Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

В среднем человек находится примерно в четверть дюйма выше в ночное время.

Еще   [X]

 0 

Психологические проблемы современного бизнеса: сборник научных статей (Иванова Наталья)

В сборнике представлены работы сотрудников, аспирантов и студентов кафедры организационной психологии Государственного университета – Высшей школы экономики, а также их коллег из других вузов России. Сборник включает статьи, в которых отражены основные проблемные области психологического исследования бизнеса как деятельности, социальной и профессиональной среды формирования личности. Во-первых, это результаты теоретико-эмпирических исследований различных аспектов социального и профессионального самоопределения личности в бизнесе, имиджа, профессиональных стресс-факторов, гендерной идентичности, поведения потребителей. Во-вторых, это различные аспекты исследований в сфере организационной культуры и организационного поведения, психологических факторов деловых партнерских отношений, организационной идентификации. В-третьих, это исследования социокультурных феноменов, которые могут оказывать влияние на отношение к бизнесу, инновациям, таких как социальный капитал, гражданская и религиозная идентичности, ценности, культурные стереотипы делового общения.

Год издания: 2011

Цена: 73.92 руб.



С книгой «Психологические проблемы современного бизнеса: сборник научных статей» также читают:

Предпросмотр книги «Психологические проблемы современного бизнеса: сборник научных статей»

Психологические проблемы современного бизнеса: сборник научных статей

   В сборнике представлены работы сотрудников, аспирантов и студентов кафедры организационной психологии Государственного университета – Высшей школы экономики, а также их коллег из других вузов России. Сборник включает статьи, в которых отражены основные проблемные области психологического исследования бизнеса как деятельности, социальной и профессиональной среды формирования личности. Во-первых, это результаты теоретико-эмпирических исследований различных аспектов социального и профессионального самоопределения личности в бизнесе, имиджа, профессиональных стресс-факторов, гендерной идентичности, поведения потребителей. Во-вторых, это различные аспекты исследований в сфере организационной культуры и организационного поведения, психологических факторов деловых партнерских отношений, организационной идентификации. В-третьих, это исследования социокультурных феноменов, которые могут оказывать влияние на отношение к бизнесу, инновациям, таких как социальный капитал, гражданская и религиозная идентичности, ценности, культурные стереотипы делового общения.
   Для специалистов в области социальной и организационной психологии и смежных дисциплин.


Под ред. В. А. Штроо, Н. Л. Ивановой, Н. В. Антоновой Психологические проблемы современного бизнеса

Введение

   Данный сборник посвящен психологии бизнеса – современной отрасли психологии, которая возникла на стыке психологии, социологии, экономики под влиянием процессов социального и экономического развития общества. В предложенных читателю статьях продолжается начатая на кафедре организационной психологии ГУ ВШЭ работа по психологическому осмыслению бизнеса и созданию соответственной научной школы. В этом направлении кафедрой уже был сделан ряд публикаций, материал которых послужил одним из теоретических оснований данной монографии. В структуре сборника проявляется подход к пониманию бизнеса как деятельности, организации и социального института, что обеспечивает всестороннее рассмотрение психологических проблем бизнес-организаций и способов их решения. Этот подход основан на комплексной методологии (концепция системогенеза деятельности В. Д. Шадрикова, концепция социального познания Г.М. Андреевой, современные исследования социализации и профессионализации личности, изучения сознания и поведения человека в хозяйственной деятельности и т. п.).
   Главные темы, которые анализируют авторы работы: сущность бизнеса, бизнес и деятельность, личность бизнесмена, бизнес как организация, принятие решений в бизнесе, место бизнеса в обществе, социокультурные проблемы современного бизнеса и т. д. Сборник адресован психологам, преподавателям, аспирантам, студентам экономических и психологических специальностей, всем, кто интересуется бизнесом и проблемами, исследование которых происходит на стыке экономики и психологии. Материал будет полезен не только психологам-исследователям, но и тем специалистам, которые осуществляют психологическое сопровождение работы бизнес-организаций, проводят консультирование бизнесменов и сотрудников, организуют внутрифирменное обучение. Им важно видеть всю многоплановость, сложность, противоречивость бизнеса как среды, в которой происходит формирование личности, решаются проблемы личностного самоопределения. Статьи сборника сгруппированы по некоторым предметным направлениям.
   При подготовке данного сборника обнаружилось, что представленные авторами статьи во многом отражают проблематику трех научно-исследовательских семинаров, которые на протяжении уже нескольких лет проводятся ведущими преподавателями кафедры организационной психологии для студентов магистерской программы «Психология в бизнесе»: «Психологические проблемы современного бизнеса» (проф. Н.Л. Иванова,
   Н.В. Антонова, О.В. Патоша, В.В. Белоусова); «Организационно-психологическое исследование» (проф. В.А. Штроо, доц. С.А. Липатов, преподаватель А.В. Ловаков) и «Социокультурные факторы экономического развития» (проф. Н.М. Лебедева, А.Н. Татарко). Эта содержательная логика и объединяет статьи, вошедшие в сборник, в три основных раздела.
   Открывает сборник статья сотрудников кафедры организационной психологии Проблемы подготовки специалистов для работы в бизнесе [Н.В. Антонова, Н.Л. Иванова, ГУ ВШЭ]. Показано, что одной из серьезных проблем в этой области подготовки специалистов для современного бизнеса является отрыв содержания и методов подготовки от реальных потребностей рынка и общества. Сегодня многим организациям (компаниям, фирмам, предприятиям), занимающимся производством и продажей товаров и услуг, для повышения эффективности деятельности необходимы специалисты, которые хорошо понимают как особенности современного бизнеса, так и роль человеческого фактора в достижении поставленных целей. Они способны направить активность руководителей и персонала на преодоление трудностей, повышение конкурентоспособности и развитие организации. Сегодня особую значимость и актуальность приобретает проблема формирования социального и профессионального сознания как базиса адаптации и развития личности в меняющейся социальной и профессиональной среде. Учитывая эту проблему, можно выделить ряд существенных задач подготовки специалистов: формировать способность рефлексировать изменения в социальном окружении и направлении развития; конструировать на этой основе собственную социальную идентичность; прорабатывать систему ценностей.

   Психологические факторы современного бизнеса. В статьях этого раздела реализуются задачи психологического анализа бизнеса как разносторонней деятельности, в реализации которой задействованы различные психологические аспекты: личностные особенности людей, человеческие отношения, манипуляция и альтруизм, мотивация, нормы и цели, способы принятия решений, самооценка и самопрезентация и т. д. Показано, что бизнес как профессиональная деятельность является важнейшей средой формирования профессиональной идентичности и компетенций. Кроме того, бизнес исследуется и как среда, воздействующая практически на все слои населения через рынок потребления товаров и услуг, рекламу, маркетинговые проекты и т. д. Изучение личностных детерминант активности человека в бизнесе представляется важным как для развития бизнеса, так и для повышения результативности субъекта в бизнесе. Статьи направлены не только на осмысление психологических проблем современного бизнеса, но и разработку инструментов для повышения эффективности психологической работы с персоналом и организацией в целом, таких как оценка, развитие, поддержка изменений, организационный и кадровый консалтинг и т. п.
   Личность в бизнесе: проблемы и кризисы самоопределения [Н.Л. Иванова, ГУ ВШЭ]. Условия динамично развивающегося общества и мира профессий по-разному отражаются на уровне самосознания личности. Сложившиеся представления человека о себе, своей работе, деловой этике могут как способствовать продвижению в профессиональном и карьерном поле, так и тормозить его. В связи с этим перед психологами встает вопрос о том, могут ли влиять на конкурентоспособность человека в бизнесе особенности самосознания личности, в частности представления о требованиях деятельности, специфике бизнес-сообщества, о собственных профессиональных и личностных качествах и т. п. Развивается авторский подход, согласно которому самоопределение содержательно выступает как процесс конструирования и трансформации социальной идентичности. Он осуществляется в форме процесса принятия решений о самом себе, своем месте в социальной и профессиональной среде. При этом механизмом самоопределения как процесса принятия решений выступает необходимость поиска новых свойств субъекта, оказавшегося в проблемной ситуации, принятия решения о самом себе или своем месте в окружающей среде, когда старые представления оказываются неадекватными ситуации. Это предполагает анализ внешних условий жизнедеятельности, своих качеств и их взаимного соответствия. Как правило, источником проблем оказывается социальная или профессиональная среда, которая «запускает» соответствующие виды самоопределения: социальное и профессиональное. Вопрос о том, как они соотносятся между собой, остается открытым, но мы исходим из того, что они находятся в соподчиненном состоянии: социальное самоопределение включает в себя профессиональное.
   В статье предпринимается попытка применить к анализу кризиса самоопределения личности в бизнесе теоретическую модель, в которой сочетаются параметры идентичности и способов принятия решения. Выявлены некоторые важные проявления кризисов самоопределения у представителей бизнес-организаций. Показано, каким образом используются современные психологические подходы к изучению личности и деятельности бизнесмена. Приводятся примеры анализа психологической и функциональной структур профессиональной деятельности бизнесмена.
   Современные тенденции профессионального самоопределения личности [В.В. Белоусова, ГУ ВШЭ]. Проблема профессионального самоопределения личности вызывала и продолжает вызывать широкий интерес как научного, так и делового сообщества. Профессиональное становление и развитие человека, возможность наиболее полной профессиональной самореализации неразрывно связаны с профессиональным самоопределением. Профессиональное самоопределение является одним из значимых факторов профессиональной успешности. Рассматриваются особенности современной ситуации в обществе, влияющей на процесс профессионального самоопределения. Исследование проблем самоопределения дает возможность сформулировать новые направления в подготовке специалистов. Профессиональное становление – сложный длительный и противоречивый процесс, который включает в себя различные содержательные и структурные компоненты. Поэтому цели подготовки специалиста должны ставиться комплексно и быть направлены на когнитивное и личностное, индивидуальное и социальное развитие.
   Динамика типов профессионального самоопределения менеджеров в условиях ликвидации компании [А.Н. Бугаенко, ГУ ВШЭ]. В современной России бизнес как профессиональная среда возник недавно. Однако за несколько десятилетий он стал неотъемлемой частью политической, экономической и общественной жизни страны. В связи с вышесказанным проблема профессионального пути и профессионального самоопределения бизнесмена становится все более актуальной, однако пока исследований на данную тему проводилось крайне мало. Приводятся результаты исследования, направленного на то, чтобы определить и описать основные этапы профессионального самоопределения непосредственно после выбора студентами профессии бизнесмена и на более поздних этапах их профессионального становления и самореализации. В исследовании приняли участие руководители и владельцы бизнес-организаций. В результате проведенного исследования осуществлен сравнительный анализ восприятия людьми из бизнеса своей профессиональной идентификации, выделены и описаны стадии становления бизнесмена как профессионала. Получены факты, свидетельствующие, что одной из наиболее значимых сфер влияния на профессиональное самоопределение личности в бизнесе является окружающая среда бизнесмена. Исследование вносит вклад в разработку проблемы профессионального самоопределения личности в бизнесе, принятия бизнесменом решения, профессиональной самоидентификации в современных российских условиях; его результаты могут быть применены в практической работе с бизнесменами.
   Имидж как инструмент бизнеса [Н.В. Антонова, ГУ ВШЭ]. В статье анализируется роль имиджа в развитии бизнеса. В современном бизнесе возрастает роль личностных факторов, одним из которых является имидж бизнесмена. Ведение любого бизнеса сопровождается множественными контактами бизнесмена с другими людьми и организациями. Имидж непосредственно влияет на принятие решений в процессе переговоров, на отношение клиентов и партнеров к бизнесмену и организации в целом. В статье рассматриваются следующие вопросы: понятие имиджа в современной психологии; виды имиджа; взаимодействие личного и корпоративного имиджа; роль имиджа в современном бизнесе; механизмы формирования индивидуального имиджа; личностные истоки имиджа; этапы формирования и изменения имиджа; стратегии и техники самопрезентации; методы исследования имиджа.
   Мотивации поведения потребителей и продвижение товаров бытового потребления [О.В. Патоша, ГУ ВШЭ]. Показано, что изучение мотивации поведения потребителей на сегодняшний день является важной проблемой для компаний, занимающихся производством и реализацией товаров и услуг. Они необходимы при принятии решения о том, какой продукт выпустить на рынок, кому он должен быть предназначен, каковы должны быть особенности стратегии продвижения товара. Мотивация поведения потребителей на рынке товаров и услуг активно изучается в русле маркетинга, а также в области психологии рекламы. Выделены следующие характеристики существующих исследований по данной проблематике: жесткая привязка к практике; использование различных психологических конструктов в зависимости от целей исследования; игнорирование активности потребителя по отношению к товарам и услугам; разнообразие побудителей поведения потребителей и их изолированное изучение в отрыве от поведения в целом. Приводятся результаты комплексного исследования мотивации поведения потребителей на рынке товаров бытового потребления в рамках психологической теории функциональной системы деятельности В.Д. Шадрикова. В основе мотивации были рассмотрены потребности, удовлетворяемые потребителями в процессе покупки. Ключевым вопросом явилась проблема взаимосвязи мотивации с другими компонентами поведения потребителей (целеполагание в процессе приобретения товара; программа поведения, связанного с покупкой; информационная основа поведения потребителей; принятие решения о покупке; индивидуальные качества потребителя). В статье предложена авторская методика, предполагающая оценку суждений потребителей относительно совершенной покупки. Выделены основные группы потребностей покупки, признаков товара и торговой точки, значимые в процессе покупки, обнаружены взаимосвязи между ними, выявлены особенности их проявления в зависимости от социально-демографических характеристик потребителей и условий совершения покупки.
   Исследование «нерациональных» эффектов поведения потребителей [О.И. Патоша, Н.Е. Коробкова, ГУ ВШЭ]. В современной экономической ситуации знание и понимание закономерностей, определяющих поведение потребителей, является одним из факторов успешной деятельности бизнес-организации. Анализ истории изучения поведения потребителей показывает, что проблема объяснения потребительского поведения и выявления факторов, влияющих на покупку товара, всегда была значимой для исследователей различных областей знания – обществоведения, экономики, социологии, психологии. В истории изучения данного вопроса можно выделить основную тенденцию – постепенный переход от изучения рациональных факторов, влияющих на потребительское поведение, к изучению нерациональных. Первоначально основным объяснительным принципом являлся экономический подход, связанный с пониманием потребителя как человека рационального. Впоследствии было получено множество эмпирических факторов, опровергающих данный подход.
   Организационная психология бизнеса. Статьи, которые относятся к данному направлению, отражают сложившуюся в психологии бизнеса тенденцию исследования роли организационных факторов в бизнес-коммуникациях и деятельности, а также личностных факторов в организационном развитии.
   Социальная психология организационного поведения [С.А. Липатов, МГУ, ГУ ВШЭ]. В статье рассматриваются субъективные факторы организационного поведения, роль социальной психологии в их изучении. Организация является одной из важнейших сфер приложения социально-психологических знаний. В организации связаны воедино многие психологические феномены и процессы – процессы групповой динамики и лидерства, феномены индивидуальной конформности, межличностных отношений и межгрупповых взаимодействий, группового фаворитизма, способы социального познания и оценки ситуаций и т. д. Все это ставит задачу формулирования целостной системы механизмов социально-психологической регуляции организационного поведения на всех уровнях анализа: индивидуальном, групповом, межгрупповом и организационном. Весьма перспективным для решения данной задачи представляется концептуальный подход социальной идентичности А. Тэшфела и Дж. Тернера, согласно которому индивиды определяют себя в терминах своего членства в социальной группе (или группах) и такое восприятие себя влияет на их социальное поведение и межгрупповые отношения. В последние годы с позиций самокатегоризации индивидов в социальном контексте стали переосмысливаться многие традиционные проблемы организационной психологии и доказываться важность изучения социальной идентичности работников для понимания большинства организационных процессов. В данном направлении исследований особое внимание уделяется исследованию организационной идентификации.
   Современные тенденции в исследованиях процессов социальной идентификации в организации [А.В. Ловаков, ГУ ВШЭ]. Статья представляет собой обзор основных тенденций в исследованиях процессов социальной идентификации в организационном контексте. Выделяются основные направления теоретических разработок и эмпирических исследований в области идентификации работников с организацией, представленные в зарубежной и отечественной литературе последних лет. Среди них: проблема структуры организационной идентификации; проблема взаимосвязи организационной идентификации с установками и поведенческими проявлениями индивидов, связанными с работой; организационная идентификация в контексте организационных изменений, слияний и поглощений; проблема соотношения организационной идентификации и организационной приверженности.
   Динамика приверженности персонала в процессе слияния организаций [Е.С. Искандарова, В.А. Штроо, ГУ ВШЭ]. Все большее количество российских компаний рассматривает сделки по слияниям и поглощениям как наиболее быстрый и эффективный способ увеличения своей доли на рынке, получения доступа к новым ресурсам, построения вертикально интегрированной структуры, приобретения новых продуктов и развития на новых рынках. Сделки становятся более разнообразными по форме реализации, а также по способам финансирования. Возрастает роль финансовых институтов, повышается заинтересованность банков, фондов в финансировании транзакций. Однако если финансовым и юридическим аспектам уделяется хоть какое-то внимание, поскольку сама сделка без этого не может быть реализована, и многие авторы посвящают свои исследования изучению финансовых составляющих, то вопросы внутренней среды организации, ее изменений, а также влияния интеграционного воздействия на персонал компании учитываются крайне недостаточно. В статье описывается исследование, посвященное изучению динамики уровня организационной приверженности в ходе реального слияния двух компаний телекоммуникационного рынка.
   Опыт анализа социальных сетей организаций с помощью методики «Азимут» [А.Г. Ларионов, Е.А. Орел, ГУ ВШЭ]. По мере роста конкуренции на мировых рынках, быстрого развития компьютерных технологий и, как следствие, необходимости обеспечения инвестиционной привлекательности в коммерческих организациях все отчетливее ставятся вопросы повышения эффективности работы, снижения внутренних издержек, создания для персонала приемлемых условий труда, оптимизации организационной структуры. Руководители и акционеры предприятий ставят перед организационными психологами задачи по диагностике и оптимизации взаимодействия сотрудников. Организационным психологам требуются новые диагностические инструменты, на основании которых они смогут предоставлять руководителями обоснованные рекомендации по организационным решениям. Вместе с тем возможности психологов по выполнению поставленной задачи ограничены. Существующие инструменты ориентированы в большинстве своем на оценку отдельного сотрудника и не учитывают сетевой характер рабочих и неформальных связей внутри коллектива. В статье предпринимается попытка восполнить существующий пробел и описывается опыт создания и апробации компьютерной методики, автоматизирующей сбор и анализ данных для оптимизации взаимодействия сотрудников организации в контексте задач организационного психолога.
   Организационные коммуникации в норме и патологии [В.А. Штроо, ГУ ВШЭ]. Отдельной темой в области организационных коммуникаций, имеющей как теоретическую значимость, так и практическую ценность, является ее эффективность. Обычно в качестве критерия эффективности используется мера потерь и/или искажения информации, проходящей по коммуникативным каналам. Однако данный критерий, будучи формальным, характеризует лишь движение информации и относится скорее к коммуникативной структуре в целом, не затрагивая содержательные, сущностные моменты коммуникации. Автор предлагает широкий обзор современных представлений о факторах, не только способствующих, но и препятствующих эффективности внутриорганизационных коммуникаций. Особое звучание данная проблематика получает в контексте организационных изменений и организационного научения в связи с феноменом «организационных защитных практик».
   Проективные методики в качественном исследовании трудовой мотивации [О.Т. Мельникова, Н.В. Шевнина, ГУ ВШЭ]. Исследования, посвященные выявлению трудовой мотивации, давно стали обычными во многих организациях. Руководители компаний, специалисты по управлению персоналом осознают, насколько важно иметь представление о ведущих факторах мотивации своих сотрудников, чтобы грамотно выстраивать процесс управления организацией. Как правило, такие исследования проводятся при помощи количественных методов исследования, так как это позволяет сэкономить на всех требуемых для проведения исследования ресурсах: человеческих, временных, экономических. Принято считать, что количественные методы исследования предоставляют более достоверную информацию, чем качественные методы. Но действительно ли количественные методы будут выявлять все ведущие факторы мотивации персонала? В статье убедительно демонстрируются широкие возможности качественных методов изучения и диагностики трудовой мотивации.
   Деловые партнерские отношения в психологическом анализе: специфика, оценка, развитие [М.Е. Балакшин, ГУ ВШЭ]. В статье приводится теоретический обзор по проблеме взаимоотношений субъектов в деловой среде, вступивших в партнерские отношения. Такого рода межличностные отношения могут быть построены на различной психологической основе и порождать различные виды взаимодействия. В статье рассматриваются основные понятия, образующие подход к исследованию данной проблематики, а также определяются наиболее актуальные направления исследований.
   Социокультурные факторы бизнеса. Статьи данного направления отражают социокультурные процессы, оказывающие влияние на бизнес. На изменяющемся глобальном рынке информации и технологий ключевым конкурентным преимуществом многих организаций становится способность внедрять инновации. В современной экономике значение инноваций как фактора успеха постоянно возрастает под воздействием ускоряющихся темпов изменения в научных разработках и технологиях, регулировании бизнеса и социальных ценностях, угрозы устаревания существующих товаров и услуг. Такого рода сдвиги в значительной степени меняют положение организаций относительно конкурентов, и поэтому инновации становятся одним из наиболее важных направлений деятельности бизнеса, при помощи которого можно поддерживать и расширять свои позиции на рынке товаров и услуг. Инновации быстро становятся наиважнейшим элементом бизнеса образца XXI столетия.
   Для России, в условиях высокоизменчивой экономики, управление инновациями особенно актуально. Направленность страны на инновационную политику является одним из важнейших условий успешного социально-экономического развития России. Настоящая интенсификация инновационных процессов, ускорение нововведений необходимы стране как фактор цивилизации, организациям – как средство конкуренции, людям – как способ улучшить свое существование.
   Ценности культуры и отношение к инновациям в России и Канаде [Н.М. Лебедева, К. Лю, ГУ ВШЭ]. Представлены результаты эмпирического исследования взаимосвязи культурных ценностей с установками по отношению к инновациям на трех выборках (русские, представители народов Северного Кавказа и канадцы) с целью проверки универсальности взаимосвязей ценностей и инновативных установок. По данным регрессионного анализа, с инновативными установками личности на всей выборке позитивно связаны ценности самостоятельности, стимуляции, достижения и универсализма, отрицательно – ценности власти и традиции. Эти результаты в целом согласуются с данными зарубежных исследований [Shane, 1992, 1995; Dollinger, Burke & Gump, 2006]. Обнаружены кросс-культурные различия в обусловленности инновативных установок ценностями культуры.
   Этнокультурные особенности социального капитала россиян [А.Н. Татарко, ГУ ВШЭ]. В статье представлены результаты кросскультурного исследования социального капитала шести этнических групп, населяющих территорию России (русские, татары, башкиры, армяне, чеченцы, дагестанцы). Предложен психологический подход к структуре социального капитала. Обосновывается использование модифицированного семантического дифференциала для оценки восприятия социального капитала общества представителями различных этнических групп. Анализируются особенности социального капитала шести этнических групп, а также восприятие этническими группами уровня социального капитала различных институтов общества (оцененное с помощью модифицированного семантического дифференциала). В заключении выделены те направления психологической работы, которые связаны с психологическим обслуживанием компаний, фирм, предприятий и других бизнес-структур. Показано, что среди бизнесменов появляется все больше сторонников профессионального регулирования и учета психологических процессов и проблем, которые имеют место практически в любой бизнес-организации.
   Социокультурные стереотипы делового общения [А.С. Потемкина, ГУ ВШЭ]. Эмпирически выявлены особенности стереотипов, которые проявляются в деловом общении представителей различных социокультурных групп в реальной социальной ситуации. Показано, что, несмотря на все расширяющиеся процессы интеграции культур, стандартизации правил делового этикета и норм делового общения, несмотря на упрощение процедур пересечения границ, способствующее увеличению числа межкультурных контактов в бизнесе, влияние стереотипов остается неизменным. Опыт общения в поликультурном мире делает подобные стереотипы в большей степени соответствующими реальности, но окончательно не избавляет от их влияния.
   Роль гражданской и религиозной идентичности в экономическом сознании россиян (на примере представителей мусульманской и христианской конфессий) [М.В. Ефремова, ГУ ВШЭ]. С целью управления процессом общественной модернизации, а также успешного и эффективного внедрения экономических реформ необходимо изучение религиозной идентичности российского общества как поликонфессионального государства. Рассматриваются гражданская и религиозная идентичность как культурообразующие факторы, оказывающие влияние на экономику. Изучается характер взаимосвязи гражданской и религиозной идентичности с экономическими установками и представлениями россиян на примере христианства и мусульманства. Обнаружена взаимосвязь между переменными гражданской и религиозной идентичности и такими экономическими установками и представлениями, как удовлетворение экономических потребностей, самооценка деловой активности, отношение к деньгам. Выявлены различия в экономических установках и представлениях у представителей разных религий.

Н.В. Антонова, Н.Л. Иванова
Проблемы подготовки специалистов-психологов для работы в бизнесе

   Актуальность проблемы подготовки психологов для работы в бизнесе. В современной жизни нашей страны роль бизнеса возросла практически во всех сферах деятельности человека и общества: в экономике, политике, общественной жизни, культуре и т. д. Сам бизнес за последние годы претерпел значительные изменения. Если на начальных этапах он носил более стихийный характер, то теперь мы видим, что ситуация меняется. Бизнес постепенно становится важным социальным институтом, в котором растет осознание значимости гуманистических принципов и ценностей, социальной ответственности и «человеческого фактора» как основы успеха. Хотя этого нельзя сказать про все без исключения бизнес-структуры, но в целом современный бизнес уже более подготовлен к использованию психологических технологий в самых разных сферах.
   Как показывает практика, растет спрос на психологические услуги со стороны банков, крупных промышленных холдингов, средних и малых предприятий, торговых организаций, работающих на уровне отечественного и зарубежного бизнеса. В бизнесе особенно востребованы специалисты в области работы с персоналом, организационного и кадрового консалтинга. В то же время наблюдается дефицит специалистов-психологов, подготовленных к работе в бизнесе. Классическое психологическое образование не формирует у студентов компетенций, обеспечивающих эффективную адаптацию, адекватную профессиональную идентификацию и траекторию развития психологов в бизнесе. Любой психолог после окончания вуза должен научиться применять теоретические знания в практической деятельности, к которой в принципе он готов. Но психологу в бизнесе приходится самому ставить и решать задачи, порой не связанные напрямую с трендом полученного образования. Ему приходится расширять методологически и технологически систему собственных профессиональных знаний, а также собственную идентичность, элементы которой могут входить в противоречие с представлениями о работе психолога, его месте в организации, роли в экономической и социальной жизни и т. п. Поэтому перед высшими учебными заведениями, занимающимися подготовкой психологов, встает проблема переориентации образования с учетом требований новых профессиональных условий в современной жизни.
   В чем может заключаться специфика психологического понимания бизнеса? Энциклопедический словарь экономики и права дает следующее определение бизнеса: «Бизнес (англ. business – дело, предпринимательство) – инициативная экономическая деятельность, осуществляемая за счет собственных или заемных средств на свой риск и под свою ответственность, ставящая главными целями получение прибыли и развитие собственного дела».
   В ГУ ВШЭ в настоящее время создается подход к психологии бизнеса, в рамках которого бизнес рассматривается как:
   • особая деятельность, направленная на получение прибыли, и предъявляющая определенные требования к личности деятеля; среда социального и профессионального самоопределения личности;
   • организация (группа людей), имеющая свои закономерности возникновения и функционирования;
   • социальный институт, оказывающий существенное влияние на социальные структуры и порядок в обществе, социализацию граждан и стандарты общественного поведения [Иванова, Михайлова, Штроо, 2008].
   Важно отметить, что в центре внимания психологов оказывается личность и жизнедеятельность бизнесмена – человека, который занимается бизнесом. Именно бизнесмен разрабатывает направление своего бизнеса, он строит организацию, определяет ее миссию и стратегию, а в конечном счете и облик бизнеса как социального института. Основная задача психолога – помочь ему на всех этих этапах.
   Интересно отметить, что в нашей стране к настоящему времени еще не выработано наименование специалиста, оказывающего психологическую помощь бизнесмену. Психология бизнеса для нашей страны новое направление, которое еще только начинает создаваться, но в мировой психологии уже есть некоторый опыт в этой сфере [McKenna, 2006; Morgan, 2006]. Так, в Великобритании уже несколько лет существует Ассоциация бизнес-психологов, которая объединяет специалистов с психологической подготовкой и опытом работы в бизнесе. Эти специалисты получили название бизнес-психологов. Их подготовка осуществляется в рамках различных программ: бакалавриата, магистратуры, курсов повышения квалификации.
   Мы также склонны использовать наименование «бизнес-психолог» с тем, чтобы выделить специфику деятельности психолога, работающего в данной области. Это важно для формирования профессиональной идентичности психологов, работающих в бизнесе, а также для более эффективного позиционирования психолога на рынке труда в бизнесе. Оно более понятно заказчикам – бизнесменам, которые очень часто болезненно воспринимают психологов и даже консультантов, ассоциируя их со специалистами, работающими с клиническими проблемами, от которых они, конечно же, хотят отгородиться или, по крайней мере, не демонстрировать их. Поэтому обращение к бизнес-психологу становится более приемлемой задачей для бизнесмена, которая не создает угроз его имиджу. В то же время мы должны отметить, что это название не входит в номенклатуру профессий, согласно которым осуществляется подготовка психологов, поэтому оно не может применяться в официальных документах.
   Требования современного бизнеса к психологу.
   Специалист-психолог в бизнесе выступает в качестве:
   • бизнес-тренера (организатора внутрифирменного обучения);
   • организационного консультанта;
   • менеджера по развитию, по персоналу (по кадрам), по коммуникациям, по рекламе, по маркетингу и т. п.;
   • осуществляет психологическое сопровождение деятельности в непосредственном контакте с учредителем и топ-менеджментом.
   На первый взгляд, все это традиционные сферы деятельности психолога в любой организации. Однако психологу в бизнесе необходимы дополнительные знания и навыки для работы в бизнес-среде, определенные личностные качества, навыки делового взаимодействия, творческого решения проблем и т. д. Часто психологи уходят из бизнес-организаций именно потому, что не могут применить на практике знания, полученные в условиях традиционного психологического образования, не выдерживают прессинга конкурентной среды.
   Какие же психологи необходимы современному бизнесу? На протяжении нескольких лет мы пытаемся найти ответ на этот вопрос. Для этого нами проводятся исследования, анализ и обобщение деятельности практиков и т. п. Мы можем сказать, что бизнесу нужны психологи, которые:
   • понимают особенности современного бизнеса, его многоплановость, сложность и противоречивость;
   • способны определить роль человеческого фактора в деятельности компании;
   • способны направить активность руководителей и персонала на преодоление трудностей, повышение конкурентоспособности и развитие организации;
   • способны сами существовать в конкурентной бизнес-среде и самостоятельно ставить и достигать цели.
   Все это еще раз показывает, что психологу необходимы принципиально новые, по сравнению с классическими, программы и компетенции.
   Проблемы подготовки психологов для бизнеса. Современная высшая школа столкнулась с проблемами обучения исследователей и практиков, готовых к новым профессиональным условиям. На сегодня не хватает программ и учебных пособий, а также квалифицированных специалистов для подготовки психологов к работе в бизнесе. Эти трудности закономерны, но преодолимы. Требуется терпение, настойчивость, консолидация ученых и практиков для их преодоления.
   Мы можем выделить следующие основные проблемы подготовки психологов для сферы бизнеса.
   1. Проблемы, связанные с уровнем развития психологии.
   • Отсутствие научной школы психологии бизнеса. В нашей стране практически отсутствуют теоретические подходы и разработки по психологии бизнеса. Существует лишь несколько учебных пособий по этой проблематике [например, Емельянов, Поварницына, 1998; Иванова, Михайлова, Штроо, 2008]. Сами понятия «психология бизнеса» и «бизнес-психолог» воспринимаются часто как искусственные и ненужные.
   • Пока еще не определилось место психологии бизнеса среди других дисциплин. Слабо проработаны взаимосвязи психологии бизнеса с другими областями психологии, нет представления о взаимопреемствен-ности и разграничении полномочий. Особенно это касается смежных дисциплин – организационной психологии, психологии управления.
   Традиционная терминология не всегда охватывает всю сложность феноменологии бизнеса, поэтому важно разрабатывать соответствующий понятийный аппарат и методологию исследований. Необходима адаптация академического научного аппарата к решению задач практики бизнеса.
   2. Проблемы, связанные с компетенциями психолога.
   • Психологу, работающему в бизнесе, необходим широкий диапазон теоретических знаний и практических навыков. Бизнес-психолог должен иметь широкий психологический кругозор, но также понимать специфику бизнес-среды, читать хотя бы на популярном уровне литературу, связанную с основами экономики, управления персоналом, организации различных видов деятельности и т. д. Таким образом, подготовка бизнес-психологов должна быть разносторонней и предполагать наличие индивидуальных траекторий развития, поскольку бизнес очень разнообразен и невозможно включить в одну программу все возможные направления его исследования и практической работы.
   • Психологу необходимо уметь сочетать различные виды деятельности, в том числе научной, аналитической, управленческой, педагогической, консалтинговой и практической.
   • Психолог должен владеть умением четкой постановки задач научной и практической деятельности в сфере бизнеса.
   3. Проблемы, связанные с особенностями бизнеса.
   • Трудности формулирования запроса для психологов со стороны бизнеса. В основном речь идет о различии понятийного аппарата бизнесменов и психологов.
   • Отсутствие четких критериев оценки эффективности психологических и гуманитарных проектов и услуг и в связи с этим проблемы оценки стоимости психологических проектов и услуг.
   Все указанные проблемы требуют комплексного решения в рамках единого подхода. Поэтому встает задача формирования психологии бизнеса как научного направления и создания соответствующей программы подготовки психологов для бизнеса. Данная задача решается в настоящее время в ГУ ВШЭ в рамках разработки магистерской программы «Психология в бизнесе».
   Подготовка психологов для бизнеса в ГУ ВШЭ. На факультете психологии ГУ ВШЭ в 2006 г. была создана магистерская программа «Психология в бизнесе», которая явилась первой и пока что единственной в нашей стране программой подготовки специалистов-психологов для работы с бизнесменами и персоналом бизнес-организаций. Студенты профессионально готовятся к выполнению различных видов профессиональной деятельности: консалтинговой, учебно-тренинговой, экспертной, исследовательской, проектной.
   Отметим, что в мировой практике подобные программы разрабатываются в рамках двух основных моделей.
   Первая модель предполагает сочетание в своем содержании двух блоков дисциплин: психология и экономика. Примером служит программа подготовки на уровне бакалавриата бизнес-психологов в Школе бизнеса Бирмингемского университета (Birmingham City University). Эта программа включает в себя 24 предмета: 12 – связанных с основами экономики (реклама, финансы, экономика, менеджмент и т. д.); 12 – связанных с основами психологии (общая, социальная, психология личности, консультирование и т. д.).
   Вторая модель строится иначе. Содержание обучения включает в себя психологические дисциплины с элементами теоретических и практических данных из смежных областей, таких как социология, конфликтология, персонология, управление, и других в зависимости от направленности программы. Можно привести несколько примеров таких программ. Так, в Лондонском университете (London Metropolitan University) уже несколько лет проводится подготовка магистров по данной модели. Программа нацелена на развитие мышления и практических навыков психологов, релевантных для работы с бизнесменами и персоналом бизнес-организаций. Ставятся разнообразные задачи – научить психологов разговаривать с бизнесменами, быть понятными для них, развить у студентов человеческие ценности, навыки взаимодействия, самопрезентации. Содержание программы включает в себя психологические дисциплины, примеры разнообразных практик работы психолога в бизнесе.
   Надо отметить, что новые программы, которые открываются в других странах, в большей степени соответствуют второй модели. Это позволяет говорить о востребованности на рынке образовательных услуг программ, предполагающих формирование психологической грамотности специалистов для работы в бизнесе. Не надо забывать, что обучение в западных вузах достаточно дорогое, поэтому рынок во многом диктует целесообразность существования тех или иных моделей магистерских программ. Учитывая этот фактор востребованности, мы ориентируемся также на модель психологической подготовки магистров для бизнеса.
   Содержательно программа «Психология в бизнесе» базируется на психологии труда, социальной и организационной психологии, психологии личности, но также открыта и для других направлений в психологии и гуманитарных дисциплин. Основная задача выпускников этой программы – повышение эффективности индивидуального или коллективного труда в сфере бизнеса.
   Направления подготовки психологов в рамках программы.
   • Психология профессиональной деятельности бизнесмена (эмоционально-волевая регуляция деятельности, психологические аспекты принятия решений, профессиональное развитие субъекта деятельности и т. п.).
   • Психология личности бизнесмена (мотивационно-смысловая сфера личности, способы и средства социального, личностного и профессионального самоопределения).
   • Психология бизнес-отношений (создание и управление организацией как инструментом бизнеса, социокультурная обусловленность взаимодействия бизнес-организаций в рыночной экономической среде).
   • Структура и содержание экономического сознания (социокультурные особенности), психологические закономерности поведения потребителей.
   Конечно, создание и развитие подобных программ требует формирования научной школы, позволяющей выстраивать научную методологию и разрабатывать соответствующий практический инструментарий. Формирование школы невозможно без прочного научного фундамента. Поэтому на факультете психологии ГУ ВШЭ ведется интенсивная научная разработка проблематики психологии бизнеса, что нашло отражение в многочисленных публикациях и научных разработках преподавателей кафедры организационной психологии.
   Выделены следующие исследовательские области:
   • психологические проблемы современного бизнеса;
   • социокультурные факторы бизнеса;
   • психология предпринимательской деятельности;
   • психологическое сопровождение руководящих лиц;
   • организационная психология в бизнесе;
   • психология самоопределения и карьерного роста;
   • психология экономического поведения;
   • психологические риски;
   • психология рекламы, маркетинга, PR;
   • психологические аспекты деятельности международных корпораций;
   • самопрезентация, самоэффективность, самооправдание;
   • предупреждение конфликтных ситуаций и т. д.
   В процессе обучения по программе «Психология в бизнесе» используются как традиционные формы – лекции, семинары, так и различные активные формы обучения: дискуссии, творческие презентации, подготовка магистерских диссертаций, мастер-классы, практические занятия, моделирование консультативного процесса.
   Большое внимание уделяется самостоятельным разработкам, проектной деятельности студентов. Студенты учатся разрабатывать собственные бизнес-и PR-проекты, лучшие из которых реализуются в дальнейшем на практике. Они также принимают участие в научных семинарах, научно-исследовательской практике, научно-педагогической практике. Без этого, на наш взгляд, невозможно эффективное обучение и создание условий для последующей адаптации психолога в бизнесе.
   В заключение хотелось бы еще раз подчеркнуть, что формирование психологии бизнеса в нашей стране требует объединения усилий психологов различных школ, а также сотрудничества с думающими бизнесменами и практикующими психологами. Мы надеемся, что в перспективе в нашей стране психология бизнеса и психологи, работающие в этом направлении, найдут свое место как в научном сообществе, так и в практической деятельности.

Литература

   Иванова Н.Л., Михайлова Е.В., Штроо В.А. Введение в психологию бизнеса. М.: Изд. дом ГУ ВШЭ, 2008.
   McKenna E.F. Business Psychology and Organisational Behaviour: A Student’s Handbook. N.Y.: Psychology Press, 2006.
   Morgan G. Images of Organization. Thousand Oaks, CA: Sage Publications, 2006.

Раздел 1
Психологические факторы современного бизнеса

Н.Л. Иванова
Личность в бизнесе: проблемы и кризисы самоопределения
[1]

   Бизнес как социальная и профессиональная среда развития личности начинает входить в предметную область психологических исследований, что отражено в ряде публикаций [Бардиер, 2002; Емельянов, Поварицына, 1998; Журавлев, Купрейченко, 2004; Мелия, 2006 и др.]. Запрос на эти исследования исходит прежде всего из практики, когда специалисты сталкиваются с задачами, решение которых требует обращения к наработкам в области психологии. Это происходит, например, в таких ситуациях, как сопротивление со стороны индивида или группы инновационным изменениям; развитие внутрифирменных конфликтов; необходимость проведения организаций выставок и других мероприятий; трудности у персонала в проведении переговоров, организации взаимодействия с клиентами и партнерами и т. п. Усилению интереса к психологическому изучению бизнеса способствует также логика развития самой психологии, которая все чаще обращается к комплексным проблемам социализации и профессионализации личности.
   В психологии пока что крайне слабо изучены вопросы, касающиеся профессионального становления бизнесмена, его жизненных ценностей, специфики выбора направления профессионального развития, а также факторов, влияющих на вхождение человека в мир бизнеса. С психологической точки зрения бизнес представляет собой деятельность и сложно организованную социальную и профессиональную среду, в которой работают специалисты различного профиля. Растущая конкуренция, новые требования со стороны потребителей и другие проявления динамики рынков актуализируют потребность любого бизнеса в развитых в социальном и психологическом плане кадрах. Такое рассмотрение бизнеса как деятельности и социальной среды позволяет более полно проводить психологический анализ личности бизнесмена [Иванова, 2008; Иванова, Михайлова, Штроо, 2007].
   Социальное и профессиональное самоопределение личности – это актуальная предметная область психологических исследований. Субъектом самоопределения является личность, оказавшаяся перед проблемой выбора, принятия решения о своем месте в обществе, о будущей деятельности и т. п. Многие стороны жизнедеятельности человека зависят от того, какое место он себе отводит в социальной среде, каким образом выстраивает свой профессиональный путь, какие осваивает социальные роли и т. п. Особенности самоопределения тесно связаны с возможностями самореализации, саморазвития, чувством уверенности в себе, эффективностью деятельности, способностью преодолевать конфликты и кризисы и т. д. Особенно важно проводить изучение этого явления по отношению к таким сложным в социальном и профессиональном смыслах явлениям, как бизнес. Самоопределение личности в бизнесе сопровождается постижением норм, правил, ценностей и других аспектов бизнес-сообщества, а также формированием представлений о своих профессионально-важных качествах, способностях и других характеристиках, обеспечивающих профессионализацию. Поэтому человек, который нашел свое место в социальной и профессиональной среде, может лучше контролировать свою жизнь и добиваться успеха.
   Самоопределение личности – междисциплинарная проблематика, которая изучается в психологии, педагогике, социологии, политологии и других гуманитарных науках. С психологической точки зрения это явление рассматривается как сознательный акт выявления и утверждения собственной позиции в проблемных ситуациях [Петровский, Ярошевский, 1990], как внутренняя активность, которая придает определенность личности и через которую преломляются внешние воздействия [Рубинштейн, 2006]. В то же время это и сознательный процесс анализа, принятия, проверки на прочность не только собственной позиции, но и представлений о самом себе в проблемных ситуациях [Пряжников, 1999]. В рамках концепции самодетерминации самоопределение выступает как процесс формирования жизненно важных навыков, знаний и убеждений личности, позволяющих субъекту осуществлять автономное поведение, постановку целей и их достижение, саморегуляцию и т. п. [Deci, 2006; Ryan, Deci, 2000].
   Проблема самоопределения исследуется в связи с задачами трудовой и учебной деятельности, профессионального становления и развития личности. Самоопределение рассматривается как условие формирования профессионально-важных качеств и успешного овладения деятельностью, а также как процесс, во многом обеспечивающий успешность социальной адаптации и деятельности [Климов, 1996; Машарова, 2003, 2007; Митина, 2002; Пряжников, 1999, 2001 и др.]. В этом подходе проявляется сложившаяся в отечественной психологии логика осмысления критериев профессионального развития и характеристик профессионала. Профессионал как субъект труда в отличие от исполнителя сам ставит цели деятельности, определяет пути и средства их достижения, несет ответственность за последствия ее реализации. Он выстраивает, изменяет и развивает деятельность, удерживает ее предметность в многообразных практических ситуациях [Шадриков, 1982]. В социально-психологическом контексте самоопределение предстает как процесс формирования Я-концепции (социальной идентичности) личности через освоение и принятие индивидом социальных ролей, позиций в общей системе социальных отношений [Андреева, 2000; Свенцицкий, 2004].
   Надо отметить, что проблематика идентичности, в которой выражается содержательный результат и процессуальный смысл самоопределения, занимает большое место в исследованиях самоопределения. Применительно к профессиональной деятельности в психологии исследуются в основном такие разновидности идентичности, как социальная и профессиональная, что в целом отражает сложившееся в культуре отношение к профессионалу, который является не только носителем профессиональных качеств, но и представителем различных групп, общества, времени. Поэтому в исследованиях социальной идентичности подчеркивается значение этого феномена как для индивида и его деятельности, так и общества в целом. Например, Е. П. Ермолаева показала, что ситуации, в которых у людей наблюдаются трудности самоидентификации, выражен профессиональный маргинализм, могут рассматриваться как признак нестабильных обществ. Масштабные профессиональные кризисы продуцируют маргиналов, отвергающих или негативно оценивающих свою прежнюю идентичность, что снижает уровень зрелости общества [Ермолаева, 2001].
   Социальная идентичность является одним из оснований восприятия индивидом ценностей группы, соответственно которым определяются допустимые границы поведения [Стефаненко, 1999; Augustinos, 1999; Tajfel, 1972; Tajfel, Turner, 1986]. Эта система «обслуживает» социальную ориентацию, деятельность и взаимодействие индивида, что необходимо для более полной реализации личностного потенциала в различных по содержанию видах активности, а также для построения более эффективных прогнозов возможных последствий индивидуального выбора и направления развития [Иванова, 2003; 2004]. Сложным является вопрос о структуре социальной идентичности, в которой исследователи выделяют когнитивные, ценностно-мотивационные, поведенческие компоненты [Иванова, 2004; Стефаненко, 1999; Weinreich, 2003].
   Говоря о психологической природе самоопределения, хотелось бы обратить внимание на следующие моменты. Идентичность, безусловно, является одним из ключевых параметров анализа содержательной стороны самоопределения. В то же время в процессуальном плане самоопределение предстает как поиск человеком оптимального решения относительно своего места в социальном и профессиональном мире в изменяющихся условиях. В этом смысле результатом самоопределения является не только новое качество личности, но и опыт работы над собой, развитие навыков принятия решения в определенных условиях. Это означает возможность рассмотрения неких параметров самоопределения, которые связаны с особенностями принятия решений индивидом.
   Мы рассматриваем возможность анализа самоопределения в контексте двух составляющих: во-первых, конструирования социальной идентичности; во-вторых, разрешения проблемной ситуации, принятия решения [Иванова, 2008]. В ходе конструирования идентичности происходит: а) восприятие субъектом несоответствия его индивидуальных и личностных свойств (качества, социально-ролевые позиции, уровень, место в обществе и т. д.) требованиям окружающей среды; б) соотнесение своих качеств с реальными или представляемыми эталонами (требования, статусы, роли, культурные традиции и т. д.); в) перестройка представлений о себе, в том числе и путем выбора качеств, которые по объективным или субъективным причинам оптимальны для жизнедеятельности в сложившейся ситуации. Процесс принятия решений основан на активности индивида по выявлению и утверждению собственной позиции в проблемных ситуациях, аналогичной процессу решения задач с различной степенью неопределенности, сложности и изменчивости. Такой подход позволяет предложить гипотетическую модель самоопределения, основанную на сочетании двух системных характеристик: социальной идентичности и способа принятия решений. Уровень этих характеристик в данной модели может определяться следующим образом [Иванова, 2008]:
   а) идентичность – по степени выраженности деловых и профессиональных составляющих (базисная, рефлексивная, деловая и т. д.);
   б) способ принятия решений – по степени выраженности рациональных способов анализа и переработки информации (эмоциональные, логические, смешанные).
   В рамках данного анализа одной из основных функций самоопределения будет подготовка и принятие оптимального решения человеком о своем месте в социальной и профессиональной среде, своем будущем в тех контекстах, в которых развивается проблемная ситуация. При этом содержательным результатом самоопределения является социальная идентичность личности. Процесс самоопределения носит неравномерный характер и может сопровождаться кризисными периодами. Любой кризис с психологической точки зрения является отражением несоответствия потребностей личности и возможностей их удовлетворения. В этом смысле кризис самоопределения может быть описан как ситуация или период, когда индивиду открываются новые цели, проблемы, перспективы, но при этом он не располагает достаточными психическими ресурсами (интеллектуальными, мотивационными и др.), необходимыми для решения новых проблем и достижения целей.
   По аналогии с возрастными кризисами можно сказать, что кризис самоопределения – это момент, когда человек уже созрел для перехода на новый виток развития (социального или профессионального), но пока еще не нашел адекватного способа самовыражения и использования открывающихся возможностей. При этом он испытывает чувство потери идентичности, несоответствия сложившихся представлений о себе новым требованиям, неудовлетворенность собой. При описании феномена кризиса самоопределения важная роль отводится кризису идентичности. Мы согласны с тем, что человек не сможет понять современный мир, если не постигнет логики кризиса идентичности [Хесле, 1994]. Возрастание интереса к «обсуждению идентичности» может сказать больше о нынешнем состоянии человеческого общества, чем известные концептуальные и аналитические результаты его осмысления [Бауман, 2002]. Понятие «кризис» относится к одной из важнейших содержательных характеристик состояния идентичности и является определенным этапом в ее трансформации.
   В контексте эпигенетического принципа кризис идентичности – это поворотный момент в развитии, ситуация выбора между позитивной и негативной линиями развития, прогрессом и регрессом [Эриксон, 1996]. Кризис социальной идентичности прежде всего выступает как утрата индивидом позитивной определенности группового членства [Tajfel, Turner, 1986]. Но это также и особая ситуация сознания, когда большинство социальных категорий, посредством которых человек определяет себя и свое место в обществе, кажутся ему утратившими свои границы и свою ценность, при этом происходит утрата и позитивных представлений личности о своей группе и ценностных ориентиров [Андреева, 2000]. В то же время Н.М. Лебедева, изучающая социальную идентичность в условиях нестабильности общества, описывает кризис социальной идентичности как ощущение утраты смысловой насыщенности прежних форм социальной идентификации и поиск новых, отвечающих базальной потребности человека в смысле и способствующих наиболее адекватной адаптации в изменяющейся социальной реальности [Лебедева, 1999, 2000].
   Отражением субъективно переживаемого кризиса социальной идентичности является наличие осознаваемого или неосознаваемого рассогласования между стремлением индивида к идентификации с основными социальными общностями и невозможностью осуществления этого в желаемой степени [Павленко, 1997]. Кризис идентичности и его глубина могут определяться различными факторами, такими как резкие социально-политические, культурные, экономические изменения в обществе [Андреева, 2000; Лебедева, 1999; Мазилова, 2006; Павленко, 1997], смена среды проживания и деятельности [Мнацаканян, 2004; Румянцева 2005], соматические или психические нарушения, связанные с возрастом или болезнями [Селин, 2009; Хесле, 1994; Haslam, Jetten, 2009], особенности организации, стрессы, социальный и профессиональный статус [Hasl am, Reicher, 2006], смена символов, моральных и ценностных ориентиров и норм, моделей взаимоотношений [Хесле, 1994] и т. д. Последствия и проявления кризисов идентичности пока что слабо изучены в психологии. В ряде работ показано, что они заключаются в сложностях принятия новой роли и адаптации к ней, что может сопровождаться неадекватностью самооценки, утратой перспективы, пессимистическими чувствами, ухудшением взаимоотношений, изменением социальной активности, социально-агрессивным поведением и т. д. Кризис социальной идентичности проявляется также в противоречивости структуры идентичности, наличии в ней сложно совместимых компонентов, в которых выражается влияние старых и новых общностей на самосознание личности [Иванова, 2003; Мнацаканян, 2004; Румянцева, 2005; Bauman, 1998; Gockowski, 1998; Kloskowska, 1998; Zurcher, 1977 и др.].
   По нашему мнению, кризис социальной идентичности может рассматриваться как отражение в сознании индивида несоответствия сложившихся представлений о себе требованиям реальности (внешней или внутренней), которое актуализирует необходимость сознательного выбора новой идентичности, умения следовать этому выбору. Человек теряет устоявшееся представление о себе и пытается найти новые ориентиры и критерии обретения гармоничного состояния. Поэтому кризис социальной идентичности – явление глубоко индивидуальное, связанное с субъективным опытом человека, его умением распознавать и решать проблемы. На основе представлений о структуре идентичности [Иванова, 2004; Weinreich, 2003], типологических характеристиках принятия решений [Иванова, Михайлова, Штроо, 2008; Карпов, 1998] нами проводится исследование проявлений кризиса самоопределения личности в профессиональной деятельности. В рамках подхода сущностную основу социального и профессионального самоопределения составляет социальная идентичность, формирование которой осуществляется в ходе разрешения проблемной ситуации. Мы концентрируем свое внимание на проявлениях кризиса идентичности, а также способах анализа и осмысления личностью кризисной ситуации и выбора оптимальной стратегии разрешения кризиса.
   Эмпирическое исследование. Целью эмпирического исследования явилось изучение социального и профессионального самоопределения у субъектов бизнеса. Выборку составили руководители и собственники организаций среднего бизнеса. На первом этапе проводился сбор эмпирического материала в 2006–2009 гг. на выборке, состоящей из представителей менеджмента бизнес-организаций.
   Выборка: участвующие в управлении собственники организаций (9 человек), топ-менеджеры, руководители отделов (32 человека), менеджеры среднего звена (78 человек). Всего опрошено 119 человек, включая 67 женщин и 52 мужчин, в возрасте от 29 до 52 лет. Данная возрастная группа относятся к периоду средней взрослости, когда происходит выбор между продуктивностью и инертностью [Эриксон, 1996б]. Именно в этом возрасте у большинства людей есть возможность достигнуть вершин профессиональной и общественной карьеры. Значимость данного периода заключается в том, что, включаясь во все многообразие общественных отношений, человек становится их субъектом, сознательно формируя свое отношение к окружающему миру. При этом в полной мере проявляется сложившаяся модель самоопределения личности.
   На первом этапе (2006–2008) проводился сбор эмпирического материала о содержании идентичности и способах принятия решений. На втором этапе проводился повторный анализ идентичности и способов принятия решений (на выборочной группе испытуемых), а также личностных конструктов, самоописаний и особенностей поведения в различные периоды профессионального становления испытуемых.
   Методы исследования: модифицированный вариант методики «Кто Я?» [Иванова, 2003], тест Дж. Келли [Келли, 2000], опросник Д. Кейрси [Иванова, Михайлова, Штроо, 2007], биографические самоописания, контент-анализ, анкетирование, интервью, наблюдение. Методология исследования основана на сочетании качественных и количественных методов. Приведем некоторые результаты этого исследования.
   1. Представления бизнесменов о себе, своей социальной и профессиональной среде
   Полученные данные показывают, что в идентичности бизнесменов преобладают личностные, социально-деловые и профессиональные характеристики (табл. 1).

   Таблица 1
   Основные показатели идентичности


   В самоописаниях бизнесменов прослеживается их отношение к себе как к людям, которые умеют ставить перед собой четкие цели, мыслить деловыми и социальными категориями. Они могут много работать, не любят праздно проводить время, делают бизнес не только ради денег, но и для реализации новых идей и проектов. Практически все опрошенные представляют собой примеры энергичных, целеустремленных, деятельных людей, которые многократно испытывали состояния неопределенности, метания из стороны в сторону в поисках себя. Стремление успеть, не упустить момент в деловых вопросах ограничивало их возможности самоопределения.
   В представлениях бизнесменов о себе сосредоточены различные знания, которые мы условно объединили в три группы.
   I. «Профессиональная деятельность». Многие опрошенные пытались найти наиболее подходящее название своей деятельности. Но поскольку бизнес как профессиональная сфера еще только формируется, в ответах использовались различные варианты слов как из современного списка профессий, так и из прошлых лет: бизнесмен, предприниматель, руководитель, купец, коммерсант, деловой человек и т. п. Чаще всего употребляются слова «бизнесмен» и «предприниматель».
   II. «Профессиональная среда, бизнес-сообщество». Отмечаются различные особенности бизнеса, такие как жесткая конкуренция, динамичность среды и отношений, требования к имиджу, общению, выбору статусно-ролевых отношений. В то же время на основе описаний бизнесменов можно выделить и ценностные категории, соответствующие этой среде: роль слова, умение держать марку, добиваться поставленных целей, пускать пыль в глаза и т. д.
   III. «Профессионально-важные качества», среди которых отметим такие, как знание бизнеса, управления, людей, умение выстраивать требования, гибкость, нацеленность на развитие, нечувствительность к обидам и т. п.
   2. Основные проблемы самоопределения личности в бизнесе
   Многие участники исследования отмечали проблемы, касающиеся социального или профессионального самоопределения (экономические, социально-политические, личные проблемы). Каждый бизнесмен в ответе на поставленный вопрос касался своих переживаний, преодолеваемых кризисов, сомнений, стрессов. Более того, в ходе исследования выделилась группа испытуемых, которые столкнулись с серьезными психологическими проблемами в личной жизни. На основании частотного анализа ответов были выделены наиболее выраженные в изучаемой группе проблемы самоопределения, список которых затем предлагался каждому испытуемому для ранжирования. Так был получен проранжированный список основных проблем самоопределения (табл. 2).

   Таблица 2
   Основные проблемы самоопределения субъектов бизнеса


   Проблемы самоопределения личности в бизнесе связаны с наличием многочисленных ролевых позиций субъектов бизнеса, которые по-разному влияют на поведение человека, на успешность реализации генеральных целей, развитие бизнеса, его конкурентоспособность и т. д. Самоопределение бизнесмена с психологической точки зрения представляет собой анализ многочисленных проблемных ситуаций, решение различной степени сложности задач, формирование чувства причастности к профессиональному сообществу, обретение профессионально-важных качеств и т. д. Как деятельность бизнес сопровождается личностным и профессиональным развитием и самосовершенствованием субъектов бизнеса.
   В изучаемом нами ракурсе наиболее сложными для многих представителей бизнеса являются проблемы, связанные с многоплановостью статусно-ролевого репертуара, размытостью ценностей и профессиональной неопределенностью бизнеса. Большинство опрошенных получали основное образование еще до перестройки или в период начала социально-экономических преобразований в нашей стране. Для них важно было чувствовать себя профессионалом в какой-то области, но эта установка расходилась с реальным статусом бизнесмена, который до сих пор слабо воспринимается как профессиональный. Сложно было определиться по отношению к ценностям бизнес-сообщества, которые были и остаются во многом противоречивыми в силу истории становления бизнеса. Поэтому многие из опрошенных долго не воспринимали себя в качестве профессиональных бизнесменов.
   На начальном этапе самоопределения проблемы многих из опрошенных были связаны с тем, что приходилось работать в очень сильном темпе, концентрироваться на деле, бизнесе, престиже, успехе, отказываться от гармоничного отдыха, саморазвития, отношений с близкими людьми. Все это сказывалось на возможностях самопознания, рефлексии, планировании личных отношений и т. п.
   3. Кризисы самоопределения личности в бизнесе
   Анализ биографических самоописаний, интервью показал, что практически у всех бизнесменов в жизни наблюдались периоды, когда они испытывали трудности самоопределения, резкое изменение смысловых и ценностно-мотивационных ориентиров и т. п. Почти у каждого из опрошенных с различной силой и продолжительностью был период смены условий жизни (места жительства, семьи, направления бизнеса и т. п.), которому предшествовал анализ своих мыслей, чувств. Субъективно кризис проявлялся в том, что в какой-то момент возникало ощущение потери смысла происходящего, тупика в развитии, чувство непонимания близкими людьми, разочарования в себе или поставленных задачах и т. п.
   Выявлены различные степени переживания кризисов, связанных с профессиональным и социальным самоопределением. Некоторые бизнесмены глубоко и сильно переживают кризисную ситуацию, другие менее эмоционально и более поверхностно. Но практически все участвующие в исследовании бизнесмены продемонстрировали способность рационально анализировать сложившуюся ситуацию, принимать необходимые решения, прилагать усилия для преодоления последствий кризиса. Большинство из них имеют опыт анализа и преодоления этих проблем. В то же время многие отмечают, что неоднократно сталкивались в своей жизни с такими ситуациями, в которых они не были до конца уверены в том, что смогут преодолеть все трудности и найти себя. Выходу из кризиса помогали, по их мнению, такие качества, как активность, целеустремленность, легкое отношение к жизни, самоуверенность, знание людей и вера в успех.
   Качественный анализ результатов позволил выделить две крайние группы испытуемых с различиями переживания кризиса. В первую группу вошли те, кто переживал эту ситуацию субъективно особенно остро (12 человек). Эти люди долго не могли понять реальную ситуацию, оценить новые требования, найти новую профессиональную и социальную позицию, адекватную этим требованиям и своим возможностям. У них кризис носил ярко выраженный и затяжной характер (от года до двух лет). Вторая группа – это люди, которые проходили через кризис с минимальными болезненными переживаниями, кризис разрешался сравнительно быстро (до полугода) и завершался новыми успешными проектами, расширением круга знакомых, иногда сменой места жительства и даже семьи (10 человек). Эти люди быстро ориентировались в новой обстановке, принимали меры для выхода из кризиса, осознавали новые перспективы и возможности в связи с этой ситуацией.
   Рассмотрим некоторые личностные особенности и проявления кризиса самоопределения в этих группах. В рамках развиваемого нами подхода в данном случае анализировались показатели идентичности, ценностей, мотивации и способов принятия решений в период переживаемых кризисов (на основе биографических самоописаний).

   I. Особенности идентичности. Если сравнить показатели идентичности в двух группах, то можно выделить лишь несколько различий (рис. 1).

   Рис. 1. Сравнение идентичности в группах с различным уровнем кризиса самоопределения.
   Ряд 1 – первая группа, ряд 2 – вторая группа.
   По горизонтали: 1 – рефлексивная идентичность;
   2 – учебно-профессиональная позиция; 3 – этническая; 4 – семейная,
   5 – локальная; 6 – религиозная; 7 – гражданская, 8 – деятельность;
   9 – общение; 10 – физическое Я; 11 – собственность; 12 – глобальная.
   По вертикали: уровень выраженности.

   Во второй группе несколько выше показатели статусно-ролевых позиций, связанных с образованием и деятельностью. В то же время в первой группе преобладают показатели рефлексивной и семейной идентичностей. Но, учитывая, что выборки небольшие, можно говорить лишь о некоторой тенденции большей выраженности профессиональной и деловой идентичности у испытуемых, которые легче переживают кризис. Можно с долей вероятности сказать, что кризис идентичности проявляется в сужении социальных категорий, большей выраженности характеристик, связанных со знакомыми, понятными общностями (семья, друзья и т. п.), в которых индивид чувствует себя защищенным и востребованным, лучше ориентируется в системе требований, норм и личностных перспектив.

   II. Субъективные проявления кризиса идентичности.
   Анализ результатов качественного анализа идентичности позволил выявить более определенные различия в сравниваемых группах. В табл. 3 приводятся примеры проявлений кризиса идентичности в двух группах.
   Из таблицы видно, что главные различия между группами касаются характера идентичности, т. е. не просто выраженности тех или иных параметров, а того, как они представлены в общей картине идентичности. В частности, во второй группе сохраняются перспективные аспекты идентичности, причем они проявляются не только по отношению к деловому Я, но и к физическому (потребность в смене имиджа). В целом идентичность становится более системной: выделяется ведущая характеристика (чаще всего профессиональная или деятельная), которая группирует вокруг себя все остальные. Расширяется сфера Я, человек вспоминает или находит примеры своего участия в различных общностях, профессиональных структурах и т. п. Наблюдается снижение эмоционального уровня переживаний, стремление рационализировать стрессы. Человек регулирует свою энергию, как бы готовится к активному шагу, экономит свои усилия.

   Таблица 3
   Психологические проявления кризиса идентичности


   В первой группе дело обстоит иначе: человек расходует свою энергию на переживание момента, неприятной ситуации, но при этом теряет перспективу. Анализ биографических описаний показал, что ситуации кризиса у этих испытуемых были связаны с неумением индивида быстро решать возникающие проблемы, отключаться от них, расслабляться, «замедлять поток жизни», отдыхать от сенсорной перегрузки. Затянувшийся кризис по своей сути – это растянутое во времени решение проблемы, связанной с личным, профессиональным и социальным самоопределением.

   III. Ценностные проявления кризиса.
   Проводился анализ содержания ведущих личностных конструктов, которые были отнесены к одной из десяти выделенных для анализа ценностей (рис. 2). Учитывая сложность и субъективный характер данной процедуры, в ней участвовали эксперты – специалисты-психологи, имеющие опыт работы с личностными методиками. Процедура работы с каждым испытуемым заключалась в обсуждении выявленных конструктов и ретроспективным анализом представлений о своих ценностях в прошлом. Для этого задавались вопросы, позволяющие человеку сопоставить себя в настоящем и прошлом и сказать, отражают ли выявленные конструкты его прошлое состояние, или ключевые ценности, по его мнению, изменились.
   Сравнение этих показателей позволяет говорить о тенденции большей выраженности ценностей самоактуализации, общения, здоровья, общественной пользы, автономии во второй группе. Похоже, что пережить кризис человеку помогает направленность на внешний мир, желание расширять контакты и приносить пользу. В то же время важно не забывать о своем здоровье и благополучии, а также свободном развитии. Но эти ценности, к которым пришли испытуемые, постоянно развивались. Многие отмечали, что до кризиса они не уделяли внимание той или иной стороне своего развития.

   Рис. 2. Сравнение ценностного содержания ведущих конструктов.
   Ряд 1 – первая группа, ряд 2 – вторая группа.
   По горизонтали: 1 – самоактуализация; 2 – забота о своем здоровье;
   3 – общение; 4 – материальное благополучие; 5 – комфорт;
   6 – поддержание моральных устоев; 7 – состояние внешней среды;
   8 – общественная полезность; 9 – семья; 10 – автономия.
   По вертикали: уровень выраженности.

   Изменение смысловых и ценностных аспектов поведения могло носить серьезный характер. Мы отметили феномен, которому было дано рабочее название «ценностная адаптация», т. е. человек переживает кризис идентичности, в основе которого лежит резкое изменение личных ценностей. Некоторые данные пока что вызывают у нас трудности в интерпретации. В частности, остается неясным вопрос о том, почему более благополучное преодоление кризиса сопровождается увеличением ценностей здоровья, автономии. Как правило, профессиональная идентификация на поведенческом уровне сопровождается большей активностью субъекта, что приводит к снижению заботы о своем здоровье. В нашем исследовании получены данные иного плана: человек, у которого актуализирована профессиональная идентичность, начинает более внимательно относиться к своим собственным ресурсам (здоровье, энергия и т. п.). Видимо, необходим еще более глубокий качественный анализ происходящих в самосознании индивида изменений.

   IV. Особенности принятия решений.
   Проводился анализ трех основных способов принятия решений: логический, эмоциональный, смешанный (рис. 3).
   Результаты показывают, что некоторые различия касаются лишь одного способа – смешанного. Возможно, что этот показатель свидетельствует о большей интеллектуальной гибкости испытуемых из второй группы. Вообще, параметр интеллекта незаслуженно обходят стороной исследователи (это касается и нас). Бизнес как сложная деятельность требует когнитивного напряжения, уровня развития качеств, способствующих приему, хранению и переработке информации. Конечно, рамки данной работы не позволяют нам уделить большее внимание этой проблеме, мы можем лишь подчеркнуть ее значение для будущих исследований.

   Рис. 3. Сравнение способов принятия решений.
   Ряд 1 – первая группа, ряд 2 – вторая группа.
   По горизонтали: 1 – логические; 2 – эмоциональные; 3 – смешанные.
   По вертикали: уровень выраженности.

   Качественный анализ самоописаний испытуемых выявил различия в поведении представителей двух групп на стадии обнаружения проблемы, когда человек чувствует угрозу своему положению (материальному и социальному) и появляется внешний толчок к самоопределению. Например, в ситуациях, когда руководство компании объявляет о реорганизации, вводятся новые должностные обязанности и т. п. Практически у всех опрошенных в этот период, если они не обладали точной информацией о благополучном исходе, наблюдалось изменение критериев оценки людей и событий в сторону более негативных ожиданий, преувеличения «образа врага», опасности. Когда ситуация начинала разрешаться, представители второй группы быстрее возвращались к более объективной и взвешенной оценке происходящего. Выявленная тенденция говорит о том, что необходимо и далее изучать особенности поведения представителей бизнеса в кризисных ситуациях.
   Хотелось бы еще раз подчеркнуть, что последствия и проявления кризисов самоопределения пока что слабо изучены в психологии. В данной работе была сделана попытка объективировать исследования в этой области, показать, что нам в этом направлении дает анализ параметров идентичности и принятия решений, выделенных в нашей модели самоопределения. Исследование показывает, что человек в ситуации кризиса испытывает трудности в осмыслении своей новой социальной позиции, в принятии новой роли и адаптации к ней.
   В целом можно сказать, что кризис самоопределения проявляется в изменении структуры идентичности, ведущих ценностей, а также в некоторых особенностях принятия решений. Так же как и кризис возрастного развития, он сопровождается депрессивными состояниями, проблемами личностного характера (неудовлетворенность собой, пересмотр своих ценностей), неудовлетворенностью межличностными отношениями. Это одно из самых болезненных жизненных переживаний. Многие представители бизнеса в процессе своей социализации и профессионализации проходили через кризисные периоды, которые оставили заметный след в их самосознании и повлияли на дальнейшую жизнедеятельность. Особенно явно проблема кризисов профессионального и социального самоопределения проявилась в условиях резких социально-экономических перемен, когда многие люди столкнулись с задачами поиска новой работы, места жительства и т. д.
   В итоге хотелось бы подчеркнуть, что в нашем исследовании сделана попытка выйти за рамки сложившегося в психологии отношения к проблеме самоопределения личности, найти подход к анализу этого явления с учетом как развития самосознания личности, так и особенностей деятельности. В рамках развиваемого нами подхода сущностную основу социального и профессионального самоопределения составляет социальная идентичность, мы концентрируем свое внимание на проявлениях кризиса идентичности, а также способах анализа и осмысления личностью кризисной ситуации и выбора оптимальной стратегии разрешения кризиса субъектами бизнеса. Конечно, выявленные результаты можно отнести к разряду предварительных (пилотажных), требуются исследования на более широкой выборке. Тем не менее из полученных данных видно, что используемая нами модель дает нам новые возможности анализа кризиса самоопределения по отношению к такой сложной профессиональной и социальной среде, как бизнес. В частности, на выборке представителей бизнеса, которые пережили в наибольшей степени состояние кризиса самоопределения (12 человек – руководители организаций среднего и малого бизнеса) выявлено, что в основе проблем самоопределения личности в бизнесе лежит комплекс мотивационных и когнитивных факторов. Кризис проявляется в том, что меняются способы и скорость анализа информации, на первый план выходят новые ценности, которые не вполне вписываются в ценностно-мотивационную картину личности. Поскольку при этом происходит изменение показателей принятия решений, то требуется время и волевая активность для преодоления этого кризиса.
   Полученные данные могут быть полезны для более полного понимания природы и механизмов активности личности в ситуации выбора, смены профессиональной и социальной среды и, как следствие, для развития системы психологического консультирования, обучения и терапии как в индивидуальном, так и организационном контекстах.

Литература

   Бардиер Г.Л. Бизнес-психология. М.: Генезис, 2002.
   Бауман З. Индивидуализированное общество. М.: Логос, 2002.
   ЕмельяновЕ.Н., Поварицына С.В. Психология бизнеса. М.: Армада, 1998.
   Ермолаева Е.П. Психология профессионального маргинала в социально значимых видах труда (статья вторая) // Психологический журнал. 2001. Т. 22. № 5. С. 69–78.
   Журавлев А.Л., Купрейченко А.Б. Проблемы экономической психологии. Том 1. М.: Институт психологии РАН, 2004.
   Иванова Н.Л. Самоопределение личности в бизнесе. М. – Ярославль: МАПН, Аспект-Пресс, 2008.
   Иванова Н.Л. Типологические особенности самоопределения представителей менеджмента бизнес-организаций // Психология образования. 2009. № 3.
   Иванова Н.Л. Структура социальной идентичности личности: проблема анализа // Психологический журнал. 2004. Т. 2. № 1. С. 52–60.
   Иванова Н.Л., Михайлова Е.В., Штроо В.А. Введение в психологию бизнеса. М. Изд. дом ГУ ВШЭ, 2007.
   Карпов А.В. Психология принятия управленческих решений. М.: Юристъ, 1998.
   Келли Д. Теория личности. Психология личностных конструктов. СПб.: Речь, 2000.
   КлимовЕ.А. Психология профессионального самоопределения. Ростов-на-Д.: Феникс, 1996.
   Кун М., Макпартленд Т. Эмпирические исследования установок личности на себя // Современная зарубежная социальная психология: тексты. М.: Издательство МГУ, 1984. С. 180–188.
   Лебедева Н.М. Социальная идентичность на постсоветском пространстве: от поисков самоуважения к поискам смысла // Психологический журнал. 1999. Т. 20. № 3. С. 48–58.
   Мазилова ГБ. Динамика социальной идентичности личности в меняющемся обществе: дис…. канд. психол. наук. Ярославль, 2006.
   Машарова Т.В. Социальное самоопределение учащейся молодежи в условиях современного общества. Киров: Издательство ВГУ, 2003.
   Машарова Т.В., Сырцова Е.Л. Социальное самоопределение учащейся молодежи: возможности и проблемы. Киров: Издательство ВГУ, 2007.
   МелияМ. Бизнес – это психология. М.: Альпина Бизнес Букс, 2006.
   Митина Л.М. Психология развития конкурентоспособной личности. М.: Издательство МПСИ, НПО «МОДЭК», 2002.
   Мнацаканян И.А. Адаптация учащихся в новых социокультурных условиях: дис…. канд. психол. наук. Ярославль, 2004.
   Павленко В.Н. Разновидности кризиса социальной идентичности в Украине // Этническая психология и общество. М.: ИЭА РАН, 1997. С. 88–96.
   ПряжниковН.С. Психология труда и человеческого достоинства. М.: Академия, 2001.
   Пряжников Н.С. Теория и практика профессионального самоопределения. М.: МГППИ, 1999.
   Психология. Словарь / под ред. А.В. Петровского, М.Г. Ярошевского. М.: Политиздат, 1990.
   Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. СПб.: Питер, 2006.
   Румянцева Т.В. Трансформация идентичности студентов медицинского вуза в меняющихся социальных условиях: дис…. канд. психол. наук. Ярославль, 2005. СвенцицкийА.Л. Социальная психология. М.: Проспект, 2004.
   Селин А.В. Жизненный путь личности в социальной ситуации хронического соматического заболевания: дис…. канд. психол. наук. Курск, 2009.
   Стефаненко Т.Г. Социальная психология этнической идентичности: дис…. д-ра психол. наук. М., 1999.
   Хесле В. Кризис индивидуальной и коллективной идентичности // Вопросы философии. 1994. № 10. С. 112–123.
   Шадриков В.Д. Проблемы системогенеза в профессиональной деятельности. М.: Наука, 1982.
   Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис. М.: Прогресс, 1996.
   Augoustinos M., Walker I. Social Cognition. London-New Delhi: Sage, 1995.
   Bauman Z. Identity – then, now, what for? // Polish Sociological Review. 1998. 3(123). P. 206–216.
   Deci E.L., Ryan R.M. The «what» and «why» of goal pursuits: Human needs and the self-determination of behavior // Psychological Inquiry. 2000. Vol. 11. P. 227–268.
   Gockowski J. Identity and adaptation // Polish Sociological Review. 1998. 2(22). P. 133–149.
   Haslam A.S., Jetten J. Social identity, health and well-being: an emerging agenda for applied psychology // Applied Psychology: an International Review. 2009. 58(1). P. 1–23.
   Haslam A.S., Reicher S. Stressing the group: social identity and the unfolding dynamics of responses to stress // Journal of Applied Psychology. 2006. Vol. 9. No. 5. P. 1037–1052.
   Kloskowska A. The response of national cultures to globalization and its effect on individual identity // Polish Sociological Review. 1998. 1(21). P. 3–19.
   Ryan R.M., Deci E.L. Self-regulation and the problem of human autonomy: Does psychology need choice, self-determination, and will? // Journal of Personality. 2006. Vol. 74. P. 1557–1585.
   Tajfel H. Experiments in vacuum // The Context of Social Psychology: A Critical Assessment. London: Academic Press, 1972.
   Tajfel H., Turner J.C. The social identity theory of intergroup behavior // Psychology of Intergroup Relations / Eds. S. Worchel, W.G. Austin. Monterey, CA: Brooks/ Cole, 1986. P. 7–24.
   Weinreich P., Saunderson W. Analyzing Identity: Cross-cultural, Societal, and Clinical Contexts. London, N.Y.: Routledge, 2003.
   Zurcher L. The Mutable Self: A Self-Concept for Social Change. СА: Beverly Hills, 1977.

В.В. Белоусова
Профессиональное самоопределение личности в пространстве современного бизнеса

   Проблема профессионального самоопределения личности вызывала и продолжает вызывать широкий интерес как научного, так и делового сообщества. И это далеко не случайно. Профессиональное становление и развитие человека, возможность наиболее полной профессиональной самореализации неотрывно связаны с профессиональным самоопределением. Профессиональное самоопределение является одним из значимых факторов профессиональной успешности. Современная ситуация в обществе, развитие новых социально-экономических отношений привносят свои особенности в процесс профессионального самоопределения. На сегодняшний день большинство направлений профессиональной деятельности осуществляется в рамках бизнес-структур.
   Бизнес – это сложное явление, которое может описываться многопланово. С психологической точки зрения это сложная системно-организованная деятельность, в которой принимают участие представители самых разных профессий [Иванова, Михайлова, Штроо, 2007]. Активная представленность и постоянный рост и развитие бизнес-структур на рынке труда формирует пространство профессионального самоопределения личности – пространство современного бизнеса. При этом бизнес – это динамичная, активно развивающаяся система, диктующая свои условия в мире профессий, изменяющая его. В ситуации появления новых видов профессиональной деятельности, изменения существующих профессий, а также в условиях высоких требований, предъявляемых бизнес-средой к уровню профессиональной успешности, особенно остро как в теоретическом, так и в практическом плане встают вопросы профессионального самоопределения личности.
   Профессиональное самоопределение – понятие, достаточно часто используемое в современном научном языке. При этом его трактовка, содержательное наполнение разнятся в зависимости от подхода и взгляда на проблему. Так, Е.А. Климов определяет профессиональное самоопределение как «деятельность человека, принимающая то или иное содержание в зависимости от этапа его развития как субъекта труда». Прежде всего это образы желаемого будущего, особенности осознания себя и своего места в системе деловых межлюдских отношений [Климов, 1996, с. 74]. В данном определении отражается как активно-деятельностный, так и временной компоненты профессионального самоопределения. Кроме этого, Е. А. Климов выделяет два уровня профессионального самоопределения – гностический и практический. При этом на гностическом уровне в процессе профессионального самоопределения происходит перестройка сознания и самосознания, а на практическом – реальные изменения социального статуса человека [Климов, 1983].
   Основной акцент на ценностно-смысловой стороне процесса профессионального самоопределения делает Н.С. Пряжников. Он указывает, что «сущностью профессионального самоопределения является самостоятельное и осознанное нахождение смыслов выполняемой работы и всей жизнедеятельности в конкретной культурно-исторической (социально-экономической) ситуации» [Пряжников, 1996, с. 16]. В более поздней своей работе Н.С. Пряжников еще ярче подчеркивает смысловую сторону профессионального самоопределения. Так, профессиональное самоопределение понимается им как «поиск и нахождение личностного смысла в выбираемой, осваиваемой и уже выполняемой трудовой деятельности, а также – нахождение смысла в самом процессе самоопределения» [Пряжников, 2001, с. 330].
   Одним из основных пунктов расхождения взглядов на профессиональное самоопределение является вопрос о временных границах данного понятия, который, в свою очередь, отражает его объем, содержание и широту. Достаточно часто профессиональное самоопределение связывается с этапом выбора профессии и ограничивается им. Так, например, А.М. Кухарчук и А.Б. Ценципер полагают, что «самостоятельный выбор профессии, осуществляемый в результате анализа своих внутренних ресурсов, в том числе и способностей, и соотнесение их с требованиями профессии, следует называть профессиональным самоопределением» [Кухарчук, Ценципер, 1976, с. 7]. При данном подходе к рассмотрению профессионального самоопределения само это понятие очень часто редуцируется и обозначает процесс принятия решения о выборе профессии или даже сам акт выбора. Такая узкая трактовка профессионального самоопределения нередко способствует терминологической путанице и в последнее время находит все меньше сторонников.
   С целью избежать недостатков данного подхода ряд ученых [Сафин, 1986; Обоносов, 1998 и др.], говоря о профессиональном самоопределении, расширяют границы данного понятия и включают в рассмотрение не только этап выбора профессии, но и последующее профессиональное обучение. Так, В.Ф. Сафин утверждает, что профессиональное самоопределение как термин «отображает процесс поиска и приобретения профессии. Финалом его служит начало трудовой деятельности…» [Сафин, 1986, с. 19]. Еще большая временная протяженность процесса профессионального самоопределения подчеркивается Е.А. Климовым [1996]. В своих работах он неоднократно подчеркивает, что профессиональное самоопределение – это не однократное деяние, а длительный многолетний процесс, связанный с разными целями и имеющий разное содержание на разных возрастных этапах.
   В своих взглядах Е.А. Климов не одинок. По утверждению многих авторов, профессиональное самоопределение протекает на протяжении практически всей жизни, способствуя развитию личности [Литвинова, 1992; Маркова, 1996; Климов, 1996; Кузнецов, 2000; Борисова, 1995 и др.]. Так, Е.Ю. Литвинова [1992] отмечает, что профессиональное самоопределение не является одиночным фактором выбора, не совершается один раз и пожизненно, а предполагает «разворачивание» личности в аспекте профессиональной деятельности. Ту же мысль высказывает и А.К. Маркова – «профессиональное самоопределение начинается с выбора профессии, но не заканчивается на этом, ибо человек в течение всей жизни сталкивается с непрерывной серией профессиональных выборов» [Маркова, 1996, с. 59]. Е.М. Борисова [1995] рассматривает профессиональное самоопределение как длительный, динамичный процесс, охватывающий значительную часть жизненного пути индивида, имеющий выраженные этапы. Каждый из этапов характеризуется качественно-своеобразной структурой основных психологических составляющих. К таким составляющим профессионального самоопределения относятся профессиональные способности, профессиональная мотивация, свойства темперамента и межличностные отношения.
   Однако значительное расширение границ понятия профессионального самоопределения привносит и новые трудности в его изучение. Глубоко и полностью охватить весь процесс профессионального самоопределения становится практически нереально. Один из способов преодолеть данное затруднение, на наш взгляд, состоит в том, что бы подходить к рассмотрению профессионального самоопределения как длительного процесса, обращая при этом особое внимание на определенный период. Исходя из данного представления, рассматривая профессиональное самоопределение как длительный жизненный процесс, мы акцентируем свое внимание на этапе определения профессионального жизненного пути в юношеском возрасте. Важно отметить, что профессиональное самоопределение затрагивает не только процесс первичного выбора профессии в школе, но и продолжается дальше на этапе профессионального обучения.
   Именно в юношеском возрасте профессиональное самоопределение выступает на первый план, формируя основу личностного развития. Перед каждым без исключения школьником встает вопрос выбора профессии, выбора жизненного пути. Как указывает Е.А. Климов, «профессиональное самоопределение является системообразующим центром для всей системы возможных «самоопределений» подрастающего человека как субъекта деятельности и гражданина» [Климов, 1996, с. 14]. Выбор профессии в юношеском возрасте является первым большим шагом на пути профессионального самоопределения личности и именно поэтому его значимость сложно переоценить. В этот период происходит формирование позиции взрослого человека, с осознанием себя как члена общества, с необходимостью решать проблемы своего будущего. Проблема выбора профессии становится аффективным центром жизненной ситуации старших школьников [Божович, 1986]. При этом «преодоление момента выбора превращается в механизм формирования профессионального опыта» [Стрелков,
   1999, с. 125]. М.Р. Гинзбург [1994] также отмечает важную роль выбора будущей профессии в юношеском возрасте, который фактически означает проецирование в будущее определенной социальной позиции, что делает смысловое будущее определенным.
   Вообще, на вопросе соотношения выбора профессии и профессионального самоопределения необходимо остановиться особо. С одной стороны, активно-деятельностный компонент самоопределения базируется на совершаемых человеком выборах. Следовательно, выбор профессии является составляющей профессионального самоопределения. С другой стороны, выбор профессии происходит в процессе самоопределения личности, на основе его ценностно-смыслового компонента. Соответственно можно сделать вывод, что профессиональное самоопределение подготавливает выбор профессии, при этом развиваясь на его основе.
   Профессиональное самоопределение в подходах зарубежных авторов не выделяется как самостоятельное понятие, а рассматривается в общем контексте существующих теорий развития карьеры. Так в рамках карьерного консультирования наряду с другими вопросами анализируется проблема выбора профессии, поиска наиболее подходящего вида деятельности. Характерной особенностью психодинамических теорий (У Мозер, Е. Бордин, А. Роу, Р. Хоппок, М. Боуен и др.) является акцентирование особого внимания на значении бессознательной мотивации, различных форм потребностей, от витальных инстинктов до комплексных психодинамических механизмов, в процессе выбора профессии и дальнейшем профессиональном пути. Теория А. Роу [Roe, 1956] достаточно четко характеризует данное направление. По мнению А. Роу, в результате взаимодействия родителей с детьми происходит формирование потребностей, определяющих профессиональный выбор. Содержание потребностей обусловлено прежде всего ранней атмосферой родительского дома и типом детско-родительских отношений, которые через удовлетворение или фрустрацию первичных потребностей формируют индивидуальную потребностную структуру. Бессознательное побуждение, сформированное в раннем детстве, способствует выбору такой карьеры, в которой эти потребности могут быть выражены и удовлетворены. Такие параметры взаимодействия родителей с детьми, как эмоциональное приятие/неприятие, наличие/отсутствие контроля и стимулирование/нестимулирование активности ребенка, соответственно определяют тип ориентации профессиональных интересов: индивидная/ предметная, защитная/незащитная, на других/на себя. Однако дальнейшие эмпирические исследования не подтвердили основные положения данной теории [Гледдинг, 2002; Кондаков, Сухарев, 1989].
   В теориях развития (Э. Гинзберг, Д. Сьюпер и др.) также уделяется внимание профессиональному выбору, который рассматривается как одна из стадий профессионального развития. По мнению Э. Гинзберга, профессиональный выбор – это длительный, продолжающийся более десяти лет процесс, включающий в себя ряд взаимосвязанных решений. Этот процесс необратим, так как более ранние решения ограничивают дальнейшие возможности. Заканчивается профессиональный выбор компромиссом между внешними (престиж) и внутренними (индивидуальные особенности и т. п.) факторами. Профессиональное развитие – последовательность качественно специфических фаз, где разделительным критерием выступают содержание и форма перевода индивидуальных импульсов в профессиональные желания. Ход профессионализации подростков определяется решением ими таких проблем, как испробование своих способностей, обдумывание своей временной перспективы, поиски адекватной формы удовлетворения личных потребностей и интересов. При этом решение данных проблем обусловлено в первую очередь способностью ребенка идентифицировать себя с образцом представителя конкретной профессии [Кондаков, Сухарев, 1989].
   Основываясь на работах предшественников – Ш. Бюлер, Э. Гинзберга и др., – Д. Сьюпер [1957] разработал ступенчатую модель профессионального развития. По мнению автора, профессиональное развитие имеет ряд последовательных стадий и фаз, при этом особенности профессионального развития определяются социально-экономическим уровнем родителей, свойствами индивида, его профессиональными возможностями и т. д. Важнейшим детерминантом профессионального пути являются представления человека о себе. Профессиональное развитие состоит в сущности в развитии и реализации «Я-концепции». Развивая идею «конгруэнтности Я-концепции и профессии», Д. Сьюпер отмечает, что профессиональным развитием можно управлять как через формирование интересов и способностей, так и через влияние на «Я-концепцию».
   Человек неосознанно ищет профессию, в которой он будет сохранять соответствие своим представлениям о себе, а «входя в профессию», будет искать осуществления этого соответствия [Kidd, 1984]. Соответственно удовлетворенность работой зависит от того, в какой мере индивид находит адекватные возможности для реализации своих способностей, интересов, свойств личности в профессиональной деятельности. Д. Сьюпер [1957, 1971] выделил пять стадий профессионального развития: стадию пробуждения (от рождения до 14 лет), стадию исследования (от 15 до 24 лет), стадию консолидации (от 25 до 44 лет), стадию сохранения стабильности (от 45 до 64 лет) и стадию спада (с 65 лет). Каждая из стадий характеризуется определенной задачей развития. На стадии пробуждения происходит формирование «Я-концепции», развитие представлений о себе как личности, а также происходит первое знакомство со сферой профессиональной деятельности. Данная стадия делится на несколько периодов: фантазии (от 4 до 10 лет), интересов (от 11 до 12 лет), способностей (от 13 до 14 лет). Основной задачей стадии исследования является формирование профессиональных планов на основе более глубокого изучения особенностей профессий, выполнения пробных ролей. Выделяются пробный период (от 15 до 17 лет), переходный (18–21), период апробации (18–21). Стадия консолидации характеризуется укреплением профессиональной позиции и подразделяется на два периода – стабилизации (25–30 лет) и продвижения (31–44 года). На стадии сохранения стабильности основной задачей является поддержание достигнутого положения, осознание своих ограничений. Стадия спада характеризуется постепенным снижением профессиональной активности вплоть до ее полного прекращения, что приводит к необходимости освоения новых ролей.
   Концепция возрастных стадий карьеры Д. Сьюпера на сегодняшний день является одной из самых популярных за рубежом теорий профессионального развития. Так, А. Анастази отмечает: «многие новые инструменты встроены в комплексные программы исследования карьеры, являющиеся логическим продолжением взглядов Д. Сьюпера на профессиональный цикл человека и подхода Дж. Голланда к выбору профессии» [Анастази, Урбина, 2001, с. 441]. В основе концепции, разработанной Дж. Голландом, лежит попытка объединить теорию выбора профессии с теорией личности. Дж. Голланд вводит термин «профессиональный тип личности» и отмечает, что каждый человек может быть отнесен к одному из шести профессиональных типов – реалистическому, исследовательскому, артистическому, социальному, предпринимательскому, конвенциональному – или охарактеризован через комбинацию нескольких типологических особенностей. В основе выделения «профессиональных типов» лежит предположение о наличии групп людей, обладающих сходными профессиональными и личностными признаками [Holland, 1966; Басимов, 1998; Воробьев и др., 1994].
   Дж. Голланд отмечает существование относительно устойчивого эмоционального ядра, связанного с развитием интересов, склонностей и способностей личности. Интересы и способности личности формируют определенные личностные диспозиции, которые определяют то, как человек воспринимает окружающий мир, думает и действует. В этом отношении теория Голланда близка концепции Е.А. Климова, в которой выделяется пять сфер профессиональной деятельности по предметному содержанию и при этом отмечается, что на основе природных данных, определяющих интересы и склонности, формируется профессиональная направленность на профессии определенной сферы, связанные с наиболее положительными аффективными переживаниями.
   В свете проблемы профессионального самоопределения понятие профессиональной направленности требует более подробного рассмотрения. Направленность, по-разному раскрываемая в работах классиков отечественной психологии С.Л. Рубинштейна («динамическая тенденция»), А.Н. Леонтьева («смыслообразующий мотив»), Л.И. Божович («система устойчиво доминирующих мотивов») и др., выступает как системообразующее свойство личности, определяющее ее психологический склад. Под направленностью личности понимается совокупность устойчивых мотивов, ориентирующих деятельность личности и относительно независимых от наличных ситуаций. Направленность личности характеризуется ее интересами, склонностями, убеждениями, идеалами, в которых выражается мировоззрение человека.
   В содержательном плане понятия «интерес» и «склонность» четко разводятся – «от интереса как специфической направленности на тот или иной предмет отчленяется склонность как направленность на соответствующую деятельность» [Рубинштейн, 2000, с. 414]. Склонности и интересы человека, связанные с областью профессиональной деятельности, характеризуют профессиональную направленность личности. Профессиональная направленность имеет непосредственную связь с профессиональным самоопределением личности. Профессиональную направленность определяют как «сложную черту личности, отличающуюся не только положительным отношением к определенным профессиям, но и активным желанием трудиться в той или иной профессии» [Иовайша, 1983, c. 66], а также как сложное психологическое явление, характеризующее психологическую готовность субъекта к выбору направления его будущей профессиональной деятельности. Профессиональную направленность можно рассматривать как «отражение в психологической структуре личности существенных сторон и особенностей профессиональной деятельности» [Основы…, 1991, с. 114]. Соответственно можно предположить, что чем больше сближаются профессиональная направленность и сфера профессиональной деятельности, тем более эффективно проходит процесс профессионального самоопределения.
   При рассмотрении проблемы практических подходов к исследованию самоопределения рядом авторов отмечается, что «самоопределение является достаточно сложным, многоаспектным и неопределенным во времени процессом, и его непосредственное экспериментальное исследование практически невозможно» [Семенов, Репецкий, 1999, с. 32]. Одним из способов преодоления данной трудности, по мнению авторов, является редукция наиболее важных аспектов самоопределения к более определенным психологическим концептам и феноменам. По нашему мнению, наиболее ярко современные тенденции профессионального самоопределения отражаются при рассмотрении факторов, оказывающих влияние на процесс профессионального самоопределения.
   Профессиональное самоопределение каждого конкретного человека – индивидуально, при этом форма, направление, характер протекания данного процесса во многом определяется влиянием многочисленных факторов. Причем данное влияние может приводить как к позитивным, так и к негативным результатам. Е.А. Климов [1996] рассматривает восемь основных факторов, которые необходимо учитывать при выборе профессии и которые, безусловно, влияют в целом на процесс профессионального самоопределения. К таким факторам относятся: позиция старших, позиция сверстников, позиция учителей, личный профессиональный план, способности и умения, склонности, уровень притязаний, информированность о мире профессий. Еще более обширный перечень факторов выбора профессии предлагает С.А. Боровикова [1991]. Она относит к таким факторам интересы (познавательные, профессиональные), склонности, способности, темперамент, характер, самооценку, уровень подготовки, состояние здоровья, информированность о мире профессий, социальные факторы (окружение, домашние условия, образование родителей, сценарии воспитания).
   Е.М. Борисова [1995] подчеркивает важную роль способностей, мотивации, свойств темперамента и межличностных отношений в формировании направления и особенностей протекания процесса профессионального самоопределения. Являясь главными структурными составляющими профессионального самоопределения, они интегрируются в качественно-своеобразные иерархические структуры на разных этапах овладения профессией. Признавая влияние всех вышеперечисленных факторов, РМ. Шаминов [1997] акцентирует внимание на уровне личной зрелости как одном из ведущих факторов адекватного выбора профессии. Проведенное им исследование показало наличие зависимости между уровнем личностной зрелости и адекватностью профессионального самоопределения. При этом уровень личной зрелости формируется такими свойствами, как ответственность, самостоятельность, способность адекватно оценить свои качества.
   Представляют интерес и результаты исследований С.И. Вершинина [1996]. Автором выделяются две группы факторов, влияющих на профессиональный выбор: внешние (объективные) и внутренние (субъективные) факторы. К внешним факторам относятся: престиж профессии на рынке труда; семейные традиции, пример родителей; ожидания референтной для процесса самоопределения группы; профиль трудового обучения; опыт трудовой деятельности; занятия по интересам (клубы, кружки); влияние учителей, уроки. В свою очередь внутренние факторы включают в себя: профессиональные интересы; профессиональные возможности; самооценку интересов и возможностей; ведущие мотивы; профессиональные идеалы. Факторы, выделяемые разными авторами, при их объединении составляют достаточно большой перечень, при этом они зачастую разноплановы, что значительно затрудняет их анализ и классификацию. Кроме того, зачастую бывает сложно определить основание для выделения именно данных факторов конкретным автором. Достаточно давно назрела объективная необходимость в создании общей модели.
   По нашему мнению, на процесс профессионального самоопределения оказывают непосредственное влияние три большие группы факторов, и еще одна группа влияет опосредованно. Необходимо отметить, что название этих групп во многом условно и не является жестким и однозначным, а скорее отражает некоторую общую специфику объединенных факторов (рис. 1).

   Рис. 1. Схема соотношения факторов, оказывающих влияние на профессиональное самоопределение

   Опираясь на представления С.Л. Рубинштейна о триединстве в структуре личности – «чего хочет человек, что для него имеет привлекательность (это так называемая направленность как мотивационно-потребностная система личности, ценности, установки, идеалы), что может человек (это его способности и дарования), наконец, что есть он сам, т. е. что из его тенденций, установок и поведения закрепилось в его характере» [Рубинштейн,
   2000, с. 510], можно выделить и структурировать группу факторов, условно названную нами личностные особенности.
   Группа факторов, названная «представления о себе», включает представления человека о своих возможностях и особенностях – темпераменте, характере, способностях, знаниях, умениях и навыках, а также физических возможностях и здоровье. Представления человека о себе, его «образ Я» включены в структуру самосознания человека.
   В группу социальных факторов нами были отнесены мода, престиж, а также школа (влияние учителей и оценочной системы), референтная группа (друзья, сверстники) и семья (родители, родственники). Во многих приведенных выше работах отмечается влияние социального окружения на профессиональное самоопределение личности. Однако если исключить из рассмотрения случаи выбора профессии по указанию родителей (что, по сути, и не имеет никакого отношения к профессиональному самоопределению), то становится заметным, что прямого влияния данные факторы на процесс профессионального самоопределения не оказывают. При этом социальные факторы оказывают значительное влияние на процесс формирования профессиональных представлений и представлений человека о себе, тем самым опосредованно влияя на сам процесс самоопределения.
   Немаловажную роль в процессе профессионального самоопределения играют представления о мире профессий. Существующие у человека представления далеко не всегда могут адекватно и полностью отражать реальность. Выбор, основанный на таких представлениях, в большинстве случаев оказывается ошибочным, что приводит к трудностям в профессиональном самоопределении. Именно данная проблема характерна для юношеского возраста, «от характера образа, от его качественной специфики во многом зависит профессиональное самоопределение молодого человека» [Обоносов, 1998, с. 37]. Информацию о профессиях школьники заимствуют в основном из внешних источников – от родственников, знакомых, друзей, из средств массовой информации. Характерной для юношеского возраста является и ориентация на «внешнюю» сторону профессии [Лукина, 2004]. Соответственно говорить о полноте и точности представлений очень сложно. Успешность профессионального самоопределения во многом зависит не только от представлений о самой профессии, но и от представления о тех качествах, которые являются важными для успешного осуществления той или иной деятельности.
   Однако не только фрагментарность получаемой информации, но и ее усвоение, на которое оказывают влияние существующие установки, формируют те представления, на основе которых и делается выбор [Калинина, 1998]. Представления о профессии являются тем узловым звеном, в котором соприкасаются профессиональный, личностный и социальный аспекты профессионального самоопределения [Брагина, 1976]. Под профессиональным представлением часто понимается некоторая совокупность имеющейся у субъекта информации о профессии, осведомленность о мире профессий. Следует отметить, что понятия «представления о профессии» и «профессиональные представления» тождественны друг другу и употребляются в качестве синонимов. Существуют и более развернутые определения. Так, под представлениями о профессии понимается совокупность знаний субъекта об аспектах, отражающих социально-экономическую (общественную значимость профессии, перспективы профессионального и социального роста, специальности, заработную плату), производственно-техническую (продолжительность рабочего дня, условия работы, характер нервно-психической напряженности), производственно-педагогическую (тип учебного заведения, срок обучения, служебные обязанности) и социально-психологическую (систему требований к узкопрофессиональным, нравственным и организационным качествам) стороны профессии [Брагина, 1976].
   Профессиональные представления носят двойственный характер: они, с одной стороны, социальны, поскольку исторически обусловлены, а с другой – индивидуальны, так как отражают опыт конкретного субъекта. В процессе профессионального самоопределения представления о выбранной профессии выполняют регулятивную функцию. Причем регулятивная функция профессиональных представлений реализуется сразу на нескольких уровнях: когнитивном, эмоциональном и поведенческом [Брагина, 1976; Обоносов, 1998]. Важной характеристикой профессиональных представлений является их динамичность [Кирт, 2000; Брагина, 1976; Обоносов, 1998; Шнейдер, 2001; Кудрявцев, Шегурова, 1983 и др.]. Представления о профессии могут в ходе профессионального самоопределения меняться, корректироваться или даже разрушаться.
   Таким образом, профессиональное представление можно определить как сложное динамическое информационное образование, отражающее особенности мира профессий и конкретных видов профессиональной деятельности в сознании человека. Необходимо отметить значительную роль социальных факторов в формировании представлений и эмоциональной оценки конкретных видов профессиональной деятельности. Согласно ряду зарубежных теорий, люди борются за положительную социальную идентификацию, стремясь стать членами групп с более высоким статусом [Тернер и др., 1994]. Высокая актуальность для групп юношеского возраста мотива престижа, регулятивная роль «престижности» отмечается и многими отечественными исследователями [Лукина, 2004; Вершинин, 1996; Мкртчан, 1983; Кудрявцев, Шегурова, 1983 и др.]. Так, на основе тенденций, происходящих в обществе, выделяются модные и престижные профессии, которые обладают заведомо большей привлекательностью для молодежи. Адекватность представлений о подобных профессиях при этом зачастую уходит на второй план.
   В процессе формирования представлений о мире профессий и влиянии данных представлений на профессиональное самоопределение немаловажную роль играют стереотипы. Так, исследователями отмечается, что «ориентация старшеклассников на те или иные виды профессий во многом обусловлена системой социокультурных стереотипов, которые связываются с теми или иными профессиями» [Собкин и др., 1990, с. 24]. Стереотипы являются одним из видов социальной установки. Знания о людях, накопленные как в личном опыте взаимодействия, так и из других источников, обобщаются и закрепляются в сознании людей в виде устойчивых представлений – стереотипов. Они достаточно широко используются, так как упрощают и облегчают процесс познания. Термин «социальный стереотип» введен в социальную психологию У Липпманом [1922] для обозначения предвзятых мнений и представлений. Подростки строят свои базовые представления о той или иной профессии на реально доступном слое стереотипов, которые они воспринимают в средствах массовой информации, где определенным образом фиксируются связи между профессиями и социальным стереотипами.
   Заметную роль в профессиональном самоопределении играют и существующие гендерные стереотипы. Несмотря на то что на сегодняшний день практически полностью размыты границы чисто женских и чисто мужских профессий, как отмечает О.М. Разумникова [2004], исторически сложившиеся стереотипные представления о «мужских» и «женских» специальностях преобладают среди значительной части населения. Типично «мужской» образ включает в себя такие черты, как профессиональная компетенция, рациональное мышление, активная жизненная позиция, а «женский» чаще всего связывается с социальными и коммуникативными навыками, душевной теплотой и эмоциональной поддержкой. Однако данные представления имеют под собой некоторые основания: определенные гендерные различия фиксируются не только на психологическом, но и на психофизиологическом уровне, так, например, отмечается, что мужчины превосходят женщин в оперировании пространственными представлениями, в этой связи у них более развит технический интеллект [Ильин, 2003].
   Следует отметить, что профессиональные стереотипы в большей степени касаются личностных свойств и качеств представителей конкретных профессиональных групп, нежели самой профессиональной деятельности, формируя, таким образом, персонифицированный образ профессии, т. е. обобщенный образ типичного профессионала. Так, в ряде исследований говорится о подверженности стереотипизации представлений о психологе как субъекте деятельности [Петренко, 1986; Донцов, 1999]. Однако исследований, посвященных проблеме изучения профессиональных стереотипов и их влияния на профессиональное самоопределение, существует на сегодняшний день крайне мало.
   Таким образом, в рамках рассмотрения актуальной проблемы профессионального самоопределения большое значение имеет анализ не только существующих представлений о профессиональной деятельности, но и об «образе профессионала».
   Целью нашего исследования являлось изучение этих представлений применительно к профессиям сферы информационных технологий как одной из наиболее современных и динамично развивающихся областей.
   Методы исследования, выборка. При проведении эмпирического исследования использовались как известные методики (методика свободного описания профессий и др.), так и разработанные нами методики («Степень знакомства с профессией», «Профессиональные предпочтения», «Мода и престиж», «Образ профессионала»). В исследовании приняли участие 307 человек: школьники (с 7 по 11 класс) и студенты (2 и 4 курса) трех специальностей – информационные технологии, эргономика, педагогика и психология.
   Результаты. Наиболее модными и престижными профессиями как школьники, так и студенты вне зависимости от специализации считают такие профессии, как веб-дизайнер, дизайнер, программист, имиджмейкер, менеджер, юрист, визажист, психолог, системный администратор, журналист, экономист, актер. А наиболее немодными и непрестижными, по мнению студентов и школьников, являются такие профессии, как слесарь, металлург, библиотекарь, корректор, геодезист, преподаватель, провизор и шофер. Таким образом, необходимо отметить, что представления о модности и престижности профессий практически не изменяются и не зависят от выбранной специализации. Полученные данные свидетельствуют, что профессии сферы информационных технологий как школьники, так и студенты относят к числу модных и престижных. Эти мнения характеризуются высокой степенью согласованности. Соответствующие коэффициенты конкордации статистически значимы (р < 0,05). Однако привлекательность этих профессий респондентами оценивается ниже.
   Высокий престиж профессии программиста сочетается с наличием непривлекательных качеств, приписываемых профессионалам в данной области деятельности (таких как необщительность, оторванность от реальности, занудность, физическая слабость и другие). В формировании этих представлений большую роль играют возрастные особенности и уровень профессиональной подготовки учащихся. Например, мнения школьников о коммуникативных качествах программиста существенно меняются от 7-го класса (где программиста считают общительным более 40 % респондентов) к 11-му классу (где 75 % опрошенных полагают, что «типичный программист» – необщительный, замкнутый человек). Непривлекательные черты в образе типичного программиста отмечаются также и студентами. Отличия наблюдаются только в представлениях студентов, выбравших в качестве специализации информационные технологии. На начальных этапах обучения «образ профессионала» наделяется более позитивными чертами, а у студентов-старшекурсников образ программиста является наиболее бедным по количеству выделяемых характеристик. Такое явление объясняется происходящим в процессе обучения накоплением разностороннего опыта (как взаимодействия с профессионалами, так и непосредственной практической работы), и соответственно стереотипное представление о «типичном» профессионале практически перестает существовать.
   Анализ полученных данных, выделение факторов, обеспечивающих привлекательность/непривлекательность того или иного вида трудовой деятельности позволил сформировать обобщенный образ высокопривлекательной трудовой деятельности – модная, престижная и достаточно легкая работа, способствующая развитию и творческой самореализации, с хорошим заработком и возможностью общения, при наличии интереса и способностей к этому виду деятельности у самого человека. Необходимо при этом оговориться относительно возможности общения, которая выделяется как фактор привлекательности во всех группах, за исключением студентов, специализирующихся в области информационных технологий, и студентов-эргономистов старшего курса. Обобщенный образ непривлекательной профессии – сложная, скучная, однообразная и при этом бессмысленная работа, с отсутствием перспектив развития, требующая физических усилий, а также не соответствующая способностям и личным качествам человека. В ряде групп этот образ дополняется еще непрестижностью и низкой оплатой труда. Помимо этого, девушками в отношении непривлекательных видов деятельности отмечается такой фактор, как гендерная специфика.
   На примере профессий сферы информационных технологий становится ярко заметен противоречивый характер профессиональных представлений. На профессиональное самоопределение личности оказывают влияние содержательные аспекты и степень выраженности расхождений между представлениями о профессиональной деятельности и об «образе специалиста». Наличие такого расхождения может не только усложнить процесс профессионального самоопределения, но и придать ему конфликтный характер.
   Выявленные особенности профессионального самоопределения позволяют усовершенствовать профориентационную и профконсультационную работу, повысить эффективность мероприятий, направленных на информирование о профессиональной деятельности, а также на формирование адекватных представлений о профессионалах не только в сфере информационных технологий, но и в целом в пространстве современного бизнеса.

Литература

   Басимов М.М. Типология личности и профессиональной среды Дж. Холланда. Курган: Издательство КГУ, 1998.
   Борисова Е.М. Профессиональное самоопределение: Личностный аспект: дис…. д-ра психол. наук. М., 1995.
   Боровикова С.А. Профессиональное самоопределение // Психологическое обеспечение профессиональной деятельности: учеб. пособие. СПб.: Издательство СПбГУ, 1991. С. 6–22.
   Божович Л.И. Личность и ее формирование в детском возрасте. СПб.: Питер, 2008.
   Брагина В.Д. Влияние представлений о выбранной профессии на профессиональное самоопределение учащейся молодежи: автореф. дис. канд. психол. наук. М., 1976.
   Вершинин С.И. Основы принятия решения о профессиональном выборе. М.: Школа и производство, 1996.
   Воробьев А.Н., Сенин И.Г., ЧирковВ.И. Опросник профессиональных предпочтений (Адаптация теста Дж. Холланда «Самонаправленный поиск»). Ярославль: НПЦ «Психодиагностика», 1994.
   Гинзбург М.Р. Психологическое содержание личностного самоопределения // Вопросы психологии. 1994. № 3. С. 43–52.
   Донцов А.И., Белокрылова Г.М. Профессиональные представления студентов-психологов // Вопросы психологии. 1999. № 2. С. 42–49.
   Иванова Н.Л., Михайлова Е.В., Штроо В.А. Введение в психологию бизнеса. М.: Изд. дом ГУ ВШЭ, 2007.
   Ильин Е.П. Дифференциальная психофизиология мужчины и женщины. СПб.: Питер, 2003.
   Иовайша Л.А. Проблемы профессиональной ориентации школьников. М.: Педагогика, 1983.
   Калинина С.В. Соотношение профессионального и личностного самоопределения в подростковом возрасте: дис…. канд. психол. наук. СПб., 1998.
   Кирт Н.Л. Динамика представлений о профессиональной карьере психологов в процессе профессионального самоопределения: автореф. дис…. канд. психол. наук. М., 2000.
   Климов Е.А. Психолого-педагогические проблемы профессиональной консультации. М.: Знание, 1983.
   Климов Е.А. Психология профессионального самоопределения. Ростов-на-Д.: Феникс, 1996.
   Кондаков И.М., Сухарев А.В. Методологические основания зарубежных теорий профессионального развития // Вопросы психологии. 1989. № 5. С. 158–164.
   Кудрявцев Т.В., Шегурова В.Ю. Психологический анализ динамики профессионального самоопределения личности // Вопросы психологии. 1983. № 2. С. 51–59.
   Кузнецов И.Ю. Психологические особенности профессионального самоопределения личности в разнотипных профессиях: дис…. канд. психол. наук. М.,
   2000.
   Кухарчук А.М., Ценципер А.Б. Профессиональное самоопределение учащихся. Минск: Народная асвета, 1976.
   Литвинова Е.Ю. Рефлексивные аспекты самоопределения личности в особых жизненных ситуациях: дис…. канд. психол. наук. М., 1992.
   ЛукинаВ.С. Исследование мотивации профессионального развития // Вопросы психологии. 2004. № 5. С. 25–32.
   Маркова А.К. Психология профессионализма. М.: Международный гуманитарный фонд «Знание», 1996.
   Мкртчян Г.М. Ценностные ориентации молодежи в процессе профессионального самоопределения: автореф. дис…. канд. филос. наук. М., 1983.
   Обоносов В.Н. Представление о профессии как фактор профессионального самоопределения учащихся ПТУ: дис. канд. психол. наук. М., 1998.
   Основы теории и практики профориентации / под ред. Н.В. Кузьмина. Л.: ЛГУ, 1991.
   Петренко В. Ф. Семантический анализ профессиональных стереотипов // Вопросы психологии. 1986. № 3.
   Пряжников Н.С. Профессиональное и личностное самоопределение. М. – Воронеж: Институт практической психологии; НПО «МОДЭК», 1996.
   Пряжников Н.С., Пряжникова Е.Ю. Психология труда и человеческого достоинства: учебное пособие. М.: Академия, 2001.
   Разумникова О.М. Взаимодействие гендерных стереотипов и жизненных ценностей как факторов выбора профессии // Вопросы психологии. 2004. № 4. С. 76–83.
   Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. СПб.: Питер, 2000.
   Сафин В.Ф. Психология самоопределения личности. Свердловск: Свердловский пединститут, 1986.
   Семенов И.Н., Репецкий Ю.А. Личностное самоопределение как ключевой фактор образования взрослых // Мир психологии. 1999. № 2.
   Собкин В.С., Грачева А.М., Нистратов А.А. Возрастные особенности ориентации в социально-профессиональной сфере // Вопросы психологии. 1990. № 4. С. 23–31.
   СтрелковЮ.К. Психологическое содержание операторского труда. М.: РПО, 1999.
   Тернер Дж., Оукс П., Хэлем С., Дэвид В. Социальная идентичность, самокатегоризация и группа // Иностранная психология. 1994. № 2.
   Шаминов Р.М. Личностная зрелость и профессиональное самоопределение в подростковом и юношеском возрасте: дис…. канд. психол. наук. СПб., 1997.
   Шнейдер Л.Б. Профессиональная идентичность: Монография. М.: МОСУ, 2001.
   Holland J. The Psychology of Vocational Choice. Waltham, MA: Blaisdell Publishing Co., 1966.
   Kidd Y. The relation of self and occupation concepts // Journal of Vocational Behavior. 1984. V. 24. № 1.
   Roe A. The Psychology of Occupations. N.Y.: Willey, 1956.
   SuperD.E. Vocational Development: A Framework of Research. N.Y., 1957. Super D.E., Bahn M.Y. Occupational Psychology. L.: Tavistock, 1971.

А.Е. Бугаенко
Динамика типов профессионального самоопределения менеджеров в условиях ликвидации компании

   Первый ответил: «Я работаю, чтобы есть».
   Второй сказал: «Чтобы меня похвалил учитель».
   Третий произнес: «Чтобы сделать потрясающую картину».
Притча
   В процессе профессионального самоопределения мотивация индивида играет важную роль. Социальная значимость (мотив «чтобы меня похвалил учитель») профессии может быть решающей в ее выборе. В процессе социализации формируются личностные качества, которые выражают представления индивида о своем месте в социальной и профессиональной среде. Какими мотивами движимы менеджеры высшего звена в своем профессиональном самоопределении? Какова динамика этого процесса?
   В развиваемом Н.Л. Ивановой подходе социальное самоопределение выступает «как процесс, в ходе которого происходит конструирование социальной идентичности. Идентичность, наряду с самооценкой и персонификацией личности, является одним из результатов и в то же время механизмов самоопределения» [Иванова, 2008]. Мы продолжаем наметившуюся в психологии тенденцию исследования личностных качеств, формирующихся в процессе социализации, в них выражается представление индивида о своем месте в социальной и профессиональной среде. Эти качества закладывают личностную основу поведения и деятельности индивида, в ходе которой рождается профессиональная идентичность личности.
   Профессиональная идентичность является актуальной областью современных исследований в психологии. В современных исследованиях профессиональная идентичность выделяется как основной критерий профессионального развития личности и ведущая характеристика субъекта труда [Иванова, 2008; Мищенко, 2005; Поваренков, 2002]. В предыдущих работах мы уже отмечали, что подобная точка зрения является развитием сложившейся в отечественной психологии труда логики осмысления критериев профессионального развития – от эффективности деятельности исполнителя до характеристик профессионала [Иванова, Степанищева 2009]. Профессионал как субъект труда, в отличие от исполнителя, сам ставит цели деятельности, определяет пути и средства их достижения, несет ответственность за последствия ее реализации. Он владеет деятельностью в целом, удерживает ее предметность в многообразных практических ситуациях, способен к построению деятельности, ее изменению и развитию [Шадриков, 1982]. Поэтому в качестве объекта нашего исследования выступает менеджер высшего звена (топ-менеджер), в профессиональные задачи которого входит постановка целей деятельности, определение путей и средств их достижения, ответственность за последствия. В сложившихся экономических условиях особенно актуальной является проблема профессионального самоопределения личности в условиях повышенной конкуренции на рынке труда, смене основного направления работы компании, а также в условиях ликвидации компании. Топ-менеджер компании, столкнувшись с необходимостью ликвидации компании в связи с меняющимися внешними экономическими условиями, неизбежно принимает часть ответственности за крах компании, что отражается на профессиональной идентичности личности.
   В настоящее время сложилось реальное противоречие между требованиями к руководителю, которые предъявляет изменившаяся социально-политическая и экономическая ситуация, и способностями руководителей высшего звена, управляющими сегодня предприятиями. Новый способ организации общества требует от топ-менеджера более высокой чувствительности к меняющимся условиям, т. е. более высокой рефлексивной самоорганизации и более адекватного самоопределения руководителя по отношению к своим функциональным нормам. Именно эти внутренние факторы позволяют успешно действовать в сложных условиях профессиональной деятельности менеджера высшего звена.
   Уровень профессионализма топ-менеджера – качественная характеристика степени соответствия реальной деятельности топ-менеджера предъявляемым ей профессионально-культурным требованиям. Повышение профессионализма топ-менеджера под воздействием самоопределения есть процесс трансформации системы профессиональных качеств управленцев при понимании и принятии объективных требований управленческой функции, с последующим овладением и адекватным использованием средств управленческой культуры, что ведет к повышению продуктивности и качества решения руководителем профессиональных задач и проблем.
   Наиболее развернутой теоретической базой для выведения типов профессионального самоопределения руководителей высшего звена, на наш взгляд, является концептуальная модель управленческой деятельности, разработанная О.С. Анисимовым [Анисимов, 1998]. В рамках концептуальной картины О.С. Анисимова менеджер высшего звена имеет несколько типов профессионального самоопределения. Для постановки и контроля поручений исполнителям от менеджера высшего звена требуется адекватное продуктно-процессное самоопределение по отношению к рамкам своей деятельности. Данное самоопределение возможно только при отходе на время деятельности от логики удовлетворения своих жизнедеятельностных (т. е. додеятельностных) потребностей (индивидное поведение) и строгом подчинении их требованиям управленческой функции (субъектно-деятельностное поведение).
   Поскольку менеджер высшего звена призван решать проблемы исполнительской деятельности, то в некоторых случаях могут возникать собственно управленческие проблемы, которые он должен уметь снять за счет творческого переосмысления, пересмотра и совершенствования своих норм. Для этого от него требуется личностно-деятельностное самоопределение. Менеджер высшего звена в своей деятельности должен быть готов как к поддержанию существующего уровня функционирования деятельности, так и к развитию форм деятельности при возникновении такой необходимости. Другими словами, он должен сочетать как функционарный подход в своем самоопределении (направленный на поддержание уровня функционирования деятельности), так и развивающий самоопределенческий подход (направленный на развитие деятельности).
   В свою очередь определение потребности в развитии деятельности возможно только при наличии стратегии и тактики управления деятельностью, которое предопределяется тактико-стратегическим самоопределением топ-менеджера. Эффективность управленческой деятельности предопределена качеством принятия управленческого решения, т. е. уровнем управленческой аналитики, которая, в свою очередь, зависит от особенностей самоопределения топ-менеджера по отношению к видам аналитической работы (ситуационный анализ, проблематизация, проектирование и т. п.). Кроме того, управленческая продуктивность напрямую связана с правильно выстроенными формально-неформальными отношениями с коллегами и подчиненными, что обеспечивается самоопределени
   ем топ-менеджера в отношениях с коллегами. Поскольку управленческая деятельность немыслима без профессиональных коммуникаций и согласования точек зрения с коллегами (при решении сложных аналитических задач), от топ-менеджера требуется адекватное коммуникативное и согласовательное самоопределение. Сложность управленческой деятельности предопределяет требования к самопознанию и профессиональному саморазвитию топ-менеджера, что может быть обеспечено только при наличии соответствующих самоопределенческих акцентировок в отношении самопознания и саморазвития [Анисимов, 1998].
   Опираясь на приведенную выше концептуальную картину, мы выделили следующие содержательные направления профессионального самоопределения менеджера высшего звена:
   • продуктно-процессно-рефлексивное;
   • ситуативно-тактико-стратегическое;
   • индивидно-субъектно-личностное.
   Рассмотрим подробнее направления профессионального самоопределения топ-менеджера, дифференцируя каждое из них качественными показателями профессиональной деятельности (от менее развитых до более развитых). Далее на рис. 1, 2, 3 представлены основные этапы самоопределения в рамках каждого направления.

   Рис. 1. Продуктно-процессно-рефлексивное направление профессионального самоопределения менеджера (снизу вверх приводятся этапы самоопределения от менее развитых до более развитых)

   Продуктно-процессно-рефлексивное направление предполагает следующий ряд предпочтений топ-менеджера: 1) сугубо целевая ориентация; 2) ориентация на организацию процесса достижения цели; 3) своевременность рефлексивного реагирования на затруднения в процессе достижения цели (рис. 1). В качестве основания для этих этапов мы взяли модель О.С. Анисимова: «продуктность – процессуальность – рефлексия – критериальное обеспечение», в которой каждый последующий тип самоопределенческого акцента является более развитым типом предыдущего [Анисимов, 1998].

   Рис. 2. Ситуативно-тактико-стратегическое направление
   профессионального самоопределения менеджера (снизу вверх приводятся этапы самоопределения от менее развитых до более развитых)

   Целевая ориентация свойственна допрофессиональному самоопределению менеджера, так как при таком самоопределении игнорируется способ получения результата, что делает случайным, негарантированным успешность такой деятельности.
   Тип самоопределения – ориентация на организацию процесса достижения цели – снижает степень случайности получения продукта. Расчлененность процесса на последовательные шаги действий вносит организованность в работу управленца и дает возможность в благоприятных условиях достичь намеченной цели. Однако при неблагоприятных обстоятельствах, при возникновении непредвиденных затруднений, приводящих к нарушению плана работы, такой тип самоопределения также малоэффективен.

   Рис. 3. Индивидно-субъектно-личностное направление профессионального самоопределения менеджера (снизу вверх приводятся этапы самоопределения от менее развитых до более развитых)

   Реализуя своевременное реагирование на затруднение в процессе достижения цели, управленец пребывает в состоянии готовности к своевременной рефлексии. Начальный подтип такого самоопределения – это готовность управленца к стихийной рефлексии затруднений. Развитый подтип – готовность управленца к процессуально-организованной рефлексии затруднений, т. е. придание значимости соблюдению типа аналитической работы. Однако только лишь соблюдение последовательности не гарантирует качественный результат рефлексии, а следовательно, и деятельности в целом.
   Следующее направление профессионального самоопределения менеджера высшего звена – ситуативно-тактико-стратегическое. Данное направление включает в себя ряд ступеней: 1) ситуативность (случайность) действий топ-менеджера; 2) действия топ-менеджера в рамках тактической нормы (с опорой на тип ситуации); 3) действия топ-менеджера в рамках стратегии (рис. 2).
   Данное направление обусловлено концептуальным представлением, в котором действия топ-менеджера могут иметь различный уровень нормативной организованности. В случайных действиях топ-менеджера нормативная определенность минимальна, поэтому этот уровень можно отнести к допрофессиональному (дилетантскому). И на тактическом, и на стратегическом уровнях основанием действий топ-менеджера является норма. Однако тактическая норма более конкретна и менее целостна, чем стратегическая, следовательно, обладает меньшим потенциалом реализуемости. В свою очередь стратегический профессиональный уровень топ-менеджера не исключает необходимости использования управленцем более конкретных тактических норм.
   Первая ступень самоопределения – готовность к ситуативно-интуитивному реагированию на ситуацию без наличия оснований, т. е. принятие решения и его реализация «по ощущению». Этот тип самоопределения относится к допрофессиональному уровню и характеризуется случайным выбором способа реагирования на изменения ситуации и направленного на достижение цели. При реализации такого типа самоопределения менеджер высшего звена случайностью, негарантированностью своих действий может порождать дополнительные трудности в достижении целей исполнительской системой.
   Вторая ступень самоопределения – тактико-ситуативная – характеризуется стремлением топ-менеджера использовать тактические нормы с опорой на тип сложившейся ситуации. Это означает, что менеджер высшего звена готов к реагированию не на единичный, уникальный случай, возникший в ситуации решения задачи, а на тип сложившейся ситуации. Для перехода на данный самоопределенческий уровень с предыдущего менеджер высшего звена не только должен обладать минимальным опытом, но и осуществить переосмысление и обобщение своего опыта с выделением типа возможных ситуаций и типа тактического реагирования на них на протяжении всего цикла работы топ-менеджера.
   Следующая (третья) ступень самоопределения – стратегический уровень. Этому типу присуща высокая значимость реализации ценностей в осуществляемой деятельности. Под ценностями в данном случае мы понимаем абстрактные потребности всеобщего типа. В этих абстрактных потребностях снят эгоцентризм системы деятельности в силу встроенности этой системы в логику удовлетворения общественно-значимых потребностей. Воплощение менеджером данного подтипа самоопределения наиболее эффективно как для системы деятельности, так и для внешних социокультурных сред.
   Третье направление профессионального самоопределения менеджера высшего звена – индивидно-субъектно-личностное (рис. 3). Данное направление охватывает самоопределенческую направленность топ-менеджера по категориальной тройке «индивид – субъект – личность», характеризующей развитость качественных уровней личности топ-менеджера [Анисимов, 1995].
   1. Индивидный тип самоопределения. Основа мотивов профессиональной деятельности для данного типа – получение средств для удовлетворения собственных потребностей. Менеджер может изменить некоторые нормы трудовой деятельности в угоду собственным интересам. Менеджер высшего звена с индивидным самоопределением преследует свои интересы или удовлетворение своих амбиций, даже если они идут в разрез с деятельностью, которой он управляет.
   2. Субъектный тип самоопределения. Такой тип оценивает деятельность с точки зрения выполнения функциональных и нормативных требований. Основной акцент деятельности человека с таким самоопределением – исполнительский, т. е. реализация данных ему норм. Любая неопределенность в способе решения задачи сопровождается психологическим дискомфортом. Имея самоопределенческую установку субъектного типа, менеджер не любит неопределенных условий работы; не любит заданий, которые требуют в своем выполнении творческого, инновационного подхода. Менеджер высшего звена с таким типом самоопределения теряется при необходимости принимать самостоятельное творческое и ответственное решение в сложной обстановке.
   3. Личностный тип самоопределения. В рамках деятельности личностное самоопределение проявляется как действия, направленные на развитие уровня деятельности фирмы. Личностный (инновационный) тип управленческого самоопределения означает наличие у руководителя мотивационно-операциональной направленности на творческий подход в решении своих задач и проблем [Анисимов, 1998]. Менеджер высшего звена стремится к нестандартным решениям, к непрерывному совершенствованию норм, внесению инноваций в свою деятельность и в деятельность управляемой им исполнительской системы в проблемных ситуациях.
   В рамках эмпирической части работы мы провели пилотажное исследование, целью которого было выявить и проанализировать типы профессионального самоопределения менеджеров высшего и среднего звена в ситуации ликвидации компании. В исследовании выдвигались следующие гипотезы.
   1. В ситуации ликвидации компании происходит переосмысление профессионального самоопределения менеджеров высшего и среднего звена.
   2. При устойчивой связи профессионального и личностного самоопределения в ситуации ликвидации компании у менеджеров высшего и среднего звена укрепляется вера в верность выбора профессии. При неустойчивой связи – происходит смена профессии.
   3. Существует обратная зависимость наиболее устойчивой связи профессионального и личностного самоопределения у менеджеров с наиболее развитыми «уровнями профессиональной развитости».
   В исследовании принимали участие сотрудники двух коммерческих организации г. Москвы, компании которых были ликвидированы в течение 2008–2009 гг. Общее число испытуемых и респондентов составило 27 человек, среди них 5 топ-менеджеров и 22 менеджера среднего звена. Методами, применяемыми в исследовании, являлись беседа, нестандартизированное интервью, типология О. С. Анисимова. Исследования проходили в три этапа.
   Первый этап был проведен на момент благополучного состояния обеих компаний; беседы и нестандантизированные интервью, посвященные профессиональному самоопределению, позволили выделить и охарактеризовать типы профессионального самоопределения. Второй этап исследования происходил в момент первых проявлений в России последствий мирового экономического кризиса, отразившегося на деятельности компании. Целью данного этапа было выявить изменения профессионального самоопределения менеджеров, проследить динамику изменения данного явления.
   Последний этап происходил в момент завершения работы компаний. Основной целью исследования было получение данных о динамике профессионального самоопределения и изменения жизненных и профессиональных целей менеджеров среднего и высшего звена.
   Исследование проводилось в течение 11 месяцев, перерыв между этапами составлял от 1 до 4 месяцев. В результате исследования были получены следующие данные. Динамика первого направления профессионального самоопределения менеджеров отражена на рис. 4–6. Если на первом этапе исследования к типу «рефлексивное реагирование на затруднения» было отнесено 52 % менеджеров, то в ситуациях угрозы компании и ее распада – 70 % и 81 % соответственно. Данную статистику можно интерпретировать, исходя из мотивации менеджеров. В благоприятный для компании период менеджеры занимались рутинной ежедневной работой, затруднения в которой возникают, однако решаемы по мере поступления. Лишь в ситуации угрозы и ликвидации компании встает вопрос о профессиональной компетенции менеджеров – что повышает их мотивацию на преодоление трудностей и необходимость доказать себе и окружающим свою значимость и трудоспособность. В борьбе за самооценку и в анализе ошибок и действий, приведших к краху, повышается процент по типу рефлексивного реагирования на затруднения.
   Динамика второго направления профессионального самоопределения менеджеров представлена на рис. 7–9. Анализируя данные, можно выделить увеличение ситуативного типа самоопределения у менеджеров по мере приближения к ликвидации компании. Если на первом этапе 33 % опрошенных были отнесены к этому типу, то по мере приближения краха компании процент растет: 52 % и 45 % соответственно. Возможно, смена рабочих ситуаций, когда большинству менеджеров надо реагировать на ежедневные новые задания по ликвидации фирмы (решение вопросов по распродаже имущества поставщикам, закрытие отчетностей), привела к тому, что стратегические задачи компании перешли на второй план по значимости. Хотя и на втором, и на третьем этапе исследования остаются топ-менеджеры, которые смотрят в будущее компании (возможность ее восстановления на новом уровне и рынке, переговоры с партнерами по организации нового бизнеса).

   Рис. 4. Принадлежность менеджеров к типу профессионального самоопределения на продуктно-процессно-рефлексивном направлении самоопределения (1-й этап исследования)

   Рис. 5. Принадлежность менеджеров к типу профессионального самоопределения на продуктно-процессно-рефлексивном направлении самоопределения (2-й этап исследования)

   Рис. 6. Принадлежность менеджеров к типу профессионального самоопределения на продуктно-процессно-рефлексивном направлении самоопределения (3-й этап исследования)

   Рис. 7. Принадлежность менеджеров к типу профессионального самоопределения на ситуативно-тактико-стратегическом направлении самоопределения (1-й этап исследования)


   Рис. 8. Принадлежность менеджеров к типу профессионального самоопределения на ситуативно-тактико-стратегическом направлении самоопределения (2-й этап исследования)

   Рис. 9. Принадлежность менеджеров к типу профессионального самоопределения на ситуативно-тактико-стратегическом направлении самоопределения (3-й этап исследования)

   Рис. 10. Принадлежность менеджеров к типу профессионального самоопределения на индивидно-субъектно-личностных уровнях самоопределения (1-й этап исследования)

   Рис. 11. Принадлежность менеджеров к типу профессионального самоопределения на индивидно-субъектно-личностных уровнях самоопределения (2-й этап исследования)

   Рис. 12. Принадлежность менеджеров к типу профессионального самоопределения на индивидно-субъектно-личностных уровнях самоопределения (3-й этап исследования)

   Динамика третьей линии профессионального самоопределения менеджеров отражена на рис. 10–12. Ее анализ показывает, что индивидно-субъектно-личностное направление самоопределения менее всего подвержено изменениям в связи со сменой жизненной и профессиональной ситуации. На всех трех этапах исследования 26 % респондентов были отнесены к типу личностного самоопределения, для которого характерно наличие у руководителя мотивационно-операциональной направленности на творческий подход в решении своих задач и проблем. Для данного руководителя деятельность на благо фирмы и собственная деятельность равнозначны.
   Совсем небольшая динамика также наблюдалась по типу субъектно-деятельностного определения: поскольку многие менеджеры среднего звена являются исполнителями, для них в любых ситуациях было важно получить четную инструкцию по дальнейшим действиям (как в условии благополучной работы фирмы, так и в условии ее ликвидации).
   Исходя из полученных в исследовании данных можно сделать следующие выводы.
   1. Менее всего подвержено изменениям индивидно-субъектно-личностное направление профессионального самоопределения.
   2. В зависимости от ситуации (благополучия или ликвидации фирмы) меняются типы профессионального самоопределения, что не подтверждает гипотезу об обратной зависимости наиболее устойчивой связи профессионального и личностного самоопределения у менеджеров с наиболее развитыми «уровнями профессиональной развитости».
   3. В ситуации ликвидации компании происходит переосмысление профессионального самоопределения менеджеров высшего и среднего звена.
   Таким образом, ситуация ликвидации фирмы влияет на осмысление профессионального «Я» менеджеров среднего и высшего звена, однако самоопределение менеджера, характеризующее развитость уровней личности управленца, остается неизменным.

Литература

   Анисимов О.С., Деркач А.А. Основы общей и управленческой акмеологии. М.: РАГС, 1995.
   Бодров В.А. Профессиогенетический подход к проблеме формирования профессионала // Психология субъекта профессиональной деятельности. М. – Ярославль: ЯрГУ, 2001. С. 54–71.
   Буякас Т.М. Проблема и психотехника самоопределения личности // Вопросы психологии. 2002. № 2. С. 28–39.
   Зеер Э.Ф., Сымалюк Э.Э. Кризисы профессионального становления личности // Психологический журнал. 1997. Т. 18. № 6. С. 35–44.
   ИвановаН.Л. Самоопределение личности в бизнесе. М. – Ярославль: МАПН, Аспект-Пресс, 2008.
   Иванова Н.Л., Степанищева А.Е. Особенности становления профессиональной идентичности субъектов бизнеса // Вестник Костромского Гос. ун-та им. Н.А. Некрасова. 2009. Т. 15. № 1. С. 156–161.
   Маркова А.К. Психология профессионализма. М.: Международный гуманитарный фонд «Знание», 1996.
   Мищенко Т.В. Становление профессиональной идентичности у студентов педагогического вуза: дис…. канд. психол. наук. Ярославль, 2005.
   Поваренков Ю.П. Психологическое содержание профессионального становления человека. М.: Издательство УРАО, 2002.
   Шадриков В.Д. Проблемы системогенеза в профессиональной деятельности. М.: Наука, 1982.

Н.В. Антонова
Имидж как инструмент бизнеса

   В современном бизнесе возрастает роль личностных факторов, одним из которых является имидж бизнесмена. Ведение любого бизнеса сопровождается множественными контактами бизнесмена с другими людьми и организациями. Имидж непосредственно влияет на принятие решений в процессе переговоров, на отношение клиентов и партнеров к бизнесмену и организации в целом. Имидж конкретной бизнес-организации и бизнеса как социально-психологического феномена определяет отношение к ним со стороны государства и общественности.
   Понятие «имидж» появилось в научной психологической литературе не так давно, и до сих пор его использование вызывает дискуссии. Многие считают, что это всего лишь модное слово, обозначающее давно известные психологические феномены. Отчасти это действительно так, ведь исследования социальной перцепции имеют долгую историю. Однако появление новых терминов нельзя объяснить лишь модой. Как правило, за ними кроется некая новая реальность, не вполне охватываемая устоявшейся терминологией. Напомним, что подобная ситуация была несколько лет назад с термином «идентичность», который сейчас уже используется повсеместно. Наличие кандидатских и докторских диссертаций по проблематике имиджа (Е.Б. Перелыгина, Е.А. Володарская, Д.Г. Давыдов и др.) показывает продуктивность научных исследований в данном направлении.
   Бизнес – именно та сфера, в которой использование данного понятия в наибольшей степени оправданно. Бизнес как объект психологического исследования также является новой областью для отечественной психологии. Научная проработка бизнес-проблематики только начинается, и только начинают выделяться специфические для этой области психологического знания проблемы [Емельянов, Поварницына, 1998; Иванова, Михайлова, Штроо, 2008]. Одной из таких областей, на наш взгляд, и является психология имиджа. Конкурентные отношения в бизнесе обуславливают использование имиджа для повышения эффективности деятельности бизнесмена и бизнес-организации. Имидж опосредует практически все процессы в бизнесе. Отношение к бизнес-организации со стороны общества и государственных структур также во многом определяется ее имиджем.
   Имидж бизнеса как социально-психологического явления в целом влияет на отношение общества к бизнесу и бизнесменам, определяя среди прочего законодательные инициативы в отношении бизнеса.
   «Image» в переводе с английского означает «образ», а категория образа в психологии существует достаточно давно. Однако с понятием «образ» в психологии связана определенная теоретическая традиция, а именно исследования перцептивного образа, в первую очередь традиция гештальт-психологии и психологии восприятия. Понятие «имидж» апеллирует к социально-перцептивным процессам, которые имеют свои законы и динамику [Андреева, 2005]. Именно специфика предметной области обусловила необходимость использования данного слова в виде кальки с английского языка и введения таким образом нового термина в понятийный аппарат психологии. Е.Б. Перелыгина определяет имидж как «символический образ субъекта, создаваемый в процессе субъект-субъектного взаимодействия» [Перелыгина, 2002, с. 23]. Использование понятия образа включает проблематику имиджа в контекст исследований социальной перцепции и социального познания. Действительно, имидж – это образ социального объекта, поэтому он является продуктом социального познания. Однако многие исследователи имиджа подчеркивают, что это целенаправленно создаваемый образ. На это указывает слово «создаваемый» (а не «возникающий»), которое использовано в приведенном выше определении. Целенаправленность считается видовой особенностью имиджа как психического образа [Перелыгина, 2002; Давыдов, 2005 и др.]. Следует, однако, отметить, что процесс создания имиджа не обязательно является осознанным. Однако в любом случае он связан с целенаправленной активностью субъекта.
   Целенаправленная деятельность субъекта, осуществляющего создание или коррекцию имиджа, мотивируется несовпадением представлений о том, как должен был бы восприниматься объект, и о том, как он реально воспринимается. Целью такой деятельности является реализация функций имиджа. Обобщение различных подходов (В.М. Шепель, Е.Н. Богданов,
   В.Г. Зазыкин, Е.Б. Перелыгина и др.) позволяет выделить две группы психологических функций имиджа: внутренние – обеспечивающие влияние имиджа на самого субъекта самопрезентирования; внешние – основанные на возможностях социально-психологического влияния имиджа на внешнюю среду [Давыдов, 2005].
   В настоящее время сформировались три основных теоретических подхода к пониманию и исследованию имиджа.
   1. Семиотический подход (Ч. Пирс, Ф. де Соссюр; В. А. Лабунская, Е.А. Петрова и др.). С точки зрения семиотического подхода имидж представляется как символический образ, оформляемый с помощью некоторого языка, понимаемого в самом широком смысле как синтаксическом (включая невербальные знаки), так и семантическом (включая и предметные, и оценочные значения). При этом имидж представляет собой не отдельный единичный знак, а знаковую структуру – организованную совокупность знаков, которая сама является знаком и представляет некоторый объект. Примерами таких знаковых структур являются литературное произведение, художественный фильм, кукла и т. п. [Перелыгина, 2002]. Е.А. Петрова считает, что предметом психосемиотического изучения внешнего облика субъекта общения является роль и функции визуальных знаков в повседневном (обыденном) общении людей [Петрова, 2000]. Визуальная психосемиотика общения, разрабатываемая автором, исследует знаковые системы внешнего облика как личностный феномен, как коммуникативное средство и как предмет социального познания.
   Психосемиотический подход дает возможность учитывать возможности интерпретации аудиторией имиджа того или иного знака в составе имиджа. Так, Е.А. Петрова считает важнейшим фактором адекватной самоподачи «Я» психосемиотическую компетентность и рефлексию семиотических компонентов собственной экспрессии [Петрова, 2002]. Психосемиотическая компетентность заключается в способности к адекватной интерпретации знаков общения. Психосемиотическая рефлексия – способность воспринимать порождаемые самим собой знаки «со стороны» (рефлексия первого порядка) или глазами партнера (рефлексия второго порядка). Эффективность деятельности по созданию собственного имиджа определяется степенью развития этих способностей.
   2. Интеракционистский подход (Дж. Мид, Т. Кун; Е.Б. Перелыгина и др.) позволяет рассматривать имидж как образ «Я», создаваемый для других в процессе субъект-субъектного взаимодействия.
   3. Когнитивно-ориентированный подход (Е.Б. Перелыгина, Г.М. Андреева). В рамках данного подхода имидж рассматривается как когнитивная структура, имеющая структуру социальной установки и занимающая определенное место в общей системе установок личности. Имидж тесно связан с другими когнитивными структурами, такими как Я-концепция, Я-идеальное, Я-зеркальное, а также с «образом мира» в целом.
   4. Социально-психологический подход (Е.Б. Перелыгина, Т.А. Бусыгина). В контексте социально-психологического подхода имидж рассматривается как социально-психологический феномен и продукт социального познания. Теоретико-методологической базой для психологического анализа имиджа как социально-психологического феномена явились исследования психологических закономерностей восприятия и понимания человека человеком, специфики формирования феномена первого впечатления, социально-психологических эффектов и механизмов межличностного и межгруппового восприятия, изучение содержания социальных представлений и стереотипов, процессов массовой коммуникации. Центральными проблемами психологии имиджа как самостоятельной области исследования являются вопросы социально-психологической природы имиджа, социального познания и управления имиджем.
   Перечисленные теоретические подходы не противоречат, а, напротив, взаимодополняют друг друга и могут использоваться в различных сочетаниях.
   Методы исследования имиджа. Для исследования имиджа используется качественно-количественный подход. Применимы практически все методы социальной психологии и психодиагностики, что зависит от конкретных целей исследования, но предпочтение отдается качественным и проективным методикам. В частности, в исследованиях по проблематике имиджа используются такие методы, как [Давыдов, 2005; Бусыгина, 2004 и др.]:
   • ассоциативный эксперимент – позволяет выявить ассоциации, связанные с индуктором имиджа;
   • свободное описание с последующей контент-аналитической обработкой;
   • модификации теста «Кто Я?» М. Куна, Т. МакПартленда;
   • техника репертуарных решеток Дж. Келли в различных модификациях;
   • метод семантического дифференциала в различных модификациях;
   • метод интент-анализа вербальной продукции;
   • метод опроса;
   • контент-анализ продукции СМИ и других документов;
   • глубинные интервью и фокус-группы.
   Субъекты имиджа. Имидж – это социально-психологический феномен, что означает необходимость участия как минимум двух человек в процессе его создания. Бессмысленно говорить об имидже, если отсутствует воспринимающая сторона. Следовательно, в процессе создания имиджа участвуют два субъекта (каждый из которых может быть групповым). Во-первых, это индуктор (прототип) имиджа – субъект, образ которого формируется. Индуктором имиджа может быть человек, группа, организация, предмет (товар). Во-вторых, это реципиент имиджа – субъект, воспринимающий индуктора, в чьих глазах формируется имидж. Реципиентом может быть отдельный индивид или группа (аудитория имиджа). В некоторых случаях может присутствовать третий субъект – субъект коррекции – человек или группа людей, чья целенаправленная деятельность состоит в организации восприятия индуктора реципиентом определенным образом [Давыдов, 2005]. При этом субъект коррекции может способствовать формированию положительного имиджа индуктора (имиджмейкер), а может и разрушать его, проводить деструктивную по отношению к имиджу индуктора деятельность (противоборствующая сторона, например, в политической кампании).
   Средства самопрезентации – это средства, используемые индуктором с целью повлиять на свой имидж в глазах реципиента. Так как имидж формируется в процессе общения, в качестве средств самопрезентации могут использоваться практически все средства общения (составляющие коммуникативной, социально-перцептивной и интерактивной его сторон). Таким образом, имидж как социально-психологический феномен обладает следующими характеристиками [Перелыгина, 2002]: а) имидж формируется в процессе непосредственного или опосредованного взаимодействия людей; б) имидж зависит как от свойств индуктора, так и от свойств реципиента; в) имидж выступает в форме обобщенного группового образа, постепенно принимающего форму социального стереотипа; г) имидж имеет символическую форму; д) имидж требует специальных усилий со стороны индуктора.
   Виды имиджа. Существуют различные классификации видов имиджа. Например, по типу индуктора выделяют три основных вида имиджа:
   1) индивидуальный имидж – имидж отдельного человека, личности;
   2) групповой имидж – имидж группы. Разновидностями группового имиджа являются: корпоративный (организационный) имидж; этнический имидж; гендерный имидж; профессиональный имидж и т. д.;
   3) предметный имидж – имидж предмета, товара.
   Основным механизмом формирования второго и третьего типов имиджей является персонификация – приписывание группе или предмету свойств субъекта, личности. Поэтому базовым видом имиджа является индивидуальный имидж, механизмы его формирования и функционирования универсальны. При создании группового имиджа необходимо учитывать, что в этом случае включаются специфические механизмы межгруппового восприятия, которые могут повлиять на итоговый продукт социального познания [Андреева, 2003]. Групповой имидж тесно взаимосвязан с индивидуальным имиджем. Имидж группы (большой или малой) влияет на индивидуальный имидж ее членов; в свою очередь члены группы персонифицируют свою группу, и их индивидуальный имидж является составной частью группового имиджа. Именно поэтому для создания позитивного имиджа организации необходима работа над позитивным имиджем ее сотрудников и в первую очередь руководителей.
   В настоящее время разрабатываются также подходы к исследованию имиджа социальных явлений. Так, Е.А. Володарская провела анализ имиджа науки как социально-психологического феномена [Володарская, 2009]. Она показала, что имидж социально-психологического явления по своему содержанию является синтезом индивидуального имиджа (имиджа представителей данного сообщества), группового имиджа (имиджа соответствующих организаций) и предметного имиджа (имиджа продуктов деятельности организаций и представителей данного сообщества). Данный подход может явиться основой для исследования других социально-психологических явлений, например имиджа бизнеса. Эта проблематика практически не изучена в отечественной психологии.
   Таким образом, в целях повышения эффективности деятельности в сфере бизнеса необходимо исследование следующих продуктов социального познания:
   1) индивидуального имиджа бизнесмена;
   2) корпоративного имиджа конкретных бизнес-организаций;
   3) профессионального имиджа бизнесменов (как большой группы);
   4) имиджа бизнеса как социально-психологического явления, а также взаимовлияние и сочетание перечисленных видов имиджа.
   По средствам создания имиджа можно выделить имидж, формирующийся в непосредственном межличностном общении, и опосредованный имидж – формирующийся в результате использования средств массовой коммуникации. В зависимости от степени осознанности процесса создания имиджа индуктором выделяют осознанный и неосознанный имидж. В зависимости от способа формирования выделяют стихийный и управляемый имидж. Стихийный имидж создается индуктором неосознанно и, следовательно, не может сознательно корректироваться. Управляемый имидж формируется осознанно и позволяет целенаправленно выбирать средства самопрезентации и управлять впечатлением, формирующимся у реципиента об индукторе. По эмоциональному знаку выделяют позитивный и негативный имидж. Позитивный имидж способствует позитивному восприятию индуктора реципиентом, негативный имидж вызывает отвержение индуктора. Возможно выделение нейтрального имиджа – имиджа, не имеющего яркой эмоциональной окраски. Е.Б. Перелыгина выделила два типа индивидуального имиджа на основании преобладающего типа мотивации, лежащей в основе деятельности по созданию имиджа [Перелыгина, 2002]:
   

notes

Примечания

1

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →