушек, выпустив за несколько секунд десятки снарядов.
   Заходящего в новую атаку ящера буквально разорвало на части, и тот рухнул в десятке метров впереди перед бесформенной кучей мяса и костей.
   Несмотря на примитивность оружия, несколько человек потеряли ранеными. Убитых не было, но бронежилет и каска не спасали от попаданий в руки или ноги.
   Сергей вытащил из земли один из воткнувшихся рядом дротиков и осмотрел его.
   Короткий – не больше сантиметров тридцати, но тяжелый. Наконечник, правда, странный… Изогнутый и широкий типа полумесяца. А, нет, ничего он не странный – самое то, чтобы увеличить шанс на поражение и нанесение раны.
   Хреново… Это ж от пули не спастись, навесив на себя броню, а от таких штук помирать стремно. И вдвойне неприятнее, что от таких-то дротиков как раз броней защититься можно.
   А не пора ли и правда начинать сдирать с пленных и убитых противников доспехи для личного пользования?..
   – Серега?..
   …Вяземский проснулся.
   По глазам резанул яркий солнечный свет. Болела затекшая шея и левая рука, которой старлей оперся о броню КШМ[11].
   Однако… Привалился к бронемашине и уснул. Стоя.
   – Тебе бы поспать, – хмыкнул Кравченко, окинув Сергея взглядом. – Всю ночь, считай, на ногах.
   – Так и вы тоже, Денис Юрьевич…
   – Фигня.
   – Аналогично.
   – Ну, раз аналогично, тогда пошли на пленных смотреть, которых поймали.
   Вяземский размял затекшее тело и зашагал следом за майором.
   Бой продолжался всю ночь. Легионеры понесли большие потери из-за темноты и того, что были застигнуты врасплох, но потому и сопротивлялись гораздо дольше, элементарно из-за того, что не поняли, с кем столкнулись.
   Удара бронетехники они, разумеется, не выдержали, но не просто побежали, а лишь рассеялись по территории полевого лагеря. И из-за этого несколько часов – почти до самого рассвета – продолжались стычки с выныривающими из темноты легионерами. У солдат сил было недостаточно, чтобы контролировать все, а противника было чересчур много, чтобы махом уничтожить большую его часть.
   Сколько их было-то? Десяток танков, несколько самоходок и БМП, инженерная техника… Это сила, да. Но вот пехоты набралась едва ли полнокровная рота.
   А легионеров было несколько тысяч.
   Но даже это им в конце концов не помогло – все очаги сопротивления, откуда били магией, уничтожили с расстояния, из тяжелого оружия. И в итоге легионеры начали где по одному, а где целыми отрядами сдаваться в плен, бросая оружие и поднимая руки в интернациональном и, как оказалось, интермировом жесте капитуляции.
   Следующие пару часов были потрачены на то, чтобы согнать пленных в одну кучу и окружить их несколькими ИМР и БРЭМ. За турельные пулеметы и рычаги управления сели офицеры и контрактники, чтобы в случае чего без лишних слов в прямом смысле слова закатать противника в землю.
   Сурово, а что поделать? При такой массе, если зазеваться, они смели бы всех даже голыми руками, не говоря уже о, казалось бы, таких забавных в современной войне копьях и мечах…
   Правда, часть кавалерии противника сумела смыться, воспользовавшись общей суматохой и темнотой, а нестись черт знает куда по голой степи… Ну, много ума для этого не надо.
   Вот только недостаток ума даст о себе знать, когда такая погоня приведет в засаду.
   Какое-то время пришлось провозиться с другого вида пленными – несколько сотен гражданских из Владимирска, которые были оперативно перегнаны вторженцами по ту сторону врат. Зачем это было сделано? Судя по тому, что некоторую часть уже успели заковать в кандалы, то иномиряне явно не чурались работорговли…
   Вяземский невольно сбился с шага, засмотревшись на раскинувшееся вокруг них пространство – с одной стороны сплошной лес, с другой степь… Ну, или учитывая торчащие местами деревья, – лесостепь. Или саванна. И никаких гор, как там, откуда они пришли. В воздухе куча новых, но не особо странных запахов – пахнет незнакомыми цветами и травами. Дует легкий ветерок, очень тепло, но без той одуряющей жары, что вторую неделю плавила Владимирск…
   Взгляд Сергея на автомате перешел на стоящие позади врата, которые он оглядывал время от времени. Но пока что никаких изменений в них не происходило – все то же черное каменное кольцо, заполненное молочно-белой мутью, сквозь которую теперь время от времени сновали люди и техника.
   Портал работал, или если говорить правильнее – функционировал, без перебоев и нареканий. Пока что. Однако нельзя было исключать возможности, что в один совсем не прекрасный момент веселье могло закончиться, заперев всех в этом мире. Может, у врат со временем сядут батарейки или ослабнет заклинание – неизвестно ведь на каком принципе оно вообще работает…
   – О чем задумался? – от не слишком радужных мыслей Сергея отвлек голос Кравченко.
   – Да так… Думаю, куда это мы завалились – в другой мир или прошлое…
   – Ну, это либо однозначно не наше прошлое, либо мы чего-то не знаем о нашем прошлом, – поймав вопросительный взгляд Вяземского, майор пояснил. – Я сейчас не про магию или ящериц летучих… Ты просто на небо посмотри.
   Сергей поднялся взгляд вверх.
   Голубое небо, облака и…
   Две луны. Нет, даже три.
   Одна – здоровенная, раза в два больше земной и красновато-бурого оттенка. Другая похожа на земную и такая же белая при дневном свете. А вот третья – самая маленькая, но угольно-черная, наползающая на диск красной.
   М-да. И правда выходит – другой мир…
   – Ну что, убедился?
   – Так точно.
   – В чем?
   – Что земля поката.
   Пленных собрали за внешней стеной полевого лагеря. А те укрепления, что прорывали сегодня ночью, были чем-то вроде контрвалационной линии, которой окружили врата на случай прорыва из них чего-то враждебного.
   Никаких охранных сооружений, естественно, возвести пока что не успели, поэтому просто поставили в оборону танки, «Тунгуски» и инженерные машины. На охрану пленных отрядили три БМП и один БТР, расставив их по углам квадрата, линии которого были наглядно обозначены пулеметными очередями бронемашин.
   И, судя по всему, желающих убежать как-то не находилось.
   В плен попало много – чисто навскидку тут собралось никак не меньше пяти тысяч солдат. Часть из них была без доспехов – лишь в чем-то вроде нательного белья. Учитывая, что атакованы они были ночью – вполне закономерный исход. Остальным же оставили доспехи, но отобрали любое оружие. Так сказать, во избежание.
   Внешне ничего примечательного в легионерах не было. Люди как люди – переодень, выпусти на улицы Владимирска и никто ничего не заподозрит. В основной массе русоволосые или блондины, лица европейские… Никаких эльфов или гномов.
   Однако ведь были же какие-то великаны, которые штурмовали исполком, верно?..
   – Красавцы, мать их. – Кравченко окинул взглядом пленных. – Что скажешь? Ты же у нас вроде как эксперт.
   – Да какой я эксперт, товарищ майор…
   – Да уж получше меня. У кого батя историк – у тебя или у меня?
   Отчасти это было верно, но лишь отчасти – отец у Сергея был не историком, а лишь преподавал историю. Разница вроде небольшая, но ощутимая.
   – Экипировка очень похожа на римлян нашего мира. Похожа, но разница все-таки есть – у этих она явно получше и продуманнее. Даже как-то дико, что такое сильное совпадение…
   – Сходные задачи порождают сходные решения? – предположил Кравченко.
   – Не подходит, – покачал Вяземский головой. – Не в этом случае. Хотя… В принципе, это неважно. Главное, что нечто вроде легионов может содержать лишь достаточно большое и достаточно развитое государство.
   – Я вот тоже думаю, что они просто обязаны будут напасть снова, – заявил майор. – Если это кто-то типа римлян или наших америкосов, которые считают себя круче всех, то сдачи они нам дать просто обязаны.
   – Будем закрепляться?
   – Да мы не будем, Серега, мы ОБЯЗАНЫ закрепляться, если не хотим больше по морде получать. Допросить бы этих бобров…
   – Переводчики нужны – это да… – согласился старлей. – Ну, учил я в академии английский, а в школе немецкий… А хрен ли толку? Вряд ли у них тут в ходу что один, что другой.
   – Ну, попытка не пытка, как говаривал Лаврентий Палыч… – хмыкнул Кравченко. – А если вот они действительно как-то с Римом связаны? Раз додумались до легионов, могли и до латыни додуматься.
   – Вряд ли, конечно… Но медиков один хрен придется привлекать – надо же будет этих пленных осмотреть, кому-то помощь оказать, если потребуется… А врачам латынь знать положено.
   – Кстати, видишь тех хмырей? Такие все из себя рыцари, в золоте, серебре и железе… Что думаешь?
   – Думаю, что надо их отделить от остальных, – с расстановкой произнес Сергей, высматривая названных командиром пленных. – Доспехи на них нестандартные, богатые – либо знать, либо командиры, либо еще какие шишки на ровном месте.
   – Мысль понял, мысль хорошая. Народ! Кто тут старший?
   – Я, тарщ майор, – откликнулся с одной из БМП незнакомый Вяземскому сержант-контрактник с мятым, слегка заспанным лицом.
   – Найди людей и отбери пленных с доспехами побогаче – их держать отдельно. Обращаться вежливо, не бить… Без серьезного повода. Понял меня, нет?
   – Тарщ майор, да где ж я людей-то сейчас найду? – сразу же начались дежурные попытки отмазаться. – Вы ж весь батальон отправили копать…
   – Я и тебя сейчас копать отправлю – понял, нет? Отсюда и до обеда. Моего. А я могу и не обедать. Как понял меня?
   – Так точно… – послышался унылый ответ, сопровождаемый вздохом, полным вселенской печали.
   От этого вздоха Сергей немедленно зевнул, да так, что чуть не свернул себе челюсть. Протер глаза, почесал нос, подумал…
   – Наверное, пора мне на ту сторону возвращаться, – произнес старлей. – Надо роту искать и разбираться со всей этой кутерьмой…
   – Ааатставить… Я с этим бээмтошным болотом каши не сварю – мне здесь хотя бы несколько толковых парней надо. Кто еще у нас в роте из офицеров в наличии?
   – А никого, – пожал Вяземский плечами. – Все же либо в отпусках, либо в разведшколе – один я остался.
   – Так, – прищурился Кравченко. – А у снайперов?
   – Такая же фигня. Темиргалиев врио оставался – мы как раз с ним вместе в штаб выезжали.
   – Бабай Маленький? Замечательно. Вот он пускай пока за обеими ротами присмотрит, а ты здесь будешь. Понял, нет?
   Ну и что тут скажешь? Учитывая, что на отрицательный ответ последует традиционный вопрос «а в глаз?».
   – О, знакомый «КамАЗ»… Ну-ка, пошли на разведку.
   Учитывая, что за дело взялись специалисты сего дела, разведка увенчалась успехом – внутри выехавшего из врат грузовика обнаружились срочники из роты обеспечения, притащившие коробки с сухпайками.
   Стоило только подумать о завтраке, как желудок Сергея моментально заурчал ничуть не хуже танкового дизеля.
   Грохот инженерной техники, которая обустраивала чужой лагерь, на какое-то время стих. На своих постах остались наблюдатели, охрана пленных и экипажи «Тунгусок» – сторожить легионеров и нести дозор. Следить за горизонтом и за небом, так сказать.
   Не летит ли ящер-переросток? Не скачет ли кавалерийская ала? Не шагает ли пехота? Не ползет ли коварная плодожорка, способная испортить любой продукт и технику вплоть до недопущения ввоза ее в Российскую Федерацию?
   Остальным же было подано кушать, и они сели жрать.
   Сухпай. Так вот ты какая – амброзия, пища богов!..
   – И что дальше, командир? – спросил Вяземский, когда наскоро позавтракавшие солдаты и офицеры разбрелись по лагерю, продолжая намеченные работы.
   – Пока не поступит отбой – будем готовить здесь плацдарм, – ответил Кравченко. – Хрен его знает, чего начальство решит, но уж лучше сделать и оставить, чем сначала вола гонять, а потом кусать яйца от досады и устраивать аврал. Может, к полудню прикажут подорвать врата, вернуться в наш мир и все забыть…
   – Свет с Венеры отразился от верхних слоев атмосферы и вызвал взрыв болотного газа… – пробормотал Сергей.
   – Типа того. А может, нам завтра прикажут двинуть танковые клинья и водрузить красный флаг в развалины местного Пентагона – не знаю.
   – Римнаш?
   – Типа того. Так что лучше быть готовым ко всему. К новой атаке – тоже.
   Возможность новой атаки Сергей вполне допускал.
   Всяким туземцам во все времена было плевать, насколько их превосходят технически странные чужаки, появившиеся из-за моря, а с упорством, достойного лучшего применения, ходили в атаку.
   При этом техническое превосходство – это ведь еще не все. Парни с мечами и копьями не справятся с танковой бригадой, но потери могут и нанести. И это не абсурд, если вспомнить, как те же англичане в свое время исправно огребали от вооруженных лишь копьями и щитами зулусов. Зулусы быстро кончаются, но вначале вполне могут разменивать десятерых за одного и будут довольны, как лесные удавы.
   Но даже с учетом магов или драконов в настоящую войну против местных Вяземский не верил. Это будет не война, а завоевание. Ацтеки и Кортес…
   Тоже сравнение, кстати.
   Новый мир, полный всех мыслимых и немыслимых ресурсов – нефть, газ, уран, золото и алмазы. Сверхзащищенный и неуязвимый тыл на случай ядерной войны, который сразу же дает плюс сто к показателям наглости и так довольно нахальных в крайние годы российских дипломатов.
   «Вспышка болотного газа»?.. Ее не будет. Впервые России повезло открыть не море Лаптевых или Антарктиду, а Клондайк и Эльдорадо в одном флаконе.
   И как всегда – победить или завоевать не проблема… Но вот что потом делать с этой победой? Откусить кусок и прожевать его – две совсем разные вещи…
* * *
   Поспать Сергею так и не удалось – весь день пришлось потратить на организацию укрепления плацдарма. Принимать прибывающих солдат, технику и снаряжение, размещать и развертывать их, руководить в конце концов.
   И нет, это не так просто, как кажется на первый взгляд, если действительно важен результат, а не имитация бурной деятельности…
   Прибыл БТР разведроты с Олегом и Русланом, лично севшим за рычаги броневика. Машина была наскоро отремонтирована, заправлена и загружена боеприпасами и прочей снарягой под завязку. Под завязку – это значит действительно по самую крышу, да еще и сверху кое-что оказалось приторочено. Так что боевая машина сейчас в бэтээре угадывалась с трудом – скорее он напоминал большую самоходную свалку. Хотя закрепленные сверху на броне металлические кровати (не противокумулятивные решетки-«кровати», а обычные панцирные) придавали бронемашине довольно грозный противопартизанский вид.
   А вот срочников почему-то не прислали, хотя они сейчас очень даже пригодились бы… Поэтому разгрузку всего добра пришлось организовывать оперативно выловленными «чужими» бойцами, которые занимались перепланировкой легионного лагеря.
   Данный лагерь был хорошо спроектирован, с точки зрения армии Средневековья, но совершенно не подходил солдатам двадцать первого века. Частокола, наблюдательных вышек и ровного места для установки палаток было абсолютно недостаточно – требовалось оборудовать парк, столовую, полевую кухню, склады боеприпасов и ГСМ…
   Попутно тащилось все, что могло сгодиться в хозяйстве и плохо лежало. А что лежало хорошо, то перекладывалось и все равно тащилось.
   Поломанный частокол уже весь убрали, а вот целый пока что не трогали. Палатки легионеров тоже поубирали, а взамен них разбивали обычные армейские. По правде, это был тот еще размен шила на мыло, но порядок же должен быть?
   Площадку под технику еще готовили, да и особой нужды в ней пока что не было – всякие грузовики на этой стороне особо не задерживались, а бронетехника в основном закопалась в капонирах по периметру лагеря.
   В перспективе планировалось сделать еще и выносные блокпосты – фортификация, то-се, строго по науке… Правда, приоритетнее была прокладка проводов для освещения и связи.
   К тому же это ведь не просто полевой выход – ситуация без шуток боевая. Поэтому не просто перестраивали лагерь, а превращали его в укрепленную базу.
   Загрузить работой срочников не было возможно ввиду малого количества и озадаченности оных, поэтому в ход пошли не лопаты и ручной труд, а бульдозерные отвалы танков и самоходок и инженерная техника.
   Базу окружили глубокие противотанковые рвы, которые вряд ли были менее эффективны против средневековой пехоты, чем против танков. Привезли колючую проволоку, пустые мешки, бетонные плиты, цемент и ящики с противопехотными минами.
   Что касается связи, то по сотовому позвонить из этого мира в другой вполне ожидаемо не получалось. Поэтому первым делом протянули древнюю, как бивни мамонта, проводную связь… И это сработало. А то Сергей уже было заопасался, что бегущие по проводам электрончики откажутся пересекать барьер между двумя измерениями, но нет же – обошлось…
   Вообще место расположения лагеря ему не слишком нравилось, потому что оно не было господствующей высотой над степью вокруг. Правда, один небольшой холм был в паре километрах правее, но отдаляться от врат из-за такого было натуральным идиотизмом.
   Но вот корректировщика там посадить все равно надо бы… Позже. Когда начнется нормальное обустройство лагеря и окрестностей, а не экстренное окапывание. Возможно, корректировщика посадят и где-нибудь в более удобном месте, которое пока что просто не нашли – разведки местности-то толком еще не проводилось. Ну, кроме облета легкими беспилотниками окрестностей вокруг лагеря. Более серьезная разведка должна была начаться, как только сюда будут доставлены нормальные беспилотники, а не легкие квадрокоптеры. А вот в обычный разведывательный дозор Вяземскому надо было отправляться на БТР по плану уже завтра – несмотря на весь технический прогресс, дронам начальство пока что доверяло не так сильно, как традиционной разведке.
   В общем, закреплялись серьезно.
   Ближе к вечеру работа начала потихоньку стихать, потому как было ее еще дохренища, но бросить решительно всех на копательно-строительные работы было бы преступным идиотизмом. Ведь, если что, российские солдаты вторглись на однозначно враждебную территорию, и сейчас караулы и часовые были не просто традицией, а суровой необходимостью.
   Также к вечеру сквозь врата прошли полицейские при поддержке внутренних войск и начали организованно забирать пленных. Насколько Сергей понял из обрывков разговоров, для них около Владимирска организовывали что-то вроде фильтрационного лагеря, так что держать их по эту сторону врат не было никакого смысла.
   Кравченко убыл на ту сторону для совещания, и, пользуясь этим, кое-кто из офицеров и контрактников тоже решил слинять на ту сторону домой…
   Очень умно, ага.
   Выставленная около врат охрана из двух десятков солдат, окопавшихся и ощетинившихся оружием, серьезной преградой для утекающих не стала. Однако, к удивлению Вяземского, через непродолжительное время беглецы начали возвращаться обратно, нецензурно возмущаясь несправедливостью и жестокостью обоих миров. Сергей тихо – по-разведывательному, влился в следующую группу, попытавшуюся пройти обратно на Землю, дабы выяснить причину возвращения. А заодно и попробовать дозвониться до родных.
   – Что за?.. – неприятно удивился кто-то из офицеров-инженеров, как только оказался на той стороне.
   По ту сторону врат обнаружились заграждения и десятки людей в новеньких противогазах и с автоматами в руках.
   Автоматы эти пока что вежливо висели поперек груди, а расставленные вокруг пулеметы и гранатометы не менее вежливо пялились в небо, но…
   – Не положено, – донеслась из-под маски глухая и хриплая, но довольно отчетливая реплика. – Карантин.
   – Да какой еще, на хрен, карантин?! – начал постепенно злиться маленький и тощий капитан. Фамилию его Сергей так и не смог вспомнить, но, кажется, типчиком он был довольно неприятным…
   Эта охрана в отличие от бывших до них полицейских оказалась куда несговорчивее и пропускать кого бы то ни было без особого разрешения отказалась наотрез.
   – Да у меня там!..
   – Отставить, – глухо рыкнул появившийся из-за спин охранников Кравченко. – Чего у тебя там? Семеро детей не кормлено или, что вернее, любовница не трахана? Потерпишь, не облезешь. Чего встал? Задач, что ли, больше нет, чем в город бегать? Кругом марш! Всех касается. Нечего туда-сюда сновать, как челноки. Мы теперь режимный объект, мать его так. Понятно, нет?
   Капитан, да и все остальные, почел за лучшее не спорить с майором, известным своим крутым нравом не то что всему военному городку – всей бригаде, и ретировался обратно в портал.
   Спустя всего пару дней уже никто не выказывал ни малейшего удивления по поводу прохода в иной мир.
   Ну, проход. Ну, в иной мир. И что? От этого, что ли, рапорты не надо писать и обязанности свои не выполнять? Да хренушки.
   Так что пользовались вратами с неменьшей обыденностью, чем каким-нибудь КПП…
   – Э, Серега. А ты чего тут забыл вместе с этими бобрами? Тоже лыжи куда-то навострил? – нехорошо прищурился Кравченко.
   – Никак нет, просто решил узнать, чего это они обратно возвращаются и матерятся как сапожники. Ну и бате с сестрой хотел заодно позвонить. А это что, карантин какой-то, что ли?
   – Такие вот дела, Серега, – сообщил Вяземскому майор. – Как минимум на месяц мы там застряли. Карантин, как он есть. Сейчас вообще такая клоунада была, что просто атас – совещание проводят, а все понаехавшие либо в респираторах сидят, либо из соседней комнаты телемост наводят.
   Появление карантинной зоны явлением было не слишком приятным, хотя и ожидаемым. Если уж и дальше продолжать экскурсы в историю, то больше всего туземцев гибло не от пули и мечей конкистадоров, а от привезенных ими болезней. Даже банальной кори или коклюша.
   К тому же может быть верно и обратное: подцепить какую-нибудь Эболу и расплыться в кровавую кашу – тоже удовольствие маленькое…
   – И что сказали, Денис Юрьевич? – поинтересовался Сергей.
   – А чего они скажут? – хмыкнул майор. – Разбираются как надо, наказывают кого попало… Рыжику, правда, за дело влетело – не быть ему теперь командиром бригады, а быть ему отставным военным без пенсии. И это в лучшем случае. А то пока мы все по городу носились, он у себя в хате отсиживался – понял, нет?
   Эге… Да за такое не то что звездочек лишиться можно, и небо в клеточку можно увидеть…
   – Короче, пока суд да дело да служебные разбирательства, нам поручено закрепиться на той стороне врат и держать оборону. Если мы для местных будем не опасны, то начальство что-нибудь придумает.
   – А если они будут опасны для нас в бактериологическом плане?
   – Ну и царствие нам тогда небесное. Но пополнение обещали прислать, техники и припасов – тоже. А, да. И командую всем этим шалманом официально пока что я, а то дяди-полковники попали под расследование, нескорое и несправедливое… Там командования понаехало – мама не горюй. Армейские, окружные, московские, прокурорские… Звезд на погонах больше, чем на небе. На завтра борт министра обороны ждут.
   Ну да, все-таки не каждый день в каком-нибудь городе открывается портал в другой мир и оттуда вываливаются агрессивно настроенные легионеры, маги и драконы.
   Велика Россия, но даже в ней такой ерунды никогда прежде не случалось. Вроде как.
   – Ну, если к делу подключатся московские, то нам здесь точно ловить нечего, – заметил Вяземский. – Посидим месяц в поле, а после этого если ничего не случится, то нас сменит какая-нибудь спецура и прочие особисты…
   Кравченко хохотнул:
   – Ты чего, еще не понял? Мы уже вляпались по самую фуражку. Ты по телефону давно звонил?
   – С той стороны не берет, а на этой тоже связи нет… Вышка, наверное, где-то навернулась…
   – А я тебе больше того скажу, Серега – мобильную связь во всем городе отрубили. Точнее, она сама навернулась к вечеру того дня, а чинить ее особо и не торопятся до сих пор. С Интернетом та же ерунда. И насколько знаю – на всех выездах кордоны, которые заворачивают народ обратно. Я по обычному телефону домой только и дозвонился. Ради интереса попробовал набрать межгород, но фиг там. В блокаде мы. Территориальной и информационной, чтобы, не дай бог, ничего лишнего не утекло…
   – Так все равно же утечет, – возразил Сергей. – Уже утекло. Интересно, сколько сейчас в Сети уже бродит фото и видео того, как по Владимирску шляются легионеры и кавалерия? Двадцать первый век же – заснял и сразу же в Интернет можно выложить…
   – Ну и? Ну, выложат, и что? Скажут – фотошоп, скажут – флеш-моб, фиговая шутка или еще какое фе. Когда врут каждый день и на каждом шагу, как можно верить во что-то безоговорочно?
   – Но информация все равно просочится.
   – Да, с этим ничего не поделать, – кивнул Кравченко, когда мы шагнули сквозь белое марево врат. – Главное, чтобы все наши заграничные «партнеры» не знали всего, а то…
   Ну да, целый мир, пригодный для колонизации и освоения, кому угодно вскружит голову. Пусть он даже особо и не нужен, но все равно будет взят, дабы не достался другим. Очень армейский метод мышления, да…
   Пожалуй, Россия вообще меньше всего заинтересована в новом мире. Ресурсы и жизненное пространство? Да этого и на Земле хватает так, что хоть жуй ртом и попой. С ресурсами и пространством тоже полный порядок – это людей не хватает, чтобы уже имеющееся освоить…
   Вот прям как с чемоданом без ручки дилемма – и бросить жалко, и нести неудобно. А бросишь – того гляди, кто-нибудь ушлый подберет, прикрутит запасную ручку, радары и противоракеты, и станет чемодан враждебным и опасным…
   Парадокс. Столбить территорию, враждовать с аборигенами, учитывая, что эта самая территория, в принципе, и не особо-то нужна…
   А вражда будет. Если вспоминать историю земной Римской империи, дипломатию она понимала только вкупе с процессом непрерывного навешивания ударов. Если не получилось завоевать нахрапом, местные наверняка соберут армию побольше и снова полезут. Уже чисто из принципа, если они действительно большая и крутая держава.
   Не получится завоевать – попробуют купить…
   Правда, чего они могут предложить-то такого, что могло бы удивить вынюхивающих углеводороды господ из «Роснефти» и «Газпрома»?
   – Ты рапорты-то уже начал писать? – вернул Вяземского с небес на грешную иномировую землю Кравченко.
   – Да когда бы, Денис Юрьевич – весь же день не покладая рук…
   – А, ну ладно. Все равно у тебя в запасе еще целая ночь.
   – Денис Юрьевич…
   – Чего Денис Юрьевич? Я уже тридцать пять лет Денис Юрьевич. Меня за эти чертовы бумажки крепят, а я вас буду крепить, и тебя в том числе. Майоры – это для полковников, а старлеи на капитанских должностях – это уже для майоров. Так что иди, крепись, ищи штабные палатки, где уже развернули ноуты и принтеры, договаривайся… Ну, не мне тебя учить.
   – Убил военного – спас дерево, – пробурчал Сергей. – Чертова канцелярщина.
   – Во-во. А с вас ведь еще немного бумажек требуют – расходы всего да отчеты обо всем… А с меня еще больше. Проводная связь, будь она неладна… Можно было бы – я бы все эти провода уже топором втихую покромсал. Как связь обеспечили, так начальство как с цепи сорвалось… Бумажек требуют столько, будто бы застряли в сортирах и у них там в желудках сразу революция с контрреволюцией идут. Завтра в дозор?
   – Так точно.
   – Счастливый, – позавидовал майор. – Тоже хочу в дозор. А то завтра ожидается нашествие особистов, и будет нам утро стрелецкой казни…
   Сергей подумал, что перед этим утром кое-кого ожидает еще и варфоломеевская ночь с минимумом сна, но обилием писанины.
   – А насчет связи со своими не беспокойся – придумаем что-нибудь.
* * *
   Когда Вяземский вернулся к месту, где был развернут филиал разведроты при БТР и необъятном количестве барахла, старлея удивили палатки. Две штуки, небольшие – где-то на десяток человек каждая, и которых в роте отродясь не водилось.
   Впрочем, у кого еще в Российской армии имелись трофейные палатки иномировых легионеров?
   Вокруг палаток расхаживал жутко довольный старшина роты – старший сержант Новиков.
   – Саня, это откуда? – поинтересовался у него Вяземский.
   – Оттуда, – многозначительно произнес старшина. – Представляешь, Серега, иду себе, а они лежат… Ну, совершенно бесхозные! Вот я и решил, что роте палатки пригодятся.
   Старлей запасливость и хозяйственность Новикова всецело одобрял. Спать в хоть какой-нибудь, но палатке всегда лучше, чем в спальном мешке под открытым небом.
   – Одна для нас, чтобы спать. А вторая?
   – А вторая, чтобы ротное добро под открытым небом не лежало. А остальные – в запас. На всякий случай.
   – Остальные? – уточнил Вяземский.
   – Да ты только глянь, Серега!.. Кожаные, новенькие, качество – во! А валяются совершенно к делу не пристроенные – прямо сердце кровью обливается… Ничего, я уже на всякий случай на всю роту запас. Мало ли что…
   Если старшина говорил «на всю роту», то это означало «много», потому как по факту в разведке было тридцать с небольшим человек, а по штату – больше семидесяти. Однако, когда подвал казармы по весне подтопило, выяснилось, что запаса одной только обуви, накопленной запасливым Новиковым, хватило бы не то что на роту, а на полнокровный батальон.
   – Ноут мой из канцелярии взяли? – спросил старлей.
   – И ноут, и принтер, и «дырчик»[12], – сообщил старшина. – И даже брошюратор с ламинатором. А перед убытием загнали твою «Калдину» в наш бокс в парке, чтобы чего не вышло.
   Вяземский заметно приободрился – с таким богатством никакая канцелярщина не страшна. А учитывая, что вряд ли все подразделения в округе были столь запасливы, за услуги по печати можно будет добыть что-нибудь необходимое…
   Ну и о машине теперь беспокоиться не требовалось. А беспокоиться о бесхозных машинах на территории части приходилось всегда – если уж хозяйственные прапорщики не стянут колеса, то вечно страдающая недостачей охрана складов ГСМ все топливо сольет.
   Рядом загрохотал электрогенератор, а затем одну из палаток изнутри осветил неяркий свет. Из-за БТР показались Олег и Руслан, вытирающие руки.
   – Говорил тебе – в свечах дело. А ты – бензин хреновый, бензин хреновый…
   – Вот чего ты ко мне пристал, а? Все ж заработало – я ж механик-водитель.
   – Я с тебя шизею, товарищ нехват-вредитель. Если ты «дырчик» починить не можешь, то как тебя к БТР подпускать?
   – Ну и не подпускай – сам в нем ковыряйся. Я, если ты не знал, вообще ни с чем, кроме «Уралов», «КамАЗов» и «мотолыг»[13], дел не имел… О, командир вернулся.
   – Что слышно? – поинтересовался у меня Олег. – Мы тут надолго или как?
   – Минимум на месяц.
   – Как на месяц?! – Саня аж подскочил. – Мне же в отпуск через две недели!
   – Ну… – Сергей почесал нос. – Выходит, накрылся твой отпуск одним местом.
   – Твари. Вонючие!..
   – …Зато будут платить боевые, – подсластил горькую пилюлю старлей. – Ну и вроде как если будем тут оставаться надолго, то боевые уберут, но дадут надбавки за секретность и особые условия, и так далее…
   Лицо старшины отразило совершенно бешеную работу мозга, пытающегося вычислить зарплату, исходя из таких новостей. Выходило похоже, что более чем прилично.
   – Надо пожрать, – заявил изрядно повеселевший Новиков.
   Ужин у разведчиков сегодня был очень поздний, но раньше поесть просто не удавалось. Поэтому из палатки был извлечен светильник, подключенный к генератору, расставлены стулья и просто ящики и извлечены остатки сухих пайков.
   Впрочем, от оных сухпайков оставался только чай, поэтому основным «блюдом» стала самая банальная лапша быстрого приготовления, приправленная майонезом.
   – Сухпай – отличная вещь, – задумчиво произнес старшина, включая небольшую газовую плитку и кипятя чайник. – Если только не жрать его неделями кряду. А еще – его мало.
   – Да это не сухпая мало, а просто в тебе глистов много, – моментально среагировал Руслан. – Сам худой, как вобла, а жрешь, как не в себя.
   – От кишкоблуда слышу. Сам-то, когда оголодаешь – савсэм дыкий становишься, да? Помнишь рулетик, что ты у меня сожрал?
   – Твою!.. Да ты уже совсем двинулся с этим рулетиком! Я ж тебе два новых купил!
   – Это был неравноценный обмен – они были не такие вкусные.
   – Вот сколько можно уже про жратву говорить, а? – возмутился Вяземский. – Проглоты земли русской… Вы как угрозу НАТО будете создавать – объедите вражескую армию? Я вот, между прочим, уже второй день без «первого» живу… И второй день без «второго»!
   – И третий день без компота! – ужаснулся старшина. – Я бы так не выдержал.
   – Кстати, о жратве… – Олег достал из сумки бутылку. – Кто будет?
   – Уговор был пожрать, а не нажираться, – наставительно произнес Новиков. – Давай. Где мой большой стакан?.. Сделал дело – можно и водовки попить.
   – Командир?
   – Мне чуть-чуть, – зевнул Вяземский. – А то еще гору бумажек надо подготовить… Ты, кстати, спиртосодержащее береги – мы, по ходу, тут надолго застряли, и неизвестно, когда запасы можно будет пополнить.
   – Командир, ну кого ты учишь, – ухмыльнулся Олег. – Все уже продумано и просчитано…
   – Раз все продумано и просчитано, то угостите уже командира сигаретой.
   – Ты же бросаешь? – прищурился Руслан.
   – Да как тут бросишь-то с такой хренотенью… – вздохнул Сергей.
   – Фигня, – авторитетно заявил Новиков. – Бросить курить – как не хрен делать. Да я сам уже раз пять бросал!
   Поздний вечер сменила ночь, опустившаяся на военный лагерь. Смолк шум работающей техники, эхом оставив после себя тарахтение генераторов. Территорию вокруг освещали развешенные на столбах лампы; патрули солдат и экипажи машин заступали в дозор.
   – Как думаешь, командир… – произнес Олег. – А что дальше?
   – Дальше – тишина! – с чувством провыл старшина. – Остров всех блаженных! Сердца глубина, преклони колени!..
   – Эй, я серьезно.
   – А я – нет!
   – А что тут думать-то? – проворчал Руслан. – Если это действительно другой мир, планета или измерение, то мы тут либо останемся, либо свалим, напоследок взорвав врата…
   – Реально думаешь, что мы тут останемся? – усомнился Новиков. – То есть все чин-чином – воткнем в землю триколор и провозгласим все вокруг владениями Его Величества Президента Всероссийского?
   – Утрируешь, – поморщился Вяземский. – Хотя если мир ничем особенным не будет отличаться от нашего, то базу оставят на постоянной основе. А где база – там и городок. А где городок – там и город. А где город, там и область можно замутить… Сколько у нас там сейчас субъектов в стране? Ну и будет еще один.
   – Кстааати… – протянул старшина. – А это реально какое-то фэнтези, что ли? Ну, там орки, эльфы, гномы… Магия-шмагия.
   – Нет, не испугаешь, – ухмыльнулся Сергей. – После того как я узнал, что Кравченко во всем этом разбирается, ничему не удивлюсь. И тем более твоим познаниям, Саня.
   – А чего тут разбираться-то? В «Героев меча и магии» все же играли? Ну и вот! Готовый симулятор практически. А если это фэнтези, то надо срочно искать самый главный местный ресурс.
   – Золото? – спросил Руслан.
   – Ману? – хмыкнул Олег.
   – Деревня! А кое-кто – горный аул! Самый ценный ресурс фэнтези – это эльфийки!
   – А тебе лишь бы о бабах думать. А кто тогда ползарплаты спустил на…
   – Что было, то прошло, – быстро произнес Новиков. – Кто старое помянет – тому глаз вон…
   – А кто забудет – оба! А после подсунем тебе, слепому, местных крестьянок, которые без зубов и не мылись отродясь.
   – Нет, ну а все-таки?
   – Да что тут думать, – произнес Вяземский. – Если портал не схлопнется завтра или в ближайшее время, то поползут сюда всякие «Норникели» и «Роснефти»…
   – А мы, получается, будем воевать за то, чтобы тут все распахали и начали добывать нефть с алмазами? – поморщился Олег.
   – Нет, – спокойно ответил Сергей. – Как настоящие русские варвары, мы по традиции будем врываться в села и кишлаки, оставляя за собой больницы, школы и электрификацию. А «Норникели» – это так, локомотивы колонизации. Тут даже, скорее, на одной только торговле можно подняться…
   – Ну и что мы им тут будем продавать? Нефть и газ? Или отечественный автопром, который самый отечественный в мире?
   – Так ведь вокруг действительно почти средневековье, – усмехнулся Вяземский. – Никакой серьезной промышленности, никакого серьезного производства… Даже соль – стратегический ресурс, ничуть не дешевле драгметаллов. Здесь почти любой хлам из нашего мира в цене будет – хоть гвозди банальные, хоть пилы или ткань. А платить за это будут не резаной туалетной бумагой с портретами мертвых президентов, а золотом-серебром и продуктами питания. Без всяких нитратов-пестицидов и ГМО.
   – Эй, какая еще торговля? – хмыкнул Саня. – А как же танки против легионов, вертолеты против драконов и ковровые бомбардировки?
   – А на хрена? Англичане целую Индию так же когда-то завоевали – купили одних, начали торговать с другими, помогли третьим… И через полтора века индусы даже и не заметили, как в колонию превратились. А ты говоришь, ковровые бомбардировки…
   – Так мы же не англичане, – заметил Руслан. – Я историю в школе хорошо учил – помню, как они всю Индию грабили. Нам предлагается грабить так же?
   – Зачем грабить? – спросил Сергей. – Не надо грабить – денег у страны хватает… Их надо просто грамотно приложить и освоить.
   – Ага, в свой карман, – хмыкнул старшина.
   – Вот чья бы корова мычала, а твоя молчала. Зуб даю – тебя бы подпустить к депутатской кормушке, ты еще бы не столько в свой карман положил.
   – Злой вы, товарищ старший лейтенант, – надулся Новиков. – А сами-то?
   – А может, и положил бы, – спокойно ответил Вяземский. – Как я тебе такое скажу-то? Деньги – развращают, большие деньги – развращают еще больше.
   – Богатым и честным быть сложно, – иронично заметил Руслан. – Сложнее, чем бедным и честным. Я бы даже сказал – почти невозможно.
   – Так выпьем же за нас – бедных и честных! – воскликнул старшина.
   – Слышь ты, бедный и честный… Это как же тебя и страну олигархи довели, что ты себе новенький джип купил?
   – Вот только не надо, не надо. Крысы из финслужбы меня и так постоянно погрызть пытаются, вот только грызлом не вышли. А я этот джип по дешевке на честно накопленные купил. Я, что ли, виноват, что хата у меня служебная, а сам я холостой? Куда мне еще тратиться-то?
   – Ладно, – поднялся с места Вяземский. – Пора бы и честь знать. Заканчивайте уже с разгрузкой, а то завтра на БТРе в дозор идти, а я пока бумажками займусь…
   – Сочувствую, командир, – съехидничал старшина. – Тяжелая же тебе работа досталась…
   – Пошел в задницу. Если хочешь, я с тобой с радостью поменяюсь.
   – Ненене. Спасибо, я уж лучше ящики потаскаю.

Интерлюдия

   – С материальным ущербом погоди, Владимир Андреевич. – Президент закрыл папку с фотоснимками и отчетами. – Отстроим, отремонтируем – не впервой. Лучше точно скажите – с чем мы имеем дело?
   Министр чрезвычайных ситуаций был человеком военным, и стандартный ответ «не могу знать» ему категорически претил. Однако ничего другого он сейчас сказать был просто не способен.
   – Не могу знать, товарищ президент. Мое ведомство занимается сейчас по профилю – оказывает помощь, занимается ремонтом и восстановлением города…
   – Какие-нибудь проблемы? Трения с местными властями?
   – Да какие там могут быть трения, – слегка усмехнулся министр ЧС. – Набольший там мужик толковый и в отставку не торопится. Так что оказывает все возможное и невозможное содействие.
   Один губернатор Владимирского края отправился в отставку после того, как умудрился во время Невельского землетрясения прибыть позже министра чрезвычайных ситуаций. Другой сел за взятку в особо крупных размерах, миллиард рублей наличными, авторучку за миллион долларов и сотрудничество с японским МИДом.
   – Хорошо… – кивнул президент. – Александр Васильевич?..
   – Специальные научные группы еще только формируются, – доложил директор ФСБ. – В основном же мы сейчас занимаемся информационным прикрытием происшествия.
   – А это вообще возможно? – иронично поинтересовался премьер-министр. – Двухсоттысячный город атакует средневековая армия с драконами, а мы пытаемся это скрыть?
   – Попытаться стоит в любом случае, – невозмутимо ответил директор ФСБ. – Тем более сейчас это все намного проще. Видео и фотографий в сеть утекло не так уж и много – в кои-то веки плохой Интернет оказался благом. Все провайдеры (целых три) почти сразу же обрубили каналы связи – кто намеренно, кто вынужденно из-за повреждений… А что все-таки успели в Интернет выложить – то мы объявляем монтажом, подделками и кадрами из утекшего в сеть нового фэнтезийного фильма. В блогах и соцсетях пытаемся перебросить фокус с этой ситуации на традиционные проблемы… Но нужно что-то достаточно резонансное и максимально не связанное с происшествием. Предлагаю коррупционный скандал.
   – Всегда можно посадить Табуреткина, – хмыкнул премьер-министр. – Зря, что ли, мы его держим на свободе как раз для такого случая?
   – С прикрытием разберемся позже, – произнес президент. – Что известно нашим «партнерам» и союзникам?
   – Учитывая, что даже мы мало что понимаем – практически ничего. Каналы связи мы успели заблокировать вовремя, поэтому в широкий доступ ничего существенного не утекло. Хотя с интуристами есть проблема – во Владимирске их несколько сотен. Работники иностранных компаний в основном.
   – Выпускать их нельзя ни в коем случае, – заметил премьер-министр.
   – Мы уже работаем над этим, – скупо улыбнулся директор ФСБ. – Но требуется официальное прикрытие всей операции.
   – Общая рабочая версия уже выбрана? – спросил президент. – Террористы, утечка токсичных веществ?..
   – Остановились на гибридном варианте. Согласно ей тоталитарная секта «Пятый Рим» применила галлюциногенный газ…
   – Неужели народ в это поверит? – поморщился молчавший до сих пор министр внутренних дел.
   – А куда он денется? Во всяком случае, это звучит куда убедительнее, чем правда – что на нас из параллельного мира напали какие-то римляне.
   – У меня, кстати, с этими римлянами уже проблема. Пленных больше пяти тысяч, и их надо как-то содержать… А там еще в городе порядок наводить.
   – Передайте пленных армии и ФСБ, – распорядился президент. – Раз уж армия все это начала, то пусть она и продолжает. Сергей, ты только оттуда, видел все сам – что скажешь?
   – На той стороне я не был, – покачал головой министр обороны. – Карантин все еще держится, да и нельзя исключать закрытие прохода… Но плацдарм на той стороне создан и закрепляется. Начали разведку местности, ждем возможных новых атак аборигенов.
   – Кто там сейчас главный?
   – Какой-то пехотный майор. Толковый. По сути, из командования оказался самым толковым. Пока полковники мялись, он поднял ближайший к городу военный городок, выбил противника с улиц, а потом закрепился на той стороне.
   – А ведь проход и правда может закрыться, – заметил премьер-министр. – И тогда наши солдаты останутся на той стороне. Не лучше ли дать приказ держать оборону с этой стороны?
   – Я видел эти врата, – покачал головой министр обороны. – С нашей стороны это просто фантом, иллюзия – не пощупать и приборами не замерить. Так что проход, скорее всего, открывается и закрывается только с той стороны. Если местные его перекроют, то мы так и не узнаем, с кем столкнулись и стоит ли ждать новых нападений.
   – Но это риск.
   – А они солдаты, а не посудомойщики – знали, на что шли, когда выбирали военную службу. Тем более срочников мы туда принудительно не шлем – только добровольцев из числа контрактников и тех, кто желает заключить контракт.
   – Это-то понятно, – произнес президент. – Вопрос сейчас не в том, что будет, если наши там застрянут… Хотя и этот вопрос тоже стоит проработать.
   – Уже работаем, – вставил директор ФСБ. – Так сказать, изучаем ориентировки…
   – Что, простите? – премьер-министр решил, что ослышался.
   – Ориентировки. На что ориентироваться, – пояснил фээсбэшник. – Фантастическую литературу преимущественно – об отрядах, застрявших в прошлом или в параллельном мире…
   – Шутите?
   – Почему же? – без тени улыбки спросил директор. – Наш невероятный противник и вероломный союзник десятки лет мониторит фантастику на предмет перспективных идей… Атомная бомба, лазеры, космические путешествия – так или иначе все это было предсказано. И раз уж мы решили идти в ногу со временем и играть на опережение, не стоит брезговать такими методами.
   – Бульварное чтиво, – буркнул министр внутренних дел.
   – К сожалению, более «серьезная» литература ответов вообще не дает. Если бульварное чтиво, так сказать, хотя бы вчерне пытается нащупать схемы действия и поведения в экстремальных условиях, то «серьезной» литературе не до этого. Описания того, как разжечь огонь или приемов охоты, не будет, зато будет много моральных терзаний и интеллигентских соплей.
   – Конкретные наработки, Александр Васильевич, конкретные наработки, – напомнил президент.
   – Прошу прощения. Пока составляем списки вещей, имеющих ценность в ином мире, а также снаряжения для автономного существования. Инструменты, учебные программы, посевной материал, снаряжение…
   – Экспедиция, способная выжить автономно, – это хорошо. Но есть ли смысл вообще разрабатывать эту тему? Если проход закроется сегодня, завтра или через год, то нет никакого резона исследовать и колонизировать другой мир. А если существует угроза, то проще утилизировать в другой мир сотню-другую тонн ядерных отходов.
   – Резон-то есть, – вздохнул премьер-министр. – Уже, по предварительным данным, по ту сторону – даже не Крым, а намного лучше. Отличный климат, нетронутые природные ресурсы… Но необходима определенность. Нельзя направлять силы и средства, если есть риск, что это все будет впустую.
   – Определенность будет, – заявил директор ФСБ. – И думаю, что положительная. В архивах есть кое-какая информация…
   – Только не говорите, что КГБ пыталась проникать в другие миры, – усмехнулся министр обороны.
   – А чем мы хуже армии? У американцев есть план действия на случай зомби-апокалипсиса, у вас утвержден «План действий по отражению атаки агрессивной инопланетной расы»…
   – Этот план вообще-то – просто шутка.
   – Да и я тоже… пошутил. А вот МГБ само не шутило и другим не давало.
   – Вы хотели сказать КГБ? – уточнил премьер-министр.
   – Я сказал то, что хотел сказать.
   – Значит, вы считаете, что есть вероятность получить стабильный проход? – в упор спросил президент.
   – Считаю, что рано пока что говорить хоть что-то конкретное. Но кое-какие наработки есть.
   – Значит, колонизация все-таки планируется? – поинтересовался премьер-министр. – Тогда надо уже начинать планирование.
   – Все понимают, на что мы идем? – Президент обвел взглядом всех присутствующих. – Это будет не Сирия, не Украина и даже не будущая драка за Арктику. Если наши «партнеры» пронюхают о таком куске, то… Большой бойни со времен Великой Отечественной не было только потому, что побеждать, но владеть мертвой планетой никому не хотелось. Сейчас же все может измениться. Поэтому мы либо рискуем, либо заливаем врата бетоном и в будущем ждем новых атак… Думаю, ответ очевиден.

Новостная сводка

   – Здравствуйте.
   – Шокирующая новость этой недели… Совершенно чудовищный теракт во Владимирске… Секта «Пятый Рим» – что это вообще такое? Вы можете что-нибудь рассказать о ней, Александр Лаврентьевич?
   – Разумеется. У этого культа достаточно долгая история… Ее лидер – некий Савва Сангвиний, он же Семен Мотыль, выходец еще из российской ячейки печально известной «Аум Сенрике»…
   – Неужели эта террористическая организация действовала и в России?
   – Разумеется. Начало девяностых было ознаменовано настоящим засильем самых различных деструктивных культов… И тогда многие из них не были идентифицированы как террористические или экстремистские организации. «Аум Сенрике» – не исключение. Кстати, можно проследить и аналогию – в 1995-м в Японии так же, как и во Владимирске, было применено химическое оружие. Различие лишь в том, что тогда это был боевой газ зарин, а сейчас это было нечто неопознанное… Что неудивительно, с учетом того, что господин Мотыль учился на химика, но был отчислен по подозрению в изготовлении наркотиков…
* * *
   – …Министерство иностранных дел Японии выразило глубокую озабоченность начавшимися вчера масштабными военными учениями на Дальнем Востоке. Напомним, что в них задействовано сто пятьдесят тысяч человек, несколько сотен единиц бронетехники, самолеты, вертолеты и флот. В ходе учений запланированы высадки морских и воздушных десантов, а также пуски оперативно-тактических ракет.
   Как заявил пресс-секретарь президента, учения носят плановый характер и никак не связаны с произошедшим в начале этой недели терактом во Владимирске…
* * *
   – …Джен, как вы прокомментируете последнее заявление госпожи госсекретаря?
   – Мэтт, ну вы же понимаете, что позиция госсекретаря не всегда может совпадать с официальной позицией государства. Это было ее частное мнение…
   – Простите?.. Вообще-то я считал, что госсекретарь в принципе не имеет права на личное, оторванное от общей позиции государства, мнение. В любом случае поддержка сектантов-террористов – ход, мягко говоря, крайне одиозный… Или вы думаете иначе?
   – Ну, Мэтт, это спорный вопрос. Считаю ли я или нет, так считаю или иначе – это вопрос, требующий вдумчивого анализа. Как только я уточню в офисе, то сразу же дам ответ.
   – Хорошо, пусть так. Но не кажется ли вам, что нынешняя поддержка госпожой госсекретарем этих сектантов – ошибка того же рода, что и недавняя поддержка террористов ИГИЛ?
   – Пожалуйста, следующий вопрос.
* * *
   – …Как заявил исполняющий обязанности губернатора Владимирского края, последствия атаки террористов будут ликвидированы еще до наступления осени. Однако из-за работы следственных групп доступ во Владимирск по-прежнему ограничен, и, по всей видимости, это сохранится и в дальнейшем.
   В настоящий момент обстановка в городе спокойная – о введении комендантского часа речи нет. Случаев мародерства или уличных беспорядков также не отмечается, а патрулирующие улицы усиленные наряды полиции и армии в первую очередь оказывают помощь населению.
   На главных площадях Владимирска развернуты полевые кухни; начали свою работу мобильные госпитали МЧС. Сегодня утром по местному времени в городском аэропорту приземлились первые самолеты с гуманитарной помощью.
   Вместе со следственными группами работают и специальные комиссии, которые должны будут оценить причиненный террористами ущерб. Всем лишившимся крова будет предоставлено временное жилье, а выплата компенсаций и выдача жилищных сертификатов начнется уже в конце этого месяца…
* * *
   – …Согласно утвержденной программе развития Дальнего Востока во Владимирске будет построен стратегический завод по обогащению и переработке редких металлов и минералов, крупное месторождение которых было обнаружено в начале этого года в ходе работ по прокладке магистрального газопровода.
   Это позволит создать несколько тысяч рабочих мест, а также поспособствует развитию промышленности Владимирска. В настоящий момент, в связи с принятием к исполнению пятилетнего плана развития промышленности, Россия испытывает дефицит редких металлов и минералов для высокотехнологичного производства. Правда, из-за стратегически важного статуса завода город, вероятнее всего, будет реформирован в закрытое административно-территориальное образование. Как заявил полпред президента, это не повлечет за собой никаких ущемлений граждан в свободе. Между тем ввод в строй этого завода в обозримом будущем позволит сократить сроки реализации российской лунной программы…
* * *
   – …Конечно, это была не атака террористов! Террористы, одетые как римские солдаты? Да этого просто не может быть! Владимирск стоит на геопатогенной зоне, поэтому из-за интерференции торсионных полей там, скорее всего, открылся портал, откуда к нам вышли самые настоящие римские солдаты!
   – Возражаю! Это же совершенно антинаучно! Никакого портала не было – просто при строительстве газопровода было потревожено древнее захоронение, поэтому призраки решили отомстить жителям города.
   – Но почему призраки выглядели как римляне?
   – Так ведь это же очевидно! Есть неоспоримые доказательства того, что остатки разгромленных легионов полководца Красса добрались до Китая и Японии. Поэтому совершенно естественно, что они не миновали и российский Дальний Восток…
   – Какие призраки, какие порталы во времени? Что за чушь вы все несете? Ведь всем нормальным людям ясно, что это были испытания новейшего психотронного оружия, которым правительство пыталось зомбировать граждан России…
   – Извините за вмешательство, но нам сейчас придется прерваться на рекламную паузу. С вами «Пси-фактор: Хроники непознанного». Не переключайтесь.

Сергей Вяземский

   Однако что было позволительно на учебном полевом выходе – в боевой обстановке было смерти подобно. Так что народ ворчал, бухтел и возмущался, но задание исполнял добросовестно.
   Старшина остался в лагере обживать выделенный роте участок и попутно сторожа вещи, а остальные выдвинулись на БТР в дозор.
   Учитывая, что карт местности не было совсем, разведка была нужна как воздух. А нормальные беспилотники, что с той стороны врат, еще не прибыли, так что пока приходилось обходиться небольшими дронами и традиционными наземными дозорами.
   БТР разведчиков нарезал круги вокруг лагеря, двигаясь по спирали. Время от времени отряд делал остановки, чтобы Вяземский мог зафиксировать ориентиры на местности: приметные отдельно стоящие деревья, островки редколесья, ручьи и небольшие реки. Имеющийся в распоряжении разведчиков небольшой квадрокоптер в воздух пока не поднимали, сберегая относительно небольшой заряд батарей беспилотника.
   Спустя пару часов даже как-то забылось, что разведчики сейчас находятся то ли в параллельном мире, то ли на другой планете. Растения хоть и немного отличались от земных, но чужеродными не выглядели. Иногда в воздухе мелькали какие-то птицы разного размера и вида, но тоже не вызывавшие, так сказать, ксеношока…
   После нескольких часов разведки Сергей подвел промежуточный итог наблюдений – местность вокруг равнинная, холмы немногочисленны и невелики по высоте, поблизости имеется средних размеров река, текущая на северо-восток…
   Или на юго-восток.
   Потому как компас хоть и работал, но вот соответствует ли привычный северный магнитный полюс местному географическому северу оставалось под вопросом.
   Местность вокруг больше всего соответствовала земной лесостепи. Или саванне, если бы вокруг были не умеренные, а субтропические широты. А вообще климат навевал мысли о средиземноморском побережье.
   Вяземский, на ходу набрасывая рапорт, предположил, что такой климат вызван тем, что относительно недалеко находится море или крупное озеро. Иначе, если бы вокруг была середина какого-либо континента, их окружала бы скорее сухая степь или пустыня.
   Настроение вполне располагало для подобных размышлений – вчера в зоне на той стороне врат всему личному составу организовали встречу с родными. Сергей тоже перекинулся с отцом парой слов, узнал, что с сестрой все в порядке, поэтому теперь мог делать свою работу со спокойным сердцем.
   – Знаешь, командир, – произнес Олег, оглядывая местность в бинокль. – А мне тут даже нравится. Уж всяко лучше нашего либо вечно жаркого, либо вечно холодного острова… Было бы совсем неплохо тут пожить.
   – Это точно, – произнес Сергей, зарисовывая в тетради приметное высокое дерево с раздвоенным стволом. – Настоящий курорт… Главное, чтобы портал не закрылся и местную еду можно было есть.
   – Типун тебе на язык, командир. А чего не так с едой может быть?
   – Что-то с белками вроде бы связано… – попытался припомнить когда-то читанную книгу Вяземский. – Вроде как может быть так, что на другой планете будут яблоки расти, но для человека они будут такие же питательные, как булыжники… Вроде так.
   – М-да… Не, ну местные же, наверное, тут не святым духом питаются, а значит, и нам сгодится.
   – Так, может, местные и не люди вовсе?
   – А кто – грибы, что ли? – хохотнул Олег.
   – Да хрен его знает… Нам же о результатах вскрытия не докладывали – может, у них там два сердца или пять желудков…
   – Зато кровь у них точно такая же, как у нас.
   Как говорится – невозможно второй раз произвести первое впечатление. А контакт между двумя мирами прошел очень даже неприятно – первым делом обе стороны узнали цвет крови друг друга.
   Сергей не был полностью уверен, что раскрученный маховик противостояния будет так уж просто остановить, хотя вряд ли обеим сторонам был нужен конфликт. России уж подавно – к чему воевать и устраивать геноцид местных, если все можно было решить одной лишь дипломатией? Ну да, для начала нужно сломать языковой барьер, но это лишь вопрос времени. Не сильно долгого времени к тому же.
   Вот только если с Россией все было более-менее понятно, неизвестной переменной оставались местные.
   Да, они до безобразия походили на самых обычных людей (и вдвойне безобразнее они походили на римлян), вот только кто или что стояло за ними – что представляло из себя государство, пославшее их в набег сквозь миры?
   Что, если они не признавали никого равным себе, поэтому любые переговоры для них были исключены? Или они считали всех своими вассалами – настоящими или будущими, как некогда Китайская империя? Как в таком случае прикажете договариваться? А договариваться необходимо, даже не из-за нового мира и океана нетронутых ресурсов, а из-за угрозы новых вторжений.
   Да, вряд ли даже магия поможет местным против танковых бригад, но танковые бригады не смогут предотвратить, например, теракты. И что тогда делать? Втаптывать иномировую империю в пыль гусеницами и колесами бронетехники? Нет, такой вариант был бы крайне нежелателен – война любит победу, но не любит продолжительности. А еще она – слишком дорогое удовольствие, чтобы можно было затевать войну по любому поводу.
   Развитое государство Земли двадцать первого века разобьет любую средневековую армию, пусть даже и усиленную магами… Но вот что делать потом? Разбить армию – не проблема, проблема – победить, а это очень и очень затруднительно.
   Сколько потребуется солдат, чтобы даже частично контролировать государство, сходное с Римской империей по территории и населению? Десятки тысяч или даже сотни.
   Это много. Слишком много, чтобы пойти на прямую оккупацию.
   – Думаешь, за месяц управимся? – спросил Олег старлея.
   – А думаешь, месяца не хватит? Грузию к миру за пять дней принудили.
   – Так тут не Грузия.
   – Так то-то и оно. Если умные и больше к нам не полезут – хорошо, а если не умные или слишком гордые, то…
   – Вмажем им так, чтобы больше не лезли? – хмыкнул Олег. – А что, неплохо, да…
   – Приятного мало на самом деле, – поморщился Сергей. – Вряд ли кто-то хочет лишний раз кровь лить – хоть нашу, хоть чью-то еще… Просто вряд ли местные с нами даже говорить станут, пока мы силу не продемонстрируем.
   – Законы улицы? Ну да, ну да… А о чем им с нами вообще говорить-то? И на каком языке?
   – Было бы желание, а общий язык найдется. Главное, чтобы римляне поняли, что лучше быть с нами, а не против нас.
   – Значит…
   – Да, – кивнул Вяземский. – В первый раз вряд ли кто-то что-то понял. Поэтому и местным, и нашим нужно на ком-то продемонстрировать силу, а значит, необходим показательный бой.
   – Если в этом мире существуют боги, то местным не помешает их милосердие, – хмыкнул Олег.
   – Боги на стороне больших батальонов, – криво усмехнулся Сергей. – А при двухстах стволах на километр фронта о богах противника вообще не спрашивают и не докладывают.
* * *
   После возвращения из дозора Вяземский первым делом направился к Кравченко. Дело разведки – добыть информацию, дело командования – распорядиться ею по своему усмотрению.
   У штабной палатки – трофейной, больше похожей на большой шатер, было неожиданно оживленно. Какой-то боец стоял с поднятыми руками под прицелом двух автоматчиков, а поблизости обнаружился сегодняшний начальник караула. Капитан… эээ… какой-то капитан. Кажется, из БМТО, а там из офицеров Сергей знал немногих.
   Кравченко в это время о чем-то расспрашивал задержанного.
   Старлей невольно замедлил шаг – что-то в фигуре этого солдата было определенно знакомое…
   – Серега! – Майор увидел разведчика. – Ты вовремя! Давай сюда.
   – Тарщ майор, разрешите до…
   – Вот этот подозрительной наружности гражданин утверждает, что ты его знаешь и можешь подтвердить его личность.
   – Эриксон, ты, что ли? – присвистнул Вяземский. – Ты как здесь оказался?
   – Да когда все куда-то двинули, так я попутку поймал и тоже сюда рванул, – съехидничал ополченец в ответ. – Такое веселье и без меня, а?
   – Так мы ж тут уже который день сидим! А тебя только сейчас нашли?
   – Ага.
   – Как вы его, кстати, поймали-то?
   – Да я его уже давненько приметил, – ответил начкар[14]. – Шлялся по всей территории, лез везде… Я сначала думал – контрактник какой-то незнакомый, хрен знает с какого подразделения. А потом подошел и спросил напрямик. Оказался гражданский.
   – Здорово, – скривился Кравченко. – Замечательно! Не лагерь, а проходной двор – какой-то левый тип по территории ходит уже который день и ни у кого подозрения даже не вызвал!
   – Так, тарщ майор, я ж не просто так шлялся, – охотно пояснил Эриксон. – Раздобыл чью-то рабочую форму, ходил, помогал. А что подозрений не вызвал, так я ж с уверенным видом ходил – как будто имею право и так все задумано.
   – Служил? – спросил майор. – Кто вообще такой будешь?
   – Неверов Алексей Анатольевич, русский. Не был, не привлекался. Участвовал. Украина, Молдавия. Позывной – Эриксон. До этого по контракту – в Ингушетии. Сейчас временно безработный… Хотя теперь думаю, надо обратно в армию вербоваться.
   – Разведчик?
   – Никак нет, сапер вообще-то. Но разведывать и диверсить по тылам приходилось, да.
   – Так… – прищурился Кравченко. – С тобой мы еще поговорим… Мне сейчас на совещание, а ты жди меня тут. Онищенко, пригляди.
   – Есть, – капитан вскинул автомат и указал стволом в сторону. – Пошли, голуба – будешь первым посетителем «губы»…
   – Онищенко, без фанатизма. Я сказал – приглядеть, а не под арест сажать. Документы, Эриксон, у тебя есть?
   – Конечно, есть. Предъявить?
   – Потом. – Майор усмехнулся. – На римлянина не тянешь, так что ментам тебя как пленного бандита сдавать без толку… А так просто тебя отсюда не выпустят, так что побудь пока здесь, а мы разберемся как надо. Серега, что там с разведкой?
   – В радиусе километров пяти все облазили, – доложил Вяземский. – Место что надо…
   – Пять кэмэ? А чего так мало?
   – На дорогу натолкнулись, командир. Хорошую такую широкую грунтовку. Поэтому по инструкции сразу же повернули обратно.
   – Понял тебя. Материалы к совещанию подготовить успеешь? Хотя бы тезисно.
   – Сколько у меня есть времени? – деловито осведомился старлей.
   – Серег, вообще нисколько – совещание прямо сейчас начинаем.
   – Сделаем, командир.
   Сказано – сделано. Правда, немного времени на подготовку все-таки было – командирам подразделений ведь еще нужно было собраться и рассесться в штабной палатке.
   – Товарищи офицеры, – зычным голосом поприветствовал всех Кравченко, входя внутрь.
   – Как там на материке, Денис? – первым делом поинтересовался командир инженерно-саперного батальона.
   Неизвестно с чьей подачи привычный мир, оставшийся за вратами, стали именовать материком или большой землей, но название прижилось. Почему-то еще начало и распространяться выражение «за ленточкой», а вот отчего и откуда – непонятно.
   – Лучше скажу, как у нас, – ухмыльнулся майор. – И у нас тут намного спокойнее. Я столько проверяющих, как сейчас по Владимирску носится, в жизни не видел.
   По рядам офицеров прокатились легкие смешки.
   Несмотря на почти полную изоляцию, занимающие иномировой плацдарм войска пока что совершенно не роптали. Ставшие привычными в крайние годы постоянные полевые выходы и учения приучили офицеров и солдат к длительным командировкам черт-те куда. Так что текущая операция рассматривалась именно в таком ключе.
   Да и работы ведь хватало, так что на посторонние мысли времени и сил практически не оставалось.
   – Значит, так, – перешел к делу Кравченко. – Появились первые данные о противнике и вообще обо всей этой херне. Вот.
   Майор передал ближайшему офицеру небольшую тонкую брошюрку.
   – Чтобы такая ерунда была в каждом подразделении. Это минимум. Желательно, чтобы такая была у каждого. Ксерьте, от руки переписывайте – по барабану вообще, главное, чтобы были.
   – А что это вообще такое, Денис Юрьевич?
   Брошюрка пошла по рукам.
   – Разговорник, – объяснил майор. – С нашего на басурманский. Серега, у разведки такой блокнот вообще у каждого должен быть. А лучше – вообще язык учить начинайте, мы здесь надолго, по ходу, закрепляемся. Понял, нет?
   – Так точно.
   – А быстро они вражью мову-то раскололи… – заметил кто-то.
   – «Сколько у вас тяжелых орудий?» Очень смешно. Кто додумался взять за основу русско-немецкий допросник сорок первого года? А вопрос «Сколько у вас танков?» тут есть или нет, интересно?
   – «Квантум хабеа гравиа тормента» – что это за гуглоперевод такой паршивый? Это же не так должно звучать.
   – Ты-то, Лень, откуда знаешь?
   – У меня ж батя врач, так что латынь я малясь знаю.
   – Тарщ майор, нашли переводчика!
   – Я-то, если надо, и переводить смогу, а гаубицами моими кто командовать будет? Ты, что ли?
   – Спокойнее, – возвысил голос Кравченко. – Успеем еще обсудить.
   – Тарщ майор, так это, выходит, на нас действительно римляне напали? Как так вообще? Это что – прошлое?
   – Да по-любому. У римлян же было полно драконов и великанов…
   – «Кроме того, я считаю, что Мордор должен быть разрушен».
   – Спокойнее, я сказал! Чего разгалделись? Вы еще матом начните удивляться, как маленькие дети. Где мы конкретно – пока непонятно. И раз академиков и профессоров мы тут не наблюдаем – непонятно будет еще какое-то время. Неопределенное. Это ясно, нет? Считайте, что мы просто на другой планете, и не парьтесь.
   – Первопроходцы, – негромко произнес кто-то.
   – Первопроходимцы, – уточнил еще кто-то.
   Извечное свойство толпы – кто-то вставляет остроумные и не очень реплики, а кто это конкретно говорит – непонятно.
   – Денис, а что там насчет карантина слышно?
   И так довольно легковесное веселье, витавшее в воздухе, исчезло – вопрос был действительно жизненно важным. Нельзя сказать, что офицеры ежесекундно дрожали от ужаса перед иномировыми вирусами и бактериями, однако эта проблема все-таки несколько нервировала.
   – Ни о чем смертельном пока не слышно, – обнадежил всех майор. – Пленные римляне живы-здоровы, ну вроде бы только по мелочам болеют – простуды всякие и прочие поносы. Пока что сказано в первую очередь опасаться какой-нибудь дизентерии.
   – А как же Болезнь-Чье-Название-Нельзя-Произносить?
   – Подхватишь в такую жару пневмонию – получишь орден героя-долбоносца. Срочников у нас тут нет, а нас, сволочей, – не жалко. Так что планы прежние – держать оборону, осторожно разведывать местность. В контакт с местными до истечения карантина не вступать. И о разведке – Вяземский, докладывай, что тут в округе разглядел.

Интерлюдия

   Туллий был в бешенстве.
   А за этим бешенством крылся холодный и липкий страх. Страх перед громовыми раскатами оружия варваров и ползущими в темноте стальными чудовищами.
   Вторжение в иной мир, запланированное как быстрая и прибыльная кампания в стиле «пришел, увидел, победил», сначала обернулась легкой прогулкой императора Марка против солнцепоклонников, а затем превратилась в полную катастрофу.
   – Ваша светлость, – пробасил стоящий чуть поодаль барон Икций Олус. – Мы сметем любого врага по вашего слову. Но не расскажете ли вы, что именно произошло?
   Туллий глубоко вздохнул, а затем выдохнул сквозь крепко сжатые зубы.
   На этот вопрос действительно требовалось ответить. Это ведь была не имперская армия, которой достаточно было только лишь поставить задачи – это объединенное войско Восточного предела, состоящее из дворянского и городского ополчений. Здесь мало быть самым знатным и официально признанным командующим – нобилей нужно убедить, что война необходима.
   Им требовался четкий ответ – стоит ли идти на врага, который совсем недавно нанес разгромное поражение не последней по силе группировке войск в Восточном пределе.
   Рассказать нобилям о том, как странные варвары разгромили и обратили в бегство имперские легионы? Не самая лучшая идея. К правде они явно не готовы… Да и какая она – правда?
   Что именно видел или знал о произошедшем Туллий? Очень немного. По сути, это были даже не знания, а скорее одни сплошные домыслы и предположения…
   Оставалось только выбрать из них те, что заставят нобилей вступить в бой, а не дожидаться подхода легионов из имперских провинций.
   – Легионы вошли в город варваров, попали в засаду и понесли большие потери, – поморщившись, произнес Туллий. – Говорят, что столкнулись с большим количеством колдунов, но это чушь – мой чародей сказал, что магов там не было вообще. Скорее всего они просто запаниковали, когда столкнулись с войском варваров.
   Граф валил все на легионеров, пользуясь тем, что из них не прорвался практически никто, за исключением нескольких малочисленных кавалерийских отрядов. Собственно, той ночью смогли уйти лишь те, у кого были лошади – пехота попала в плен или была истреблена варварами.
   

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →