Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

В момент смерти мозг Ленина был в четверть нормальной величины.

Еще   [X]

 0 

Уголовный кодекс Республики Молдова (Нормативные правовые акты)

Настоящее издание продолжает серию «Законодательство зарубежных стран». В серии дается высококвалифицированный перевод и научный анализ зарубежного законодательства, осуществленный совместно правоведами и филологами.

Уголовный кодекс Республики Молдова предлагается вниманию работников органов уголовной юстиции, судей, адвокатов, преподавателей, ученых, студентов, а также всех интересующихся вопросами уголовного права.

Год издания: 2003

Цена: 149 руб.



С книгой «Уголовный кодекс Республики Молдова» также читают:

Предпросмотр книги «Уголовный кодекс Республики Молдова»

Уголовный кодекс Республики Молдова

   Настоящее издание продолжает серию «Законодательство зарубежных стран». В серии дается высококвалифицированный перевод и научный анализ зарубежного законодательства, осуществленный совместно правоведами и филологами.
   Уголовный кодекс Республики Молдова предлагается вниманию работников органов уголовной юстиции, судей, адвокатов, преподавателей, ученых, студентов, а также всех интересующихся вопросами уголовного права.


Уголовный кодекс Республики Молдова

   © Издательство «Юридический центр Пресс», 2003
   © А. И. Лукашов, вступ. статья, 2003

Уважаемый читатель!

   Обращение к опыту зарубежного законотворчества позволяет представить отечественную правовую систему в соотношении с правовыми системами других государств, ибо, как писал Рене Давид: «Мир стал един. Мы не можем отгородиться от людей, которые живут в других государствах, других частях земного шара. Необходимое международное взаимодействие или, во всяком случае, простое сосуществование требует, чтобы мы открыли наши окна и посмотрели на зарубежное право».
   Правоведу предпочтительней обратиться к первоисточнику и самому поразмышлять об особенностях законодательства той или иной страны, его сильных и слабых сторонах и сравнить с законодательством собственной страны с тем, чтобы понять ценности и приоритеты, тенденции и перспективы его развития.
   В предлагаемой Вашему вниманию серии планируется издание не только тех зарубежных кодексов, которые в последние годы появились в переводе на русский язык, но и тех, которые все еще сравнительно мало известны российским юристам. К научной подготовке этих изданий привлекаются преподаватели ведущих вузов России, известные зарубежные криминалисты, обладающие большим опытом научных исследований в области юриспруденции, а также высококвалифицированные переводчики.
   Издательство «Юридический центр Пресс», рожденное в городе, который по своему историческому предназначению был призван стать «окном в мир», надеется внести свою скромную лепту в то, чтобы еще шире распахнуть «наши окна» и обозреть зарубежное право во всем его богатстве и многообразии.
   Надеемся на этой стезе найти в Вас благодарного и взыскательного Читателя.
Редколлегия
Февраль 2003

Вступительная статья

   1. Уголовный кодекс Республики Молдова (далее – УК) был принят Парламентом страны 18 апреля 2002 года[1] и в соответствии с частью (3) статьи 93 Конституции промульгирован (от лат. promulgatio – объявление, обнародование) Президентом Республики Молдова Указом от 6 сентября 2002 года. 21 июня 2002 года Парламентом государства принимается органический Закон о введении в действие Уголовного кодекса Республики Молдова. Органическими Законами от 26 сентября и 19 декабря 2002 года в него вносится ряд уточняющих и конкретизирующих изменений и дополнений, в том числе в части сроков реализации как самого закона, так и отдельных его положений[2].
   Согласно статье 1 органического Закона о введении в действие Уголовного кодекса Республики Молдова (в редакции органического Закона от 19 декабря 2002 г.) он вступает в силу со дня вступления в силу нового Уголовно-процессуального кодекса Республики Молдова, одобренного в первом чтении Постановлением Парламента № 1148-XIV от 20 июля 2000 года. С этого дня признается утратившим силу Уголовный кодекс, утвержденный Законом Молдавской ССР от 24 марта 1961 года (далее – УК 1961 года)[3], с последующими изменениями, а нормативные акты, принятые до введения его в действие, применяются в части, не противоречащей ему.
   Законодатель Молдовы пошел по пути разработки и принятия нового уголовного закона, что характерно для большинства государств, уголовные кодексы которых, как и молдавский УК 1961 года, относились к социалистическому уголовному праву (Эстония, КНР и др. модернизировали ранее принятые УК[4]). Представляется, что основания для такого решения более чем убедительны ввиду масштаба нового законодательного материала, отраженного в УК.
   Разработка проекта нового молдавского УК осуществлялась не один год. Думается, что его разработчики ставили задачу приведения уголовного закона в соответствие с избранным народом этого государства курсом на построение демократического, правового, суверенного, светского, единого и неделимого государства, адаптации его к условиям государства с социально ориентированной рыночной экономикой, основанной на частной и публичной собственности и свободной конкуренции, государства, признающего приоритетными общепризнанные международным сообществом права и свободы человека и гражданина, общепризнанные принципы и нормы международного права.
   УК 2002 года базируется на Конституции Молдовы, принятой 29 июля 1994 года[5] (с изменениями и дополнениями, внесенными в нее органическими Законами от 19 июля 1996 года, 5 июля 2000 года, 12 июля 2001 года и 21 ноября 2002 года). В нем нашли отражение немалое число норм различных международно-правовых актов, одной из сторон которых является Республика Молдова. Многие нормы нового молдавского УК имеют в основе положения Модельного Уголовного кодекса для государств – участников СНГ[6], Уголовных кодексов других государств СНГ (России, Белоруссии[7] и др.).
   Авторы проекта УК использовали более чем сорокалетний опыт применения УК 1961 года, достижения как отечественной, так и зарубежной науки уголовного права. Без всякого сомнения, были приняты во внимание изменения в политической, экономической и социальной жизни молдавского государства и общества, изменения в криминогенной ситуации (интернационализация преступности, негативные тенденции в развитии организованной преступности, коррупции и др.)[8], а равно существенные изменения в законодательстве республики, значительно обновившемся со дня образования суверенного молдавского государства.
   На положениях нового УК не могла не сказаться отмечаемая специалистами свойственная законодательству Молдовы направленность на «имплантацию» романской правовой культуры, заимствование присущих романским странам как государственных и правовых институтов, так и отличающую их терминологию[9]. Например, такой вид наказания, как неоплачиваемый труд в пользу общества, впервые предусмотренный пунктом d) части (1) статьи 62 и статьей 67 УК Молдовы, близок по названию такому виду наказания, закрепленному в пункте 4 статьи 131-3 и статье 131-22 УК Франции 1992 года, как неоплачиваемые работы в общественных интересах[10], хотя по срокам и характеру правоограничений он более схож с наказанием в виде общественных работ, предусмотренным, например, статьей 49 УК Республики Беларусь. В конечном счете, можно констатировать, что УК 2002 года – плод законотворческой деятельности в сфере уголовного права, протекающей в русле характерной для настоящего времени, отмечаемой в литературе тенденции к унификации и сближению уголовного законодательства государств, относящихся не только к одинаковым, но и различным системам права[11].
   Новый Уголовный кодекс Молдовы отличается от предшествовавшего ему УК по объему, содержанию и структуре. Если при принятии УК 1961 года в нем насчитывалось 270 статей (их количество увеличивалось в последующие годы), то в УК 2002 года количество статей возросло более чем на треть. Сохраняя преемственность, законодатель подразделил новый УК на Общую и Особенную части. В качестве структурных элементов обеих частей кодекса выступают главы, состоящие из статей (в УК 1961 года Общая часть состояла из разделов и статей, а Особенная – из глав и статей). Каждая из названных частей УК имеет самостоятельную единую нумерацию латинскими цифрами внутри части (отсутствие сквозной нумерации, как и в УК Молдовы, отличает также, например, УК Украины[12], Узбекистана[13]). Статьи уголовного закона пронумерованы арабскими цифрами и эта нумерация едина для всего кодекса. Общая часть содержит 13 глав (134 статьи), Особенная часть – 18 глав (259 статей), а всего 31 глава (393 статьи). В отличие от УК 1961 года части статей нового УК получили нумерацию арабскими цифрами в скобках. Пункты статей или частей статьи выделяются по тексту УК абзацем, в начале которого имеется буквенное обозначение (использована латиница). Наличие указанной нумерации, без всякого сомнения, делает более удобным пользование уголовным законом, позволяет точно определить место соответствующей нормы, предпочтительнее и для целей последующей корректировки уголовного закона законодателем.
   Общая часть УК содержит нормы, сведенные в главы, предметом уголовно-правового регулирования которых являются вопросы, относящиеся к уголовному закону и принципам его применения (глава I), понятию преступления, классификации преступлений, характеристике вины, понятию и признакам субъекта преступления, понятию и характеристике этапов преступной деятельности, множественности преступлений (глава II), обстоятельствам, устраняющим уголовный характер деяния (глава III), соучастию (глава IV), уголовной ответственности (глава V), освобождению от уголовной ответственности (глава VI), уголовному наказанию (глава VII), индивидуализации наказания (глава VIII), освобождению от уголовного наказания (глава IX), мерам безопасности (глава X), основаниям, устраняющим уголовную ответственность или последствия осуждения (глава XI), квалификации преступления (глава XII). Общая часть заканчивается главой XIII «Значение некоторых терминов или выражений в настоящем Кодексе».
   Особенная часть УК структурирована на главы в зависимости от родового объекта преступлений, который в большинстве обозначен в названии главы с использованием формулы: «преступления против…». Однако данный подход, в отличие, например, от УК Республики Беларусь, выдержан не в полной мере. Наряду с ним используется и иное название глав типа «Экономические преступления», «Преступления в сфере информатики» и «Преступления, совершаемые должностными лицами».
   На первом месте в Особенной части значатся преступления против мира и безопасности человечества и военные преступления. Далее следуют главы, посвященные преступлениям против личности (главы II–V), собственности (глава VI), семьи и несовершеннолетних (глава VII), общественного здоровья и общежития (глава VIII), экологической безопасности и окружающей среды (глава IX), порядка осуществления экономической деятельности и гражданского оборота (глава X), информационной безопасности (глава XI), безопасности движения и эксплуатации транспорта (глава XII), общественной безопасности и общественного порядка (глава XIII), правосудия (глава XIV), интересов службы в государственных организациях и органах местного публичного управления (глава XV), интересов службы в негосударственных организациях (глава XVI), публичной власти и безопасности государства (глава XVII), установленного порядка несения военной службы (глава XVIII).
   Среди наиболее принципиальных и значимых положений УК Молдовы следует выделить и дать краткую характеристику следующим.
   2. Из положений Общей части УК заслуживает внимания немалое число норм. Так, необходимо отметить, что законодатель Молдовы вслед за Республикой Беларусь и Азербайджанской Республикой[14] отказался от употребления термина «уголовное законодательство», заменив его термином «уголовный закон», под которым понимается УК Молдовы. Этот законодательный акт определяется как единственный уголовный закон, «который содержит правовые нормы, устанавливающие общие и специальные принципы и положения уголовного права, определяет деяния, составляющие преступления, и предусматривает наказания, применяемые к преступникам» (ч. (1) и (2) ст. 1 УК).
   УК Молдовы – единственный уголовный закон, но не единственный источник уголовного права. К числу источников уголовного права молдавский УК относит также Конституцию государства и международные акты, одной из сторон которых является Республика Молдова (часть (3) статьи 1, часть (3) и (5) статьи 11, часть (2) статьи 13, статьи 142 и 143 УК). При этом специально оговаривается, что международные акты об основных правах человека имеют приоритет и применяются непосредственно (см. часть (3) статьи 1 УК). В этом смысле есть основания утверждать, что нормы международных актов об основных правах человека являются элементом молдавского права, а в части, имеющей отношение к уголовно-правовому регулированию, – элементом национального уголовного закона. И коль скоро это так, то такие нормы подлежат включению в текст УК. Обращение к части (2) статьи 4 Конституции Молдовы показывает, что международные акты об основных правах человека имеют приоритет только по отношению к УК Молдовы и иным внутренним законам этого государства. Из сказанного можно сделать вывод, что при коллизии между УК и международными договорами, одной из сторон которых является Республика Молдова, не касающимися основных прав человека, подлежат применению нормы УК. По смыслу части (2) статьи 8 Конституции не допускается вступление в силу международного договора, содержащего положения, противоречащие Конституции. Государство может пойти на этот шаг только после пересмотра Конституции. Другими словами, предполагается недопущение и устранение коллизий между Конституцией и международными договорами, что означает приоритет конституционных норм над нормами и УК и международных договоров. Такое решение согласуется с предписаниями статьи 7 Конституции, определяющей ее как высший закон и устанавливающей, что «ни один закон или иной правовой акт, противоречащие положениям Конституции, не имеют юридической силы».
   Наряду с традиционными объектами уголовно-правовой охраны, известными УК Молдовы 1961 года (в редакции от 22 сентября 1993 года): личность, ее права и свободы, собственность, а также правопорядок, впервые особо выделяются такие, как окружающая среда, конституционный строй, суверенитет, независимость и территориальная целостность Республики Молдова, мир и безопасность человечества (часть (1) статьи 2 УК). Однако, в отличие от УК некоторых стран СНГ (например, УК Белоруссии, Азербайджана), в УК Молдовы оказались не согласованными последовательность перечисления объектов уголовно-правовой охраны в названной статье и последовательность расположения глав Особенной части УК, в которых объединены преступления, посягающие на объекты уголовно-правовой охраны, указанные в статье 2 УК.
   Новеллой являются статьи, посвященные принципам уголовного права: законности, гуманизма, демократизма, личного характера уголовной ответственности, индивидуализации уголовной ответственности и уголовного наказания, содержание каждого из которых, в конечном счете, определяется Конституцией страны и раскрывается в самостоятельной статье УК (соответственно статьи 3–7 УК).
   Обращает на себя внимание включение в характеристику принципа законности не только запрета на применение уголовного закона по аналогии (такие же нормы имеются, например, в УК России (часть (2) статьи 3), Белоруссии (часть (2) статьи 3), Украины (часть (4) статьи 3), Казахстана (часть (1) статьи 9)[15]), но и запрета на расширительное толкование уголовного закона, что сочетается с положениями статьи 111-4 УК Франции («уголовный закон имеет точное толкование») и части 2 статьи 3 УК Республики Беларусь («нормы Кодекса подлежат строгому толкованию»).
   Как справедливо отмечает голландский исследователь Ханс Ленсинг, «резкого разграничения между аналогией и широким толкованием термина не существует»[16]. Отсутствие такой четкой разграничительной линии, в принципе, ведет к размыванию границы между расширительным толкованием уголовного закона и его аналогией, к использованию аналогии уголовного закона, завуалированной под расширительное толкование. На опасность того, что под видом распространительного толкования будет осуществляться применение уголовного закона по аналогии, указывают и белорусские ученые[17]. Думается, что приведенная норма части (3) статьи 3 УК 2002 года будет способствовать исключению из судебной практики молдавского государства скрытного, неявного использования принципа аналогии уголовного закона. Наличие пробела в уголовном законе будет компенсироваться не расширительным толкованием уголовного закона, на которое введено табу, а усилиями по дополнению УК отсутствующей нормой в установленном порядке[18].
   Принцип гуманизма уголовного права, изложенный в статье 4 УК, основывается на положениях части (3) статьи 1 Конституции, провозглашающей Республику Молдову демократическим правовым государством, в котором достоинство человека, его права и свободы, свободное развитие человеческой личности, справедливость и политический плюрализм являются высшими ценностями и гарантируются. Поскольку применение уголовной ответственности неизбежно сопряжено с существенным ограничением правового статуса лица, Конституция определяет границы такого ограничения. В силу части (2) статьи 24 Конституции, воспроизводящей положения статьи 7 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года[19], «никто не может подвергаться пыткам, жестокому, бесчеловечному либо унижающему его достоинство наказанию или обращению». Рассматриваемая норма закладывается законодателем в содержание принципа гуманизма практически дословно (часть (2) статьи 4 УК) и конкретизируется применительно к наказанию в части (2) статьи 61 УК словами: «отбывание наказания не должно причинять осужденному физические страдания и унижать его человеческое достоинство».
   В статье 5 УК раскрывается содержание принципа демократизма уголовного права как принципа равенства лиц, совершивших преступления, перед законом. Они привлекаются к уголовной ответственности вне зависимости от пола, расы, цвета кожи, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, принадлежности к национальному меньшинству, имущественного, сословного или иного положения. Рассматриваемый принцип именно как принцип равенства перед законом и властями нашел отражение в части (2) статьи 16 Конституции государства.
   Принцип виновной ответственности сформулирован в статье 6 УК как принцип личного характера уголовной ответственности: лицо подлежит уголовной ответственности и наказанию только за совершенное виновно (умышленно или по неосторожности) деяние, предусмотренное уголовным законом. Он базируется на положениях статьи 21 Конституции. Приведенное изложение этого принципа в молдавском УК по существу устанавливает запрет на объективное вменение (ответственность за невиновное причинение вреда). Правда, такой запрет в отличие, например, от Казахстана (часть (2) статьи 19 УК) или России (часть (2) статьи 5 УК) непосредственно не изложен в анализируемой статье. Однако в развитие принципа виновной ответственности категория «невиновного деяния (непредвиденного случая)», исключающего уголовную ответственность, впервые получила законодательное определение в статье 20 УК: «Деяние признается совершенным невиновно, если лицо, совершившее его, не осознавало вредного характера своих действий или бездействия, не предвидело возможности наступления их вредных последствий и, согласно обстоятельствам дела, не должно было или не могло их предвидеть».
   Последним в перечне принципов уголовного права, закрепленных в УК 2002 года, значится принцип индивидуализации уголовной ответственности и уголовного наказания (статья 7 УК), который в российском и белорусском УК именуется принципом справедливости. С одной стороны, своим содержанием этот принцип обращен к суду, обязывая его при применении уголовного закона учитывать характер и степень вреда совершенного преступления, личность виновного и обстоятельства дела, смягчающие или отягчающие уголовную ответственность. С другой стороны, он адресован и органам уголовного преследования, и суду, поскольку определяет, что «никто не может быть повторно подвергнут уголовному преследованию и уголовному наказанию за одно и то же деяние». Подчеркивание уголовно-процессуального аспекта в содержании этого принципа, думается, выгодно отличает молдавский уголовный закон от новейших УК других постсоветских государств (Россия, Белоруссия, Украина и др.), которые, не упоминая о нем, формулируют схожим образом положение о недопустимости повторной уголовной ответственности за то же самое преступление. Конечно, вопросы процессуального характера в соответствии с предметом правового регулирования должны решаться уголовно-процессуальным законом, что он и делает, вводя запрет на возбуждение уголовных дел в отношении лиц, о которых имеется судебное решение по тому же обвинению или о прекращении производства по такому делу либо неотмененное постановление органа уголовного преследования о прекращении производства по делу или постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Однако основание для такого решения лежит в плоскости предмета регулирования уголовного права, в плоскости уголовно-правовых категорий «уголовной ответственности» и «наказания». Поэтому указанный процедурный аспект, базирующийся на более важном первостепенном вопросе о том, можно ли дважды привлекать лицо к уголовной ответственности за одно и то же деяние, должен быть отражен в уголовном праве. Такая норма является связующим звеном между уголовным и уголовно-процессуальным правом, придавая им в этой части системность и комплексность правового регулирования. Введение в текст уголовного закона запрета на применение уголовного преследования в отношении деяния, которое уже было предметом предшествующего уголовного преследования и уголовного наказания, более точно, хотя, представляется, и не в полной мере отвечает норме части 7 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года: «Никто не должен быть вторично судим или наказан за преступление, за которое он уже был окончательно осужден или оправдан в соответствии с законом и уголовно-процессуальным правом каждой страны»[20].
   УК 2002 года достаточно обстоятельно решает вопросы действия уголовного закона во времени и пространстве (статьи 8–12 УК). В частности, беря за основу Модельный Уголовный кодекс для государств – участников СНГ, УК российский, белорусский и других государств СНГ, молдавский законодатель формулирует правило об обратной силе уголовного закона, являющееся исключением из требований, установленных в статье 8 УК. Как и в перечисленных документах, в статье 10 УК, где изложено это правило, предусмотрено, что «уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость». Напротив «уголовный закон, усиливающий наказание или ухудшающий положение лица, совершившего это деяние, не имеет обратной силы». Увы, остался без ответа вопрос о том, как следует применять это правило к лицам, еще не отбывшим наказание в случае, когда новый уголовный закон смягчает наказуемость деяния, за которое лицо отбывает наказание. Как и Украина, принявшая УК в 2001 году, Молдова не сочла возможным использовать опыт белорусского УК 1999 года, решившего этот вопрос исчерпывающим образом в соответствии с принципом справедливости, на что обращают внимание российские криминалисты[21].
   Действие уголовного закона в пространстве определяется с использованием территориального принципа, принципа гражданства, универсального и реального принципов (статья 11 УК), обстоятельно характеризуется место совершения преступления (статья 12 УК). Впервые урегулированы вопросы выдачи (экстрадиции) граждан Республики Молдова, иностранных граждан и лиц без гражданства, в том числе лиц, которым предоставлено политическое убежище (статья 13 УК). Говоря о праве на политическое убежище, уголовный закон, надо полагать, не в полной мере согласуется с положениями части (2) статьи 19 Конституции, не ограничивающей право убежища рамками только политического убежища. Представляется, что в силу статьи 7 Конституции, упоминавшейся ранее, запрет на выдачу, изложенный в части (1) статьи 13 УК, распространяется также и на лиц, получивших в Республике Молдова убежище по другим основаниям, в соответствии с законом и с соблюдением международных договоров, одной из сторон которых является Республика Молдова (см. также часть (3) статьи 19 Конституции). Замечу, что в Особенной части УК (см. часть (4) статьи 362) законодатель оказался более точен и употребил термин «право убежища» без прилагательного «политическое».
   По-видимому, с учетом процессов интернационализации преступности и отвечающей этим процессам регламентации в европейском праве, в части (7) статьи 11 УК вводится правило о преюдициальном значении совершения преступления за пределами территории республики. Установлено, что при совершении лицом нового преступления на территории Республики Молдова подлежат учету в соответствии с УК уголовные наказания и судимости за предшествующие преступления, совершенные им за пределами Республики Молдова. При этом, как следует из уголовного закона, они не влияют на квалификацию нового преступления и решение иных уголовно-правовых вопросов, а учитываются только при: 1) индивидуализации наказания и 2) разрешении вопросов об амнистии на условиях взаимности по решению судебной инстанции. Эти положения дополняются в другом месте уголовного закона (см. часть (4) статьи 34 УК) указанием на то, что при установлении рецидива «учитываются и вступившие в законную силу обвинительные решения, вынесенные за рубежом, признанные судебной инстанцией Республики Молдова».
   Такое решение, полагаю, не в полной мере сопрягается с Конвенцией о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам стран – участниц СНГ от 22 января 1993 года – международным договором, стороной которого является Республика Молдова. Статья 761, включенная в текстэтой Конвенции в 1997 году, предусматривает, что «при решении вопросов о признании лица особо опасным рецидивистом, об установлении фактов совершения преступления повторно и нарушения обязанностей, связанных с условным осуждением, отсрочкой исполнения приговора или условно-досрочным освобождением, учреждения юстиции Договаривающихся Сторон могут признавать и учитывать приговоры, вынесенные судами (трибуналами) бывшего Союза ССР и входивших в его состав союзных республик, а также судами Договаривающихся Сторон»[22].
   По-новому определяется в УК понятие преступления. Им признается «наносящее вред деяние (действие или бездействие), предусмотренное уголовным законом, совершенное виновно и уголовно наказуемое» (часть (1) статьи 14 УК). Это определение является формально-материальным. В нем признак «общественной опасности» как материальный признак преступления, отраженный в части 1 статьи 7 УК 1961 года, заменен признаком «вредоносности»: «наносящее вред деяние» – (часть (1) статьи 14, «вредный характер деяния» – статья 22; «вредное деяние» – часть (1) статьи 23, часть (1) статьи 51, часть (1) статьи 52 УК. Практически неизмененным осталось понятие малозначительного деяния, не являющегося преступлением (часть (2) статьи 14 УК).
   Наряду с понятием «преступление» в УК используется и понятие «состав преступления». Молдова, пожалуй, единственное государство, в уголовном законе которого дано законодательное определение этого понятия: «состав преступления представляет собой совокупность установленных уголовным законом объективных и субъективных признаков, квалифицирующих вредное деяние как конкретное преступление» (часть (1) статьи 52 УК). Замечу, что не только названное, но и ряд других теоретических положений обрели в новом молдавском УК статус норм закона (подразделение признаков состава преступления на элементы преступления – статья 15, определение понятий: единичного, длящегося и продолжаемого преступлений – статьи 28–30, совокупности идеальной и реальной – статья 33 УК, эксцесса исполнителя – статья 48, уголовной ответственности и ее оснований – статьи 50, 51, судимости – статья 110, квалификации преступлений – статья 113 УК и др.).
   В основу категоризации преступлений, как и в большинстве УК постсоветских государств, положены характер и степень вреда преступления («общественная опасность», «тяжесть» преступления – по терминологии УК упомянутых государств), находящих выражение в наказуемости преступления, предусмотренной в уголовном законе. Впервые в истории уголовного права республики она осуществлена в полном объеме и по единому основанию. В статье 16 УК содержится перечень из пяти расположенных по степени возрастания тяжести следующих видов (категорий) преступлений: незначительные преступления, преступления средней тяжести, тяжкие, особо тяжкие и чрезвычайно тяжкие преступления. К первым трем категориям преступлений относятся как умышленные преступления, так и совершенные по неосторожности. Особо тяжкие и тяжкие преступления могут быть только умышленными. Подразделение преступлений на категории имеет большое значение, поскольку в зависимости от отнесения преступления к той или иной категории решается большинство вопросов, урегулированных уголовным законом.
   Характеристика форм вины в статьях 17 и 18 УК касается только преступлений с так называемым материальным составом. Новизной отличается статья 19 УК, определяющая сложную вину, сочетающую в себе умысел и неосторожность. По своему содержанию она близка статье 25 УК Республики Беларусь.
   К субъектам преступлений уголовный закон относит вменяемых физических лиц при условии, что в момент совершения преступления они достигли 16 лет. Уголовная ответственность за тяжкие, особо тяжкие и чрезвычайно тяжкие преступления установлена с 14 лет (часть (1) статьи 21 УК).
   Заимствование присущих ряду европейских государств правовых институтов сказалось, по-видимому, на отнесении к субъектам преступлений и юридических лиц (см., например, статью 121-2 УК Франции). Уголовная ответственность юридических лиц установлена частями 2–3 статьи 21 УК: 1) только для тех из них, которые осуществляют предпринимательскую деятельность[23]; 2) только за совершение преступлений, предусмотренных в УК главами VI (статьи 215–218, 221), IX и X (статьи 223–246, 248–251, 257) и XI (статьи 259–261). Указанная уголовная ответственность допускается «при наличии одного из следующих условий:
   а) юридическое лицо виновно в невыполнении или ненадлежащем выполнении прямых предписаний закона, устанавливающих обязанности или запреты относительно осуществления определенной деятельности;
   b) юридическое лицо виновно в осуществлении деятельности, не соответствующей предусмотренной в учредительных документах или заявленным целям;
   c) деяние, причиняющее или создающее реальную опасность причинения ущерба в значительных размерах личности, обществу или государству, было совершено в интересах этого юридического лица или было допущено, санкционировано, утверждено, использовано органом или лицом, наделенным функциями руководства данным юридическим лицом».
   Уголовная ответственность юридического лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, не исключает ответственности физического лица за совершенное преступление (часть (4) статьи 21 УК). Следует отметить, что указанные выше нормы, характеризующие уголовную ответственность юридических лиц, едва ли можно считать достаточными для урегулирования целого ряда вопросов, которые будут неизбежно возникать в правоприменительной практике, тогда как прописаны они в уголовном законе применительно к физическому лицу. Например, как, с использованием каких критериев определить вину юридического лица, нет ли в случае применения наказания в виде штрафа к юридическому лицу-акционерному обществу объективного вменения для акционеров, не знавших о преступлении, совершенном руководством этого юридического лица, возможно ли освобождение юридического лица от уголовной ответственности и наказания, допустимо ли применение к юридическому лицу такой меры безопасности, как специальная конфискация. На эти и другие вопросы, касающиеся уголовной ответственности юридических лиц, нет прямого ответа в УК.
   В отличие от государств, законодательно определивших в УК понятие «вменяемость» (например, часть (1) статьи 18 УК Узбекистана, часть (1) статьи 19 УК Украины), Молдова включает в содержание этого понятия не только способность лица осознавать вредный характер своего деяния, но и способность «выражать свою волю и руководить своими действиями» (статья 22 УК). Подобное указание (способность «выражать свою волю»), требующее пояснений, отсутствующих в тексте закона, не корреспондирует признакам, характеризующим понятие «невменяемость». Не предусмотрена в новом уголовном законе и категория уменьшенной вменяемости, известная УК немалого числа государств (статья 22 УК России, статья 29 УК Республики Беларусь, статья 11 УК Швейцарии[24], § 16 УК Дании[25] и др.).
   Дефиниции понятий «единичного», «длящегося» и «продолжаемого преступлений» в целом согласуются с подходами, сложившимися в доктрине уголовного права и судебной практике (статьи 28–29 УК). Определив понятие «множественность преступлений», законодатель отнес к ней только совокупность преступлений и рецидив (статья 32 УК). Повторность (статья 31 УК) не отнесена к категории множественности преступлений. Она не рассматривается как форма множественности преступлений, что являлось общепринятым в советской уголовно-правовой науке, сохранилось в науке уголовного права постсоветских государств и наиболее отчетливо нашло отражение в главе VII УК Республики Беларусь «Множественность преступлений». Как и другие государства, входившие в состав СССР, Молдова исключила из кодекса упоминание об особо опасном рецидивисте (статья 24 УК 1961 года), введя понятия рецидива, опасного и особо опасного рецидива (статья 34 УК). Наличие рецидива или совокупности как множественности преступлений обязывает суд при назначении наказания применять особые правила его назначения, предусмотренные соответственно статьями 82 или 84 УК.
   Предусмотренный УК перечень обстоятельств, устраняющих уголовный характер деяния, состоит из пяти пунктов. К таким обстоятельствам отнесены необходимая оборона, задержание преступника, крайняя необходимость, физическое или психическое принуждение и обоснованный риск (статья 35 УК). Выполнение приказа или распоряжения, выполнение специального задания по предупреждению или раскрытию преступной деятельности преступной группы или преступной организации и другие обстоятельства, исключающие преступность деяния, известные новейшим УК (Украина, Белоруссия и др.), не были восприняты УК Молдовы 2002 года. Не нашли в нем отражения и такие понятия, как «мнимая оборона» и «мнимое задержание».
   Неординарным представляется решение вопроса об условиях правомерности необходимой обороны. Деяние лица, отражающего нападение, признается совершенным в состоянии необходимой обороны, если оно произведено «с целью отражения прямого, немедленного, материального и реального нападения, направленного против него, другого лица или против общественных интересов и представляющего крайнюю опасность для личности или прав обороняющегося либо для общественных интересов» (часть (2) статьи 36 УК). Необходимой обороной признаются и действия лица по воспрепятствованию проникновению в жилое или иное помещение, сопровождавшееся опасным для жизни или здоровья насилием или угрозой такого насилия (часть (3) статьи 36 УК). Характерно, что УК не содержит каких-либо указаний относительно превышения пределов необходимой обороны, смягчении ответственности в случае такого превышения, в нем отсутствуют привилегированные составы преступлений, где бы учитывалось данное обстоятельство, что было характерно для УК 1961 года и сохранилось в УК многих постсоветских государств. Надо полагать, что молдавский уголовный закон исходит из принципа правомерности причинения нападающему любого вреда, если только от нападения исходит крайняя опасность (опасность для жизни и здоровья насилием либо угрозой такого насилия при проникновении в жилище или иное помещение). Если такая опасность не установлена, то лицо, отражающее нападение, подлежит уголовной ответственности на общих основаниях и, думается, с учетом этого обстоятельства в качестве смягчающего ответственность при условии, что противоправные действия пострадавшего спровоцировали преступление со стороны отражавшего нападение (п. i) статьи 76 УК).
   Среди норм хорошо разработанного в науке уголовного права и уголовном законе института соучастия обращают на себя внимание следующие новеллы. Так, в сравнении с частью 3 статьи 17 УК 1961 года более полное описание получила фигура исполнителя преступления. Согласно части (2) статьи 42 УК им является не только лицо, непосредственно совершившее преступление, предусмотренное уголовным законом, но также и «лицо, совершившее преступление посредством лиц, которые не могут быть привлечены к уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или по другим причинам, предусмотренным настоящим Кодексом». Заслуживает одобрения новелла, изложенная в части (6) статьи 42 УК, согласно которой «соучастники должны иметь признаки субъекта преступления». Решенный, на мой взгляд, принципиально верно, этот вопрос для Молдовы уходит из сферы спорных вопросов, каковым он, к сожалению, до сих пор остается в судебной практике Белоруссии, либо из категории вопросов, требующих толкования со стороны Верховного Суда, как это имеет место в Российской Федерации (см., например, постановление Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 г. № 7 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних», в пункте 9 которого указано, что «совершение преступления с использованием лица, не подлежащего уголовной ответственности в силу возраста (статья 20 УК РФ) или невменяемого (статья 21 УК РФ), не создает соучастия»[26]).
   Как известно, понятие уголовной ответственности впервые среди других государств определила Республика Беларусь в статье 44 своего УК. В статье 50 молдавского УК, имеющей титул «Уголовная ответственность», впервые определено, что «уголовная ответственность выражается в публичном осуждении именем закона преступных деяний и лиц, их совершивших». Основание уголовной ответственности подразделяется на два виды: реальное и юридическое. Реальное основание уголовной ответственности – это «совершенные вредные деяния», а юридическое – «признаки состава преступления, предусмотренные уголовным законом» (часть (1) статьи 51 УК). В силу части (2) статьи 52 УК «состав преступления является юридическим основанием для квалификации преступления в соответствии с конкретной статьей настоящего кодекса».
   Категории «уголовная ответственность» и «уголовное наказание» разведены в УК не только путем выделения самостоятельных глав, посвященных им, но также и ввиду того, что эти категории оказались мало сопряженными, а если сказать точнее, не сопряженными между собой. В главе V «Уголовная ответственность» ничего не говорится о наказании, о том, в каком соотношении оно находится с уголовной ответственностью, не ясно, может ли быть уголовная ответственность как публичное осуждение сама по себе без уголовного наказания, как это указано, например, в статье 46 УК Республики Беларусь: осуждение без назначения наказания. То же характерно и для главы VII «Уголовное наказание», в которой словосочетание «уголовная ответственность» не применяется вовсе. Лишь в статье 59 главы VI «Освобождение от уголовной ответственности» УК при определении оснований условного освобождения лица от уголовной ответственности указывается, что такое освобождение допустимо при условии, что «исправление такого лица возможно без применения уголовного наказания». Сложность рассматриваемых вопросов, необходимость системной проработки всего комплекса отношений, регулируемых Общей частью УК, начиная с первых статей уголовного закона, видимо, и обусловили известную неполноту и фрагментарность правового регулирования названных основополагающих, исходных понятий уголовного закона. Думается, со временем она будет восполнена.
   Уголовное наказание определено в статье 61 УК как мера государственного принуждения и средство исправления и перевоспитания осужденного. Республика Молдова, одно из немногих постсоциалистических государств (см. также, например, ст. 36 УК Болгарии[27]), сохранила в числе задач, стоящих перед наказанием, трудно реализуемую задачу перевоспитания осужденного, что вряд ли оправдано и целесообразно.
   Согласно статье 61 УК наказание заключается в определенных лишениях и ограничениях прав осужденного. Объем и характер этих лишений и правоограничений зависят от вида наказания. К числу наказаний, применяемых к физическим лицам, статья 62 УК относит:
   a) штраф;
   b) лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью;
   c) лишение воинского или специального звания, классного чина и государственных наград;
   d) неоплачиваемый труд в пользу общества;
   e) арест;
   f) направление в воинскую часть (для военнослужащих срочной службы);
   g) лишение свободы на определенный срок;
   h) пожизненное заключение.
   Из названных 8 видов наказания только в качестве основных наказаний применяются неоплачиваемый труд в пользу общества, арест, направление в дисциплинарную воинскую часть, лишение свободы на определенный срок и пожизненное заключение. Штраф, лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью применяются в качестве как основных, так и дополнительных наказаний. Только в качестве дополнительного наказания применяется лишение воинского или специального звания, классного чина и государственных наград.
   Лестница наказаний построена в УК от менее тяжких к более тяжким видам наказаний. В ней отсутствуют такие виды наказаний, как исправительные работы, ограничение свободы, имеющиеся в УК других постсоветских государств.
   Особо следует отметить исключение из системы наказаний конфискации имущества, произведенной Законом Республики Молдова от 9 декабря 1994 года[28], когда она де-факто получила статус меры безопасности. В новом уголовном кодексе конфискация имущества трансформировалась в специальную конфискацию и обрела юридический статус меры безопасности (см. пункт d) части (2) статьи 98 и статью 106 УК). Исключение конфискации имущества из системы наказаний строго следует конституционной норме, согласно которой «законно добытое имущество не может быть конфисковано. Законность добытого подразумевается» (часть (3) статьи 46 Конституции). Таким образом, согласно Конституции и УК Республики Молдова вне зависимости от категории совершенного преступления конфискация законно принадлежащего виновному имущества не допускается. С другой стороны, введение в УК такой меры безопасности, как специальная конфискация в качестве принудительной и безвозмездной передачи в собственность государства имущества, использованного при совершении преступления или полученного в результате такового (часть (1) статьи 106 УК) также основано на Конституции. Часть (4) статьи 46 Конституции говорит, что «имущество, предназначенное, использованное для совершения преступлений или правонарушений либо добытое в результате совершения преступлений или правонарушений, может быть конфисковано только в соответствии с законом».
   Нет в системе наказаний и смертной казни, от которой Молдова первой из стран бывшего СССР дефакто отказалась еще в 1991 году, а Законом Республики Молдова от 8 декабря 1995 года она была упразднена и де-юре[29]. Такое решение согласуется с положениями статьи 24 Конституции, гарантирующей каждому человеку право на жизнь и допускающей в то же время смертную казнь как исключение впредь до ее полной отмены только в соответствии с законом.
   Пожизненное заключение согласно части (6) статьи 16 и части (2) статьи 71 УК может назначаться только за чрезвычайно тяжкие преступления. Количество статей Особенной части УК, в которых предусмотрено пожизненное заключение, равно 25. Этот вид наказания не может назначаться за приготовление к преступлению и покушение на преступление (часть (4) статьи 81 УК). Молдавский законодатель не определил, какие критерии он должен использовать для введения пожизненного заключения за то или иное чрезвычайно тяжкое преступление. В этом отношении предпочтительней выглядит позиция узбекского и белорусского законодателей, указавших применительно к исключительным видам наказания расстрелу и пожизненному заключению, что они применяются только за преступления, сопряженные с умышленным лишением жизни человека при отягчающих обстоятельствах (статья 51 УК Республики Узбекистан, статьи 58 и 59 УК Республики Беларусь). Подобное ограничение определяет рамки поведения самого законодателя, создавая гарантии от применения им такого вида наказания за иные преступления в силу каких-либо конъюнктурных либо особых обстоятельств.
   Длительные сроки лишения свободы могут назначаться только за тяжкие преступления (до 15 лет) и за особо тяжкие преступления (свыше 15 и до 25 лет). При назначении наказания по совокупности преступлений окончательное наказание в виде лишения свободы не может превышать 30 лет, а по совокупности приговоров – 35 лет (см. части (4) и (5) статьи 16, части (2) и (4) статьи 70 УК). При назначении лишения свободы несовершеннолетнему срок этого наказания не может превышать 15 лет (часть (3) статьи 70 УК).
   Введение новых видов наказаний и указание о том, что лишение свободы отбывается в пенитенциарных учреждениях (ст. 72 УК), а не в колониях, как по УК 1961 года, потребовало от законодателя предусмотреть меры, направленные на их реализацию с учетом, прежде всего, экономических возможностей государства. Поэтому в Законе о введении в действие Уголовного кодекса Республики Молдова применительно, например, к положениям УК о наказаниях в виде неоплаченного труда в пользу общества и ареста установлено, что они «вступают в силу по мере создания необходимых условий для исполнения данных видов наказания, однако не позднее 1 января 2004 года» (см. также ст. 7 этого Закона, отсрочивающую переход к исполнению наказания в виде лишения свободы в пенитенциарных учреждениях до момента создания таких учреждений).
   К юридическим лицам согласно статье 63 УК могут применяться только 3 вида наказаний:
   a) штраф;
   b) лишение права заниматься определенной деятельностью;
   c) ликвидация.
   Штраф применяется в качестве основного наказания, а лишение лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, права заниматься определенной деятельностью и его ликвидация – в качестве как основных, так и дополнительных наказаний.
   Подробной регламентации в молдавском УК подверглись не только вопросы назначения (индивидуализации) наказания, но и вопросы освобождения от уголовной ответственности (статьи 53–60 УК) и наказания (статьи 89–97 УК), в том числе с немалым числом элементов новизны. Например, в институте освобождения от уголовной ответственности появился такой вид, как условное освобождение от уголовной ответственности. Данная мера применяется в соответствии со статьей 59 УК в отношении лица, обвиняемого в совершении незначительного преступления или преступления средней тяжести, признавшего свою вину и не представляющего общественной опасности, путем условного прекращения уголовного преследования с последующим освобождением его от уголовной ответственности в соответствии с уголовной процедурой, если исправление такого лица возможно без применения уголовного наказания.
   Вместо формулы «не подлежит уголовной ответственности», вытекавшей из положений статьи 16 УК 1961 года, глава об освобождении от уголовной ответственности дополняется статьей 56, предусматривающей освобождение от уголовной ответственности в связи с добровольным отказом от совершения преступления. Такое решение, как представляется, соединяет в себе и правильный, и не совсем точный подходы. Правильный – в отношении действий, образующих покушение, когда лицо добровольно отказалось от доведения преступления до конца. Не совсем точный – в отношении приготовительных действий к незначительным преступлениям, которые согласно части (2) статьи 26 УК вообще не влекут уголовной ответственности. Следовательно, в последнем случае не может вставать вопрос об освобождении от уголовной ответственности за такие действия при добровольном отказе.
   Норма об освобождении от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием при совершении незначительных преступлений или преступлений средней тяжести, впервые появившаяся в Общей части УК, дополняется нормами Особенной части, в которых предусматриваются специальные условия освобождения от уголовной ответственности либо смягчения наказания за конкретные преступления. К ним относится немалое число поощрительных норм (часть (4) статьи 217, части (5) и (6) статьи 278, часть (4) статьи 280, часть (2) статьи 281, часть (3) статьи 290, часть (4) статьи 325, часть (3) статьи 334, часть (2) статьи 337, часть (5) статьи 371 УК). Такая же норма имеется и в одной из статей Общей части (см. часть (6) статьи 47 УК).
   Думается, вполне обоснованно молдавский законодатель пошел на введение в УК новой главы – главы Х «Меры безопасности». Аналоги такого решения имеются в зарубежном законодательстве (см., например, раздел IV «Меры безопасности» УК Испании[30]). К числу мер безопасности относятся принудительные меры медицинского характера, принудительные меры воспитательного характера, высылка и уже характеризовавшаяся выше специальная конфискация. Как указано в части (1) статьи 98 УК, они «имеют целью устранение опасности и предупреждение совершения деяний, предусмотренных уголовным законом», что, полагаю, не в полной мере распространяется на специальную конфискацию. Высылка как вид наказания, исключенная из УК 1961 года в 1992 году[31], возродилась в новом УК в качестве меры безопасности, применяемой в отношении иностранных граждан и лиц без гражданства, осужденных за совершение преступления, и заключающейся в запрете дальнейшего пребывания на территории страны (статья 105 УК).
   Такие традиционные основания освобождения от уголовной ответственности и наказания, как амнистия, помилование, погашение или снятие судимости, получили в УК 2002 года наименование оснований, устраняющих уголовную ответственность или последствия осуждения. Их перечень был пополнен новым основанием – примирением. Согласно части (1) статьи 109 УК «примирение является актом, посредством которого устраняется уголовная ответственность за незначительное преступление или преступление средней тяжести». Тем самым в УК нашло масштабное отражение частное начало в сфере применения уголовной ответственности или иначе – признак диспозитивности, согласно которому решение вопроса о привлечении лица к уголовной ответственности отдается на усмотрение лица, пострадавшего от преступления, или его законного представителя. О том, что этот принцип затрагивает большинство норм, содержащихся в Особенной части УК, говорят, в частности, такие цифры: 14 из 19 статей, предусматривающих ответственность за преступления против жизни и здоровья личности, содержат упоминание о преступлениях, относящихся к категории незначительных или средней тяжести, 13 из 14 статей, предусматривающих ответственность за преступления против собственности, упоминают о таких преступлениях.
   Выработанные наукой уголовного права и судебной практикой правила квалификации преступления изложены в виде правовых норм, сведены воедино и представлены в УК в виде самостоятельной главы (глава XII «Квалификация преступлений»). Такое законодательное решение, на мой взгляд, заслуживает всяческого внимания и поддержки, будучи, вне всякого сомнения, фактором, способствующим единообразному применению уголовного закона. То обстоятельство, что «правила квалификации преступлений не являются неизменными и зависят от изменения уголовного закона»[32], ни в коей мере не препятствует их включению в текст уголовного закона. Наиболее общие правила квалификации преступлений, основанные на принципах и иных общих положениях уголовного права, должны находить закрепление в уголовном законе, что в той или иной степени характерно для уголовного законодательства большинства государств. И если такие правила являются общепризнанными, устоявшимися, столь значимы для правоприменения, почему их не включить в текст закона? Поскольку же они образуют некую общность, обусловленную единством предмета правового регулирования, а объем указанных правил не так уж мал, то вполне оправданным и убедительным выглядит решение об объединении этих правил в рамках одной главы.
   Молдавский уголовный закон определяет понятие квалификации преступлений (часть (1) статьи 113 УК) и понятие официальной квалификации преступлений, которая производится лицами, осуществляющими уголовное преследование, и судьями (часть (2) статьи 113 УК), закрепляет правила квалификации преступлений при совокупности преступлений и конкуренции уголовных норм (статьи 114, 115 УК). Правила квалификации преступлений при конкуренции общих и специальных норм, двух специальных норм, части и целого изложены в трех самостоятельных статьях (см. статьи 116–118 УК). Несмотря на выделение самостоятельной главы, посвященной квалификации преступлений, отдельные правила квалификации преступлений предусмотрены также в иных глава кодекса (см., например, часть (3) статьи 24 УК (правила квалификации приготовления к преступлению и покушения на преступление), статью 28 УК (правила квалификации единичного преступления).
   Новый уголовный закон отказался от примечаний к статьям, имевшихся в УК 1961 года, – структурного элемента, свойственного Уголовным кодексам советских государств, сохраненного во многих из них (Россия, Казахстан, Украина и др.) и развитого в УК Республики Беларусь (примечания сопровождают не только статьи, но и главы и разделы УК). Отказ от примечаний молдавский законодатель компенсировал введением в Общую часть в качестве заключительной главы XIII, получившей название «Значение некоторых терминов или выражений в настоящем Кодексе». По сути, эта глава, состоящая из 16 статей, содержит словарь терминов и выражений, используемых в УК (приводится определение 20 терминов и выражений, употребляемых в уголовном законе). Наряду с этим отдельные термины, общие для ряда статей кодекса, определены в тех или иных статьях (см., например, часть (4) статьи 186 УК). Встав на путь государств, пошедших на законодательное определение понятий и выражений, используемых в УК, посредством введения в уголовный закон самостоятельных разделов, глав или статей (см., например, УК Голландии, ФРГ[33], Австрии[34], Польши[35], Белоруссии, Болгарии), Молдова, представляется, создает надежную основу для строгого, точного и единообразного применения нового уголовного закона. Подобная законодательная практика европейских и не только европейских государств (см., например, раздел восьмой УК Узбекистана «правовое значение терминов», содержащий определение 45 терминов) становится все более распространенной и, по моему мнению, заслуживает одобрения.
   3. Как было отмечено ранее, Особенную часть УК открывает глава I «Преступления против мира и безопасности человечества, военные преступления», состоящая из 9 статей (статьи 135–144 УК).
   Потребность в криминализации вредных деяний, перечисленных в главе I, думается, обусловлена обязательствами республики перед международным сообществом в области предупреждения и пресечения международных преступлений (геноцид и др.), преступлений международного характера или транснациональных преступлений (проявления международного терроризма и др.) и существенных и иных нарушений норм международного гуманитарного права (МГП), именуемых военными преступлениями (наемничество и др.). Основу норм, предусматривающих уголовную ответственность за рассматриваемые преступления, составили положения международного права, в том числе МГП, имплементированные молдавским законодателем в национальное законодательство (Устав ООН, Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказания за него 1948 года, о предотвращении и наказании преступлений против лиц, пользующихся международной защитой, в том числе дипломатических агентов, 1973 года, о запрещении военного или любого враждебного использования средств воздействия на природную среду 1976 года, о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наемников 1989 года, четырех Женевских конвенций 1949 года, двух Дополнительных протоколов к ним 1977 года и др.). Включение этих норм в УК явилось подтверждением приверженности Республики Молдова общепризнанным принципам и нормам международного права, отраженной в преамбуле и части (1) статьи 8 Конституции.
   Согласно части (3) статьи 11 УК иностранные граждане и лица без гражданства, не проживающие постоянно на территории Республики Молдова, совершившие за пределами Республики Молдова преступления против мира и безопасности человечества, военные преступления, несут уголовную ответственность в соответствии с УК и привлекаются к уголовной ответственности на территории Республики Молдова, если только они не были подвергнуты наказанию в иностранном государстве. В силу части (8) статьи 60 УК не применяется давность в отношении лиц, совершивших преступления против мира и безопасности человечества, военные преступления.
   Из преступлений, содержащихся в рассматриваемой главе, только пропаганда войны была предусмотрена УК 1961 года (статья 68). Пропаганда войны среди несовершеннолетних была криминализирована в 1997 году (см. статью 2232 УК 1961 г.)[36] и сохранена в УК 2002 года (см. статью 210 УК).
   Обращает на себя внимание, что подразделение в названии главы преступлений этой группы на преступления против мира и безопасности человечества и на военные преступления не выдержано внутри главы. Так, за идущими первыми в этой главе геноцидом и экоцидом (статьи 135 и 136 УК) – преступлениями против мира и безопасности человечества следуют бесчеловечное обращение и нарушения международного гуманитарного права (статьи 137 и 138 УК), являющиеся военными преступлениями, затем располагаются два преступления против мира и безопасности человечества (планирование, подготовка, развязывание или ведение войны – статья 139 УК и пропаганда войны – статья 140 УК), после них – военное преступление (наемничество – статья 141 УК), а за ним – преступление против мира и безопасности человечества (нападение на лиц или учреждения, пользующиеся международной защитой – статья 142 УК).
   Вряд ли удачно использование в статьях 139 и 140 УК термина «война» без прилагательного «агрессивная». Дело в том, что частью (3) статьи 32 Конституции «запрещаются и наказываются законом… призывы к агрессивной войне…» Согласно же статей 42 и 51 Устава ООН государства имеют право на индивидуальную или коллективную самооборону от агрессии, в том числе путем использования мер военного характера, т. е. на ведение оборонительной войны. Агрессивная же война, как указано в Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 3314 (XXIX) от 14 декабря 1974 года, является преступлением против международного мира. Для правильного понимания указанных норм УК потребуется применение уже упоминавшейся нормы части (3) статьи 1 УК, говорящей о приоритете положений Конституции и международных актов, одной из сторон которых является Республика Молдова.
   Представляется неудачным отнесение к числу воинских, а не военных, таких преступлений, как грубое нарушение международного гуманитарного права в период военных конфликтов (статья 391 УК) и вероломное использование эмблемы Красного Креста в качестве защитного средства в период вооруженного конфликта (статья 392 УК). Из названия и содержания данных статей усматривается, что описанные в них преступления относятся к разряду военных, поскольку связаны с нарушением МГП. Данное обстоятельство учтено в уголовном законодательстве многих государств с различными правовыми системами. Так, к категории военных преступлений относят указанные деяния УК Испании (статьи 610–612), Польши (статья 126), России (статья 356), Белоруссии (статьи 136, 138), Уголовный закон Латвии (статьи 74, 75, 79).
   Единодушное, в целом негативное отношение мирового сообщества к клонированию человека принято во внимание молдавским законодателем и впервые установлена уголовная ответственность за «создание человеческих существ путем клонирования» (статья 144 УК), рассматриваемого как тяжкое преступление.
   В главе II «Преступления против жизни и здоровья личности» на первом месте помещены преступления против жизни человека. Выделяются «простое» убийство (часть (1) статьи 145 УК), убийство при отягчающих обстоятельствах (части (2) и (3) статьи 145 УК) и убийство при смягчающих обстоятельствах: в состоянии аффекта и детоубийство, т. е. убийство матерью новорожденного ребенка во время родов или непосредственно после них в состоянии вызванного родами физического и психического расстройства с помрачением сознания (соответственно статьи 146 и 147 УК). Особое внимание, которое уделяется защите матери, детей и молодежи (см. часть (1) статьи 50 Конституции: «Мать и ребенок имеют право на особую помощь и защиту»), сказалось, по-видимому, на установлении повышенной ответственности за убийство женщины, заведомо находившейся в состоянии беременности и заведомо несовершеннолетнего: лишение свободы на срок от 20 до 25 лет или пожизненное заключение (пункты c) и d) части (3) статьи 145 УК). Замечу, что такое же наказание грозит виновному за убийство мужа (жены) или близкого родственника, что не было известно УК 1961 года.
   Термин убийство не применяется для оценки лишения жизни человека по желанию лица (эвтаназия) – преступления, впервые предусмотренного уголовным законом Молдовы (статья 148 УК), а также для лишения жизни по неосторожности (статья 149 УК). Санкция за эвтаназию аналогична санкции за детоубийство.
   Вновь восстановлена уголовная ответственность за умышленное причинение легкого телесного повреждения или иного легкого вреда здоровью (статья 153 УК), которая была ликвидирована Законом от 9 декабря 1994 года[37]. Состав истязания (статья 101 УК 1961 года) трансформировался в состав умышленного нанесения побоев или совершение иных насильственных действий, не повлекших причинения телесных повреждений или иного вреда здоровью (см. статью 154 УК), что свидетельствует о явном расширении уголовной ответственности за насильственные посягательства на человека.
   Впервые криминализировано принуждение лица к изъятию органов или тканей с целью трансплантации (статья 158 УК).
   Наконец-то получило исчерпывающую характеристику в самом уголовном законе незаконное производство аборта (статья 159 УК), известное УК 1961 года. Аборт признается криминальным только при условии, что он совершен:
   a) вне медицинских учреждений или медицинских кабинетов, имеющих соответствующее разрешение;
   b) лицом, не имеющим специального высшего медицинского образования;
   c) при сроке беременности более 12 недель;
   d) при наличии у потерпевшей медицинских противопоказаний к осуществлению подобной операции;
   e) в антисанитарных условиях.
   Подтверждено ранее принятое законодателем решение о криминализации незаконного осуществления врачом хирургической стерилизации (статья 160 УК) и осуществления врачом искусственного оплодотворения или имплантации эмбриона без согласия пациентки, выраженного в письменной форме (статья 161 УК). Подход молдавского законодателя к установлению уголовной ответственности за клонирование человека, незаконную стерилизацию, искусственное оплодотворение и имплантацию эмбриона близок к решению этих вопросов, например, в испанском уголовном законе, криминализировавшем ряд сходных деяний, получивших в разделе V УК Испании название «генетических манипуляций», а также в эстонском уголовном законе (см. статьи 120, 1201, 1202 УК).
   В небольшой по количеству статей главе «Преступления против свободы, чести и достоинства личности» (7 статей) модифицированы составы похищения человека, торговли людьми и незаконного лишения свободы (статьи 164–166 УК). Для этих целей использованы метод уточнения признаков состава преступления, слияния нескольких составов преступлений в один состав (например, статьи 1131 и 1132 УК 1961 г. объединены в УК 2002 года в одну статью 165) и разнообразия отягчающих обстоятельств.
   Новеллами являются статьи 167 и 168 УК. Имея в виду положения Женевской Конвенции о рабстве 1926 года, Конвенции МОТ (№ 29) о принудительном труде 1932 года, Дополнительной Конвенции об упразднении рабства, работорговли и институтов и обычаев, сходных с рабством, 1956 года и других международных актов, Молдова ввела уголовную ответственность за рабство и условия, сходные с рабством, а также за принудительный труд.
   Усилена наказуемость незаконного помещения в психиатрическую больницу (статья 169 УК), в том числе и посредством введения квалифицированного состава этого преступления. Отчасти декриминализирована клевета. Теперь уголовной ответственности будет подлежать только клевета (распространение заведомо ложных измышлений, порочащих другое лицо), сопряженная с обвинением в совершении особо тяжкого или чрезвычайно тяжкого преступления либо повлекшая тяжкие последствия (статья 170 УК).
   Преступления, относящиеся к половой сфере (глава IV), изложены в 5 статьях. Эти преступления были представлены и в УК 1961 года. Новый уголовный закон несколько иначе решил ряд вопросов, относящихся к характеристике признаков составов этих преступлений и их наказуемости. Например, признак «использование беспомощного состояние потерпевшей (потерпевшего)» (статьи 102, 1031, 106 УК 1961 года) заменен признаком «использование невозможности защитить себя или выразить свою волю» (статьи 171, 172 УК 2002 года), составы насильственного удовлетворения половой страсти в извращенных формах и принудительного мужеложства (статьи 1031 и 106 УК 1961 года) объединены в состав насильственных действий сексуального характера (статья 172 УК), увеличено количество обстоятельств, отягчающих изнасилование и насильственные действия сексуального характера.
   Возрастной порог в 16 лет, предусмотренный УК 1961 года для полового сношения с несовершеннолетними и совершения в отношении их развратных действий, понижен. В статьях 174 и 175 предусмотрено, что указанные действия влекут уголовную ответственность при условии, что совершены с лицом (в отношении лица), заведомо не достигшим 14 лет. В уголовном законодательстве других государств эти вопросы решены самым различным образом. Так, в частности, в УК Казахстана, Эстонии такое понижение возраста потерпевшего до 14 лет связывается только с развратными действиями (развращением малолетних) и сохраняется табу с угрозой уголовной ответственности для совершения половых сношений и иных действий сексуального характера с несовершеннолетними, заведомо не достигшими 16 лет.
   Группа преступлений против политических, трудовых и других конституционных прав граждан (глава V), сохраняет преемственность с УК 1961 года, имеет в основе не только нормы Конституции республики, но и основополагающие международно-правовые акты в области прав человека (Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 года и др.).
   Например, статья 176 УК «Нарушение равноправия граждан» создана на базе статей 71 «Нарушение национального и расового равноправия» и 1341 «Нарушение языкового равноправия» УК 1961 года. В ее основу положены соединенные в единое целое, дополняющие друг друга предписания части (2) статьи 16 Конституции и статьи 26 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года. Статья 178 УК «Нарушение тайны переписки» при описании признаков состава преступления исходит из предписаний статьи 30 Конституции. Правда, как представляется, эта конституционная норма была реализована в уголовном законе не в полном объеме. Согласно Конституции государство обеспечивает тайну не только писем, телеграмм и других почтовых отправлений (в статье 178 УК перечень почтовых отправлений дополнен посылками, что не противоречит Конституции), но и тайну телефонных переговоров и иных законных видов связи (статья 178 УК не упоминает об иных законных видах связи). Указанный пробел в силу запрета на расширительное толкование уголовного закона (см. часть (2) статьи 3 УК) не может быть восполнен иначе как соответствующим дополнением статьи 178 УК в установленном порядке.
   Реализуя норму статьи 28 Конституции, согласно которой «государство уважает и охраняет интимную, семейную и частную жизнь», уголовный закон Молдовы впервые устанавливает уголовную ответственность за незаконное собирание или умышленное распространение охраняемых сведений о частной жизни, составляющих личную или семейную тайну другого лица, без его согласия (статья 177 УК).
   Понятно, что не все права граждан, предусмотренные Конституцией, должны гарантироваться государством с использованием средств уголовной репрессии, в качестве таких гарантий могут выступать и иные меры, не обязательно правовые. Этим, видимо, объясняется невключение в новый УК таких преступлений, как преследование граждан за критику (статья 1401, введенная в УК в 1985 году) и нарушение законодательства о петициях (статья 1402, введенная в УК в 1994 году), при установлении уголовной ответственности за которые (сохранении уголовной ответственности – применительно к статье 1401 УК) законодатель исходил из предусмотренного статьей 52 Конституции права на подачу петиций.
   Традиционно и в то же время по-новому решены вопросы уголовной ответственности за преступления против собственности (глава VI). К числу форм хищения имущества, отличающихся друг от друга способом совершения преступления, отнесены кража, грабеж, разбой, шантаж (вымогательство, если пользоваться терминологией УК 1961 года и УК многих постсоветских государств), мошенничество, хищение путем присвоения чужого имущества (статьи 186–191 УК). В качестве вида кражи выделяется карманная кража как «действие с целью хищения у другого лица ценностей из карманов, сумок или из других находящихся у лица предметов» (статья 192 УК)[38]. Если размер похищенного имущества является крупным или особо крупным, то хищения имущества всех форм, предусмотренные статьями 186–192 УК, подлежат квалификации соответственно по части (1) или (2) статьи 195 УК. Критерии, по которым можно определить величину указанных размеров имущества, не установлены.
   Предметом хищений определено имущество. Согласно статьям 284 и 285 ГК Молдовы имуществом признается совокупность принадлежащих определенным физическим и юридическим лицам имущественных прав и обязанностей (поддающихся оценке в денежном выражении), рассматриваемых как сумма активных и пассивных ценностей, тесно связанных между собой. Все вещи физического или юридического лица входят в состав его имущества. Вещами признаются все предметы, которые могут быть индивидуальной или коллективной принадлежностью, и имущественные права, а предметами – материальные объекты, в отношении которых могут существовать гражданские права и обязанности.
   Так же как и в УК 1961 года, в новом УК выделяется грабеж ненасильственный и насильственный (с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья лица, либо с угрозой применения такого насилия – п. е) части (2) статьи 187 УК), от чего отказались, например, Россия, Белоруссия, ранее предусматривавшие состав квалифицированного грабежа по признаку применения указанного насилия или угрозы его применения, а ныне переведшие насильственный грабеж в разряд разбоя.
   Проблема выделения хищения энергии в специальный состав преступления, спорная в советской уголовно-правовой науке, была решена положительно молдавским законодателем еще в 1996 году. В новом УК такой состав преступления выделен посредством создания самостоятельной статьи, предусматривающей ответственность за хищение электрической или тепловой энергии или газа, причинившее ущерб в крупных размерах (статья 194 УК). Правда, без указания способа, с использованием которого можно совершить такое хищение. Схожим образом решен этот вопрос, например, в статье 311-2 УК Франции, § 132 УК Австрии, § 248c УК ФРГ, § 276 УК Дании[39]. Величина крупного ущерба в статье 194 и других статьях УК, где речь идет о таком ущербе, установлена частью (1) статьи 126 УК в размере 500 условных единиц на момент совершения преступления. В его содержание входит как реальный ущерб, так и упущенная выгода (часть (2) статьи 126 УК).
   Особенностью УК является отсутствие в рассматриваемой главе норм о хищениях, отягченных особым предметом – наркотическими, психотропными, ядовитыми, сильнодействующими, радиоактивными, взрывчатыми веществами, огнестрельным оружием или боеприпасами, характерное, например, для Уголовного закона Латвии (статьи 175, 176 и др.), равно как и отсутствие в других главах УК специальных норм, предусматривающих ответственность за хищение таких веществ и предметов, известных УК России, Эстонии, Белоруссии и других постсоветских государств. С учетом особенностей такого законодательного решения хищение указанных веществ и предметов будет влечь уголовную ответственность в соответствии с общими нормами о хищениях имущества. В то же время законодатель не отказался от выделения среди альтернативных действий с документами, печатями, штампами или бланками хищения этих документов или предметов (см. статью 360 УК).
   Отдельная статья главы VI посвящена незаконному полному или частичному завладению чужой недвижимостью (статья 193 УК), не известная УК 1961 года. Статья 288 ГК Молдовы относит к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) земельные участки, участки недр, обособленные водные объекты, многолетние насаждения, здания, сооружения и любые другие объекты, прочно связанные с землей, а также все то, что естественно или искусственно включено в их состав, т. е. вещи, перемещение которых без причинения существенного ущерба их назначению невозможно. К недвижимым вещам законом могут быть отнесены и другие вещи.
   Причинение ущерба в крупном размере в результате незаконного использования помимо созданных в установленном порядке систем учета либо через такие системы, поврежденные потребителем, влечет ответственность по статье 194 УК, а причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием – по статье 196 УК. Коллизия между этими нормами в силу части (2) статьи 116 УК разрешается в пользу применения статьи 194 УК.
   Со значительными изменениями в УК введены статьи, предусматривающие ответственность за умышленное или по неосторожности уничтожение или повреждение имущества, приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем, и преступно-небрежное отношение к охране имущества собственника (статьи 197–200 УК).
   Первую строку в ряду преступлений против семьи и несовершеннолетних (глава VII) занимает кровосмешение или иначе, инцест – преступление известное, например, УК Швейцарии (статья 213) и Польши (статья 201). Введение специальной ответственности за данное преступление осуществлено Молдовой впервые.
   Традиционно выглядит описание уклонения от уплаты алиментов или от содержания детей, а равно оказания материальной помощи родителям или мужу (жене). Определение уклонения от выполнения этих обязанностей с использованием оценочного признака «злостное», думается, сохраняет проблему его неоднозначного определения в правоприменении (статьи 202, 203 УК). Посредством выделения квалифицированного состава преступления дифференцирована ответственность за разглашение тайны усыновления (статья 204 УК). Извлечение наживы путем получения вознаграждения за дачу согласия на усыновление или в других целях, связанных с усыновлением, влечет уголовную ответственность в соответствии со статьей 205 УК.
   В сравнении со статьей 1131 УК 1961 года детально прописаны действия, связанные с вербовкой, перевозкой, передачей, укрывательством или получением ребенка, дачей или принятием платежей или выгод для получения согласия лица, контролирующего ребенка (торговля детьми). В статье 206 УК, предусматривающей ответственность за данное преступление, подробно изложены признаки, характеризующие субъективную сторону преступления, введено немалое число квалифицирующих признаков и значительно усилена наказуемость этого преступления (по части (3) статьи 206 УК предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок от 20 до 25 лет или пожизненное заключение). Непосредственно в законе указаны признаки, по которым следует отличать торговлю детьми от незаконного вывоза детей из страны (см. статью 207 УК): в иных целях, чем указано в статье 206 УК. Усилена наказуемость этого преступления: нижняя граница безальтернативного наказания в виде лишения свободы поднята с 5 до 7 лет.
   Более дифференцированную ответственность в сравнении с УК 1961 года влекут различные действия по вовлечению несовершеннолетних в преступную деятельность или склонению их к аморальным действиям (статья 208 УК), в незаконное потребление наркотиков, лекарственных средств или иных веществ, обладающих одурманивающим действием (статья 209 УК). Сохранена введенная в 1997 году в связи с известными событиями уголовная ответственность за вовлечение несовершеннолетних в военные действия, равно как и за пропаганду войны в их среде (статья 210 УК).
   Из 12 статей, посвященных преступлениям против общественного здоровья и общежития (глава VIII), только одна (статья 218) является новеллой.
   Законодатель декриминализировал уклонение от лечения венерической болезни и поставление в опасность ее заражения, сохранил уголовную ответственность за заражение венерической болезнью (статья 211 УК), заведомое поставление в опасность заражения и заражение заболеванием СПИД (части (1), (2) и (3) статьи 212 УК) и ввел уголовную ответственность за заражение заболеванием СПИД вследствие невыполнения или ненадлежащего выполнения медицинским работником своих профессиональных обязанностей (часть (4) статьи 212 УК).
   В лучшую сторону претерпела изменения статья 216 УК, предусматривающая ныне ответственность за производство (фальсификацию), транспортировку, хранение или реализацию продуктов (товаров), опасных для жизни или здоровья потребителей, повлекшие тяжелые заболевания или смерть человека.
   В статье 217 УК более чем обстоятельно описаны действия, охватываемые понятием «незаконный оборот наркотических, психотропных веществ или прекурсоров» (20 видов альтернативных действий). Однако едва ли обоснованным было сохранение уголовной ответственности за потребление таких веществ без соответствующего разрешения, введенной в Молдове еще в 80-е годы прошлого века. Из числа бывших советских республик, пожалуй, только Украина предусмотрела подобную меру в статье 316 УК. Но основанием криминализации в Украине послужил не сам факт незаконного потребления лицом наркотических или психотропных веществ как таковой, а их потребление либо публичное, либо группой лиц и при этом не где-либо, а обязательно в местах массового пребывания граждан.
   Устраняя пробел в уголовном законе, законодатель ввел уголовную ответственность за незаконное назначение врачом наркотиков или психотропных препаратов и фальсификацию рецепта или другого документа, позволяющего получить наркотические и психотропные препараты или вещества (статья 218 УК). Аналоги этому решению имеются в законодательстве других государств (см., например, статью 233 УК России, статью 259 Уголовного закона Латвии, статью 239 УК Азербайджана) и могут быть рекомендованы для использования законодателями тех государств, в которых указанный пробел в уголовном законе сохранился (например, Белоруссия).
   Декриминализированы организация или содержание притонов для одурманивания с использованием средств, не относящихся к наркотическим (часть (3) статьи 222 УК 1961 года), сохранена и дифференцирована ответственность за организацию или содержание притонов для потребления наркотических или психотропных веществ, а равно предоставление помещений для этих целей (статья 219 УК). Вредные действия, связанные с проституцией и именуемые сутенерством, влекут ответственность по статье 220 УК. Интересно отметить, что, используя один и тот же термин для обозначения преступления («сутенерство»), законодатели разных стран по-разному его определяют (см., например, статью 165 Уголовного закона Латвии, часть (4) статьи 303 УК Украины) либо не определяют вовсе (например, статья 171 УК Республики Беларусь). Некоторые государства, криминализируя действия, связанные с проституцией, не употребляют для их обозначения термин «сутенерство» (например, Россия, Эстония).
   Менее строгой стала наказуемость умышленного разрушения или порчи памятников истории и культуры и природных объектов, взятых под охрану государства (статья 221 УК). К числу предметов преступления, предусмотренного статьей 222 УК «Надругательство над могилой», наряду с могилой стали относиться памятник, погребальная урна и труп, а в целях дифференциации уголовной ответственности введен квалифицированный состав этого преступления.
   Новой является не только глава IX «Экологические преступления», но и 5 из 13 статей этой главы, ранее не известных молдавскому уголовному закону. Так, впервые установлена уголовная ответственность за нарушение требований экологической безопасности (статья 223 УК), умышленное сокрытие или предоставление недостоверных данных о загрязнении окружающей среды (статья 225 УК), неисполнение обязанностей по ликвидации последствий экологических нарушений (статья 226 УК), загрязнение почв (статья 227 УК) и нарушение режима управления и защиты природных территорий, охраняемых государством (статья 235 УК). Установление уголовной ответственности за названные и иные вредные деяния, причиняющие вред окружающей среде, следует рассматривать в качестве одной из гарантий конституционного права граждан на благоприятную окружающую среду, закрепленного в статье 37 Конституции.
   В подавляющем большинстве случаев нарушение предусмотренных не уголовно-правовыми нормами правил поведения, обеспечивающих безопасность окружающей среды (почв, недр, воздуха, воды, животного мира и др.), жизни и здоровья людей признается молдавским законодателем преступлением лишь при условии, что в результате таких нарушений причиняется умышленно или по неосторожности существенный вред окружающей среде, здоровью населения, наступает массовая гибель животных и иные тяжкие последствия. Лишь в одном случае (нарушение правил оборота радиоактивных, бактериологических и токсических веществ, материалов и отходов – статья 224 УК) ответственность устанавливается при условии, что указанные нарушения создают реальную угрозу причинения существенного вреда здоровью населения или окружающей среде. Как альтернатива причинению крупного ущерба от незаконной порубки деревьев и кустарников лесного фонда или природных территорий, охраняемых государством, уголовная ответственность за такую порубку вне зависимости от причиненного ущерба установлена также для лиц, ответственных за охрану и защиту леса (статья 231 УК).
   Глава X «Экономические преступления» состоит из 23 статей. Только 3 из них являются новеллами: статья 242 «Псевдопредпринимательство», статья 243 «Отмывание денег» и статья 247 «Понуждение к заключению сделки или к отказу от ее заключения». Большинство из статей этой главы либо были введены в УК, либо претерпели существенные изменения в последнее десятилетие перед принятием нового УК, а в УК 2002 года подверглись соответствующей реорганизации, в том числе связанной с пробелами и недочетами, выявленными практикой их применения.
   К разряду преступлений против порядка обращения денег, ценных бумаг и платежных средств могут быть отнесены преступления, предусмотренные статьями 236, 237 и 245 УК. Они устанавливают ответственность за изготовление с целью сбыта или сбыт поддельных денег, ценных бумаг и платежных документов, а также за злоупотребления при выпуске ценных бумаг.
   Посягающими на нормальную деятельность финансово-бюджетной и денежно-кредитной систем являются получение кредита путем обмана (статья 238 УК), нарушение правил кредитования (статья 239 УК), использование не по назначению средств внутренних или внешних кредитов, предоставленных под гарантию государства (статья 240 УК), уклонение предприятий, учреждений и организаций от уплаты налогов (статья 244 УК), уклонение от уплаты таможенных платежей (статья 249 УК) и перевозка, хранение или реализация подакцизных товаров без маркировки их контрольными или акцизными марками (статья 250 УК). Лишь одно из указанных деяний определено в законе как преступление, влекущее ответственность независимо от того, наступил ли желаемый виновным результат, был ли причинен ущерб вследствие совершения деяния. Так, в отличие, например, от УК России состав получения кредита путем обмана сформулирован как формальный: получение или неполучение кредита (увеличение его размера или получение на льготных условиях) находится за рамками состава и не оказывает влияния на квалификацию этих действий в качестве оконченного преступления (схожим образом решен вопрос, например, в УК Республики Беларусь). Уголовная же ответственность представителя кредитора – финансового учреждения за предоставление кредита с умышленным нарушением правил кредитования наступает только при условии причинения этому учреждению ущерба в крупном размере (статья 239 УК). В качестве материального сконструированы также составы преступлений, предусмотренных статьями 240, 244, 249 и 250 УК.
   Установленный порядок осуществления предпринимательской деятельности является непосредственным объектом незаконного занятия предпринимательской деятельностью (статья 241 УК) и псевдопредпринимательства (статья 242 УК).
   Гражданский кодекс республики не содержит определения понятия «предпринимательская деятельность». Из содержания статей 26 и 60 этого кодекса можно заключить, что предпринимательская деятельность является незаконной, если она осуществлялась без государственной регистрации либо без лицензии, когда наличие такой лицензии обязательно в соответствии с законом. Занятие предпринимательством может быть незаконным и ввиду запрещения того или иного вида деятельности законом для защиты национальной безопасности, охраны общественного порядка, общественного здоровья или морали, прав и свобод граждан и в иных случаях, предусмотренных статьей 54 Конституции. Законодательное определение понятия незаконного занятия предпринимательской деятельностью, использованного в статье 241 УК, приведено в статье 125 УК. Под ним понимается: «а) осуществление предпринимательской деятельности без регистрации (перерегистрации) в уполномоченных на то органах; b) осуществление видов деятельности, запрещенных законодательством; с) осуществление предпринимательской деятельности через филиалы, представительства, отделения, отделы, секции, магазины, склады, торговые точки и иные подразделения, не зарегистрированные в установленном законодательством порядке; d) осуществление предпринимательской деятельности без использования товарного знака и без указания в документах фискального кода в случае, когда их использование или указание предусмотрено законодательством, или осуществление этой деятельности с использованием чужого или фальшивого фискального кода».
   Весьма скромно в отличие от УК других государств представлены преступления против порядка осуществления экономической деятельности, связанной с экономической несостоятельностью (банкротством). УК 2002 года выделяет только два преступления: умышленную несостоятельность (ст. 252 УК) и фиктивную несостоятельность (ст. 253 УК), влекущие ответственность лишь при условии причинения кредитору ущерба в крупном размере. Более широк охват действий, относящихся к криминальному банкротству, например, в УК Азербайджана, Грузии[40] и России (3 статьи), Белоруссии (4 статьи).
   Более чем краткое описание признаков, характеризующих отмывание денег (статья 243 УК): «совершение законных финансовых операций с денежными средствами или иными ценностями, заведомо добытыми незаконным путем», как представляется, создаст трудности отграничения этого преступления от приобретения или сбыта имущества, заведомо добытого преступным путем, предусмотренного статьей 199 УК. К тому же, думается, молдавский законодатель повторил ошибку российского законодателя, вначале установившего в статье 174 УК уголовную ответственность за отмывание имущества, приобретенного заведомо незаконным путем, а затем скорректировавшего свою позицию посредством замены его более узким по объему понятием «имущества, заведомо приобретенного преступным путем»[41]. Тем самым уголовный закон был приведен в соответствие с положениями международного права, отраженными в Европейской конвенции об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности 1990 года и Палермовской конвенции ООН против транснациональной организованной преступности 2000 года.
   Преступл ения в сфере информатики также впервые выделены в самостоятельную главу (глава XI). Три статьи этой главы (статьи 259–261 УК) имеют в своей основе три статьи УК 1961 года (статьи 1761, 1766 и 1767). Они предусматривают уголовную ответственность за несанкционированный доступ к компьютерной информации, внесение или распространение вредоносных компьютерных программ и нарушение правил безопасности информационных систем. Только одно из них (внесение или распространение вредоносных компьютерных программ) относится к числу так называемых формальных преступлений, остальные влекут ответственность лишь при наличии последствий, предусмотренных в статьях 259, 261 УК.
   Сведенные в главе XII, состоящей из 16 статей, транспортные преступления представляют широкий спектр деяний, причиняющих вред отношениям в сфере безопасности воздушного, железнодорожного, водного и автомобильного транспорта.
   Новеллами являются статьи 266, 276 и 277 УК. Уголовная ответственность за оставление места транспортного происшествия предусмотрена для лица, управлявшего транспортным средством и нарушившим правила безопасности движения или эксплуатации транспортных средств, в случае причинения тяжкого вреда здоровью или смерти человеку либо смерти двум и более лицам (статья 266 УК). Фальсификация идентификационных элементов автотранспортного средства (серия или номер шасси, кузова или двигателя) наказуема статьей 276 УК, а использование автотранспортного средства с заведомо фальсифицированными идентификационными элементами – по статье 277 УК.
   Молдова сохранила уголовную ответственность за самовольную без надобности остановку поезда (статья 270 УК). Предусмотрена также ответственность за умышленное блокирование транспортных путей (статья 271 УК) и понуждение работника железнодорожного, водного, воздушного или автомобильного транспорта к невыполнению своих служебных обязанностей (статья 272 УК), введенные соответственно в 1996 и 1991 годы с использованием подходов, нашедших отражение в Законе Союза ССР от 23 октября 1990 года «Об уголовной ответственности за блокирование транспортных коммуникаций и иные незаконные действия, посягающие на нормальную и безопасную работу транспорта».
   Ответственность за угон в зависимости от предмета преступления дифференцирована. Выделены три вида угона: 1) угон транспортного средства (понятие «транспортное средство» определено в статье 132 УК), 2) угон транспортного средств с живой тягой, а также тяглового скота (статья 274 УК) и 3) угон или захват железнодорожного подвижного состава, воздушного или водного судна, захват вокзала, аэропорта, порта или иного транспортного предприятия, учреждения, организации, а равно грузов (статья 275 УК). Все они наказуемы при условии отсутствия цели их хищения, а угон транспортного средства с живой тягой и тяглового скота – также при обязательном условии порчи имущества или тяжелого заболевания или гибели угнанного скота. Декриминализирован угон транспортного средства с живой тягой или тяглового скота, не повлекший указанных последствий, предусматривавшийся частью 2 статьи 182 УК 1961 года.
   Глава XIII предусматривает ответственность за преступления против общественной безопасности и общественного порядка и включает 26 статей, из которых 6 не были известны УК 1961 года (см. статьи 281, 282, 288, 289, 297, 298 УК).
   Данная глава содержит немалое число норм, предусматривающих уголовную ответственность за преступления, являющиеся проявлением терроризма, в том числе международного терроризма, и преступлений террористической направленности (терроризм, захват заложников, пиратство, угроза совершения хищения радиоактивных материалов или их использования и др.)[42]. Многие из них имеют в основе международно-правовые акты (Конвенция ООН о борьбе с захватом заложников 1979 года, Конвенция ООН по морскому праву 1982 года, Конвенция ООН против транснациональной организованной преступности 2000 года, Европейская конвенция по борьбе с терроризмом 1977 года и др.).
   Обращает на себя внимание модернизация состава преступления, именовавшегося «организация или руководство деятельностью преступного сообщества и членство в нем» (статья 742 УК 1961 года), в состав преступления, получившего название «создание преступной организации или руководство ею» (статья 284 УК). Ответственность установлена только за два названных вида действий, характеристика их уточнена. В статье 284 УК уже не говорится об ответственности за членство в такой организации и участие в ее преступной деятельности, что было предусмотрено частью (2) статьи 742 УК 1961 года. Такое решение привело эту норму в соответствие с положениями Общей части, изложенными в части (5) статьи 47 УК «Преступная организация (преступное сообщество)»: «Член преступной организации несет уголовную ответственность только за те преступления, в подготовке или совершении которых он участвовал».
   Получил конкретизацию состав массовых беспорядков (статья 285 УК) и, как следствие, более взвешенный и дифференцированный характер приобрели санкции 4 частей этой статьи (аналогичная ст. 76 УК 1961 г. состояла из одной части и имела санкцию, предусматривавшую наказание в интервале от 2 до 15 лет лишения свободы). В части (4) статьи 285 УК впервые установлена уголовная ответственность за призывы к активному неповиновению законным требованиям представителей власти и к массовым беспорядкам, а равно призывы к совершению насильственных действий в отношении людей.
   Также как Узбекистан, Россия, Белоруссия и другие постсоветские государства Молдова исключила уголовную ответственность за так называемое простое хулиганство, предусматривавшееся частью (1) статьи 218 УК 1961 года. Только хулиганство, сопряженное с применением насилия или угрозы его применения, сопротивлением представителю власти либо иному лицу, пресекающему хулиганские действия, и действия, отличающиеся по своему содержанию исключительным цинизмом или особой дерзостью, влекут уголовную ответственность (статья 287 УК). В отличие от упомянутых государств по-разному определивших в сравнении с ранее действовавшими УК признак особо злостного хулиганства – применение оружия и иных предметов, новый уголовный закон Молдовы дословно воспроизвел его описание, имевшееся в части 3 статьи 218 УК 1961 года.
   Преступления против правосудия представлены в 21-й статье главы XIV. Большинство норм этой главы выглядит по-новому. Она и структурирована несколько иначе в сравнении с УК 1961 года, в нее введены три новые статьи (305, 310 и 318 УК).
   Первое место в рассматриваемой главе отведено трем преступлениям, связанным с воздействием на судей или лиц, содействующих осуществлению правосудия, и представителей органов уголовного преследования при осуществлении ими своих функций, а также их близких родственников (вмешательство в осуществление правосудия и уголовного преследования – статья 303 УК, клевета в отношении судьи, лица, осуществляющего уголовное преследование, либо лица, содействующего осуществлению правосудия, сопряженная с обвинением этих лиц в совершении тяжкого, особо тяжкого или чрезвычайно тяжкого преступления – статья 304 УК, посягательство на жизнь указанных лиц, а равно их близких родственников – статья 305 УК).
   Используя законодательный опыт России, Белоруссии и других государств, Молдова впервые ввела уголовную ответственность за фальсификацию доказательств в гражданском или уголовном процессе, дифференцировав ее в зависимости от субъекта преступления (ст. 310 УК). Пособничество в побеге из мест заключения выделено в самостоятельный состав преступления, получившего название «способствование побегу», признаки которого распределены по 3-м частям статьи 318 УК. Впервые криминализирована служебная халатность со стороны представителей охраны, по вине которых происходит побег из мест заключения. Это деяние определено в части (4) статьи 318 УК как «способствование побегу по неосторожности лицом, обязанным охранять бежавшего».
   Едва ли удачно было устанавливать специальную уголовную ответственность за передачу наркотиков лицам, находящимся в пенитенциарных учреждениях при условии ее систематичности или совершения в крупных размерах с наиболее строгим наказанием в виде лишения свободы на срок до 2 лет (часть (1) статьи 322 УК). По существу законодатель ввел привилегированный состав, поскольку такие действия являются частным случаем незаконного оборота наркотических веществ (статья 217 УК), влекущего более строгую ответственность (лишение свободы на срок от 2 до 5 лет).
   Следуя Модельному Уголовному кодексу для государств – участников СНГ, Молдова формирует две главы: о преступлениях, совершаемых должностными лицами (глава XV), и о преступлениях, совершаемых лицами, управляющими коммерческими, общественными и иными негосударственными организациями (глава XVI). Если первая группа преступлений совершается должностными лицами (в законодательстве иных государств такое лицо именуют публичным или государственным должностным лицом), то вторая – управляющими, т. е. по сути должностными лицами, осуществляющими те же функции административно-распорядительного или организационно-хозяйственного характера, но только в негосударственных организациях. Определение понятия «должностное лицо» дано в статье 123 УК, а определение понятия «лицо, управляющее коммерческой, общественной или иной негосударственной организацией» содержится в статье 124 УК.
   

notes

Примечания

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

   Запрет на применение аналогии уголовного закона некоторые авторы связывают только с пробелами Особенной части, а также пробелами Общей части, сопряженными с установлением признаков состава преступления, допуская в ряде случаев аналогию Общей части (см.: Щепельков В. Ф. Формальнологические проблемы толкования и конструирования задач и принципов УК // Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы, совершенствование: Сборник статей: В 2 т. /Под ред. д. ю. н., проф. В. М. Баранова. Нижний Новгород, 2001. С. 278.

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →