Интеллектуальные развлечения. Интересные иллюзии, логические игры и загадки.

Добро пожаловать В МИР ЗАГАДОК, ОПТИЧЕСКИХ
ИЛЛЮЗИЙ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ РАЗВЛЕЧЕНИЙ
Стоит ли доверять всему, что вы видите? Можно ли увидеть то, что никто не видел? Правда ли, что неподвижные предметы могут двигаться? Почему взрослые и дети видят один и тот же предмет по разному? На этом сайте вы найдете ответы на эти и многие другие вопросы.

Log-in.ru© - мир необычных и интеллектуальных развлечений. Интересные оптические иллюзии, обманы зрения, логические флеш-игры.

Привет! Хочешь стать одним из нас? Определись…    
Если ты уже один из нас, то вход тут.

 

 

Амнезия?   Я новичок 
Это факт...

Интересно

Каждый пятидесятый шотландец – героиновый наркоман.

Еще   [X]

 0 

Дело о задушенной «звездочке» (Чейз Джеймс)

Мастер детективной интриги, король неожиданных сюжетных поворотов, потрясающий знаток человеческих душ, эксперт самых хитроумных полицейских уловок и даже… тонкий ценитель экзотической кухни. Пожалуй, набора этих достоинств с лихвой хватило бы на добрый десяток авторов детективных историй. Но самое поразительное заключается в том, что все эти качества характеризуют одного замечательного писателя. Первые же страницы знаменитого романа «Дело о задушенной „звездочке“» послужат пропуском в мир, полный невероятных приключений и страшных тайн – мир книг Джеймса Хедли Чейза, в котором никому еще не было скучно.

Год издания: 2001

Цена: 69.9 руб.



С книгой «Дело о задушенной «звездочке»» также читают:

Предпросмотр книги «Дело о задушенной «звездочке»»

Дело о задушенной «звездочке»

   Мастер детективной интриги, король неожиданных сюжетных поворотов, потрясающий знаток человеческих душ, эксперт самых хитроумных полицейских уловок и даже… тонкий ценитель экзотической кухни. Пожалуй, набора этих достоинств с лихвой хватило бы на добрый десяток авторов детективных историй. Но самое поразительное заключается в том, что все эти качества характеризуют одного замечательного писателя. Первые же страницы знаменитого романа «Дело о задушенной „звездочке“» послужат пропуском в мир, полный невероятных приключений и страшных тайн – мир книг Джеймса Хедли Чейза, в котором никому еще не было скучно.


Джеймс Хэдли Чейз Дело о задушенной «звездочке»

Глава 1

Джой Дилени, сын голливудского продюсера, от скуки совершает убийство «звездочки» кино Люсиль Бало
   Давно уже этот тайный голос уговаривал его убить какую-нибудь девушку. «Это будет, – говорил он, – хорошая проверка твоей находчивости и хладнокровия». Скрыв глаза за черными очками, Джой наблюдал за девушкой в голубом бикини, которая в нескольких метрах от него позировала перед фотоаппаратом.
   Это была еще совсем юная блондинка с красивой фигурой и кожей медового оттенка. В сексуальном отношении она совершенно не интересовала Джоя. Как, впрочем, и любая другая девушка. В ней было много бьющей через край энергии. Тайный голос все настойчивее повторял: «Это именно та девушка, которая нужна тебе. Убить ее будет совсем нетрудно».
   Джой вынул из кармана золотой портсигар – подарок мачехи ко дню рождения – и закурил сигарету, продолжая смотреть на девушку. Теперь она лежала ничком на песке, положив подбородок на руки и скрестив ноги.
   Джой подумал, что ему, сыну президента кинокомпании «Пасифик», не составит большого труда уговорить девушку подняться к нему в номер. И вдруг он почувствовал радость от того, что попал на Каннский кинофестиваль. Вначале ему не хотелось ехать, и он выдумывал разные отговорки, но в конце концов отец, который всегда добивался своего, уговорил сына поехать. Джой думал о том, что не очень-то приятно всю жизнь греться в лучах славы отца. Мать Джоя двенадцать лет назад покончила с собой, выбросившись из окна отеля. Второй брак Фллойда Дилени был неудачным, и он вскоре развелся. Его третья жена, Софи, всего на пять лет старше Джоя. Это хрупкая черноволосая красавица, с голубыми глазами и лицом как у Мадонны Рафаэля. Она была итальянка и до брака с Дилени снималась в кино. Джой всегда чувствовал себя неловко в ее присутствии. Ее красота волновала его, и он старался по возможности избегать мачеху. Со своей стороны Софи тоже чувствовала в нем что-то странное. Он часто ловил на себе ее озадаченный взгляд. Она всегда была с ним ровна, но ей стоило больших трудов вовлечь Джоя в разговор, когда у них в доме собиралось общество. Джой предпочитал отсиживаться в углу, чем принимать участие в разговорах с людьми, которые его совершенно не интересовали.
   Семейство Дилени вот уже три дня жило в Каннах в отеле «Плаза». После окончания фестиваля они собирались в Италию, чтобы там выбрать натуральный фон для своего следующего фильма. Большую часть времени отец и Софи проводили в кинозалах на различных просмотрах. Джой предпочитал быть в это время на пляже.
   Фильм студии его отца – цветной, музыкальный, с лучшими звездами кино – должен был идти в последний день, и Фллойд Дилени не сомневался, что получит главный приз.
   Джой опять взглянул на девушку в голубом бикини. Теперь она уже стояла, расставив стройные ноги, и улыбалась из-под руки репортерам. Они тоже улыбались ей в ответ, потому что она им нравилась. Она была не похожа на тех мелких кинозвезд, которые зарабатывают своим телом.
   Один из репортеров подошел к Джою.
   – Привет, мистер Дилени, – сказал он. – Вы что, решили пропустить последний просмотр?
   Джой поднял голову и, слегка удивленный, кивнул. «Ну и тип», – подумал он, оглядывая потрепанного репортера. Тот был явно на взводе, но Дилени все же улыбнулся ему. Он считал, что надо быть вежливым со всеми.
   – Кому же хочется сидеть в кино в такой прелестный день, – сказал он.
   – Пожалуй, вы правы.
   Репортер подошел ближе, и Джой почувствовал запах виски. Он указал на девушку в бикини.
   – Кто это? Вы знаете ее?
   Репортер повернулся и уставился на девушку.
   – Это Люсиль Бало. Славная крошка, правда? Сейчас она работает в одной мелкой французской фирме, но через год – в чем я нисколько не сомневаюсь – будет на вершине славы. Она очень талантлива и к тому же недурна собой.
   – Понятно, – кивнул Джой.
   Получив нужную ему информацию, он взял с колен книгу, дав понять, что разговор окончен.
   – Послушайте, мистер Дилени, вы не можете устроить мне встречу с вашим отцом? – заискивающе спросил репортер. – Мне хотелось бы узнать его точку зрения на французское кино и сделать несколько снимков. Меня зовут Джо Керр.
   Улыбаясь, Джой отрицательно покачал головой.
   – Извините, мистер Керр, но об этом лучше вам поговорить с Гарри Стоуном, помощником моего отца. Он ведает этими делами.
   Репортер скривился.
   – Мне это прекрасно известно, но от него ничего не добьешься. Может быть, вы замолвите за меня словечко?
   – Нет, – отрезал Джой. – Отец не прислушивается к моим советам. – Мальчишеская улыбка очень шла Джою. – Вы ведь знаете, что такое отцы.
   – Во всяком случае, я вам весьма благодарен.
   Керр заковылял прочь.
   Джой опять посмотрел на девушку. Фотографы закончили с ней работать, поблагодарили и направились к следующему объекту: рыжеволосой красавице, раскинувшейся в соблазнительной позе.
   Люсиль Бало подошла к столику неподалеку от Джоя и села. Около нее сразу же очутился мужчина небольшого роста с кудрявыми волосами. Он держал в руках мокрую простыню и пляжную сумку.
   – Молодец, хорошо поработала, – сказал он одобрительно. – Снимки будут готовы завтра. Сейчас я хочу пойти на просмотр. Может быть, я успею хоть немного посмотреть. Ты пойдешь со мной?
   Девушка отрицательно покачала головой.
   – Я немного посижу здесь.
   – Ладно, не очень прячься, пусть люди посмотрят на тебя. Встретимся в баре «Плаза» в шесть часов.
   Джой прислушивался к их разговору.
   Девушка открыла свою сумку и вынула пудру. Джой подумал, что Люсиль Бало действительно довольно привлекательна.
   Тайный голос вкрадчиво произнес:
   – А почему бы тебе не убить ее? Тебе же давно хочется провести этот опыт. Ты очень легко можешь завлечь ее к себе в номер. Родители вернутся только через два часа, так что в твоем распоряжении еще масса времени.
   Джой оглянулся по сторонам. За столиками было не больше десятка людей. Остальные находились на просмотрах или экскурсиях. Никто не обращал на него внимания. И Джой решился. Чтобы отрезать себе путь к отступлению, он резким движением захлопнул книгу, встал и решительно направился к девушке. Его сердце билось немного чаще, чем обычно.
   – Мадемуазель Бало, не так ли? – спросил он на безупречном французском языке.
   – Да, а вы месье Дилени?
   – Уточним! Дилени-сын, а это, как вам известно, большая разница, – сказал Джой со своей обаятельной улыбкой. – Мне здорово повезло, что я встретил вас. Мой отец все утро только о вас и говорил и хочет познакомиться с вами.
   На лице девушки появилось выражение радостного волнения, и это позабавило Джоя.
   – Месье Дилени хочет познакомиться со мной? Как это чудесно! – воскликнула она. – Вы не шутите, месье, это правда?
   – Конечно. Я обещал ему привести вас, если где-нибудь случайно встречу. Почему бы нам сейчас не отправиться к нему?
   – Прямо сейчас? – несколько удивилась девушка. Она посмотрела на него широко раскрытыми глазами. Он подумал о том, какая же все-таки она трогательная и хрупкая. – Но куда?
   – В «Плазу», конечно. Отец находит вас очень талантливой. – Джой скромно улыбнулся. – Я не очень часто соглашаюсь с ним, но на сей раз, думаю, он не ошибается.
   Но эта лесть не оказала на девушку ожидаемого впечатления. Она пристально посмотрела на Джоя. Ей вдруг захотелось заглянуть за темные стекла его очков, чтобы увидеть глаза. Несмотря на обаяние улыбки, в этом парне было что-то странное. Но она тут же подумала, что встреча с его отцом может окупить дорогую путевку в Канны. «На этой поездке можно что-нибудь выиграть», – сказал ее агент Жан Тири, коренастый мужчина, который только что отошел от нее. Но тут же Люсиль вспомнила, что час назад Фллойд Дилени и его жена отправились на просмотр. Она сама это видела.
   – Но месье Дилени сейчас на просмотре.
   Джой немедленно нашел объяснение:
   – Отец обычно не досиживает до конца просмотра и удирает через боковой выход. Он собирается быть у себя в номере в четыре часа. – Джой посмотрел на золотую «Омегу». – Сейчас три тридцать. Впрочем, если вы заняты, то мы можем выбрать и другое время…
   – Нет, нет, я не занята, – поспешила уверить его девушка и торопливо встала. – Я буду очень рада познакомиться с ним.
   – Вы, наверное, хотите переодеться? – спросил Джой. Его позабавила мелькнувшая в глазах девушки растерянность. Вероятно, она спрашивала себя, как можно за полчаса переодеться и навести красоту. – Вы остановились в «Плазе»? – спросил он.
   Она покачала головой:
   – Нет, рядом, в «Метрополе».
   – Вам совсем не надо переодеваться, – сказал он, оглядывая ее. – Мой отец и так знает, что вы красивы.
   Она натянуто улыбнулась.
   – Думаю, что мне нужно спешить, если в моем распоряжении всего только полчаса, – сказала она, торопливо натягивая пляжный халат.
   Джой наблюдал за ней. Она была очень спокойной, позируя репортерам, но при мысли о встрече с его отцом выдержка покинула ее. Она волновалась, как девочка при первом свидании.
   – Еще одна деталь, – сказал он, несколько понизив голос. – Пожалуй, вам лучше пока никому не говорить о встрече с отцом. Люди так любят сплетничать, не правда ли? Мне показалось, что в отношении вас у отца есть какие-то определенные планы, но ведь все может измениться, так что пока лучше помолчать.
   Девушка и сама понимала, что это может сильно повредить ее карьере, если разнесутся слухи, будто великий Фллойд Дилени встречался с ней, но из этого ничего не вышло. А вдруг он предложит ей контракт? Как жаль, что Жан сейчас на просмотре. Надо было бы посоветоваться с ним перед встречей с Дилени.
   – Конечно, я никому ничего не скажу, – ответила она после некоторого раздумья. – Номер 27, не правда ли? Ну, я побежала.
   – Тогда до четырех часов, – сказал Джой. Он некоторое время смотрел ей вслед, потом закурил сигару и сел.
   Прежде всего надо было подумать, как убить ее. Это, конечно, следует сделать в номере. Итак, надо сделать так, чтобы совсем не было крови. Он вспомнил о шелковых шнурках, держащих тяжелые шторы на больших окнах гостиницы. Нужно будет накинуть шнур на шею девушки и затянуть так, чтобы она не успела даже крикнуть. Он стряхнул пепел с сигареты и снова подумал о том, как он невозмутимо спокоен. Это в некоторой степени обрадовало его. Сам по себе акт убийства его нисколько не интересовал. Главное начнется, когда у него на руках окажется труп. Что с ним делать, куда его деть? Это обстоятельство и будет испытанием ловкости и хладнокровия. Джой прекрасно понимал, что достаточно любой оплошности, и он окажется в руках полиции. Он сидел, подставив свое юное красивое лицо лучам солнца, стараясь ни о чем не думать, и чувствовал, как его сердце бьется все чаще и чаще, а ладони становятся влажными.
   В три пятьдесят он встал и направился к отелю. По дороге ему встретились несколько кинопродюсеров, и он, по своему обыкновению, очень вежливо раскланялся с ними. Его забавляла мысль, что эти люди, вероятно, считали его весьма заурядным славным парнем, которого не испортили отцовские миллионы. Он взял у портье ключи от номера и поднялся на второй этаж, отведенный самым уважаемым гостям фестиваля. Как он и ожидал, длинный коридор был пуст. Джой отпер дверь номера 27 и вошел.
   Номер состоял из большой гостиной, столовой и трех спален. Джой подошел к огромному окну и снял один из шелковых шнуров, поддерживавших кремовые занавески. Шнур был гладкий и крепкий. Джой свернул его и положил в карман. На часах было без одной минуты четыре. Джой немного походил по комнате и решил, что надо быть абсолютно спокойным. Сел. Минут через пять девушка обязательно будет здесь, а еще через пять минут она уже будет мертвой. Вот тогда-то и начнется самое волнующее приключение в его жизни. Он сидел неподвижно, не сводя глаз со стрелок часов, и прислушивался к глухим ударам сердца. Когда минутная стрелка стала ровно на двенадцать, в дверь номера негромко постучали.

   В тот день в дневной программе кинофестиваля был индийский документальный фильм. Софи Дилени нашла его невыносимым. Ее угнетали сцены нищеты и грязи, а от закадровой музыки нестерпимо ныли зубы. Она с тоской думала о пляже, солнце и море. Когда на экране возникли люди, страдающие кожными тропическими болезнями, она не выдержала и посмотрела на мужа. Он сидел, откинувшись на спинку кресла, и стоически смотрел на экран. Софи поняла, что не сможет уговорить мужа уйти с просмотра. Он никогда не подаст дурного примера, уйдя с фильма другого режиссера. Появление в кадре человека с язвой на груди, которую показали крупным планом, окончательно доконало Софи. Она осторожно коснулась руки Фллойда.
   – Дорогой, ты не будешь возражать, если я уйду? – прошептала она. – С меня достаточно.
   Дилени искренне любил ее и обращался с ней как с ребенком. Поэтому он кивнул в знак согласия.
   – Хорошо, дорогая, я разрешаю тебе исчезнуть отсюда. А мне придется остаться. Ты пойди искупайся, полежи на пляже или вообще развлекись как-нибудь. – И он снова повернулся к экрану.
   Софи поцеловала мужа в щеку.
   – Спасибо, дорогой, – прошептала она и поднялась. Многие в зале видели этот поцелуй и с завистью наблюдали за ее уходом.
   В фойе Софи облегченно вздохнула и посмотрела на часы. Было 3.50. Она пешком направилась в «Плазу». По дороге раскланивалась и улыбалась знакомым и даже один раз задержалась и поговорила с итальянским артистом. Он раздевал ее взглядом, нагло давая понять, что был бы очень не прочь лечь с ней в постель. Привыкшая к подобным атакам, Софи болтала о пустяках и с невозмутимым спокойствием мило улыбалась, держась подальше от нахальных лап киноактера. В конце концов они простились. Она вошла в вестибюль «Плаза», как всегда заполненный знаменитостями, подошла к стойке и попросила ключ от номера.
   – Ключ у месье Дилени-сына, – ответил портье. – Он пришел несколько минут назад…
   Софи отошла от стойки и поднялась на лифте на второй этаж. Выходя из кабины, она посмотрела на часы, висевшие как раз над их номером. Они показывали 4.07. Софи подошла к номеру и повернула ручку. Дверь оказалась запертой. Она постучала.
   – Джой! Это Софи!
   За дверью была мертвая тишина. Софи постучала громче. Ожидание под дверью раздражало ее.
   – Джой, прошу тебя!
   Появился коридорный.
   – В чем дело, мадам?
   – У вас есть запасной ключ от этого номера? – спросила она. – Вероятно, мой приемный сын уснул.
   – Конечно, мадам. – Коридорный достал из кармана ключ и отпер им дверь номера.
   Первое, что она почувствовала в гостиной, – это запах незнакомых ей духов. Она остановилась и вдохнула нежный, едва уловимый аромат, прищурив свои большие голубые глаза. Их номер был строго частным. Фллойд требовал, чтобы сюда никого из посторонних не впускали. Но незнакомый запах духов означал, что здесь была женщина. «Может быть, Джой привел какую-нибудь девушку», – подумала Софи. Значит, она вторглась в какую-то сексуальную авантюру. Фллойд предупредил Джоя, что они вернутся сегодня не раньше шести часов. Неужели юноша решил воспользоваться этим и привести в номер одну из тех отвратительных шлюх, которые разгуливают внизу по вестибюлю?
   – Джой! – сердито позвала Софи.
   В его спальне послышались шаги, и дверь открылась. Джой вошел в гостиную и очень осторожно прикрыл за собой дверь. Он был в темных очках. Софи всегда не любила эту манеру прикрывать глаза темными стеклами. Они создавали барьер между ней и юношей. Она никогда не могла определить, о чем он думает. Однако на этот раз, несмотря на то что лицо Джоя было, как обычно, прикрыто темными очками, Софи тотчас же почувствовала, что он принес с собой в комнату какое-то напряжение.
   – Добрый день, Софи, – небрежным тоном сказал Джой. – Ты вернулась раньше?
   – А разве ты не слышал, как стучали в дверь? – сердитым тоном спросила она.
   Джой прошел в глубь комнаты, и Софи заметила, что он старается держаться между ней и дверью своей спальни.
   – Кажется, что-то слышал, но не предполагал, что это ты. – Он вынул из кармана портсигар, и при этом движении Софи заметила у Джоя на руке три кровоточащие царапины.
   – Ты где-то оцарапался, – заметила она. – Будь осторожен, они кровоточат.
   Джой посмотрел на царапины, вынул платок и вытер кровь.
   – Это кошка в коридоре меня оцарапала, – пояснил он.
   Эта глупая ложь вконец рассердила Софи, и она, сказав, что думает о подобных кошках, отошла к окну.
   «Стоит ли говорить с ним о девушках?» – подумала она. Ее положение третьей жены весьма затрудняло обсуждение такой темы. Джой мог посоветовать не совать нос в его дела. Может быть, рассказать все Фллойду и попросить поговорить с сыном начистоту?
   – Фильмы оказались неинтересными? – поинтересовался Джой.
   – Да.
   После паузы он спросил:
   – Где отец?
   – Еще на просмотре.
   Софи нетерпеливо отдернула правую занавеску и заметила, что на ней нет шелкового шнура и она висит теперь совершенно свободно.
   – Ты что-то ищешь, Софи? – спросил Джой.
   – Да вот, посмотри, пропал шнур, – сказала она, повернувшись.
   Красивое лицо Джоя по-прежнему ничего не выражало. В стеклах его очков она видела свое двойное отражение.
   – Ты очень наблюдательна, – сказал он и вытащил из кармана розовый шнур. – Ты не его ищешь? Я забыл его повесить, так как только что забавлялся с ним.
   Неизвестно почему, но эти слова показались Софи зловещими, и она невольно вздрогнула.
   – Что ты имеешь в виду? – спросила она.
   – О, ничего особенного. Мне просто скучно, и я развлекался с ним.
   Он медленно двинулся в сторону Софи, держа в руке свернутый шнур, который свисал в виде петли. Они стояли так, глядя друг на друга. Софи внутренним чутьем внезапно поняла, что здесь что-то произошло. Запах незнакомых духов, царапины на руках и такая выразительная петля – все это складывалось в ее мозгу в какое-то неясное, но очень зловещее предчувствие. Ей захотелось бежать из комнаты, но она пересилила себя и с трудом взяла себя в руки.
   «Это же просто нелепо, – сказала она себе. – Почему я должна бояться сына Фллойда?»
   – Зачем ты привел сюда девушку?
   Он легко опустил конец шнура, и тот стал раскачиваться, как маятник.
   – Ты слышишь меня? – повысила голос Софи.
   – Как это ты догадалась? – спросил Джой, с иронией глядя на нее. – Но ты совершенно права: я привел сюда девушку, и, по правде говоря, она еще там. – Он указал в сторону спальни.

   Было время, когда журналист Джо Керр считался лучшим репортером в Штатах. Редакции журналов покупали его статьи раньше, чем они были написаны. Кроме того, он удачно фотографировал, а такая комбинация была особенно удачной для репортера. Джо был женат, любил свою жену и мог считаться счастливейшим человеком в мире, пока не произошло событие, совершенно изменившее его жизнь.
   Однажды вечером он возвращался с женой из гостей в своем «Кадиллаке». Джо немного выпил, но вел машину очень осторожно и внимательно наблюдал за дорогой. Они добрались до своего дома, и Джо развернул машину, чтобы задним ходом въехать в гараж, а жена вышла, чтобы открыть дверь гаража. Джо остался за рулем, держа ногу на педали тормоза. Жена начала открывать двери, но тут нога соскользнула с тормоза, и машина на полной скорости проломила двери и вместе с ними врезалась в заднюю стенку гаража.
   Когда Джо вытащил тело жены из-под обломков, она была мертва. Джо так и не смог оправиться после этого случая. Он начал много пить и скатывался по наклонной плоскости. Он утратил профессионализм, и редакторы перестали брать у него статьи. Никто из прежних знакомых не узнавал теперь Джо Керра в опустившемся человеке с помятым лицом, который подходил к отелю «Плаза» после разговора с Джоем Дилени. Теперь он докатился до скандального голливудского журнала «Замочная скважина». Зарабатываемых денег хватало только на виски и на другие минимальные потребности. Именно для этого журнала Джо и хотел получить интервью Фллойда Дилени. Он разговаривал по этому поводу с Гарри Стоуном, помощником Фллойда, но тот был жестоко откровенен:
   – Неужели вы думаете, что Фллойд Дилени будет разговаривать с вами? У него от вашего перегара, без сомнения, случится припадок…
   При воспоминании об этом Джо весь кипел от негодования. Он не спеша поднялся на второй этаж и занял место в нише окна, откуда хорошо были видны двери номера 27. Керра никто не заметил. Он сидел на подоконнике, держа на коленях свой «Роллен-фокс», довольный тем, что в коридоре было достаточно света, чтобы снимать лица. В два часа он выпил два двойных виски, и его сознание слегка мутилось. Он и сам на этот раз не знал, что же он ищет. Ему было известно, что Дилени с женой были на просмотре очередного кинофильма, а с сыном Дилени он только что разговаривал на пляже. Кажется, молодой Дилени не собирался оттуда уходить. Итак, судя по всему, Джо напрасно терял свое время. Однако эта мысль не очень-то тревожила Джо. Его вполне устраивал этот предлог, чтобы хоть немного спокойно подремать здесь, вдали от всех этих суматошных людей.
   Когда часы над дверью показывали 3.55, в коридоре появился Джой Дилени. Не отдавая себе отчета в своих действиях, Керр поднял аппарат и мягко нажал на спуск. Он видел, как Джой отпер дверь и зашел в номер. Передернувшись, Керр вытащил из кармана фляжку с виски, сделал хороший глоток и положил ее обратно. Ему в голову снова пришла мысль, что он напрасно тратит тут время, но в этот момент в коридоре появилась девушка. Он сразу узнал ее. Это была восходящая французская «кинозвездочка» Люсиль Бало. На ней было открытое бело-голубое платье и ожерелье из крупных голубых бус, которые красиво выделялись на ее загорелой коже. Джо едва успел спросить себя, что нужно этой девушке на втором этаже, где живут только продюсеры, как она постучала в номер 27. Керр щелкнул затвором фотоаппарата. Опуская его на колени, он уже начал придумывать текст к снимку. Что-нибудь в таком роде: «Тихий стук в дверь. Люсиль Бало, восходящая французская „звездочка“, заходит в роскошный номер Фллойда Дилени в отеле „Плаза“. Не станет ли это началом карьеры молодой талантливой дебютантки?»
   Тут Керр увидел, как дверь отворилась и на пороге появился Джой. Он сказал:
   – Как вы точны. Входите же. Отец ждет вас.
   Девушка вошла в номер, и дверь захлопнулась.
   Прошло несколько секунд, прежде чем до одурманенного алкоголем сознания Керра дошли слова Джоя: «Отец ждет вас!»
   Но ведь этого не может быть! Фллойд Дилени сейчас находится на просмотре. Джо Керр сам видел, как он входил с женой в зал, и знал, что просмотр закончится не раньше шести часов. Джо почесал затылок: что все это значит? Он вдруг вспомнил, что Джой только что расспрашивал его о девушке. Может быть, этот красивый юноша, с такими хорошими манерами, просто заманил девушку в номер под тем предлогом, что с ней хотел встретиться его отец, а сам собирается соблазнить ее? Понятно, что любая честолюбивая девушка-актриса не упустит такой удачный момент. Джо Керр даже вспотел от волнения. Допустим, Джой попытается сделать это, и девушка закричит. Тогда Джо получит возможность ворваться в номер с фотоаппаратом. Может быть, он даже заснимет их борющимися, и девушка будет без платья или не совсем в приличном виде?
   Джо внимательно прислушивался, но вокруг было тихо. Он уже собрался покинуть свое укрытие и подойти к двери, когда увидел выходящую из лифта Софи Дилени. Мгновение он не верил своим глазам. Несчастья и неудачи так долго преследовали его, что он не мог поверить в свою удачу. И еще какую удачу!
   «Сынок заманивает в папочкин люкс „звездочку“, и в этот момент появляется мачеха!» Да журнал «Замочная скважина» с руками оторвет такой увлекательный материал!
   Софи постучала в дверь номера 27, и Джо Керр, совершенно отрезвевший от такой удачи, навел на нее свой фотоаппарат.

   Джой раскачивал пурпурный шнур, и Софи не могла оторвать от него взгляд. Джой был очень уверен в себе. Он видел, что Софи напугана, а ведь ее не так-то легко запугать. Он также видел, что она озадачена его чистосердечным признанием.
   «Не стоит слишком ее пугать, – думал он. – Надо ее успокоить. Интересно, как она узнала про девушку? Может быть, запах духов выдал ее присутствие».
   – Итак, ты хочешь сказать, Джой, что у тебя в спальне девушка?
   – Мне очень жаль, – сказал он, отошел от нее и бросил шнур на диван.
   «И надо же было, чтобы так не повезло! Три дня Софи вместе с отцом высиживала все сеансы до конца, но именно в тот день, когда нужно было ее отсутствие, она явилась раньше».
   Однако теперь, когда Джой справился с первым испугом, он уже находил ситуацию еще более волнующей. Когда Софи постучала в дверь, он как раз стоял на коленях рядом с безжизненным телом Люсиль и снимал петлю с ее шеи. Стук в дверь на какое-то время парализовал его. Ему показалось, что сердце перестало биться и кровь застыла в жилах. От охватившего его панического страха он абсолютно перестал соображать. Это был трудный, очень трудный момент, который тоже был испытанием. Джой с самого начала знал, что если он рано или поздно рискнет проделать свой опыт, то это будет испытанием его воли и хладнокровия. Но он все же не думал, что этот момент наступит так быстро. Стук в дверь раздался, едва Джой покончил с девушкой. И все же он удивительно быстро взял себя в руки, поднял ставшее тяжелым тело Люсиль, отнес его в спальню и положил на кровать. Потом вернулся в гостиную, запихнув шнур в карман. Правда, было еще одно осложнение: во время их короткой, но бурной борьбы порвалось ожерелье девушки, и бусинки рассыпались по всему ковру. Это были крупные камни, размером с орех. Их, конечно, нетрудно было собрать, но Джою пришлось поторопиться. Едва он успел подобрать последнюю бусинку, как послышался скрежет ключа в замке. Джой метнулся в спальню и закрыл за собой дверь.
   – Глупый, глупый порыв, – продолжал он. – Мне было ужасно скучно, а она казалась такой красивой…
   – И все же я не понимаю, как ты мог решиться на такое, – холодно произнесла Софи.
   Он закурил сигарету и с радостью увидел, что его руки не дрожат.
   – Наверное, ты понимаешь, каким одиноким я себя иногда чувствую, – сказал он, нащупывая правильный путь. – В конце концов, Софи, у тебя есть муж, а у меня никого нет. Отец совершенно не думает обо мне. Он занят тобой и делами. Эта девушка сидела в вестибюле и показалась тоже очень одинокой. Я заговорил с ней, и она предложила мне куда-нибудь пойти. Ты только не думай, что я пытаюсь оправдаться. Я просто не знал, куда ее вести, и привел сюда. – Он смотрел на Софи через темные очки, и ему начало казаться, что она успокаивается. – Забавно, – продолжал Джой, – в вестибюле девушка показалась мне очень красивой. Но, когда мы поднялись сюда, я сразу же разочаровался в ней. Наверное, потому что увидел ее в знакомой обстановке. Во всяком случае, теперь я понимаю, какого дурака свалял, что привел ее сюда.
   – Понимаю, Джой, – сказала Софи, и он уловил в ее голосе нотку сочувствия.
   – Моей единственной мыслью было избавиться от нее как можно скорее. Я ломал себе голову, как это сделать, так как боялся, что она может закатить сцену. И тут появилась ты. Не могу выразить тебе, как я рад, что ты вернулась. Честно говоря, я просто не знаю, как ее отсюда выставить.
   Софи посмотрела на двери спальни.
   – А она не слышит, что говорят?
   – О нет. – Он наклонил голову и стряхнул пепел в пепельницу. – Я, как услышал твой стук, затолкал ее в ванную и запер дверь. – И в этот момент он не смог удержаться от шутки: – Она ничего не слышит, все равно что мертвая…
   Софи не слушала его. Она подошла к окну и стала смотреть на море.
   – Твой поступок очень огорчил меня, Джой. Не следовало приводить девушку сюда.
   – Я понимаю и раскаиваюсь. Прости меня.
   Она повернулась и заставила себя улыбнуться.
   – Оставим это. Уверена, что такое больше не повторится. – Она направилась к своей спальне. – Хочу искупаться. Я ведь, собственно, и зашла сюда только за купальным костюмом.
   Джой вдруг почувствовал прилив торжества. Он успешно прошел через первое испытание.
   – Спасибо, Софи, что простила меня, – сказал он со своей обаятельной улыбкой. – Ты не скажешь отцу?
   – Не скажу.
   И вдруг ее внимание привлек голубой шарик, лежащий в кресле. Она нагнулась и подняла его.
   – Что это? – спросила она, положив на стол бусинку от ожерелья задушенной девушки.
   – Красивая штучка, правда? – небрежно спросил Джой. – Ты уверена, что это не твоя?
   – Конечно, не моя!
   Ее резкий тон послужил для Джоя своеобразным предостережением. Он указал на дверь спальни и понизил голос:
   – Наверное, это она уронила.
   Софи посмотрела на него с неприязнью и, не говоря больше ни слова, быстро прошла в свою спальню, оставив дверь открытой. Джой взял бусинку и опустил ее в карман, где уже лежали остальные. После ухода Софи придется очень тщательно осмотреть пол и все вокруг, чтобы собрать все бусинки до единой. Софи могла сообразить, что бусинка – из ожерелья, а это обстоятельство наряду с царапинами свободно могло навести ее на мысль о борьбе и насилии.
   Софи вышла из спальни в купальном костюме. Джой открыл ей дверь.
   – Я вернусь через час, – сказала Софи и многозначительно посмотрела на дверь спальни Джоя, потом быстро вышла в коридор, как будто боялась задержаться.
   Джой некоторое время постоял на пороге, глядя ей вслед, потом закрыл дверь и запер ее. Он посмотрел на часы. Было ровно 4.30.
   Он облазил всю комнату в поисках бусинок, но нашел только одну под диваном и удовлетворился этим. Потом повесил шнур на место и осмотрелся кругом. Нигде не было видно и следов недавно происходившей здесь борьбы. Все выглядело точно так же, как сорок минут назад, когда он вошел сюда. Закурив сигарету, он подошел к окну и посмотрел на царапины на руке. Девушка отчаянно боролась за свою жизнь. Шнур не позволял ей кричать, но, прежде чем окончательно потерять сознание, она впилась пальцами в руку Джоя. Он и не ожидал, что она проявит столько силы в борьбе за жизнь. Был момент, когда он даже засомневался, справится ли с ней. Он зашел в спальню, не глядя на кровать, и шагнул в ванную. Там вымыл руку и продезинфицировал ее. Вытирая руки, он обдумывал свой дальнейший шаг. Избавиться от трупа можно только поздней ночью. Значит, в его распоряжении лишь двенадцать часов. Но за это время Люсиль Бало могут хватиться.
   Он вспомнил подслушанный им разговор между девушкой и человеком с кудрявыми волосами, который, наверное, был ее агентом. Они договорились встретиться в шесть часов внизу, в баре «Плазы». Если она не придет, то агент определенно начнет разыскивать ее и может поднять шум. Джой решил предотвратить это.
   Джой вернулся назад в гостиную и на полке отца отыскал справочник «Кто есть кто в кино». Он быстро нашел в книге коротенькую заметку о Люсиль Бало. Из нее узнал, что она снялась в пяти фильмах, ей двадцать один год, живет в Париже и ее агент Жан Тири. Поставив книгу на полку, Джой снял трубку и попросил соединить его с отделом писем и сообщений. Его соединили, и он сказал:
   – Будьте добры, доставьте сообщение месье Тири, который будет в баре «Плазы» в шесть часов. Текст следующий: «Вечер проведу в Монте-Карло. Увидимся утром. Люсиль Бало».
   Служащий повторил сообщение, обещал доставить его точно в срок, и Джой повесил трубку. Он знал, что в шесть часов в номер зайдет горничная, чтобы приготовить постели на ночь. Он вошел в спальню и запер ее. Убитая девушка лежала на кровати.
   Люсиль казалась спящей. Джой оглядел комнату в поисках места, куда бы можно было ее спрятать. Но ничего подходящего не было, кроме огромного шкафа. Он решил спрятать ее туда. На мгновение нервы сдали и выдержка изменила ему, когда он подумал, что придется коснуться тела девушки. Но это было только на мгновение. Он распахнул дверцы шкафа, подошел к телу девушки и поднял его. И снова удивился, как тяжело ее переносить. Он уложил тело в шкаф, запер его и спрятал ключ в карман. Затем подошел к комоду, достал из ящика плавки и вошел в гостиную. Там наполнил свой портсигар сигаретами из коробки на столе, вышел из номера и запер за собой дверь.

   Джо Керр внимательно следил за ним. Он был несколько озадачен и разочарован. Такая острая ситуация, казалось, разрешилась ничем. Софи Дилени ушла из номера, а теперь и ее приемный сын с плавками в руках тоже покинул его. Да, но куда же девалась девушка?!
   Замок на двери был таким, что сама Люсиль никак не могла выйти из номера, даже если бы и захотела. Ситуация создалась интригующая. Джо осмотрел пустующий коридор, выбрался из своего убежища и подошел к номеру 27. Он прислушался, но ничего не услышал, и это натолкнуло его на мысль постучать в дверь. Ответа не последовало. Джо очень удивился, так как был совершенно уверен, что девушка там. Может быть, молодой Дилени попросил ее не открывать на стук?
   И вдруг он почувствовал, что за ним наблюдают. Он с небрежным видом отошел от двери и оглянулся. В самом конце коридора, у лестницы, он увидел детектива отеля.
   С находчивостью опытного газетчика Джо направился прямо к нему. Тот неодобрительно изучал репортера.
   – Кажется, месье Дилени нет в номере? – спросил Джо.
   – Да, его там нет, – ответил сыщик. – А разве вы не справились у портье?
   – Конечно, справлялся, – уверенно ответил Джо, – и мне сказали, что он там…
   – Они, по-видимому, имели в виду сына, но он тоже ушел. Вам нужен сын?
   – Зачем он мне? – ответил Керр. – Ладно, я потом зайду. – Он стал медленно спускаться по лестнице, насвистывая и понимая, что сыщик внимательно смотрит ему вслед.
   «Вот не повезло, – думал Керр, проталкиваясь сквозь толпу в вестибюле. – Интересно, как долго сыщик проторчит там? Во всяком случае, до возвращения Дилени девушка никак не сможет выйти из номера».
   Он подошел к столику дежурного.
   – Когда кто-нибудь из семьи Дилени поднимется в номер, сообщите мне, ладно? Я буду в баре. – Керр с неохотой достал из кармана тысячефранковый банкнот и вручил дежурному. – Только прошу вас, не забудьте, это очень важно.
   Служащий отеля взял деньги и пообещал позвонить. Джо подошел к внутреннему телефону и попросил соединить его с номером Дилени…
   После паузы телефонистка сообщила:
   – Очень жаль, месье, но никто не отвечает.
   Джо Керр повесил трубку и протолкался в бар. Открывая дверь, он посмотрел на часы, висевшие над дверью: они показывали 4.55.

Глава 2

Софи Дилени, мачеха Джоя, напуганная его поведением, наблюдает за ним и обнаруживает труп девушки в шкафу
   Жан Тири выходил из кинотеатра, держась в нескольких шагах от Фллойда Дилени. Он подумал, что настал удобный момент, чтобы обратиться к нему. Если удастся заинтересовать американца, то финансовые беды закончатся. Осталось всего три дня до окончания фестиваля, и все меньше шансов было на то, чтобы уговорить Дилени подписать контракт с восходящей «звездочкой» Люсиль Бало. Она была единственной надеждой Тири. Он посмотрел на часы: было около шести, время, когда он договорился встретиться с Люсиль в баре. Если он поспешит, то, возможно, сразу сможет устроить, чтобы он и Люсиль были в вестибюле в то время, когда Дилени придет в «Плазу».
   У двери кинотеатра он почти столкнулся с Дилени. Ухватившись за представившуюся возможность, Тири сказал:
   – Добрый день, мистер Дилени.
   Дилени быстро взглянул на него и остановился. Это был высокий, широкоплечий блондин с седыми висками. Его загорелое лицо было скорее привлекательным, чем красивым. У него были серые глаза, выразительный рот и подбородок с ямочкой. Он выглядел гораздо моложе своих пятидесяти лет.
   Нахмурившись, он попытался вспомнить, где встречался с Тири.
   – Простите… вы…
   – Жак Тири, к вашим услугам, мистер Дилени. Агент Люсиль Бало.
   На лице Дилени появилось внимательное выражение.
   – Да, мистер… помню. – Он подал руку Тири. – Надо сказать, что вам повезло с клиенткой. Пожалуй, я смог бы что-нибудь предложить ей. Как у нее теперь обстоят дела?
   Тири пожал руку Дилени так осторожно, словно она была из фарфора.
   – Она только что закончила картину, мистер Дилени, и сейчас свободна.
   – Ну что же, тогда встретимся вместе и выпьем, – предложил Дилени. – Я освобожусь в девять часов, хорошо? Приведите ее в бар к этому времени.
   – Хорошо, мистер Дилени, – согласился Тири, не веря своему везению. – Мы обязательно будем там, благодарю вас.
   Дилени кивнул и поспешил через фойе к своему «Бентли», стоявшему на стоянке.
   С бьющимся сердцем Тири сбежал по ступенькам и стремглав бросился к отелю «Плаза». Какая удача! Дилени не стал бы тратить на разговоры время, если бы действительно не был заинтересован в разговоре с Люсиль. Это может означать контракт и тридцать миллионов франков! А десять процентов от этой суммы тоже немало. Он с трудом сдерживал себя, чтобы не бежать. Какое счастье для Люсиль, но она вполне заслужила его. Она действительно много работала, не давая себе отдыха, и во всем слушалась его. И похоже, что теперь она могла пожинать плоды скорее, чем он даже думал.
   Когда Тири вошел в бар, часы уже показывали 6.15. Он огляделся, но нигде не увидел Люсиль. Он прекрасно знал, что не в ее привычках опаздывать, и стал проталкиваться к стойке. Он заказал виски с содовой, чтобы отпраздновать событие, и нетерпеливо посматривал на вход. А в это время за ним следил Джо Керр, держа в руке третий стакан виски.
   В зал вошел посыльный гостиницы и крикнул:
   – Месье Жан Тири?
   Тири помахал посыльному рукой, и тот передал записку. В ней говорилось: «4.55. Получено сообщение для месье Тири. Текст: Вечер проведу в Монте-Карло. Увидимся утром. Люсиль Бало».
   «Какого черта Люсиль поехала в Монте-Карло? – подумал Жан. – И с кем?» Одна она туда никак не могла поехать. Он посмотрел на часы над баром. Было шесть двадцать. В его распоряжении оставалось два часа сорок минут до встречи с Дилени. Необходимо во что бы то ни стало разыскать Люсиль, чтобы привести ее в «Плазу» на встречу. Что ж, это будет не очень трудно – Монте-Карло небольшой городок. Она наверняка в одном из казино. Он скомкал записку и, отшвырнув ее в сторону, поспешил из бара к своей побитой машине.
   Не успел Тири выйти из бара, как Джо Керр сполз со своего табурета и поднял скомканную записку. Он разгладил ее и стал читать. Когда закончил, на лице его отразилось полнейшее замешательство. Значит, девушка все-таки вышла из номера. Как же это он пропустил ее? Он сунул записку в бумажник, допил виски и подошел к дежурному.
   – Вы не видели, как уходила мадемуазель Люсиль? – спросил он.
   – Она не покидала отель, – ответил дежурный, и, зная его профессиональную наблюдательность, Керр ни на минуту не усомнился в правдивости ответа.
   – И никто из Дилени еще не пришел?
   – Нет, месье.
   В отеле был боковой выход рядом с телестудией, и Керр решил справиться еще и там. Он прошел по коридору к репортерам, сидевшим с камерами на коленях.
   – Друзья, вы не видели Люсиль Бало? – спросил он.
   Репортеры отрицательно покачали головами.
   – Она здесь не проходила.
   «Значит, она должна быть в номере Дилени, и нигде больше, – сказал себе Керр, возвращаясь в вестибюль. – Но тогда к чему эта записка? Может быть, девушка собирается провести ночь в комнате молодого Дилени?» Но Джо показалось странным, что девушка разрешила запереть себя там так рано.
   Тут он увидел, что в вестибюль вошел Фллойд Дилени и его агент по рекламе Гарри Стоун. Стоун подошел к портье и взял ключи от номера. Джо услышал, как Дилени сказал ему:
   – Я сейчас поднимусь к себе. Увидимся в баре в девять. Мне хотелось бы заключить контракт с Люсиль Бало, если мы придем к соглашению.
   Джо Керр быстро пересек вестибюль и поднялся на второй этаж. Оглянувшись и увидев, что коридорного нет, он быстренько подбежал к нише напротив номера 27 и скользнул в нее. Затем приготовил фотоаппарат. В этот момент лифт остановился, и из него вышел Фллойд Дилени, открыл дверь номера и вошел. Подойдя к телефону, он вызвал секретаршу мисс Кобб, которая жила на третьем этаже.
   – Прошу вас, зайдите ко мне, – сказал он и положил трубку.
   Пройдя в спальню, он переоделся в халат. В этот момент он услышал, как в гостиной появилась мисс Кобб.
   – Ждите меня со Стоуном, – сказал он ей. – Я через минуту приду.
   Он вошел в ванную и принял холодный душ.
   Когда Софи вошла в номер, Фллойд разговаривал по телефону. Он приветливо помахал ей рукой, и она, подойдя, поцеловала его в лоб.
   Потом она зашла в спальню, переоделась и легла в шезлонг. С момента разговора с Джоем ее не оставляло какое-то смутное беспокойство. Объяснение по поводу девушки, находящейся в спальне, не удовлетворило Софи. Она была уверена, что Джой солгал. У нее было предчувствие, что произошло нечто более серьезное. Царапины на руке Джоя и то, как он держал шнур в руке, голубая бусинка в кресле – все это произвело на Софи удручающее впечатление. Чем больше она размышляла об этом, тем мрачнее становилось у нее на душе. Она знала, что обо всем надо рассказать Фллойду, но опасалась, что он отнесется к этому не так, как нужно. Она и сама знала, что Фллойд не интересовался жизнью сына и критически относился к нему, а ей не хотелось усугублять и без того натянутые отношения. Она услышала, как Дилени положил трубку, а через минуту открылась дверь, и он вошел в комнату.
   – Ну, дорогая, хорошо выкупалась? – спросил он.
   – Да, чудесно. Я прошу тебя, сядь рядом, нам необходимо поговорить.
   Он подошел к ее шезлонгу и сел рядом, держа в руке стакан с мартини. Потом поставил его на столик и, улыбаясь, положил руку ей на колено.
   – В чем дело, дорогая, у тебя встревоженный вид. Что-нибудь случилось?
   Минуту Софи колебалась.
   – Я хочу поговорить с тобой о Джое…
   Улыбка мгновенно сошла с лица Фллойда. Он нахмурился и выжидательно посмотрел на Софи.
   – В чем дело?
   – Фллойд, но только строго между нами.
   Его рука скользнула вверх по ее ноге, и он снова улыбнулся.
   – Обещаю, так что?
   – У него здесь в номере была девушка.
   Дилени посмотрел на нее, потом убрал руку, и его взгляд посуровел.
   – Девушка, здесь?
   – Да. Когда я приехала с просмотра, я поднялась сюда за купальником. Дверь номера была закрыта. Наконец я все же вошла и почувствовала запах чужих духов. Я поняла, что, несмотря на то что номер закрыт, здесь кто-то есть, и спросила Джоя. Он мне признался, что привел сюда девушку.
   – Черт возьми! – Дилени с возмущением вскочил с места и стал расхаживать по номеру. – Кто она такая?
   – Не знаю, она была в его спальне. Он сказал, что чувствует себя очень одиноко, встретил девушку в вестибюле и привел ее сюда. Потом она ему разонравилась, и он решил от нее избавиться, когда вошла я.
   – Будь я проклят! – прорычал Дилени. – Где он? Уж я ему задам!
   – Фллойд, прошу тебя… Я же обещала ему, что не расскажу тебе… Не говори ему ничего. Мне показалось, что ты просто должен знать об этом.
   – Я просто сделаю ему внушение, чтобы впредь предупредить такие вещи, – сердито сказал он. – Я, конечно, не возражаю против встреч с девушками. В этом нет ничего противоестественного в его возрасте. Но я не позволю таскать их сюда.
   – Он больше не будет, Фллойд. Мы с ним уже договорились.
   – Ну, если так, то ладно…
   Он посмотрел на часы. Его мысли были далеко отсюда. Сегодня вечером ему предстоит кое-что сделать, и, кроме того, он ждал звонка из Голливуда.
   – Фллойд, правда, что Джой немного странен? – спросила Софи. – Мне это показалось еще с первого дня знакомства с ним.
   Фллойд взглянул на нее.
   – Ты не очень расстраивайся, дорогая. Ведь я же рассказывал тебе о его матери. Джой – это как бы часть ее самой.
   Фллойд Дилени был когда-то счастлив с первой женой. Но счастье это было недолгим. Джой родился спустя год после свадьбы. Гарриетта передала его на полное попечение нянек, не проявляя к нему ни малейшего интереса. С течением времени у нее возникла такая стойкая неприязнь к нему, что отец был вынужден отослать Джоя в частную школу и даже во время каникул устраивал так, чтобы Джой не приезжал домой. Душевная болезнь Гарриетты медленно прогрессировала. Друзья Дилени уже давно поняли, что она больна, но до самого Дилени, поглощенного делами, это так и не дошло. После десяти лет брака его семейная жизнь с Гарриеттой окончательно разладилась.
   Однажды произошло событие, поставившее Дилени перед лицом страшного факта: до сих пор память о нем заставляла его сердце мучительно биться. Он вернулся поздно вечером со студии в свой роскошный дом на Беверли-Хиллз и уселся почитать сценарий фильма, который собирался ставить. Гарриетта сидела напротив, мрачная и молчаливая. Он заговорил с ней, но она не ответила, и он с головой ушел в чтение. Он уже читал около часа, как вдруг ему стало не по себе. Он оглянулся, но не увидел Гарриетты на месте. Бросив случайный взгляд в зеркало, висевшее напротив него, он увидел страшную картину: Гарриетта подкрадывалась к нему с ножом в руке. В эти краткие секунды он понял, что она безумна, и шок этого открытия парализовал его. Только когда она уже была совсем рядом и подняла нож для удара, он вскочил с места и отшвырнул сценарий в сторону. Гарриетта набросилась на него с яростью дикой кошки. Дилени с трудом удалось вырвать у нее нож. Но прежде, чем он успел это сделать, она порезала ему руку и оцарапала лицо. Потом Гарриетта вырвалась и убежала из дома. Больше он ее живой не видел. Она взяла машину, подъехала к отелю в центре Лос-Анджелеса, поднялась на лифте на десятый этаж и, войдя в первую же попавшуюся комнату, выбросилась из окна. Да, выражение «немного странная» было слишком слабым определением для Гарриетты, и Дилени был не доволен, что Софи задела его больное место.
   – Да, пожалуй, была, – нахмурившись, сказал он. – Но это же совсем не значит, что…
   Его прервал телефонный звонок.
   – Это меня, – сказал Дилени. – Послушай, дорогая, забудь это. С Джоем все в порядке в этом отношении. Черт возьми! В конце концов, я знаю его двадцать один год. Он совершенно нормальный парень.
   Мисс Кобб сунула голову в дверь:
   – Мистер Брендон на линии, сэр.
   – Иду. – Дилени потрепал Софи по щеке и вышел из спальни.
   Софи лежала в шезлонге и хмуро смотрела в потолок. Она снова вспомнила Джоя в черных очках и со шнуром в руке, и ей стало не по себе. Где он сейчас? Что делает? Кто была та девушка, которую он привел в свою спальню?
   В дверь заглянула мисс Кобб.
   – Мартини, миссис Дилени?
   – Пожалуй. А что, Джой еще не вернулся?
   – Нет, миссис Дилени.
   Повинуясь внезапному импульсу, Софи встала и прошла в гостиную. Дилени разговаривал по телефону. На ручке кресла сидел Джек Купер, его помощник. Софи кивнула ему. Потом подошла к спальне Джоя, повернула ручку и вошла.
   В комнате уже побывала горничная. Она расстелила постель, положила на подушку голубую пижаму Джоя и полузадернула занавески. В комнате все еще ощущался запах духов. На туалетном столике возле кровати стояла фотография Гарриетты, которая выглядела на ней молоденькой и невинной. Софи увидела, как сильно Джой похож на Гарриетту: те же черты лица, тот же рот и то же выражение невинности. Софи перевела взгляд с фотографии на большой шкаф у стены и заметила, что ключа в замке нет. Она подошла и попробовала открыть его, но он был заперт. Вдруг, как будто без всякой причины, Софи овладело желание бежать из этой комнаты. Она испытала то же чувство панического страха, как и тогда, когда Джой подходил к ней со шнуром в руке. С сильно бьющимся сердцем она отпрянула от шкафа, пытаясь побороть этот внезапно нахлынувший на нее страх, потом распахнула дверь и вошла в гостиную. Она резко остановилась, увидев там Джоя. Он стоял у окна и смотрел на нее: в стеклах его очков она увидела свое отражение.
   Дилени сказал по телефону:
   – Отлично, Тэд, подпиши контракт сегодня же.
   Казалось, он один не чувствовал напряженной обстановки в комнате. Софи направилась к своей спальне, чувствуя, на себе взгляд Джоя из-под темных очков. У двери она оглянулась, и он улыбнулся ей. От этой зловещей улыбки у Софи по спине прошел холод. Она резко захлопнула за собой дверь и прислонилась к ней с другой стороны, без сил, с сердцем, почти остановившимся от необъяснимого ужаса.

   Джой сидел у столика в баре со стаканом томатного сока в руке. Он наблюдал за группой людей невдалеке от него, в которую входили отец, Гарри Стоун и Джек Купер. Все были в смокингах. Они окружили Жана Тири, который выделялся пляжным одеянием: пестрая рубашка, коричневые брюки и пляжные сандалии. Его потное лицо было взволнованным.
   Он говорил:
   – Мне очень жаль, мистер Дилени, но я не знаю, где она. Я обшарил все. Она оставила записку, что поедет в Монте-Карло, но ее там нет. Я только что вернулся оттуда.
   Джой медленно пил томатный сок. Он слушал и наблюдал за этой сценой с большим интересом.
   Фллойд Дилени нетерпеливо щелкнул пальцами.
   – Черт возьми! Неужели вы не можете получше приглядывать за девушкой? Ладно, раз нет, значит, нет. – Он повернулся к Стоуну: – Ты сам займешься этим, Гарри. Я хочу подписать с этой девушкой контракт.
   – Хорошо, мистер Дилени, – ответил тот.
   – Завтра я встречусь с ним, мистер Дилени, – с несчастным видом сказал Тири. – Это просто случайность. Люсиль слишком обаятельная девушка, и, наверное, кто-то пригласил ее…
   Но Дилени уже не слушал его, а подошел к Джою.
   – Поедем со мной, – сказал он. – Мне хотелось, чтобы ты посмотрел этот фильм.
   Удивленный, Джой стал подыскивать предлог для отказа. Его несколько поразило враждебное выражение во взгляде отца. Неужели Софи все рассказала? Она же обещала не говорить. Но она могла потом и передумать. Зачем она заходила в его комнату? Этот вопрос весь вечер волновал Джоя. Он был рад тому, что сообразил запереть шкаф и забрать ключ с собой.
   – И послушай, сними-ка эти очки, – раздраженно сказал отец. – Ты что, постоянно ходишь в них?
   Джой снял очки и сунул их в карман.
   – Мне не хочется идти на просмотр, отец, – сказал он. – Я не одет и собирался еще идти на пляж.
   Лицо Дилени застыло.
   – Я хочу, чтобы ты посмотрел этот фильм, – твердо произнес он. – Меня интересует твое мнение. Что с тобой? На будущий год тебе придется работать на киностудии. Как ты, черт возьми, рассчитываешь преуспеть, если у тебя нет ни малейшего интереса к делу?
   – Хорошо, – покорно согласился Джой. – Если тебя действительно интересует мое мнение, я посмотрю этот фильм, только мне необходимо переодеться.
   – Да, пожалуйста. – Дилени успокоился и с улыбкой похлопал сына по плечу. «С парнем все в порядке, – подумал он. – Немного ленив, но, если его немного пришпорить, будет поживее. Софи сказала, что он странный? Чепуха! Женщины всегда слишком щепетильны».
   Вслух он произнес:
   – Я попрошу билетера оставить тебе место рядом со мной. Давай, одевайся быстрее, мой мальчик. Начало через двадцать минут.
   Дилени вышел из бара, раскланиваясь направо и налево всем знакомым.
   Как только он ушел, Джой снова надел темные очки. Он допил томатный сок и приблизился к Стоуну и Тири.
   Стоун в это время говорил:
   – Вы, конечно, можете принять предложение или отказаться от него. Ведь у вашей Люсиль нет никакого имени в Штатах.
   У Джоя вдруг появилось искушение сказать Стоуну, что он напрасно тратит время. Джой вспомнил о бедняжке, которая лежит у него в шкафу бездыханная, и внезапно почувствовал дрожь в коленях. Оставалось еще шесть часов до того, как он сможет заняться трупом. А пока можно посидеть в кино или в каком-нибудь другом месте, чтобы убить время. Оставив двух разговаривающих мужчин, Джой вышел из бара и, подойдя к лифту, вежливо спросил лифтера:
   – В какое время ночи лифт переходит на автоматическое управление?
   – В три часа ночи, месье.
   Джой кивнул. Он так и думал. Чтобы избавиться от трупа, ему обязательно понадобится лифт. При мысли о том, что через шесть часов ему придется вытащить тело девушки из шкафа, пронести его через гостиную и коридор и всунуть в лифт, сердце Джоя забилось сильнее. Он понимал, что рискует многим. Его могли услышать Софи или отец, мог кто-то увидеть в коридоре. Но он шел на этот риск. Именно риск был частью того захватывающего волнения, которое он собирался испытать от этого приключения. Он слегка удивился, найдя дверь номера незапертой. Он осторожно открыл ее и заглянул в гостиную. Там горел свет, и Джой услышал шаги в спальне Софи. Он на цыпочках прошел в свою комнату, закрыл дверь и только тогда зажег свет.
   Значит, Софи только собирается в кино. Она должна уйти через минуту или две. Джой вынул из кармана ключ, отпер шкаф и открыл его. Мертвая девушка лежала в той же позе, в какой он ее и оставил. Он секунду смотрел на нее, потом наклонился и дотронулся до ее руки. Рука была холодной и твердой. Джой поморщился. Потом попытался поднять девушку и снова был поражен тяжестью тела. У него появилось сомнение, сможет ли он дотащить ее до лифта. Наконец ему удалось поднять тело и прислонить его в вертикальном положении к стене шкафа. В этот момент в дверь его спальни постучали. Сердце оборвалось, но потом снова монотонно застучало. Джой увидел, как поворачивается ручка двери. Оставив тело девушки, он захлопнул дверцу шкафа и повернулся, обливаясь холодным потом. В дверях стояла Софи. На ней было алое вечернее платье с глубоким вырезом и длинной развевающейся юбкой.
   Они стояли, глядя друг на друга. Софи не ожидала застать его в комнате. Одеваясь, она решила осмотреть комнату Джоя, чтобы подтвердить или опровергнуть свои сомнения.
   Увидев побледневшего Джоя с испуганным лицом, она поняла, что застала его врасплох за каким-то подозрительным занятием.
   – Хэлло, – сказала она с небольшой заминкой. – Что ты здесь делаешь?
   – Я собираюсь переодеться, отец хочет, чтобы я посмотрел фильм.
   – Да?
   После небольшой паузы он сказал:
   – Я должен спешить, а ты тоже идешь?
   – Да.
   Он отошел от шкафа и стал выкладывать на комод из карманов портсигар, зажигалку, носовой платок и деньги
   Софи глубоко вздохнула.
   – Джой, что-нибудь случилось?
   Он мгновенно застыл, потом повернул голову. Черные очки придавали ему зловещий вид.
   – Случилось? С чего ты взяла? Что ты имеешь в виду?
   – У меня такое чувство. Эта девушка…
   – Можешь о ней не беспокоиться, – сказал он. – Она ушла.
   – Она не доставит тебе никаких хлопот?
   – То есть?
   – Ну, она ведь может шантажировать тебя.
   Он улыбнулся. Точнее говоря, его губы скривились в улыбке, но лицо оставалось напряженным и застывшим.
   – Почему ты так решила?
   – Ну, такая девушка…
   Окончание фразы повисло в воздухе. Взгляд Джоя, как магнитом, притянуло к шкафу, и Софи посмотрела туда же. Дверцы шкафа медленно распахнулись. Застывшее тело Люсиль Бало как-то неуверенно качнулось и рухнуло к ногам ошалевшей от ужаса Софи.

Глава 3

Софи Дилени, спасая свое положение в свете, пытается помочь Джою избавиться от трупа
   Ее отец был гангстером, и однажды, возвратясь домой, она нашла его на кровати с ножом в груди. Она была красивой девочкой и вскоре привлекла внимание человека по имени Джузеппе Франчини, работавшего в кафе подозрительного вида. Он оценил ее по достоинству, одел, снял для нее относительно приличную комнату и пустил на стезю проституции. Тогда ей еще не было и пятнадцати лет. Стремясь заработать побольше денег, Софи занялась своей профессией с таким энтузиазмом, который удивил и обрадовал Франчини. Он быстро понял, что не следует растрачивать дарование Софи в третьеразрядном кафе, и снял для нее квартиру в Риме, поделив доходы со своим приятелем. К семнадцати годам Софи стала шикарной проституткой. Она ушла от Франчини и жила в роскошной квартире в модном квартале Рима. Она хорошо зарабатывала, имела собственную машину «Альфа-Ромео», норковую накидку и модные туалеты. Когда ей было семнадцать лет, она познакомилась с Хэмилом Уорделом, режиссером из Голливуда, проводившим отпуск в Италии. Софи произвела на него большое впечатление, и он взял ее с собой в Голливуд, где она получила роль в кино. Успех был огромный. Успех и комфорт постепенно стерли из ее памяти воспоминания о нищем детстве, о римских панелях и грубости клиентов.
   Когда ей было двадцать четыре года, она встретилась в Голливуде с Фллойдом Дилени. Он влюбился в нее, и они поженились. Как жена одного из самых богатых людей в Голливуде, она имела все, что только могла пожелать. Ее положение в обществе было прочным и надежным, а именно надежность в жизни Софи ценила больше всего.

   Теперь она сидела, сжав руки, на диване и смотрела расширенными от ужаса глазами на Джоя. Он, бледный, сидел напротив нее.
   Софи не сомневалась, что это он убил девушку, и прекрасно понимала, что этот факт безумия с его стороны ставит под удар все ее положение. Если только эта история попадет в газеты, то ее такому прочному положению будет нанесен ощутимый удар. Она уже несколько оправилась от первого потрясения. Ее мозг лихорадочно искал выход.
   – Это Люсиль Бало? – спросила она, глядя на Джоя.
   – Да.
   Он тоже несколько оправился после того ужасного мгновения, когда дверца шкафа распахнулась и тело девушки упало к ногам Софи. Он спрашивал себя, что может предпринять его мачеха, и никак не ожидал, что ее нервы окажутся крепче его.
   – Ты убил ее?
   – Это получилось случайно. – Он заставил себя улыбнуться.
   – Как это получилось?
   Облизнув пересохшие губы, он сказал:
   – То, что я сказал тебе вначале, было правдой. Увидев девушку в этой комнате, я понял, что совершил ошибку. Пожалуй, потом я был бестактен. Я предложил ей уйти. Она рассердилась и стала угрожать, что закричит. Я испугался и зажал ей рот рукой. Мы начали бороться. Она оказалась сильнее, чем я предполагал, и я перестарался, так как уже не мог следить за своими действиями, слишком сильно желая ее заставить замолчать… И вдруг она обмякла у меня в руках. Я решил, что она потеряла сознание, и стал приводить ее в чувство и тогда заметил, что она мертва.
   Наблюдая за Джоем, прислушиваясь к его несвязному ответу, Софи поняла, что он лжет. Она вспомнила его угрожающую позу со шнуром в руке и поняла, что он намеренно задушил девушку. Софи прямо посмотрела на него, но темные стекла очков скрывали лицо Джоя.
   – Сними очки! – потребовала она.
   Он оцепенел и нахмурился. Рука медленно потянулась к очкам, и он снял их. Бледно-голубые глаза полностью выдавали его. По его взгляду Софи поняла, что он напуган больше, чем она.
   – Ты лжешь, – сказала она. – Ты намеренно заманил девушку сюда, чтобы убить ее. Ты задушил ее шнуром от занавески.
   Глаза Джоя стали совершенно пустыми, как глаза слепца. Потом его губы скривились в ухмылке, и он издал такой звук, словно подавил хихиканье.
   – Ты совершенно права, – произнес он. – Ты гораздо умнее, чем я думал. Конечно, это произошло не случайно.
   Софи перевела дыхание. Теперь она уже не сомневалась, что ее приемный сын – сумасшедший. Она всегда подозревала, что он унаследовал от матери душевную неуравновешенность. Сейчас Софи находилась с ним совершенно одна в комнате. Не грозит ли ей опасность? Не следует ли быть с ним поосторожнее и не слишком раздражать его?
   – Почему ты это сделал? – мягко спросила она.
   Он быстро взглянул на нее, удивленный мягкостью тона.
   – Почему? – переспросил он и скользнул поглубже в кресло. – От скуки, Софи. Ты и не представляешь себе, что такое настоящая скука. С самого начала я был непрошеным гостем в жизни. Мать терпеть меня не могла, отец всегда считал недоразумением. Всю жизнь я кому-то мешал: то матери, то ему, а потом его второй жене.
   Софи кивнула.
   – Знаю, что это такое. У меня у самой было нелегкое детство. Поэтому я всегда и всем стараюсь дать почувствовать, что я не лишняя.
   Глаза Джоя загорелись.
   – Я всегда восхищался тобой, Софи. Ты – единственный человек, который понимает меня. Но ты слишком опоздала со своей добротой. Двадцать лет никчемной жизни сделали свое дело. Я стал искать что-нибудь новое, рискованное, чтобы хоть немного разнообразить жизнь. Сначала я думал: чтобы вкусить прелесть риска, достаточно поставить на карту свою свободу. Так, будучи в школе, я стал квартирным вором. – На его губах появилась тень прежней мальчишеской улыбки… – Правда, ничего не крал, а только забирался по ночам в дома и прокрадывался в спальни. Было очень волнующе сидеть просто так в ногах спящих людей, наблюдать за ними и знать, что в любую минуту они могут схватить тебя. Но через некоторое время это занятие мне приелось. Я понял, что не ценю достаточно свою свободу, чтобы рисковать ею. Единственно стоящая для меня вещь – это моя жизнь.
   

комментариев нет  

Отпишись
Ваш лимит — 2000 букв

Включите отображение картинок в браузере  →