Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Указательный палец на руке – самый чувствительный из всех

Еще   [X]

 0 

Заколдованный поцелуй (Колдуна Лера)

Сейчас мне уже двадцать семь лет, а десять лет назад я влюбилась в юношу совсем не своей мечты.

Год издания: 2013

Цена: 33.99 руб.



С книгой «Заколдованный поцелуй» также читают:

Предпросмотр книги «Заколдованный поцелуй»

Заколдованный поцелуй

   Сейчас мне уже двадцать семь лет, а десять лет назад я влюбилась в юношу совсем не своей мечты.
   Это уже не имеет значения, но тогда… казалось, что в жизни, кроме него, у меня никого нет и не будет, он – это все. Теряя рассудок, я совершала ужасные действия, но в то время они для меня были простой жизнью…
   Я боялась всегда, что он не посмотрит на меня и даже первым не заговорит. Жизненно важным было для меня, когда он проходил мимо, что-то говорил, особенно когда его взгляд обжигал мои глаза. Иногда мне становилось очень плохо, грустно и страшно, что могу навсегда потерять его…
   Жизнь только начиналась, а казалось, что приближался ее конец.
   Хотя в скором времени вы сами все узнаете…


Лера Колдуна Заколдованный поцелуй

   © Лера Колдуна, 2013
   © Издательство «Нордмедиздат», 2013
* * *

1. Предисловие к жизни

   Зеленые глаза, средний рост, светлые волосы, мой ровесник… Имя этого человека навсегда осталось шрамом в моем сердце. Его зовут Рома.
   Сейчас уже не имеет значения, но тогда… казалось, что в жизни, кроме него, у меня никого нет и не будет, он – это все. Теряя рассудок, я совершала ужасные действия, но в то время они для меня были простой жизнью…
   Я боялась всегда, что он не посмотрит на меня и даже первым не заговорит. Жизненно важным было для меня, когда он проходил мимо, что-то говорил, особенно когда его взгляд обжигал мои глаза. Иногда мне становилось очень плохо, грустно и страшно, что могу навсегда потерять его…
   Рома стал мне нужен как кислород. Я иногда думала: «Он – друг и не более того. Возможно, у него есть девушка. А вдруг нет? А вдруг он любит меня?» О, моя наивность…
   Что происходило со мной тогда, страшно вспомнить. Мне становилось невыносимо дурно, я чуть не падала в обморок, а иногда и падала. Но тут проходил он… и все… мне становилось после этого легче, и начиналось: «Хи-хи, ха-ха!»
   Жизнь в любви была тяжелой, хотя я до сих пор не знаю, была ли это любовь.
   Немного расскажу о себе. Меня зовут Ангелина, но для друзей просто Геля. У меня карие глаза, тоненькие губки, длинные ресницы, невысокий рост. Впрочем, сухая автобиография. А вот если говорить о духовном описании, то обойтись двумя словами не получится. Я очень эмоциональна, принимаю все близко к сердцу. За столько лет я так и не научилась безболезненно отпускать людей. Думаю, этому я никогда не научусь.
   Мысли особенно в тот год – семнадцать лет, и во второй – восемнадцать лет, были только о нем, о любви, о будущем. Хотя какое может быть будущее?! Он живет в деревне, а я – в городе. Моя подруга Алена всегда цитировала песню: «Забудь его, забудь! Уйдет любовь, как дым! Ведь у него в мечтах не ты!» Ей тогда было семнадцать лет. Была она блондинкой с голубыми глазами, из Москвы. В течение двадцати лет дружбы мы ни разу не ссорились серьезно, в отличие от Аксиньи.
   Аксинья была девочкой с темно-карими глазами, с густым каре. Она младше меня на два года. Ее подругой была одна девчонка, имя которой было Оля. Я с Ольгой почти не общалась, так как она часто уезжала. Она и Аксинья живут в той же деревне.
   Кристина, соседка Оли, – подруга и враг одновременно. Она внешне по описанию очень похожа на меня, только губы полные.
   Ирина – красивая девочка с голубыми глазами и со светлыми волосами. Ей было всего тринадцать лет, и она, увы, не была примерной девочкой.
   Вера, моя троюродная сестра, обладала очень длинной и толстой косой. Волосы темные, а глаза зеленые. Вера была одногодкой с Ирой.
* * *
   Жизнь только начиналась, а казалось, что приближался ее конец. Хотя в скором времени вы сами все узнаете…

2. Первая любовь. Первые слова. Первая встреча.

   Все началось, когда мне было всего пятнадцать лет. В глазах и сердце зажегся огонь любви. Я тогда была совсем маленькая. Да и вообще, думаю, я тогда никого не могла любить. Но так я думаю сейчас, спустя столько лет. В то время я этого не понимала и считала, что мальчики, которые были немного мне симпатичны, являлись моей второй половинкой. Степан, мой сосед и двоюродный брат Алены, был в их числе. Я не знаю, к счастью или, наоборот, к горю, но первой любовью я считаю и считала Степу. Карие глаза, старше меня на три года. Жил он в той же деревне. Надо сказать, что мне всегда нравились только хулиганистые парни, а он был именно таким. Да я и сама была не промах, слишком уж смелая и дерзкая.
   Все произошло однажды рано-рано утром…
   Летом у бабушки в деревне я обычно сплю до десяти часов утра, а ложусь где-то в первом часу ночи. Перед случившимся я легла раньше 11 вечера, а проснулась в восемь утра. Пришла из спальни в зал, легла на диван и взяла детектив. Вдруг я случайно, буквально краем глаза, увидела на диване свой домашний халат.
   «Что он тут делает? – подумала я. – Как будто специально для чего-то здесь приготовлен». Я хихикнула и продолжила чтение. Я прочитала до места, где описывалось, как Ирина Орноева (я не помню точно, что я тогда читала, поэтому сюжет из детектива вымышлен специально для данного эпизода) расследовала преступление, и ее чуть не заметил и не убил убийца. В книге было написано: «Я стою за стеной и чувствую, что мне сейчас конец. Тем временем убийца приближается. Его шаги слышны все громче и громче. Послышался хруст и выстрел из…»
   Внезапно мое чтение прервал бешеный звонок в дверь: «Дзы-ы-ы-ы-ынь». Я даже подскочила. Надев халат, я пошла открывать дверь. Из окна подул легкий ветерок, и хотя была уже жара, ветерок был достаточно холодный, поэтому мне пришлось застегнуться. Я подошла к двери, еще даже не причесанная и не одетая в нормальную одежду. Дверь под влиянием ветра раскрылась, а ручка попала мне прямо в руку.
   На пороге стоял Степа. Поза его была похожа на стойку пьяного человека без определенного места жительства.
   – Где твоя бабушка? – спросил он слегка грубым голосом.
   – Она… э… она… э… я… не знаю, – вдруг растерялась я.
   – Она дома? – вновь спросил Степа.
   – Да… э… то есть я хотела сказать – нет. Ну, я сейчас посмотрю.
   Я сделала вид, что ищу бабушку. На самом же деле я пыталась причесаться рукой, то есть разъединенными пальцами. Худо-бедно мне это удалось, только вот бабушки дома не оказалось.
   Я вновь подошла к двери, а там по-прежнему стоял Степа. Я произнесла:
   – Увы, но ее нет. Может что-нибудь передать?
   – Нет, ничего не надо. Только просто скажи, что соседи заходили.
   – Хорошо, – сказала я и закрыла дверь.
   Вдруг на лестничной площадке возле квартиры послышался знакомый голос бабушки. Я быстро сняла халат, убрала книгу под подушку и сделала вид, что только проснулась. А из коридора в это время доносился разговор моей бабушки, Галины Ивановны, со Степой. Вдруг я услышала, что их разговор окончился, и бабушка зашла в квартиру. Хоть мы и жили в деревне, а точнее, в поселке, у нас был не дом, а квартира.
   – Ну что, Геля? – вдруг спросила бабушка. – И давно ли за тобой «женихи» в такую рань заходят?
   – Какие женихи? – спросила я, якобы не понимая. – Что за ерунду говоришь?
   – Сейчас за тобой Степка зашел, а через неделю Сашка и Денис? – снова пошутила она. – Да, кстати, чуть не забыла, Степа передал тебе привет…
   На этих словах я упала с дивана.
   – Что-о-о-о сделал? – переспросила я, заикаясь.
   – Передал привет, – повторила бабушка. – Он однозначно в тебя влюбился!..
   – Да прям! – перебив ее, сказала я, взбираясь вновь на диван, как альпинист на гору. Только я взобралась, бабушка продолжила свою речь:
   – Да и, по-видимому, ты тоже глаз на него положила!
   Тут я снова упала с дивана.
* * *
   Лето подходило к концу, и мы решили поехать на море.
   Там, в поселке, есть игральный столик. Он находится недалеко от наших домов в небольшой парковой зоне. Каждый день с часу дня и до самого позднего вечера мы играли в карты. Вновь, как обычно, за этим столиком сидели я, Алена, Акси (так мы называли Аксинью), Ира, Вера, Кристина и Оля. Парней с нами в это утро не было. Кристина вдруг сказала:
   – Я на речку хочу!
   – А я – на море! – сказала Алена.
   Влад, веселый мальчик с зеленовато-болотистыми глазами, подбежал к нам и сообщил такую новость:
   – Девчонки! Мы на море собираемся! Все наши едут!
   – Куда?! – спросили в один голос Кристина, Акси и Оля.
   – На море, – повторил Влад.
   – Мы – это кто? – спросила я равнодушным голосом.
   – Поедут Сашка, Денис, Степа и мы, – ответил Владик.
   – Да кто – «мы»? Ты так и не ответил до конца на мой вопрос! – возмутилась я.
   – Ну… э… я… э… Игорь, Витя, двоюродный брат Ангелины Максим и… Ну, вы его не знаете.
   – Как его зовут? – спросила Ира.
   – А откуда он? – задала вопрос Вера.
   – Вы что, все в него заранее втюрились? – спросил Владик.
   – Во-первых, ты нам его еще нормально не описал и не ответил на вопросы, заданные девочками, а, во-вторых… – не закончила я свою речь, зато Алена завершила ее:
   – … не все!
   Несмотря на столь юный возраст, у каждой из нас был свой парень.
   Вдруг все затихли. Владик прервал минутное молчание:
   – Ну так вот, мальчишки сказали, что они приглашают вас с нами на…
   – Так, так, так! Переводишь разговор на другую тему?! – прервала его Аксинья.
   – Ну ладно, ладно уж! Зовут Кирилл, он из Петербурга…
   – Откуда?! – спросила я (этот город – моя родина).
   – Ну вот и все!.. – произнес Владик, – Степа правильно сказал, что ты сразу начнешь о парне этом спрашивать у меня.
   – Пожалуйста, скажи, Владик, у него случайно фамилия не Строев ли?
   – А откуда ты его знаешь? – спросил Влад, – уж не хочешь ли ты сказать…
   – Что? – задала я немного глупый вопрос.
   – … что встречаешься в Питере! – сказала Оля, – Правильно, Владик?
   – Конечно! – ответил он, глядя на меня.
   – Нет. Я не встречаюсь с ним. – Вдруг я заметила пристальные на меня взгляды. – Да, у нас был короткий роман, но все в прошлом. У меня уже есть Степа. И я помню прогулки по парку, вечера возле школы… Это было так романтично. Ведь парк у школы, памятник солдату, два клуба, то есть дома культуры, новый и старый, – это самые лучшие места вашего поселка. Нет! Я Степу ни на кого не променяю…
   Вдруг в разговор вмешалась… Аксинья. Она сказала шепотом:
   – Посмотрим…
* * *
   Мы на море договорились ехать парами, кроме Оли (Оля хотела поближе познакомиться с Кириллом), Вити, Кирилла и Максима. Заказали автобус на третье августа. В ночь со второго на третье мы все не спали – докладывали нужные вещи. Мы собирались ехать в Анапу на пять дней и жить там в домиках на холме. Отправились мы в четыре часа утра. Часы в данные минуты показывали только одиннадцать, но наших, кроме Кристины, никого не было. Она не поехала на море только из-за того, что ей не с кем было ехать, но… об этом чуть позже.
   Собрав сумки, я вновь бросила взгляд на часы. Они показывали двенадцать часов ночи. Внезапно зазвонил телефон. Я взяла трубку и тихим уставшим голосом сказала:
   – Алло…
   – Алло! Геля! Геля! – послышалось из телефонной трубки, – Геля!
   – Да, чего? Кто это?
   – Геля! Это же я – Кристина!
   – Чего тебе? Ты еще «раньше» позвонить не могла? – спросила я недовольно.
   – А ты уже спишь? – спросила Кристина виновато.
   – Нет. А что?
   – Короче, я еду завтра на море, практически с вами.
   – И с кем же? Неужели одна?
   – Нет. С одноклассником. Мы будем в палатках и на машине…
   – То есть не на автобусе и не в домиках?
   – Конечно! А вы что, туда собрались?
   – Ну, вообще-то… да.
   – Ладно уж, пока. Не сердись, что так поздно позвонила.
   – Ничего страшного. Всего-то двенадцать!
   – Да нет! Не в этом смысле!
   – А в каком? – спросила я, ничего не понимая.
   – Я всем уже успела позвонить…
   – Всем?! – удивилась я.
   – Да. Извини…
   – Что с тобой делать? Хорошо, извиняю. Пока.
   – Пока.
   Я положила трубку и легла спать.
   В полчетвертого я встала сама без будильника. Позвонив всем девчонкам, я взяла сумку и вышла на улицу. Там на лавке уже собрались все мальчишки. Максим и Витя ехали с девчонками, которых я не знаю. Минуты через две пришли наши девчонки, и минут через пять мы пошли к автобусу.
   Наконец мы сели в автобус, и из его окна я увидела Кристю с незнакомым мальчиком и еще с кем-то. Лица я не видела, но я хотела увидеть лицо этого мальчика. Вдруг Степа взял меня за руку и сказал:
   – Геля! Я не могу больше так: смотреть, как ты гуляешь, то с одним, то с другим. Мне неприятно видеть, как ты просто разговариваешь, смеешься с ними, расспрашиваешь у всех подряд о них, флиртуешь.
   – Ты ревнуешь?
   – Нет. Просто мне неприятно.
   Вдруг тот мальчик повернулся, но автобус тоже повернул. Я произнесла шепотом:
   – Значит, ревнуешь.

3. Приезд в Анапу

   Вдруг Кирилл постучал ко мне в дверь. В это время Степы в домике не оказалось. Я открыла дверь, и Кирилл, не смотря в мою сторону, спросил:
   – Вы можете дать соль?..
   – Кирилл…
   – Что?! – удивился он, услышав знакомый голос, и сразу повернулся он ко мне, – Геля! Привет!
   – Привет… – сказала я грустно.
   – А что ты такая невеселая?
   – Да вспомнила кое-что…
   – Что же?
   – Сам знаешь…
   – Неужели… о нас…
   – Да… ладно, уходи… вот тебе соль… и вообще…
   – Геля! Я тебя люблю!..
   – Кирилл! Послушай, мы с тобой расстались из-за письма…
   – Ну и… не поздно все возобновить!
   – Нет, Кирилл! Поздно! Все кончено!
   – Геля!..
   – У меня со Степой уже все получается, и… вообще… он меня ревнует и к прошлому, и к настоящему.
   – Ты его любишь?
   – Да, люблю.
   – Ну ладно… давай соль, я пошел.
   Я дала ему соль, и он ушел, а я осталась стоять. Я вспомнила все. Как же я давно ждала его! Он человек, к которому я испытывала особенно теплые чувства и несмотря ни на что помнила только хорошее. Степан меня к нему больше всего ревновал. Когда Кирилл и я встречались, я не знала, нравлюсь ли я ему или же нет. Теперь я все знаю… но то письмо… стоит до сих пор перед глазами. Степа узнал мой адрес и написал письмо, а когда я получила его (я тогда вела игру на два фронта), я дала подержать это письмо Кириллу. Он прочел, от кого, и начался большой скандал.
   – Геля! Геля! Ты меня слышишь?! – сказала Аксинья.
   – А? Что? – сказала я, очнувшись.
   – Тебя Степа зовет! – произнесла Алена, – похоже, он тебя снова ревнует.
   – Да… и любит… – сказала я задумчиво.
   – И ты его! – крикнули хором девчонки.
   – А это не ваше дело!
   Мы вышли из домика. Там стояли все наши. Я подошла к Степе (он стоял рядом с Кириллом) и хотела его поцеловать, но он повернулся и сказал:
   – Надо отойти. Есть разговор.
   Я же ответила:
   – Давай без сцен! Потом поговорим.
   Мы искупались в море. Оно было теплое, как парное молоко. На пляже было много людей. Я пошла на берег. Оттуда я увидела, что на холме стоял мальчик, с которым приехала Кристина. Он искоса посмотрел на меня. Его лицо я разглядела плохо, так как он стоял слишком далеко, но глаза его обожгли взглядом.
   – Геля! Геля! – снова прервали мои мечты знакомые голоса девчонок.
   – Что? – сказала я, спускаясь с небес.
   – Мальчишки сказали, чтобы мы шли в домики, а то мы можем сгореть! – сказала Ира.
   – Все кончено… – сказала я шепотом, смотря в сторону на Кирилла, – все кончено, – вновь повторила я, – ну что? Идем?
   Я попыталась улыбнуться.
   – Геля, ты что-то скрываешь! – сказала Оля.
   – Я?!
   – Да, ты! – сказала Вера.
   – Девчата! – позвала нас Кристя, – пойдемте, погуляем по горам?
   – Идея хорошая, только наших парней из воды не вытащишь, – сказала с маленькой грустью Оля.
   – И не надо! Пойдут только девчонки! – сказала Кристина.
   – А ты? – спросила Аксинья.
   – Вот именно… Ты пойдешь с ним? – спросила Алена.
   Все подняли глаза на холм, но там уже никого не было.
   – Ладно… пошли, – согласилась я.
* * *
   Мы поднялись по горе. Там, на вершине, было очень красиво. Зеленый цвет растений сочетался с голубым цветом неба. Было тихо, спокойно и безмятежно. С моря потянул свежий ветерок, но он нас нисколько не расстроил, так как уже было невыносимо жарко. Мы сели в тенек под кленом. Солнце, потихоньку поднимаясь, достигло своего пика. Мы решили пойти в домики.
   Все наши мальчики уже были в домиках. Одни легли отдыхать, другие играли в карты. Но каково было мое удивление, когда я увидела, что Степы в домике нет. Я вышла на улицу и смотрела издалека на море. Вдруг ко мне вся в слезах прибежала Аксинья и закричала:
   – Его нет! Он не пришел! У него есть другая!
   – Да у кого? – спросила я.
   – У Саши!
   – И он не пришел…
   – А кто еще?
   – Степа…
   К нам подошла Алена.
   – Вы не видели Дениса? – спросила она.
   – Нет, – ответили мы.
   – Куда же он делся? Никто его не видел, и я не знаю, где он. Хоть бы записку оставил! Может, он на море… хотя вряд ли… все уже давно пришли…
   – Не все… – сказала я.
   – А кто еще? – спросила Алена.
   – Степа и Саша, – ответила я. – Может, нам их подождать? Мне кажется, что они скоро придут.
   Не прошло и часа, вернулись наши мальчики. Но… увы, Степы с ними не было.
   – А где Степа? – спросила я у них.
   – Мы не знаем, – ответил за двоих Денис.
   В этот день Степа вернулся в полночь.
   – Где ты был? – спросила я шепотом, захлебываясь слезами.
   В домике кроме меня никого не было. Все уже давно пошли гулять по разным кафе и местным клубам.
   – Ты зачем меня сюда пригласил? Чтобы я тебя каждый вечер ждала?
   – Нет.
   – А зачем тогда?
   – Гулять.
   – Так почему же я сейчас здесь, в то время как остальные отдыхают. Еще ведь только один день прошел…
   – Ну, так что?
   – Как что? – крикнула я. – Тебе ни о чем не говорит слово «нервы»? А словосочетание «нервы на пределе»?
   – Что ты от меня добиваешься?
   – Я?!
   – Да, ты!
   – Я сегодня целый день и даже ночь прождала тебя! Ты меня ревнуешь, а сам гуляешь!
   – Это разное!
   – Нет!
   – Да!
   – Нет!
   – Ну, хорошо, ты же тоже сегодня гуляла!
   – И с кем же?
   – С Кириллом!
   – Да? Надо же? И когда?
   – Сегодня!
   – Поточнее, пожалуйста!
   – Он за тобой зашел, и вы договорились…
   – Почему-то его все видели тут, а где был ты, никто не знает. К тому же, он сейчас где-то с Олей гуляет, а я здесь, жду тебя!
   Разговор вдруг оборвался. Мы молча легли спать.
   На утро, как ни в чем не бывало, Степа начинал разговоры со мной, но я их тут же обрывала. Он не сразу догадался, в чем дело, а когда понял, перестал со мной говорить вообще. Но его молчание длилось недолго. Все-таки Степка подошел первым ко мне в середине дня и сказал:
   – Прости. Этого не повторится.
   – Ладно. Но только на первый раз. Если я узнаю, что ты с другой, то все – конец!
   – Этого нет и не будет! – сказал Степа раздраженно.
   – Да?
   – Ну… Я тебе не сказал… Я встретил старого друга… Слово за слово, вот и все. Потому и задержался. Не ожидал его здесь увидеть. Не сердись.
* * *
   Прошло много времени. Наступил день отъезда. Все повторялось из раза в раз, каждый вечер: я ждала Степу, а он где-то гулял.
   И вот в последний вечер Алена и Аксинья застали меня в слезах. Последняя из них спросила:
   – Ты что здесь ревешь?
   – Я… я… – сказала я плача, – к нему хочу.
   – К кому? – спросила Алена.
   – К Кириллу…
   – К кому?! – переспросили вместе девчонки.
   – К Кириллу! – ответила я твердо.
   – К-К-Кириллу? – спросила Алена.
   – Да.
   – Мне слышится, Аксинья, или нет?
   – Не знаю. Если «да», то и мне тоже.
   – Нет, вам не слышится. У меня нет больше сил терпеть Степу и быть с ним. Я не знаю, где он, с кем он. Я устала себя накручивать, постоянно убиваться этими вопросами.
   – А что так? – спросила Акси.
   – Не знаю, как объяснить… Мне с ним очень трудно. Просто чувствую, что он для меня чужой человек. Я так больше не могу!
   – Геля! Пошли, развлечемся! – сказала Алена.
   – Куда? – спросила я, вытирая слезы.
   – Я знаю очень хороший бар. Может, туда? – произнесла весело Алена.
   – Хорошо, – ответила я, – только дайте мне две минутки, я переоденусь.
   – Вот и замечательно! – сказала Аксинья.
   – Но только две минуты! Я засеку! – пошутила Алена.
   Они вышли. Я переоделась и накрасилась. Я была в ярко-красном на тоненьких лямочках платье.
   – Ну что? Пошли в бар! – сказала я, стукнув каблучком.
   – Ты просто великолепна! – сказала Алена, – ведь можешь, когда захочешь.
   – Извини, Геля, но твое платье, конечно, классное… Но мне оно не нравится, – сказала с завистью Аксинья.
   – А мне – твое, Аксинька! Зато Аленино мне очень нравится!
   Акси была в шелковом платье черного цвета с большим вырезом на спине, у Алены – цвета лазури, до колена.
   – Ладно, ладно! – улыбаясь, обратилась ко мне Алена, – может, к твоему платью просто не хватает хорошей прически?
   – Сделай мне что-нибудь этакое!
   – Хорошо!
   Алена была моим «личным парикмахером», но иногда у нее собиралась целая очередь. В этот день я пошла с пышным начесом и с локонами на челке. Сама же Алена накрутилась на спиральные бигуди. У Акси тогда были еще длинные волосы, но она не любила с ними возиться. Она чаще всего ходила с распущенными волосами – что было чаще всего. И в этот день она пошла именно так.
   Путь наш лежал на берегу моря, вдоль пляжа. В то время, как мы вошли в бар, уже заканчивалась какая-то знакомая песня.
   Вдруг я повернула голову и увидела… Что же я увидела?! Какая картина стояла передо мной?! Этого я никогда не забуду. Да и простить тоже не смогу…

4. В баре

   Он сидел за столиком, а на коленке у него сидела блондинка. На столе стояли бутылка водки, шампанское, сок и что-то из еды. Позже мне стало известно, кто была эта девушка. Она еще раз появилась в моей жизни, но сыграла хорошую роль. Оказалось, он ее очень сильно любил и давно был с ней знаком, но об этом я узнала потом.
   Он ее целовал, а я видела это, и слезы тихо и медленно бежали по щекам.
   – Пойдем отсюда… – сказала я только Алене, так как Аксинья уже успела убежать танцевать с каким-то молодым человеком.
   – А что такое? – спросила она.
   – Да так, ничего.
   И тогда Алена проследила за моим взглядом и увидела Степу.
   – И что ты так и уйдешь? Ничего ему не сделаешь?
   – Да, а что я должна сделать?
   – Ну я не знаю. Да хоть стол переверни…
   Не успела она договорить, как я уже «подлетела» к Степе, повернула его голову и дала пощечину со всего размаха. Его блондиночка заступилась за него:
   – Перестаньте, дамочка, бить моего парня!
   – Кого? – сказала я вся в гневе. – Повтори-ка, если не боишься!
   – Парня!
   Я взяла со стола бокал шампанского и плеснула его прямо ей в лицо. Вся ее косметика расплылась.
   – Это что такое? – возмутилась она.
   – Геля! Прекрати! – сказал Степа.
   – Что ты там сказал? Так ты ее знаешь?! – удивилась соперница.
   – К несчастью – да!
   – Да как ты смеешь?! – сказала Алена. Она схватила бутылку водки и разбила ее о плечо Степы.
   – «Добрая» сестричка! – сказала я, улыбаясь.
   – А ты как будто не так поступила бы?
   – Не так. Я б об голову.
   Вдруг эта блондинка схватила бутылку шампанского и хотела разбить ее об меня. Но на помощь вновь пришла Алена и ударила ее не сильно по голове стулом. А она в свою очередь развернулась и выплеснула шампанское из бутылки на Алену. Алена не выдержала и вцепилась ей в волосы.
   Я крикнула:
   – Алена, отойди! – Алена отошла, и я схватила тарелку со спагетти, стоявшую на столе. Я швырнула в лицо это блюдо той, которая разлучила меня со Степой. Соус растекся по волосам. Челка блондинки стала красноватой. Она вцепилась мне в горло. Аленочка оттащила ее за волосы. Та все-таки вырвалась, но оставила в руках Алены немного своих волос. Она забежала за столик, за которым они со Степой миленько сидели до нашего прихода. Я забежала с другой стороны и с воплями: «Постой, гадина такая, я тебе еще не отомстила!» – швырнула этот стол в нее. Стол перевернулся, не задев разлучницу. Зато Алена набросилась на нее сзади и толкнула ее на перевернутый стол. Блондинка поскользнулась на луже апельсинного сока, упала на стол, порвала часть своего платья и колготки. Все украшения слетели с нее, а у туфли сломался каблук.
   Я взяла большие осколки от тарелок и начала бросать их в Степу, а он меня все успокаивал:
   – Геля! Прекрати немедленно!
   – И ты мне еще указываешь, что делать?! Степа, я только начала! – с этими словами я бросила первый осколок в Степу. В этот момент предатель стоял перед автоматом с игрушками. Степа успел уклониться, и то, что я кидала, ударилось об автомат. Его стекло треснуло. Степина девушка подбежала ко мне с криком:
   – Оставь его в покое! Он приехал со мной на море, а не с тобой!
   – Что?! – ответила я на это.
   Я со злости швырнула ее на детский автомат. Она разбила спиной стекло и сломала руку. Но я на этом не остановилась: я продолжила кидать в Степу осколки посуды, и они разбивались вдребезги о стену.
   – Геля! Успокойся! – сказал Степа.
   – Ты что, успокаивать меня будешь?! – крикнула я.
   – Буду! А как же? Ты же у нас психованная!
   – Что ты сказал? Повтори! Если, конечно, не боишься!
   – Не боюсь! Психованная!
   Я не знала, что мне ответить, но я очень хотела, чтобы последняя фраза была за мной. «Сам псих!» – я ответить не могла, получался повтор слов. Я решила действовать по-другому.
   Я бросила осколочек и попала в бутылку с вином, которая стояла над Степой. Он был весь в вине. Степа закричал раздраженно:
   – Геля! Давай поговорим!
   – Ничего не хочу слышать! Я пять дней пыталась поговорить! Ты каждый вечер проводил с ней, а я ждала тебя в слезах! Нет! Все! С меня довольно!
   В завершение Алена и Аксинья толкнули его на злосчастный автомат с игрушками. Автомат упал, зацепил фонарики; деньги высыпались из автомата, игрушки так же, как и все остальное, были разбросаны по полу.
   Мы ушли, а к Степе и его девушке приехала «скорая». Нашему герою того вечера предъявили штраф за погром в размере около 80 000 рублей.
   Такая «веселая» поездка, увы, понравилась не всем. Аня, так звали Степину подружку, бросила его и уехала в Смоленск – город, где она живет. Степа же с огромным трудом оплатил штраф. Ему даже пришлось устроиться на работу грузчиком, хотя он уже подрабатывал на почте. Он влез в большие долги и в течение трех лет не мог из них «вылезти». Он занимал у одних и отдавал другим.
   Однажды он заявился ко мне. Вот как это было.
   Степа пришел и сказал:
   – Геля, дай мне денег взаймы…
   – Нет!!! – сказала я зло и хотела закрыть дверь, но Степа не дал и продолжил:
   – Давай забудем все и…
   – Нет! – сказала я твердо и хлопнула дверью у него перед носом. Этот случай произошел в тот же год.

5. Воспоминания

   Я и Степа знакомы с самого раннего детства. Мы всегда были дружны. Он никогда не смотрел ни на одну девчонку и, кстати, на меня долгое время тоже. Единственное, что он любил, это был футбол. Это была даже не любовь, а болезнь, фанатизм. Сам по себе он был хорошим футболистом, и очень часто его команда выигрывала в школьной сборной.
   В поселке он знал почти всех парней и общался с ними. Но его друг, наверное, самый лучший, был Саша – высокий черноглазый брюнет, младше Степы на один год. Саша был, да что там был, он до сих пор романтичный, тихий, спокойный мальчик, тоже футболист. Любил, конечно, и погулять, и выпить, но всегда знал меру, очень уважал родителей и девушек, не делал разграничений: если моя девушка – уважаю, не моя – нет.
   Зато это все нельзя сказать про его родного брата Дениса. Денис часто гулял и много пил. Меры в этом он не знал. Девчонок он так же как и брат, не любил менять, хоть и не был романтиком. Ухаживать за двумя ему никогда не нравилось.
   Эта троица была очень дружна, и конфликты до сих пор в их компании редки.
   Как-то Степа послал мне письмо с признанием в любви, а за год до этого я тоже подкинула ему письмецо. Но он посылал свое в Петербург, а я, находясь у бабушки, просто бросила ему в ящик. А было это так.
   Однажды я решила написать Степе письмо, что-то вроде ответа на то его письмо. Но, как назло, он, Алена и мама Степы уехали к родственникам. Спустя неделю, они вернулись, и я бросила в тот же день ему это письмо. Но Алена сказала, что он никогда в жизни не откроет ящик, а если письмо найдут взрослые, для меня это будет конец. Тогда я предложила Алене, чтобы она сама передала. Она долго не соглашалась, говорила, что они не разговаривают, друг друга не выносят, и он не возьмет это злосчастное письмо. В итоге она согласилась. Продолжение этой истории она рассказала уже на следующий день. Все произошло так.
   Вечером Алена дала Степе мое послание и сказала:
   – Тебе пришло… вот… это письмо… – она говорила немного со страхом и протянула ему конверт. – На! Возьми!
   Да, надо сказать, он уже почти взял, но вдруг вошла его мама, он остановился и резко убрал руку.
   – Нет, я не возьму, – сказал он гордо, но краем глаза все же поглядывал.
   Его мама вышла, а он быстро схватил… и снова «моя будущая свекровь» (как мы подшучивали часто) вошла в комнату. Степа то ли испугался чего-то, то ли постеснялся. Скажу честно: я не знаю.
   – Я потом прочитаю, – взяв письмо, сказал он Алене шепотом и пошел в свою комнату.
   – Что это? – спросила тетя Лена, его мама.
   – Э… Да так ничего… – ответил растерянно он. Письмо он положил на свой стол.
* * *
   Алена мне это рассказала, мы идем, смеемся. Я и Алена были счастливы тогда. Детство, как-никак. Мы подошли к нашим дачам. Мы были с ней соседями не только по квартирам, но и по дачам. Так же весело я влетела во двор дачи, зачем, я уже не помню. Неожиданно моя бабушка, которая сидела во дворе, спросила у меня:
   – Геля! Что это за выходки?!
   – Какие выходки? О чем ты говоришь? – не сообразила я.
   – Ты прекрасно понимаешь, о чем я! – продолжала вновь она с более недовольной интонацией.
   – Не понимаю, – ответила я спокойно, хотя еле держала себя в руках.
   – Ты послала письмо Степе?
   – Нет. Что я совсем с ума сошла? Что я ненормальная?!
   – Можешь говорить все, что угодно, только тетя Лена нашла на его столе письмо, которое он получил вчера.
   – Во-первых, откуда она знает, что письмо пришло вчера? Может, оно лежало дня два-три, а потом Алена…
   – Откуда ты знаешь, что это Алена дала письмо Степе? Я ведь тебе этого не говорила, – раскусила меня бабушка.
   Я пропала! Но я не растерялась! И ответила:
   – Ты – нет, а вот Алена – да.
   – А как ты объяснишь то, что письмо было подписано твоим питерским адресом?
   – Стоп! Бабушка! Я не была в Питере уже два месяца, как я могу оттуда посылать ему письмо?
   – Ну, может, оно долго шло?
   – Два месяца? Это нереально! А на конверте стояла печать?
   – Не знаю. Я письма не видела. Геля! Ну ты подумай: ведь ты могла написать свой тамошний адрес и находиться здесь!
   – Бабуля, тебя точно уже ничего не переубедит! Ну, если ты мне уж совсем не веришь, то проверь отпечатки пальцев!
   – Возможно, это и выход. Хотя подожди… а что ты писала неделю назад, когда Степа еще был здесь?
   – Ну уж точно не письмо! – заявила я бабушке. – Я написала сценарий концерта (мы часто выступали по вечерам). И, кстати говоря, у меня неплохо получилось!
   – Если это так, то покажи мне его! – не унималась бабушка.
   Я достала небольшой отрывок сценария, ведь я по правде один раз написала очередной сценарий, но это было еще давно, и один из диалогов как раз оказался в кармане. Поэтому я о нем вспомнила.
   – Ладно, Геля, я тебе верю.
* * *
   Письмом дело не кончилось. К тому же, он его не прочитал. Мы продолжили общаться как друзья. Все закончилось моим признанием в любви.
   

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →