Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Более половины мусора, собираемого на вершине шотландской Бен-Невис, самой высокой горы на Британских островах, – банановая кожура.

Еще   [X]

 0 

Чёрная осень (Хомич-Журавлёва Ольга)

Чёрная осень – поэтический отголосок тревожных времён. В новый сборник стихов поэта Ольги Хомич-Журавлёвой вошли произведения, написанные за последнее время. Ирония и философские размышления о жизни, о любви, о трагических событиях, происходящих в окружающей действительности.

Год издания: 0000

Цена: 80 руб.



С книгой «Чёрная осень» также читают:

Предпросмотр книги «Чёрная осень»

Чёрная осень

   Чёрная осень – поэтический отголосок тревожных времён. В новый сборник стихов поэта Ольги Хомич-Журавлёвой вошли произведения, написанные за последнее время. Ирония и философские размышления о жизни, о любви, о трагических событиях, происходящих в окружающей действительности.


Чёрная осень Сборник стихов Ольга Хомич-Журавлёва

   © Ольга Хомич-Журавлёва, 2015

   Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Пролог

«…Хотя бы потому, что я…»

…Хотя бы потому, что я
Пытаюсь время подытожить —
Что было мне всего дороже,
Когда восторга не тая,

Шла по измученной земле,
Что мне казалась Райским садом,
Что больше счастья и не надо,
Когда душою – на крыле

Летела и вбирала мир
В себя, с восторгом, и смакуя,
И с тихой радостью ликуя,
Звук извлекала из клавир.

Эмоций выражая шквал,
Ложились строчки на бумагу,
И отражая жизни сагу —
Связующим звеном в астрал

Врывались чувства, времена,
Всё то, что окружало душу…
И знаю, больше я не струшу,
Когда настигнет тишина…

Смятение

«Мы стоим на перроне шумящего вечно вокзала…»

Мы стоим на перроне шумящего вечно вокзала,
И уходят один за другим в пункты N поезда.
Наша жизнь – словно поезд, что следуя в дальние дали
Нас увозит с вокзала – кто знает, зачем и куда.

Состав поезда тронулся. Мимо
проплыли последние фонари и ступени
перрона, всё быстрее и стремительнее
оставаясь вдали. И вот уже поезд набрал
скорость и несётся, несётся вперёд.
Наверное, он счастливый – поезд всегда
чётко знает точные пункты отправления
и прибытия, в отличие от нас. Есть что-
то сакральное в атмосфере вагона,
который на время заселили самые
случайные попутчики, каким-то
неведомым образом собравшиеся
вместе. На время…

А в вагоне притихшем читают, иль спят пассажиры.
Каждый что-то оставил за рельсами длинных дорог.
И цейтнот временной стал в вагоне ленивым транжирой,
Лишь мелькают за окнами годы – событий виток.

И в клубах неизвестности – что совершится, иль будет?
Поезд изредка вздрогнет, замедлив стремительный ход.
И на станциях жизни – мудрейшее время рассудит —
Кто в вагоне поедет вперёд, а кто раньше сойдет.

«Милая, не печалься…»

Милая, не печалься,
Не задавай вопросы!
В жизни порой не просто
Двигаться в ритме вальса.

Знаешь, как это страшно —
Быть увлечённой вихрем,
Жертвовать в танце лихо
Будущим и вчерашним…

И зацепив ботинок,
Можно споткнуться всуе…
Лишь тот, кто не рискует —
Не совершит ошибок…

«Застряли в бухте корабли…»

Застряли в бухте корабли,
В клубах осеннего тумана.
И улетают журавли
Гостить в неведомые страны.

И в тишине пустых аллей
Витает шелест листопада.
И голос шепчет – «Не жалей! —
В природе всё всегда как надо!

И умирание садов —
Всего лишь цикл метаморфозы.
Смысл жизни, знаешь ли, таков —
Рассвет… день… ночь анабиоза…»

Золотая книга

Золотая книга,
Золотые мысли,
Золотое время,
Золотая жизнь.
Миг настал для мига,
Где мечты – лишь свисни,
Прыгнут лихо в стремя,
И тогда – держись!

Вставлены чекбоксы,
Расписался почерк —
Золотые строчки,
Золото идей.
Решены вопросы…
Стало жёстко проще…
И не ставлю точку
В эпатаже дней…

Подорожник

Солнечно – невозможно!
Улиц стерильный блеск.
Мелочно и ничтожно
Тонет страстей гротеск.

Пыжимся, лицемерим,
И доказать хотим
Что-то, вотрясь в доверье,
К точно, как мы – таким….

Пусть мир отравлен ложью.
Сквозь душ бетонный тлен
Тянется подорожник —
Вестником перемен…

Мама

Ты бродишь по пустым аллеям,
Под ноги падает ноябрь.
Ах, мама, как же я жалею,
Что безвозвратен календарь!

Там, где-то, в беззаботном детстве,
К тебе навстречу я иду.
И ты, в изысканном кокетстве,
Причёску тронешь, на ходу —

Так память чётко – беспристрастно
Фиксирует, как наяву,
Как ты была тогда прекрасна
В лучах, сквозь жёлтую листву.

И мы – рука в руке, бежали
Навстречу будущим векам,
И вместе годы приближали,
К осуществившимся мечтам…

И вечность пусть меж ноябрями,
Но осень жизни не корю.
Сквозь годы, юный образ мамы,
С неловкой нежностью люблю…

«А сад осыпался за день…»

А сад осыпался за день…
Ещё вчера шумели клёны,
Крон красных пламенела тень
И прятались в листве вороны.

И в тополях гостил туман,
Янтарной зыбкостью мерцая.
Дрожал берёзки юной стан,
Крах умиранья отрицая…

Сегодня веток чёрный сон
На листья павшие взирает.
Деревьев сиротливый стон
Тоскою душу раздирает…

«Рыже-жёлтая осень… Ах, да…»

Рыже-жёлтая осень… Ах, да,
                  у тебя она чёрная —
Сквозь холодные ливни мелькают безрадостно дни.
И в душе воцарилась, на редкость, жестоко-проворная,
Депрессивная совесть – за Всё,
                  что творится людьми:

«Обрываются жизни по прихоти алчного разума,
Разрушаются страны так
                   остервенело взахлёб —
Словно правит земною судьбою стратег «одноразовый»,
Уничтожив творения Бога…»
                  А может быть – стоп?!

Что агонию мира корить
                  и людей окружающих?!
Ты реальность меняй,
                  начиная сначала с себя!
Стань частицею радости,
                 жизнь на Земле возрождающей,
Этот мир многогранно-бредовый —
                      и в бедах любя…

«Сидит девчонка на бордюре…»

Сидит девчонка на бордюре,
В глазах – вселенская тоска.
А мимо – серые фигуры —
Прохожих движется река.

Зачёт не сдан, проректор – сволочь,
На пересдачу денег нет…
Плывёт безумный город в полночь,
И манит скользкий парапет…

И шум Невы несётся в лету…
До девочки, что чуть жива,
Вселенной этой дела нету —
Сюжетность слишком не нова!

За равнодушие не судят.
Вот только б не сойти с ума!
Что ж, девочка, мы – просто люди.
Ты выдержать должна сама…

«Сейчас вот как-то так – живём в тиши…»

Сейчас вот как-то так – живём в тиши,
Расписываем фрески солидолом,
И расквитаться с буднями спешим,
Смирившись с нищетой и произволом.

Ползём… И в рясах чёрные орлы
Парят, шеренги жертв обозначая,
Пронзают агнцев с меткостью стрелы,
И вновь над нами, сытые, взлетая…

«Депрессивная принцесса…»

Депрессивная принцесса
Вечно замуж собиралась —
Примеряла на досуге
Платье, кольца и фату,
Увлечённая процессом…
Только вот какая жалость —
Кандидата нет в супруги,
Чтобы воплотить мечту.

Нет, конечно, принцы были —
Как всегда, в любой из сказок —
Наезжали табунами,
Руку с сердцем попросить.
Только жаль, что не любила
Это лицемерье масок,
О любви твердя часами,
И начав её бесить.

Так хотелось просто принца —
Всё равно, какой державы,
Чтоб не замок с королевством,
А её саму любил,
И желал на ней жениться
Не по строгому уставу,
Вспомнив, что влюблён был в детстве,
Но случайно вдруг забыл…

Наконец-то, мимодумно,
Возле замка Принц промчался,
Где красавица принцесса
От тоски пасла овец.
И влюбился вмиг безумно,
Вспомнив детство… Обвенчался,
По канонам политеса —
Шёл с принцессой под венец…

Вот и сказочке конец…

«Ты знаешь, не время лечит…»

Ты знаешь, не время лечит,
А лишь желанье забыться —
Забвеньем память калеча,
Стирая моменты, лица…

И остервенело мрачно
Delete номера и даты,
iPhone обнулив в придачу —
Он и судья и предатель…

«Я плыла по молочной реке…»

Я плыла по молочной реке,
Против нежащего теченья,
Наслаждаясь судьбы предреченьем…
Оставляя мечты вдалеке.

Я плыла, ощущая полёт,
В белой массе слоёв иномирья,
Сбросив ворох проблем, словно гири,
Понимая – мир прошлый – не в счёт.

Я качалась в молочных волнах,
А с крутых берегов мне махали
Те, кто веру в себя потеряли,
Зажимая синиц в кулаках,

Но боялись спуститься к реке…
А молочное небо сияло,
Угольки чёрных звёзд мне мерцали,
Словно росчерки в рунной строке.

Я плыла по молочной реке,
Вдруг постигнув иллюзию мира,
Что во сне – многогранней и шире
Млечный путь, и с душой налегке…

Ожидание

Отчего я плачу, вроде – беспричинно,
Отвернувшись молча к чёрному окну?
Там, в сиянии ночи, мечутся осины,
И луны осколок – в облачном плену.

Озверевший ветер выгибает рамы,
И грохочет шифер, сотрясая дом,
И звучат в порывах грозовые гаммы,
И стучит пугливо сердца метроном.

В хаосе вселенной – время ожиданья
Хоть каких-то действий – встреч,
иль новостей…
Без тебя я плачу в точке мирозданья —
Как мне не хватает нежности твоей!

«Устанешь, в омуте тревог…»

Устанешь, в омуте тревог,
Взахлёб, пытаясь удержаться
За жизнь, ища любой предлог,
Чтобы – осилить и остаться…

Любовь – весомый аргумент,
Спасающий в безумье душу —
Боль притупляющий абсент,
С недолгой радостью, наружу…

Ещё есть дружба. Но она,
Под прессингом чинов и денег.
И эгоизмом сведена
На «нет»… Остались только тени…

Природа… Городской муляж,
Небрежно заштрихован бытом,
Где средь покупок и продаж,
Застыл какой-то смысл забытый —

Понять кого-то и простить…
Или… Но мысли упуская,
Над чёрным городом парит
Безбрежная тоска мирская…

«Суровый день взорвётся ливнем…»

Суровый день взорвётся ливнем,
И воем ветра…
А мы, давай Колосс воздвигнем
На километры —

Из нашей нежности, из чувства,
И из объятий,
Там, где батист – крахмальным хрустом,
И свечи – кстати!

И пусть взметнётся нега страсти
К вселенским звёздам!
И присягнём любовной власти…
Пока не поздно…

Троллинг

Она стояла на карнизе —
Внизу одутловатый снег
Казался пористым и сизым,
Как пена ядовитых рек.

Туда – лишь шаг – и в жижу марта,
Раскрасив красным тротуар…
О, сколько дней, в пылу азарта
Над Ней одна глумилась Тварь.

Чужая боль – убойный допинг,


комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →