Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Средний американец потребляет 34 гигабайта информации в день, хотя половину этого объема получает, играя в видеоигры.

Еще   [X]

 0 

Хайдеггер (Стретерн Пол)

Мартин Хайдеггер (1889–1976) – крупнейший немецкий мыслитель, представитель философии экзистенциализма. Он был одним из тех, кто чувствовал: в слове «быть» сокрыта огромная тайна. Отбросив все конкретные значения этого слова, мы окажемся лицом к лицу с загадкой бытия. Поискам «смысла бытия» Хайдеггер посвятил всю свою жизнь, в которой, кроме ярких прозрений, были и заблуждения, возникшие под влиянием ложных идей о превосходстве германской нации, распространенных в 30-е годы ХХ века. Но, несмотря ни на что, работы Хайдеггера стали значительным вкладом в развитие философии, теологии, эстетики и других гуманитарных наук.

Год издания: 2015

Цена: 39.9 руб.



С книгой «Хайдеггер» также читают:

Предпросмотр книги «Хайдеггер»

Хайдеггер

   Мартин Хайдеггер (1889–1976) – крупнейший немецкий мыслитель, представитель философии экзистенциализма. Он был одним из тех, кто чувствовал: в слове «быть» сокрыта огромная тайна. Отбросив все конкретные значения этого слова, мы окажемся лицом к лицу с загадкой бытия. Поискам «смысла бытия» Хайдеггер посвятил всю свою жизнь, в которой, кроме ярких прозрений, были и заблуждения, возникшие под влиянием ложных идей о превосходстве германской нации, распространенных в 30-е годы ХХ века. Но, несмотря ни на что, работы Хайдеггера стали значительным вкладом в развитие философии, теологии, эстетики и других гуманитарных наук.


Пол Стретерн Хайдеггер: Философия за час


   Paul Strathern
   Heidegger
   Philosophy in an Hour

   Перевод с английского Ю. Гольдберга
   Оформление В. Матвеевой
   Фото на обложке Bettman/Corbis Images/All Over Press

   © Paul Strathern 1997
   © Гольдберг Ю., перевод на русский язык, 2014
   © Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2014 КоЛибри®

Введение

   Наверное, Хайдеггера можно назвать самым противоречивым философом ХХ в. В первой половине этого столетия наблюдалось невиданное ранее разнообразие философской мысли. Фактически сформировались два философских направления, настолько несовместимых, что никакой серьезный диалог между ними был невозможен. Представители первого направления относились к идеям оппонентов как к совершенной нелепости. А те, в свою очередь, считали, что приверженцы первого направления совершенно не понимают смысла философии. О примирении не могло быть и речи.
   По одну сторону философского барьера располагался лингвистический анализ, основой которого по большей части стали работы Витгенштейна. Как указывает само название, эта философия требовала особой строгости в терминологии. Философские проблемы считались следствием неверного применения слов. То есть слово использовалось в контексте, в котором оно неприменимо, – в результате возникал «узел» проблемы. Но, как только узел распутывался соответствующим анализом, проблема исчезала. Возьмем, к примеру, вопрос «В чем смысл бытия?». С точки зрения лингвистического анализа такой вопрос просто некорректен. Почему? Из-за неверного применения термина «смысл». Чтобы бытие имело смысл, этот смысл должен каким-то образом существовать за пределами бытия. Однако существование вне бытия невозможно, как не может быть красным то, что не красное, или быть истинным то, что не истинно. Вот почему вопрос «В чем смысл бытия?» не имеет ответа.
   Другое направление философии, основоположником которого был Хайдеггер, являлось полной противоположностью лингвистического анализа. Главный вопрос здесь формулировался так: «Что есть бытие?» Другими словами: «Что это значит – существовать?» или «В чем смысл бытия?». Для Хайдеггера и экзистенциального направления этот вопрос невозможно «устранить анализом». Подобные вопросы не подвластны логике или рассудку. Они лежат глубже. Наше бытие фундаментально: оно первично по отношению к рациональному мышлению и лингвистическому анализу. Оно изначально «дано» каждому живому существу.
   Чтобы задавать такие вопросы о бытии и о сущем, нужна абсолютно новая разновидность философии. Именно в этом и видел Хайдеггер задачу всей своей жизни.

Жизнь и труды Хайдеггера

   Мартин Хайдеггер родился 26 сентября 1889 г. в горной деревушке Месскирхе на юге Германии, всего в двух десятках километров к северу от Боденского озера и швейцарской границы. Там жили набожные крестьяне, уклад жизни которых оставался почти неизменным на протяжении многих веков. Хайдеггер происходил из семьи мелких фермеров и ремесленников. Его отец был бондарем и церковным сторожем в местной католической церкви, мать – дочерью фермера из соседней деревни. Мартин с детства проявлял интерес к религии, и казалось, что ему суждено стать священником. После окончания средней школы он становится послушником в монастыре иезуитов и в 1909 г. поступает на теологический факультет Фрайбургского университета. Но вскоре Хайдеггер понимает, что его интересует не богословие, а философия, и через два года переходит на философский факультет. Это было смелое решение, означавшее, что он лишается церковной стипендии. Но руководство университета уже оценило необыкновенный талант юноши. Ему выделили небольшой грант, который дополнялся заработком от частных уроков.
   В университетские годы Хайдеггер не участвовал в обычных для студентов веселых проделках или шумных ссорах. Юный Мартин был всецело поглощен духовными и философскими вопросами. Простого деревенского парня до глубины души взволновали проявления современной городской жизни, с которой он столкнулся во Фрайбурге. Это был тихий провинциальный город, однако горный массив Шварцвальд неподалеку от него привлекал множество туристов из разных стран. Жители и студенты Фрайбурга гордились тем, что находятся в курсе новейших интеллектуальных и культурных течений, захлестнувших Германию того времени. В последнее десятилетие XIX в. и первое десятилетие XX в. страна на удивление быстро превращалась в крупную промышленную державу. В 1871 г., когда завершилось объединение немецких земель и образовалась Германская империя, 70 % граждан страны проживали в деревнях, а в 1910 г. доля сельского населения снизилась до 40 %. Сельская Германия с ее старинными традициями, в которой вырос Хайдеггер, практически не менялась со времен Средневековья. Теперь она отступала перед современными городами – с автомобилями, электричеством и тяжелой промышленностью. Западная культура переживала полную, всестороннюю урбанизацию.
   Похожий кризис переживала и философия. С начала ХIX в. Германия гордилась тем, что дала Европе самых известных философов, таких как Кант и Гегель. Они создали всеобъемлющую метафизическую систему, которая объясняла мир и все его составляющие, включая человечество. Во многих отношениях подобные системы стали заменять Бога. (Именно Гегель, а не Ницше первым произнес: «Бог мертв».) Эти системы были способом описания мира и опирались на метафизику, то есть на убеждения и допущения, лежащие за пределами нашего восприятия материального мира. (Метафизика буквально означает «за пределами физики».) Однако традиция таких огромных и необыкновенно серьезных метафизических систем, подобных тем, что разработали Кант, Гегель и даже Шопенгауэр, ушла в прошлое. Ницше, умерший в 1900 г. (и страдавший в последние годы своей жизни безумием, спровоцированным нейросифилисом), успел взорвать эту непомерно раздутую традицию систематической философии своими меткими и язвительными афоризмами. Для Гегеля фраза «Бог мертв» была предчувствием, а для Ницше – основой всей его философии.
   С тех пор позиции философии неуклонно подрывала наука, в том числе ее относительно молодое ответвление – психология. (В качестве аналогии можно привести пример того, как современная фотография подрывает позиции живописи.) Для многих научная истина стала заменой философской истины. В 1905 г. Эйнштейн разработал специальную теорию относительности. В ней проблема времени, давно занимавшая философов, была низведена до четвертого измерения пространственно-временного континуума. Философия превратилась в математику. Ситуация ухудшилась с появлением квантовой теории, также описанной Эйнштейном в 1905 г., – в ней свет представлялся одновременно потоком частиц и волной. Другими словами, свет – это вещество и одновременно нематериальное движение. Научная реальность опрокинула одно из главных положений логики, закон противоречия. (Два противоречащих суждения не могут быть одновременно истинными.) Но до сих пор вся философия строилась именно на логике.
   Многие мыслители, в том числе сам Эйнштейн, рассматривали эту нелогичность как временную аномалию, которая вскоре будет разрешена. Для преодоления явных противоречий в экспериментальных данных требуется лишь соответствующая математическая ловкость рук. В конце концов, сама математика полностью опирается на логику.
   Но даже если логика и вынесла этот удар, ее ждала новая угроза – теперь со стороны психологии. С точки зрения «психологизма», как его тогда называли, логика не основана на универсальных законах и поэтому не производит абстрактную и неоспоримую истину. Еще в 1865 г. английский философ Джон Стюарт Милль заявил, что логика «всеми своими теоретическими основами обязана психологии». Истины психологии первоначально возникают как результат самонаблюдения и восприятия окружающего мира. Это значит, что аксиомы, на которых основано наше мышление, определенно не являются «обобщением опыта». Закон противоречия не универсальная истина, а просто способ мышления человеческих существ. Логика уходит корнями в нашу психологию. В таком случае что есть философия? Может, попытка узнать правду о нас самих и об этом обреченном мире?
   В возрасте двадцати двух лет Хайдеггер обратился к философии, чтобы выйти за пределы богословия, казавшегося ему недостаточным для объяснения мира. Он жаждал найти определенность, которая станет опорой его сопротивлению всем сбивающим с толку и постоянно множащимся неопределенностям современной, насыщенной техникой городской жизни. Однако теперь даже сама философия приспосабливалась к науке и к современному миру. Эта тенденция противоречила возвышенной духовности, к которой стремился Хайдеггер; побеждал приземленный позитивизм, который пытался искоренить из философии все метафизические системы и их остатки. Приемлемой считалась только истина, добытая опытом, научными экспериментами или математикой. Все, что можно было либо продемонстрировать, либо доказать.
   Главным направлением современной философии, искавшим способы сопротивления этой тенденции, оставалась феноменология, самым ярким представителем которой был немецкий философ Эдмунд Гуссерль. Еще на первых курсах Хайдеггер взял в университетской библиотеке работу Гуссерля «Логические исследования», которая стала для него настоящим откровением. Он хранил книгу у себя в комнате два года. (Очевидно, в библиотеке не просили ее вернуть.) Хайдеггер был настолько впечатлен, что «читал ее снова и снова». Его завораживал даже внешний вид книги: «Магические чары, исходящие от книги, распространялись и на чисто внешнее в ней: на шрифт, каким она была набрана, на титульный лист»[1].
   Хайдеггер закончил курс обучения в 1913 г., но продолжил занятия в аспирантуре Фрайбургского университета. Годом позже началась Первая мировая война. Это ужасное событие поначалу вызвало всеобщий энтузиазм. Тысячи молодых людей по обе стороны от линии фронта записывались добровольцами. Колонны войск, маршировавших к железнодорожным вокзалам, чтобы отправиться на фронт, провожали восторженные толпы с букетами цветов – от Глазго до Будапешта и от Санкт-Петербурга до Рима. Люди из разных слоев общества, ощущавшие пустоту собственной жизни, нашли ее смысл в восторженном патриотизме. Но это будет бесславная война – такая, какой не мог представить никто. Военная тактика, столь же древняя, как и само искусство войны, была бессильна перед современным оружием. Пулеметы косили ряды наступавших солдат, газ ослеплял и душил, и целые армии буквально гнили в траншеях. Гражданское население в большинстве своем не знало об этих ужасах, и жизнь продолжалась, как прежде. Тем временем в этой невиданной прежде массовой резне умирала сама эпоха разделенного на классы общества, вдохновленного незыблемыми истинами вроде «Бога и Отечества» и сформированного «столетием мира, прогресса и процветания». (В день начала битвы на Сомме число убитых составило почти 60 тысяч человек, примерно столько же, сколько погибло от первой атомной бомбы, сброшенной на Хиросиму сорок лет спустя. Битва на Сомме продлится еще четыре с половиной месяца.)
   Хайдеггера призвали в армию, но оказалось, что у него слабое сердце. Его записали в резерв, и он вернулся во Фрайбург, где устроился на должность почтового цензора – непыльная работа, позволявшая не бросать философию. В 1915 г. он начал преподавать в университете. Двадцатишестилетний молодой человек из глубинки теперь читал лекции студентам, занимал престижную должность и имел блестящие перспективы. Серьезность и «духовность» нисколько не мешали его честолюбию. В конце 1916 г. Хайдеггер обручился с Эльфридой Петри, вдумчивой и рассудительной студенткой экономического факультета, происходившей из семьи прусских военных. Три месяца спустя, в 1917-м, они обвенчались. К тому времени во Фрайбург на должность профессора философии прибыл знаменитый Гуссерль, а Хайдеггер стал его ассистентом. Несмотря на то что феноменология была практически неизвестна за пределами академических кругов, на нее смотрели как на нечто большее, чем просто на новую философию. Это было движение, способное однажды заполнить «духовный вакуум», который, как полагали многие, начал появляться в сердце немецкой культуры. Хайдеггер настолько глубоко понимал феноменологию Гуссерля, что профессор и ассистент быстро сблизились. Вскоре Гуссерль стал по-отечески относиться к своему блестящему молодому ассистенту, видя в нем возможного преемника в условиях набиравшего силу феноменологического движения.
   Гуссерль был убежден, что нашел ответ «психологизму», а также попыткам позитивизма низвести «истину» до научной истины. Причем он не просто отметал эти заявления, а открыто противостоял им. По его мнению, подобные взгляды могли быть единственно верными в своих областях, но все равно в конечном счете оставались неадекватными. Наука и психология основаны на экспериментах, и это значит, что они всегда остаются до определенной степени неточными, в отличие от точных истин логики и математики. 2+2=4 – точно. Вероятность того, что сумма может быть равна 4,000001, нулевая. Сравните это с самыми точными измерениями скорости света, которая теперь известна с погрешностью не более миллионных долей процента. Мы принимаем эту величину как 300 000 километров в секунду, понимая, что абсолютной точности нам не достичь, какими бы совершенными инструментами мы ни пользовались. В данном случае Гуссерль был согласен с Эйнштейном, который говорил: «Законы математики, имеющие какое-либо отношение к реальному миру, ненадежны, а надежные математические законы не имеют отношения к реальному миру».
   Для Гуссерля законы математики были идеальны, они существовали априори, то есть до нашего опыта и независимо от нашего опыта. Даже в отсутствие человеческих существ, которые могли бы познать это на опыте, два плюс два все равно равняется четырем. Правда, остается значительная разница между этими законами – идеальными и реальными (которые описывают реальность). Следует признать, что мы сначала познаем эти идеальные законы посредством опыта. Но законы логики и математики не подтверждаются никакими «чувствами», которые мы можем испытывать, познавая их. Мы догадываемся о них и тут же понимаем, что они самоочевидны. Когда мы видим, что 2+2=4, то каким-то образом понимаем, что это истина.
   Если психологизм прав, это значит, что утверждение 2+2=4 не будет неопровержимым. Оно просто возникает из интуитивного восприятия мира отдельного человека. Другим интуиция подсказывает нечто иное – и у нас нет оснований это отвергать.
   Гуссерль приводил в пример геометрию, которую считал самым абсолютным и неопровержимым разделом математики. Все здание геометрии было построено на фундаменте из таких основных понятий, как «линия», «расстояние», «точка» и т. д. По мнению Гуссерля, в доисторические времена был определенный день, когда человек интуитивно осознал то или иное из этих понятий. В процессе непрерывного накопления опыта конкретный примитивный человек внезапно догадался, что такое «точка». Позже кто-то другой постиг такое понятие, как «линия». Однажды осознанные, эти понятия имеют точное и неоспоримое значение. Остальная геометрия состояла просто в использовании логических выводов, которые следуют из этих основных понятий. Например, если у нас есть одна линия, то можно провести две линии и даже три. Если три линии соединяются таким образом, что обрамляют определенный участок, то они образуют фигуру с тремя углами – треугольник. Это безусловная истина, и иначе быть не может. Это всегда было истиной, и всегда будет. Геометрия не включает подобные истины – они «уже были тут», просто ждали, пока их откроют. То же самое относится ко всей математике, ко всей логике, ко всему абсолютному знанию. Они каким-то образом существуют за пределами реальности, за пределами неточностей и неопределенностей повседневной жизни. Они существуют в своем мире. Таким образом, постулировалось «присутствие», в котором существовала абсолютная истина – единственной альтернативой было бы «отсутствие». Такое «присутствие» гарантировало абсолютную истину самим своим существованием.
   «Присутствие» Гуссерля очень похоже на невидимого и всевидящего Бога, чье существование гарантирует всю истину. И действительно, в начале своей карьеры Гуссерль заявлял, что его цель – «с помощью строго философского знания найти путь к Богу и праведной жизни».
   Но, для того чтобы найти этот путь средствами философии, необходимо изучить один предмет, истина которого ближе всего к нам, – то есть самих себя, человечество. Здесь наблюдалось такое же разделение между неопределенностями реальности и абсолютной истиной. С точки зрения Гуссерля, изучение человечества, истинного субъекта философии, лежит за пределами досягаемости науки вообще и психологии в частности. Его феноменология предлагала «философию Абсолютного Бытия», которая возникает в «универсально истинном» сознании. Настоящая философия возникает именно здесь, за пределами необходимости любого фундаментального допущения, которое требуется в логике. Это абсолютная философия, которая существует сама по себе. Но как добраться до этого «чистого» и «универсально истинного» сознания? Очевидно, что научные или даже логические методы тут неприменимы. Помочь может только феноменологический подход, который Гуссерль называл редукцией.
   Редукция состоит в сосредоточении на сознании и отказе от внимания к частностям путем «выведения их за скобки». В этом случае мы остаемся с чистым сознанием, с «сущностной, универсальной структурой разума». Первым делом «выводится за скобки» реальность. Как указывал Гуссерль, реальность состоит из реальных объектов, но эти объекты не являются объектами в самом сознании. Они существуют вне сознания в реальном мире, где они изучаются средствами науки. Следующий шаг – необходимо «вывести за скобки» объекты и действия самого сознания. Как мы уже видели, эти объекты являются не объектами самой реальности, а лишь ее отражениями. Они появились в нашем мозгу в результате действий сознания, таких как память и восприятие. К подобным действиям сознания относятся оценка, анализ, размышление и так далее. Их тоже можно «вывести за скобки». Тогда мы остаемся с самим сознанием – «чистым» сознанием, – то есть объединяющим область, где существует все наше осознание. На этом этапе мы познаем «не зависящую от происхождения» истину нашей «первичной данности» (в том смысле, что осознание нам дано). Так мы осознаем «трансцендентальное эго», которое является «универсальной истиной» и, следовательно, частью «Абсолютного Бытия».
   Хайдеггер первоначально согласился с анализом Гуссерля, но вскоре стал добавлять к его идеям собственные. Так начала формироваться его оригинальная философия, хотя она так и останется в долгу у феноменологического подхода Гуссерля.
   В 1918 г. Хайдеггера призывают в армию и отправляют на метеорологическую станцию в окрестностях Седана, на территории оккупированного немцами северо-востока Франции. Союзники наступают, и немецкая армия разваливается. Хайдеггер не принимал участия в боях, но на него огромное впечатление оказали исторические события, стремительно разворачивающиеся вокруг. Кайзер отрекся и бежал в Голландию, Германия стала республикой с социал-демократическим правительством, немецкая армия капитулировала. Униженная Германия погрузилась в политический хаос: в северных портах взбунтовался флот, Берлин и Мюнхен были охвачены беспорядками. Хайдеггер понял, что довоенная жизнь – со всей ее культурой и буржуазной самоуверенностью – больше не вернется. Его веру в феноменологию дополняло ощущение, что ему ничего не осталось, кроме «силы личности или убежденности во внутренней ценности центрального эго». Но, как это ни парадоксально, он чувствовал «радость жизни», был счастлив, что миру, который «просто играл с духом», теперь приходит конец. Будущее могло стать «новой эрой духа». Однако другие граждане Германии, охваченные подобными предчувствиями, имели иную точку зрения на происходящие события. На юге страны, в Баварии, возникла советская республика, наподобие той, что большевики во главе с Лениным создали в России. В Берлине началось восстание спартакистов, целью которых была такая же «красная республика». Обе вскоре были разгромлены правыми из фрайкора (добровольческого корпуса), и красный террор сменился белым террором. Тем временем союзники не снимали блокаду, и в стране начался голод.
   

notes

Примечания

1

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →