Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Тиросемиофил – сущ., коллекционер сырных этикеток.

Еще   [X]

 0 

Ведическая сказка. Приключения шамана Хрюн-Деля и его друзей (Гилов Олег)

автор: Гилов Олег

В сказки испокон веков вкладывали основы нравственности и культурного воспитания детей. Перед вами новый виток развития всеми любимого жанра, объединяющий современное пространство с духовными принципами ведического прошлого.

Вместе с главным героем вы и ваш малыш совершите увлекательное путешествие в волшебную страну, научитесь творить чудеса добротой своих мыслей, узнаете о том, что такое духовная красота и настоящая дружба.

Год издания: 2015

Цена: 129 руб.



С книгой «Ведическая сказка. Приключения шамана Хрюн-Деля и его друзей» также читают:

Предпросмотр книги «Ведическая сказка. Приключения шамана Хрюн-Деля и его друзей»

Ведическая сказка. Приключения шамана Хрюн-Деля и его друзей

   В сказки испокон веков вкладывали основы нравственности и культурного воспитания детей. Перед вами новый виток развития всеми любимого жанра, объединяющий современное пространство с духовными принципами ведического прошлого.
   Вместе с главным героем вы и ваш малыш совершите увлекательное путешествие в волшебную страну, научитесь творить чудеса добротой своих мыслей, узнаете о том, что такое духовная красота и настоящая дружба.


Олег Гилов Ведическая сказка. Приключения шамана Хрюн-Деля и его друзей

   © Гилов О., 2013
   © Оформление. ООО «Амрита», 2015
* * *

Глава 1. Отправление

   В один из дней, который, казалось, ничем особенным не отличался от прочих, один мальчик, такой же, как и все, сидел за своим любимым компьютером и копался в сети. Мальчика звали Пашка. Компьютер негромко гудел. Наверное, в старину вместо этого гудения звучал уютный треск огня в домашней печи морозными зимними вечерами. У ног Пашки на коврике лежал его любимец – ручной поросенок Гоша – и аппетитно похрустывал кочерыжкой. Не бывает домашних свиней, живущих в квартире, скажете вы и ошибетесь. Есть такая разновидность свинок – декоративная. Свиньи вообще очень сообразительные животные и легко приучаются к чистоте и порядку. К тому же они прекрасно поддаются дрессировке и даже иногда выступают в цирке. Так или иначе, Гоша лежал рядом, хрустел кочерыжкой и временами косился на монитор. Пашка просмотрел почту и было собрался поиграть, как вдруг услышал странное постукивание, будто кто-то стучал кончиком карандаша по стеклу. Тук-тук-тук, ту-у-у-к-т-у-у-ук-ту-у-ук, тук-тук-тук. В нижнем правом углу экрана появился мигающий значок. Он не был похож ни на одну знакомую пиктограмму. Это был солнечный диск, на фоне которого переливался рисунок, напоминающий стилизованную цифру 30. Пашка призадумался: уж не новая ли это разновидность вируса, или же это хакерская ловушка? Но значок был красивым и от него как будто исходило едва заметное тепло. Решившись, он кликнул по значку мышкой. Тут же на экране развернулось окно, и в нем появилась картинка, похожая на мультфильм. Зеленые поля с кустистыми перелесками, проселочная дорога, извивающаяся между холмов, и неширокая голубая река, через которую перекинут бревенчатый мостик. Прямо перед экраном «с той стороны» порхал воробей в маленькой воробьиной клетчатой кепке с наушниками и постукивал в стекло монитора клювом. Если бы Пашка знал азбуку Морзе, он бы, конечно, узнал этот сигнал. Во всем мире со времен изобретения электричества и радио этот сигнал означал призыв о помощи «SOS». Поняв, что его заметили, воробей уселся на ветку дерева у края картинки и лапкой показал на лежавшие на компьютерном столике наушники с микрофоном. Пашка надел гарнитуру и услышал:
   – Привет! Я частный сыщик Чиккертон. Для друзей можно просто Чик. У меня совершенно эксклюзивная и важная миссия. Срочно нужна помощь!
   – Какая? Кому? – опешил Пашка. Он хоть и общался по сети с друзьями, но проводить видеоконференции с говорящими воробьями ему еще никогда не приходилось.
   – В опасности целый мир! Меня послали за помощью! Нужно скорее спешить, пока открыт канал!
   В нескольких словах Чик рассказал, что он из виртуальной волшебной страны, попасть в которую можно только по тропинке из Интернета. Энергия волшебного артефакта, обеспечивающего связь, через 10 минут иссякнет и за это время он должен найти помощь и вернуться.
   – Но как же мне вам помочь? – спросил Пашка, – Я тут, а вы в другой реальности?
   – Нет проблем! – чирикнул Чик. – Вот, держи волшебный софт.
   И тут же на компьютер начала устанавливаться новая программа. Вскоре на экране появился ярлычок со знакомым уже изображением солнечного диска и рисунка, напоминающего тридцатку. Пашка запустил программу, и она развернулась в красивое рабочее окно. В верхней части появилась оранжевая надпись: «Введите имя». «Павел» привычно ввел Пашка. Тут же появилось новое поле: «Рост (см) и вес (кг)». Пашка послушно ввел 132 и 28. Тут же на экране загорелась красная мигающая надпись: «Превышение допустимых пределов роста и веса».
   – Скорее! Чего возишься! – прыгал на ветке от нетерпения воробей.
   – Я не подхожу, слишком большой и тяжелый, – сокрушенно пожал плечами Пашка.
   – Пропадает целый мир! Последним артефактом пробит информационный канал! Неужели все напрасно?! – запаниковал Чик.
   – Постой, постой, – задумчиво пробормотал мальчик. – А ну-ка, Гоша, иди сюда!
   Поросенок поднялся и, положив передние копытца на край компьютерного стола, умными глазками посмотрел на экран.
   – А это еще кто? – удивился Чик. – Таких драконов у нас отродясь не водилось. Или это не дракон? Маловат, да и крыльев вроде не видно.
   – Это мой друг Гоша, – представил поросенка Пашка. – Он очень сообразительный. Все понимает, вот только не говорит.
   – Мелочи! – махнул крылом Чик. – Внесешь пару поправок в настройках, и не то что заговорит – запоет. Давай скорее сканируй!
   Пашка быстренько просмотрел через клавишу «F1» подсказку, ввел в нужное поле рост и примерный вес поросенка. В графу «количество ног» вписал 2, исправил передние копытца на «руки». Поставил галочки в окошечках с надписями «разговор» и «пение». Затем взял с компьютерного столика ручной сканер и твердой рукой, не спеша, провел красной лазерной полоской по Гоше от пятачка до задорного хвостика-завитушки. Гоша тут же начал стремительно уменьшаться и одновременно втягиваться в раструб сканера. Еще пара секунд, и вот Гоша уже на экране в окошечке программы.
   – Быстро запускай! – заверещал Чик.
   Пашка нажал на «Enter». Окно программы замигало оранжевым и свернулось, а на травке рядом с деревом, на котором сидел воробей-детектив, появился Гоша. Он стоял на задних копытцах, с недоумением разглядывая пальцы на передних ножках, которые вдруг превратились в руки. Картинка вдруг начала дрожать, подернулась рябью и исчезла. На экране осталось лишь привычное окно проводника Интернета.


Глава 2. Сатландия

   – Ну и ну!
   – Ничего странного, – сказал слетевший на нижнюю ветку воробей. – Обыкновенная магическая программа. Ее написала когда-то давно волшебница Сатья, она управляет всеми законами природы в нашем мире. Вот, к примеру, я. Где ты видал говорящего воробья, да к тому же в кепке?
   – И вправду, зачем тебе кепка?
   – Клетчатая кепка с наушниками – это признак, по которому любой может узнать образованного сыщика-детектива, – ответил тот. – Есть, конечно, еще трубка, но она тяжеловата, и к тому же курение вызывает одышку в полете. Ну, нам пора. По дороге введу тебя в курс дела.
   Он начал торопливо перепархивать с ветки на ветку вдоль дороги. Гоша, озираясь по сторонам, поспешил следом.
   – Эта страна – часть огромного волшебного мира, раскинувшегося в нашей виртуальной вселенной. – продолжал Чик. – Правит в ней добрая фея Сатва. Страна называется Сатландия, а живут в ней добрые и трудолюбивые жители. И все бы замечательно, если б рядом не было царства злой колдуньи Адхармы. Радостная и спокойная жизнь соседей всегда мешала ей, как соринка в ее правом круглом, как у совы, глазу. Левый глаз Адхарма почти всегда щурит в непрестанных размышлениях о новых кознях и интригах. Но Сатва – могучая волшебница, и Адхарма долго не решалась напасть на наши земли. Так и сохранялось разумное магическое равновесие, пока у Сатвы вдруг не пропал ее волшебный перстень. Перевес оказался на стороне злой ведьмы, и она тут же захватила наши земли. Благородные сатландцы не пожелали подчиниться гадкой, злой колдунье. Она пробовала их запугать, подкупить подарками и обещаниями, сеяла раздоры, но жители были верны своей доброй фее, которой пришлось укрыться от врагов в волшебном убежище в лесу.
   – И что дальше? – не удержался Гоша.
   – В одно прекрасное, вернее ужасное, утро над рекой появился странный желтоватый туман. Он был почти незаметен над водой и не имел никакого запаха, но вода с той поры стала ядовитой. Ничего не подозревавшие сатландцы набирали эту воду, пили ее, варили на ней еду. Тот же, кто сделал хоть один глоток или поел приготовленной на ней пищи, тут же становился вялым и безучастным ко всему и отныне безропотно выполнял любые чужие приказания.
   – А как же ты? – не удержавшись, перебил Гоша. – Ты-то никак не похож на вялого и покорного мямлю.
   – Элемента-а-рно! – явно подражая кому-то из известных героев, протянул воробей, поправляя кепку. – Я обычно пью лесную росу, поэтому до сих пор бодр и весел. Но все остальные жители сейчас безучастные и тупые, как зомби из ваших телефильмов. Вот почему Сатва и послала меня за подмогой. Кому же еще выручать друзей из беды, как не отважному сыщику.


   Тем временем они подошли к реке. Действительно, над самой водой, почти не видимый при свете солнца, колыхался тонкий слой желтовато-зеленого тумана.
   – Дальше пойдем кустами вдоль дороги, – сказал Чик. – Я-то неприметный, а вот тебя могут увидеть кродхи.
   – А это еще кто такие? – поинтересовался Гоша.
   – Слуги Раджаса – военачальника злой колдуньи. Их целая армия. Жители хоть и покорны, но Адхарма не верит никому, и по стране сейчас рыщут отряды этих злобных надсмотрщиков за новым «порядком». Если увидят кого подозрительного, тут же хватают и тащат в темницу, а уж потом разбираются, кто прав, кто виноват.
   Друзья свернули и пошли по негустому перелеску. Светило солнце, по небу проплывали кудрявые облака. Время от времени на пути попадались небольшие поляны с высокой зеленой травой и ароматными цветами. Над цветами жужжали пчелы, порхали бабочки, раздавались птичьи трели.
   – Слушай, Чик, – спросил Гоша, – а ты что, один такой говорящий воробей? Почему другие птицы только поют и чирикают?
   – А я все ждал, когда же ты об этом спросишь. Подумывал уже, не переоценил ли хозяин твои умственные способности. Все дело в том, что мне повезло. Я был совсем еще маленьким воробьишкой, когда случайно вывалился из гнезда. Не знаю, что бы со мной было, но меня нашла любимая кошка нашей доброй повелительницы и принесла к хозяйке. Так и получилось, что я стал воспитанником феи. Выучился говорить, считать, читать. Вот писать никак не получается, выходит неразборчиво, прямо как курица лапой.
   Гоша хотел было спросить, как же вышло, что воробей стал сыщиком, но оставил этот вопрос на потом. Уже перевалило за полдень, солнце неспешно склонялось к закату. Было довольно жарко. Видя, как Гоша потирает кулаком пересохший от жары пятачок, Чик сказал:
   – Потерпи немного, скоро будет родничок, там и напьемся без опаски. В родниках, мелких ручейках и колодцах вода осталась чистой. Но, увы, почти все успели напиться отравленной воды из реки, а колодцы были взяты под стражу или засыпаны слугами Адхармы.
   – А те, кто случайно остался бодрым и здоровым, – спросил Гоша, – что с ними?
   – О! – ответил Чик. – Хороший вопрос! Здоровые, конечно, пытались привести в чувство друзей и родных, но они слишком уж выделялись среди вялых и покорных жителей. Злобные кродхи быстро их выловили и заперли в темнице. Я слышал, что выйти оттуда можно, лишь добровольно выпив отравленной воды. Некоторые так и поступили, но самые упорные сидят и терпят жажду.
   Вскоре впереди повеяло свежестью, и они подошли к маленькому круглому родничку. Вода в нем как будто кипела от множества мелких радужных пузырьков. Пузырьки поднимались на поверхность, лопались и наполняли воздух множеством мелких разноцветных брызг. Зрелище было красивое, загадочное и удивительное.
   – Этот родник такой один. – сказал Чик. – Самое странное, что из него не вытекает ручей. Вода поднимается с цветными пузырьками и как будто тает в воздухе. Животные его обходят, я, кстати, тоже из него ни разу не пил, мне хватает и росы.
   – А он точно безвредный? – спросил Гоша. – Очень уж странно выглядит.
   – Он появился задолго до того, как река стала ядовитой, – сказал Чик, – и всегда, сколько помню, таким был. Сатва почему-то называет его родником вдохновения.
   Какие бы сомнения ни одолевали нашего героя, вы ведь помните, что свиньи очень осторожные и рассудительные животные, но жажда все-таки взяла верх и Гоша, склонившись над родником, глотнул несколько раз. Ничего особенного не произошло, лишь в носу немного пощекотало, как от газировки. Тогда он встал на колени и напился вдоволь. Утолив жажду, поросенок почувствовал себя бодрым, как никогда, и, казалось, мог идти без устали еще полдня, день или больше. Он шагал, помахивая сорванной ромашкой, на душе было весело, хотелось петь, и на самом деле неожиданно для самого себя он вдруг запел высоким красивым голосом.
Как прекрасен мир!
Как прекрасен день!
Неба синь и ширь.
И прохладна тень.

Раньше был свиньей,
Хоть и не велик.
Пальцы пятерней
Распустились вмиг.

Вместе мы идем,
План наш очень прост.
Всех врагов свернем
В поросячий хвост.

Сам не знаю как,
Всех я здесь спасу.
Ставлю свой пятак —
Гордость и красу.

И когда придет
Всем врагам конец,
Каждый тут поймет:
«Гоша – молодец!»

   – Вот теперь я понял, почему Сатва называет этот родничок родником вдохновения, – давясь от смеха прочирикал Чик. – Интересно долго ли продлится действие волшебной воды?
   Гоше стало неловко, он закрыл рот, но рифмы и музыкальные фразы продолжали крутиться в голове цветным хороводом. Лишь спустя час действие волшебства стало ослабевать и мысли прекратили сами по себе складываться в стихи.


   Неспешно темнело, приближался вечер.
   – Уже недалеко, – сказал воробей, – вон за тем большим холмом и стоит дом Сатвы. – Он вспорхнул повыше и вдруг резко спикировал к земле.
   – Кродхи! – громко прошептал он. И действительно, за холмом взору открылся высокий каменный забор, который окружали странные зеленоватые существа, похожие одновременно и на сушеные кривые коряги, и на кактусы. Ростом они были немного ниже Гоши, тощие, какие-то кривые, и из кожи у них то тут, то там вылезали длинные черные колючки. Кродхи бродили вокруг стен, рассматривая их своими маленькими черными блестящими глазками, и как будто искали проход. Стены, сложенные из огромных валунов, повсюду были изрисованы, как граффити, уже знакомым Гоше символом.
   – Что это за знак? – спросил он у Чика. – Я уже видел его в компьютере, когда проходил через волшебную программу.
   – О! Это древний волшебный символ, он называется «ОМ», – ответил тот. – Никто уже и не помнит, откуда он появился, но никакие злые существа не могут перелезть через стену или пройти в дверь, если на них начертан этот знак.
   Кродхи действительно бестолково копошились под стенами, а когда кто-то из них нечаянно прикасался к месту, где был волшебный рисунок, то тут же отскакивал как ошпаренный.
   – А как попадем внутрь мы? – озадаченно поинтересовался Гоша. – Они же схватят меня, как только увидят. Или здесь есть потайной ход?
   – Тайного хода не помню, – ответил Чик. – Пос-тупим так: ты спрячься здесь в лесочке, а я слетаю внутрь и переговорю с хозяйкой. Не может быть, чтобы фея не нашла выхода, или, правильнее сказать, входа. – Взмахнув крыльями, воробей взмыл вверх и вскоре скрылся за высокой стеной.


Глава 3. В гостях у Сатвы

   «Да, не очень-то они сообразительны, – подумал Гоша, – попробуем их обмануть».
   Вскоре в небе послышался негромкий шелест воробьиных крыльев и Чик опустился рядом.
   – Я поговорил с хозяйкой, – чирикнул он, – но она ничего не сказала кроме одной загадочной фразы: «Настоящий герой сам найдет решение». Не знаешь, что бы это значило?
   Гоша ненадолго задумался.
   – Так! – сказал он через минуту. – Лети-ка ты обратно и принеси мне толстый фломастер.
   Воробей недоуменно вытаращил глаза, но поросенок сохранял молчание. Через пару минут Чик, пыхтя, вернулся, неся в лапках ношу.
   – Вот, – чирикнул он, – держи.
   Гоша взял оранжевый фломастер и, пользуясь тем, что до сих пор как простая свинка обходился без одежды, старательно стал разрисовывать себя теми же волшебными знаками, какими была расписана стена убежища Сатвы.
   – Помоги-ка, – пропыхтел он, обращаясь к Чику, – нарисуй несколько знаков и на спине.
   Сам он, где только смог, даже на пятачке и ладошках, нарисовал знаки «ОМ».
   – Ну вот, – сказал через некоторое время Гоша, – теперь можно идти. Где тут калитка или ворота?
   Воробей начал перепархивать, показывая дорогу, а наш герой, не скрываясь, вперевалочку пошел за ним. Кродхи, увидев друзей, кинулись навстречу, но стоило колючим уродцам разглядеть священные знаки, которые покрывали Гошу с ног до головы, как они тут же приостановились. Кружа вокруг, пытаясь приблизиться и тут же отскакивая от поросенка, как от жаркого костра, колючие живые коряжки, не отставая, шли за ними следом. Если какой-то кродха подбирался слишком близко, Гоша вытягивал в его сторону руку с раскрытой ладонью, на которой был нарисован «ОМ», и тот сразу же отпрыгивал на приличное расстояние. Вскоре показалась ажурная золоченая калитка, у которой с той стороны уже ждал мальчик ростом чуть повыше Гоши. Вытянув напоследок в сторону кродхов сразу обе руки, отчего те испуганно шарахнулись, Гоша бочком проскользнул в калитку, которая сразу же сама по себе захлопнулась.


   За забором рос ухоженный кустарник, огораживающий рощицы плодовых деревьев. Между кустами вилась дорожка, вымощенная серо-голубыми плитками. Вдали стоял старинный двухэтажный дом из такого же серо-голубого камня.
   – Привет! – сказал мальчишка. – Меня зовут Баджан, для друзей просто Бадж. Я ученик феи Сатвы. Идем, я тебя провожу.
   Войдя в дом, Гоша и его новый друг сразу прошли в большой зал. В кресле у камина сидела пожилая красивая женщина. Девочка, с виду немного старше Баджа, подкладывала в огонь поленья.
   – Итак, ты успешно прошел первое испытание, – сказала женщина. – Ну здравствуй! Меня зовут фея Сатва. Это я послала воробья за помощью и рада, что он привел именно того, кого надо. Чик, наверное, уже все тебе рассказал. Моя страна захвачена злыми силами, но мы, конечно же, не будем сидеть сложа руки. Предстоит долгая и опасная, полная приключений борьба.
   Гоша почесал пятачок и от волнения по старой привычке негромко хрюкнул.
   – Мало того, что злая колдунья похитила мой волшебный перстень, – продолжала Сатва, – она еще заманила в ловушку мою внучку Джняну. Ах! Если бы Джняна была здесь! Мы бы, пожалуй, вместе что-нибудь и придумали. Она такая талантливая молодая волшебница! Но где она и что с ней сейчас, я не знаю.
   – А почему у вас такие странные имена? – спросил Гоша.
   – Каждое имя что-то означает, – ответила Сатва. – Вот твое имя, о чем оно говорит?
   Гоша задумался, припоминая, что слышал от людей.
   – Гоша – значит Георгий. Вроде когда-то был такой герой, который сразил злого змея, или, по-вашему, дракона.
   – Каждое наше имя на древнем волшебном языке – это определенное качество характера, – пояснила волшебница. – Мое имя, Сатва, переводится как «чистая, святая». Имя моей внучки Джняна – «мудрая, ученая». А вот имя злой колдуньи Адхарма переводится как «непорядочная, бессовестная». Ее военачальника зовут Раджас – «демонический, коварный», а прозвание его солдат «кродха» означает «гнев, злоба».
   – А имя министра злой ведьмы, кажется Тамас, что означает оно? – спросил Гоша.
   – «Тамас» на древнем языке значит «лень, тупость», но первый министр Адхармы только выглядит недалеким простачком. За его вялой внешностью кроется упрямство и хитрость. У злой ведьмы есть и племянница – капризная и жадная Кама. Кстати, на древнем языке это слово означает «неутолимое желание». Действительно, сколько бы вещей она не имела, ей все мало.
   – Как же нам выручить Джняну? – спросил Гоша. – Если бы мы ее вызволили, глядишь, и одолели бы злую колдунью.
   – Для этого нужно попасть в замок Адхармы, – ответила волшебница, – но одному тут никак не справиться. Я дам тебе помощников. Вот рекомендую, – указала она веером на Баджа, – мой способный ученик. Достиг больших успехов в изучении волшебных песен и мантр. Другая моя помощница – Сева, больше доверяет волшебным предметам и артефактам. Кроме того, она еще и мастерица на все руки. Втроем у вас, пожалуй, будут шансы на успех. Но сам-то ты почти ничего не умеешь, просто расписанный фломастером голый домашний зверек.
   – Зато я умный и осторожный, – ответил Гоша. – К тому же в вашей волшебной стране, как я понял, никогда не водилось свиней, и врагам будет невдомек, кто я такой и чего от меня ждать. Я могу представиться могучим волшебником из дальнего зарубежья, то есть королевства. Сева будет играть роль моей служанки, а Бадж – роль переводчика и гида.
   – Отличная идея! – оживилась Сатва. – Если уж ты так любишь разукрашиваться, давай распишем тебя с ног до головы загадочными разноцветными знаками, и будешь ты у нас… – она задумалась.
   – Могучий шаман Хрюн-Дель из племени татуасов, – подсказал Гоша.
   – Здорово! – восхитился Бадж. – «Хрюн-Дель» звучит таинственно и поэтично.
   Гоша скромно умолчал, что этим прозвищем его иногда ласково называл хозяин, и поэтичного в нем на самом деле не больше чем в слове «свинья».
   – Между бестолковыми рисунками я незаметно размещу по-настоящему волшебные символы, – продолжала Сатва. – Пусть они защитят тебя от некоторых напастей. Один из знаков придаст тебе силы и энергичности, другой поможет наладить отношения с посторонними и гармонизировать вокруг себя пространство.
   – А что это такое – гармонизи… – смутился Гоша.
   – «Гармония» означает разумное взаимовыгодное равновесие. К примеру, дождь тебя сильно не вымочит, а если и вымочит, то ты не простынешь.
   – И что, эти волшебные знаки будут работать сами по себе, даже когда я сплю?
   – Увы, нет, – отвечала фея. – Необходимо хорошенько выучить их начертания и в опасный или просто необходимый момент мысленно, но очень четко представить себе тот или иной знак, либо начертить его в воздухе рукой. Магия и волшебство не даются просто так, тут, как и во всем, необходима долгая практика и учеба. Для связи со мной получишь специальный волшебный артефакт магофон. Он хоть и небольшой, но иногда при его помощи мы сможем поговорить. Только не потеряй – это последний экземпляр.
   И она протянула поросенку довольно крупное кольцо из желтого металла, в которое было вставлено два цветных камня, – красный и зеленый.
   – Нажмешь на зеленый камень, – продолжила Сатва, – и связь включена. Нажмешь на красный, и это снова простое украшение.
   – Если этот магофон так похож на украшение, не проще ли его надеть на себя? – спросил Гоша. – На палец или в ухо?
   – Отличная идея! – загорелась Сатва. – В ухо, пожалуй, удобнее всего. Можно будет разговаривать, даже если руки заняты, а дырку я тебе потом залечу магией. Из одежды советую шорты с множеством карманов, а на пояс повесим волшебную фляжку. С виду она небольшая, но вмещает целое ведро. В случае необходимости вам хватит питья на несколько дней.
   Сева тут же принялась за работу. Она быстренько обмерила Гошу, и уже через десять минут шорты были готовы. В карманах удобно разместились: перочинный нож, бечевка, набор фломастеров, записная книжка и свисток. На поясе в специальном гнезде была закреплена волшебная фляга. Она хоть и была до краев наполнена самым вкусным компотом, но почти ничего не весила. Долго выбирали, что надеть на голову, и наконец остановились на ярко-красной бандане, разрисованной загадочными символами. Баджу из ярких крупных цветных лоскутов сшили просторную рубашку навыпуск и короткие свободные брюки. Гоша нарисовал Севе эскиз бейсболки, и вскоре Бадж щеголял в невиданном ранее в волшебной стране головном уборе. Сама Сева выбрала удобный и практичный комбинезон с множеством карманов и поясом для инструментов.
   На следующее утро все собрались в кабинете Сатвы. На стене висела большая разноцветная карта волшебных земель. Почти все пространство было закрашено бледно-зеленым цветом, обозначавшим области, захваченные воинством Адхармы.
   – А что за пунктирная линия от этого дома до вон той дальней горной гряды? – спросил Гоша.
   – Это старая подземная дорога, – ответила фея. – Ей уже много столетий никто не пользуется, и неизвестно, в каком она состоянии.
   – А ведь она идет как раз в нужном направлении, – заметил Бадж. – Что если попробовать пробраться по ней прямо в логово колдуньи?
   – Не знаю, – с сомнением проговорила Сатва, – очень уж давно никто в этом тоннеле не был.
   – Вот и проверим, – бодро вставила Сева. – А если что не так, просто вернемся обратно и поищем другого пути.
   Вход в тоннель оказался у корней древнего дуба. Это были старые ржавые ворота. Когда створки их со скрипом распахнулись, взору друзей открылся зал, освещенный по стенам и сводчатому потолку рядами тускло мерцающих синеватых огоньков. В середине зала стояла старенькая железная тележка с сиденьями, колеса которой крепились к металлическому желобу, уходившему далеко вглубь тоннеля. После недолгих сборов друзья уселись по местам. Сева отпустила рычаг тормоза, и тележка покатилась вперед, набирая скорость, и вскоре скрылась за поворотом.


Глава 4. Приключения под землей

   Тележка временами катилась настолько быстро, что синеватые огоньки на стенах и своде сливались в сплошные полосы, порой притормаживала на подъеме. Местами тоннель изгибался, и тогда путешественников прижимало к стенке вагончика. Если бы на месте Гоши был его хозяин Пашка, он наверняка вспомнил бы катание на «американских горках». На особенно крутых подъемах их вдавливало в сиденья, а на спусках приходилось цепляться что есть мочи за поручни, чтобы не вывалиться.
   Наконец дорога пошла ровнее, и они въехали в огромный подземный зал, тускло освещенный крупными голубоватыми кристаллами. Желоб проходил через середину зала, но что-то здесь настораживало. Приглядевшись, друзья увидели, что дорога ведет к широченной бездонной трещине в полу. Сева резко рванула тормоз, заскрежетало, и вагончик, задрожав, остановился почти у самого края.
   – Ну, ребята, – сказала Сева, – у нас две новости. Одна хорошая и одна плохая. Хорошая в том, что мы не свалились в эту пропасть, а плохая, что мы, похоже, влипли.


   Вытащив наружу все, что у них было, наши герои решили осмотреться. Они находились почти в центре огромного зала, потолок которого терялся в темноте. Там и сям, как каменные сосульки, сверху свисали сталактиты. Однако воздух в пещере был свежим. Внезапно он наполнился шелестом и трепетанием. Из полутьмы стали появляться огоньки желтоватых немигающих глаз. Еще миг, и перед Гошей с товарищами закружился густой рой рукокрылых созданий. Это были на редкость крупные летучие мыши. Ритмично размахивая перепончатыми крыльями, они кружили, все ближе и ближе приближаясь к примолкшим и сбившимся в кучку путешественникам.
   Наконец хоровод раздался в стороны, и перед друзьями появилась особенно крупная, почти в половину их роста, важная мышь. Это был седеющий зверь с огромными ушами, на шее у него висела золотая цепь с амулетом в виде крылана, украшенного разноцветными камнями. Он важно уселся на возвышающийся камень. Тут же к нему подскочили мыши поменьше и начали, видимо в знак почтения, обмахивать крыльями. Одна мышь ненадолго скрылась в сумраке и тут же появилась, неся в лапках небольшую тарелочку, на которой лежали сушеные мухи и бабочки. Важный крылан открыл рот, и друзья услышали его пронзительный писклявый голос:


   – Кто вы такие, и как посмели потревожить покой моей тронной залы? Вот уже множество веков рукокрылые правители являются безраздельными хозяевами этих подземных угодий. Я, Сонар сто тридцать первый, требую у вас ответа!
   – Мы всего лишь мирные туристы, – ответил Сонару Бадж, – проезжали мимо и вот случайно потерпели аварию. Не могли бы вы нам помочь выбраться на поверхность?
   – Нельзя доверять двуногим, – подскочил к своему правителю невысокий и толстенький мышь, по всей видимости, советник. – Стоит им узнать о нашей славной, темной и тихой обители, как они тут же прибегут сюда с факелами, будут шуметь и рисовать на стенах копотью свои уродливые знаки.
   – Может, вы и вправду шпионы и хотите разнюхать, как ловчее захватить наши залы? – задумчиво проскрипел Сонар.
   – Да! Да! Ваше мышинство! – поддержал советника маленький кривоногий мышь с надорванным ухом. – Они, видать, замыслили пробраться в вашу сокровищницу и залезть в сундуки с сушеными мухами и жуками. Особенно вон тот толстый – показал он кончиком крыла на Гошу.
   – Это какая-то ошибка, – вежливо сказала Сева. – Мы не питаемся сушеными мухами, и единственное наше желание – поскорее оказаться подальше отсюда.
   Действительно, огромная полутемная пещера стала уже надоедать нашим героям и им очень захотелось вновь увидеть солнце и ощутить на коже ласковый теплый ветерок.
   – Не-е-е-т, – глумливо протянул рваноухий, – вас только отпусти, как вы тут же протопчете тропинку. Не пройдет и года, как здесь будут бродить толпы любопытных, будто там, наверху, им не на что посмотреть. Лучше уж мы столкнем вас с обрыва и забудем нашу встречу как недоразумение.
   В течение всего разговора Гоша внимательно присматривался к мышиной стае; особое внимание он обратил на их огромные уши. Поразмыслив, он что-то тихо прошептал Баджу. Тот приосанился и, приняв как можно более величественный вид, важно произнес:
   – Трепещите, о несчастные! Мы хотели вас помиловать, но вы сами выбрали свой жребий. Перед вами мой господин, великий шаман грозного племени татуасов Хрюн-Дель Ужасный! Он без всяких заклинаний, одной лишь силой своего голоса, может обрушить своды вашей мелкой пещерки.
   Наступила недолгая пауза, затем все мыши вслед за своим повелителем дружно и визгливо расхохотались.
   – О! Пусть уронит хотя бы камешек со свода, – насмешливо произнес в ответ на речь Баджана Сонар.
   Гоша выдержал небольшую паузу, после чего принял грозную позу, разведя руки с растопыренными пальцами широко в стороны, наклонил голову в ярко-красной бандане, сделал глубокий вдох и что есть мочи пронзительно завизжал по-поросячьи.
   – И-и-и-и-и!!! – неслось под сводами пещеры, многократно отражаясь от стен и далекого потолка. Стократно усиленный эхом звук звенел и вибрировал. Летучие мыши испуганно и бестолково заметались в воздухе. Многие из них со страху потеряли сознание и лежали на полу лапками кверху. Предводитель мышей упал с возвышения и теперь сидел на полу, тряся головой. Цепь с амулетом в виде летучей мыши слетела с его шеи и подкатилась прямо под ноги Баджу. Тот поднял цепочку высоко вверх.


   – Ну так что же? Жалкие создания! Где сейчас символ власти вашего вожака? Вот он, у ног моего господина! – с этими словами Бадж кинул амулет к ногам Гоши.
   Летучие мыши растерянно примолкли.
   – А теперь, мой господин, – почтительно склонился на одно колено перед поросенком Бадж, – после этой небольшой разминки яви же этим недостойным полную мощь своего волшебного голоса.
   После этих его слов внезапно раздался громкий шелест крыльев, и всех летучих мышей как будто сдуло ураганным ветром. Сбежали даже те, кто притворно лежал в глубоком обмороке на полу.
   – Ничего не понимаю, – удивленно пожала плечами Сева, – чего они так испугались? Ведь не было же никакой магии, а от твоего крика и в самом деле не шелохнулся даже маленький камешек.
   – Я вовремя вспомнил, что у летучих мышей сверхчувствительный и очень тонкий слух, – ответил Гоша. – Резкие и пронзительные звуки для них очень неприятны и порой даже непереносимы. Все же остальное лишь мастерская игра Баджа, представившего меня грозным шаманом, да их богатое воображение. Теперь, когда опасность миновала, нужно выбираться поскорее. Какие будут соображения? Как найти выход?
   – Можно проследить за потоками воздуха при помощи горящей свечи, – сказала Сева. – Вот только где бы ее взять?
   Бадж несколько раз слюнил палец и поднимал его над головой, поворачиваясь в разные стороны. Он делал по нескольку шагов в одну, в другую сторону и затем снова возвращался.
   – Ничего не получается, – сокрушенно сказал он, – слишком слабый сквознячок, пальцем не учуешь.
   – Тогда попробую я, – проговорил Гоша, снимая с пояса флягу с компотом.
   – Да, действительно не мешает промочить горло, – согласился Бадж.
   – Не горло, а мой замечательный нос, – ответил Гоша и, смочив пятачок, начал медленно поворачиваться то туда, то сюда. Вскоре он уловил слабое щекотание ветерка и трусцой побежал в сторону одной из стен. После нескольких часов, во время которых легкий поток воздуха то пропадал, то вновь холодил Гошин пятак, они подошли к дальней стене, где и обнаружился неширокий, поднимающийся вверх проход. Передохнув, наши путешественники где пешком, где ползком начали неспешное восхождение. Они карабкались по крутому коридору, временами превращавшемуся в узкую вертикальную трубу, протискивались через тесные щели, цепляясь за едва заметные выступы, поднимались по отвесным обрывам. Через какое-то время впереди забрезжил свет, и они вышли на небольшую зеленую долинку, укрытую скалами. Здесь друзья решили устроить временный лагерь и немного передохнуть.


Глава 5. Приключения в горах

   – Мда-а-а! – почесав затылок, протянул Бадж. – Давно мечтал научиться летать, да вот не припас крыльев. А поросята не летают? – спросил он, с надеждой глядя на Гошу.
   – Только в детских считалках, – ответил тот. Ему тоже было немного не по себе от близости неба и от тумана, клубящегося в пропасти под ногами.
   – Может, у тебя есть подходящий волшебный предмет, который нам поможет? – повернулся он к Севе. Девочка деловито перебрала содержимое карманов и пояса с инструментами, затем развела руками и сокрушенно вздохнула.
   – Вспомнил! – воскликнул Гоша. – А волшебный «сотик», то есть магофон, на что?
   Он поднял руку к правому уху и нащупал артефакт. Камни на магофоне были разного размера, чтобы не путать даже в темноте. Нажав на зеленый, Гоша стал повторять:
   – Алло! Алло! Вызываю Центр. Вызываю Центр.
   Через несколько секунд сквозь шум и завывание магических помех из кольца послышался далекий голос Сатвы:
   – Кто вызывает Центр?
   – Это «Пятачок», – ответил Гоша.
   О позывных и условных фразах они с феей договорились заранее. Кто знает, какие магические приспособления есть у противника?
   – Мы вышли из тоннеля на горную вершину и не знаем, как спуститься. Может, что-нибудь посоветуешь?
   Вскоре пришел ответ.
   – Вы, видимо, на вершине Гордости. Высылаю на помощь «кепку». Ждите.
   После чего прозвучал сигнал отбоя. Не прошло и часа, как на поляну, пыхтя и отдуваясь, приземлился Чик. На спине у него шелковой ниткой был привязан небольшой сверток.
   – Привет, публика! – прочирикал он. – Ну и высоко же вы забрались, еле долетел. Вот, держите посылку. – Воробей скинул со спины узелок. – Не думал, что стану когда-то почтовым воробьем.
   – Что это? – спросила Сева, развернув тонкую бумагу. – Похоже на часы.
   Действительно, перед ними на скале лежал предмет, очень напоминающий старинные карманные часы. Корпус из серебристого металла украшали мелкие разноцветные камешки. Под стеклом была видна затейливая сероватая стрелка и какое-то подобие циферблата с изображениями горы, облака и волн.
   – Это очень полезная вещь, называется «магокомпас», или, коротко, «магомпас», – пояснил Чик. – В трудных ситуациях штука незаменимая. Нужно взять его в руку и хорошенько представить, как же здорово ты влип, а стрелка покажет, в какую сторону двигаться, чтобы оказаться в безопасном месте. Круто! Сама стрелка при этом меняет цвет. Когда она зеленая, то иди смело. Желтый цвет говорит, что выход из ситуации будет непрост. Ну, а красный, сами понимаете, предупреждает: выход есть, но уж больно рискованный.
   Друзья нерешительно глядели на лежащий перед ними артефакт. Наконец Сева взяла его в руку и крепко зажмурилась. Несколько минут она стояла с закрытыми глазами, шевеля губами и морща от волнения лоб, будто что-то неслышно шептала. Шевелились даже уши, но стрелка магомпаса оставалась серой и неподвижной. Открыв глаза, девочка сокрушенно вздохнула и положила волшебный прибор на скалу. Бадж нежно погладил лежащий на камне волшебный компас, прикрыл глаза и стал вполголоса напевать какую-то приятную и ритмичную песню на незнакомом Гоше языке. В ответ стрелка на магомпасе зашевелилась и стала медленно вращаться сначала вправо, потом влево, но цвет ее оставался серовато-блеклым. Когда пение закончилось и Бадж открыл глаза, стрелка вновь замерла.
   – Что это было? – спросил Гоша.
   – Одна из моих любимых волшебных песен, – ответил Бадж. – Она всегда помогала мне в трудную минуту. Подумал, может, и сейчас сработает?
   – Одно мы выяснили точно, – сказал Гоша, – прибор отзывается на магию. Это значит, что пользоваться им может лишь тот, кто обладает какими-то магическими способностями.
   Он задумчиво погладил себя по животу. Стрелка на магомпасе тут же ожила и дернулась влево. Гоша удивленно хрюкнул и перевел взгляд на живот, расписанный затейливыми разноцветными знаками, затем погладил себя по груди, спине – стрелка осталась неподвижной. Снова по животу и снова стрелка шевельнулась и даже слегка пожелтела.
   – Помнишь, Сатва говорила, что вплетет в узоры на твоем теле по-настоящему волшебные символы? – взволнованно промолвил Бадж. – Это, наверное, они и есть!
   Гоша внимательно присмотрелся к замысловатым рисункам на животе и стал прикасаться пальцем то к одному, то к другому. Вскоре он выяснил, что магомпас реагирует на знак, напоминающий замысловатый скрипичный ключ. Быстренько нарисовав этот символ фломастером на камне, друзья положили на него волшебный компас. Гоша сосредоточился и представил, как ему хочется поскорее спуститься с этой крутой и высокой вершины. Стрелка тут же шевельнулась и указала на левый край поляны, тот, что заканчивался у пропасти с клубящимися облаками. Картинки на циферблате тоже сместились, и под стрелкой проявилось изображение горы. Цвет стрелки сменился на желтый. Сева подошла к краю обрыва, куда указывала стрелка, и задумчиво посмотрела на клубящуюся внизу дымку.
   – Неужели нам придется туда прыгать? – проговорила она и поежилась.
   – Зачем прыгать, – чирикнул Чик, – давайте я слетаю и разведаю, что и как.
   Он вспорхнул и стал медленно, зигзагами, спускаться вдоль скалы, пока не скрылся в тумане. Вскоре воробей появился вновь и радостно прочирикал:
   – Есть! Нашел! Там проходит широкий карниз!
   – А куда же он ведет? – спросил рассудительный поросенок.
   – Этого я не выяснил, но путь начинается точно под тем краем, на который указала стрелка магомпаса.
   – Так-так, – задумчиво пробормотал Гоша, – понятно. Желтый цвет стрелки говорит о трудностях, а изображение горы, видимо, означает, что передвигаться нужно по земной поверхности. Значит, два других изображения – облако и волны – означают, что для выхода из трудной ситуации нужно лететь или плыть.
   Сева к этому времени уже разыскала в своем рюкзачке моток крепкой веревки, затем, вытащив из пояса с инструментами стальной колышек с колечком на конце, старательно забила его в трещину у края обрыва. Вскоре один конец шнура был привязан к кольцу, а второй терялся внизу. Не прошло и получаса, как наши герои уже стояли на карнизе. Воробей слетал наверх, развязал клювом узел, и веревка кольцами упала им под ноги. Клубы тумана то густели, то становились реже. Путешественники не спеша, шаг за шагом, связавшись для страховки друг с другом, шли по усыпанному камнями пути. Вскоре туман рассеялся, и они увидели, что карниз заканчивается у круглого входа в горе. Подойдя к нему, друзья разглядели на скале табличку, на которой витиеватыми буквами было написано: «Очень образованный! Исключительно продвинутый! Великий духовный искатель Мада». Постучав из вежливости по камню, путешественники вошли внутрь. Коридор, в который они попали, вскоре привел их в пещеру, в центре которой на травяной подстилке, замысловато скрестив ноги и закрыв глаза, сидел сплошь поросший оранжевыми волосами небольшой человечек.
   – Здравствуйте! – приветствовал его Бадж.
   Человечек не издал ни звука и, казалось, не слышал, что к нему обращались.
   – Прошу прощения, мы тут проходили мимо… – продолжил Бадж, но ответом ему было все то же молчание.
   – Эй! Алло! – попыталась окликнуть хозяина пещеры Сева, но результат был тем же.
   – Как же нам быть? – сокрушенно проговорила она. – Пути отсюда нет, а единственный обитатель нем как рыба.
   Поросенок быстро начертил в пыли на полу волшебный знак и, положив на него магомпас, вновь представил, как же ему хочется оказаться у подножия скалы. Стрелка позеленела и с готовностью указала на странное существо. Тогда Гоша после недолгого раздумья подошел к человечку и с расстановкой произнес:


   – Уважаемый Мада!
   После этих слов левое волосатое ухо дернулось и немного повернулось к поросенку. Тот продолжил:
   – Высокоученый и уважаемый Мада!
   Теперь уже приоткрылся левый блестящий глаз и с некоторым интересом посмотрел на Гошу. Поняв, что находится на верном пути, тот проговорил:
   – О высокоученый, продвинутый, образованный, всеми почитаемый подвижник Мада!
   Человечек открыл глаза, потянулся, глубоко вздохнул и внимательно оглядел путников.
   – Кто вы, потревожившие покой великого духовного подвижника? – спросил он.
   – Мы усталые путники, желающие оказаться у подножия твоей горы, о великий Мада, – ответил ему Бадж. – Укажи нам, как выбраться отсюда, и мы не будем более тревожить твой покой.
   Мада на какое-то время задумался, затем подошел к нашим друзьям и внимательно их оглядел. Особое внимание он уделил Гоше, обойдя его несколько раз и с подозрением разглядывая знаки на его коже.
   – А как вы сюда попали? – через некоторое время спросил он. – Нельзя ли и уйти тем же путем?
   – Увы, нет, – ответил Бадж и в нескольких словах рассказал отшельнику о приключениях, которые выпали на их долю.
   – Но нельзя ли полюбопытствовать, – продолжил он. – Кто же ты, о великий Мада, и что означает это странное слово «подвижник»?
   – Я любимый ученик великого учителя-гуру Ахамкары, – ответил тот. – Силой своей воли он перенес меня в эту пещеру, и здесь, в глубоком размышлении, я должен завершить свое образование.
   – Но неужели вам здесь не скучно? – спросила Сева. – Одному в горах, в пещере…
   – Мои предки из славного племени Йети, – ответил тот. – Нас еще называют снежными человеками. Горы – моя родина. Густой мех не дает мне замерзнуть, а в размышлениях о возвышенном и духовном нет места для скуки.
   – Но что же вы едите и пьете? – поинтересовалась девочка. – Или горные йети не нуждаются в еде и питье?
   – Это элементарно, – отмахнулся лохматый человечек. – Вон там, в углу, волшебный котел. Раз в день в нем появляется еда и питье, которые мне посылают с кухни моего учителя, туда же я потом складываю объедки и мусор.
   Гоша внимательно пригляделся к большому медному котлу, стоящему в углу пещеры. Затем подошел и зачем-то измерил его руками.
   – А что, великий Мада, – спросил он, – в этом котле обратно можно отправлять только мусор?
   – Почему же, – ответил тот, – иногда таким образом я посылаю письма учителю.
   Поросенок снова несколько раз, примеряясь, обошел вокруг котла.
   – А что будет, если, к примеру, в котел залезу я? – спросил он. – Не попаду ли я из котла волшебного в котел с горячей водой, что стоит на плите в кухне у твоего наставника?
   – Нет, – хмыкнул Мада, – все, что я кладу в котел, появляется на специальном месте во дворе, которое обведено мелком. Этот уголок обычно обходят стороной. Никому ведь не хочется, чтобы ему на голову вдруг свалилась куча отбросов. Если в котел залезешь ты, о исписанный рисунками чужеземец, то окажешься не на плите, а во дворе ашрама моего гуру.
   – Тогда, о великий и несравненный подвижник Мада, – продолжил Гоша, – не могли бы мы воспользоваться этим волшебным котлом, дабы не тревожить более твоего покоя?
   Отшельник призадумался.
   – Право не знаю, – ответил он через некоторое время. – Когда учитель подарил мне этот чудесный котел, он не предполагал, что в него будут залезать ногами всякие прохожие. Однако я не вижу другого способа вам помочь. Встретившись с моим гуру, обязательно все ему хорошенько объясните. Мне бы не хотелось, чтобы он на меня обиделся.
   Вскоре поросенок уже сидел в котле. Мада подошел поближе, неожиданно размахнулся ногой и что есть силы пнул по этому необычному средству передвижения. Раздался страшный звон, и Гоша вдруг очутился на задворках небольшого бревенчатого строения, в куче картофельной шелухи вперемешку с фантиками от конфет. Будучи чистоплотным поросенком, он поскорее выбрался из этой кучи мусора. Вскоре к нему присоединились и Бадж с Севой. Воробей-сыщик в котел не полез. Он решил вернуться к фее Сатве своим ходом. Очистившись от налипшего мусора, друзья осмотрелись. Они оказались среди аккуратных маленьких деревянных домиков, огороженных невысокой оградой. На площадке под навесом в центре двора, окруженный небольшой группой ярко одетых мальчиков и девочек, восседал величественный старец с пышной седой бородой, облаченный в такие же яркие свободные одежды.
   – Видимо, это и есть сам Ахамкара, – проговорил Бадж. – Давайте подойдем и поздороваемся.
   Они подошли к группе учеников и остановились, ожидая, когда же старец их заметит. Через некоторое время тот повернул к ним голову и, не говоря ни слова, стал пристально разглядывать. От его внимательного взгляда не укрылись ни амулет летучих мышей, до сих пор висевший на шее у Баджа, ни конфетная обертка, запутавшаяся в пышных волосах Севы.
   – Вижу, вам пришлось воспользоваться моим волшебным котлом, чтобы спуститься с горной вершины, – через несколько минут проговорил он густым звучным голосом. – Не бойтесь, я не рассержусь на вас за это. К тому же далеко не всякий догадался бы до такого необычного способа передвижения. Готов поспорить, что это никак не идея моего маленького ученика-йети.
   – Да, о великий учитель! – ответил Бадж. – Эта догадка принадлежит моему господину, – и он поклонился в сторону Гоши.
   Ахамкара звучно рассмеялся:
   – Оставьте эти возвышенные обороты для моего маленького, но очень гордого Мады. К тому же, хотя я и впервые вижу такое странное создание, – кивнул он в сторону поросенка, – я чувствую, что он никакой не господин. Все вы хорошие друзья, а ваш маскарад служит какой-то определенной цели.
   Пришлось в очередной раз пересказать историю своих приключений. Мудрец внимательно слушал. Особое внимание он уделил эпизоду в пещере и долго разглядывал странный амулет повелителя летучих мышей.
   – В этом предмете чувствуется какая-то могучая древняя сила, но боюсь, это знание давно утеряно, – проговорил он наконец. – Впрочем, берегите эту вещицу, возможно, она однажды сослужит вам хорошую службу. Поговорим об этом завтра, а пока отдохните в одном из домиков для гостей.


Глава 6. В ашраме

   После отдыха наши путешественники решили осмотреться в том необычном месте, где оказались. Обитель Ахамкары, или, как ее еще называли, ашрам, находилась на берегу широкой полноводной реки Нарапати. Десяток украшенных цветами домиков был отведен для учеников. В просторном доме в центре жил сам мудрец. Там же был зал для занятий на случай дождя. В хорошую погоду Ахамкара занимался с детьми на свежем воздухе под синим шелковым навесом, который защищал от палящих лучей солнца. На столбике у навеса висела красивая доска из темного дерева, на которой цветными мелками были вписаны имена учеников. Гоша с интересом стал ее рассматривать. Замечательная волшебная программа, что перенесла его в Сатландию, наделила поросенка не только даром речи, но также способностью читать и писать.
   – Према, Сатья, Ахимса, – читал он. – Мада, Кама… Послушай-ка, Бадж, а что обозначают все эти имена?
   – «Према» на древнем языке означает искреннюю, беззаветную любовь ко всему миру, – начал Баджан. – «Сатья» это «истина, откровение». «Ахимса» – «добро, ненасилие, всепрощение». Но вот эти имена в конце списка меня немного смущают. Нашего маленького гордеца йети по имени Мада мы уже знаем, но «Кама» – «неутолимое желание», это ведь имя племянницы злой волшебницы Адхармы. Как оно-то сюда попало?
   – Охотно объясню, – ответил подошедший красивый мальчик. – Сатья, – представился он нашим путешественникам. – Здесь все дело в имени нашего мудрого учителя. Вы ведь помните, как его зовут?
   – Конечно, – ответил Гоша, – мудрец Ахамкара. Кстати, как переводится это имя с древнего языка?
   – Мудрость, ученость, – с готовностью ответил мальчик. – Но ум и ученость – это лишь инструмент для человека, как, к примеру, молоток. Им можно строить кормушку для птиц, а можно нечаянно стукнуть по пальцу или, еще того хуже, разбить что-нибудь нужное и полезное. Так и ученость, ее можно обратить как во благо, так и, к сожалению, во зло. У злых или плохо воспитанных людей большие знания могут вызывать высокомерие, или даже желание обратить свое полученное в процессе обучения превосходство против других, а там уже рукой подать до жадности и злобы. Вот, к примеру, маленькая Кама после одного лишь года обучения заявила, что с нее хватит. Того, что она узнала, ей вполне довольно, чтобы управиться с богатством и властью, которые достанутся ей от тетки – злой волшебницы Адхармы.
   – Но почему мудрец обучает и детей злых волшебников тоже? – удивился Гоша. – По мне, так пусть бы и оставались неучами.


   – Ты не понимаешь, – звонко, как колокольчик рассмеялся Сатья, – ведь с ученостью наш учитель, или, как мы еще его зовем, гуру, передает ученикам частичку своей любви и сострадания. Эти маленькие капельки добра в душе злого человека как семена. Они дают надежду, что когда-нибудь и тот встанет на праведный путь. А теперь пойдемте купаться.
   Друзья, оживленно переговариваясь, направились к берегу. Лишь Гоша немного отстал и еле слышно повторял новые слова древнего языка, как будто старался их получше запомнить. Дети подошли к реке, скинули верхнюю одежду и уже собрались прыгнуть в воду, как на солнце набежало небольшое облачко и в его тени над поверхностью воды стала видна легкая желтоватая дымка.
   – Это же ядовитый туман Адхармы! – воскликнул Бадж. – Хорош бы я был, если бы нырнул с разбегу, как и собирался! Значит, эта отрава добралась уже и сюда?
   Гоша, который уже успел привязаться к доброму и веселому Баджану, представил своего друга после купания в отравленной воде и поежился.
   – Ну и ну! – озадаченно воскликнул Сатья. – Ведь река – это наша единственная дорога. Мы все приплыли на лодках с того берега. Как же теперь быть? Не опасно ли переправляться по отравленным злыми чарами водам?
   Вскоре к берегу подошел и Ахамкара. Поглядев прищуренными мудрыми глазами на желтоватую дымку над водой, он грустно покачал головой.
   – Какое несчастье. У нас, конечно, есть запас пищи на несколько месяцев и колодец, но вот как же теперь быть вам? – повернулся он к Гоше и его друзьям.
   – А магомпас на что? – вдруг осенило Севу. – Зададим вопрос, и все дела.
   Тут же принесли магический предмет, нарисовали на песчаном берегу уже знакомый магический символ и положили на него артефакт. Друзья расселись вокруг магомпаса, прикрыли глаза, чтобы ничего не отвлекало, и стали мысленно спрашивать, каким путем идти, чтобы вызволить Джняну и помочь жителям волшебной страны. Через минуту стрелка задрожала и указала на реку, а на циферблате появилось изображение волн. Стрелка при этом окрасилась в желтый цвет.
   – Странно, – произнес Ахамкара. – Вода заражена колдовством, а волшебный прибор предлагает использовать для передвижения именно реку. Над этим вопросом стоит помедитировать.
   После чего он сел под навес в центре двора, закрыл глаза и, сложив руки перед собой, замер в этой позе.
   – Что это он делает? – вполголоса спросил у Баджа поросенок.
   – О, это одна из форм общения со своим разумом, – охотно пояснил тот. – Называется «медитация». Иногда ответ на какой-нибудь вопрос никак не приходит на ум, но где-то в глубине сознания он точно есть. Вот тут-то оно и помогает.
   – И что, всякий может этому научиться?
   – Всякий человек или разумное существо, – ответил Бадж. – Нужно лишь успокоить свои чувства, а затем сосредоточиться на проблеме, и через некоторое время ответ как бы сам собой выплывет из омута мыслей.
   – Если это так просто, то почему же мой хозяин Пашка никогда не медитирует, когда готовит уроки? Чуть что – идет за советом к папе или звонит друзьям. Иногда, правда, в разговоре с ними повторяет странное слово «списать». Это не то же самое?
   – Не знаю, – замялся Бадж. – Слова «списать» в нашем языке нет, а о медитации скажу лишь, что ей нужно учиться, вырабатывая ясность ума и силу воли.
   Через некоторое время гуру Ахамкара открыл глаза.
   – Если единственный путь – река, но нельзя путешествовать по воде, – задумчиво изрек он, – значит надо путешествовать под водой.
   В ответ на недоуменные взгляды друзей он пояснил.
   – Нужно построить подводное судно.
   – Эврика! – воскликнул Гоша. Он где-то слышал, что такой возглас всегда сопровождает великие открытия. – Мы построим подводную лодку, а для того, чтобы враги нас не увидели, выкрасим ее в желтый цвет. Ведь река покрыта слоем желтоватого тумана, – пояснил он, – и соглядатаи Адхармы не смогут разглядеть желтую подводную лодку в глубине.
   Для корпуса лодки решили выбрать плод слоновьей пальмы. Несколько дней ушло на то, чтобы вырезать в твердой скорлупе люк и прикрепить специальную трубку для свежего воздуха. В бортах и в передней части сделали окошки из толстого стекла. Для того чтобы подводная лодка держалась на глубине, к корпусу были привязаны мешочки с речным песком, а под днищем закреплена емкость из второго ореха, которую можно было наполнять речной водой. Оставалось лишь загрузить багаж и припасы.
   – Каждое судно должно иметь свое имя, – наставительно изрек мудрец Ахамкара. – Оно должно быть гордым и красивым. Как, к примеру, называются суда в вашем мире? – повернулся он к Гоше.
   Тот, морща лоб, стал старательно вспоминать названия знаменитых судов.
   – «Титаник»? Нет, не подходит. Катти, Китти, – бормотал он. Какое-то гордое и красивое имя то и дело высовывало свой краешек из омута поросячьей памяти и наконец выплыло.
   – Вспомнил! – радостно воскликнул он. – «Катти-Кэт». Это название одного из самых известных судов в моем мире. Его еще так часто вспоминают по телевизору.
   Это гордое имя и было выведено краской на борту. Отплытие было назначено на следующее утро. Незадолго до этого Ахамкара напутствовал наших друзей.
   – Ваше судно может плыть лишь по течению, – наставлял путешественников гуру. – К счастью, река течет почти что в нужном вам направлении, пересекая горы, и лишь потом поворачивает к синему лесу. Здесь, на опушке, вам придется оставить «Катти-Кэт» и дальше вновь идти пешком. Надеюсь, ядовитая дымка до тех мест еще не добралась. Вам в помощь я дам «третий глаз». – С этими словами он достал из складок своего свободного оранжевого одеяния блестящий переливающийся шарик на серебристом шнурке. – Нужно только настроить его на кого-то из вас. Уж так он устроен, что служит лишь одному хозяину.
   Остановили выбор на Севе, поскольку у нее одной еще не было ни одного волшебного предмета. Ахамкара приложил волшебный глаз ко лбу Севы и произнес несколько фраз на древнем языке.


   – Вот, – сказал он. – Теперь вы сможете видеть из своего подводного корабля, что делается наверху, а иначе как же вам выбирать место для всплытия? Для использования глаза, – обратился он к Севе, – нужно приложить его к середине лба, а собственные глаза зажмурить, при этом мысленно или шепотом повторять заклинание:
Глазик, глазик серебристый,
Ты лети над речкой быстрой,
Над горами, по-над лесом,
За моим за интересом.
Покажи мне, глазик…

   Тут надо назвать место, которое ты желаешь увидеть, например, правый берег реки. Но помните, волшебный глаз служит лишь добрым делам и дальность его обзора не очень большая, метров 10–20.
   После последних напутствий наши искатели приключений вошли на корабль. Гоша садился последним. На память ему при этом почему-то просилась фраза «Отдать концы!», но что это за концы и кому их нужно отдать, он так и не вспомнил и поэтому благоразумно промолчал.


Глава 7. По реке

   После того как люк был закрыт, или, как говорят на флоте, задраен, в пустой орех под днищем лодки стала набираться вода. Через какое-то время корабль «Катти-Кэт» медленно погрузился под воду и плавно поплыл по течению. Ахамкара и его ученики кричали на прощание «Джей!» и махали платками вслед, но наши друзья их уже не слышали. Жадно припав к окошечкам, или, как их называют на кораблях, иллюминаторам, они с интересом рассматривали подводный мир.


   По сторонам судна медленно проплывали водоросли и стаи разноцветных рыбок. Пробивавшийся сверху солнечный луч то и дело освещал дно, напоминающее дорогу среди песчаных холмов. Иногда по пути встречалось затопленное дерево или крупный камень, и тогда поросенок, смотрящий вперед, командовал: «Право руля!» или «Лево руля!».
   Сева послушно поворачивала специальный рычаг, управлявший рулем, который находился в задней части судна и напоминал рыбий хвост. Бадж был занят тем, что по специальной трубке закачивал насосом с поверхности свежий воздух. Временами, чтобы не было скучно, они менялись местами.
   День пролетел незаметно. Наконец путешественники решили сделать привал. Подводная лодка стала медленно подниматься к поверхности. Сева при помощи волшебного глаза вовремя заметила удобную бухточку и направила корабль прямо в нее. Через минуту всплывший «Катти-Кэт» уже покачивался у берега. Друзья перекинули на песок специально изготовленную небольшую лесенку и сошли на сушу. Местом ночевки была выбрана небольшая полянка, окруженная невысокими деревьями и густым кустарником. Недалеко протекал ручеек с прозрачной водой без следов коварной желтой дымки. Пришвартовав судно веревкой к ближайшему кусту, Гоша и Бадж развернули палатку. Сева тем временем быстро и умело разожгла костер и из припасенных продуктов принялась готовить ужин. Примерно через час, поужинав, троица путешественников сидела на крутом берегу и, болтая ногами, любовалась закатом.
   – Скажи-ка, Гоша, – спросил Бадж, – а в твоем мире тоже такие красивые закаты?
   – Не знаю, – задумчиво произнес поросенок. – Я помню лишь зоомагазин и квартиру, в которой жил с хозяином. Ее окна выходят на север и закатов я никогда не видел. К тому же расположены они довольно высоко, а залезать на стул или на стол мне запрещали.
   – Зато у вас нет злых волшебников и всяких там драконов, – утешила его Сева. – Ведь нет?
   – Это точно, – Ответил Гоша. – Правда, и волшебных приключений не бывает.
   В эту минуту их беседа была прервана сопением, шуршанием и писком. Сева на цыпочках прокралась на шум. Ловкий бросок – и вот она идет обратно, держа в руках небольшого странного зверька, свернувшегося серо-зеленым урчащим клубочком.
   – Шмыгалс, – пояснила она, заметив удивленный взгляд Гоши. – Эти зверьки страшно любознательны и повсюду суют свой длинный и любопытный нос. Если на кухне заведется подобная семейка, то каждое утро будешь начинать с генеральной уборки. Они совсем не боятся людей и легко приручаются.
   Видя, что ему ничего не угрожает, шмыгалс развернулся и превратился в небольшого, чуть меньше кошки, дымчато-серого зверька с широкими поперечными зелеными полосками и серо-голубой мордочкой. Его длинный бледно-зеленый нос напоминал небольшой хобот и находился в постоянном движении, а на макушке венчиком росли золотистые волоски.
   – Королевский шмыгалс! – ахнул Баджан. – А я-то думал, что они бывают лишь в сказках, – и тут же пояснил: – Про королевских шмыгалсов мне когда-то рассказывала бабушка. Это очень ловкие и сообразительные создания, умеющие к тому же менять окраску и отлично прятаться. Просто удивительно, как такой редкий и осторожный зверек забрел в палатку.
   – Я поймала его у открытой банки с вареньем, куда он сунул свой длинный нос, – сказала Сева. – Шмыгалсы обожают сладкое и, унюхав варенье или сгущенку, начисто теряют осторожность.


   – А чем еще знамениты эти забавные зверьки? – спросил Гоша.
   – Еще они прекрасно запоминают слова и целые предложения и без запинки их повторяют, – ответил Бадж. – В одной древней легенде любимый ручной шмыгалс попавшей в беду принцессы добрался до замка и, передав ее мольбу о помощи, привел подмогу.
   Шмыгалс в это время, распушив трубой полосатый хвост, важно прогуливался в ногах наших друзей.
   – Надо дать ему имя, – решил поросенок. – Как будет на древнем языке «говорящий»?
   – Э-э! – махнул рукой Бадж. – Для королевских шмыгалсов это слишком избито. Давай-ка лучше назовем его каким-нибудь словом из твоего языка. Какими именами у вас обычно называют говорящих животных?
   – Животные у нас не разговаривают, – ответил Гоша, – только птицы.
   И стал перебирать в уме имена попугаев. На память приходило то Попка, то Говорун. Наконец-то вспомнилось подходящее имя – Кеша.
   – Ке-ша! – с восторгом повторял поэтичный Бадж. – А что означает это музыкальное имя?
   Значения имени Гоша не знал, но признаться в этом ему было как-то неловко.
   – Э-э, что-то вроде слова «герой», – нерешительно промямлил он.
   – Так и назовем, – подвела черту Сева. – А теперь спать. Солнце уже село.
   И через несколько минут они уже дружно посапывали в спальных мешках, а в их ногах уютно и басовито, как шмель, жужжал королевский шмыгалс Кеша.
   

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →