Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Чарлз Дарвин (1809–1882) подсчитал: на одном акре английской почвы обитает 50 000 червей.

Еще   [X]

 0 

Истины Нового Завета (Михалицын Павел)

Это издание для тех, кто хочет глубже понять основы православной веры, таинства церкви, ход богослужения. Здесь вы найдете все, что хотели узнать об устройстве храма и правилах поведения в нем, о соблюдении постов и праздниках годового цикла, почитании Троицы, Богородицы и святых.

Год издания: 2014

Цена: 58 руб.



С книгой «Истины Нового Завета» также читают:

Предпросмотр книги «Истины Нового Завета»

Истины Нового Завета

   Это издание для тех, кто хочет глубже понять основы православной веры, таинства церкви, ход богослужения. Здесь вы найдете все, что хотели узнать об устройстве храма и правилах поведения в нем, о соблюдении постов и праздниках годового цикла, почитании Троицы, Богородицы и святых.
   Павел Евгеньевич Михалицын, кандидат богословия, преподаватель Харьковской духовной семинарии
   Вячеслав Владимирович Нестеренко, кандидат богословия, преподаватель Харьковской духовной семинарии


П. Е. Михалицын, В. В. Нестеренко Истины Нового Завета

   Рекомендовано к публикации Издательским Советом Русской Православной Церкви ИС 14–324–2924

   © DepositPhotos.com / Dimitar Marinov, oorka5, 2014
   © Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», 2014
   © ООО «Книжный клуб “Клуб семейного досуга”», г. Белгород, 2014

Введение

   Большинству наших современников содержание Библии кажется достаточно простым и понятным, а в некоторых случаях – просто банальным. Авторы предприняли попытку осветить в популярном изложении некоторые аспекты, которые широкому кругу читателей могут оказаться неизвестными. Перед началом непосредственного изложения материала следует сказать несколько слов об основных принципах его расположения в нашей работе. Библейский текст приводится и разбирается в соответствии с традиционным делением Священного Писания на смысловые разделы. При этом авторы в своей работе использовали канонические книги Ветхого Завета[1].
   Предыстория формирования канонической традиции разделения книг Библии на смысловые разделы следующая. В древности Ветхий Завет делился на три основные части: Закон, Пророки и Писания, по-еврейски: Тора́, Неби́им и Кетуби́м (откуда сокращенное название Ветхого Завета – Тана́х)[2]. В русском Синодальном переводе (1876 г.) представлены несколько иные расположения книг и названия разделов. Закон именуется Пятикнижием (Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие); раздел Пророков распадается на две части, первая из которых называется Историческими (Книга Иисуса Навина, Книга Судей, Книга Руфь, четыре Книги Царств, две Книги Паралипоменон, Книга Ездры, Книга Неемии и Книга Есфири), а вторая – Пророческими (Великие пророки: Исайя, Иеремия и Книга Плач Иеремии, Иезекииль, Даниил; Малые пророки: Осия, Иоиль, Амос, Авдий, Иона, Михей, Наум, Аввакум, Софония, Аггей, Захария, Малахия) книгами. Писания же принято называть Учительными книгами (Книга Иова, Псалтирь, Притчи, Екклезиаст, Песнь Песней). Подобное разделение имеет и Новый Завет: Законоположительные – четыре Евангелия, Исторической считается Книга Деяний, Учительными – Соборные Послания Апостолов и Послания Апостола Павла, а Пророческой именуется Апокалипсис (Откровение) Апостола Иоанна Богослова. Мы в своей работе следовали делению библейских книг, принятому в русском Синодальном переводе.

Раздел I. Законоположительные книги Нового Завета (или Четвероевангелие)

Глава 1. Данные Священного Предания о евангелистах, характеристика и особенности каждого Евангелия

   Пришествие в мир Иисуса Христа, Сына Божия, и устроение Им Царства Небесного на земле исполнило обетование о спасении, которое Бог дал праотцам в Ветхом Завете (Мк. 1, 1; Рим. 1, 9).
   Как весть или проповедь о Всеблагом Спасителе, первые четыре книги Нового Завета по справедливости называются Евангелиями. Такое название они получили от самих писателей (Мк. 1, 1), подобно тому как проповедь о Царствии Божием и о Себе Сам Иисус Христос называл Евангелием (Мф. 24, 14; Мк. 16, 15), что и послужило основанием для святых апостолов называть свои писания Евангелием. Для различения Евангельских текстов к слову Евангелие стали прибавлять имя его автора.
   Важно отметить, что указание на авторство – от Матфея, от Луки – следует понимать не как то, что данное Евангелие принадлежит лично им, но через них и по их описанию Сам Иисус Христос и Дух Святой сообщают его Церкви. Евангелисты Матфей, Марк, Лука и Иоанн лишь описали дела, учение и проповедь своего Божественного Учителя, насколько каждому из них это было доступно. Слово Божие преломилось в человеческом сознании, получив различное выражение в текстах Евангелий. Поэтому в Евангелиях есть особенности и различия. Каждое из них выражает учение и жизнь Христа в зависимости от их индивидуального восприятия евангелистами.
   Первые три Евангелия (от Матфея, Марка и Луки) получили название «синоптических» (от греч. σύνοψις, «си́нопсис» – «общий взгляд», «общий обзор»), поскольку имеют между собой много общего в повествовании о жизни Иисуса Христа. Четвертое Евангелие (от Иоанна) отличается от первых трех как своей структурой, так и характером изложения и называется «духовным» (от греч. πνευματικόν, пневматико́н) Евангелием[4]
   Символическое изображение Евангелий, употребляемое с древнейших времен, позволяет судить о характере повествования.
   Образ человека-ангела соответствует повествованию Матфея, поскольку он изобразил Христа как человека-Мессию.
   Образ льва указывает на божественную силу и власть Христа, Который останавливает ветры и унимает бурю. Он характерен для Евангелия от Марка.
   Образ тельца, который связан с повествованием евангелиста Луки, прообразует жертвенное первосвященническое служение Иисуса Христа, Который берет на Себя грехи мира.
   Воспаряющая мысль евангелиста Иоанна Богослова, его проникновение в тайны Божии, образный язык сравниваются c орлом.
   Остановимся теперь более подробно на каждом из евангельских повествований.

Евангелие от Матфея

   Святой апостол и евангелист Матфей, иначе называвшийся Левием, сыном Алфея[5], до своего избрания в число ближайших учеников Иисуса Христа был мытарем, т. е. сборщиком податей. В глазах евреев он был подобен язычнику и грешнику, так как те из евреев, кто занимал такую должность, был приставлен к ней чужеземными римскими правителями и, как правило, злоупотреблял своей властью, притеснял и грабил еврейское население. Однако Матфей, будучи мытарем, тем не менее отличался даже среди правоверных иудеев высокими нравственными качествами, и Господь провидел в нем Своего истинного последователя.
   Благовестие Христово открыло ему истинный путь ко спасению, совершенно отличный от внешней фарисейской праведности. Согласно преданию, святой апостол и евангелист Матфей проповедовал Евангелие среди иудеев в Палестине, а после Вознесения Господня удалился в Эфиопию, где принял мученическую смерть.

   Г. Доре. Рождество Господа нашего Иисуса Христа

   Святитель Папий, епископ Иерапольский (II век), сообщает о том, что «Матфей записал слова Господни на еврейском языке» и, следовательно, его Евангелие предназначалось для христиан из евреев. Об этом же свидетельствует священномученик Ириней Лионский. Эти свидетельства подтверждает и текст Евангелия, которое начинается с родословия Иисуса Христа. Повествование ставит своей целью показать, что Иисус есть обетованный Мессия, потомок Авраама и Давида. Святой евангелист часто цитирует ветхозаветные пророчества о Мессии-Христе и их исполнение (1, 20–23; 2, 5–6 и другие). Характерны в этом отношении высказывания Спасителя о ветхозаветном законе (главы 5–7) и его истолкователях – книжниках и фарисеях (главы 23–24). Повествование об обычаях и учреждениях еврейства не имеет у святого Матфея дополнительных разъяснений, что мы находим у других евангелистов (Мф. 15, 1 сравни: Мк. 7, 3 и др.). Отсюда следует, что его автор сам был иудеем, начитанным в Священном Писании Ветхого Завета, и что писал он для иудеев же, обратившихся в христианство.
   Евсевий Кесарийский, блаженный Феофилакт, а также древние греческие и славянские рукописи датируют Евангелие от Матфея 41–42 годами. Однако бо́льшая часть критиков относит написание Евангелия к более позднему времени. Не вызывает сомнения, что оно не могло быть написано позже 70 года, так как в нем нет указания на исполнение пророчества Иисуса Христа о разрушении Иерусалима.

Евангелие от Марка

   Евангелист Марк[6] (другое имя – Иоанн) был иудеем. По всей вероятности, его обращение ко Христу произошло под влиянием матери, Марии, которая, как известно, была одной из преданнейших Христу последовательниц. В ее доме в Иерусалиме собирались ученики и последователи Христовы после Его Воскресения (Деян. 12, 12). Многие из церковных писателей причисляют евангелиста Марка к лику 70 апостолов.
   Святой Марк стал известен Церкви как спутник апостола Павла, с которым он сблизился через своего дядю, апостола Варнаву. Во время первого миссионерского путешествия апостола Павла Марк оставляет своего учителя в Пергии Памфилийской (Деян. 13, 13; 15, 37–39).
   Однако впоследствии он разделяет с Павлом тяготы апостольского служения (Кол. 4, 10; Филим. 23). Он проповедует в Малой Азии, а затем уже вместе с апостолом Петром – в Вавилоне (Петр. 5, 13). Во время вторых уз апостол Павел призывает его к себе в Рим (2 Тим. 4, 11). После кончины первоверховных апостолов святой Марк избирается епископом в Александрии, где и принимает мученическую кончину.

   Г. Доре. Нагорная проповедь Господа

   Апостол Марк, будучи близок к святому апостолу Петру и не только в качестве ученика и сослужителя, но и чертами характера, отличающегося впечатлительностью и пылким темпераментом, наиболее полно и точно смог передать его устное Евангелие.
   Папий Иерапольский пишет по этому поводу следующее: «Марк, переводчик Петра, с точностью записал все, что запомнил, хотя и не держался строгого порядка слов и деяний Христа…»[7]. Святой Климент Александрийский свидетельствует, что апостол Петр всенародно одобрил и утвердил своим авторитетом евангельское повествование, составленное Марком.
   Евангелие от Марка было обращено к римским христианам, что подтверждается его содержанием. Для христиан из язычников важно было прежде всего оттенить личность Иисуса Христа как Сына Божия, ниспосланного на землю для спасения человечества. Речь здесь идет большей частью о делах и чудесах Христа Спасителя, которые убедительнее всего свидетельствовали о Его Божественном достоинстве.
   Содержание Евангелия убедительно свидетельствует о том, что оно записано со слов апостола Петра. Об этом апостоле Марк говорит больше, чем о других, подробно описывает отречение апостола Петра, слабость веры, которую он обнаружил, услышав от Христа о Его смерти (Мк. 8, 31–33).
   Полагают, что Евангелие было написано не позже 67 года (год мученической кончины апостола Петра).

Евангелие от Луки

   Евангелист Лука, уроженец города Антиохии Сирийской[8], по свидетельству апостола Павла, происходил из языческой семьи. Он получил хорошее образование и до своего обращения был известен как врач (Кол. 4, 14). Предание сохранило известие о том, что, уже будучи апостолом, святой Лука прославился как искусный иконописец. Рассказ евангелиста о явлении Иисуса Христа двум эммаусским спутникам, один из которых был Клеопа, а другой, как можно догадываться, был сам Лука, подтверждает сообщение древних источников о том, что он был призван в число семидесяти апостолов.

   Г. Доре. Преображение Господне

   В Апостольской Церкви Лука известен как спутник и сотрудник апостола Павла в его великих миссионерских путешествиях и свидетель во время его первых и вторых уз. После смерти апостола Павла евангелист Лука проповедовал Евангелие в Ахаии (Греция), где и претерпел мученическую кончину.
   Введение к Евангелию (1, 1–4) свидетельствует о том, что свое повествование святой Лука строил на основе тщательного исследования исторических источников.
   Оно отличается от первых двух большей полнотой исторических данных, которые отсутствуют у Матфея и Марка (например, 1 и 2 гл., 9, 51 гл. и другие).
   Мессия-Христос для того пришел на землю, чтобы спасти не только иудеев, но и язычников. Родословие Иисуса Христа он доводит до Адама и показывает этим, что Иисус Христос есть Спаситель всех людей. Из Евангелия от Луки мы узнаем о его сочувственном отношении к язычникам: он упоминает, например, о послании пророка Илии к сарептской вдовице-язычнице и об очищении пророком Елисеем прокаженного язычника Неемана (Лк. 4, 25–27), сообщает об исцелении Иисусом Христом десяти прокаженных мужей, из которых благодарным оказался только самарянин (Лк. 17, 11–19), приводит притчу о милосердном самарянине (Лк. 10, 30) и пр.
   Вся христианская древность, начиная с Иринея и Климента, свидетельствует, что Евангелие от Луки написано под влиянием апостола Павла. «Евангелие от Луки, замечает Ориген, было одобрено Павлом»[9]. Об этом же пишут и другие древние церковные писатели.
   Евангелие и книгу Деяний Апостольских святой апостол Лука писал для некоего Феофила (Лк. 1, 3; Деян. 1, 1), который как полагают, был из знатного антиохийского рода. В доме его отца была устроена местная церковь.
   «Постановления Апостольские» упоминают имя Феофила в качестве третьего епископа Кесарии палестинской. Будучи сам антиохийцем, святой Лука, естественно, мог адресовать свое Евангелие Антиохийской Церкви. О времени написания Евангелия нет точных свидетельств. Что же касается книги Деяний Апостольских, которая являлась продолжением Евангелия, то работу над ней святой Лука заканчивает после двухлетнего пребывания апостола Павла в Риме (Деян. 28, 30).
   Следовательно, Евангелие могло появиться не позже 63 года. Во всяком случае, оно было написано до разрушения Иерусалима, ибо в нем имеется предсказание Иисуса Христа о его разрушении, в то время как об исполнении этого пророчества в Евангелии нет и речи. Весьма вероятно, что оно было написано в Риме.

Евангелие от Иоанна

   Святой апостол и евангелист Иоанн Богослов[10] родился в семье галилейского рыбака Зеведея (Мф. 4, 21). Его мать Саломия служила Господу своим имением (Лк. 8, 3), участвовала в помазании тела Иисусова драгоценными ароматами (Мк. 16, 1; 15, 40; Мф. 27, 56). Иоанн воспитывался своими благочестивыми родителями, которые чаяли пришествие Мессии (Лк. 2, 38). Когда Иоанн Креститель выступил с проповедью о грядущем Спасителе, святой Иоанн сделался одним из его учеников. Вместе с Андреем, братом апостола Петра, он пошел за Иисусом, о Котором святой Иоанн Креститель засвидетельствовал как о Мессии, Агнце Божием.
   Вслед затем Христос призвал Иоанна (Мф. 4, 21), и он, оставив отца и мать, последовал за Ним. С тех пор Иоанн становится преданнейшим учеником Христовым.
   Будучи ближе других из 12 апостолов к Божественному Учителю, он был Его сотаинником и свидетелем величайших чудес. Вместе с двумя апостолами, Петром и Иаковом, он удостоился видеть преображение Господа на горе Фаворе (Мк. 5, 37 и др.; Мф. 17, 1), во время Тайной вечери он возлежал у груди Иисуса, лишь он один был извещен о предательстве Иуды (Ин. 13, 23). Сам себя святой евангелист Иоанн называл учеником, «которого любил Иисус». Умирая, Господь вручил ему Свою Матерь (Ин. 19, 26–27).
   За свою ревность к вере и служению Господу он вместе с братом Иаковом получил название «сына грома» (греч. βοανηργές, «воанерге́с» – Мк. 3, 17). Святой Иоанн Богослов поистине имел чистое сердце, ибо способен был пламенно любить своего Божественного Учителя, постигать и созерцать тайны Его учения и дел. Он раскрыл тайну Божественной любви и ту высоту христианской жизни, при которой мы становимся ее сопричастниками.
   Святой апостол и евангелист Иоанн Богослов является одним из столпов Церкви. По вознесении Господа он вместе с Петром и Иаковом братом Господним по плоти, епископом Иерусалимской Церкви, руководил жизнью христианских общин (Гал. 2, 9).
   После успения Пресвятой Девы Марии святой евангелист Иоанн переселился в Малую Азию, в Ефес, где вместе с другими апостолами трудился над созиданием Церкви Христовой, гонимой в Иерусалиме.
   В годы гонений императора Домициана он был отправлен в Рим, претерпел многие скорби, после чего был сослан на остров Патмос. Здесь он записал данное ему от Господа откровение о будущих судьбах Церкви Христовой, которое и составило книгу «Апокалипсис». Уже по возвращении с острова Патмоса в Ефес незадолго до смерти (начало II века) им было написано Евангелие.

   Г. Доре. Моление Господа в саду Гефсиманском

   «Дети, любите друг друга», – повторял святой Иоанн Богослов, уже будучи глубоким старцем. На вопрос, почему он повторяет одни и те же слова, он ответил: «Это заповедь Господня; если соблюдете ее, то и все исполните».
   Характер и содержание Евангелия от Иоанна имеет ряд особенностей, которые отличают его от других Евангелий.
   Святой Иоанн Богослов уточняет сведения о местопребывании Иисуса Христа в годы Его общественного служения. В частности, евангелист сообщает, что Господь проповедовал в Галилее, еще до того, как был взят под стражу Иоанн Креститель.
   Впоследствии Его служение в Галилее прерывалось во время путешествий в Иерусалим на праздники. Эти подробности дают возможность точнее определить время общественного служения Иисуса Христа, которое составляет более трех лет, тогда как согласно первым трем Евангелиям, оно продолжалось не более одного года.
   Святой Иоанн Богослов повествует не столько о деятельности Иисуса Христа в Галилее, что уже известно по первым трем Евангелиям, но главным образом, о Его проповеди и делах, бывших в Иудее. При этом особое внимание уделяется изложению бесед Иисуса Христа.
   По своей форме эти беседы отличны от тех, которые переданы синоптиками: последние излагают их в форме диалога, в то время как в Евангелии от Иоанна – это монологи либо краткие отрывочные изречения и притчи.
   По своему содержанию речи Иисуса Христа имеют здесь более возвышенный богословский характер и раскрывают учение о лице Иисуса Христа как Сыне и Слове Божием. В первых же трех Евангелиях речи Спасителя имеют более практический характер, излагая Его учение о Царстве Божием на земле и о путях его достижения.
   Особенности Евангелия от Иоанна связаны с обстоятельствами его происхождения.
   Оно писалось в конце I века, когда апостол Иоанн оставался единственным столпом и руководителем Церкви. В это время в Малой Азии возникли еретические движения, основатели которых искажали истинное учение о Лице Иисуса Христа, как Богочеловека. Одни низводили Его в ряд тварных духов, другие отвергали действительность Его воплощения и Его Божественное достоинство. Возникла необходимость ответить на эти попытки исказить учение Христово и обличить еретиков, тем более что в первых трех Евангелиях эти вопросы не получили должного раскрытия. По просьбе Малоазийских епископов святой Иоанн Богослов и написал новое Евангелие, которое дополнило и подтвердило истинность их повествования. Таким образом, достигнута была и главная цель – дан образец истинного богословия в решении вопроса о Божественном достоинстве Иисуса Христа, тем самым рассеяны разнообразные гностические заблуждения.

Глава 2. Разбор отдельных Евангельских мест

Притча о двух блудных сыновьях (Лк. 15, 11–32)[11]

   Эта притча, наверное, самая известная из всех притч Спасителя и послужила ярким прообразом для несметного количества произведений художников, музыкантов, писателей и поэтов. Однако хотелось бы отметить и богословское значение притчи о заблудшем сыне.
   В центре повествования этой притчи находится образ милостивого отца, который терпеливо ожидает возвращения блудного сына и радуется этому возвращению. Эта притча показывает нам возникновение и рост покаянного чувства в сердце грешника[12].
   Надо сказать, что благодаря своему высокому литературному достоинству и проникновенному изображению Божественной милости, превосходящей все ожидания, притча наиболее знакома и любима среди всех притч Иисуса. Однако, что касается ее названия, а следовательно, и содержания, по-прежнему существует некоторая неразбериха. Традиционное ее название – «Притча о блудном сыне». Начало же притчи дает нам все основания называть ее притчей о человеке, имевшем двух сыновей. («Еще сказал: у некоторого человека было два сына» (Лк. 15, 11)). Некоторые библеисты предлагают называть ее «Притчей о блудных сыновьях»[13] или «Евангелием в Евангелии», по обилию в ней милосердных истин[14]. Мы больше склоняемся к названию притчи «притча о двух блудных сыновьях», так как отец теряет одного сына в дальней стране, другого же – за баррикадами самодовольства. Старший сын ухитрился, не покидая, отчего дома, стать таким же далеким от своего отца, каким был его брат, питаясь со свиньями. Оба брата предстают перед нами эгоистичными, несмотря на все различие их путей. Эгоизм младшего был связан с безрассудной любовью к жизни. Он требовал свою часть наследства, потому что хотел наслаждаться разнообразными наслаждениями и удовольствиями, которые предлагает мир, не предвидя, что праздная независимость приведет к нищете и постыдному рабскому состоянию. Согласно ветхозаветному законодательству, старшему сыну предназначалось две трети наследства отца (после его смерти), а младший сын мог рассчитывать на одну треть. В случае если раздел происходил раньше смерти отца, доля младшего сына сокращалась на одну десятую часть. В последнем случае сыновья становились собственниками имущества, но право распоряжаться им сохранялось за отцом[15]. При разделе, который мы видим в притче, младшему сыну предлагается контроль над его частью имущества, соответственно отец уже не мог удерживать часть дохода для своего содержания, а сын не мог претендовать на какую-либо дополнительную часть после смерти отца.
   Эгоизм старшего брата был менее очевидным. Он не хотел ничего, ничего не требовал и ничем не обладал. Он посвятил себя служению отцу, не прекословил отцовским приказам и думал, без сомнения, что он – образец бескорыстия; он был центром своих мыслей, так что не был способен к тому, чтобы сорадоваться или соскорбеть своему отцу. По отношению к своему брату (которого он даже не считает братом: ср. Лк. 15, 30: «Это сын твой») он не только не милосерд, но и не справедлив. Он предпочитает верить, что его брат присовокупил к расточительству еще и распутство: «А когда этот сын твой, расточивший имение свое с блудницами…» (Лк. 15, 13). Для такого вывода старший брат не имел никаких оснований.